Дело № 2-325/2017

Р Е Ш Е Н И Е

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 июня 2017 года 

<

адрес>

Анивский районный суд 

<

адрес> в составе:

председательствующего судьи Невидимовой Н.Д.

при секретаре ФИО6

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2, ФИО4 о признании договоров купли-продажи земельного участка с жилым домом недействительными, применении последствий недействительности оспоримых сделок,

у с т а н о в и л:

02 мая 2017 года ФИО3 подано исковое заявление, из которого следует, что с 2013 года он являлся собственником жилого дома, в котором проживает по настоящее время, и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>.

В октябре 2015 года ФИО2 попросил истца оказать ему помощь в получении кредитных денежных средств в связи с чем необходимо временно переоформить жилой дом и земельный участок на него в целях подтверждения перед банком наличия у него имущества. Продавать, дарить, менять жилой дом и земельный участок истец не собирался, поскольку жилой дом является единственным местом проживания. ФИО7 и ФИО8 были свидетелями разговора.

Находясь в состоянии алкогольного опьянения, за истцом приехал ФИО2 и отвез его в обособленное подразделение межрайонного отдела филиала ФГБУ «ФКП Росреестра по 

<

адрес>» в 

<

адрес> и сообщил о необходимости подписать документы. Договор и акт приема-передачи истец не читал, так как его состояние не позволило это сделать, условия договора купли-продажи с ФИО2 не обсуждал, в его составлении не участвовал. После регистрации ознакомился с договором купли-продажи земельного участка с жилым домом. Денежные средства не получал, расписок о получении денежных средств не писал.

Не подозревая, что дом продан 18 декабря 2015 года ФИО4, истец продолжал проживать в доме. Примерно в середине мая 2016 года от сестры стало известно, что дом переоформлен на ФИО4 Истец связался с ней по вопросу переоформления дома на него, однако ФИО4 отказалась.

По данному факту истцом подано заявление по факту мошеннических действий.

По мнению истца, сделка купли-продажи заключена им с ФИО2 под влиянием обмана.

ФИО2 истцу ничего не предлагал, от истца ничего не получал, в том числе, жилой дом, ключи от которого никогда ФИО2 не передавались. Оформление договора купли-продажи находится в прямой связи с намерением истца помочь ФИО2 улучшить свое материальное положение путем обращения в банк с целью получениях кредитных средств, поскольку до заключения договора ответчик, используя нуждаемость истца в частичном уменьшении процентов за просрочку платежа по договору займа, урегулировал данный вопрос перед микрофинансовой организацией, убедил истца в своей порядочности и необходимости временного переоформления дома. 

У истца объективных или субъективных причин для реального отчуждения в пользу ФИО2 единственного жилого дома не имелось.

Заключенный 18 декабря 2015 года между ФИО2 и ФИО4 договор купли-продажи земельного участка с жилым домом также подлежит признанию недействительным, поскольку договор был заключен со злоупотреблением правом. Краткосрочность владения (7 дней) и быстрая перепродажа свидетельствуют об отсутствии экономической заинтересованности сторон.

Изложив в исковом заявлении указанные обстоятельства, ФИО3 просит:

- признать недействительными договоры купли-продажи земельного участка с жилым домом от 02 ноября 2015 года, заключенный между ФИО3 и ФИО2, от 18 декабря 2015 года, заключенный между ФИО2 и ФИО4, 

- применить последствия признания недействительными оспоримых сделок в виде исключения из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о регистрации права собственности ФИО2 и ФИО4

Определением от 04 мая 2017 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Росреестра по 

<

адрес>.

Истец ФИО3 в судебном заседании на исковых требованиях настаивал по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена, представила заявление, в котором просит дело рассматривать в ее отсутствие.

Представитель ответчика ФИО4 ФИО9, действующий по доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал.

Из представленного отзыва следует, что истцом 28 июля 2016 года реализовано право оспаривания сделок путем обращения в суд с требованиями о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности ничтожных сделок. При этом истцом в исковом заявлении не указывались основания иска. В ходе рассмотрения дела № судом рассматривались все возможным предусмотренные законом основания для признания сделок недействительными, в иске отказано. В настоящем иске истцом не заявлено новых оснований. 

