Судья в первой инстанции – ФИО1

№ 2-5531/2025

№ 33-122/2026

УИД 93RS0037-01-2025-008718-67

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 января 2026 г. г. Донецк

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Донецкой Народной Республики в составе:

председательствующего Храпина Ю.В.,

судей Крыловой Ю.П., Могутовой Н.Г.,

при секретаре Калашникове А.В.,

с участием прокурора Павлюковой

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к ФИО7, ФИО8 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, морального вреда, причиненного повреждением здоровья, судебных расходов,

на решение Харцызского межрайонного суда Донецкой Народной Республики от 10 октября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Храпина Ю.В., судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 обратились с настоящими исковыми требованиями к ФИО7, ФИО8 указав, что 21 октября 2024 г., примерно в 14 часов 50 минут, на автодороге «Донецк-Снежное» со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>, водитель ФИО7, управляя автомобилем «Changan CS55», государственный регистрационный знак №, принадлежащим на праве собственности ФИО8, выехал на полосу встречного движения и допустил столкновение с автомобилем, «ВАЗ 21099» государственный регистрационный знак №, принадлежащим водителю этого автомобиля ФИО2, который двигался во встречном направлении. После столкновения, автомобиль «ВАЗ 21099», под управлением водителя ФИО2, двигаясь в неуправляемом состоянии, выехал на полосу встречного движения, где совершил столкновение с движущимся во встречном ему направлении автомобилем марки «DAEWOO NEXIA», государственный регистрационный знак №, принадлежащим ФИО5, под управлением водителя ФИО4

В результате дорожно-транспортного происшествия, всем указанным автомобилям были причинены механические повреждения.

Водителям ФИО2 и ФИО4, а также пассажирам ФИО3 и ФИО6 были причинены телесные повреждения.

Согласно экспертному заключению от 19 января 2025 г., стоимость материального ущерба автомобилю «ВАЗ 21099», принадлежащего ФИО2, составила размер 123 162 рубля. За проведение экспертного исследования указанного автомобиля ФИО2 было уплачено 15 000 рублей.

За оказание правовой помощи ФИО2 было уплачено 40 000 рублей.

За причиненный в результате ДТП вред здоровью ФИО2 просит компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Также ФИО2 просит взыскать уплаченную государственную пошлину в размере 11 954 рубля.

В результате ДТП ФИО3 был причинен вред здоровью, за что она просит компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В результате совершения водителем ФИО7 ДТП, стоимость материального ущерба автомобилю «DAEWOO NEXIA», принадлежащего ФИО5, согласно экспертному заключению от 26 декабря 2024 г., составила 218 751 рубль 74 коп.

За проведение экспертного исследования указанного автомобиля ФИО4 было уплачено 15 000 рублей. Также ФИО4 было уплачено 6000 рублей за услуги эвакуатора.

За причиненный в результате ДТП вред здоровью ФИО4 просит компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Также просит взыскать расходы на проведение магнитно-резонансной томографии в размере 4150 рублей.

Просит взыскать уплаченную государственную пошлину в размере 11 973 рубля.

За оказание правовой помощи ФИО4 было уплачено 35 000 рублей.

За причиненный в результате ДТП вред здоровью ФИО6 просит компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

За оказание правовой помощи ФИО6 было уплачено 35 000 рублей.

Также просит взыскать уплаченную государственную пошлину в размере 5050 рублей.

Заявленные к взысканию суммы истцы просят взыскать солидарно с ФИО7 и ФИО8

Компенсацию морального вреда водители ФИО2, ФИО4 и пассажиры ФИО6 и ФИО3 обосновывают тем, что испытали и испытывают глубокие моральные, нравственные и физические страдания, волнения, переживания, беспокойство. Был нарушен их нормальный жизненный ритм, качество их жизни.

Решением Харцызского межрайонного суда ДНР от 10 октября 2025 г. исковые требования ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 были удовлетворены частично.

