№2-1/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

п. Красный 11 сентября 2018 года

Краснинский районный суд Смоленской области в составе: 

председательствующего, судьи Вдовиной Н.И.,

при секретаре Масловой О.П., 

с участием истца (по встречному иску ответчика) ФИО1,

ответчика (истца по встречному иску) ФИО2, 

помощника прокурора Мальчугиной Е.Г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 

<

данные изъяты> к Остапец (ФИО3) 

<

данные изъяты>, администрации Гусинского сельского поселения о признании недействительными результатов межевания, об устранении препятствий в пользовании земельным участком, сносе строений, установлении границ земельного участка, взыскании упущенной выгоды, ущерба, морального вреда и судебных расходов и по встречному иску Остапец 

<

данные изъяты> к ФИО1 

<

данные изъяты> и ФИО6 

<

данные изъяты> об изменении межевой границы земельного участка, о переносе погреба, об устранении препятствия в пользовании домом, сносе аварийного строения, признании ничтожным договора дарения, прекращении права собственности и снятии ответчика с регистрационного учета, возмещении ущерба причиненного по вине продавца земельного участка, о взыскании денежных средств в счет уменьшения цены за дом и земельный участок по договору купли-продажи,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Остапец (ФИО3) И.А. о признании недействительными материалов межевания земельного участка по адресу 

<

адрес>, с кадастровым номером №, и исключении из государственного кадастра недвижимости сведений о координатах поворотных точек в установлении границ данного земельного участка. Просила обязать ответчика ФИО3 устранить препятствия в пользовании вышеуказанным земельным участком, принадлежащим истцу ФИО1 на праве собственности, путем переноса ограждения забора, установленного на этом земельном участке, и установлении ограждения в соответствии с правилами благоустройства, также устранить препятствия в пользовании участком путем переноса хозяйственной постройки - сарая, на расстояние 3-х метров от границы с земельным участком, расположенным по адресу 

<

адрес>, с кадастровым номером № в сторону участка с кадастровым №. Просила обязать ответчика - администрацию Гусинского сельского поселения Смоленской области передать ей бесплатно в собственность земельный участок площадью 60 кв.м. в указанных в просительной части заявления координатах поворотных точек. И установить границы земельного участка по адресу 

<

адрес>, кадастровый номер №, принадлежащего ФИО1, согласно обзорного плана, выполненного ДД.ММ.ГГГГ ООО «Геолидер» в координатах поворотных точек, указанных в просительной части искового заявления. 

Иск мотивирован тем, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 имела в собственности земельный участок площадью 21 000 кв.м. по адресу: 

<

адрес>. В ДД.ММ.ГГГГ данный земельный участок был разделен на два участка: площадью 11 000 кв.м. и 10 000 кв.м. Межевая граница между двумя вышеуказанными земельными участками определена согласно заключенного ею договора подряда от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Геолидер». ДД.ММ.ГГГГ земельный участок площадью 11 000 кв.м. был продан ФИО3, участку был присвоен адрес: 

<

адрес>, и кадастровый №. Земельный участок площадью 10 000 кв.м., принадлежащий истцу, получил кадастровый №. Истец указала, что в ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 возвела между земельными участками металлический забор, обозначающий их границу, после чего визуально и путем измерений ею было определено, что забор стоит не на границе земельных участков, а на ее земельном участке, в связи с чем, общая площадь ее земельного участка составила менее 9 000 кв.м. Считала, что таким образом, ФИО3 самовольно захватила часть ее земельного участка, что препятствует использованию земельного участка по назначению. Перенести забор ФИО3 не согласилась, кроме того, забор представляет собой сплошное металлическое ограждение высотой около 2-х метров, тогда как по правилам благоустройства ограждение на границе участков должно быть сетчатым или решетчатым высотой 1,50 м. С западной стороны ее дома металлический забор проходит по краю крыши бетонного погреба, без отступа в 1 метр (п. 2.12 СНиП 2.07.01-89), в связи с чем обслуживание погреба невозможно. В ДД.ММ.ГГГГ ООО «Геолидер» произвело замеры ее земельного участка, о чем составило обзорный план и установило, что площадь ее участка составляет 9 000 кв.м., на указанном плане видно, что граница кадастровой линии проходит по ее бетонному погребу, что недопустимо. Кроме того, ФИО3 построила сарай, который находится в 1,5 метрах от ее погреба высотой 3 метра, чем нарушила санитарно-бытовые нормы, т.к. ее дом с задней стороны имеет одно окно, которое из-за сарая затемнено, чем нарушаются ее права. Также, с южной стороны земельный участок истца граничит с земельным участком ФИО4, граница которого проходит по забору – ограждению, и установлено, что кадастровая граница не совпадает с границей по забору, который проходит по земельному участку ФИО1, в результате чего 60 кв.м. ее земельного участка находятся на территории соседнего участка, в связи с чем необходимо присоединить к земельному участку ФИО1 60 кв.м. свободных земель, которые граничат с ее участком с западной стороны и относятся к землям администрации Гусинского муниципального образования Краснинского района Смоленской области. Истец считала, что при данных обстоятельствах усматриваются упущения со стороны ООО «Геолидер», которое занималось межеванием вышеуказанных земельных участков и определению между ними кадастровой границы. 

В ходе судебного разбирательства истец ФИО1 неоднократно уточняла свои исковые требования (т.1, л.д.52, т.3 л.д.42), окончательно сформулировав, адресовала их не только ответчику ФИО3 (Остапец) И.А. и администрации Гусинского сельского поселения, но и ответчику ФИО5 – руководителю ООО «Геолидер» (т.4 л.д.98-100). Просила суд признать материалы межевания ее земельного участка с кадастровым номером № по адресу 

<

адрес> недействительными и восстановить положение, существующее до нарушения права (ДД.ММ.ГГГГ). Просила обязать ФИО3 устранить препятствие в пользовании ее земельным участком путем переноса из самовольно захваченного земельного участка, всех строений, забора, в соответствии с нормами гражданского градостроительства, поскольку все строения мешают ей пользоваться ее земельным участком, пожароопасные, затеняют окно жилого дома, огород с юго-западной стороны. Просила суд признать границы ее земельного согласно проведенного обзорного плана ООО «Геолидер» от ДД.ММ.ГГГГ Просила суд обязать оплатить ответчика ФИО3 понесенные ею расходы по договору от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО9 за его услуги 55 000 руб.; за услуги адвоката ФИО10 10 000 руб. по договору от 02/09-2015г., и 15 000 руб.; за услуги юриста ФИО11 по договору от ДД.ММ.ГГГГ в размере 5 000 руб.; за услуги адвоката ФИО18 5 000 руб. за участие в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ. Также с ФИО3 просила взыскать упущенную выгоду в соответствии со ст.15 ГК РФ в размере 10 000 руб.; имущественный ущерб в размере 30 000 руб. за испорченный погреб, нарушение целостности его бетонной стены, поперечные внутренние трещины, порчу при хранении за три года, а также обязать ФИО3 сделать его ремонт. С ответчика ФИО5 просила взыскать в свою пользу материальный и моральный ущерб за физическое насилие и ложные показания в Краснинском районном суде в размере 50 000 руб. 

