Дело № 2-1223/2019 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Уфа 13 февраля 2019 года

Кировский районный суд города Уфы Республики Башкортостан 

в составе: председательствующего судьи Индан И. Я.,

при секретаре Нуртдиновой Э. А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Генеральной прокуратуре Российской Федерации, Прокуратуре Республики Башкортостан о признании заключения служебной проверки (служебного расследования) от 17 августа 2018 года, заключения проверки от 24 августа 2018 года незаконным; о признании приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 27 августа 2018 года №-к об освобождении от должности и увольнении ФИО1, приказа Прокурора Республики Башкортостан от 28 августа 2018 года №-к об освобождении от должности и увольнении ФИО1 незаконными; о восстановлении в должности Учалинского межрайонного прокурора Республики Башкортостан,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением (последующими уточнениями к иску) к Генеральной прокуратуре Российской Федерации, Прокуратуре Республики Башкортостан о признании заключения служебной проверки (служебного расследования) от 17 августа 2018 года, проведенной в отношении Учалинского межрайонного прокурора Республики Башкортостан ФИО1, утвержденного прокурором Республики Башкортостан незаконным; о признании заключения проверки (служебного расследования) от 24 августа 2018 года, проведенной в отношении Учалинского межрайонного прокурора Республики Башкортостан ФИО1, утвержденного прокурором Республики Башкортостан незаконным; о признании приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 27 августа 2018 года №-к, приказа Прокурора Республики Башкортостан от 28 августа 2018 года №-к об освобождении от должности и увольнении ФИО1 незаконными; о восстановлении в должности Учалинского межрайонного прокурора Республики Башкортостан, мотивируя свои требования тем, что в органах прокуратуры Российской Федерации ФИО1 работает с 24 ноября 2003 года, принял присягу прокурора, предусмотренную ст. 40.3 ФЗ «О прокуратуре Российской Федерации». На основании приказа Генерального прокурора РФ от 13 октября 2015 года №-к истец назначен на должность Учалинского межрайонного прокурора Республики Башкортостан. 14 августа 2018 года в отношении истца СУ СК России по Республике Башкортостан возбуждено уголовное дело. 15 августа 2018 года истцу предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 290 УК Российской Федерации, постановлением Советского районного суда г. Уфы 16 августа 2018 года ему избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. 27 августа 2018 года приказом Генерального Прокурора Российской Федерации №-к истец освобожден от занимаемой должности и уволен из органов прокуратуры Российской Федерации на основании п. 1 ст. 40.2, п. 1 ст. 47.7, пп. «в» п. 1 ст. 43 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», п. 14 ч. 1 ст. 81 ТК Российской Федерации. 28 августа 2018 года на основании указанного приказа Генерального Прокурора РФ, приказом №-к прокурора Республики Башкортостан истец освобожден от занимаемой должности, уволен из органов прокуратуры Российской Федерации за нарушение присяги прокурора и совершение проступка, порочащего честь прокурорского работника. Этим же приказом прекращено действие трудового договора от 28 февраля 2006 года № и дополнительных соглашений к нему. Истец указывает, что ответчиками нарушены его трудовые права. В отношении истца проведена служебная проверки и дополнительная служебная проверка, материалы которых направлены в Генеральную прокуратуру Российской Федерации, однако с результатами служебной проверки истец не ознакомлен. Порядок проведения проверок в отношении работников органов прокуратуры регламентируется Приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 28 апреля 2016 года № «Об утверждении инструкции о порядке проведения служебных проверок в отношении прокурорских работников органов и организаций прокуратуры