Дело № 2-111/2017

Копия

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

с. Краснотуранск 05 декабря 2017 года

Краснотуранский районный суд Красноярского края в составе:

Председательствующего федерального судьи Швайгерт А.А.

При секретаре: Зеленковой Е.В.

С участием: истицы и представителя третьего лица СПССК «Лидер» в одном лице ФИО5, третьего лица и представителя ответчика в одном лице ФИО6, представителя ответчика ФИО7 

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к индивидуальному предпринимателю ФИО8 о взыскании задолженности и судебных расходов, а также встречное исковое заявление ФИО8 к сельскохозяйственному потребительскому снабженческо-сбытовому кооперативу «Лидер» и ФИО5 о признании недействительными договора поставки молока от 01.06.2016 г. и договора уступки прав (требований) от 06.03.2017 г. недействительными,

УСТАНОВИЛ:

ФИО5 обратилась в суд Красноярского края с исковыми требованиями к индивидуальному предпринимателю ФИО8 о взыскании долга в размере 2299633,90 рублей и судебных расходов по оплате государственной пошлины в размере 19698,16 руб. 

Требования мотивированы тем, что 01.06.2016 г. между СПССК «Лидер» и ИП ФИО8 заключен договор поставки молока, согласно которого покупатель (ответчик) обязался принять и оплатить молоко в количестве и сроки, оговоренные в договоре. Молоко поставлялось ответчику по товарным накладным. Товарные накладные были подписаны сожительницей ответчика - ФИО6 и переданы председателю кооператива – ФИО5 Товарные накладные составлены по форме ТОГР-12 и достоверность содержащихся в них сведений не опровергнуты ответчиком. О существовании обязательств ответчика перед кооперативом подтверждается осуществлением ответчиком периодических платежей за полученное молоко, которые осуществлялись вплоть до февраля 2017 г. При этом отсутствуют доказательства наличия между кооперативом и ответчиком иных правоотношений. Договор поставки молока от 01.06.2016 г. создает для СПССК «Лидер» и ответчика права и обязанности по данной сделки с момента её совершения, поскольку ответчиком совершены все действия, свидетельствующие об одобрении указанного договора, что подтверждается частичной оплатой и свидетельствует об одобрении сделки ответчиком. Частичное или полное исполнение договора купли-продажи исключает признание данного договора незаключенным. На основании договора уступки прав (требования) от 06.03.2017 г., заключенному между Сельскохозяйственным потребительским снабженческо-сбытовым кооперативом «Лидер» и ФИО5 (истица), к последней перешло право требования с ИП ФИО8 (ответчик), по договору поставки молока от 01.06.2016 г. За период с 30.06.2016 г. по 10.02.2017 г. ответчиком произведена оплата за поставленную продукцию в сумме 1493642,50 руб. Таким образом, задолженность ответчика перед истицей на момент подачи искового заявления составляет 2299633,90 руб. Ответчик был уведомлен о заключенном договоре уступки прав требования, ему были сообщены реквизиты для оплаты задолженности. Истцом в адрес ответчика направлена претензия о погашении долга, однако в указный срок долг ответчиком не погашен (том № 1 л.д. 5-6, том № 2 л.д. 116-117).

Определениями суда от 11.05.2017 г. и 30.05.2017 г. к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора были привлечены Сельскохозяйственный потребительский снабженческо-сбытовой кооператив «Лидер» и ФИО6 (том № 1 л.д. 74 оборотная сторона, л.д. 201). 

Индивидуальный предприниматель ФИО8 обратился в суд со встречными исковыми требованиями, с учетом их уточнения в соответствии со ст. 39 ГПК РФ, к сельскохозяйственному потребительскому снабженческо-сбытовому кооперативу «Лидер» и ФИО5 о признании недействительным безномерного договора поставки молока от 01.06.2016 г. заключенного между ним и СПССК «Лидер», признании недействительным договора уступки прав (требований) от 06.03.2017 г. заключенного между СПССК «Лидер» и ФИО5, а также взыскании судебных расходов, состоящих из оплаты за проведение судебной почерковедческой экспертизы в размере 55000 рублей.

