Копия № 2-1105/19

УИД: 24RS0046-01-2018-006356-44

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 февраля 2019 года г. Красноярск

Свердловский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего - судьи Князевой О.В.

при секретаре - Агрба В.Э.

с участием истца – Ю.З.

ответчиков - Г., С.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Ю.З. к Г., С.А. о признании недействительным договора дарения жилого помещения, 

УСТАНОВИЛ:

Ю.З. обратилась в суд с иском к Г., С.А. о признании недействительным договора дарения жилого помещения. Требования мотивированы тем, что истцу на основании договора мены от ДД.ММ.ГГГГ и договора дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру от ДД.ММ.ГГГГ принадлежала квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>. В октябре 2018 года ответчики обманным путем заключили сделку дарения с истцом в отношении спорного жилого помещения, пояснив Ю.З., что она является человеком преклонного возврата и, в случае оформления сделки дарения, ответчики обязуются обеспечить Ю.З. должный уход, нести бремя содержания имущества, оплачивать жилищные и коммунальные услуги. Однако, после заключения сделки дарения квартиры, ответчики свои обязательства не выполняют, Ю.З. продолжает проживать в спорной квартире одна, жилищные и коммунальные платежи оплачивает из своего бюджета. Полагает, что сделка дарения квартиры, совершенная между Ю.З. и Г., С.А. является притворной, поскольку при заключении оспариваемого договора, Ю.З. полагала, что заключает договор пожизненного содержания с иждивением. Просит признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный между Ю.З. и Г., С.А. применить последствия недействительности сделки, прекратить право собственности Г., С.А. на спорную квартиру, признать право собственности за Ю.З. на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

В судебном заседании истцом Ю.З. исковые требования были изменены в части основания иска, мотивированы тем, что фактически передача имущества не производилась, ответчики квартиру по назначению не используют, не несут бремя содержания подаренного им недвижимого имущества. Истец, находясь под влиянием заблуждения, заключила указанный договор на крайне невыгодных для нее условиях, поскольку ответчики обещали обеспечить за ней должный уход, помогать материально. В настоящее время Ю.З. продолжает нести бремя содержания квартиры и проживает в ней одна. Полагает, что, указанная сделка дарения является мнимой, то есть, совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Просит удовлетворить исковые требования в полном объеме. 

Ответчик Г. в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований. Суду пояснила, что Ю.З. приходится ей матерью, а С.А. дочерью. Договор дарения спорной квартиры заключен Ю.З. добровольно, истца никто не принуждал к его заключению. Г. никогда не вселялась и не проживала в спорном жилом помещении, однако, произвела ремонт на кухне в спорной квартире. Кроме того, пояснила, что у Ю.З. есть двое сыновей, которые проживают в собственных квартирах, а у Г. нет жилого помещения, что является несправедливым. Просит в удовлетворении исковых требований отказать.

Ответчик С.А. в судебном заседании не возражала против удовлетворения исковых требований и возврата квартиры истцу, суду пояснила, что в спорной квартире никогда не проживала и не вселялась в нее. В настоящее время проживает вместе с матерью в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес>, которая приватизирована по 1/3 доли на неё и родителей.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Красноярскому краю в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного разбирательства извещен надлежащим образом и своевременно, о причинах неявки суд не уведомил.

Суд, выслушав мнение участников процесса, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося представителя третьего лица, в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав истца, ответчиков, допросив свидетеля, исследовав представленные материалы, суд считает требования Ю.З. подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно пунктам 1, 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Пунктом 1 ст. 167 ГК РФ предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

Из положений приведенных норм следует, что ничтожная сделка означает ее недействительность, независимо от признания ее таковой решением суда. Суть признания ничтожной сделки недействительной предполагает двустороннюю реституцию, механизм реализации которой установлен ст. 167 ГК РФ.

В соответствии со ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По данному делу обстоятельством, имеющим значение и подлежащим доказыванию, является вопрос, был ли заключен указанный договор с намерением создания соответствующих правовых последствий, поскольку в соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Как следует из смысла вышеприведенных норм права, для признания сделки мнимой обязательно наличие следующих обстоятельств: стороны совершают сделку лишь для вида, заранее зная, что она не будет исполнена; они преследуют иные цели, нежели предусмотрены в договоре, и хотят создать видимость возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, которые вытекают из этой сделки. При этом мнимые сделки заключаются лишь для того, чтобы создать у третьих лиц ложное представление о намерениях участников сделки. Мнимая сделка является таковой независимо от формы ее заключения и фактического исполнения сторонами их обязательств.

