Дело № 2-1543/2017

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Мелеуз 22 сентября 2017 г. 

Мелеузовский районный суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Маликовой А.И.

при секретаре судебного заседания Сиротиной Е.С.

с участием представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО2, 

представителя ответчика КПК «БлагоДать» ФИО3, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ... к Кредитному потребительскому кооперативу «БлагоДать» о признании договора поручительства недействительным, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском, в обоснование которого указала, что 04 мая 2017 г. заключила с КПК «БлагоДать» договор поручительства 

<

№>, по условиям которого обязалась отвечать перед кооперативом за неисполнение или ненадлежащее исполнение заемщиком ФИО4 обязательств по договору займа 

<

№> от 04 мая 2017 г. Договор поручительства является недействительным, поскольку заключен ею под влиянием обмана. ФИО4 сообщил, что он работает, имеет стабильный заработок, заем будет погашен из средств материнского капитала. Данные обстоятельства были подтверждены сотрудником КПК «БлагоДать». В настоящее время ей стало известно, что средства материнского капитала были получены семьей Ч-ных, но в уплату задолженности по договору займа направлены не были. Кроме того, ФИО4 заключил другие договоры займа с погашением их за счет средств материнского капитала. Ранее ФИО4 судим за хищение денежных средств путем мошенничества. Также в силу своего возраста и юридической неграмотности она была лишена возможности понимать значение своих действий и руководить ими. С самим договором займа она не знакомилась, так как ничего в них не понимает. При заключении договора ей разъяснили, что поручительство является формальным, поскольку оформляется с целью получения Ч-ными материнского капитала и при этом погашение займа полностью обеспечено залогом приобретаемого за счет заемных средств жилого помещения. Договор поручительства считает мнимой сделкой, совершенной лишь для вида. Данный договор заведомо не мог быть исполнен ввиду отсутствия у нее каких-либо средств. Просила признать недействительным договор поручительства 

<

№> от 04 мая 2017 г., заключенный между ФИО1 и КПК «БлагоДать». 

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, извещена о времени и месте судебного разбирательства, просила рассмотреть дело в ее отсутствие. Ее представитель по доверенности ФИО2 поддержала исковые требования. Суду дополнительно пояснила, что ФИО1 считает договор недействительным по двум основаниям – заключение сделки в результате обмана и в связи с мнимостью сделки. Доводы иска в части признания договора поручительства ничтожным по тем основаниям, при его заключении истица не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, не поддерживает. В мае 2017 года ФИО1 спиртными напитками не злоупотребляла, психических отклонений не имела, бредовых состояний, галлюцинаций, провалов в памяти не обнаруживала, неадекватное поведение за ней не наблюдалось. ФИО1 была обманута, ее убедили, что договор поручительства является формальным, никаких последствий для нее не влечет, необходим лишь для того, чтобы Ч-ны смогли получить материнский капитал. Считает, что работники кооператива должны были проверить достоверность сведений, которые ФИО4 указал в анкете, в частности о месте его работы и доходах. 

Представитель ответчика КПК «БлагоДать» ФИО3 иск не признала, суду пояснила, что лично занималась оформлением договора займа с ФИО4 и договоров поручительства с ФИО5, ФИО1 В кооператив истица приходила с дочерью (риэлтором ФИО4). ФИО1 выглядела моложе своих лет, была опрятно одета, причесана, признаков неадекватного поведения за ней не наблюдалось, сомнений в том, что она находится в нормальном психическом состоянии, не возникло. ФИО1 пояснила, что имеет высшее образование, говорила грамотно, культурно, писала аккуратным почерком. В присутствии дочери ФИО1 было разъяснено содержание и смысл договора, его правовые последствия. О том, что договор поручительства является формальным, работники кооператива не говорили. Возможно, такое могли сказать Ч-ны. 

Третьи лица ФИО4 и ФИО5 в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела. 