РФ» Настоящей Инструкцией регламентируются основания и процедура проведения служебных проверок в отношении прокурорских работников органов и организаций прокуратуры Российской Федерации. Служебные проверки проводятся при наличии оснований полагать, что в действиях (бездействии) прокурорского работника имеются признаки дисциплинарного проступка, в том числе нарушения Присяги прокурора. Поводом к проведению служебных проверок является информация, предоставленная правоохранительными органами, средствами массовой информации или информация из иных источников. По результатам проведения служебной проверки составляется письменное заключение с предложением о применении (неприменении) к прокурорскому работнику, в отношении которого проведена служебная проверка, мер дисциплинарной ответственности, иных мер воздействия. Согласно пункта 4.4. инструкции, по просьбе прокурорского работника, в отношении которого проводилась служебная проверка, осуществляется его ознакомление с материалами проверки, если это не противоречит требованиям неразглашения сведений, составляющих государственную и иную охраняемую федеральным законом тайну. Ознакомление с материалами служебной проверки производится в срок не более 2 рабочих дней. Истец, после получения уведомления о проведения в отношении него служебной проверки, через защитника обратился к ответчику с заявлением об ознакомлении его с заключением служебной проверки. Истец до сих пор не ознакомлен с результатами служебной проверки, что существенно ограничивает его право на защиту со стороны ответчиков. В соответствии с п. 1 ст. 42 ФЗ «О прокуратуре РФ», проверка сообщения о факте правонарушения, совершенного прокурором, является исключительной компетенцией органов прокуратуры. Проверка сообщения о преступлении, совершенном прокурором, возбуждение в отношении прокурора уголовного дела (за исключением случаев, когда прокурор застигнут при совершении преступления) и его предварительное расследование производятся Следственным комитетом Российской Федерации в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации. На период расследования возбужденного в отношении прокурора уголовного дела он отстраняется от должности. За время отстранения от должности прокурору выплачивается денежное содержание (денежное довольствие) в размере должностного оклада, доплаты за классный чин (оклада по воинскому званию) и доплаты (надбавки) за выслугу лет. Вопреки указанным нормам, на период расследования возбужденного в отношении прокурора уголовного дела он не отстранялся от должности. Утверждение о том, что совершение ФИО1 проступка, порочащего честь прокурорского работника, и нарушение Присяги прокурора установлены служебной проверкой и наличием судебного акта, а именно постановления об избрании в отношении ФИО1 меры пресечения под стражу от 18 августа 2018 года являются несостоятельными. Согласно обжалуемым приказам Генерального прокурора Российской Федерации от 27 августа 2018 года №-к об освобождении от должности и увольнении ФИО1, приказа Прокурора Республики Башкортостан от 28 августа 2018 года №-к об освобождении от должности и увольнении ФИО1, факт нарушения присяги и совершения проступков, порочащих честь прокурорского работника выражается в том, что в отношении истца органами Следственного комитета Российской Федерации возбуждено уголовное дело, а также факт предъявления обвинения и заключения его под стражу, то есть, исходя из формулировок обжалуемых приказов, признано, что истец совершил действия, являющиеся проступками, порочащими честь прокурорского работника, чем нарушил присягу; при этом органами следствия данные действия в настоящее время квалифицируются как преступление. Однако, судебного акта, вступившего в законную силу, подтверждающее событие совершения проступка, порочащего честь прокурорского работника, а также подтверждающее нарушение истцом присяги не имеется. Таким образом, обжалуемые приказы не могут быть признаны законными. 