В судебном заседании установлено, что на основании договора мены от ДД.ММ.ФИО1 приобрели право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, их дети - Ю.Д. и Ю.А. приобрели право собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> (л.д. 38-41). Договор мены удостоверен нотариусом 

<

адрес> ФИО2, номер в реестре 892. 

ДД.ММ.ГГГГ В.И. умер, наследницей оставшегося после его смерти имущества, в том числе ? доли квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, является дочь – С., что подтверждается свидетельством о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ, выданным нотариусом Красноярского нотариального округа ФИО3 (л.д. 42) и материалами наследственного дела №, заведенного после смерти В.И. (л.д. 93-113).

ДД.ММ.ГГГГ С. сменила фамилию на Г., в связи с вступлением в брак (л.д. 43). 

ДД.ММ.ГГГГ между Г. и Ю.З. заключен договор дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру, согласно которому, Ю.З. приобрела в собственность ? долю квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> (л.д. 54-55). 

ДД.ММ.ГГГГ между Ю.З. и Г., С.А. заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, согласно которому Ю.З. подарила Г. и С.А. по ? доли каждой в праве собственности на квартиру, договор зарегистрирован в Управлении Росреестра по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 65-66), что подтверждается выпиской из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 79-83).

Из выписки из домовой книги от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на регистрационном учете в спорном жилом помещении состоит: Ю.З. с ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 10). 

Оплату жилищных и коммунальных услуг за спорную квартиру осуществляет Ю.З., что подтверждается квитанциями об оплате жилищных и коммунальных услуг, услуг по электроэнергии за октябрь 2018 года (л.д. 15-18). 

Договором на передачу квартиры в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, что ФИО12, Г. (С.) С.В., действующая от своего имени и имени несовершеннолетнего ребенка – С.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приобрели в общую собственность квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> (л.д. 85). 

Согласно выписке из домовой книги от ДД.ММ.ГГГГ, в квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес> зарегистрированы: Г. – собственник, с ДД.ММ.ГГГГ, С.А. – дочь, с ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 19). 

В квартире, расположенной по адресу: 

<

адрес> на регистрационном учете состоят – Ю.А., Ю.Д., с ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 118). 

Согласно пояснениям истца Ю.З., фактически передача квартиры ответчикам Г., С.А. не осуществлялась, истец продолжает проживать в спорной квартире и состоять на регистрационном учете, оплачивает жилищные и коммунальные платежи, несет бремя содержания квартиры. Ответчики постоянно проживают в квартире, принадлежащей им на праве общей собственности, расположенной по адресу: 

<

адрес>. В спорную квартиру ответчики не вселялись и не проживали в ней, бремя расходов за квартиру не несли. Подаренная ответчикам квартира является единственным жильем Ю.З. При оформлении сделки дарения Ю.З. не понимала, что отчуждает свое имущество, поскольку последствия сделки ей никто не разъяснял. Ю.З. проживает одна, является человеком преклонного возраста, ответчики обещали ей, что будут ухаживать за ней, в связи с чем, Ю.З. расценивала договор дарения как договор пожизненного содержания с иждивением. Никакого ухода за ней ответчики не осуществляют, более того, Г. имеет намерение продать принадлежащую ей долю в праве собственности на спорную квартиру, в связи с чем, истец не исключает возможность оказаться на улице. 

Кроме того, данные обстоятельства подтверждаются показаниями свидетеля Ю.А., допрошенного в судебном заседании, который подтвердил, что в спорной квартире ответчики, приходящиеся ему родными сестрой и племянницей, никогда не проживали, Ю.З. проживает одна, полностью оплачивает расходы по квартире. Также пояснил, что ранее его родителям, ему и брату – Ю.Д. принадлежала четырехкомнатная квартира по адресу: 

<

адрес> В 1996 году данная квартира была разменяна на две двухкомнатные квартиры, одна из которых, расположенная по адресу: 

<

адрес>, перешла в собственность Ю.Д. и Ю.А., вторая квартира по адресу: 

<

адрес> перешла в собственность родителям свидетеля – В.И. и Ю.З. После смерти отца – В.И. наследницей принадлежащей ему ? доли спорной квартиры стала ответчик Г., впоследствии Г. подарила свою долю матери – Ю.З., чтобы она стала полноправной хозяйкой квартиры. До заключения договора дарения в 2018 году, никаких конфликтов в семье не было, после того, как Ю.З. подарила спорную квартиру ответчикам, Г. устраивает скандалы, намерена продать принадлежащую ей долю, а мать переселить в дом престарелых.

