Дело № 2-184/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 октября 2017 года п. Чернянка

Чернянский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Кухаревой Н.Д.,

при секретаре Думановой Г.Н.,

с участием истца-ответчика ФИО1, ее представителя по доверенности ФИО2, представителя ответчика-истца ФИО3 по доверенности ФИО4, 

в отсутствие ответчика-истца ФИО3, уведомленной о времени и месте судебного разбирательства своевременно и надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, встречному иску ФИО3 к ФИО1 о признании денежной суммы задатком, взыскании с ФИО1 задолженности по арендной плате, коммунальным платежам, материального ущерба, причиненного повреждением имущества, расходов по оплате услуг оценщика и оплате государственной пошлины,

установил

ФИО1, имея намерение приобрести у ФИО3 нежилое здание (сельскохозяйственную ферму), передала ей 31.08.2016 по расписке 100000 рублей, указав эту сумму как задаток.

07.11.2016 между ИП глава КФХ ФИО3 и ИП глава КФХ ФИО1 был заключен договор аренды вышеуказанной фермы. Фактически ферма вместе с оборудованием были переданы ФИО3 ФИО1 21.11.2016.

21.11.2016 ФИО1 передала по расписке ФИО3 предоплату за вышеуказанную ферму в размере 900000 рублей.

Считая указанную ферму непригодной для содержания скота ФИО1 отказалась от намерения приобретать ферму и обратилась к ФИО3 с досудебным требованием о возврате уплаченных сумм. До настоящего времени ФИО3 денежные средства не возвратила.

Дело инициировано иском ФИО1, которая просит взыскать с ФИО3 в ее пользу неосновательное обогащение в размере 1 000 000 рублей, сумму уплаченной государственной пошлины в размере 13200 рублей.

ФИО3 исковые требования ФИО1 не признала, обосновав это тем, что договор купли-продажи не заключен по вине ФИО1, поэтому задаток в размере 100000 рублей должен быть оставлен в собственности ФИО3 Кроме того, ФИО1 не исполнила обязательство по уплате арендной платы за пользование нежилым помещением, не оплатила задолженность за воду; в ходе эксплуатации арендованного имущества причинила имущественный вред ФИО3 

Сославшись на указанные обстоятельства ФИО3 просит признать денежную сумму в размере 100000 рублей, переданную ей (ФИО3), задатком и оставить ее в собственности ФИО3, взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 задолженность по арендной плате в размере 300 000 рублей, по оплате коммунальных услуг в размере 6941,12 рублей, материальный ущерб, причиненный повреждением имущества, в размере 32209 рублей, расходы по оплате услуг оценщика в размере 5500 рублей, по оплате государственной пошлины в размере 7646,50 рублей.

Истец-ответчик ФИО1 и ее представитель в судебном заседании исковые требования ФИО1 поддержали в полном объеме, так как между ФИО1 и ФИО3 договор купли - продажи фермы заключен не был, следовательно, вся уплаченная ФИО1 сумма подлежит возврату; встречные исковые требования не признали в полном объеме, поскольку договор аренды был составлен формально, доказательств причинения ФИО3 имущественного ущерба действиями ФИО1 не предоставлено.

Представитель ответчика – истца ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признал, встречные исковые требования поддержал в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства дела по представленным доказательствам, суд признает иск ФИО1 подлежащим удовлетворению в полном объеме, встречный иск ФИО3 подлежащим удовлетворению в части.

Судом установлено, что ФИО1, имея намерения в будущем заключить с ФИО3 договор купли-продажи сельскохозяйственной фермы: нежилого помещения, расположенного в 

<

адрес>, передала ФИО3 31.08.2016 в качестве задатка на приобретение сельскохозяйственной фермы сумму в размере 100000 рублей, 21.11.2016 в качестве предоплаты за ферму и земельный участок, прилегающий к ней, 900000 рублей. Данное обстоятельство подтверждается расписками и не оспаривается стороной ответчика (л.д. 11, 12).

07.11.2016 между ИП глава КФХ ФИО3 и ИП глава КФХ ФИО1 был заключен договор аренды вышеуказанной фермы на срок до 01мая 2017 года. (л.д.13-14).