Ответчик ФИО2, не согласившись в полном объеме с предъявленными к ней требованиями, обратилась со встречным иском к ФИО1 и просила суд изменить межевую границу между ее земельным участком площадью 1100+/-23 кв.м, кадастровый №, расположенным по адресу: 

<

адрес>, и земельным участком ФИО1, площадью 1000 +/-22 кв. м кадастровый № расположенным по адресу: 

<

адрес> по линии установленного ею ограждения. Просила взыскать с ФИО1 в ее пользу в счет возмещения убытков 4400 рублей (т.2, л.д.197-203). Встречный иск обоснован тем, что ФИО6 (дочери ФИО1) на праве собственности принадлежал земельный участок с кадастровым №, расположенный по адресу: 

<

адрес>. В ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 были проведены землеустроительные работы с привлечением ООО «Геолидер», установлены и согласованы на местности границы земельного участка, границы закреплены межевыми знаками и определены координаты характерных поворотных точек границ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 подарила ФИО1 вышеуказанный земельный участок в собственность по договору дарения, а впоследствии ФИО1 разделила земельный участок, с образованием двух смежных земельных участков - один с кадастровым № площадью 1000+/-22 кв.м, а второй с кадастровым № площадью 1100+/-23кв.м., который решила продать ей по договору от ДД.ММ.ГГГГ, при этом цена земельного участка составила 300 000 рублей, цена дома -400000 рублей. Указала, что ФИО1, действуя недобросовестно, не произвела надлежащий раздел земельных участков, сама указала желаемую границу (вариант раздела единого участка), не указала о наличии своего погреба по границе образованных участков, отказалась от выезда на место и проведения геодезической съемки, от выноса границ в натуру. Считала, что проблемы ненадлежащего межевания, возникшие у ФИО1 по договору с ООО «Геолидер», ФИО1 решила устроить за ее счет. Понимая, что такая граница и межевание недопустимы, она, как покупатель, действуя добросовестно, добровольно отступила от погреба ФИО1, то есть от установленной кадастровой границы по погребу ФИО1, в сторону своего земельного участка на 1 м 80 см, что составило площадь 17,7 кв. м. Она за свой счет (понесенные убытки в размере 4400 рублей, которые просит взыскать в свою пользу) произвела вынос границ в натуру по договору с ООО «Бином» по межевым материалам и сведениям кадастрового учета, и по знакам разметки, установленным ООО «Бином», уступив на 15 см в свою сторону для установки столбов, установила ограждение, после чего приступила к строительству надворных построек с соблюдением норм, регулирующих расстояние строений от границы. ФИО1 и ее дочь ФИО6, действуя недобросовестно, в нарушение постановления администрации Гусинского сельского поселения от ДД.ММ.ГГГГ № аварийный дом на своем земельном участке не снесли, что, по мнению истца, согласно ст.293 ГК РФ, должно повлечь его принудительный снос. Вместо этого, ФИО6 дарит ФИО1 старый аварийный дом, подлежащий сносу, находящийся под обременением (обязанность сноса), а ФИО1 достраивает новый дом, затем продает его, без сноса своего аварийного дома и без предупреждения покупателя об этом. Также просила суд отказать в иске ФИО1 по основанию пропуска последней срока исковой давности для обращения в суд.

В ходе судебного разбирательства ответчик ФИО2 также неоднократно дополняла и уточняла заявленные исковые требования (т.3, л.д.9-10), окончательно сформулировав, адресовала их не только ответчику ФИО1, но и ответчику ФИО6 (т.3 л.д.35-39, т.6 л.д.32-33), просила изменить межевую границу между ее земельным участком, кадастровый №, расположенным по адресу: 

<

адрес>, и земельным участком ФИО1, кадастровый №, расположенным по адресу 

<

адрес> по линии установленного ею ограждения. Взыскать с ФИО1 в ее пользу в счет возмещения убытков 4400 рублей. Обязать ФИО1 перенести погреб на земельном участке 

<

адрес> на расстояние, соответствующее 1 метру, до существующего ограждения. Просила взыскать с ФИО1 в ее пользу 4827 рублей (убытки в соответствии со ст.15 ГК РФ, за отступление от границы между земельными участками при установке ограждения в связи с наличием погреба ФИО1 в размере 17,7 кв.м., поскольку фактически эта площадь перешла в ее собственность). Просила обязать солидарно ФИО1 и ФИО6 снести аварийный дом № по 

<

адрес> в течении 2-х месяцев со дня вступления решения суда в законную силу, признать ничтожным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ дома № по адресу: 

<

адрес> между ФИО1 и ФИО6 с прекращением права собственности и снятием ФИО1 

<

данные изъяты> с регистрационного учета по указанному адресу. Взыскать с ФИО1 в ее пользу 100 000 рублей в счет уменьшения цены за дом и земельный участок по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Дополнительно заявленные встречные требования мотивировала тем, что ФИО1 продолжает отапливать свой аварийный деревянный дом с печным отоплением, создавая для нее реальную угрозу, при этом сама ФИО1 имеет жилье на праве собственности в виде благоустроенной квартиры по адресу: 

<

адрес>, где постоянно и проживает. ФИО6 и ФИО1 скрыли от нее обременение в виде аварийного дома на смежном участке, что препятствует ей в нормальной застройке своего участка. Эти обстоятельства, безусловно, повлияли бы на заключение ею сделки по приобретению у ФИО1 земельного участка и дома по цене, указанной в договоре, в связи с чем она требует уменьшения цены по договору всего в сумме 100 000 руб. Также считала, что в силу требований ст. 168 ГК РФ, договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ жилого дома по 

<

адрес>, заключенный между ФИО1 и ФИО6 должен быть признан ничтожным, поскольку предметом дарения не может быть аварийный объект. 

В судебном заседании ФИО1, в основном, поддержала свои исковые требования, не признав при этом встречный иск ФИО2 в полном объеме, по тем основаниям, на которые указала в первоначальном иске и в многочисленных дополнительных пояснениях (в том числе, т.6, л.д. 136-149, л.д.166-172). При этом, в заседании не поддержала свои исковые требования к администрации Гусинского сельского поселения Краснинского района Смоленской области о передаче ей бесплатно в собственность земельного участка площадью 60 кв.м., расположенного вблизи ее земельного участка в координатах, указанных в первоначальном исковом заявлении, указав, что в настоящее время данное требование утратило свое значение. Также не поддержала свои требования о взыскании в ее пользу с ФИО2 15 000 руб. за услуги, оказанные ей адвокатом ФИО19, указав, что при расторжении договора с указанным представителем, денежные средства в размере 15 000 руб. ей были возвращены. Также уточнила, что истребуемые в иске 50 000 рублей с ответчика ФИО5 она просит взыскать только в счет возмещения причиненного им морального вреда, связанного с физическим насилием, которое было предпринято лично ФИО5 в ее отношении, а также в связи с данными им в Краснинском районном суде ложными показаниями по настоящему гражданскому делу. 

В судебном заседании ФИО2 на удовлетворении своего встречного иска (т.6 л.д.163) настаивала, а исковые требования ФИО1 не признала в полном объеме, просила в их удовлетворении отказать по основаниям, указанным ею, как ранее во встречном и уточненных исковых заявлениях, так и в последующем в заседаниях (т.6, л.д.161.162). Неоднократно ходатайствовала о заключении по спору мирового соглашения (т.3 л.д.166), на заключение которого категорически не согласилась ФИО1 Ходатайствовала о применении судом сроков исковой давности по всем исковым требованиям, заявленным к ней ФИО1, считая, что данный срок по оспоримой сделке (ч.2 ст.181) составляет 1 год. Кроме того, указала, что по требованиям о признании итогов межевания недействительными, считает себя ненадлежащим ответчиком. 