Согласно положению п. 1 ст. 574 ГК РФ дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 2 и 3 настоящей статьи (договор дарения недвижимого имущества заключается в письменной форме и подлежит государственной регистрации). 

Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

По смыслу указанных правовых норм, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ. 

На отсутствие у Г. и С.А. намерения получить в собственность спорное жилое помещение указывает то, что, несмотря на наличие в договоре дарения указания о принятии дара, фактически квартира Г. и С.А. не передавалась. Как до заключения договора, так и после его заключения спорным имуществом владеет и пользуется Ю.З., проживающая в являвшейся предметом дарения квартире. Данное обстоятельство ответчики не отрицают. Более того, в судебном заседании пояснили, что в спорную квартиру никогда не вселялись и проживают в другой квартире, принадлежащей им на праве общей собственности, по адресу: 

<

адрес> Каких-либо доказательств того, что ответчиками как собственниками спорной квартиры после заключения ДД.ММ.ГГГГ договора дарения исполнялись обязанности по ее содержанию и осуществлялись иные правомочия по владению и пользованию ею, суду не представлено.

С учетом приведенных выше доказательств суд считает установленным, что истец Ю.З. в течение всего периода времени после заключения договора дарения владеет и пользуется спорным имуществом, лично проживая в квартире по адресу: 

<

адрес>. В то же время ответчики после заключения сделки дарения не предпринимали каких-либо действий по вступлению во владение спорной квартирой, в жилое помещение не вселялись. Исков о выселении к истцу Ю.З. не предъявляли и действий, направленных на оформление правоотношений с Ю.З., связанных с пользованием спорным имуществом, не предпринимали.

Указанные обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о заключении договора дарения обеими сторонами без намерения произвести реальную передачу имущества (дара): об отсутствии намерения у Г. и С.А. на приобретение в собственность спорной квартиры, у Ю.З. на ее отчуждение. 

Таким образом, проанализировав представленные доказательства, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований Ю.З. путем признания договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ ничтожным, с применением последствий недействительности ничтожной сделки, поскольку совокупность доказательств по делу свидетельствует о ее мнимости, так как данная сделка была совершена для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

При таких обстоятельствах, учитывая, что при заключении договора дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, права истца Ю.З. были нарушены, что нашло подтверждение в судебном заседании и объективно подтверждается представленными доказательствами, суд считает необходимым признать недействительным в силу ничтожности договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между Ю.З. и Г., С.А. и применить последствия недействительности ничтожной сделки, путем прекращения права собственности ответчиков на спорное жилое помещение и передачи имущества истцу.

Доводы ответчика Г. о том, что истец, заключив договор дарения, выразила свою волю на передачу своей квартиры в дар, а также о том, что у Г. отсутствует собственное жилье, признаются судом несостоятельными, поскольку опровергаются материалами дела, в частности, договором на передачу жилого помещения в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, на основании которого ответчики Г. и С.А. приобрели в общую собственность квартиру по адресу: 

<

адрес>, в которой проживают по настоящее время. Кроме того, оспариваемая сделка была совершена лишь для вида, ответчики заранее знали, что она не будет исполнена, квартира по договору дарения от Ю.З. одаряемым не передавалась, истец продолжает владеть, пользоваться и нести бремя содержания спорного жилого помещения, реализуя все правомочия собственника.

Ю.З. при подаче искового заявления уплачена государственная пошлина в размере 17 041 руб. (л.д. 6,7), которая, в соответствии со ст. 98 ГПК РФ, подлежит взысканию в полном объеме по 8 520,50 руб. с каждой из ответчиц. 

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между Ю.З. Зоей Ю.З., с одной стороны, и Г., С.А., с другой стороны.

Применить последствия недействительности сделки путем приведения сторон в первоначальное положение.

Передать квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес> в собственность Ю.З., прекратив право собственности на ? долю Г., на ? долю С.А. на указанную квартиру.

Взыскать с Г. и С.А. в пользу Ю.З. возврат государственной пошлины в размере 17 041 руб., по 8 520 (восемь тысяч пятьсот двадцать) руб. 50 коп. с каждого ответчика.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Свердловский районный суд г. Красноярска в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 12 февраля 2019 года.

Председательствующий: О.В. Князева

Копия верна:

Судья О.В. Князева