УИД №

Дело №

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Тавда 20 марта 2026 года

(мотивированное решение составлено 2 апреля 2026 года)

Тавдинский районный суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Чеблуковой М.В., при секретаре судебного заседания Караваевой Ю.Н.,

с участием: истца ФИО8,

представителя ответчика ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению ФИО8 ФИО11 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Свердловской области "Областной клинический медицинский центр фтизиопульмонологии и инфекционных заболеваний" о признании незаконным и подлежащим отмене приказа о наложении дисциплинарного взыскания, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО8 обратился в Тавдинский районный суд с исковым заявлением к ГБУЗ СО «ОКМЦ ФИЗ», в котором просит признать незаконным и отменить приказ ГБУЗ СО «ОКМЦ ФИЗ» №-л от 23 января 2026 года «Об объявлении работнику выговора», взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 75 000 рублей.

В обосновании заявленных требований истец указал, что работает в ГБУЗ СО «ОКМЦ ФИЗ» в должности ведущего юрисконсульта юридического отдела в филиале № (

<

адрес>). 26 декабря 2025 года он отсутствовал на рабочем месте в связи с осуществлением добровольческой (волонтерской) помощи. 25 декабря 2025 года, после окончания рабочего дня он получил обращение от военного комиссара города Тавда, Тавдинского и Таборинского районов Свердловской области об оказании добровольческой (волонтерской) помощи, а именно, о безвозмездной и срочной доставке новогодних подарков для детей участников специальной военной операции из г. Екатеринбурга (Фонд «Защитников Отечества») в военный комиссариат г. Тавда. Все транспортные расходы он оплатил лично, никакого вознаграждения за это не получал. О данной поездке проинформировал своих коллег из филиала № 3 (г. Тавда), а именно: ведущего бухгалтера филиала № 3 ФИО2 и заведующего диспансерным отделением врача фтизиатра ФИО4 26 декабря 2025 года, в его отсутствие, ведущим бухгалтером бухгалтерии филиала №3 ГБУЗ СО «ОКМЦ ФИЗ» ФИО2 были составлены два акта об отсутствии его на рабочем месте. 13 января 2026 года он получил требование о предоставлении письменного объяснения, 14 января 2026 года почтовым отправлением направил работодателю объяснительную записку с приложением всех подтверждающих документов. 16 января 2026 года, после стрессового телефонного разговора с заместителем главного врача по кадрам и юридической работе ГБУЗ СО ОКМЦ ФИЗ» ФИО9, в ходе которого он требовал немедленного предоставления объяснений, несмотря на их направление почтой, у него резко ухудшилось самочувствие, он был вынужден обратиться в кабинет неотложной помощи ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ», где ему была оказана медицинская помощь в связи с резким повышением артериального давления, с 16 января 2026 года был оформлен листок нетрудоспособности. 23 января 2026 года, в день закрытия больничного листа, ему позвонил начальник юридического отдела ГБУЗ СО «ОКМЦ ФИЗ» и предложила приехать в головное учреждение в г. Екатеринбург под предлогом обсуждения планов работы на 2026 год. 27 января 2026 года была проведена комиссия, в ходе которой ему был объявлен приказ №-л от 23 января 2026 года о наложении дисциплинарного взыскания в виде выговора.

