Дело № 2-674/2017 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Вилючинск Камчатского края 18 декабря 2017 года

Вилючинский городской суд Камчатского края в составе: 

председательствующего судьи Вороновой В.М.,

при секретаре Козыревой Н.С.,

с участием представителя истца Фещенко А.Г., представителя ответчика АО «Камчатэнергосервис» ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к акционерному обществу «Камчатэнергосервис» о признании приказов о дисциплинарном взыскании и снижении премий незаконными, признании распоряжения о выполнении работы в определенное время незаконным, компенсации морального вреда и судебных расходов, 

установил:

Истец ФИО2 обратилась в суд с иском к АО «Камчатэнергосервис», в котором с учетом увеличения исковых требования, окончательно просила суд: признать незаконными приказ АО «Камчатэнергосервис» №751-к от 07 августа 2017 года о применении дисциплинарного взыскания в виде замечания, приказ АО «Камчатэнергосервис» №750-к от 07 августа 2017 года о снижении размера ежемесячной премии, приказ АО «Камчатэнергосервис» № 948-к от 16 октября 2017 года о снижении размера ежемесячной премии за октябрь 2017 года, распоряжение АО «Камчатэнергосервис» №21 от 29 сентября 2017 года о выполнении работы в определенное время, взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, а также судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 40 000 рублей (т.1 л.д. 4-7, 32-36, т. 2 л.д.19).

В обоснование заявленных требований истец указала, что 05 ноября 2015 года она была принята на работу к ответчику АО «Камчатэнергосервис» Вилючинский энергорайон на должность кассира-операциониста абонентского отдела и в этот же день с ней был заключен трудовой договор №. В должностные обязанности истца входило: осуществление операций по приему, учету, выдаче и хранению денежных средств с обязательным соблюдением правил, обеспечивающих их сохранность; оформление документов и получение в соответствии с установленным порядком денежных средств в банке; ведении на основе приходных и расходных документов кассовой книги; сверка фактического наличия денежных средств с книжным остатком; составление описи ветхих купюр; передача своими силами и средствами денежных средств в банк; составление кассовой отчетности; бережное отношение к вверенным ей ценностям; принятие мер для обеспечения сохранности вверенных ей денежных средств и предотвращение ущерба; своевременное сообщение руководству о всех обстоятельствах, угрожающих обеспечению сохранности вверенных ей ценностей; неразглашение известных ей в связи с исполнением должностных обязанностей сведений; выполнение отдельных служебных поручений непосредственного руководителя, в том числе иногда осуществлять разноску банковских платежей. Должностная инструкция по должности истца была подписана ФИО2 только 07 августа 2017 года, ранее такая должностная инструкция работодателем не разрабатывалась и не утверждалась. Приказом №751-к от 07 августа 2017 года к ФИО2 применено дисциплинарное взыскание – объявлено замечание за ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей, предусмотренных п.2.3 должностной инструкции, приказом №750-к от 07 августа 2017 года ФИО2 за халатное отношение к своим должностным обязанностям, в связи с ненадлежащим исполнением своих должностных обязанностей, предусмотренных п.2.3 должностной инструкции была снижена премия за июль 2017 года до 5%, кроме того приказом от 16 октября 2017 года № 984-к истцу вновь была снижена премия на 35 % за октябрь 2017 года за ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей, а именно п.2.3 должностной инструкции. С вышеуказанными приказами истец не согласна, полагает, что в августе ответчик применил два взыскания за один проступок, поскольку приказ №750-к от 07 августа 2017 года о снижении премии является следствием совершенного дисциплинарного проступка, за которое она уже привлечена к дисциплинарной ответственности приказом №751-к и ей объявлено замечание, при этом сначала она была привлечена к ответственности, а только после этого ознакомлена с должностной инструкцией. Из содержания приказов не понятно за какое виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных на нее трудовых обязанностей она привлечена к ответственности. Полагает, что неоднократное лишение ее премий в преддверии увольнения по сокращению произведено работодателем умышленно в целях уменьшения размера средней месячной заработной платы. Указала, что с 15 августа 2017 года по 28 августа 2017 года истец находилась в очередном отпуске. 29 сентября 2017 года она приступила к исполнению своих должностных обязанностей и в этот же день секретарь предложила ознакомиться ей с распоряжением №21 от 29 сентября 2017 года, которое истец не подписала, по причине не согласия и попросила выдать ей копию, но получила отказ. 02 октября 2017 года истец вновь была ознакомлена с указанным распоряжением, в которое были внесены изменения, однако в выдаче ей копии распоряжения было вновь отказано, в связи с чем, истец изложила свои замечания к распоряжению в Акте от 29 сентября 2017 года, при этом указание в акте о получении ею копии распоряжения действительности не соответствует. Само распоряжение, по мнению истца, подлежит отмене, поскольку фактически является дополнительным соглашением к трудовому договору, так как им для истца установлен период определенной работы, при этом часть обязанностей ранее входила в обязанности бухгалтера и истцом не выполнялась, то есть фактически данным распоряжением работодатель вменил истцу выполнение новых должностных обязанностей без оплаты. Кроме того работодателю известно, что указанный в распоряжении объем работ истец в установленное в нем время не выполнил, так как истец постоянно принимает денежных средства от населения, а выделенного истцу в распоряжении времени (одного часа) для разноски банка (разноска платежей) недостаточно, так как для этого требуется намного больший срок, в связи с чем, полагала, что установление данного срока направлено на повторное лишение истца премии либо увольнение за нарушение должностных обязанностей. Полагала, что действиями работодателя, выразившимися в незаконном привлечении истца к дисциплинарной ответственности, ей причинен моральный вред, который она оценивает в 20 000 рублей. Также в связи с обращением в суд с настоящим иском за защитой своих трудовых прав, истец вынуждена была понести судебных расходы в виде оплаты услуг представителя в размере 40 000 рублей. 