Определением Абзелиловского районного суда Республики Башкортостан от 19 ноября 2018 года прият отвод судьи. Дело передано в Верховный Суд Республики Башкортостан для определения территориальной подсудности (л. д. 139).

Определением судьи Верховного суда Республики Башкортостан от 27 декабря 2018 года материал по иску ФИО1 к Генеральной прокуратуре Российской Федерации, Прокуратуре Республики Башкортостан о признании приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 27 августа 2018 года №-к, приказа Прокурора Республики Башкортостан от 28 августа 2018 года №-к об освобождении от должности и увольнении ФИО1 незаконными, восстановлении в должности Учалинского межрайонного прокурора Республики Башкортостан передан в Кировский районный суд города Уфы Республики Башкортостан для рассмотрения по существу (л. д. 156-158).

Определением судьи Кировского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 08 февраля 2019 года постановлено: обеспечить использование видеоконференц-связи в рамках требований ст. 155.1 ГПК Российской Федерации при содействии ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по РБ для участия ФИО1 в судебных заседаниях по данному гражданскому делу (л. д. 235).

Исследовав материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле (истец - ФИО1; представители истца – Мамяшев А. Р., адвокат по ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ (л. д. 21), ФИО2, адвокат по ордеру № от 30 октября 2018 года (л. д. 88); представитель ответчика Прокуратуры Республики Башкортостан – ФИО7, по доверенности № от 15 октября 2018 года (л. д. 22); представитель ответчика Генеральной прокуратуры Российской Федерации – ФИО7, по доверенности № от 13 ноября 2018 года, по доверенности № от 16 ноября 2018 года (л. 

<

...>)), проверив все юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к следующему. 

В силу положений ст. 3 ТК Российской Федерации каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав.

Исходя из установленного ст. 12 ГПК Российской Федерации принципа диспозитивности истец самостоятельно определяет характер нарушенного права и избирает способ его защиты. Процессуальные отношения в гражданском судопроизводстве возникают, изменяются и прекращаются главным образом по инициативе непосредственных участников спорного материального правоотношения, имеющих возможность с помощью суда распоряжаться своими процессуальными правами, а также спорным материальным правом (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2007 года № 2-П и от 26 мая 2011 года № 10-П).

Согласно ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию. Эти и иные положения ст. 37 Конституции Российской Федерации, закрепляющие гарантии свободного труда, конкретизированы в Трудовом кодексе Российской Федерации, регулирующем порядок возникновения, изменения и прекращения трудовых отношений. 

Общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, как и запрещение дискриминации (ст. 17, ч. 3; ст. 19 Конституции Российской Федерации), в полной мере распространяются на сферу трудовых отношений.

В соответствии со ст. 2 ТК Российской Федерации, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений является установление государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей.

В соответствии со ст. 15 ТК Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка дня при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. 

Заключив трудовой договор с работодателем, физическое лицо приобретает правовой статус работника, содержание которого определяется положениями ст. 37 Конституции Российской Федерации и охватывает в числе прочего ряд трудовых и социальных прав и гарантий, сопутствующих трудовым правоотношениям либо вытекающих из них.

По смыслу ст. 129 Конституции Российской Федерации и ст. 1 и 40 Федерального закона от 17 января 1992 года № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» служба в органах прокуратуры Российской Федерации, составляющих единую федеральную централизованную систему, представляет собой особый вид федеральной государственной службы, а прокуроры и следователи от имени Российской Федерации и в целях обеспечения верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина, охраняемых законом интересов общества и государства осуществляют надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, уголовное преследование и координацию деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью.

Федеральным законом от 17 января 1992 года № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» установлены особенности в правовом регулировании труда работников прокуратуры, что обусловлено спецификой их профессиональной деятельности, которая связана с реализацией функций государства по осуществлению от имени Российской Федерации надзора за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации. Суть этих особенностей состоит в том, что они закрепляют повышенные требования к работникам прокуратуры.

Прохождение службы в органах прокуратуры Российской Федерации и выполнение служебного долга по защите прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства требуют от каждого прокурора и следователя посвящения себя служению Закону и строгого соблюдения всех положений Присяги прокурора (следователя).

Так, в соответствии с Присягой, текст которой приведен в статье 40.4 Федерального закона от 17 января 1992 года № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», лицо, впервые назначаемое на должность прокурора, принимает Присягу прокурора следующего содержания:

«Посвящая себя служению Закону, торжественно клянусь:

свято соблюдать Конституцию Российской Федерации, законы и международные обязательства Российской Федерации, не допуская малейшего от них отступления;

непримиримо бороться с любыми нарушениями закона, кто бы их ни совершил, добиваться высокой эффективности прокурорского надзора;

активно защищать интересы личности, общества и государства;

чутко и внимательно относиться к предложениям, заявлениям и жалобам граждан, соблюдать объективность и справедливость при решении судеб людей;

строго хранить государственную и иную охраняемую законом тайну;

постоянно совершенствовать свое мастерство, дорожить своей профессиональной честью, быть образцом неподкупности, моральной чистоты, скромности, свято беречь и приумножать лучшие традиции прокуратуры.

