Дело № 2-1083/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 февраля 2018 года г. Челябинск

Калининский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего Вардугиной М.Е.

с участием прокурора Пряловой Д.Н.

при секретаре Гавриловой М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к акционерному обществу «Челябинский электрометаллургический комбинат» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Челябинский электрометаллургический комбинат» (далее – АО «ЧЭМК») о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 200 000 рублей

В обоснование заявленных требований указал, что с 04.05.1970 по 22.03.1999 состоял в трудовых отношениях с ОАО «ЧАЗ», реорганизованного в ОАО «ЧЭМК» (в настоящее время- АО «ЧЭМК»). За время работы у ответчика, в связи с длительным воздействием вредных производственных факторов, получил профессиональное заболевание органов дыхания – ***, которое было установлено Актом о случае профессионального заболевания от 30.07.1990 г. Физические страдания истца выражаются в постоянных болевых ощущениях в груди, сильной одышке при ходьбе, в недосыпаниях в связи с удушьем, затрудненном дыхании, мучительном и долгом кашле, постоянном использовании специальной аэрозоли, частыми приступами нехватки воздуха, общем дискомфорте. Нравственные страдания связаны с осознанием невозможности ведения прежнего образа жизни, страхе за свою жизнь.

В судебном заседании истец ФИО1 настаивал на исковых требованиях по основаниям, изложенным в иске, суду пояснил, что в 1990 г. впервые выявили профессиональное заболевание – ***. Из - за отдышки и сухого кашля приходится пользоваться аэрозолем; боится за свою жизнь; в связи с имеющимся заболеванием, тяжело подниматься выше второго этажа, при ходьбе постоянная одышка; общаться с родственниками и друзьями, как обычно сложнее; возникают сложности в быту. 

Доводы истца в судебном заседании поддержал его представитель ФИО3, допущенный к участию в деле по ходатайству истца, указавший дополнительно на то, что профессиональное заболевание у его доверителя было выявлено при исполнении трудовых обязанностей у ответчика, а не у какого-либо иного лица.

Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности от (дата) №-юр-124 в судебном заседании указала, что размер компенсации морального вреда должен быть существенно снижен, исходя из требований разумности и справедливости.

Заслушав объяснения истца, представителей сторон, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим частичному удовлетворению, исследовав материалы дела, суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно ч. 1, 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Вопросы возмещения компенсации морального вреда впервые урегулированы статьями 7, 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, принятых 31.05.1991 г., действие которых распространено на территории Российской Федерации с 03.08.1992 г.

Согласно ст. 5 Федеральный закон от 30.11.1994 N 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" установлено, что по гражданским правоотношениям, возникшим до введения ее в действие, часть первая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие, т.е. с 01.01.1995 г.

Действовавший ранее Гражданский кодекс РСФСР не предусматривал возможности компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания. Отношения, связанные с возмещением морального вреда, не были урегулированы и нормами трудового законодательства до введения Трудового кодекса РФ, т.е. до 01.02.2002 г.

В силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии с ч. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Согласно ст.151 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В судебном заседании установлено и подтверждается копией трудовой книжки, что ФИО1 с 04.05.1970 г. работал в Ордена Трудового Красного Знамени Челябинским Абразивным заводе, ЧАПО, Челябинском абразивном заводе (ЧАЗ) и в АООТ Челябинском абразивном заводе, правопреемником которых является АО «ЧЭМК», в цеху абразивных кругов и в цеху ФТЦ в должностях ***. 

Как следует из записи № от 29.07.1998 в трудовой книжке ФИО1, ЧАЗ, являющийся правопреемником Ордена Трудового Красного Знамени Челябинского Абразивного завода был преобразован в АООТ «Челябинский абразивный завод».

22.03.1999 г. ФИО1 был уволен из АООТ «Челябинский абразивный завод» по собственному желанию.

Актом о случае профессионального заболевания от 30.07.1990 г. ФИО1 впервые установлен диагноз профессионального заболевания – ***, по которому степень утраты профессиональной трудоспособности составила 25%. 

В ходе проведения расследования случаев профессионального заболевания установлено, что стаж работы ФИО1 в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов в ОАО «Челябинский абразивный завод» составлял более 29 лет.

По заключению комиссии заболевание истца является профессиональным и возникло в результате несовершенства производства абразивных кругов в ЧАПО, правопреемником которого в настоящее время в связи с реорганизацией является АО «ЧЭМК».