Считает указанный приказ незаконным и необоснованным. Отсутствие 26 декабря 2025 года на рабочем месте было обусловлено исключительно уважительными причинами - выполнение общественно значимой волонтерской деятельности по поручению военного комиссариата г. Тавда, о чем он уведомил работодателя в письменной объяснительной записке от 14 января 2026 года и подтвердил официальными документами, и ни при каких обстоятельствах не может быть квалифицировано как прогул. Получив обращение от военного комиссара вечером 25 декабря 2025 года он не имел технической возможности заранее уведомить работодателя и согласовать свое отсутствие. Учитывая общественную значимость и срочность задачи, вынужден был выехать рано утром 26 декабря 2025 года для ее выполнения. Также в период с 26 - 29 декабря 2025 года он прошел обязательную периодическую диспансеризацию в ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ», что является не только правом, но и обязанностью работника в рамках сохранения здоровья в соответствии с п. 6 ст. 46 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации". Таким образом, его отсутствие было связано с выполнением гражданского долга и заботой о здоровье, что не может трактоваться как нарушение трудовой дисциплины. Акты об отсутствии на рабочем месте от 26 декабря 2025 года составлены с грубыми нарушениями, ставящими под сомнение их достоверность и доказательственную ценность: акты противоречат друг другу в определении периода его отсутствия, в них отсутствует фактическое время их составления; в документах, в том числе в приказе №-л от 23 января 2026 года, неверно указано структурное подразделение; в состав комиссии, подтверждавшей его отсутствие, включен сотрудник, чье постоянное место работы находится вне здания, и который не мог объективно и достоверно подтверждать факт его отсутствия в течение всего рабочего дня; нарушена процедура оформления и его ознакомления с данными актами; в ходе процедуры выяснилось, что 26 декабря 2025 года на сотрудников, впоследствии подписавших акты, было оказано неправомерное давление со стороны заместителя главного врача по кадрам и юридической работе ФИО9 и иных лиц с распорядительными полномочиями с целью принуждения к участию в актировании. Представленная работодателем служебная записка и.о. начальника юридического отдела ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ не подтверждает факт прогула, составлена с грубыми нарушениями, свидетельствующим о его недобросовестности и формальном характере, направленном исключительно на создание видимости нарушения. Считает, что работодателем при наложении дисциплинарного взыскания не учитывались тяжесть вменяемого дисциплинарного проступка и обстоятельства, при которых он совершен, а также предшествующее поведение работника и его отношение к труду. За период работы в учреждении (более 13 лет) он характеризовался администрацией учреждения как аккуратный, добросовестный, исполнительный сотрудник, за высокие показатели труда, награждался почетными грамотами. В обосновании компенсации морального вреда указал, что незаконные и недобросовестные действия работодателя - вынесение необоснованного обвинения в прогуле, игнорирование доказательств выполнения общественного долга, организация унизительной комиссии 27 января 2026 года причинили ему значительные нравственные страдания. Оскорбительная квалификация его действий, направленных на помощь семьям участников СВО и заботу о здоровье, как проступка, нанесла удар по его репутации добросовестного работника и гражданина. Прямым следствием противоправного давления стало резкое ухудшение состояния его здоровья, потребовавшее экстренной медицинской помощи и оформления листка нетрудоспособности, также он был вынужден обратиться к терапевту и врачу-психиатру в связи с развившейся на фоне стресса стойкой бессонницей, ему был поставлен клинический диагноз, связанный с реакцией на тяжелый стресс и нарушением адаптации, назначено наблюдение в течение года и комплексное медикаментозное лечение, в том числе сильнодействующими препаратами. Таким образом, противоправные действия ответчика повлекли за собой реальный физический вред его здоровью, выразившийся в диагностированном психиатрическом расстройстве, и глубокие моральные страдания, для купирования которых требуется длительное лечение сильнодействующими препаратами.

В судебном заседании истец исковые требования поддержал, просил заявленные требования удовлетворить, по доводам, изложенным в иске. Дополнительно суду пояснил, что по просьбе военного комиссариата г. Тавда 26 декабря 2025 года в 01:00 он выехал в г. Екатеринбург, в 08:00 -09:00 приехал в Фонд «Защитников Отечества», после получения и погрузки подарков около 10:00 часов выехал обратно в г. Тавду. Приехав в г. Тавду около 14:00 -15:00 часов он сразу поехал в ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» для прохождения диспансеризации, ему дали направление на анализы, но в этот день сдать их не успел в связи с поздним обращением. О том, что поедет в г. Екатеринбург предупредил сотрудников филиала ФИО2 и ФИО4 29 декабря 2025 года по электронной почте уведомил работодателя о том, что ему нужно пройти диспансеризацию. Заранее не предупредил, так как не смог дозвониться. До наложения взыскания от него взяли объяснение, в котором он указал все обстоятельства его отсутствия с приложением подтверждающих справок. Акты об отсутствии его на рабочем месте составлены задним числом, носят формальный характер.