Сознаю, что нарушение Присяги несовместимо с дальнейшим пребыванием в органах прокуратуры».

Статьей 40 Федерального закона от 17 января 1992 года № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» предусмотрено, что служба в органах и учреждениях прокуратуры является федеральной государственной службой. Прокурорские работники являются федеральными государственными служащими, исполняющими обязанности по должности федеральной государственной службы с учетом требований этого Федерального закона. Правовое положение и условия службы прокурорских работников определяются данным Федеральным законом (пункт 1); трудовые отношения работников органов и учреждений прокуратуры регулируются законодательством Российской Федерации о труде и законодательством Российской Федерации о государственной службе с учетом особенностей, предусмотренных этим Федеральным законом (пункт 2).

Приказом Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 18 апреля 2008 года № 70 «О проведении проверок (служебных расследований) в отношении прокурорских работников органов и учреждений прокуратуры Российской Федерации» установлен единый порядок проверки заявлений и сообщений о совершении правонарушений прокурорскими работниками органов и учреждений прокуратуры.

В силу ст. 41.7 Федерального закона от 17 января 1992 года № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», за неисполнение или ненадлежащее исполнение работниками своих служебных обязанностей и совершение проступков, порочащих честь прокурорского работника, руководители органов и учреждений прокуратуры имеют право налагать на них следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; строгий выговор; понижение в классном чине; лишение нагрудного знака «За безупречную службу в прокуратуре Российской Федерации»; лишение нагрудного знака «Почетный работник прокуратуры Российской Федерации»; предупреждение о неполном служебном соответствии; увольнение из органов прокуратуры.

Дисциплинарное взыскание не может быть наложено во время болезни работника либо в период его пребывания в отпуске.

Дисциплинарное взыскание не может быть наложено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии или проверки финансово-хозяйственной деятельности - двух лет со дня его совершения.

С учетом специфики службы в органах прокуратуры, помимо оснований, предусмотренных законодательством Российской Федерации о труде, прокурорский работник может быть уволен по инициативе руководителя органа или учреждения прокуратуры за проступки, не являющиеся нарушениями трудовой дисциплины, но порочащие честь и достоинство прокурорского работника.

Согласно подпункту «в» п. 1 ст. 43 Федерального закона от 17 января 1992 года № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» допускается увольнение прокурорских работников в случаях нарушения Присяги прокурора (следователя), а также совершения проступков, порочащих честь прокурорского работника.

Согласно ст. 192 ТК Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть за неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить к работнику дисциплинарное взыскание по соответствующим основаниям.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка при привлечении его к дисциплинарной ответственности является обязательным условием наступления таковой. Проступок не может характеризоваться как понятие неопределенное, основанное лишь на внутреннем убеждении работодателя, а вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке. Иное толкование вышеуказанных норм Трудового законодательства Российской Федерации приводило бы к существенному ограничению прав работников, допуская возможные злоупотребления со стороны работодателя при реализации своего исключительного права на привлечение работника к дисциплинарной ответственности, в том числе по надуманным основаниям.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Не может рассматриваться как должностной проступок неисполнение или ненадлежащее выполнение обязанностей по причинам, не зависящим от работника.

Противоправность действий или бездействия работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.

Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие противоправные действия (бездействие) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей.

При этом право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит работодателю.

Согласно ст. 193 ТК Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание может быть обжаловано работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дела об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдением им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из ст. 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 ТК Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Согласно п. 60 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 (в ред. от 28 сентября 2010 года) «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе.

Установлено, что приказом Прокурора Республики Башкортостан от 21 ноября 2003 года ФИО1 принят на работу в органы прокуратура с 24 ноября 2003 года на должность помощника прокурора Абзелиловского района Республики Башкортостан (л. д. 215).