Представитель ответчика по первоначальному иску - администрации Гусинского сельского поселения Краснинского района Смоленской области и ответчик (по дополнительному иску ФИО1) ФИО5 в судебное заседание не прибыли, о месте и времени рассмотрения дела извещены, направили суду письменные ходатайства о рассмотрении спора между ФИО1 и ФИО2 без их участия. При этом ответчик ФИО5 указал, что он не согласен с исковыми требованиями.

Ответчик ФИО6 также в заседание не прибыла, извещена надлежащим образом, ранее направляла суду письменное заявление (т.6 л.д.104), в котором просила дело по иску ФИО1 к ФИО2 и встречному иску ФИО2 к ней и ФИО1 рассмотреть без ее участия, разрешение спора оставила на усмотрение суда. 

Представители заинтересованных лиц – администрации МО «Краснинский район» Смоленской области, Федеральной кадастровой палаты Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Смоленской области, ООО «Бином», ООО «Геолидер», а также заинтересованное лицо ФИО4 в заседание также не прибыли. Представители заинтересованных лиц – администрации МО «Краснинский район» Смоленской области, Федеральной кадастровой палаты Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Смоленской области и ООО «Геолидер» просили рассматривать дело без их участия. ООО «Бином» и ФИО4 об уважительности неявки не сообщили.

Ранее представитель ООО «Геолидер» направил в суд отзыв на исковое заявление ФИО1, в котором указал, что по договору подряда от ДД.ММ.ГГГГ ООО «Геолидер» в целях уменьшения стоимости работ (по просьбе заказчика ФИО1) и по согласованию с заказчиком провел кадастровые работы по разделу земельного участка с кадастровым № без выезда на место и проведения геодезической съемки. Координаты поворотных точек границ земельных участков были определены аналитическим методом по материалам предыдущего межевания, в которых отсутствовали данные о погребе и о его границах. Граница образуемых участков была согласована с заказчиком кадастровых работ и с главным архитектором Краснинского района и была проведена на расстоянии 3 м от жилого дома согласно правилам планировки и застройки населенных пунктов. По результатам работ закрепление точек границ долговременными межевыми знаками не производилось, так как это не было предусмотрено договором на выполнение работ (т.1 л.д.59-60). 

Также ранее ООО «Бином» в суд было направлено заключение, которое ее представитель (директор ФИО13) одновременно просил принять суд во внимание как позицию третьего лица относительно земельного спора между ФИО1 и ФИО2, согласно которого определение границ земельного участка № по 

<

адрес>, и вынос границ в натуру, выполненный ООО «Бином», не в полной мере соответствует сведениям кадастрового учета. Ограждение, установленное ФИО2 по границам земельного участка № и № соответствует выносу границ в натуру, выполненному ООО «Бином» по договору № от ДД.ММ.ГГГГ, за исключением части границы по меже, напротив погреба владельца земельного участка №, где ФИО2 допустила отступление в сторону своего земельного участка на площадь 18,87 кв.м. Указанные границы определены методом спутниковых геодезических исследований, с выносом границ в натуру, в отличие от аналитического метода, примененного ООО «Геолидер», послужившего кадастровому учету (т.3, л.д.161-165).

Исследовав письменные материалы дела, заслушав ФИО1, ФИО2, заключение прокурора, полагавшей в удовлетворении как первоначального, так и встречного иска, отказать в полном объеме, суд приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 11 ГК РФ и ч. 1 ст. 3 ГПК РФ судебной защите подлежат только нарушенные права, свободы и законные интересы заявителя.

Согласно ч.2 ст.36 Конституции РФ владение, пользование и распоряжение землей осуществляется собственниками свободно, если это не нарушает прав и законных интересов иных лиц. Аналогичная норма содержится в п.3 ст.209 ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 15 Земельного кодекса РФ собственностью граждан и юридических лиц (частной собственностью) являются земельные участки, приобретенные гражданами и юридическими лицами по основаниям, предусмотренным законодательством Российской Федерации.

Согласно ст.60 Земельного Кодекса РФ нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случае самовольного занятия земельного участка. 

Согласно указанной норме права, действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права.

В силу статьи 70 Земельного кодекса РФ государственный кадастровый учет земельных участков осуществляется в порядке, установленном Федеральным законом "О государственной регистрации недвижимости".

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из материалов дела следует, что ФИО1 является собственником земельного участка площадью 1000 кв. м., с кадастровым №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, на основании договора дарения земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ сделана запись регистрации № (т.1 л.д.169).

На основании договора дарения жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 также является собственником одноэтажного жилого дома, общей площадью 41,4 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ сделана запись регистрации № (т.1 л.д.168).

ФИО3 является собственником смежного с ФИО1 земельного участка площадью 1100 кв.м., с кадастровым № по адресу: 

<

адрес> и жилого дома, общей площадью 47,5 кв.м., расположенного на нем, на основании свидетельств о праве от ДД.ММ.ГГГГ, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ сделаны соответствующие записи регистрации (т.1 л.д.193,194).

На основании свидетельства о перемене имени, выданного ДД.ММ.ГГГГ Комитетом записи актов гражданского состояния Администрации 

<

адрес> (отдел ЗАГС 

<

адрес>), ФИО3 переменила фамилию на Остапец (т.1 л.д.195). 

Также установлено и подтверждено материалами дела, что ФИО6 

<

данные изъяты> (ответчику по встречному иску, дочери ФИО1,) на праве собственности ранее принадлежал земельный участок с кадастровым №, площадью 2100+/-32 кв. м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, для веления личного подсобного хозяйства (свидетельство о праве собственности № от ДД.ММ.ГГГГ, т.2, л.д.11- 18).

В рамках кадастрового дела объекта недвижимости с кадастровым №, открытого ДД.ММ.ГГГГ, собственником земельного участка было предоставлено его описание, выполненное ООО «Геолидер», и предоставленное в ФГБУ «ФКП Росреестра» по Смоленской области ДД.ММ.ГГГГ (т.2, л.д.9-20). 

Впоследствии ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с договором дарения, зарегистрированным в ЕГРП ДД.ММ.ГГГГ, ФИО6 подарила ФИО1 вышеуказанный земельный участок (т.2, л.д.21, т.3, л.д.183), а затем земельный участок с кадастровым номером № был разделен на два земельных участка, которым были присвоены номера № и №, решением от ДД.ММ.ГГГГ они были поставлены на государственный кадастровый учет (т.1 л.д.114).

Согласно ч. 10 ст. 22 Федерального закона от 13.07.2015 №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» при уточнении границ земельного участка их местоположение определяется исходя из сведений, содержащихся в документе, подтверждающем право на земельный участок, или при отсутствии такого документа исходя из сведений, содержащихся в документах, определявших местоположение границ земельного участка при его образовании. В случае отсутствия в документах сведений о местоположении границ земельного участка их местоположение определяется в соответствии с утвержденным в установленном законодательством о градостроительной деятельности порядке проектом межевания территории. При отсутствии в утвержденном проекте межевания территории сведений о таком земельном участке его границами являются границы, существующие на местности пятнадцать и более лет и закрепленные с использованием природных объектов или объектов искусственного происхождения, позволяющих определить местоположение границ земельного участка.