Истцом пропущен срок исковой давности. Сделки заключены 02 ноября 2015 года, иск подан 04 мая 2017 года, то есть спустя более одного года с момента, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. С момента совершения сделки между истцом и ФИО2 новых обстоятельств не возникло.

Требования к ФИО4 также заявлены с пропуском срока исковой давности. О продаже дома с земельным участком в пользу ФИО4 истцу стало известно до 04 апреля 2016 года.

Сделка купли-продажи между ФИО2 и ФИО4 проверена в ходе регистрации работниками Управления Росреестра по 

<

адрес>. Доказательств недобросовестности ФИО4 истцом не представлено.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании не присутствовал, о времени и месте рассмотрения дела извещен, содержится в СИЗО-1 

<

адрес>, в представленном отзыве исковые требования не признал, указав в нем на пропуск истцом срока исковой давности.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Росреестра по 

<

адрес> в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен.

В соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав истца ФИО3, представителя ответчика ФИО9, свидетеля ФИО10, подтвердившую доводы истца, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Истцом избран способ защиты права путем признания сделки недействительной по основаниям, указанным в части 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (часть 1).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (часть 2).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

Таким образом, значимым по делу обстоятельством является наличие умысла в действиях ФИО2 и ФИО4 совершить обман в отношении истца.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 являлся собственником земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: 

<

адрес> на основании договора купли-продажи (купчая) земельного участка с жилым домом от 11 апреля 2013 года.

02 ноября 2015 года между ФИО3 и ФИО2 заключен договор купли-продажи, согласно которому продавец ФИО3 продал, а покупатель ФИО2 купил земельный участок площадью 1997 кв.м с расположенным на нем жилым домом площадью 62,9 кв.м по адресу: 

<

адрес>.

Указанные жилой дом и находящийся под ним земельный участок проданы по соглашению сторон за 

<

данные изъяты> (из них за жилой дом – 

<

данные изъяты>, за земельный участок – 

<

данные изъяты> расчет между сторонами произведен до подписания договора (пункт 5 договора); на момент подписания договора на отчуждаемой жилой площади никто не зарегистрирован, земельный участок с жилым домом правами третьих лиц не обременен, ограничений в пользовании земельным участком с жилым домом не имеется (пункты 7, 8 договора).

Продавец ФИО3 гарантирует, что заключает договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях и договор не является для него кабальной сделкой (пункт 6 договора).

Согласно передаточному акту от 02 ноября 2015 года, передача недвижимости продавцом ФИО3 и принятие ее покупателем ФИО2 осуществлены, претензий у покупателя к продавцу по передаваемому земельному участку и жилому дому не имеется, деньги в сумме 

<

данные изъяты> получены продавцом ФИО3 полностью, претензий к покупателю ФИО2 не имеет.

Передаточный акт подписан сторонами.

Договор купли-продажи от 02 ноября 2015 года прошел государственную регистрацию в Управлении Росреестра по 

<

адрес> 10 декабря 2015 года.

Из дела правоустанавливающих документов видно, что в Управление Росреестра по 

<

адрес> за государственной регистрацией договора купли-продажи от 02 ноября 2015 года обратились ФИО3 и ФИО2 05 ноября 2015 года.

08 ноября 2015 года государственная регистрация договора купли-продажи приостановлена, поскольку на земельный участок и жилой дом зарегистрировано обременение в виде ипотеки в пользу ФИО13 на основании договора залога недвижимости (ипотеки) от 27 января 2015 года.

01 декабря 2015 года стороны договора залога недвижимости (ипотеки) от 27 января 2015 года ФИО3 и ФИО14 действующая по доверенности от ФИО15 обратились в Управление Росреестра по 

<

адрес> с заявлением о погашении регистрационной записи об ипотеке. 

Управлением Росреестра по 

<

адрес> регистрационная запись об ипотеке погашена и в связи с отсутствием оснований для приостановления регистрационных действия, 10 декабря 2015 года зарегистрировано право собственности ФИО2 на земельный участок с жилым домом на основании договора купли-продажи от 02 ноября 2015года.