17 февраля 2005 года ФИО1 принята присяга прокурора (л. д. 214). 

Приказом Генерального прокурора Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-К ФИО1 назначен на должность Учалинского межрайонного прокурора Республики Башкортостан.

На основании решения прокурора Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с поступившими в прокуратуру республики постановлениями и. о. руководителя СУ СК РФ по РБ от ДД.ММ.ГГГГ о возбуждении уголовных дел в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 5 ст. 290 УК Российской Федерации, в отношении депутата Совета МР Учалинский район ФИО8 – по п. «б» ч. 4 ст. 291 УК Российской Федерации начато проведение служебной проверки в отношении ФИО1 (л. д. 181-184).

Согласно справке от 15 августа 2018 года старшим помощником прокурора Республики Башкортостан обеспечению собственной безопасности и физической защиты ФИО9 в ходе проведения проверки в отношении Учалинского межрайонного прокурора ФИО1 предложено последнему дать объяснение по фактам нарушения Присяги прокурора и Кодекса этики прокурорского работника Российской Федерации при получении денежных средств от учредителя коммерческих организаций ФИО8, однако ФИО1, находясь в здании прокуратуры Республики Башкортостан от дачи пояснений и подписания каких-либо документов отказался (л. д. 185). 

По результатам проверки 17 августа 2018 года прокурором Республики Башкортостан утверждено заключение (л. д. 188-194).

Из справки от 21 августа 2018 года следует, что группой по обеспечению собственной безопасности и физической защиты прокуратуры Республики Башкортостан проведена проверка в отношении Учалинского межрайонного прокурора ФИО1 по фактам нарушения Присяги прокурора и Кодекса этики прокурорского работника Российской Федерации при получении денежных средств от учредителя коммерческих организаций ФИО8 15 августа 2018 года в ходе проведения проверки в помещении прокуратуры Республики Башкортостан Учалинский межрайонный прокурор ФИО1 от дачи пояснений и подписания каких-либо документов отказался, в связи с чем не представилось возможным получить от него объяснение. В последующем 16 августа 2018 года Советским районным судом г. Уфы ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по РБ до 14 октября 2018 года (л. д. 196).

На основании рапорта и. о. старшего помощника прокурора республики по обеспечению собственной безопасности и физической защиты ФИО10 от 22 августа 2018 года проведение проверки в отношении Учалинского межрайонного прокурора ФИО1 возобновлено (л. д. 197).

22 августа 2018 года ФИО1 дал собственноручные письменные объяснения: «по взаимоотношениям с ФИО8, являющимся учредителем и директором ООО «Экостройресурс», учредителем ООО «Брусчатка+», а также учредителем и председателем совета директоров ООО «Баштальк» могу пояснить, что меня с ним познакомили в 2015 году на каком-то мероприятии, это было примерно в декабре месяце. С ним у нас сложились теплые, дружеские отношения, мы познакомились семьями, всегда вместе праздновали дни рождения и другие мероприятия. Когда его избрали депутатом районного Совета МР Учалинский р-он РБ, приходилось вместе участвовать на заседании Совета, на рабочих совещаниях администрации района, на торжественных и иных праздничных мероприятиях. По поводу финансовых средств могу сказать, что я у него денежные средства не требовал, но иногда он сам помогал прокуратуре: например для приобретения колес для служебной автомашины, на топливо в случае отсутствия бензина по лимиту, либо на текущий ремонт автомобиля, на приобретение мебели для комнаты отдыха, на канцелярские товары, конкретные суммы я не могу обозначить, поскольку я их не считал. Какое-либо покровительство его фирмам не делал, у нас просто были дружеские отношения, мы друг другу доверяли. Откуда и из каких соображений он указал такую большую сумму, я сказать не могу, я точно знаю, что он это все придумал под оказанием психологического давления. Кроме этого, на сколько я помню примерно 2016 году в отношении ООО «Баштальк» проводилась проверка и их материалам возбуждалось дело об административном правонарушении, предприятие было привлечено или должностное лицо к административной ответственности. Может быть была совместная проверка, сейчас я не помню. По поводу других проверок я ничего не могу сказать, т. к. не помню. Также хочу дополнить, что денежные средства мной планировалось вернуть. По поводу возбуждения уголовного дела в отношении меня я считаю, что оно возбуждено незаконно, поскольку предмета взятки отсутствует, я не был застигнут на месте преступления т. е. получения. И кроме того, считаю, что в моих действиях нет состава преступления, т. к. денежные средства я брал в долг и, как мне вменяют, какого-либо общего покровительства с моей стороны не было, потому что мы находились в близких дружеских отношениях, его просто сотрудники спецслужбы уговорили и в последующем надавили на него, запугав возбуждением уголовного дела и пообещав прекратить за сотрудничество, на что он и согласился. В дополнение поясняю, что ФИО3 финансовая помощь оказывалась в период, возможно, 2017 и 2018 годов, но не в такой сумме, которую мне предъявляют в обвинение следователь» (л. д. 198-200). 