Истец ФИО2, извещенная о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, просила о рассмотрении дела в ее отсутствие с участием адвоката Фещенко А.Г., указав, что на исковых требованиях с учетом их уточнения настаивает.

Представитель истца Фещенко А.Г. в судебном заседании исковые требования с учетом их увеличения поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснила суду, что из содержания оспариваемых приказов не представляется возможным установить за какие именно проступки и когда совершенные ФИО2 была привлечена к дисциплинарной ответственности и лишена премии, так как никакой конкретики приказы не содержат. Полагала, что порядок привлечения ФИО2 к дисциплинарной ответственности нарушен, при этом, если исходить из обязанности ФИО2 производить сверку расчетов ежемесячно, то срок привлечения ФИО2 к ответственности за не проведение сверки расчетов за период с 01 апреля 2017 года по 30 июня 2017 года работодателем пропущен, указала, что сроки передачи в бухгалтерию банковских выписок у ответчика ничем не установлены. Считала, что какого- либо виновного неисполнения или ненадлежащего исполнения своих должностных обязанностей Медведева ни в июле, ни в августе, ни в октябре 2017 года не допускала, ранее к ответственности работодателем не привлекалась. За неисполнение распоряжения № 21 от 29 сентября 2017 года ФИО2 к ответственности не привлекалась. Пояснила, что с 08 декабря 2017 года ФИО2 уволена по сокращению, в связи с чем, распоряжение от 29 сентября 2017 года в настоящее время прав истца не нарушает, однако отказаться от данных требований она, как представитель истца, полномочиями не обладает. Указала, что в результате незаконных действий работодателя по снижению истцу премии, среднемесячный заработок истца, из расчета которого после увольнения по сокращению истцу производятся компенсационные выплаты, был снижен. Считала, что со стороны работодателя было допущено злоупотребление своим правом, поскольку именно в целях снижения размера заработной платы истца перед увольнением по сокращению, работодателем принимались незаконные приказы о снижении истцу премии без каких-либо законных на то оснований. В связи с нарушением трудовых прав истца полагала работодатель обязан компенсировать ФИО2 моральный вред, который исходя из количества допущенных ответчиком нарушений и неблагоприятных последствий, которые наступили для истца, ФИО2 оценивает в 20 000 рублей. Кроме того, поскольку ответчик в добровольном порядке отказался от урегулирования спорных правоотношений, в том числе и уже в ходе производства по делу от заключения мирового соглашения, полагала, что истцу должны быть в полном объеме компенсированы понесенные судебные расходы связанные с оплатой услуг представителя. 

Представитель ответчика ФИО1 в судебном заседании заявленные требования полагала необоснованными и не подлежащими удовлетворению, поддержав доводы, изложенные в письменном отзыве на иск, согласно которому истец ФИО2 была принята в АО «Камчатэнергосервис» на должность кассира-операциониста абонентского отдела и на нее были возложены обязанности в соответствии с трудовым договором № от 05 ноября 2015 года. 29 сентября 2017 гола было издано распоряжение №21 «О работе кассира-операциониста абонентского отдела ФИО2», которым предусматривалось внесение уточнений в режим работы истца. В этот же день был составлен акт об отказе в ознакомлении и подписании распоряжения со стороны ФИО2. 07 августа 2017 года от начальника абонентского отдела ФИО5 поступила служебная записка о взятии объяснений с ФИО2 за неисполнение ею своих должностных обязанностей, а именно не соразмерный срок проведения сверки расчетов с населением и поступлений с банков, а также недобросовестное исполнение своих обязанностей в части передачи банковских выписок в бухгалтерию. В этот же день от ФИО2 поступила объяснительная записка, после чего был издан приказ №750-к от 07 августа 2017 года о снижении размера ежемесячной премии за июль 2017 года до 5% за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей в соответствии с условиями Положения о премировании АО «Камчатэнергосервис», а Приказом №751-к от 07 августа 2017 года ФИО2 было объявлено дисциплинарное взыскание в виде замечания. Полагала, что требования ст. 193 Трудового кодекса РФ истцом выполнены, процедура привлечения ФИО2 к дисциплинарной ответственности работодателем соблюдена. В части требования о признании незаконным приказа № 948-к от 16 октября 2017 года пояснила, что 04 октября 2017 года от начальника службы реализации продукции на имя генерального директора АО «Камчатэнергосервис» поступила служебная записка о допущенных ФИО2 ошибках при разноске платежей, что было выявлено после обращения гражданки ФИО6, платеж которой был отнесен к другому лицевому счету в виду невнимательности истца. Согласно служебной записки истца, внесенные ею данные были исправлены неизвестным лицом, однако согласно сведений архива программы Инфокрафт, кроме истца изменения в данный реестр никто не вносил. В связи с вышеуказанными событиями истцу оспариваемым приказом была снижена ежемесячная премия за октябрь 2017 года на 35%. В отношении требования о признании незаконным распоряжения №21 от 29 сентября 2017 года пояснила, что данное распоряжение было издано в целях систематизации рабочего дня истца, при этом продолжительность рабочего дня, рабочей недели, время начала и окончания работы у истца изменены не были. Вопреки доводам истца данное распоряжение новые условия труда истца без оплаты не устанавливает, режим рабочего времени и отдыха не изменяет, а лишь вносит уточнения по распоряжению рабочим временем для успешного выполнения должностных обязанностей. Истец была ознакомлена с оспариваемым распоряжением, его копию получила, за неисполнение данного распоряжения истец к ответственности не привлекалась. Указание в распоряжении № 21 от 29 сентября 2017 года, что оно издано «в связи с производственной необходимость, ежегодным отпуском кассира абонентского отдела ФИО7» является ошибочным, так как ФИО14 была в отпуске в июле 2017 года, за исполнение обязанностей которой ФИО2 в июле 2017 года была установлена надбавка 30%. Никакие изменения в связи с допущенной ответчиком при издании распоряжения ошибкой не вносились. Пояснила, что истец действительно с 08 декабря 2017 года была уволена по сокращению, однако с доводами истца об увольнении АО «Камчатэнергосервис» неугодных сотрудников и нежелании производить в полном объеме выплаты по сокращению численности работников не согласилась. Пояснила, что никаких дополнительных доказательств, кроме представленных суду, ответчик не имеет. Сроки передачи в бухгалтерию банковских выписок никакими локальными актами работодателя не установлены, данное делается по устному требованию непосредственного руководителя или бухгалтерии, сверка расчетов производится по телефону, определенный срок к которому необходимо провести сверку также никакими локальными актами не установлен. О том, что сверка расчетов не произведена с 01 апреля 2017 года по 30 июня 2017 года работодателю стало известно только 01 августа 2017 года от бухгалтера, также как и о том, что истцом не были переданы в бухгалтерию банковские выписки. О том, что при разноске платежей в июле 2017 года истцом была допущена ошибка в отношении платежа потребителя ФИО19 работодателю стало известно 03 октября 2017 года, в связи с чем, приказом от 16 октября 2017 года истцу была снижена премия за октябрь 2017 года. Также представитель истца была не согласна с требованием о компенсации морального вреда, полагая, что трудовым законодательством не предусмотрена возможность его взыскания по трудовым спорам, за исключением случаев увольнения без законных оснований или с нарушением установленного порядка увольнения, указав, что стороной истца не представлен расчет суммы морального вреда. Просила в удовлетворении требований отказать.