С ФИО7 и ФИО8 взыскано солидарно в пользу:

ФИО2 в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате повреждения принадлежащего ему автомобиля ВАЗ 21099,- 123 162 рубля; в счет возмещения морального вреда, причинённого повреждением здоровья в результате ДТП, - 50 000 рублей; в счет возмещения понесённых судебных издержек: 15 000 рублей - расходы, связанные с проведением экспертного исследования; 40 000 рублей - расходы, связанные с оплатой юридической помощи представителя; 11 954 рубля – расходы по оплате государственной пошлины, всего 240 116 рублей;

ФИО3 в счет возмещения морального вреда, причинённого повреждением здоровья в результате ДТП, - 50 000 рублей;

ФИО5 в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате повреждения принадлежащего ей автомобиля DAEWOO NEXIA,- 218 751 рубль74 копейки;

ФИО4 в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате ДТП, состоящего из расходов, связанных с привлечением эвакуатора в размере 6000 рублей; расходов, связанных с проведением магнитно-резонансной томографии, в размере 4150 рублей; в счет возмещения морального вреда, причинённого повреждением здоровья в результате ДТП, - 50 000 рублей; в счет возмещения судебных издержек: 15 000 рублей - расходы, связанные с проведением экспертного исследования; 35 000 рублей - расходы, связанные с оплатой юридической помощи представителя; 11 973 рубля – расходы по оплате государственной пошлины, всего 122 123 рубля;

ФИО6 в счет возмещения морального вреда, причинённого повреждением здоровья в результате ДТП, - 50 000 рублей; 35 000 рублей - расходы, связанные с оплатой юридической помощи представителя; 5050 – расходы по оплате государственной пошлины, всего 90 050 рублей.

В остальной части исковых требований – отказано.

В апелляционной жалобе ФИО7 и ФИО8 указывают на несогласие с решением суда в части размера взысканной компенсации морального вреда, взыскания расходов по проведению магнитно-резонансной томографии, в части размера расходов по оплате юридической помощи.

В части размера взысканной компенсации морального вреда и размера расходов по оплате юридической помощи, ФИО7 и ФИО8 считают их несправедливыми, не разумными и не соразмерными, не соответствующими обстоятельствам дела. Просит учесть семейное и имущественное положение его семьи, финансовую поддержку которой оказывал сын, пропавший без вести на СВО с 24 ноября 2024 г.,

В части взыскания расходов по проведению магнитно-резонансной томографии, ФИО7 и ФИО8 полагают, что отсутствует причинно-следственная связь между фактом ДТП и необходимостью проведения магнитно-резонансной томографии 2 февраля 2025 г. ФИО4 (Т.2.Л.33-43).

Представлены возражения на апелляционную жалобу от истцов (Т.2.Л.90-98).

На заседании суда апелляционной инстанции ответчики ФИО7 и ФИО8 доводы своей апелляционной жалобы поддержали.

Истцы ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, а также их представитель Килькеев И.Р. возражали против доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

В силу части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции проверяет дело в пределах доводов апелляционной жалобы, представления и возражений относительно жалобы, представления, в этой связи судебная коллегия в апелляционном порядке проверяет дело в пределах доводов апелляционной жалобы о незаконности решения суда в части размера взысканной компенсации морального вреда, взыскания расходов по проведению магнитно-резонансной томографии, в части размера расходов по оплате юридической помощи.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы в пределах ее обжалования и поступившие возражения, заслушав лиц, явившихся на заседание суда апелляционной инстанции, выслушав заключение прокурора, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с требованиями статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений относительно жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

По делу установлено, что что 21 октября 2024 г., примерно в 14 часов 50 минут, на автодороге «Донецк-Снежное» со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>, водитель ФИО7, управляя автомобилем «Changan CS55», государственный регистрационный знак №, принадлежащим на праве собственности ФИО8, выехал на полосу встречного движения и допустил столкновение с автомобилем, «ВАЗ 21099» государственный регистрационный знак №, принадлежащим водителю этого автомобиля ФИО2, который двигался во встречном направлении. После столкновения, автомобиль «ВАЗ 21099», под управлением водителя ФИО2, двигаясь в неуправляемом состоянии, выехал на полосу встречного движения, где совершил столкновение с движущимся во встречном ему направлении автомобилем марки «DAEWOO NEXIA», государственный регистрационный знак №, принадлежащим ФИО5, под управлением водителя ФИО4

Обстоятельства совершения ДТП и свою вину в нем ответчик ФИО7 не отрицал.

В результате дорожно-транспортного происшествия, всем указанным автомобилям были причинены механические повреждения.

Водителям ФИО2 и ФИО4, а также пассажирам ФИО3 и ФИО6 были причинены телесные повреждения.