Проверяя доводы стороны истца, о нарушении порядка проведении проверки и процедуры увольнения, суд учитывает следующее.

В соответствии со ст. 56 ГПК Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с ч. 3 и 4 ст. 67 ГПК Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

В соответствии с п. 15 Приказа Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 18 апреля 2008 года № 70 «О проведении проверок (служебных расследований) в отношении прокурорских работников органов и учреждений прокуратуры Российской Федерации», не позднее суток с момента завершения проверки письменно уведомлять прокурорского работника, в отношении которого она проводилась, о результатах, а при наличии письменного ходатайства - знакомить его с материалами проверки.

Федеральный законодатель, предусмотрев право прокурорских работников ознакомиться с письменным заключением и другими материалами по результатам служебной проверки, не установил обязанности представителя нанимателя (руководитель государственного органа, лицо, замещающее государственную должность, либо их представители) знакомить лично и под роспись с результатами проверки прокурорских работников.

Пункт 15 Приказа Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 18 апреля 2008 года № 70 не ограничивает право прокурорского работника на ознакомление с результатами проведенной служебной проверки, в том числе при применении к нему дисциплинарного взыскания в виде прекращения службы в органах прокуратуры, а напротив, устанавливает дополнительную гарантию, поскольку обязывает не позднее суток с момента завершения проверки письменно уведомлять о ее результатах прокурорского работника, в отношении которого она проводилась, обеспечивая тем самым возможность своевременной реализации им своего права на ознакомление с результатами проведенной служебной проверки.

Судом установлено, что по результатам проверки в отношении ФИО1 24 августа 2018 года прокурором Республики Башкортостан ФИО11 утверждено заключение, составленное и. о. старшего помощника прокурора республики по обеспечению собственной безопасности и физической защиты советником юстиции ФИО10 (л. д. 201-209).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 направлено уведомление о завершении в отношении него проверки, проведенной в соответствии с Приказом Генеральной Прокуратуры Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О проведении проверок в отношении прокурорских работников органов и учреждений прокуратуры Российской Федерации» (л. д. 210).

Приказом Генерального Прокурора Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-к, приказом прокурора Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ №-к ФИО1 освобожден от должности Учалинского межрайонного прокурора Республики Башкортостан и уволен из органов прокуратуры Российской Федерации за нарушение присяги прокурора и совершение проступка, порочащего честь прокурорского работника (л. 

<

...>). 

ДД.ММ.ГГГГ адвокатом ФИО1 – Мамяшевым А. Р. и ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подано заявление об ознакомлении с заключением и материалами проверки путем предоставления копий (л. 

<

...>).

Письмом от ДД.ММ.ГГГГ сообщено, что предоставление копий материалов проверки не предусмотрено, предложено ознакомиться с материалами проверки (л. д. 213).