Выслушав представителей истца и ответчика, исследовав материалы и обстоятельства дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 5 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией РФ, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством и иными нормативно-правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину.

Согласно ст. 189 ТК РФ дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу ст.192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания, предусмотренные вышеназванной правовой нормой: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям. Федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине (часть пятая статьи 189 ТК РФ) для отдельных категорий работников могут быть предусмотрены также и другие дисциплинарные взыскания. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен. 

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 ТК РФ, в соответствии с которой до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. 

Учитывая изложенное, дисциплинарное взыскание может быть применено работодателем в отношении работника только за неисполнение или ненадлежащее исполнение по его вине возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.) с соблюдением установленной законом процедуры наложения дисциплинарного взыскания. 

В соответствии с п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в силу ст. 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности ст. 8 Всеобщей декларации прав человека, ст. 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также ст. 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарных взысканий и о восстановлении на работе, подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

В судебном заседании установлено, что приказом АО «Камчатэнергосервис» №-лс от 05 ноября 2015 года (т.1 л.д.145) истец ФИО2 была принята на работу в должности кассира-операциониста абонентского отдела и в этот же день с ней был заключен трудовой договор №(т.1 л.д. 148-149).

Согласно п.2.2 Трудового договора ФИО2 приняла на себя обязательства добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на нее трудовым договором и должностной инструкцией; своевременно и в полном объеме выполнять устные и письменные распоряжения руководителя Общества, своего непосредственного руководителя; выполнять локальные нормативные акты, положения коллективного договора, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда; качественно и в установленные сроки выполнять приказы, распоряжения и поручения работодателя, отданные в пределах его полномочий, за исключением заведомо незаконных и т.д. 

В соответствии с п. 4.2 Трудового договора работнику ФИО2 установлена 36-часовая рабочая неделя с 08.00 часов до 17.00 часов с двумя выходными днями (суббота и воскресенье).

Как следует из содержания п. 5.8. Трудового договора к моменту его подписания ФИО2 была ознакомлена с действующим Коллективным договором и приложениями к нему, должностной инструкцией и другими правовыми документами Общества, касающимися непосредственного выполнения должностных обязанностей работника. 

Согласно должностной инструкции (т.1 л.д.150-154), в должностные обязанности кассира-операциониста входит: осуществление операций по приему, учету, выдаче и хранению денежных средств и ценных бумаг с обязательным соблюдением правил, обеспечивающих их сохранность, как для юридических лиц, так и для физических лиц; обслуживание клиентов по расчетам за коммунальные услуги (прием коммунальных платежей от населения); ведение кассовых операций, сверка банковских оплат, разноска платежей физических и юридических лиц; осуществление расчетов с клиентами, дача объяснений по начислению за коммунальные услуги; ведение кассовых книг, сверка фактического наличия денежных сумм и ценных бумаг с книжным остатком; составление кассовой отчетности; сдача денежных средств в банк, доставка документов с банка; внесение банковских платежей в бухгалтерскую программу; составление ежедневной отчетности прибытия и расходов денежных средств; ежемесячная сверка денежных средств бухгалтерской программы с программой начислений; разноска и сверка платежей по судебным приказам. 

Из отметок, содержащихся в данной должностной инструкции следует, что она была разработана начальником абонентского отдела 05 ноября 2015 года, в этот же день согласована с иными отделами, в том числе отделом кадров и юридическим отделом, после чего в 2015 году утверждена работодателем, в лице и.о. генерального директора АО «Камчатэнергосервис» ФИО8, точной даты утверждения должностная инструкция не содержит, при этом ФИО2 была ознакомлена с данной инструкцией только 07 августа 2017 года (т.1 л.д.154).