Статьей 1064 ГК РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (абзац первый п. 1 ст. 1064 ГК РФ). Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (абзац второй п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами ст. 1079 ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснены положения статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.

По делу установлено, что автомобиль «Changan CS55», государственный регистрационный знак №, приобретен в 2024 г. за счет кредитных средств, в период брака ответчиков, собственником автомобиля указана ФИО8, которая, согласно ее пояснениям судебной коллегии, водительского удостоверения не имеет, автомобилем пользуется и управляет ее супруг ФИО7, что тот судебной коллегии и подтвердил.

Принимая во внимание установленные выше обстоятельства, согласно которым автомобиль «Changan CS55» приобретен супругами в период брака и является совместной собственностью супругов, соответственно, водитель ФИО7, как собственник, на законном основании управлял и владел данным транспортным средством в момент ДТП, исходя из того, что обязательства по возмещению вреда возникают из деликта и режим совместной собственности супругов не регулирует вопрос солидарной ответственности за причинение вреда, учитывая, что материалы дела не содержат сведений о совместном причинении морального вреда истцам супругами ФИО9, а, напротив, установлено, что причинение истцам вреда их здоровью находится в прямой причинно-следственной связи с действиями только ФИО7, в связи с чем обязанность по возмещению, причиненного истцам морального вреда должна быть возложена на лицо правомерно управляющего источником повышенной опасности в момент ДТП, кем является ФИО7

По изложенным основаниям, вывод суда первой инстанции о солидарном взыскании компенсации морального вреда с супругов ФИО7 и ФИО8 не может быть признан законным.

По делу установлено, что в результате ДТП 21 октября 2924 г. водителям ФИО2 и ФИО4, а также пассажирам ФИО3 и ФИО6 были причинены телесные повреждения.

ФИО2 телесные повреждения в виде ушибленной раны теменной области, ссадины левой кисти и лучезапястного сустава, ушиба мягких тканей с ссадиной поясничной области права, которые образовались от действия тупых твердых предметов, каковыми могли быть выступающие части салона автомобиля при ДТП и относятся к повреждениям, причинившим легкий вред здоровью, по признаку кратковременного расстройства здоровья, требующего для своего заживления и излечения срок до 3-х недель (Т.1.Л.54-57).

ФИО4 телесные повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы в виде сотрясения головного мозга, ушиба грудной клетки справа, ушиба левого локтевого и обоих коленных суставов, которые образовались от действия тупых твердых предметов, каковыми могли быть выступающие части салона автомобиля при ДТП и относятся к повреждениям, причинившим легкий вред здоровью, по признаку кратковременного расстройства здоровья, требующего для своего заживления и излечения срок до 3-х недель ( (Т.2.Л.72-75).

В связи полученными в результате ДТП травмами, ФИО4 находился на стационарном лечении в период с 22 октября 2024 г. по 31 октября 2024 г. (9 дней) (Т.2.Л.100).

ФИО3 телесные повреждения в виде ссадины с ушибом мягких тканей верхней трети правого бедра, которая образовалась от действия тупых твердых предметов, каковыми могли быть выступающие части салона автомобиля при ДТП и относятся к повреждениям, не причинившим вреда здоровью человека (Т.2.Л. 66-68).

В связи полученными в результате ДТП травмами, ФИО3 находилась на стационарном лечении в период с 29 октября 2024 г. по 12 ноября 2024 г. (14 дней) (Т.2.Л.99).

При обращении ФИО6 за медицинской помощью 22 октября 2024 г., то есть на следующий день после ДТП, ей был установлен врачебный диагноз: ушиб левой половины грудной клетки, множественные ушибы, подкожные левого бедра, левого коленного сустава, рана лобной области. Указано, что травмы при обстоятельствах ДТП 21 октября 2024 г. (Т.2.Л.106).

По заключению эксперта, указанный выше диагноз ФИО6 при установлении вреда, причиненного здоровью человека не может быть принят во внимание, так как установлен в предположительной форме, только на основании ее жалоб и не подтвержден клиническими, ренгенологическими и инструментальными данными, как того требует пункт 27 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (Т.2.Л.69-71).

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (статьи 2 и 7, части 1 статьи 20, статьи 41 Конституции Российской Федерации).

К числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека относится и право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, которое является производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленного в Конституции Российской Федерации.