Фактическая передача нежилого здания и имущества состоялась 21.11.2016, что подтверждается письменным документом, подписанным ФИО3 и ФИО1(л.д.183).

26.04.2017 ФИО1 освободила арендуемое здание, о чем уведомила ФИО3 посредством СМС-сообщения (л.д.177-179). В сообщении ФИО1 признала наличие договора аренды и указала, что апрель 2017 года - последний месяц аренды.

29.05.2017 ФИО1 направила ФИО3 досудебное требование о возвращении задатка и предоплаты, указав на то, что нежилое здание не пригодно для содержания скота в зимний период и, поскольку сделка купли-продажи не состоялась, потребовала возврата переданной суммы (1000000 рублей). При этом ФИО1 указала, что, поскольку договор купли-продажи не был заключен, то сумму, поименованную задатком, следует считать авансом.

Ответа на это требование от ФИО3 до настоящего времени не поступило, денежные средства она не возвратила.

Как установлено судом, договор купли продажи нежилого здания до настоящего времени между ФИО3 и ФИО1 не заключен.

ФИО3 произвела отчуждение указанного нежилого здания 16.07.2017 Б.Г.М., что признается ее представителем. 

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 380 ГК РФ задатком признается денежная сумма, выдаваемая одной из договаривающихся сторон в счет причитающихся с нее по договору платежей другой стороне, в доказательство заключения договора и в обеспечение его исполнения. Соглашение о задатке независимо от суммы задатка должно быть совершено в письменной форме. В случае сомнения в отношении того, является ли сумма, уплаченная в счет причитающихся со стороны по договору платежей, задатком, в частности, вследствие несоблюдения правила, установленного пунктом 2 настоящей статьи, эта сумма считается уплаченной в качестве аванса, если не доказано иное (пункт 3 статьи 380 ГК РФ).

Аванс представляет собой денежную сумму, уплаченную до исполнения договора в счет причитающихся платежей. В отличие от задатка аванс не выполняет обеспечительной функции, поэтому независимо от того, как исполнено обязательство либо вообще оно не возникло, сторона, получившая соответствующую сумму, обязана ее вернуть.

Из содержания пункта 1 ст. 381 ГК РФ следует, что задатком может обеспечиваться исполнение сторонами денежного обязательства по заключенному между ними договору, должником по которому является или будет являться сторона, передавшая задаток.

Следовательно, задатком не может обеспечиваться обязательство, возникновение которого лишь предполагается, поскольку обязательство, возникающее на основе соглашения о задатке, производно и зависимо от основного (обеспечиваемого задатком) обязательства, может существовать лишь при условии действия основного обязательства.

Согласно статье 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Исходя из приведенных выше положений закона следует, что договор о задатке заключается во исполнение обязательства, совместно с заключением самого обязательства, которое может содержаться как в договоре купли-продажи, так и в предварительном договоре, предусматривающем определенные обязанности сторон, связанные с заключением в будущем основного договора и применением при наличии к тому оснований (уклонение стороны от заключения основного договора) обеспечительной функции задатка.

Основная цель задатка - предотвратить неисполнение договора (ст. 329 ГК РФ). Задаток служит доказательством заключения договора, а также способом платежа. 

Поскольку ни предварительный, ни основной договор купли-продажи сторонами на момент передачи денежных средств заключен не был, основное обязательство отсутствовало. Расписка, написанная ФИО1, не может подтверждать возникновение между сторонами договорных обязательств по продаже нежилого здания и являться соглашением о задатке, а потому полученная по ней сумма в размере 100000 рублей в силу ст. 380 ГК РФ не является задатком и подлежит возврату.

В соответствии со ст. 550 ГК РФ несоблюдение письменной формы сделки купли-продажи недвижимости влечет ее недействительность. Следовательно, соглашение о задатке между ними подтверждает лишь факт передачи денежной суммы, которую согласно п. 3 ст. 380 ГК РФ следует рассматривать в качестве аванса, а не задатка, со всеми вытекающими из этого последствиями.