Из материалов дела усматривается, что именно для постановки на государственный кадастровый учет двух указанных земельных участков, было проведено их межевание. 

Межевой план был выполнен ООО «Геолидер» ДД.ММ.ГГГГ. Так, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ООО «Геолидер» был заключен договор подряда на выполнение кадастровых работ в соответствии с заданием заказчика в отношении земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес> (т.1 л.д.17). 

ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ обратилась в ФГБУ «ФКП Росреестра» по Смоленской области с заявлением о постановке на кадастровый учет, при этом предоставила межевой план, подготовленный ООО «Геолидер» в результате выполненных кадастровым инженером ФИО14 межевых работ, в связи с образованием двух земельных участков путем раздела земельного участка с кадастровым номером № (копия кадастровых дел 2-х з/у т.1 л.д.90-118).

Как следует из пояснений, данных в суде сторонами, на вновь образованных земельных участках: с кадастровым номером № имеется одноэтажный жилой дом, общей площадью 41,4 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>; с кадастровым номером № - одноэтажный жилой дом, общей площадью 47,5 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>. 

На основании договора купли-продажи земельного участка и жилого дома, заключенного между ФИО1 

<

данные изъяты> и ФИО20 от ДД.ММ.ГГГГ, земельный участок площадью 1100 кв.м с кадастровым № и расположенный на нем жилой дом общей полезной площадью 47,5 кв.м., находящиеся по адресу: 

<

адрес>, переданы покупателю ФИО3 на основании передаточного акта (т.1, л.д.189-191), произведена полная оплата по договору в размере 700 000 рублей (т.1 л.д.192).

По истечении практически трех лет с момента заключения вышеуказанного договора купли-продажи ФИО1 обращается в суд с иском о признании недействительными материалов межевания земельного участка по адресу 

<

адрес>, с кадастровым номером №, и исключении из государственного кадастра недвижимости сведений о координатах поворотных точек в установлении границ данного земельного участка. 

При разрешении дела в части указанного спора, суд не соглашается суд с доводами ФИО2 о том, что по спору, заявленному ФИО1 в части признания недействительными проведенного между смежными участками межевания, она не является надлежащим ответчиком, поскольку к искам о правах на недвижимое имущество согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" относятся иски об установлении границ земельного участка, при этом, такой иск является самостоятельным способом защиты нарушенного права, направленным на устранение неопределенности в прохождении границы земельного участка и разрешение спора о принадлежности той или иной его части. Смежный землепользователь по таким искам является ответчиком.

Из пояснений, данных в суде ФИО2, при приобретении ею земельного участка и жилого дома у ФИО1 по контуру всего большого участка стоял забор из старого штакетника, также более новым забором из штакетника большой участок был разделен на два участка пополам ровно до того места, где еще стояла теплица ФИО6, которую после сбора урожая обещали убрать. Никаких межевых знаков на меже двух участков не имелось, однако она понимала какой именно участок ею приобретается. 

При этом, довод ФИО1 о том, что при проведении ООО «Геолидер» межевания двух вновь создаваемых земельных участков, были установлены два межевых знака по прямой линии (в виде двух деревянных столбиков) не нашел своего подтверждения, ни в пояснениях направленных в суд ООО «Геолидер», отрицавшим установку межевых знаков на местности при выполнении заключенного договора с ФИО1, ни в иных материалах дела, не содержащих в себе акта ООО «Геолидер» о выносе в натуру границ земельных участков. 

А согласно п.п. 9.1 - 14.1 Инструкции по межеванию земель (утв. Роскомземом 8 апреля 1996 г.) установление границ земельного участка производится на местности в присутствии представителя районной, городской (поселковой) или сельской администрации, собственников, владельцев или пользователей размежевываемого и смежных с ним земельных участков или их представителей, полномочия которых удостоверяются доверенностями, выданными в установленном порядке.

Результаты установления и согласования границ оформляются актом. 

При определении границ объекта землеустройства на местности, их согласовании и закреплении межевыми знаками рекомендуется принимать во внимание, что определение границ объекта землеустройства на местности и их согласование проводится в присутствии лиц, права которых могут быть затронуты при проведении межевания. 

Также не нашедшим своего подтверждения суд находит и довод ФИО1 о том, что согласно условиям договора, заключенного между ней и ООО «Геолидер», граница между двумя земельными участками должна пройти «по прямой линии», поскольку ни одним из представленных суду документов, данное обстоятельство не было подтверждено. 

В суде установлено и не оспорено сторонами, что ФИО2 заключила с ООО «Бином» договор № от ДД.ММ.ГГГГ на выполнение выноса в натуру границ земельного участка по адресу: 

<

адрес> (т.1, л.д.197). Актом от ДД.ММ.ГГГГ зафиксировано установление границы земельного участка с кадастровым №, его поворотных точек на местности на основании координат межевого плана, выполненного ООО «Геолидер», которые были закреплены в натуре межевыми знаками (л.д.198 и ее оборотная сторона). 

При выносе в натуру границы между земельных участков, стало очевидно, что граница между ними (согласно сведений ГКН) проходит по крыше погреба, принадлежащего ФИО1, что и произошло вследствие того, что межевание земельных участков было выполнено без выхода специалиста ООО «Геолидер» на местность. 

Исходя из изложенного, суд находит несостоятельным довод ФИО1 о том, что ФИО2 фактически захватила часть принадлежащего ей земельного участка, поскольку он опровергается материалами дела. 

Установлено и подтверждается материалами дела (в том числе, фотоматериалами дела, т.2 л.д.170-172), что ФИО2, устанавливая ограждение, разделяющее два земельных участка, напротив погреба ФИО1 допустила отступление в сторону именно своего земельного участка.

Кроме того, судом по делу была назначена судебная землеустроительная экспертиза, производство которой было поручено ООО ПКС «Геодезия» (т.2, л.д.84-85). 

Согласно экспертному заключению (исх.№ от ДД.ММ.ГГГГ), на основании проведенных геодезических измерений, экспертом установлено:

- площадь участка принадлежащего ФИО3 (Остапец) И.А., составляет 1146 кв.м., что на 46 кв.м. больше чем в свидетельстве о государственной регистрации права № от ДД.ММ.ГГГГ; площадь участка принадлежащего ФИО1, составляет 1186 кв.м., что на 186 кв.м. больше чем в свидетельстве о государственной регистрации права № от ДД.ММ.ГГГГ; 

-при сравнении фактической конфигурации границ земельных участков: принадлежащего ФИО1 с кадастровым номером № и принадлежащего ФИО3 (Остапец) И.А. с кадастровым номером №, с границами участков представленных в межевом плане подготовленным ООО "Геолидер" эксперт пришел к выводу о несоответствии этих границ; 

-установить границу земельных участков с кадастровыми номерами № и №, исходя из имеющегося обзорного плана, составленного ООО "Геолидер" (т.1, л.д.12), возможности не имеется, поскольку данная граница будет пересекать строящуюся ФИО3 (Остапец) И.А. баню возведенную на капитальном фундаменте в пределах границ приобретенного ею земельного участка. Также предлагаемая граница существенно изменяет свою конфигурацию в отличие от границы по данным кадастрового учета, и фактически сложившегося землепользования (т.2 л.д.98-134). 