В развитие положений Конституции Российской Федерации приняты соответствующие законодательные акты, направленные на защиту здоровья граждан и возмещение им вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья. Общие положения, регламентирующие условия, порядок, размер возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, содержатся в Гражданском кодексе Российской Федерации (ГК РФ) (глава 59).

Статьей 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

В соответствии со статьей 150 ГК РФ жизнь и здоровье - это нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (пункт 1 статьи 151 ГК РФ).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда согласно статье 1099 ГК РФ определяются по правилам, предусмотренным главой 59 и статьей 151 ГК РФ.

Из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33, причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).

В силу пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью» разъяснено, что установленная статьей 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).

Согласно пункту 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Суд при разрешении спора о компенсации морального вреда не связан той суммой компенсации, на которой настаивает истец, а исходит из требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, то есть основополагающих принципов, предполагающих баланс интересов сторон.

Ни минимального, ни максимального размера компенсации морального вреда законодателем не установлено, решение данного вопроса всецело передано на усмотрение суда с учетом конкретных обстоятельств дела, в связи с чем размер компенсации морального вреда является оценочной категорий, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Принимая во внимание, приведенные выше правовые нормы, разъяснения Верховного Суда Российской Федерации по их применению, исходя из установленных по делу обстоятельства, согласно которым по вине ответчика ФИО7, который владел источником повышенной опасности на законном основании, произошло ДТП, в результате чего истцам ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО6 были причинены телесные повреждения, каждому различной степени тяжести и с различными последствиями, что подтверждается доказательствами в деле, соответственно, они имеют право на компенсацию морального вреда, учитывая возражения ответчика ФИО7 против установленного судом первой инстанции одинакового (равного) размера компенсации морального вреда всем указанным ответчикам, доводы ответчика об учете семейного и имущественного положения его семьи, финансовую поддержку которой оказывал сын, пропавший без вести на СВО с 24 ноября 2024 г., принимая во внимание имущественное положение как ответчиков, так и истцов ФИО2, ФИО3, ФИО6, (наличие/отсутствие недвижимого и движимого имущества, размеров заработной платы и других доходов), тяжесть телесных повреждений каждому из потерпевших, их локализацию, судебная коллегия считает:

что причиненный ФИО2 моральный вред подлежит снижению с 50 000 рублей до 35 000 рублей, учитывая, что ему были причинены телесные повреждения, причинившие легкий вред его здоровью, по признаку кратковременного расстройства здоровья, требующего для своего заживления и излечения срок до 3-х недель;

причиненный ФИО2 моральный вред подлежит снижению с 50 000 рублей до 25 000 рублей, учитывая, что ей были причинены телесные повреждения, не причинившими вреда здоровью человека. В тоже время следует учитывать, что обстоятельство, что в связи полученными в результате ДТП травмами ФИО3 находились на стационарном лечении длительностью 14 дней;

причиненный ФИО6 моральный вред подлежит снижению с 50 000 рублей до 15 000 рублей, учитывая то обстоятельство, что врачебный диагноз на следующей день после ДТП зафиксировал у нее телесные повреждения в виде ушиба левой половины грудной клетки, множественных ушибов, подкожных левого бедра, левого коленного сустава, раны лобной области. При этом, указано, что травмы причинены при обстоятельствах ДТП 21 октября 2024 г. Также судебная коллегия принимает во внимание, что ответчик ФИО7 не отрицал причинение ФИО6 морального вреда при ДТП.

При определении размера компенсации морального вреда ФИО6 судебная коллегия также учитывает заключение эксперта (Т.2.Л.69-71), что указанный выше диагноз ФИО6 при установлении вреда, причиненного здоровью человека установлен в предположительной форме и не подтвержден клиническими, ренгенологическими и инструментальными данными, как того требует пункт 27 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека».

Относительно размера компенсации морального вреда взысканного в пользу ФИО4 в размер 50 000 рублей судебная коллегия соглашается, учитывая, что ФИО4 были телесные повреждения в виде закрытой черепно-мозговой травмы в виде сотрясения головного мозга, ушиба грудной клетки справа, ушиба левого локтевого и обоих коленных суставов, которые относятся к повреждениям, причинившим легкий вред здоровью, по признаку кратковременного расстройства здоровья, требующего для своего заживления и излечения срок до 3-х недель; что в связи полученными в результате ДТП травмами, ФИО4 находился на стационарном лечении длительностью 9 дней.