Представитель ответчика ФИО9 исковые требования ФИО8 не признал, считает их необоснованными, просил в удовлетворении иска отказать по доводам, указанным в возражениях на исковое заявление. В представленных возражениях указал, что на основании трудового договора от 25 сентября 2012 года ФИО8 принят в ГБУЗ СО «ОКМЦ ФИЗ» в качестве ведущего юрисконсульта. Дополнительным соглашением от 23 ноября 2016 года ФИО8 переведен в структурное подразделение юридического отдела Учреждения для работы в Филиале № 6 (

<

адрес>) в прежней должности. Рабочий день сотрудников Учреждения и его филиалов для прочего (не медицинского) персонала установлен с 08:00 часов до 16:30 часов. 26 декабря 2025 года ФИО8 без уважительных причин в течение всего рабочего дня отсутствовал на рабочем месте. Каких-либо заявлений, уведомлений, подтверждающих уважительную причину отсутствия 26 декабря 2025 года, от ФИО8 не поступало. По факту отсутствия ФИО8 на рабочем месте без уважительных причин составлены акты № и № от 26 декабря 2026 года. Указанные акты подписаны ФИО8 без замечаний. Из объяснительной записки ФИО8 следует, что он отсутствовал на рабочем месте в связи с осуществлением добровольческой (волонтерской) помощи (поездка в Екатеринбург), а также проходил обязательную периодическую диспансеризацию в ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ». Приказом №-п от ДД.ММ.ГГГГ к ведущему юрисконсульту юридического отдела Филиала № 3 (г. Тавда) ФИО8 применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за отсутствие 26 декабря 2025 года без уважительных причин в течение всего рабочего дня на рабочем месте - прогул. В силу трудового законодательства прогул является основанием для расторжения трудового договора по инициативе работодателя, однако учреждением применен более мягкий вид наказания. Указанная ФИО8 причина прогула не является уважительной, поскольку ни Трудовым кодексом Российской Федерации, ни Федеральным законом от 11 августа 1995 года № 135-ФЗ "О благотворительной деятельности и добровольчестве (волонтерстве)" не предусмотрена у работодателя обязанность учитывать волонтерскую деятельность работника и освобождать его от работы в этот период. Также указал, что у ФИО8 имелась возможность получить разрешение работодателя на отсутствие на работе для посещения медицинского учреждения с целью прохождения диспансеризации, так как посещение было связано с плановым медицинским обследованием по заранее полученным работником направлением. Обращение в медицинское учреждение не было вызвано ухудшением состояния здоровья работника, свидетельствующим о его нетрудоспособности в день посещения поликлиники. Примененное к истцу дисциплинарное наказание в виде выговора является обоснованным, законным и вынесено в полном соответствии с действующим законодательством.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Министерства здравоохранения Свердловской области в судебное заседание не явился, о дате и месте рассмотрения дела третье лицо извещено надлежащим образом.

Заслушав истца, представителя ответчика, допросив свидетелей, исследовав представленные доказательства, суд приходит к мнению об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

В числе основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений, ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации названы принципы равенства прав и возможностей работников, установления государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей, осуществления государственного контроля (надзора) за их соблюдением, обеспечения права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту, обязанности сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Право на обращение в суд за защитой нарушенного права гарантировано ст. 46 Конституции Российской Федерации.

В ч. 2 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации определены основные обязанности работника, в частности: добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину.

Основные права и обязанности работодателя предусмотрены в ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации. В числе основных прав работодателя - его право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, требований охраны труда; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Согласно ст. 189 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Трудовой распорядок определяется правилами внутреннего трудового распорядка.

Правила внутреннего трудового распорядка - локальный нормативный акт, регламентирующий в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами порядок приема и увольнения работников, основные права, обязанности и ответственность сторон трудового договора, режим работы, время отдыха, применяемые к работникам меры поощрения и взыскания, а также иные вопросы регулирования трудовых отношений у данного работодателя.