Встречные исковые требования мотивированы тем, что договор поставки молока от 01.06.2016 г. и накладные о получении молока он (ФИО8) не подписывал и печать на них не ставил. Соответственно договор не заключался. Печать в феврале 2017 г. у него была похищена. ФИО5 не представила ни одного уведомления об изменении цены молока. Истица и кооператив подсобного хозяйства не имеют, соответственно молоко не производят. Указанные в товарных накладных объемы молока хозяйство ответчика за один день принять не может и переработать тоже,может переработать и брал на переработку молоко только в объеме 300 литров. Расчет в договоре покупке молока должен осуществляться за 1 литр, а в накладных указано что в килограммах. Об уступке прав требований истице узнал только из искового заявления. Считает, что договор уступки прав (требований) заключенный 06.03.2017 г. между СПССК «Лидер» в лице руководителя ФИО5 и гражданкой ФИО5 (истица) является недействительной сделкой, так как заключен в нарушение положений Федерального закона «О сельскохозяйственной кооперации», следовательно, является недействительной сделкой. При этом ФИО5 не представила доказательств оплаты в кассу кооператива в счет исполнения условий договора 200000 рублей (том № 2 л.д. 149-161).

В судебном заседании истица и представитель третьего лица СПССК «Лидер» (том 1 л.д. 123-141) в одном лице ФИО5 заявленные исковые требования поддержала в полном объеме, по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Возражала против удовлетворения встречных исковых требований, по основаниям иска. Также добавила, что договор о поставки молока от 01.06.2016 г. она заключала с ФИО8, от имени которого действовала ФИО6, являющаяся сожительницей последнего. ФИО6 сама от имени ФИО8 подписывала данный договор и ставила печать. Товарные накладные она (истица) всегда передавала ФИО6 (представитель ответчика и третье лицо), а последняя уже передавала товарные накладные с подписью от имени ФИО8 (ответчик) и его печатью. В товарных накладных по устному соглашению с Леншмидт (ответчик) указывался общий объем молока, поставленного ответчику кооперативом за весь месяц. При этом, указывался объем в килограммах, так как 1 литр молока по весу составляет 1 килограмм и все хозяйства ведут учет именно в килограммах, а в договор по этому поводу не внесли изменения, так как он был стандартный, тем более нареканий и недоразумений по этому поводу между сторонами не было. Молоко кооператив поставлял то, которое ему предоставляли члены кооператива и он приобретал у жителей 3-х сел. Молоко приобреталось ежедневно утром и вечером. В договоре и в товарных накладных реквизиты ответчика были указаны по тем данным, которые предоставила ФИО6 Также по договорённости молоко поставляли для ответчика по адресу: 

<

адрес>, где также находится и производственная база самой ФИО6 Ответчик уведомлялся об изменении цены на поставляемое молоко устно, а также это отражалось в товарных накладных, которые ежемесячно предоставлялись ему на подпись. При осуществлении частичной оплаты поставленного молока, ФИО8 или тот, кто осуществлял от его имени оплату, могли умышленно или по неосторожности указать в платежных документах, что оплачивают за поставленное молоко по иному договору, а именно от 01.07.2016 г. Однако в указанную дату кооператив с ФИО8 никакого договора не заключал. Заключался только оспариваемый договор от 01.06.2016 г. Ответчик с октября 2014 г. не является членом СПССК «Лидер» так как не выполнил условия устава, а также не возвратил переданную ему членскую книжку для ведения и хранения в кооператив. Условия договора уступки прав (требований) от 06.03.2017 г. ею (истицей) были выполнены в полном объеме.