По мнению судебной коллегии, определенный судом апелляционной инстанции размер компенсации морального вреда в пользу каждого потерпевшего за причиненный им в результате ДТП вред здоровью, будет соответствовать критериям определения размера компенсации морального вреда, требованиям разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, и обеспечит баланс интересов каждой из сторон.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 46 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с частью 1 статьи 19 Конституции Российской Федерации, закрепляющей равенство всех перед законом конституционное право на судебную защиту предполагает не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты в форме эффективного восстановления нарушенных прав и свобод в соответствии с законодательно закрепленными критериями

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 11 июля 2017 г. № 20-П, признание права на присуждение судебных расходов за лицом (стороной), в пользу которого состоялось судебное решение, соответствует принципу полноты судебной защиты, поскольку призвано восполнить лицу, чьи права нарушены, вновь возникшие и не обусловленные деятельностью самого этого лица потери, которые оно должно было понести для восстановления своих прав в связи с необходимостью совершения действий, сопряженных с возбуждением судебного разбирательства и участием в нем.

В целях создания механизма эффективного восстановления нарушенных прав и с учетом принципа максимальной защиты имущественных интересов заявляющего обоснованные требования лица, правам и свободам которого причинен вред, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривает порядок распределения между сторонами судебных расходов.

Такой порядок установлен в статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ) в соответствии с частью 1 которой стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Частью 1 статьи 88 ГПК РФ установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» указано, что к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ).

Статьей 94 ГПК РФ предусмотрено, что к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся также и расходы по оплате услуг представителя.

На основании части 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно пункту 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Затраты, связанные с защитой права, должны быть сопоставимы с ценностью защищаемого права.

Заявитель имеет право на компенсацию судебных расходов и издержек, если докажет, что они были понесены в действительности, являются необходимыми и разумными. Если дело велось через представителя, то предполагается, что у стороны, в пользу которой принят судебный акт, в связи с этим возникли определенные расходы, которые должны компенсироваться за счет другого лица участвующего в деле, в разумных пределах.

Согласно, разъяснениям, содержащимся в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Таким образом, суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств. Разумность размеров судебных расходов на оплату услуг представителя как категория оценочная определяется индивидуально и конкретизируется с учетом правовой оценки фактических обстоятельств конкретного дела, определяется судом с учетом объема заявленных требований, представления доказательств по делу, изучения нормативного материала, длительности его рассмотрения, объема оказанной представителем юридической помощи.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 17 июля 2007 г. № 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (ч.3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части 1 ст. 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Однако, вынося мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение расходов по оплате услуг представителя, суд не вправе уменьшать его произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Наличие договорных отношений между истцом и его представителем, в том числе и по цене оказываемых юридических услуг, само по себе не влечет безусловной обязанности ответчика компенсировать истцу все понесенные последним судебные расходы в объеме, определенном исключительно истцом и его представителем, поскольку, согласно положениям части 1 статьи 100 ГПК РФ, стороне по письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя исключительно в разумных пределах.

При определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя могут приниматься во внимание, в частности: время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения и сложность дела.

Исходя из изложенного, следует, что подлежащая взысканию сумма расходов на оплату представителя, определяется судом в разумных пределах в соответствии на основе анализа материалов дела с учетом характера заявленного спора, объема и сложности работы, продолжительности времени, необходимой для ее выполнения квалифицированным специалистом и т.п.

То обстоятельство, что исковые требования удовлетворены, не является безусловным основанием для взыскания судебных издержек в полном объеме, поскольку присуждаемая к возмещению сумма расходов должна обеспечивать соблюдение разумного баланса между процессуальными правами и обязанностями сторон.

Доказательства, подтверждающие разумность расходов на оплату услуг представителя, должна представить сторона, требующая возмещения указанных расходов.

Ответчик в свою очередь вправе доказывать чрезмерность суммы расходов.