Статья 192 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает наложение дисциплинарных взысканий за совершение дисциплинарного проступка. Обоснованность наложения дисциплинарного взыскания должен доказать работодатель.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания, в том числе выговор. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, которой предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Согласно п. 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО8 осуществляет трудовую деятельность в должности ведущего юрисконсульта в структурном подразделении юридического отдела ГБУЗ СО «ОКМЦ ФИЗ» в Филиале № 3, расположенном по адресу: 

<

адрес>, что подтверждается трудовым договором № от 25 сентября 2012 года, дополнительными соглашениями к нему от 29 декабря 2012 года №, от 28 декабря 2015 года №, от 23 ноября 2016 года, от 29 сентября 2023 года №.

В соответствии с пунктами 3.2.1, 3.2.2 трудового договора истец принял на себя обязательства добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него должностной инструкцией и настоящим трудовым договором, подчиняться внутреннему трудовому распорядку, а работодатель, в свою очередь, вправе требовать от работника исполнения им трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и других работников, требовать соблюдение правил внутреннего распорядка работодателя, привлекать работника к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленным Трудовым кодексом Российской Федерации

Приказом ГБУЗ СО «ОКМЦ ФИЗ» от 23 января 2026 года №-л за отсутствие 26 декабря 2025 года без уважительных причин в течение всего рабочего дня на рабочем месте - прогул, по адресу: 

<

адрес>, ФИО8 привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора.

С данным приказом ФИО8 был ознакомлен под роспись 27 января 2026 года, указал на несогласие с наложенным дисциплинарным взысканием.

Основанием для издания приказа послужили акты об отсутствии на рабочем месте ведущего юрисконсульта юридического отдела Филиала № 3 (г. Тавда) ФИО8 26 декабря 2025 года № и №, в которых отражены факты отсутствия на рабочем месте ФИО8 26 декабря 2025 года в период времени с 08:00 -13:00 часов и с 08:00 до 16:30 часов, без уважительных причин; служебная записка исполняющего обязанности начальника юридического отдела ФИО3 от 29 декабря 2025 года, из которой следует, что 26 декабря 2025 года ведущий юрисконсульт ФИО8 отсутствовал на рабочем месте, каких-либо заявлений, уведомлений, подтверждающих уважительную причину отсутствия ФИО8 ему не поступало.

По факту допущенного ФИО8 нарушения трудовой дисциплины – отсутствия на рабочем месте 26 декабря 2025 года, 12 января 2026 года в адрес истца было направлено требование о предоставлении письменного объяснения.

В своих объяснениях от 14 января 2026 года ФИО8 указал на отсутствие оснований для привлечения его к дисциплинарной ответственности, так как его отсутствие в указанный день было вызвано уважительными причинами, а именно: 26 декабря 2025 года он оказывал добровольческую (волонтерскую) помощь, осуществляя на личном транспорте безвозмездную доставку новогодних подарков для детей участников специальной военной операции по поручению военного комиссариата города Тавда, Тавдинского и Таборинского района, о чем 25 декабря 2025 года он сообщал сотрудникам филиала № 3 (г. Тавда) ведущему бухгалтеру Филиала № 3 ФИО2 и бывшему начальнику филиала № 3 заведующему отделением - врачу - фтизиатру ФИО4; в период с 26 по 29 декабря 2025 года он проходил периодическую диспансеризацию (медицинский осмотр) в ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ». В подтверждение указанных в объяснении доводов ФИО8 предоставил справку военного комиссариата, медицинскую справку и заявление. Также в своем объяснении истец обратил внимание работодателя на процессуальные нарушения, допущенные при составлении актов.

При проверке законности оспариваемого истцом приказа о применении дисциплинарного взыскания суд исходит из того, что необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка при привлечении его к дисциплинарной ответственности является обязательным условием наступления таковой.

В материалы дела представлены Правила внутреннего трудового распорядка ГБУЗ СО «Противотуберкулезный диспансер», утвержденные 24 мая 2019 года, которыми определено, что рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с настоящими Правилами и (или) условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с Трудовым кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени (п. 7.1). Время начала и окончания работы в филиалах Учреждения для медицинских и фармацевтических работников установлено с 08:00 - 14:30 часов, для прочего персонала - с 08:00 - 16:30 часов (п.7.17 Правил), перерыв для отдыха и питания с 12:30-13:00 часов, который не включается в рабочее время (п. 8.3).