С учетом изложенных обстоятельств суд приходит к выводу, что полученная ФИО3 денежная сумма в размере 100000 руб. задатком быть признана не может, поскольку она не обеспечивала исполнение обязательств по договору в определенный срок. 

В связи с несоблюдением сторонами письменной формы сделки, незаключением впоследствии договора купли-продажи недвижимого имущества сумма аванса должна быть возвращена. При этом не имеет правового значения, по чьей вине не состоялась сделка.

В соответствии со ст. 1102 п. 1 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущества (неосновательное обогащение).

Указанные правила применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли. (п. 2 ст.1102 ГК РФ).

По смыслу вышеприведенной нормы права под неосновательным обогащением следует понимать приобретение или сбережение имущества за счет другого лица (обогащение) без каких-либо правовых оснований.

ФИО1 заявлено о взыскании с ФИО3 денежных средств как неосновательного обогащения.

По ее утверждению, и это следует из представленных распиской, и не оспорено ФИО3, денежные средства передавались в счет оплаты за ферму, при этом договор купли-продажи заключен не был.

В соответствии с п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, в силу требований п. 4 ст. 1109 ГК РФ возлагается на приобретателя имущества (денежных средств), т.е. ФИО3 

Судом установлено и подтверждается предоставленными доказательствами, что ФИО1 передала ФИО3 денежные средства в качестве аванса в счет будущей покупки нежилого здания, расположенного в 

<

адрес>, по договору купли-продажи, который стороны по делу намеревались заключить в будущем. 

Разрешая заявленные требования, суд, проанализировав содержание расписок, с учетом требований ст. 431 ГК РФ, пришел к выводу о том, что между сторонами было заключено соглашение о предварительном способе расчетов по сделке купли-продажи нежилого здания.

Поскольку доказательств передачи денежных средств на сумму 1000 000 рублей в дар или в счет благотворительности ФИО3 не представлено, следовательно, денежные средства были получены ею без какого-либо основания и в соответствии с положением п. 2 ст. 1102 ГК РФ подлежат взысканию с ФИО3 в пользу ФИО1

Обстоятельства заболевания коров ФИО1 и условий их содержания в арендуемом здании не являются предметом настоящего судебного разбирательства, поскольку по данному делу не имеет правового значения, по чьей вине не состоялась сделка купли-продажи.

Предоставленные ФИО1 сведения о приобретении ею коров (л.д.169), лекарственных средств для коров (162-168), пленки (л.д.159,160) не подтверждают и не опровергают обстоятельства дела. 

Что касается встречного иска ФИО3, то он подлежит удовлетворению в части по следующим основаниям.

Согласно статье 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В соответствии со ст. 606, 607 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. В аренду могут быть переданы, в том числе, здания, сооружения.

В силу п. 1 ст. 650 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды здания или сооружения арендодатель обязуется передать во временное владение и пользование или во временное пользование арендатору здание или сооружение.

Договор аренды здания или сооружения должен предусматривать размер арендной платы (п. 1 ст. 654 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Договор аренды здания или сооружения заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (п. 1 ст. 651 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Передача здания или сооружения арендодателем и принятие его арендатором осуществляются по передаточному акту или иному документу о передаче, подписываемому сторонами (ст. 655 Гражданского кодекса РФ).

Согласно ст. 614 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату).

Судом установлено, что 07.11.2016 между ИП глава КФХ ФИО3 и ИП глава КФХ ФИО1 был заключен договор аренды. (л.д.13-14).

Согласно указанного договора ФИО3 приняла на себя обязательство предоставить ФИО1 во временное владение и пользование нежилое помещение по адресу: 

<

адрес> для разведения КРС а также электрооборудование, системы водоснабжения, канализации, телефонной линии и иное имущество, установленное в помещении. 

Передача помещения и имущества должна быть осуществлена по акту сдачи-приемки (п.2 договора). 

Из п.4.1 договора следует, что договор вступает в силу в день его государственной регистрации и действует до 01 мая 2017 года. Согласно п.4.3 в случае, если после истечения срока действия договора арендатор продолжает пользоваться помещением, договор аренды считается возобновленным на тех же условиях на срок до 1 года.