Из представленного судебной коллегии договора об оказании адвокатом Килькеев И.Р. правовой помощи ФИО2 и ФИО3 от 10 января 2025 г. следует, что адвокат принял на себя обязательство по оказанию юридической помощи ФИО2 и ФИО3 по факту ДТП, имевшего место 21 октября 2024 г., а именно проведение консультаций о порядке административного расследования ДТП, разъяснение норм действующего законодательства, связанного с возмещением причиненного материального и морального вреда, истребовании из ГИБДДД УМВД РФ «Харцызский» материалов по факту ДТП, ознакомление с указанными материалами и их анализ, проведение дополнительного осмотра места происшествия (при необходимости), выработка правовой позиции, подготовка и направление досудебной претензии и искового заявления о возмещении материального ущерба в суд, участие в судебных заседаниях как по административному, а также по гражданскому делу, проведение другой работы, необходимость которой возникнет в ходе рассмотрения гражданского дела. За что ФИО2 по квитанции уплачено 40 000 рублей (Т.1.Л.189).

Аналогичного содержания договор об оказании правовой помощи заключен адвокатом Килькеев И.Р. 10 января 2025 г. с ФИО4 и ФИО5, за что ФИО4 уплачено по квитанции 35 000 рублей (Т.1.Л.187).

Аналогичного содержания договор об оказании правовой помощи заключен адвокатом Килькеев И.Р. 10 января 2025 г. с ФИО6, за что ею уплачено по квитанции 35 000 рублей (Т.1.Л.188).

Из материалов дела видно, что представитель всех истцов адвокат Килькеев И.Р. подготовил одну досудебную претензию от всех истцов с расчетом денежных сумм подлежащих взысканию, что никем не отрицается (претензия была получена ФИО10 (Т.1.Л.203), что, мнению судебной коллегии, будет составлять сумму – 3000 рублей, в пользу каждого из заявивших о взыскании расходов на оплату услуг представителя; подготовил одно исковое заявление от всех истцов, которое судебная коллегия оценивает по объему и содержанию, а также, что по своему содержанию исковое заявление аналогично содержанию претензии, что будет составлять сумму 7000 рублей, в пользу каждого из заявивших о взыскании расходов на оплату услуг представителя, учитывая, что направление искового заявления в суд было сделано ФИО5 (Т.1.Л.214); участие представителя всех истцов в судебном заседании 25 августа 2025 г., по которому объявлен перерыв до 23 сентября 2025 г., в последующем объявлен перерыв до 10 октября 2025 г., что следует расценивать как единое судебное заседание (Т.2.Л.26-30). При этом судебная коллегия учитывает длительность судебного заседания, что дело рассматривалось по существу и было принято итоговое решение и полагает, что сумма в размере 10 000 рублей в пользу каждого из заявивших о взыскании расходов на оплату услуг представителя будет разумной и справедливой за участие представителя всех истцов в судебном заседании.

Всего, по расчетам судебной коллегии, в пользу ФИО2, ФИО4, ФИО6 с ФИО7, как лица виновного в причинении вреда указанным лиц, подлежат взысканию расходы по оплате услуг представителя в размере по 20 000 рублей в пользу каждого, что, по мнению судебной коллегии, в полной мере соответствует требованиям разумности и справедливости, обеспечивает баланс между правами лиц, участвующих в деле, соответствует объему проделанной представителями работы, сложности процессуальных действий, соответствует соотношению расходов с объемом защищенного права.

При этом судебная коллегия учитывает, что, согласно содержаниям договоров об оказании правовой помощи от 10 января 2025 г., адвокату Килькеев И.Р. была совершена оплата, в том числе за проведение консультаций о порядке административного расследования ДТП и участие в судебных заседаниях по административному, что не соотносится с настоящим гражданским делом.

Принимая во внимание, что с учетом установленных по делу обстоятельств, судебной коллегией установлено, что причинение истцам вреда находится в прямой причинно-следственной связи с действиями только ФИО7, в связи с чем обязанность по возмещению, причиненного истцам вреда, должна быть возложена на лицо правомерно управляющего источником повышенной опасности в момент ДТП, а именно на ФИО7, поскольку режим совместной собственности супругов не регулирует вопрос солидарной ответственности за причинение вреда, вывод суда первой инстанции о солидарном взыскании расходов на оплату услуг представителя с супругов ФИО7 и ФИО8 не может быть признан законным.