Третье лицо и представитель ответчика ФИО8 по доверенности (том 1 л.д. 52) в одном лице ФИО6 возражала против удовлетворения заявленных исковых требований, просила встречные исковые требования удовлетворить по основаниям, изложенным во встречном иске, дав суду пояснения, аналогичные доводам встречного иска и письменных возражениях, поданных на исковое заявление (том 2 л.д. 1-11). Добавив, что оплата ФИО8 за поставленное молоко производилась по иному договору, заключенному с кооперативом 01.07.2016 г. и который в настоящее время отсутствует, так как утерян. Она действительно подписывала ряд документов с истицей, но это не представленные последней оспариваемый договор от 01.06.2016 г. и товарные накладные, а иные документы. Какие именно пояснить не может. Печать, принадлежащая ответчику, была утеряна в феврале 2017 г. и возможно ею воспользовалась истица. Кооператив молоко поставлял по адресу, где находится её (ФИО6) производство, но по устной договоренности и при этом оплата за поставленное молоко осуществлялась наличными денежными средствами. При этом ФИО8 также по адресу: 

<

адрес>, осуществляет и свою переработку молока.

Представитель ответчика ФИО8 по доверенности (том 1 л.д. 210) в одном лице ФИО7 возражала против удовлетворения заявленных исковых требований, просила встречные исковые требования удовлетворить по основаниям, изложенным во встречном иске и письменных возражениях, поданных на исковое заявление (том 2 л.д. 1-11), дав суду аналогичные пояснения.

Иные участвующие в деле лица были извещены о времени и месте рассмотрения дела по существу, в порядке, предусмотренном ст. 113 ГПК РФ. В судебное заседание не прибыли, ходатайств об отложении судебного заседания в суд не представили, заявлений об отложении рассмотрения дела в суд не направили. В соответствии с положениями ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации злоупотребление правом не допускается. Согласно ч. 1 ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Кроме того суд учитывает положения п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 5 от 10.10.2003 г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации». Из п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод следует то, что каждый имеет право на судебное разбирательство в разумные сроки. По смыслу ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических прав лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства. Поэтому неявка лиц, извещенных в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является их волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве и иных процессуальных прав. В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ судом было принято решение о рассмотрении дела без их участия. 

Выслушав истицу и представителей ответчика ФИО8, исследовав и проанализировав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона (пункт 1). Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2).

Статьей 384 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

В силу пункта 2 ст. 385 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования.

Статьей 388 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону (пункт 1). 

Согласно п. 2 ст. 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное.

В соответствии со ст. 390 Гражданского кодекса Российской Федерации первоначальный кредитор, уступивший требование, отвечает перед новым кредитором за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, кроме случая, когда первоначальный кредитор принял на себя поручительство за должника перед новым кредитором.

Судом установлено, что 06 марта 2017 г. между Сельскохозяйственным потребительским снабженческо-сбытовым кооперативом «Лидер» (далее по тексту СПССК «Лидер») в лице председателя ФИО5 с одной стороны и гражданкой ФИО5 (истица) с другой стороны, был заключен договор уступки прав (требования), согласно которому СПССК «Лидер» уступает ФИО5 в полном объеме права и обязанности и вытекающие из Договорапоставки молока от 01.06.2016 г., заключенному между СПССК «Лидер» и ИП главой КФХ ФИО8, которые возникли на основании: товарной накладной № от 30.06.2016г., на сумму 24871 руб. без учета НДС; товарной накладной № от 31.07.2016г., на сумму 151620 руб. без учета НДС; товарной накладной № от 31.08.2016г., на сумму 204500 руб. без учета НДС; товарной накладной № от 30.09.2016г., на сумму 193000 руб. 40 коп.без учета НДС; товарной накладной № от 31.10.2016г., на сумму 844000 руб. без учета НДС; товарной накладной № от 30.11.2016г., на сумму 911250 руб. без учета НДС; товарной накладной № от 31.12.2016г., на сумму 839700 руб. без учета НДС; товарной накладной № от 31.01.2017г., на сумму 624335 руб. без учета НДС., что следует как из пояснений истицы, а также подтверждается исследованным судом договором уступки прав (требования) от 06.03.2017 г. (том № 1 л.д. 41-42, том № 3 л.д. 36).