Таким образом, установлено, что в период проведения межевания, проходившего по инициативе заказчика - истца ФИО1, установление границы между двумя вновь образованными земельными участками на местности произведено не было. В указанный период кроме ФИО1, иных лиц, заинтересованных в разделе одного принадлежащего ей на праве собственности участка на два, не имелось. Сама ФИО1, после получения результатов межевания на руки, представила указанные документы в орган кадастрового учета - ФГБУ «ФКП Росреестра» по Смоленской области с заявлением о постановке на кадастровый учет. За период более полугода - с ДД.ММ.ГГГГ (дата постановки з/у на учет) до ДД.ММ.ГГГГ (дата продажи з/у и жилого дома ФИО2), как и впоследствии, вплоть до ДД.ММ.ГГГГ (дата заключения ФИО2 договора с ООО «Бином» о выносе границ в натуру), ФИО1 никаких мер к изменению конфигурации земельных участков не предприняла, с иском в суд не обратилась.

С первоначальным иском (в том числе с требованием о признании недействительными материалов межевания земельного участка по адресу 

<

адрес>, с кадастровым номером №, и исключении из государственного кадастра недвижимости сведений о координатах поворотных точек в установлении границ данного земельного участка) ФИО1 обратилась в суд только 02.09.2015, при этом ФИО1 о нарушении ее права стало известно еще при проведении ею в 2011 году межевых работ, таким образом, в части данных требований, заслуживающим внимание представляется довод ФИО2 о пропуске ФИО1 срока обращения в суд (исковой давности), поскольку ФИО1, обратившись в суд с виндикационными требованиями, сделала это за пределами срока исковой давности. В подтверждение указанного довода ФИО2, сама ФИО1 в даваемых в суде пояснениях, ссылалась на то, что, продавая земельный участок и дом ФИО2, она знала, что межевание земельных участков проведено не правильно, о чем, с ее слов, она предупреждала ФИО2

Таким образом, суд приходит к убеждению, что оснований к изменению конфигурации земельных участков, один из которых впоследствии был продан ею ответчику ФИО2, в соответствии с обзорным планом, изготовленным ООО «Геолидер» ДД.ММ.ГГГГ, о чем просит ФИО1, а также признанию материалов межевания ее земельного участка с кадастровым номером № по адресу 

<

адрес> недействительными и восстановлению положения, существующего до нарушения ее права, в настоящее время не возможен. Поскольку продажа самой ФИО1 земельного участка с такими результатами межевания, которые были выполнены по ее заказу сотрудниками ООО «Геолидер», повлекли за собой последствия в виде выноса ООО «Бином» границы между земельными участками по договору с ФИО2, установку последней ограждения и строительство вспомогательных строений – сарая и бани. 

В соответствии с требованиями ст. 62 ЗК РФ на основании решения суда лицо, виновное в нарушении прав собственника земельного участка может быть принуждено к устранению земельных правонарушений и исполнению возникших обязательств.

Однако вина ФИО2 в нарушении прав собственника смежного земельного участка - ФИО1, ее недобросовестность, в ходе рассмотрения дела не была установлена, в связи с чем суд, учитывая то обстоятельство, что сама ФИО1 своевременно не предприняла никаких мер к изменению результатов межевания, произведенных по ее же заказу, не находит оснований к удовлетворению заявленных ею требований и, с учетом вышеизложенного, удовлетворяет исковое требование ФИО2 об изменении межевой границы между земельным участком с кадастровым номером №, расположенном по адресу: 

<

адрес>, принадлежащим ей на праве собственности, и земельным участком с кадастровым номером №, расположенном по адресу: 

<

адрес>, принадлежащим на праве собственности ФИО1 по линии установленного ФИО2 ограждения. Удовлетворяя данное требование, суд полагает необходимым обязать ФИО2 определить точки и их межевые координаты принадлежащего ей земельного участка в части границы между спорными участками, которая претерпела изменения, путем обращения за данными о них в межевую организацию, обладающую правом выполнять соответствующие кадастровые работы.

Относительно требований ФИО1 об устранении препятствий в пользовании земельным участком в виде переноса возведенных ФИО2 строений (сарая, бани) и ограждения, то срок для их предъявления в суд, с учетом того, что она заявила негаторный иск (иск о признании права отсутствующим), ФИО1 пропущен не был, поскольку исковая давность к ним в силу требований закона не применяется. 

Разрешая данный спор по существу, суд исходит из следующих установленных данных: строительство указанных строений было осуществлено ФИО2, как пояснила она сама в суде, уже после того, как ООО «Бином» выполнило вынос границы между участками в натуру, то есть после ДД.ММ.ГГГГ. В частности в своих объяснениях ФИО2 указала, что ДД.ММ.ГГГГ, когда ФИО6 собрала урожай и убрала свою теплицу, они установили все столбы внутреннего забора. На приобретенном участке кроме дома также находились: баня, туалет и сарай. Баня стоит на прежнем месте, но сейчас баней не является, старый сарай они разрушили и в ДД.ММ.ГГГГ построили новый, в другом месте, уже после того, как поставили забор, отступив от забора 1 метр с двух сторон. Новую баню они построили примерно в течение двух лет после установки забора, до ДД.ММ.ГГГГ. До обращения ФИО1 в суд, все строения на ее земельном участке уже стояли. 

Согласно ст.304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. 

В силу положений ст. 263 ГК РФ собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (пункт 2 статьи 260). 

Согласно экспертному заключению (исх.№ от ДД.ММ.ГГГГ), экспертом было установлено, что на земельном участке, принадлежащем ФИО3 (Остапец) И.А., находится четыре хозпостройки: под литерой "а" - строящаяся баня, под литерой "б" - сарай для хранения хозинвентаря, литера "в"- туалет, литера "г" - существующая баня. И установлено наличие возведенного ФИО3 (Остапец) И.А. ограждения ее земельного участка по границе с земельным участком ФИО1, длиной 67.7 м., разделяющего оба земельных участка, которое выполнено из металлического профлиста длинной 54 м., а часть из металлической сетки длинной 13.7 м., со средней высотой 1 м. 60 см., относиться к классу негорючих материалов, что не нарушает требования о пожарной безопасности, а также требования к высоте ограждения. Затенение земельного участка ФИО1 за счет установленного ФИО3 ограждения не установлено, так как земельный участок ФИО1 находится с южной стороны границы земельного участка ФИО3, и постоянном естественном солнечном освещении (т.2 л.д.98-134). 

ФИО1 заявлено требование о переносе из самовольно захваченного ФИО2 земельного участка, всех ее строений, забора, в соответствии с нормами гражданского градостроительства, поскольку они мешают ей пользоваться ее земельным участком, пожароопасные, затеняют окно жилого дома, огород с юго-западной стороны.

ФИО1 не оспаривала, что сарай, баня и забор были установлены ФИО2 до того, как она обратилась с иском в суд. 

Как указано выше, суд пришел к выводу, что новые возведенные ФИО2 сарай, баня и ограждение, последняя возвела на принадлежащем ей участке. 

Пунктом 17 ст. 51 Градостроительного кодекса РФ предусмотрено, что выдача разрешения на строительство не требуется в случае строительства на земельном участке строений и сооружений вспомогательного использования.

Исследовав обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что для строительства спорных строений – сарая и бани, а также ограждения, в соответствии с положениями п. 17 ст. 51 Градостроительного кодекса РФ не требовалось получения разрешений, вид разрешенного использования земельного участка - для ведения личного подсобного хозяйства позволяет строительство на земельном участке ответчика данных объектов. 