Пунктом 6.3 Правил определено, что работнику запрещается использовать рабочее время для решения вопросов, не обусловленных трудовыми отношениями с работодателем, оставлять на длительное время свое рабочее место, не сообщив об этом своему непосредственному руководителю и не получив его разрешения.

Истцом, в обоснование своей позиции по делу, представлена справка военного комиссара города Тавда, Тавдинского и Таборинского районов Свердловской области от 29 декабря 2025 года №, из текста которой следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 оказывал добровольческую (волонтерскую) помощь - на своем личном автотранспорте осуществил безвозмездную доставку новогодних подарков для детей участников специальной военной операции из Фонда «Защитников Отечества» г. Екатеринбурга в военный комиссариат города Тавда, Тавдинского и Таборинского районов Свердловской области.

Кроме этого, согласно медицинской справке ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ» от 30 декабря 2025 года, в период с 26 по 29 декабря 2025 года ФИО8 проходил обязательную периодическую диспансеризацию в подтверждение этому истцом также представлены анкета и направление на прохождение обследования, датированные 26 декабря 2025 года, лист назначения на анализы от 29 декабря 2026 года.

Разрешая спор, проанализировав действующее законодательство, правила внутреннего трудового распорядка, установленные в учреждении, оценив представленные сторонами доказательства, суд пришел к выводу, что факт отсутствия ФИО8 на рабочем месте 26 декабря 2025 года в течение всего рабочего дня установлен. Данный факт истцом не отрицается, однако, по мнению истца, отсутствие его на рабочем месте вызвано уважительными, объективными причинами: выполнение общественно значимой волонтерской деятельность по поручению военного комиссара города Тавда, Тавдинского и Таборинского районов Свердловской области, прохождение обязательной периодической диспансеризации в ГАУЗ СО «Тавдинская ЦРБ».

Оценивая доводы ФИО8 относительно причин его отсутствия на работе 26 декабря 2025 года, суд находит их несостоятельными.

Право граждан на волонтерскую деятельность и свободу выбора ее цели гарантировано Федеральным законом от 11 августа 1995 года № 135-ФЗ "О благотворительной деятельности и добровольчестве (волонтерстве)".

В соответствии с ч. 4 ст. 5 Закона №135-ФЗ "О благотворительной деятельности и добровольчестве (волонтерстве)" добровольцы (волонтеры) - это физические лица, осуществляющие добровольческую (волонтерскую) деятельность в целях, указанных в п. 1 ст. 2 Закона № 135-ФЗ, или в иных общественно полезных целях.

Основные положения, касающиеся гарантий и прав для волонтеров, содержатся в ст. 17.1 Федерального закона от 11 августа 1995 года № 135-ФЗ, при этом право на освобождение работника от работы в период волонтерских обязанностей положениями данного закона не предусмотрено.

Суд обращает внимание, что с учетом указанных выше положений закона волонтерская деятельность даже носящая социально значимый характер, не является автоматическим основанием для освобождения работника от соблюдения трудовой дисциплины. Вместе с тем, с целью осуществления волонтерской деятельности работник может обратиться к работодателю с письменным заявлением о предоставлении ему дня отдыха за свой счет, то есть без сохранения заработной платы, указав в качестве причины участие в волонтерском мероприятии, при этом предоставление такого дня является правом, а не обязанностью работодателя.

В исковом заявлении истец указал и пояснил в судебном заседании, что поскольку информация о необходимости выехать в г. Екатеринбурга была получена им в вечернее время 25 декабря 2025 года он не имел возможности поставить в известность своего непосредственного руководителя о невыходе на работу 26 декабря 2025 года, однако о своей поездке он сообщил сотрудникам филиала № 3 ГБУЗ СО «ОКМЦ ФИЗ» ведущему бухгалтеру ФИО2, заведующему диспансерным отделением врачу фтизиатру ФИО4