Приказом и.о. генерального директора АО «Камчатэнергосервис» №751-к от 07 августа 2017 года на истца в соответствии с п. 1 ст. 192 ТК РФ было наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, а именно невыполнение п.2.3 должностной инструкции. Основанием к привлечению истца к дисциплинарной ответственности явилась служебная записка начальника СРП ФИО10 С приказом истец была ознакомлена (т. 1 л.д.166).

Не согласившись с привлечением к дисциплинарной ответственности, истец обратилась в суд с настоящим иском, указав, что порядок привлечения к ответственности нарушен, основания привлечения к дисциплинарной ответственности не понятны. 

Проверяя законность привлечения истца к дисциплинарной ответственности, изучив содержание оспариваемого приказа №751-к от 07 августа 2017 года, суд приходит к выводу, что в приказе не приведены имеющие значение обстоятельства совершения истцом дисциплинарного проступка, а именно, когда и какой именно дисциплинарный проступок она совершила, не определена его объективная сторона, какие последствия он вызвал. 

Фактическое отсутствие в оспариваемом приказе №751-к от 07 августа 2017 года описания события допущенного истцом нарушения трудовой дисциплины, не позволяет суду установить: когда истец допустила нарушение трудовой дисциплины, в чем это выразилось, имел ли место дисциплинарный проступок, соблюдены ли работодателем сроки привлечения истца к дисциплинарной ответственности. 

Так, работодателем в оспариваемом приказе указано лишь на невыполнение ФИО2 п.2.3 должностной инструкции, в соответствии с которым в должностные обязанности истца входит: ведение кассовых операций, сверка банковских оплат, разноска платежей физических и юридических лиц, между тем работодателем не конкретизировано невыполнение каких именно из перечисленных в п.2.3 должностной инструкции трудовых обязанностей послужило основанием к привлечению ФИО2 к ответственности, когда именно ФИО2 обязана была выполнить данные обязанности, но не выполнила их, когда именно это было установлено работодателем. 

Из представленных в материалы дела документов следует, что начальником службы реализации продукции (далее СРП) ФИО10 07 августа 2017 года на имя начальника абонентского отдела ФИО5 подана служебная записка о нарушении кассиром-операционистом ФИО2 п.2.3 должностной инструкции, а именно проведением сверки расчетов с населением и поступлений по банку за период с 01 апреля 2017 года по 30 июня 2017 года только 01 августа 2017 года; передачей банковских выписок с 20 июня 2017 года в бухгалтерию только 04 августа 2017 года. В связи с чем, у Медведевой необходимо взять объяснения в письменной форме и незамедлительно направить в адрес ФИО10 (т.1 л.д.164).

В этот же день у ФИО2 были отобраны объяснения, из которых следует, что сверка расчетов с 01 апреля 2017 года по 30 июня 2017 года была проведена в срок до 01 июля 2017 года, но по причине переноса платежей по заявлениям потребителей были произведены изменения в программе, что привело к разнице сумм между программами, 01 августа при проведении сверки за июль было обнаружено, что суммы по банку за предыдущий период были порваны, ошибка найдена и исправлена. В связи с отпуском второго кассира и большой загруженностью не представилось возможным передать банковские документы в бухгалтерию, так как перед их передачей необходимо делать дубликаты, которые остаются в абонентском отделе. Поскольку банк передает выписки с задержкой, то выписки от 20 июня к ней попали лишь в начале июля, когда она работала одна, в связи с объемом работы на ее просьбу перевести кассира из ж/р Рыбачий работодатель ответил отказом (т.1 л.д.167). 

Из содержания служебной записки начальника СРП ФИО10 (т. 1 л.д.165), поданной 07 августа 2017 года на имя и.о. генерального директора ФИО9 следует, что ФИО2 произвела сверку расчетов с населением и поступлений по банку за период с 01 апреля 2017 года по 30 июня 2017 года только 01 августа 2017 года, банковские выписки с 20 июня 2017 года по 13 июля 2017 года переданы в бухгалтерию только 04 августа 2017 года, остальных не имеется до момента составления служебной записки, тем самым ФИО2 в очередной раз недобросовестно отнеслась к исполнению своих должностных обязанностей согласно п. 2.3. должностной инструкции. Также из бухгалтерии постоянно поступают жалобы на ошибки ФИО2 в оформлении кассовых документов: «либо отсутствует основание приема денежных средств, либо грамматические ошибки в наименовании плательщика» На основании изложенного ФИО10 просила снизить ФИО2 размер ежемесячной премии за июль 2017 года с 40 % до 5 %, а также объявить замечание с занесением в личное дело сотрудника.

Таким образом, можно предположить, что основанием к привлечению 07 августа 2017 года ФИО2 оспариваемым приказом к дисциплинарной ответственности в виде замечания явилась указанная служебная записка ФИО10, между тем, какие-либо иные доказательства, объективно свидетельствующие о совершении ФИО2 дисциплинарного проступка, в материалах дела отсутствуют.

Так, из пояснений представителей сторон следует, что сверка расчетов производится ФИО2 с работником бухгалтерии по телефону, из объяснительной ФИО2 следует, что сверка расчетов за указанный в служебной записки ФИО20 период была произведена до 01 июля 2017 года, в свою очередь каких-либо документов, свидетельствующих о том, что от работников бухгалтерии АО «Камчатэнергосервис» в связи с не проведением за период с 01 апреля 2017 года по 30 июня 2017 года сверки расчетов на бездействие кассира - операциониста ФИО2 поступали жалобы (докладные) материалы дела не содержат. 