Не имеется в деле и доказательств того, что от указанных объектов имеется несоответствие расстояния между ними и земельным участком ФИО1, показателям, содержащимся в утвержденном Приказом Министерства регионразвития РФ от 28.12.2010 года N 820 "СП 42.13330.2011. Свод правил. Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-898".

В назначенной судом ДД.ММ.ГГГГ экспертизе, вопрос о том, какие расстояния имеются от построек, возведенных ФИО2 на принадлежащем ей земельном участке, до установленного ею ограждения, не ставился. Экспертом были рассчитаны расстояния от данных построек до границы соседнего участка (принадлежащего ФИО1), указанной в межевом плане, изготовленном ООО «Геолидер» (т.2л.д.118, 124). Кроме того, суд соглашается с позицией ФИО2 в части того, что при выполнении экспертного заключения экспертом ООО ПКС «Геодезия» не учитывалось то обстоятельство, что жилой дом, принадлежащий ФИО1, является не пригодным для проживания. 

Вместе с тем, утверждение ответчика ФИО2, подтвержденное в суде фотоматериалами, а также схемой из заключения ООО ПКС «Геодезия» (т.2 л.д.124) о том, что расстояние от установленного ею ограждения до возведенных ею хозпостроек, соответствует одному метру, никем не опровергнуто. 

Каких-либо доказательств, позволяющих с достоверностью и объективностью сделать вывод о том, что сохранение спорных объектов представляет или может представлять угрозу для ФИО1 либо иных лиц, как и доказательств тому, в чем именно заключается эта угроза, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ истцом не представлены.

Таким образом, в удовлетворении требования об обязании ФИО2 перенести строения бани и сарая, а также демонтировать забор, следует отказать.

По вышеуказанным основаниям подлежит отклонению и встречное требование ФИО2 к ФИО1 о переносе погреба на земельном участке, принадлежащем последней, на расстояние соответствующее одному метру до существующего ограждения. Само по себе расстояние, которое от погреба ФИО1 до забора, установленного ФИО2 в ДД.ММ.ГГГГ, составляет в настоящее время менее одного метра, не является достаточным основанием для возложения на ФИО1 обязанности переноса указанного вспомогательного строения - погреба. Доказательств нарушения прав ФИО2 в связи с расположением погреба вблизи ограждения, истцом не представлено. Кроме того, устанавливая забор, ФИО2 видела в какой близости к нему располагается существующий задолго до установки ограждения, указанный погреб. 

Как не нашедшие своего подтверждения отклонению подлежат исковые требования ФИО1 о взыскании с ФИО2 упущенной выгоды в соответствии со ст.15 ГК РФ в размере 10 000 руб., имущественного ущерба в размере 30000 руб. за испорченный погреб (нарушение целостности его бетонной стены, поперечные внутренние трещины, порчу при хранении за три года) и обязании ФИО2 сделать ремонт указанного погреба. В деле не имеется ни одного доказательства, подтверждающего факт причинения ФИО2 ущерба ФИО1, как не имеется и доказательств того, что погреб последней испорчен в силу каких бы то ни было действий ответчика ФИО2

При принятии решения в части исковых требований ФИО1 к ФИО5 о взыскании в ее пользу компенсации морального ущерба за физическое насилие и ложные показания, данные последним в Краснинском районном суде, в размере 50 000 рублей, суд исходит из того, что в соответствии с требованиями ст. ст. 151, 1099 ГК РФ и указаниями Пленума ВС РФ от 20.12.1994 года № 10, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда, если гражданину причинены физические или нравственные страдания действиями, нарушающими или его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в случаях, предусмотренных законом. Однако, истцом не представлено суду никаких достаточно обоснованных и убедительных доказательств, подтверждающих, что ей действиями ответчика ФИО5 были причинены нравственные страдания, либо ее здоровье существенно ухудшилось именно в связи с тем обстоятельством, что ответчик применил к ней физическое насилие и дал ложные показания (указанные обстоятельства должны быть подтверждены только допустимыми доказательствами, указывающими на вину ФИО5), как не представлено суду и доказательств, подтверждающих причинно-следственную связь между действиями ответчика и последствиями в виде нравственных страданий либо ухудшением здоровья ФИО1, в связи с чем ее требования о взыскании с ФИО5 компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей подлежат отклонению в полном объеме. 

Исковое требование ФИО1, адресованное к администрации Гусинского сельского поселения, об обязании последней передать бесплатно в собственность ФИО1 60 кв.м. свободных земель, которые граничат с ее участком с западной стороны, в судебном заседании ФИО1 не поддержала. Однако в установленном ГПК РФ порядке, с письменным заявлением об отказе от иска в указанной части, ФИО1 не обратилась. Вместе с тем, никаких оснований к предоставлению ей бесплатно земельного участка площадью 60 кв.м. ФИО1 не указала, доказательств того, что у администрации Гусинского сельского поселения имеются обязанности по предоставлению указанного земельного участка, суду не представлено. 

Не подлежат удовлетворению и требования о возмещении с ФИО2 в пользу ФИО1 судебных расходов, понесенных ею на услуги адвоката ФИО10 10 000 руб. по договору от №; за услуги адвоката ФИО21 5 000 руб. за участие в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, поскольку они производны от основного иска, оснований для их удовлетворения также не имеется. Кроме того, в подтверждение указанных расходов ФИО1 суду не представлено никаких доказательств, кроме квитанции об оплате услуг адвоката ФИО10 на сумму 10 000 руб. (т.1 л.д.49). 

Расходы, понесенные ФИО1 до обращения в суд с настоящим иском: по договору от ДД.ММ.ГГГГ с ФИО9 за его услуги 55 000 руб. и за услуги юриста ФИО11 по договору от ДД.ММ.ГГГГ в размере 5 000 руб., также не подтвержденные в суде документально, взысканию с ФИО2 не подлежат, оснований к этому не имеется. 

В части встречных исковых требований, заявленных в суд ФИО2, об обязании солидарно ответчиков ФИО1 и ФИО6 снести аварийный дом № по 

<

адрес>; признании ничтожным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ дома № по адресу: 

<

адрес>, заключенного между ФИО1 и ФИО6 с прекращением права собственности и снятием ФИО1 с регистрационного учета по указанному адресу, суд полагает в их удовлетворении отказать по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 2 ст. 209 ГК Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

Согласно ст. 304 ГК Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Как указано выше, судом установлено, что ФИО1 является собственником земельного участка площадью 1000 кв. м., с кадастровым №, по адресу: 

<

адрес>, и одноэтажного жилого дома №, общей площадью 41,4 кв.м., расположенного на указанном земельном участке (т.1 л.д.168, 169).

ФИО2 является собственником смежного с ФИО1 земельного участка площадью 1100 кв.м., с кадастровым № по адресу: 

<

адрес> и одноэтажного жилого дома, общей площадью 47,5 кв.м., расположенного на нем (т.1 л.д.193, 194).

Согласно постановлению № главы муниципального образования Гусинского сельского поселения Краснинского района от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО6 (являющейся в тот период времени собственником единого земельного участка с кадастровым номером №, площадью 2100+/-32 кв. м.) было разрешено: осуществить перестройку жилого дома в 

<

адрес> на земельном участке, принадлежащем ей на праве частной собственности. После окончания строительства снести старый аварийный жилой дом. Указанным постановлением ФИО6 была обязана: оформить в Краснинском отделе ОГУП «Архитектурное бюро» исходную разрешительную документацию и согласовать ее с главным архитектором района (т.2, л.д.154).