В судебном заседании в качестве свидетелей были допрошены ФИО2, ФИО4

Так, свидетель ФИО2 суду пояснила, что 25 декабря 2025 года ФИО8 говорил ей, что, возможно, 26 декабря 2025 года поедет в г. Екатеринбург за подарками для детей участников СВО по поручению администрации Тавдинского муниципального округа или военкомата. 26 декабря 2025 года истец на работу не вышел. Об отсутствии ФИО8 на рабочем месте она ФИО9 не сообщила, так как была уверена, что ФИО8 поставил в известность своего руководителя о своем отсутствии, так как она руководителем истца не является, не знала, что истец не сообщил и не написал заявление на отгул. Руководителем ФИО8 является начальник юридического отдела, заявление на отгул подается на имя главного врача ГБУЗ СО «ОКМЦ ФИЗ» ФИО5. 26 декабря 2025 года около 13:00 часов позвонил ФИО9, просил подтвердить отсутствие ФИО8 на рабочем месте, она подтвердила. Когда приехала с обеда ей позвонила специалист отдела кадров из г. Ирбита, сказала, что на электронную почту вышлет образец акта отсутствия работника на рабочем месте, чтобы она его составила и подписала, она отказалась, предложила ей составить акт самостоятельно, она его только подпишет как член комиссии. Специалист отдела кадров на электронную почту направила составленный акт об отсутствии работника на рабочем месте. Сначала на период 13:00 часов, потом на 16:30 часов. Перед подписанием актов, в 13:00 часов и в 16:20 часов она, ФИО6 и ФИО7 подошли к двери кабинета ФИО8, дверь была закрыта, они подписали акты об отсутствии его на рабочем месте и выслали их в отдел кадров. Акт подписали работники, присутствующие на рабочем месте. ФИО8 отсутствовал на работе весь день, она ему в этот день не звонила, предложила специалисту отдела кадров ФИО10 позвонить ему.

Свидетель ФИО4 суду пояснил, что вечером 25 декабря 2025 года к нему обратился в военный комиссар, спросил идет ли у них машина в г. Екатеринбург, так как раньше они оказывали им содействие в доставке, пояснил, что необходимо доставить новогодние подарки для детей участников СВО. Когда ФИО8 не вышел на работу 26 декабря 2025 года он понял, что это связано с доставкой подарков. Пришли работники бухгалтерии, сказали, что нужно составить акт, так как ФИО8 отсутствовал на работе, он им пояснил, что ФИО13 уехал в г. Екатеринбург. Вечером 26 декабря 2025 года ему позвонил ФИО9, которому он подтвердил, что ФИО8 отсутствовал на работе. Акт не составлял и не подписывал. В январе 2026 года он присутствовал при телефонном разговоре ФИО8 со ФИО9, предмет разговора не слышал. ФИО8 был в возбужденном состоянии, нервничал, у него сильно поднялось давление. Он дал истцу таблетки от давления, предложил идти на больничный.

По мнению суда, сообщение истцом работникам филиала № 3 ГБУЗ СО «ОКМЦ ФИЗ» о невыходе на работу по причине необходимости выполнения деятельности волонтера не свидетельствует об отсутствии в его действиях дисциплинарного проступка.

Осуществление добровольческой (волонтерской) помощи не может являться уважительной причиной отсутствия на рабочем месте и не позволяет работнику нарушать правила трудового распорядка, установленные в учреждении.

В данном случае, истец свои обязанности работника не исполнил, 26 декабря 2025 года на работу не вышел, самовольно, не поставив в известность о своем намерении непосредственного руководителя и не имея на это надлежащим образом оформленное согласие работодателя в свое рабочее время выехал за пределы г. Тавда, на территории которого осуществляется его трудовая деятельность. Выполняемая истцом волонтерская деятельность к деятельности учреждения, работником которого он является, не относится, поручение от работодателя на осуществление указанной деятельности истцу не поступало.

Прохождение истцом обязательной периодической диспансеризации с 26 по 29 декабря 2025 года подтверждается представленными медицинскими документами, однако при установленных выше обстоятельствах также не может быть признано уважительной причиной отсутствия на рабочем месте.

Согласно ч. 2 ст. 185.1 Трудового кодекса Российской Федерации работники, достигшие возраста сорока лет, за исключением лиц, указанных в ч. 3 настоящей статьи, при прохождении диспансеризации в порядке, предусмотренном законодательством в сфере охраны здоровья, имеют право на освобождение от работы на один рабочий день один раз в год с сохранением за ними места работы (должности) и среднего заработка.