Каких-либо локальных актов работодателя, устанавливающих сроки проведения кассиром-операционистом АО «Камчатэнергосервис» сверок расчетов с бухгалтерией, а также сроки и порядок передачи банковских выписок в бухгалтерию суду не представлено, п. 2.3 должностной инструкции таких сроков также не содержит, кроме того по своему содержанию указанный пункт должностной инструкции не возлагает на истца обязанность передавать банковские выписки в бухгалтерию.

Из пояснений представителя ответчика следует, что сверка расчетов и передача банковских выписок делается по устному распоряжению непосредственного руководителя истца или бухгалтера, однако каких-либо служебных записок (докладных) от непосредственного руководителя истца – начальника абонентского отдела ФИО5 на ненадлежащее исполнение ФИО2 своих должностных обязанностей материалы дела не содержат, напротив из служебной записки ФИО10 следует, что именно она сообщила ФИО5 о выявленных по ее (ФИО3) мнению со стороны работника Медведевой нарушениях п. 2.3. должностной инструкции и попросила взять с последней объяснения. 

Ссылки в служебной записке начальника СРП ФИО10 на неоднократность недобросовестного исполнения ФИО2 своих должностных обязанностей, постоянные жалобы со стороны бухгалтерии на ошибки ФИО2 в оформлении кассовых документов, что в том числе поставлено в вину истцу, ни какими доказательствами не подтверждены, напротив личная карточка работника ФИО2 сведений о привлечении её ранее к дисциплинарной ответственности (до 07 августа 2017 года) не содержит (т.1 л.д. 157-162), со слов представителя ответчика ранее ФИО2 к дисциплинарной ответственности работодателем не привлекалась, премия ей не снижалась. 

Жалоб от работников бухгалтерии на допускаемые ФИО2 ошибки при оформлении кассовых документов материалы дела также не содержат, также как со стороны ответчика и не представлены суду и копии таких кассовых документов, оформленных ФИО2 и содержащих ошибки при их оформлении.

При таких обстоятельствах суд не может согласиться с законностью привлечения ФИО2 к дисциплинарной ответственности в виде замечания и как следствие с законностью оспариваемого истцом приказа о привлечении ее к дисциплинарной ответственности от 07 августа 2017 года, поскольку работодателем совершение ФИО2 самого дисциплинарного проступка не доказано, надлежащим образом дисциплинарное расследование не проведено, необходимые обстоятельства не установлены, а в самом оспариваемом приказе не приведены имеющие значение обстоятельства: когда и какой дисциплинарный проступок истец совершила; какое конкретное нарушение служебных обязанностей допустила; основания к наложению дисциплинарного взыскания.

Таким образом, требования истца в части признания незаконными приказа №751-к от 07 августа 2017 года, суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Рассматривая требования о признании незаконными приказа №750-к от 07 августа 2017 года и приказа №948-к о снижении размера ежемесячной премии за июль 2017 года и за октябрь 2017 года соответственно, суд приходит к следующему. 

Положениями ст.ст. 21, 22 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы, работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Часть 1 ст. 129 ТК РФ определяет заработную плату работника, как вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты) и дает понятия тарифной ставки, оклада (должностного оклада), базового оклада (базового должностного оклада), базовой ставки заработной платы.

Статьей 135 ТК РФ предусмотрено, что заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно ст. 191 ТК РФ премирование является одним из видов поощрения работников, добросовестно исполняющих трудовые обязанности. Премия как стимулирующая и поощрительная выплата в силу части первой ст. 129 ТК РФ является составной частью заработной платы. В свою очередь, системы оплаты труда, включая системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (части первая и вторая ст. 135 Трудового кодекса РФ).

Документы, устанавливающие систему премирования, в качестве одного из критериев начисления премии могут предусматривать отсутствие у работника дисциплинарных взысканий. Установление зависимости права на премию от надлежащего выполнения трудовых обязанностей и невыплата премии в случае невыполнения подобного условия премирования не являются нарушением прав работника, в такой ситуации невыплата премии не является дисциплинарным взысканием и может иметь место одновременно с привлечением работника к дисциплинарной ответственности. 

При этом, основанием для невыплаты премии может являться не только наличие у работника дисциплинарного взыскания, но и сам факт нарушения им трудовой дисциплины, если это предусмотрено системой премирования, в этом случае работодатель вправе лишить работника премии, не прибегая к привлечению его к дисциплинарной ответственности.

В силу п. 3.1 трудового договора № от 05 ноября 2015 года, заключенного с ФИО2, за выполнение своих трудовых обязанностей, предусмотренных трудовым договором и должностной инструкцией, работнику устанавливаются следующие выплаты: должностной оклад в размере 15 252 рублей, районный коэффициент к заработной плате в размере 80%, процентная надбавка за работу в районах Крайнего Севера в размере 80%; другие выплаты (вознаграждения), предусмотренные коллективным договором или локальными нормативными актами работодателя. 

Из коллективного договора АО «Камчатэнергосервис», вступившего в силу с 01 октября 2015 года и действующего в течении трех лет (т.1 л.д. 47-135, 136-144), следует, что премирование Работников осуществляется работодателем в соответствии с Положением «О системе премирования работников» (являющегося Приложением № 2 к коллективному договору), который утверждается приказом Работодателя по предприятию. 

Согласно Положения «О системе премирования работников» (Приложение № 2 к коллективному договору) премиальный фонд системы премирования состоит из премиального фонда текущей премии в размере 40 % от должностных окладов, часовых тарифных ставок, а также из фонда индивидуального премирования, устанавливаемого руководителем предприятия (п.2.2). 