В части взыскания расходов по проведению магнитно-резонансной томографии в размере 4150 рублей, то судебная коллегия находит обоснованными доводы апелляционной жалобы ФИО7 и ФИО8 об отсутствии причинно-следственной связи между фактом ДТП и необходимостью проведения магнитно-резонансной томографии 2 февраля 2025 г. ФИО4 (Т.1.Л.185) по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

При этом, по смыслу приведенный правовой нормы, при взыскании в пользу истца расходов, понесенных им на приобретение медицинских препаратов, изделий и услуг, следует устанавливать нуждаемость истца в этих медицинских препаратов, изделий и услуг, которая определяется на основании медицинских документов, не может быть получена бесплатно в рамках ОМС, и должна быть подтверждена документально.

Между тем, в материалах дела отсутствует какая-либо медицинская документация, которая подтверждает необходимость истца ФИО4 в проведении магнитно-резонансной томографии.

При изложенных обстоятельствах, решение суда в части взыскания в пользу ФИО4 расходов, связанных с проведением магнитно-резонансной томографии в размере 4150 рублей, является необоснованным, в связи с чем подлежит отмене с принятием в отмененной части нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО4

На основании изложенного, руководствуясь статьями 327, 327.1, 328, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Харцызского межрайонного суда Донецкой Народной Республики от 10 октября 2025 г. отменить в части взыскания с ФИО8 солидарно в пользу ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО6 компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате дорожно-транспортного происшествия, и в части взыскания с ФИО8 солидарно в пользу ФИО2, ФИО4 ФИО6 расходов, связанных с оплатой юридической помощи представителя.

В отмененной части принять новое решение, которым отказать ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО6 в удовлетворении исковых требований о взыскании с ФИО8 солидарно компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате дорожно-транспортного происшествия, а также отказать ФИО2, ФИО4, ФИО6 в удовлетворении исковых требований о взыскании с ФИО8 солидарно расходов, связанных с оплатой юридической помощи представителя.

Решение Харцызского межрайонного суда Донецкой Народной Республики от 10 октября 2025 г. отменить в части взыскания с ФИО7 и ФИО8 солидарно в пользу ФИО4 расходов, связанных с проведением магнитно-резонансной томографии в размере 4150 рублей.

В отмененной части принять новое решение, которым отказать ФИО4 в удовлетворении исковых требований о взыскании с ФИО7 и ФИО8 солидарно в его пользу расходов, связанных с проведением магнитно-резонансной томографии в размере 4150 рублей.

Решение Харцызского межрайонного суда Донецкой Народной Республики от 10 октября 2025 г. изменить в части размера, взысканной с ФИО7 в пользу ФИО2 суммы компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате дорожно-транспортного происшествия, с 50 000 рублей до 35 000 рублей; изменить в части размера, взысканных с ФИО7 в пользу ФИО2 расходов, связанных с оплатой юридической помощи представителя, с 40 000 рублей до 20 000 рублей, а также в части общей суммы, взысканных с ФИО7 в пользу ФИО2 денежных средств, с 240 116 рублей до 205 116 рублей.

Решение Харцызского межрайонного суда Донецкой Народной Республики от 10 октября 2025 г. изменить в части размера, взысканной с ФИО7 в пользу ФИО3, суммы компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате дорожно-транспортного происшествия, с 50 000 рублей до 25 000 рублей.

Решение Харцызского межрайонного суда Донецкой Народной Республики от 10 октября 2025 г. изменить в части размера, взысканных с ФИО7 в пользу ФИО4 расходов, связанных с оплатой юридической помощи представителя, с 35 000 рублей до 20 000 рублей, а также в части общей суммы, взысканных с ФИО7 в пользу ФИО4 денежных средств, с 122 123 рубля до 102 973 рубля.

Решение Харцызского межрайонного суда Донецкой Народной Республики от 10 октября 2025 г. изменить в части размера, взысканной с ФИО7 в пользу ФИО6, суммы компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья в результате дорожно-транспортного происшествия, с 50 000 рублей до 15 000 рублей; изменить в части размера, взысканных с ФИО7 в пользу ФИО6 расходов, связанных с оплатой юридической помощи представителя, с 35 000 рублей до 20 000 рублей, а также в части общей суммы, взысканных с ФИО7 в пользу ФИО6 денежных средств, с 90 050 рублей до 40 050 рублей.

В остальной части решение Харцызского межрайонного суда Донецкой Народной Республики от 10 октября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО7 и ФИО8 - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 04.02.2026