Выслушав участников судебного процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

Как следует из материалов дела, 04 мая 2017 г. между КПК «БлагоДать» (кредитор) и ФИО4 (заемщик) заключен договор займа 

<

№> на сумму 408000 рублей под 20% годовых сроком возврата до 04 мая 2018 г. Заем является целевым и предоставлен для приобретения заемщиком в собственность жилого дома по адресу: 

<

адрес обезличен>.

Из п. 3.2 договора займа от 04 мая 2017 г. 

<

№> следует, что исполнение обязательств заемщика по договору обеспечивается поручительством ФИО5 на основании договора поручительства от 04 мая 2017 г. 

<

№> и поручительством ФИО1 на основании договора поручительства от 04 мая 2017 г. 

<

№>.

По договору поручительства от 04 мая 2017 г. 

<

№> поручитель ФИО1 обязалась в полном объеме отвечать перед кооперативом в случае, если ФИО4 не исполнит или ненадлежаще исполнит свои обязательства по договору займа от 04 мая 

<

№>, в том числе по уплате суммы займа в размере 408000 рублей, процентов в размере 20% в год от остатка суммы займа до полного погашения всех принятых обязательств, уплате повышенного размера компенсационных взносов за каждый день отсрочки возврата займа, начисленных неустоек, всех издержек по получению вышеуказанных сумм. 

22 августа 2017 г. КПК «БлагоДать» обратился в суд с иском к ФИО4, ФИО5 и ФИО1 о солидарном взыскании задолженности по договору займа от 04 мая 2017 г. 

<

№>.

Оспаривая вышеуказанный договор поручительства и ссылаясь на нормы п. 2 ст. 179, п. 1 ст. 177, ст. 170 Гражданского кодекса РФ, ФИО1 указала, что была обманута относительно платежеспособности заемщика, не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, а кроме того сделка являлась мнимой. 

Разрешая возникший между сторонами спор, суд не находит оснований для удовлетворения иска по заявленным доводам и основаниям. 

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1 ст. 167 ГК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

По смыслу данной правовой нормы указанное в ней основание может повлечь признание оспариваемой сделки недействительной только в том случае, когда оно являлось необходимой причиной совершения сделки, без которого сделка не была бы совершена, когда противоправные действия виновных оказали решающее влияние на совершение сделки потерпевшим.

Таким образом, обман, представляющий собой умышленное введение стороны в заблуждение, приобретает юридическое значение тогда, когда к нему прибегают как к средству склонить другую сторону к совершению сделки. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у другой стороны не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. Обман может заключаться как в утверждениях об определенных фактах, и в умолчании, намеренном сокрытии фактов и обстоятельств, знание о которых отвратило бы потерпевшего от совершения сделки. 

В предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана входит факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для совершения сделки.

Между тем, для заключения договора поручительства не имеет существенного значения, знал ли поручитель о материальном положении заемщика, его доходах и имуществе, поскольку смысл поручительства и состоит в том, что оно устанавливается на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного обязательства, в том числе по причине неплатежеспособности заемщика. Иными словами, поручитель, заключая договор поручительства, должен знать и предполагает, что в случае неплатежеспособности заемщика, кредитор вправе предъявить свои требования относительно исполнения договора займа к нему, как к поручителю. 

Кроме того, для признания наличия обмана необходимо доказать, что лицо действовало недобросовестно и умышленно.

Однако, сведений, доказывающих факт того, что при заключении договора поручительства КПК «БлагоДать» знал или должен был знать об обмане со стороны заемщика ФИО4, действовал недобросовестно, суду не представлено. При этом факт обмана в части указания заемщиком в анкете недостоверных сведений о трудоустройстве и наличии доходов ничем не подтвержден и опровергается имеющейся в материале об отказе в возбуждении уголовного дела 

<

№> копией трудового договора, заключенного между ФИО4 и АО «Башнефтегеофизика».

ФИО1 также не представлены доказательства, подтверждающие факт заключения ею договора поручительства под влиянием обмана со стороны кооператива. Напротив, кооператив сам обратился в правоохранительные органы с заявлением о возбуждении уголовного дела по факту мошенничества ФИО4 

Не подтверждены какими-либо доказательствами и доводы истицы о том, что при совершении сделки она не могла осознавать значение своих действий и руководить ими. 