В соответствии с п. 3.1 указанного Положения размер текущей премии устанавливается в процентном соотношении от должностного оклада (тарифной ставки) работника по занимаемой должности и определяется в пределах премиального фонда текущего премирования, в размере до 40% от должностных окладов, часовых тарифных ставок работников. Текущая премия начисляется пропорционально отработанному времени. Размер текущей премии работникам предприятия не должен превышать фонда текущего премирования и устанавливается приказом директора предприятия по представлению руководителя структурного подразделения предприятия.

Согласно разделу 4 Положения «О системе премирования работников», работник может быть лишен премии приказом директора предприятия: за нарушения правил внутреннего трудового распорядка, должностной инструкции; за выявление случаев нецелевого использования имущества предприятия; за нарушение правил охраны труда; за причинение материального ущерба предприятию.

В соответствии с условиями трудового договора, Коллективного договора, в том числе Положения «Об оплате труда работников» (Приложение №3 к Коллективному договору), Положением «О системе премировании работников» (Приложение №2 к Коллективному договору) выплата премии работникам является составляющей заработной платы, а ее размер устанавливается работодателем в пределах 40% должностного оклада (тарифной ставки) с учетом выполнения основных показателей премирования, за фактически отработанное время, при этом решение о выплате премии оформляется приказом Генерального директора на основании представления (докладной записки) начальника структурного подразделения.

Приказом №750-к от 07 августа 2017 года кассиру-операционисту ФИО2 за халатное отношение к своим должностным обязанностям размер текущей премии за июль 2017 года установлен в размере 5%. Из содержания данного приказа следует, что причиной снижения ФИО2 премии явилось ненадлежащее исполнение ею должностных обязанностей, а именно, не выполнение п.2.3 должностной инструкции кассира-операциониста абонентского отдела, основанием для вынесения данного приказа указана служебная записка начальника СРП ФИО10 С приказом ФИО2 10 августа 2017 года была ознакомлена, указав, что с ним не согласна (т.1 л.д.168). 

Исходя из представленных суду документов, можно предположить, что основанием к вынесению оспариваемого приказа также явилась вышеуказанная в решении суда служебная записка от 07 августа 2017 года, поданная ФИО10 на имя и.о. генерального директора о снижении ФИО2 премии за июль 2017 года с 40% до 5%, и объявлении ей замечания с занесение в личное дело (т.1 л.д. 165). 

Приказом №948-к от 16 октября 2017 года кассиру-операционисту ФИО2 за халатное отношение к своим должностным обязанностям размер текущей премии за октябрь 2017 года снижен на 35% и установлен в размере 5%. (т.1 л.д. 214).

Из содержания данного приказа следует, что причиной снижения ФИО2 премии явилось ненадлежащее исполнение ею должностных обязанностей, а именно, не выполнение п.2.3 должностной инструкции кассира-операциониста абонентского отдела, основанием для вынесения данного приказа указана служебная записка начальника СРП ФИО10, которой можно предположить является служебная от 04 октября 2017 года, поданная на имя генерального директора ФИО11, о назначении ФИО2 премии за октябрь 2017 года в размере 5% (т.1 л.д. 215), 

ФИО10 в указанной служебной записки указала, что при разноске банковских платежей техником-кассиром ФИО2 была допущена ошибка в отнесении платежа за коммунальные услуги гражданки ФИО6, проживающей по адресу: г. Вилючинск 

<

адрес>, к лицевому счету по адресу: 

<

адрес>, о чем стало известно после обращения 02 октября 2017 года гражданки ФИО6 с соответствующим заявлением об отсутствии платежа за коммунальные услуги.

Согласно письменных объяснений ФИО2 платеж гражданки ФИО12 ею был отнесен правильно и проверен, в свою очередь оплата по банку, где указывается номер лицевого счета, без указания фамилии и адреса, не дает возможности для большего контроля разноски платежей, при этом доступ к данным разноскам доступ имеют все, а с начала августа по конец сентября она (ФИО2) находилась в отпуске и на больничном (т. 1 л.д.216).

Из служебной записки ФИО10 следует, что документ банк «Камчатпрофитбанк» был создан 17 июля 2017 года пользователем ФИО2 и изменениям до 03 октября 2017 года не подвергался, что подтверждает архив программ инфократ и программисты (т. 1 л.д.215). 

Между тем, доказательств достоверно свидетельствующих, что именно ФИО2 была допущена ошибка при разноски платежа потребителя ФИО6 суду не представлено, так отсутствуют сами платежные документы и (или) документы банка, на основании которых истцом производилась разноска, которые необходимы в целях определения номера лицевого счета в них указанного, отсутствуют доказательства подтверждающие сведения, изложенные в служебной записки ФИО10 о том, что изменения в программу с июля 2017 года по 03 октября 2017 года не вносились, в том числе какие-либо объяснительные программистов.

Таким образом, снижение кассиру-операционисту ФИО2 текущей премии за июль 2017 года и за октябрь 2017 года до 5% должностного оклада работодатель связывает с невыполнением истцом своих должностных обязанностей, изложенных в п. 2.3. должностной инструкции, между тем, несмотря на то, что установление размера текущей премии работнику отнесено к полномочиям работодателя, снижение её размера не может являться произвольным решением работодателя, данное решение должно быть мотивированно и основано на обстоятельствах, действительно указывающих, что работником были допущены нарушения должностной инструкции, что в силу п. 4 Положения «О системе премирования работников», являющегося Приложением № 2 к Коллективному договору может являться основанием к лишению работника премии, либо, как следствие, к ее снижению. 