Пункт 5.1 договора устанавливает, что арендатор уплачивает арендодателю в течение срока действия настоящего договора арендную плату за предоставленное нежилое здание и пользование оборудование для доения в размере 50000 рублей в месяц.

Согласно п.3.4. арендатор принял на себя обязательство своевременно вносить арендную плату и оплачивать коммунальные платежи.

Фактическая передача нежилого здания и имущества состоялась 21.11.2016, что подтверждается письменным документом, подписанным ФИО3 и ФИО1(л.д.183).

Повторное составление сторонами 27.11.2016 письменного документа о передаче этого же и иного имущества (л.д.170-171) не свидетельствует о недействительности фактической передачи здания и имущества 21.11.2016.

Отвергая доводы ФИО1 о том, что договор аренды был подписан формально и не порождает ни каких обязательств с ее стороны, суд исходит из того, что в судебном заседании достоверно установлен факт фактического пользования ФИО1 зданием фермы. Кроме того, ФИО1 не заявлено требований о признании договора аренды недействительным.

26.04.2017 ФИО1 освободила арендуемое здание, о чем уведомила ФИО3 посредством СМС-сообщения (л.д.177-179). В сообщении ФИО1 признала наличие договора аренды и указала, что апрель 2017 года - последний месяц аренды.

06.05.2017 ФИО1 получена претензия – уведомление от ФИО3, в которой ФИО3 просит при наличии возражений либо намерений изменить или расторгнуть договор аренды уведомить ее в установленные сроки (л.д.181,182). И в этот же день ФИО1 направила ФИО3 уведомление о расторжении договора аренды (л.д.15) и акт приема-передачи нежилого помещения от 26.04.2017 (л.д.16) указав на то, что именно с этого дня она не использует арендованное помещение.

Сведений о получении ФИО1 претензии-уведомления от ФИО3, датированной 20.02.2017 (л.д.180) суду не предоставлено, поэтому она не может служить подтверждением того, что ФИО1 ранее 06.05.2017 была уведомлена о желании ФИО3 продлить договор аренды. 

Согласно ст. ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Разрешая спор при указанных обстоятельствах, суд, проанализировав приведенные выше нормы права и условия договора аренды, установив, что ФИО1 длительное время нарушала условия договора аренды – не уплачивала арендную плату, в связи с чем, образовалась задолженность по арендной плате за пользование нежилым зданием, пришел к выводу о взыскании с ФИО1 в пользу ФИО3 суммы арендной платы, размер которой за период с 21.11.2016 по до 01.05.2017 составил 266666,67 рублей.

Сумма арендной платы за период с 07.11.2016 по 20.11.2016 взыскана быть не может, поскольку согласно документа о передаче нежилого здания, здание было передано 21.11.2016.

Гражданским кодексом не предусмотрено государственной регистрации договора аренды здания, заключенного на срок менее одного года. Включение сторонами в договор, не подлежащий государственной регистрации, условия о том, что он подлежит государственной регистрации и вступает в силу с момента государственной регистрации, противоречит нормам ГК. Такое условие является ничтожным в силу требований статей 168 и 180 ГК. Поэтому судом указанное условие договора аренды во внимании не принимается.

Отсутствие подписанного между сторонами акта приема-передачи арендованного имущества от ФИО1 и ФИО3, не может быть расценено как доказательство неисполнения ответчиком обязанности по возврату арендованного имущества, так как в соответствии с правилом, установленным в абз. 2 п. 1 ст. 655 Гражданского кодекса РФ, уклонение одной из сторон от подписания документа о передаче здания или сооружения на условиях, предусмотренных договором, рассматривается как отказ соответственно арендодателя от исполнения обязанности по передаче имущества, а арендатора от принятия имущества. Направленный ФИО1 в адрес ФИО3 акт приема - передачи арендованного помещения последней не подписан, при этом доказательств, свидетельствующих о наличии препятствий к этому со стороны ФИО1 ФИО3 не представлено. При таких обстоятельствах уклонившимся от подписания акта следует признать ФИО3

Согласно предоставленной справке и квитанции (л.д.81) ФИО3 оплатила задолженность за воду за период с декабря 2016 по апрель 2017 года в размере 6941,12 рублей. Поскольку согласно договору аренды обязанность по оплате коммунальных услуг приняла на себя ФИО1, указанная сумма должна быть взыскана с нее в пользу ФИО3 

Отказывая ФИО3 в удовлетворении требований о взыскании материального ущерба в сумме 32209 рублей, суд исходит из следующего.