В соответствии с п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Следовательно, юридически значимыми обстоятельствами при разрешении спора по данному основанию будут являться обстоятельства, связанные с тем, могла ли ФИО1 по своему психическому состоянию в момент заключения договора поручительства осознавать сущность совершаемого действия и его правовые последствия.

Однако, о наличии таких обстоятельств, указывающих на отклонение психического состояния от нормального, ФИО1 не заявила и не представила суду доказательства, подтверждающие факт нахождения ее в момент совершения сделки в состоянии, исключающем возможность понимать значение своих действий и руководить ими. 

Сам по себе возраст истицы, имеющаяся у нее гипертоническая болезнь и отсутствие юридических знаний не свидетельствуют о наличии вышеуказанных обстоятельств, подлежащих доказыванию. 

В судебном заседании представитель истца ФИО2 доводы иска в данной части не поддержала и пояснила, что в мае 2017 года ФИО1 спиртными напитками не злоупотребляла, психических отклонений не имела, бредовых состояний, галлюцинаций, провалов в памяти не обнаруживала, неадекватное поведение за ней не наблюдалось. 

ФИО1 на учете у врача нарколога и психиатра не состоит, что подтверждается справками ГБУЗ РБ Бижбулякская Центральная районная больница.

09 августа 2017 г. истица выдала нотариальную доверенность представителю ФИО2 Нотариусом была проверена дееспособность ФИО1 05 сентября 2017 г. ФИО1 обратилась в суд, лично подписав исковое заявление. 

На основании изложенного, учитывая отсутствие в материалах дела каких-либо доказательств о психическом состоянии истицы в момент совершения сделки, а также принимая во внимание, что в ходе судебного разбирательства представитель истца изменил доводы иска и не просил признать сделку недействительной по основанию, предусмотренному ст. 177 ГК РФ, у суда не возникло сомнений в способности ФИО1 понимать значение своих действий и руководить ими, в том числе в день заключения договора поручительства. 

Положения оспариваемого договора поручительства свидетельствуют о том, что каждая из сторон указанного договора совершенно свободно выразила свою волю. Поручитель согласился с условиями, о которых кредитор счел необходимым его известить, имея намерение предоставить заемщику заемные средства. При этом КПК «БлагоДать» предоставил ФИО1 полную и достоверную информация о договоре займа и договоре поручительства. С условиями указанных договоров истица была ознакомлена под роспись. 

Утверждая о мнимом характере оспариваемой сделки, ФИО1 указывает, что договор поручительства заведомо не мог быть ею исполнен, в связи с отсутствием у нее для этого необходимых средств, а кроме того договор носил формальный характер, поскольку обязательства заемщика были обеспечены залогом имущества, приобретаемого на заемные средства, кредит должен был быть погашен за счет материнского капитала. Данное утверждение основано на неверном понимании норм права и понятия о мнимой сделке.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. 

Для признания сделки недействительной по основаниям п. 1 ст. 170 ГК РФ необходимо установить то обстоятельство, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Таким образом, закон ставит возможность признания сделки мнимой в зависимость от несоответствия волеизъявления подлинной воле обеих сторон. При этом в обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон сделки не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. 

Между тем, КПК «Благодать» отрицает факт заключения мнимой сделки. Более того, кооператив обратился в суд с иском как к заемщику, так и к поручителям, требуя исполнения обязательств по договору займа. 

То обстоятельство, что ФИО4 не воспользовался средствами материнского капитала для погашения займа по договору от 04 мая 2017 г. 

<

№>, также не свидетельствуют о недействительности оспариваемого договора поручительства. 

Учитывая изложенное и руководствуясь вышеприведенными нормами закона, суд отказывает в удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме. 

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ... к Кредитному потребительскому кооперативу «БлагоДать» о признании договора поручительства недействительным отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Башкортостан через Мелеузовский районный суд Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме.

Решение изготовлено в окончательной форме 25 сентября 2017 г. 

Председательствующий судья: А.И. Маликова

...

...