В свою очередь, как и в случае вынесения приказа №751-к от 07 августа 2017 года, оспариваемые истцом приказы о снижении ей ежемесячной текущей премии за июль и октябрь 2017 года до 5 % должностного оклада (№750-к от 07 августа 2017 года и №948-к от 16 октября 2017 года) по содержанию не мотивированны, поскольку не свидетельствуют об обстоятельствах, которые явились основанием к снижению ФИО2 текущей премии за указанные месяца. 

Из содержания данных приказов невозможно установить, в чем конкретно выразилось неисполнение ФИО2 своих должностных обязанностей, что явилось причиной принятия решения о снижении премии, при этом совокупность иных представленных суду доказательств не подтверждает то обстоятельство, что ФИО2 в июле 2017 года и в октябре 2017 года не выполнялся п. 2.3 должностной инструкции, в соответствии с которым в должностные обязанности ФИО2 входит: ведение кассовых операций, сверка банковских оплат, разноска платежей физических и юридических лиц.

Кроме того снижая ФИО2 премии за июль 2017 года и за октябрь 2017 года работодатель руководствовался только служебными записками начальника СПР ФИО10, вместе с тем иных доказательств, которые бы объективно подтверждали обстоятельства в них изложенные, суду вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ не представлены. 

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения требований истца о признании незаконными приказа №750-к от 07 августа 2017 года и приказа №948-к от 16 октября 2017 года. 

Рассматривая требования истца о признании незаконным распоряжения АО «Камчатэнергосервис» №21 от 29 сентября 2017 года суд не находит оснований для его удовлетворения, поскольку обстоятельств которые бы свидетельствовали о том, что указанным распоряжением были нарушены права или законные интересы истца у суда не имеется, также как не имеется оснований полагать что такие нарушения могут возникнуть в дальнейшем.

Так, из содержания оспариваемого распоряжения №21 от 29 сентября 2017 года следует, что в связи с производственной необходимостью, ежегодным отпуском кассира абонентского отдела ФИО21 с 29 сентября 2017 года кассиру-операционисту абонентского отдела ФИО2 установлен определенный режим работы, при этом продолжительность рабочей недели, время начала и окончания ежедневной работы, время отдыха и приема пищи изменено не было, были только определены временные периоды в течении рабочего времени, в которые истец должна была исполнять определенные должностные обязанности, которые определены ее должностной инструкцией (т. 1 л.д. 163).

Основанием к вынесению данного распоряжения указана производственная необходимость – ежегодный отпуск кассира абонентского отдела ФИО7, которая в свою очередь находилась в отпуске в июле 2017 года (т. 1 л.д.155-156), а в период после 29 сентября 2017 года на ряду с истцом ФИО2 исполняла свои должностные обязанности, следовательно, указанное распоряжение при наличии на рабочем месте кассира ФИО7, не определяло для ФИО2 определенный режим рабочего времени.

Доводы представителя ответчика о том, что в указанном распоряжении была допущена ошибка, а именно ошибочно указанно на то, что его основанием является ежегодный отпуск кассира абонентского отдела ФИО7, суд находит не состоятельными, поскольку никаких документов свидетельствующих о внесении в указанное распоряжение соответствующих изменений и ознакомление с ними истца ФИО2, суду стороной ответчика не представлено. 

Из пояснений представителей сторон установлено, что за нарушение распорядка рабочего дня, установленного оспариваемым распоряжением № 21, ФИО2 к ответственности работодателем не привлекалась, премии не лишалась, каких-либо правовых последствий, связанных с изданием данного распоряжения для истца не возникло. 

В судебном заседании представитель истца Фещенко А.Г. пояснила, что оспариваемое распоряжение № 21 в настоящее время прав истца не нарушает и не будет нарушать в дальнейшем, поскольку с 08 декабря 2017 года истец уволена с должности кассира-операциониста АО «Камчатэнергосервис» по сокращению.

Из пояснений представителя ответчика также следует, что 08 декабря 2017 года истец ФИО2 была уволена с занимаемой должности кассира-операциониста АО «Камчатэнергосервис» по п.2 ст.81 ТК РФ по сокращению численности и штатов работников. 

При таких обстоятельствах, у суда не имеется оснований для признания оспариваемое распоряжения №21 от 29 сентября 2017 года незаконным. 

В соответствии с положениями ст. 21, ст. 237 ТК РФ суд вправе удовлетворить требование лица, незаконно привлеченного к дисциплинарной ответственности о компенсации морального вреда, при этом компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. 

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Трудового кодекса РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания работника, причиненные неправомерными действиями или бездействием работодателя, нарушающими его трудовые права, закрепленные законодательством.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Судом при рассмотрении дела установлено, что на истца приказом №751-к от 07 августа 2017 года было незаконно наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания, а приказами №750-к от 07 августа 2017 года и №948-к от 16 октября 2017 года незаконно снижен размер текущей премии за июль и октябрь 2017 года соответственно, вследствие чего истцу, безусловно, были причинены нравственные страдания, возникшие вследствие нарушения её трудовых прав.

При таких обстоятельствах, суд находит требования истца о компенсации морального вреда, причиненного в результате нарушения ее трудовых прав, обоснованными и подлежащими удовлетворению. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, руководствуясь положениями ст. 151, ст. 1101 ГК РФ, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, при которых был причинен моральный вред истцу, учитывая характер и степень нравственных страданий истца, неоднократность допущенных ответчиком нарушений трудового законодательства, требования разумности и справедливости, суд полагает необходимым определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, в сумме 10 000 рублей. 

Оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда в большем размере, у суда не имеется.

Согласно ст. 88 Гражданского процессуального кодекса РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины, издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании ст. 94 Гражданского процессуального кодекса РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, в том числе относятся расходы на оплату услуг представителей и другие признанные судом необходимые расходы.