Проверяя соблюден ли общий порядок оформления прекращения трудового договора (ст. 84.1 ТК Российской Федерации): факты ознакомления работника с приказом об увольнении под роспись (либо факт невозможности доведения приказа до сведения работника или отказа работника от ознакомления с приказом), выдачи работнику трудовой книжки и расчета с работником в день увольнения, правильности записи, сделанной в трудовой книжке работника, и другие обстоятельства, связанные с конкретным основанием увольнения, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 84.1 ТК Российской Федерации в день прекращения трудового договора работодатель обязан выдать работнику трудовую книжку и произвести с ним расчет в соответствии со статьей 140 настоящего Кодекса. По письменному заявлению работника работодатель также обязан выдать ему заверенные надлежащим образом копии документов, связанных с работой.

С приказами Генерального прокурора Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-к об освобождении от должности и увольнении ФИО1, Прокурора Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ №-к об освобождении от должности и увольнении ФИО1 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, о чем имеется подпись (л. 

<

...>).

Доводов о нарушениях при вручении трудовой книжки и производстве окончательного расчета истцовой стороной не приведено.

Разрешая заявленные требования, дав оценку собранным по делу доказательствам в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска ФИО1, поскольку у ответчика имелись основания для увольнения истца, ответчиком соблюден установленный законом порядок увольнения по указанному основанию и сроки увольнения, письменные объяснения у истца были затребованы и такие объяснения истцом были даны. Действия истца, вменяемые ему в качестве повода к увольнению, свидетельствуют о нарушении истцом вышеназванного Федерального закона, в соответствии с которым прокурор должен быть верным Присяге.

Вопреки доводам стороны истца о том, что обстоятельства совершения проступка, порочащего честь прокурорского работника, в том числе связанного с нарушением Кодекса этики прокурорского работника, подлежат установлению в ходе проведения служебной проверки в отношении прокурорского работника, основания и процедура проведения которой регламентированы Инструкцией о порядке проведения служебных проверок в отношении прокурорских работников органов и организаций прокуратуры Российской Федерации, утвержденной приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 28 апреля 2016 года № 255, суд учитывает следующее. Прокуратурой Республики Башкортостан были соблюдены установленные требования при проведении в отношении ФИО1 проверки, поскольку таковая проведена в соответствии с положениями приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 18 апреля 2008 года № 70 "О проведении проверок (служебных расследований) в отношении прокурорских работников органов и учреждений прокуратуры Российской Федерации", о чем имеется ссылка как в самом заключении проверки (л. д. 201-209), так и в рапорте (л. д. 197), письменных уведомлениях в адрес истца (л. 

<

...>).

Доводы истца ФИО1 о том, что он не совершал проступка, на момент увольнения ФИО1 его вина в совершении преступления не установлена, вступившего в законную силу приговора не имеется, являются несостоятельными, поскольку указанное обстоятельство в данном случае не имеет правового значения, так как факт нарушения истцом Присяги прокурора и совершения проступка, порочащего честь прокурорского работника, установлен проверкой и нашел свое подтверждение в ходе слушания дела. Таким образом, основанием к увольнению истца послужил не факт совершения истцом преступления, а факт нарушения им Присяги прокурора, обязывающих прокурорских работников не допускать малейших отступлений от закона дорожить своей профессиональной честью, быть образцом моральной чистоты и скромности.

В силу п. 5.2 Кодекса этики прокурорского работника, утвержденного Приказом Генеральной прокуратуры Российской Федерации № от 17 марта 2010 года, нарушение прокурорским работником норм Кодекса, выразившееся в совершении проступка, порочащего честь прокурорского работника, является основанием для привлечения его к дисциплинарной ответственности.

В соответствии с п. п. 1.3, 1.4, 2.1.3, 2.1.7 Кодекса этики прокурорского работника, утвержденного Приказом Генеральной прокуратуры Российской Федерации № от 17 марта 2010 года, прокурорский работник обязан стремиться в любой ситуации сохранять личное достоинство, быть образцом поведения, добропорядочности и честности, избегать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб чести и достоинству прокурорского работника, репутации прокуратуры Российской Федерации.