Основания возникновения гражданских прав и обязанностей установлены статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно пункта 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Статьей 455 Гражданского кодекса Российской Федерации товаром по договору купли-продажи могут быть любые вещи с соблюдением правил, предусмотренных статьей 129 настоящего Кодекса (пункт 1). Договор может быть заключен на куплю-продажу товара, имеющегося в наличии у продавца в момент заключения договора, а также товара, который будет создан или приобретен продавцом в будущем, если иное не установлено законом или не вытекает из характера товара (пункт 2).

В силу положений п. 1 ст. 484 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель обязан принять переданный ему товар, за исключением случаев, когда он вправе потребовать замены товара или отказаться от исполнения договора купли-продажи.

Согласно п. 1 ст. 485 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель обязан оплатить товар по цене, предусмотренной договором купли-продажи, либо, если она договором не предусмотрена и не может быть определена исходя из его условий, по цене, определяемой в соответствии с пунктом 3 статьи 424 настоящего Кодекса, а также совершить за свой счет действия, которые в соответствии с законом, иными правовыми актами, договором или обычно предъявляемыми требованиями необходимы для осуществления платежа.

Статья 486 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства (пункт 1). Если договором купли-продажи не предусмотрена рассрочка оплаты товара, покупатель обязан уплатить продавцу цену переданного товара полностью (пункт 2). Если покупатель своевременно не оплачивает переданный в соответствии с договором купли-продажи товар, продавец вправе потребовать оплаты товара и уплаты процентов в соответствии со статьей 395 настоящего Кодекса (пункт 3).

Судом установлено, что 01 июня 2016 г. между СПССК «Лидер» (как продавцом) с одной стороны и ИП глава КФХ ФИО8 (являющимся покупателем, ответчик) с другой стороны был заключен безномерной договор поставки молока (по сути купли-продажи), согласно п. 1.1 которого Поставщик (продавец) обязуется передать Покупателю (ответчику), а последний обязуется принять и оплатить молоко в количестве, в сроки и по ценам, указанным в договоре. В силу положений п. 3.1 и п. 3.2 цена устанавливается за 1 литр цельного, охлажденного молока, соответствующего показателям первого сорта. Стоимость одного литра молока может быть изменена в случае изменения цены молока и молочных продуктов на рынке Красноярского края и Республики Хакасия (в том числе с учетом сезонности). В силу положений п. 4.1 Договора оплата за поставленное молоко производится Покупателем (ответчиком) 1 раз в месяц до 10 числа, следующего за отчетным месяцем, что следует как из пояснений стороны истца, а так же подтверждается исследованным судом безномерным договором поставки молока от 01.06.2016 г. (том 1 л.д. 106).

Судом также из пояснений стороны истца и исследованных в судебном заседании товарных накладных № от 30.06.2016 г., № от 31.07.2016 г., № от 31.08.2016 г., № от 30.09.2016 г., № от 31.10.2016 г., № от 30.11.2016 г., № от 31.12.2016 г. и № от 31.01.2017 г. (том 1 л.д. 107-122) установлено, что СПССК «Лидер» поставил (по сути продал), а ИП глава КФХ ФИО8 получил (по сути приобрел, купил) молоко 1 сорта на общую сумму 3793276 руб. 40 коп.