В силу ч. 1 ст. 48 ГПК РФ граждане могут вести свои дела в суде лично или через представителя. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ.

Таким образом, нормами ст. ст. 88, 94 ГПК РФ расходы на оплату услуг представителей отнесены к судебным расходам, порядок распределения которых установлен ст. 98 ГПК РФ, однако, вопрос по возмещению расходов на оплату услуг представителя урегулирован ст. 100 ГПК РФ. 

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Суд вправе уменьшить расходы на оплату услуг представителя лишь в том случае, если признает их чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела. Вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшать его произвольно (пункт 2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2004 г № 454-О).

Гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты (п. 1 ст. 1 ГК РФ).

Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (п. 2 ст. 1 ГК РФ).

В соответствии с ч. 4 ст. 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, к их числу относятся и те условия, которыми устанавливаются размер и порядок оплаты услуг представителя.

Согласно п.п. 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Как следует из представленного суду соглашения об оказании юридической помощи №19 от 03 ноября 2017 года и квитанциями от 04 ноября 2017 года, от 11 декабря 2017 года (т. 2 л.д. 20,21,22) истец ФИО2 в связи с необходимостью обращения в суд за защитой своих трудовых прав в связи с незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности и лишением премии обратилась к адвокату НО «Коллегия адвокатов «Новация» Фещенко А.Г. за оказанием возмездных юридических услуг, за что уплатила 40 000 рублей: 20 000 рублей - 04 ноября 2017 года, 20 000 рублей - 11 декабря 2017 года.

В соответствии п.1 Соглашения об оказании юридической помощи №19 от 03 декабря 2017 года адвокат Фещенко А.Г. приняла на себя обязательство оказать ФИО2 юридическую помощь, а именно действия, связанные с представлением интересов ФИО2 в суде в качестве истца по делу об оспаривании приказов о привлечении к дисциплинарной ответственности и лишении премии, компенсации морального вреда, признании приказов незаконными.

Согласно п.4 Соглашения вознаграждение исполнителю в связи с оказанием услуг по настоящему Соглашению составляет 40 000 рублей, которые уплачиваются в следующем порядке: 20 000 рублей – при подписании Соглашения; 20 000 рублей - в срок не позднее 18 декабря 2017 года. 

На момент рассмотрения дела судом истцом фактически оплачено за услуги представителя 40 000 рублей.

Ходатайств о снижении размера судебных расходов на оплату услуг представителя либо доводов о чрезмерности данных расходов стороной ответчика суду не заявлялось, доказательств чрезмерности понесенных расходов на оплату услуг представителя суду не представлено. 

Принимая во внимание, что требования истца в части признании приказов о применении дисциплинарного взыскания в виде замечания и снижении премий за июль 2017 года и октябрь 2017 года, а также о компенсации морального вреда судом удовлетворены, при этом защита интересов истца именно по данным требованиям является предметом заключенного между ФИО2 и адвокатом Фещенко А.Г. Соглашения от 03 ноября 2017 года (п.п. 1 и 2 Соглашения), исходя из объема оказанной истцу представителем Фещенко А.Г. правовой помощи, сложности дела, времени, необходимого на подготовку документов и затраченного представителем на участие в его рассмотрений, с учетом состоявшихся двух судебных заседаний, суд приходит к выводу, что требования истца ФИО2 о взыскании с ответчика ее расходов по оплате услуг представителя в размере 40 000 рублей являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Оснований считать данные расходы не разумными и не соразмерными затраченным представителем усилиям и времени, с учетом вышеизложенных обстоятельств и территориального расположения Вилючинского городского суда, при отсутствии каких-либо возражений и доказательств со стороны ответчика в части чрезмерности судебных расходов по оплате услуг представителя, у суда не имеется. 

Оснований к пропорциональному распределению судебных расходов, судом также не усматривается, поскольку защита прав истца по требованию о признании распоряжения № 21 от 29 сентября 2017 года незаконным, в предмет заключенного Соглашения № 19 от 03 ноября 2017 года не включалась. 

Государственная пошлина, от уплаты которой истец в силу пп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ освобождена, на основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, пп. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ подлежит взысканию с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

Таким образом, исходя из количества удовлетворенных судом требований, одни из которых связаны с оспариванием приказов ответчика, а второе с компенсацией морального вреда, с ответчика надлежит взыскать государственную пошлину в размере 600 рублей в доход местного бюджета. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судья

решил:

Исковые требования ФИО2 к акционерному обществу «Камчатэнергосервис» о признании приказов о дисциплинарном взыскании и снижении премий незаконными, признании распоряжения о выполнении работы в определенное время незаконным, компенсации морального вреда и судебных расходов - удовлетворить частично.

Признать приказ АО «Камчатэнергосервис» № 751-к от 07 августа 2017 года об объявлении кассиру-операционисту абонентского отдела ФИО2 замечания – незаконными.

Признать приказы № 750-к от 07 августа 2017 года и № 948-к от 16 июля 2017 года о снижении ФИО2 размера текущей премии за июль 2017 года и за октябрь 2017 года - незаконными.

Взыскать с акционерного общества «Камчатэнергосервис» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Камчатэнергосервис» в пользу ФИО2 судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 40 000 рублей. 

В остальной части исковых требований ФИО2 о признании распоряжения АО «Камчатэнергосервис» № 21 от 29 сентября 2017 года о выполнении работы в определенное время кассиром-операционистом незаконным – отказать.

Взыскать с АО «Камчатэнергосервис» государственную пошлину в размере 600 рублей в доход местного бюджета. 

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Вилючинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 22 декабря 2017 года.

Судья В.М. Воронова