Работник освобождается от работы для прохождения диспансеризации на основании его письменного заявления, при этом день (дни) освобождения от работы согласовывается (согласовываются) с работодателем (ч. 4 ст. 185.1 Трудового кодекса российской Федерации.

Сведений о том, что истец обращался к работодателю с заявлением об освобождении его от работы 26 декабря 2025 года для прохождения диспансеризации и выбранный истцом день прохождения диспансеризации был заблаговременно согласован с работодателем, суду не представлено. Направление истцом 29 декабря 2025 года на электронный адрес руководителя уведомления о прохождении им диспансеризации с 26 декабря 2025 года не является надлежащей формой согласования. Действующим трудовым законодательством, локальными нормативными актами работодателя не предусмотрено право работника произвольно, по его желанию, без согласования с непосредственным руководителем отсутствовать на своем рабочем месте. Кроме того для прохождения диспансеризации Трудовым кодексом Российской Федерации предусмотрен один день, который был использован им 29 декабря 2025 года.

Доводы истца о том, что применяя оспариваемое дисциплинарное взыскание, ответчиком не были учтены уважительность причины его отсутствия на работе, его отношение к выполнению своих трудовых обязанностей и отсутствие дисциплинарных взысканий за весь период трудоустройства, трудовой стаж, неоднократное поощрение его благодарственными письмами и грамотами, суд признает несостоятельными, поскольку отсутствие на рабочем месте без уважительной причины является грубым нарушением трудовой дисциплины и в соответствии с пп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации является самостоятельным основанием для расторжения с работником трудового договора. К истцу была применена более мягкая мера ответственности в виде выговора, которая отвечает требованиям соразмерности допущенному нарушению, с учетом тяжести и характера совершенного проступка, обстоятельств, при которых он был совершен, длительности прогула, отношения истца к выполнению своих трудовых обязанностей и иных обстоятельств.

Предусмотренные ст. 192, 193 Трудового кодекса Российской Федерации сроки и порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности ответчиком соблюдены, поскольку до привлечения к дисциплинарной ответственности от истца были затребованы объяснения о причине его отсутствия на рабочем месте, срок привлечения к ответственности по факту вменяемого истцу прогула работодателем соблюден.

Суд отклоняет доводы истца о фиктивности актов об отсутствии работника на рабочем месте, поскольку факт отсутствия истца на рабочем месте 26 декабря 2025 года подтверждается совокупностью представленных в материалы дела доказательств, в том числе объяснениями самого ФИО8, по мнению которого он отсутствовал на работе по уважительным причинам, и не опровергают выводы суда о наличии у работодателя законных оснований для привлечения истца к дисциплинарной ответственности.

Доводы истца о предвзятом, дискриминационном к нему отношении со стороны работодателя суд не принимает во внимание, поскольку данные выводы истца являются его субъективным мнением и на обоснованность привлечения истца к дисциплинарной ответственности за совершение прогула при установленных обстоятельствах не влияют.

При таких обстоятельствах, установив факт неисполнения работником ФИО8 требований трудового договора и локального акта работодателя, устанавливающего правила трудового распорядка в учреждении, принимая во внимание, что в действиях истца имеется состав дисциплинарного проступка в виде отсутствия на рабочем месте без уважительной причины на протяжении всего рабочего 26 декабря 2025 года, за что работодатель обоснованно применил к истцу меру дисциплинарной ответственности, суд не находит правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО8 о признании незаконным приказа ГБУЗ СО «ОКМЦ ФИЗ» № № от 23 января 2026 года «Об объявлении работнику выговора», а также производных от них требований о взыскании компенсации морального вреда, поскольку в ходе судебного разбирательства не установлено доказательств нарушения трудовых прав истца виновными действиями ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 -199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении исковых требований ФИО8 ФИО12 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Свердловской области "Областной клинический медицинский центр фтизиопульмонологии и инфекционных заболеваний" о признании незаконным и отмене приказа о наложении дисциплинарного взыскания, взыскании компенсации морального вреда.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Тавдинский районный суд Свердловской области в течение месяца дней со дня составления мотивированного решения 2 апреля 2026 года.

Председательствующий гражданин судья Чеблукова М.В.

гражданин

гражданин

гражданин