Из приведенных выше положений закона следует, что служба в органах и учреждениях прокуратуры является видом федеральной государственной службы. Специфическая деятельность, которую осуществляют органы и учреждения прокуратуры, предопределяет и специальный правовой статус ее работников. Исходя из этого, государство, регулируя государственную службу в органах и учреждениях прокуратуры, в том числе основания увольнения с этой службы, а также сроки претерпевания негативных последствий применения дисциплинарных взысканий, включая увольнение со службы за виновное поведение, может устанавливать в данной сфере особые правила.

Из материалов дела следует, что истец был принят в органы прокуратуры и назначен на штатную должность, с присвоением специального звания, приведен к Присяге прокурора, следовательно, с этого момента он являлся прокурорским работником, взял на себя все обязательства, которые предусмотрены Федеральным законом «О прокуратуре Российской Федерации» по осуществлению надзора за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации, а также был ознакомлен с должностными обязанностями, иными необходимыми для надлежащего исполнения обязанностей нормативно-правовыми актами. 

Более того, сам факт проведения в отношении ФИО1 следственной проверки, вне зависимости от ее результатов, свидетельствует о наличии у ответчика оснований для увольнения истца в соответствии с пп. «в» п. 1 ст. 43 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», поскольку свидетельствуют о том, что истец своим поведением вызвал сомнение в добросовестном исполнении должностных обязанностей.

Своими действиями ФИО1 скомпрометировал себя как работник органов прокуратуры, тем самым нарушил требования Присяги прокурора, ст. 40.4 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», предписывающей необходимость дорожить своей профессиональной честью, быть образцом моральной чистоты, скромности, свято беречь и приумножать лучшие традиции прокуратуры, активно защищать интересы личности, общества и государства, свято соблюдать Конституцию Российской Федерации.

Работодателем учтена тяжесть совершенного ФИО1 проступка, принципы разумности и справедливости, поскольку действия истца подрывают авторитет прокуратуры, как органа уполномоченного осуществлять надзор за исполнением федерального законодательства Российской Федерации.

С учетом изложенного, в удовлетворении иска ФИО1 к Генеральной прокуратуре Российской Федерации, Прокуратуре Республики Башкортостан о признании заключения служебной проверки (служебного расследования) от 17 августа 2018 года, проведенной в отношении Учалинского межрайонного прокурора Республики Башкортостан ФИО1, утвержденного прокурором Республики Башкортостан, незаконным; о признании заключения проверки от 24 августа 2018 года, проведенной в отношении Учалинского межрайонного прокурора Республики Башкортостан ФИО1, утвержденного прокурором Республики Башкортостан, незаконным; о признании приказа Генерального прокурора Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-к об освобождении от должности и увольнении ФИО1, приказа Прокурора Республики Башкортостан от ДД.ММ.ГГГГ №-к об освобождении от должности и увольнении ФИО1 незаконными; и производных требований о восстановлении в должности Учалинского межрайонного прокурора Республики Башкортостан, следует отказать.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении иска ФИО1 к Генеральной прокуратуре Российской Федерации, Прокуратуре Республики Башкортостан о признании заключения служебной проверки (служебного расследования) от 17 августа 2018 года, проведенной в отношении Учалинского межрайонного прокурора Республики Башкортостан ФИО1, утвержденного прокурором Республики Башкортостан, незаконным; о признании заключения проверки от 24 августа 2018 года, проведенной в отношении Учалинского межрайонного прокурора Республики Башкортостан ФИО1, утвержденного прокурором Республики Башкортостан, незаконным; о признании приказа Генерального прокурора Российской Федерации от 27 августа 2018 года №-к об освобождении от должности и увольнении ФИО1, приказа Прокурора Республики Башкортостан от 28 августа 2018 года №-к об освобождении от должности и увольнении ФИО1 незаконными; о восстановлении в должности Учалинского межрайонного прокурора Республики Башкортостан, отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд города Уфа Республики Башкортостан.

Председательствующий: И. Я. Индан