В соответствии с положениями п. п. 1, 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с общими принципами возмещения вреда, установленными в п. 1 ст. 1064 ГК Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

При этом, в силу п. 2 ст. 1064 ГК Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Конституционный Суд РФ в ряде своих решений, в частности в Постановлениях от 25.01.2001 г. № 1-П и от 15.07.2009 г. № 13-П, обращаясь к вопросам о возмещении причиненного вреда, изложил правовую позицию, согласно которой обязанность возместить вред является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда, как правило, при наличии состава правонарушения, который включает наступление вреда, противоправность поведения причинителя, причинную связь между его поведением и наступлением вреда, а также его вину; наличие вины - общий принцип юридической ответственности во всех отраслях права, и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно.

Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК Российской Федерации).

Таким образом, для наступления деликтной ответственности, являющейся видом гражданско-правовой ответственности, необходимо установление в совокупности следующих обстоятельств: факт причинения вреда и его размер, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственная связь между его действиями (бездействием) и наступившими последствиями, вина причинителя вреда.

Следовательно, юридически значимыми обстоятельствами по настоящему спору является установление вины ФИО1 и причинно-следственной связи между ее виновными действиями, выразившимися в ненадлежащем содержании, эксплуатации арендованного имущества, и наступившими вследствие этого неблагоприятными последствиями для ФИО3

Ссылаясь на то, что в результате не бережного отношения ФИО1 к арендуемому имуществу был причинен материальный ущерб, допустимых доказательств данному обстоятельству ФИО3 суду не предоставила.

Предоставленный отчет № об оценке свидетельствует о рыночной стоимости имущества и восстановительного ремонта стены кабинета, комплектующих доильного оборудования, трапа для погрузки скота и восстановления системы отопления в раздевальной комнате (л.д.83, 84-146).

Само по себе указанное обстоятельство не свидетельствует о ненадлежащем содержании и эксплуатации ФИО1 арендованного имущества.

Указаний на то, когда именно указанное имущество было приведено в негодность (а осмотр имущества был проведен 28.07.2017, то есть почти через три месяца после прекращения пользования ФИО1 арендуемым имуществом), на причины порчи имущества отчет не содержит. 

Доказательств, что по вине ФИО1 ФИО3 причинен имущественный ущерб, суду не предоставлено. Следовательно, оснований для удовлетворения требований о взыскании материального ущерба, причиненного повреждением имущества в размере 32209 рублей, и оплаты услуг оценщика в размере 5500 рублей не имеется.

По общему правилу, предусмотренному ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Следовательно, в пользу ФИО1 с ФИО3 подлежит взысканию сумма уплаченной государственной пошлины в размере 13200 рублей, а с ФИО1 в пользу ФИО3 подлежит взысканию сумма уплаченной госпошлины в размере 5936,08 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 192-199 ГПК РФ, суд,

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 1 000 000 рублей, сумму государственной пошлины в размере 13200 рублей 

Встречные исковые требования ФИО3 удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 задолженность по арендной плате в размере 266666,67 рублей, по оплате коммунальных услуг в размере 6941,12 рублей, расходы по оплате госпошлины в размере 5936,08 рублей.

ФИО3 в удовлетворении требований о признании денежной суммы в размере 100000 рублей, переданной ФИО3 задатком и оставлении ее в собственности ФИО3, взыскании с ФИО1 задолженности по арендной плате в размере 33333,33 рублей, материального ущерба, причиненного повреждением имущества, в размере 32209 рублей, расходов по оплате услуг оценщика в размере 5500 рублей, оплате государственной пошлины в размере 1710,42 рублей отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Чернянский районный суд.

Судья Н.Д. Кухарева

мотивированное решение изготовлено 20 октября 2017 года.

Судья Н.Д.Кухарева