Постановлением старшего следователя СО ОМВД России по Анивскому городскому округу от 12 октября 2016 года в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации отказано, в связи с отсутствием в действиях ФИО2 состава преступления.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 12 октября 2016 года следует, что в ходе проведения проверки по заявлению ФИО3 по факту мошеннических действий ФИО2 проведена экспертиза. Согласно заключению эксперта № от 05 октября 2016 года, подписи от имени ФИО3 в передаточном акте от 02 ноября 2015 года, договоре купли-продажи земельного участка с жилым домом от 02 ноября 2015 года, договоре залога недвижимости от 27 января 2015 года, вероятно, выполнены самим ФИО3; рукописные записи (расшифровка подписи) от имени ФИО3 в передаточном акте от 02 ноября 2015 года, договоре купли-продажи земельного участка с жилым домом от 02 ноября 2015 года, договоре залога недвижимости от 27 января 2015 года, выполнены самим ФИО3

Постановлением и.о.прокурора 

<

адрес> ФИО11 от 12 мая 2017 года постановление старшего следователя СО ОМВД России по Анивскому городскому округу от 12 октября 2016 года отменено, материал возвращен в следственное отделение ОМВД России по Анивскому городскому округу для проведения дополнительной проверки.

Договор купли-продажи от 02 ноября 2015 года исполнен, ФИО2 произвел оплату приобретенной недвижимости, получил свидетельства о государственной регистрации права собственности как на жилой дом, так и на земельный участок. Таким образом, установлено, что при заключении данной сделки стороны преследовали конкретную цель: ФИО3 – продать землю и расположенный на ней жилой дом, а ФИО2 – их приобретение. Для этого стороны выполнили конкретные, установленные законом требования. Оснований для оспаривания данной сделки как мнимой не имеется. 

Договор между ФИО3 и ФИО2 соответствует всем требованиям закона, предъявляемым к такому роду сделкам. 

Каких-либо объективных и достоверных доказательств того, что договор купли-продажи заключен под влиянием обмана со стороны ФИО2, суду стороной истца не представлено.

Руководствуясь статьей 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также принимая во внимание объяснения самого истца о том, что он понимал, что заключает с ФИО2 договор купли-продажи, суд приходит к выводу, что истец понимал существо совершаемых действий по купле-продаже недвижимого имущества и осознавал связанные с данным фактом последствия в виде перехода к ответчику права собственности на жилой дом и земельный участок.

Доводы о том, что спорный жилой дом является единственным местом жительства истца, отклоняются судом в качестве оснований для признания договора купли-продажи недействительным.

Оценивая представленные сторонами доказательства в их совокупности по правилам, установленным статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и руководствуясь статьей 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств совершения истцом сделки под влиянием обмана.

18 декабря 2015 года ФИО2 продал ФИО4 земельный участок с находящимся на нем жилым домом, расположенные по адресу: 

<

адрес>.

На основании указанного договора Управлением Росреестра по 

<

адрес> 11 января 2016 года зарегистрировано право собственности ФИО4 на спорные объекты недвижимости. 

Учитывая, что право собственности ФИО2 возникло на законных основаниях, являясь собственником недвижимого имущества, ФИО2 вправе отчуждать его, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО3 о признании сделки купли-продажи земельного участка с жилым домом от 18 декабря 2015 года между ФИО2 и ФИО4 недействительной.

Согласно статье 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Из части 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Годичный срок давности по указанным искам следует исчислять со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как видно из материалов дела, договор с ФИО2 заключен истцом 02 ноября 2015 года, сделка прошла регистрацию в регистрирующем органе 10 декабря 2015 года. Данная сделка является оспоримой, истец обратился в суд с данным иском 02 мая 2017 года, то есть с пропуском срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа истцу в иске по исковым требованиям к ФИО2

В судебном заседании установлено, что о совершенной между ФИО2 и ФИО4 сделке ФИО3 узнал в мае 2016 года, 07 июня 2016 года обратился в правоохранительные органы с заявлением о привлечении к уголовной ответственности ФИО2, стороной сделки ФИО3 не является.

Таким образом, срок исковой давности по исковым требованиям, заявленным к ФИО4, ФИО3 не пропущен.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО2, ФИО4 о признании договоров купли-продажи земельного участка с жилым домом недействительными, применении последствий недействительности ничтожных сделок отказать.

Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Анивский районный суд в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме. 

Решение в окончательной форме изготовлено 26 июня 2017 года.

Председательствующий: судья Н.Д. Невидимова