Также из материалов дела установлено, что в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела, ФИО1, желая доказать тот факт, что принадлежащий ей жилой дом по адресу: 

<

адрес>, не является аварийным и пригоден для проживания, обратилась с заявлением в Межведомственную комиссию администрации МО «Краснинский район» Смоленской области, которой было проведено обследование вышеуказанного жилого дома по вопросу его пригодности (непригодности) для проживания, о чем комиссией был составлен акт от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому было принято заключение о непригодности для постоянного проживания жилого помещения по вышеуказанному адресу.

В силу требований ч.2 ст. 61 ГПК РФ данные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении настоящего дела, поскольку нашли свое полное подтверждение в решении Краснинского районного суда Смоленской области от ДД.ММ.ГГГГ по административному иску ФИО1 об оспаривании заключения межведомственной комиссии о признании жилого помещения непригодным для постоянного проживания, которым в удовлетворении ее иска было отказано в полном объеме. Указанное решение вступило в законную силу в соответствии с апелляционным определением Смоленского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ (т.6 л.д.122-128). 

При обосновании встречного иска о сносе аварийного дома, принадлежащего ФИО1, истец ФИО2 ссылалась как на постановление главы Гусинского сельского поселения № от ДД.ММ.ГГГГ, так и на акт и заключение Межведомственной комиссии администрации МО «Краснинский район» от ДД.ММ.ГГГГ и вступившее в законную силу решение Краснинского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, как следует из разъяснений в п. п. 45, 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика. Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца. 

Таким образом, ФИО2 следовало доказать суду, что тем фактом, что жилой дом по адресу: 

<

адрес>, принадлежащий на праве собственности ФИО1 и являющийся непригодным для проживания в нем собственника, нарушаются и ее права. Однако суду таких бесспорных, относимых и допустимых доказательств (ст. 59 и ст. 60 ГПК РФ) подтверждающих, что непригодный для проживания жилой дом ФИО1 представляет собой угрозу для жизни и здоровья собственника соседнего дома и иных третьих лиц, ФИО2 представлено не было. 

Суду не представлено ни заключения о нарушении ФИО1 при эксплуатации жилого дома № по 

<

адрес> требований пожарной безопасности, ни сведений о несоответствии ее жилого дома санитарно-эпидемиологическим требованиям. О назначении соответствующей экспертизы ФИО2 не ходатайствовала, вопросов в этой части на разрешение экспертов не ставилось, в том числе, и во впоследствии отмененном Смоленским областным судом определении Краснинского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ (т.3 л.д.195-196; т.4 л.д.71-72). 

Из постановления главы муниципального образования Гусинского сельского поселения Краснинского района № от ДД.ММ.ГГГГ лишь следует, что собственнику земельного участка было разрешено, осуществив на нем перестройку жилого дома № по 

<

адрес>, после окончания строительства снести старый аварийный жилой дом. Таким образом, право требования сноса старого аварийного жилого дома, возведенного на принадлежащем ФИО1 земельном участке принадлежит органу местного самоуправления при наличии угрозы жизни и здоровью граждан. Однако, администрация Гусинского сельского поселения не обращалась к ФИО1 с требованиями о сносе ее дома, мер по изъятию ее земельного участка администрацией также не предпринималось. 

ФИО2 не имеет никаких правовых оснований к присвоению себе функций администрации Гусинского сельского поселения, в связи с чем в ее иске о сносе солидарно ответчиками ФИО1 и ФИО6 жилого дома, принадлежащего в настоящее время ФИО1, следует отказать. 

Как следует из материалов дела ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 

<

данные изъяты> и ФИО1 

<

данные изъяты> был заключен договор дарения, согласно которому ФИО6 подарила ФИО1 жилой дом, находящийся по адресу: 

<

адрес>, расположенный на земельном участке площадью 2100 кв.м. на землях населенных пунктов с кадастровым № (т.3, л.д.183). 

ФИО2 обратилась в суд с исковым требованием о признании ничтожным вышеуказанного договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ с прекращением права собственности и снятием ФИО1 с регистрационного учета по указанному адресу. Основанием к удовлетворению ее требования истец указала то обстоятельство, что жилой дом, находящийся в аварийном состоянии, не мог быть предметом сделки.

По смыслу статьи 166 ГК РФ, обращаясь с иском о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, истец обязан доказать, в первую очередь, наличие собственного правового интереса, достойного судебной защиты.

Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой. Следовательно, при предъявлении иска лицо, не являющееся участником этой сделки, должно доказать, что его права или охраняемые законом интересы прямо нарушены спорной сделкой и будут непосредственно восстановлены в результате приведения сторон недействительной сделки в первоначальное фактическое положение.

Вместе с тем материалами дела установлено, что вышеуказанный земельный участок с кадастровым № был впоследствии разделен ФИО1 на два самостоятельных земельных участка, которым были присвоены номера № и № (т.1 л.д.114). На земельном участке с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес>, ФИО1 был возведен жилой дом под №, который согласно договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, был продан ФИО2

Таким образом, суд приходит к выводу, что никаких нарушений прав или охраняемых законом интересов ФИО2 заключением ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО6 договора дарения, не имеется, доказательств обратного суду не представлено. А признание ничтожным вышеуказанного договора дарения и приведение сторон этой сделки в первоначальное фактическое положение, никак не повлечет за собой восстановление прав ФИО2, ибо ФИО1, не получив в дар от ФИО6 земельный участок и расположенный на нем жилой дом, в свою очередь, не смогла бы продать земельный участок с кадастровым номером № с возведенным на нем домом истцу ФИО2 В связи с указанным, оснований для признания ничтожным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ и прекращения права собственности ФИО1, не имеется. 

ФИО1 

<

данные изъяты> зарегистрирована по адресу: 

<

адрес> (т.6 л.д.158). 

В материалы дела стороной истца ФИО2 не представлено суду никаких доказательств, которые бы с очевидностью свидетельствовали, что регистрация ФИО1 по вышеуказанному адресу, каким-либо образом нарушает права ФИО2, в связи с чем суд приходит к выводу, что регистрация ФИО1 каких-либо прав и обязанностей для истца по встречному иску ФИО2 не порождает, ее иск в этой части подлежит отклонению. 

Также не подлежит удовлетворению и исковое требование ФИО2 о взыскании с ФИО1 в ее пользу 100 000 рублей в счет уменьшения цены за дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес> и проданные по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ФИО1 и ФИО2 Как указала истец ФИО2, продавец скрыла от нее обременение в виде аварийного дома, который кроме того является пожароопасным и заражен жучком, на смежном земельном участке, и что это обстоятельство препятствует ей в нормальной застройке своего участка. Кроме того, на ее земельном участке находится погреб, принадлежащий ФИО1 

Пунктом 1 статьи 37 Земельного кодекса Российской Федерации установлено, что продавец земельного участка должен предоставить покупателю имеющуюся у него информацию об обременениях и ограничениях прав на земельный участок.