Поскольку производство в цехах по обработке абразивных изделий было связано с повышенной опасностью для окружающих и является источником повышенной опасности, суд, исходя из выводов, изложенных в акте расследования случая профессионального заболевания,- приходит к выводу, что возникновение вреда не связано с непреодолимой силой или умыслом потерпевшего. Соответственно, обязанность возместить вред, причиненный истцу, возникает у ответчика независимо от наличия либо отсутствия вины последнего. 

Совокупностью исследованных доказательств подтверждается, что профессиональное заболевание ФИО1 получено в период его работы в организациях, правопреемником которых является АО «ЧЭМК». Других виновных лиц комиссией не было установлено.

Причиной профессионального заболевания установлено: длительное, многократное воздействие на организм человека вредных производственных факторов в виде повышенной запыленности воздуха рабочей зоны.

Пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994 № 10 разъяснено, что если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворения, в том числе и в случае, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания. Однако, если противоправные действия (бездействия) ответчика, причиняющие истцу нравственные или физические страдания начались, до вступления в силу закона, устанавливающего ответственность за причинение морального вреда и продолжаются после введения этого закона в действие, то моральный вред в указанном случае подлежит компенсации.

Учитывая, что после установления профессионального заболевания и оформления акта от 30.07.1990г. ФИО1 еще более восьми лет продолжал осуществлять свою трудовую деятельность в организациях правопредшественниках ответчика в условиях воздействия вредных производственных факторов до дня увольнения – 22.03.1999г., а представитель ответчика не оспаривала факта возникновения у истца профессионального заболевания в связи с работой в данных организациях и ответственность ответчика за вред, причиненный истцу в период работы в указанных организациях, а также вредный характер условий труда, в которых работал истец, -суд приходит к выводу о доказанности причинно-следственной связи между трудовой деятельностью истца в организациях, правопреемником которых является АО «ЧЭМК» и наступившими для истца неблагоприятными последствиями – профессиональным заболеванием, а также ответственностью ответчика, предусмотренной нормами действующего на момент увольнения истца законодательства.

Учитывая изложенное, доводы представителя ответчика о небрежности истца по отношению к состоянию своего здоровья, не могут служить основанием для отказа в иске, поскольку актом о случае профессионального заболевания от 30.07.1990 г. установлено, что непосредственной причиной заболеваний истца являются несовершенство технологического процесса. Вины ФИО1 в возникновении профессионального заболевания не установлено. 

То обстоятельство, что возникновение профессионального заболевания у истца обусловлено вредными производственными факторами в организациях-правопредшественниках ОАО «ЧЭМК», не освобождает ответчика от ответственности, поскольку в силу ч.1 ст. 1093 ГК РФ в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. 

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Объяснениями истца, материалами дела подтверждается, что в результате полученного профессиональных заболеваний он вынужден ежедневно принимать лекарственные препараты посещать врача – пульмонолога, испытывать затрудненность дыхания, приступы удушья, трудности при подъеме и в выполнении домашней работы, трудности в общении, страх за свою жизнь.

Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности в судебном заседании причинения ФИО1 в результате воздействия вредных производственных факторов нравственных и физических страданий, связанных с развитием у него профессионального заболевания, которое нарушает личные неимущественные права истца. 

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает следующие обстоятельства: наличие профессионального заболевания, степень причиненных истцу физических и нравственных страданий; продолжительность периода, отработанного в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов в организациях, правопреемником которых является АО «ЧЭМК», степень вины ответчика, стаж работы ответчика во вредных для здоровья условиях труда, возраст истца и степень утраты профессиональной трудоспособности по профессиональному заболеванию 25% бессрочно, а также невозможность полного устранения последствий воздействия неблагоприятных факторов на здоровье истца, требования разумности и справедливости, и считает возможным определить ко взысканию в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 110 000 рублей.

Оснований для удовлетворения требований истца в заявленном размере 200 000 рублей, суд не находит.

Кроме того, учитывая положение ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о взыскании с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, государственной пошлины, от уплаты которых истец был освобожден, с АО «ЧЭМК» подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 300 рублей, исчисленная в соответствии с подп.3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 12, 103, 193, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к акционерному обществу «Челябинский электрометаллургический комбинат» о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Челябинский электрометаллургический комбинат» в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда 110 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Взыскать с акционерного общества «Челябинский электрометаллургический комбинат» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Калининский районный суд (адрес) в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий М.Е. Вардугина