Согласно пункту 3 статьи 37 Земельного кодекса Российской Федерации покупатель, в случае предоставления ему продавцом заведомо ложной информации об обременениях земельного участка и ограничениях его использования в соответствии с разрешенным использованием; о разрешении на застройку данного земельного участка; об использовании соседних земельных участков, оказывающем существенное воздействие на использование и стоимость продаваемого земельного участка; о качественных свойствах земли, которые могут повлиять на планируемое покупателем использование и стоимость продаваемого земельного участка; иной информации, которая может оказать влияние на решение покупателя о покупке данного земельного участка и требования о предоставлении которой установлены федеральными законами, вправе требовать уменьшения покупной цены или расторжения договора купли-продажи земельного участка и возмещения причиненных ему убытков.

Однако, при рассмотрении настоящего дела установлено, что какого-либо существенного изменения обстоятельств с момента заключения договора между ФИО1 и ФИО2 не произошло, предоставление заведомо ложной информации о земельном участке, и о жилом доме, не имело места быть, в связи с чем суд приходит к выводу об отсутствии оснований для уменьшения цены, определенной договором купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, как за дом, так и за земельный участок и взыскания с ФИО1 в пользу ФИО2 уплаченных по договору денежных средств в размере 100 000 руб.

Из содержащегося в пункта 2 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации понятия существенного нарушения договора одной из сторон (существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора) следует, что сторона, предъявляющая в суд требование о расторжении договора по этому основанию, должна представить доказательства, подтверждающие именно такой характер нарушения.

Вопреки требованиям статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО2 не представила суду каких-либо доказательств причинения ей значительного, по смыслу названной выше нормы права, ущерба, как не представила доказательств предоставления ей продавцом заведомо ложной информации о земельном участке и жилом доме.

Согласно договору купли-продажи земельного участка и по сведениям Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество, земельный участок правами третьих лиц не обременен, в споре и под арестом не состоял, ограничений в использовании земельным участком не имеется, продавец продает покупателю земельный участок свободным от любых имущественных прав и претензий третьих лиц, о которых в момент заключения договора они не могли знать. По передаточному акту земельный участок и жилой дом покупателем приняты, взаимных претензий у сторон договора не имеется.

При заключении договора купли-продажи земельного участка продавцом был указан вид использования земельного участка, сообщена вся информация о земельном участке и покупатель нашел его в приемлемом состоянии, претензий не имел. Указанную информацию покупатель посчитала достаточной для заключения договора купли-продажи земельного участка, предоставление результатов межевания и установление границ земельного участка в соответствии с требованиями земельного законодательства РФ и выноса границ в натуру сразу, при заключении договора, либо еще до момента его заключения, не требовала, то, что на смежном земельном участке, принадлежащем продавцу ФИО1, находится жилой дом, состояние которого было обозначено в постановлении администрации Гусинского сельского поселения от ДД.ММ.ГГГГ, как аварийное, видела, что подтвердила в суде, указав, что обратила внимание на то, что в соседнем доме, принадлежащем ФИО1 провисает крыша, однако полагала, что соседи собираются её ремонтировать. 

При этом, суд также принимает во внимание, что ФИО2, как покупатель земельного участка, проявляя разумную осмотрительность и заботу о получении информации о предмете сделки, включающей данные о границах покупаемого ею земельного участка, не была лишена возможности получить ее из соответствующих источников (государственного кадастра недвижимости, администрации сельского поселения).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска в части уменьшения покупной цены по договору от ДД.ММ.ГГГГ.

Суд также не находит оснований для удовлетворения иска ФИО2 в части взыскания с ФИО1 в ее пользу в счет возмещения убытков 4400 рублей, понесенных на оплату договора об оказании ООО «Бином» услуг по выносу границ ее земельного участка в натуру (квитанции об оплате не представлено), а также о взыскании с ФИО1 в ее пользу 4827 рублей (убытков в соответствии со ст.15 ГК РФ, за отступление от границы между земельными участками при установке ограждения в связи с наличием погреба ФИО1 площадью 17,7 кв.м., поскольку фактически эта площадь перешла в собственность ФИО1). 

Вынос в натуру границ земельного участка и понесенные в связанные с этим расходы 4400 рублей по договору с ООО «Бином», были понесены ФИО2 с целью осуществления последней своих прав на приобретенный земельный участок, а также для установки ограждения земельного участка в рамках сведений, имеющихся о нем в кадастровом органе, следовательно, указанные расходы взысканию с ФИО1 в пользу ФИО2 не подлежат. 

Довод истца ФИО2 о том, что принадлежащий ей земельный участок площадью 17,7 кв.м. перешел в собственность ФИО1, и как следствие - ей причинены убытки в размере 4827 рублей, несостоятелен, поскольку как следует из заключения эксперта (исх.№ от ДД.ММ.ГГГГ), выполненного ООО ПКС «Геодезия» (т.2, л.д.84-85), площадь земельного участка, принадлежащего ФИО2, на настоящий момент (с учетом всех сделанных ею отступов) составляет 1146 кв.м., что на 46 кв.м. больше, чем в ее свидетельстве о государственной регистрации права. Следовательно, никаких убытков, которые ФИО2 рассчитала исходя из площади и цены приобретенного ею у ФИО1 земельного участка, с учетом отступов на установку забора и в месте, где к забору примыкает погреб ФИО1, ФИО2 не причинено. 

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 

<

данные изъяты> к Остапец (ФИО3) 

<

данные изъяты>, администрации Гусинского сельского поселения о признании недействительными результатов межевания земельного участка с кадастровым номером №, расположенном по адресу: 

<

адрес>, об устранении препятствий в пользовании земельным участком с кадастровым номером № путем сноса всех строений, забора, установлении границ земельного участка с кадастровым номером № согласно обзорного плана ООО «Геолидер» от ДД.ММ.ГГГГ, взыскании упущенной выгоды в размере 10 000 рублей, ущерба в размере 30 000 рублей, и обязании выполнить ремонт погреба, расположенного на земельном участке с кадастровым номером №, и судебных расходов, отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 

<

данные изъяты> к ФИО5 

<

данные изъяты> о взыскании морального вреда в размере 50 000 рублей, отказать.

Изменить межевую границу между земельным участком с кадастровым номером №, расположенным по адресу: 

<

адрес>, принадлежащим на праве собственности Остапец 

<

данные изъяты> и земельным участком с кадастровым номером №, расположенным по адресу: 

<

адрес>, принадлежащим на праве собственности ФИО1 

<

данные изъяты>, по линии установленного Остапец 

<

данные изъяты> ограждения, обязав при этом Остапец 

<

данные изъяты> определить точки и их межевые координаты земельного участка (границы между указанными участками, которая претерпела изменения), путем обращения за данными о них в межевую организацию, обладающую правом выполнять соответствующие кадастровые работы.

В удовлетворении остальных встречных исковых требований Остапец 

<

данные изъяты> к ФИО1 

<

данные изъяты> о переносе погреба, расположенного на земельном участке с кадастровым номером №, к ФИО1 

<

данные изъяты> и ФИО6 

<

данные изъяты> об устранении препятствия в пользовании домом, сносе аварийного строения – жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, признании ничтожным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ дома №, по 

<

адрес>, прекращении права собственности ФИО1 

<

данные изъяты> на указанный жилой дом, снятии ФИО1 

<

данные изъяты> с регистрационного учета по вышеуказанному адресу, взыскании денежных средств в счет уменьшения цены за дом и земельный участок по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ в размере 100 000 рублей, возмещении убытков в размере 4 400 рублей, и ущерба в размере 4827 рублей, отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Смоленский областной суд через Краснинский районный суд Смоленской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Н.И. Вдовина

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.