То, что СПССК «Лидер» осуществлял поставку молока ответчику, также в судебном заседании подтвердили свидетели как стороны истца ФИО1 и ФИО2, так и стороны ответчика ФИО3, которые показали, что они в спорный период времени являлись работниками кооператива «Лидер». В их обязанности входил сбор молока у населения Краснотуранского района и доставка его в том числе по адресу: 

<

адрес>, где имеется оборудование по переработке молока у ФИО8 и работники последнего, а иногда и он сам, осуществляли приемку этого молока. Молоко собиралось у населения утром и вечером. Первое время ФИО8 принимал молоко около 400 литров ежедневно за один прием, а с осени 2016 г. стал принимать большее количество молока. При сдаче молока сличалось его количество сдатчиком с приемщиком. При этом, счет вели как в килограммах, так и в литрах, так как считают, что это равнозначные меры измерения для количества молока. Документы о количестве привезенного для ФИО8 молока оформлялись руководством кооператива и получателем самостоятельно, один раз в месяц. 

Свидетели ФИО4 и ФИО9 также суду показали, что поставки работниками кооператива «Лидер» молока осуществлялись по адресу: 

<

адрес>. 

По вышеизложенным основаниям показания свидетеля стороны ответчика ФИО3 о том, что одномоментно и ежедневно кооперативом осуществлялась поставка молока ФИО8 в количестве около 400 литров (килограмм), а с осени более 500-т литров (килограмм), суд не принимает во внимание как доказательства необходимости отказа в удовлетворении заявленных исковых требований. Кроме того, в связи с тем, что указанный свидетель с осени 2016 г. в кооперативе не работает. При этом суд учитывает, что в месяц приемка ФИО8 молока могла быть не менее 12000 кг. (литров), из расчета: (400 кг. (литров) х 30 дней), что не противоречит данным по поставке количества молока, указанным в вышеуказанных товарных накладных № (том 1 л.д. 107-122). 

Судом также установлено, что ответчиком (ФИО8) произведена оплата за поставленную продукцию (купленное молоко) в СПССК «Лидер» 02.11.2016 г. в сумме 240000 руб., 09.11.2016 г. в сумме 78740 руб., 23.11.2016 г. в сумме 160000 руб., 05.12.2016 г. в сумме 70000 руб., 07.12.2016 г. в сумме 53715 руб., 09.12.2016 г. в сумме 70000 руб., 15.12.2016 г. в сумме 30000 руб., 22.12.2016 г. в сумме 50000 руб., 09.01.2017 г. в сумме 290000 руб., 10.01.2017 г. в сумме 30000 руб., 13.01.2017 г. в сумме 41187 руб. 50 коп., 23.01.2017 г. в сумме 150000 руб., 30.01.2017 г. в сумме 140000 руб. и 06.02.2017 г. в сумме 90000 руб., а всего, в общем размере1493642 руб. 50 коп., что следует как из пояснений истицы и представителя кооператива «Лидер» в одном лице ФИО5, так и из исследованной в судебном заседании выписки по лицевому счету кооператива «Лидер» (том 1 л.д. 148-195). 

В соответствии со ст. ст. 12 и 56 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В нарушение положений ст.ст. 12 и 56 ГПК РФ, стороной ответчика, кроме поясненийпредставителя ответчика ФИО6, к которым суд относится критически и не принимает во внимание как доказательствам необходимости отказа в удовлетворении заявленных исковых требований, о том, что ФИО8 производил оплату в СПССК «Лидер» за поставляемое молоко по иному договору поставки, который был заключен 01.07.2016 г., не представлено иных доказательств, в том числе и самого договора от 01.07.2016 г., объективно свидетельствующих о том, что ответчик заключил с СПССК «Лидер» 01.07.2016 г. договор поставки молока, по которому и произвел вышеуказанную оплату.

Сторона же истца отрицает факт заключения между СПССК «Лидер» и ИП главой КФХ ФИО8 иногодоговора поставки молока, кроме оспариваемого вышеуказанного договора поставки от 01.06.2016 г.

При этом, суд учитывает то, что при осуществлении оплаты, контрагент вправе в кредитной организации, которая принимает платеж, указать любые реквизиты, по которым осуществляется платеж, в том числе и не соответствующие действительно или относительно данных которых он добросовестно заблуждается. 

Суд, также по вышеизложенным основаниям не принимает во внимание как доказательства необходимости отказа в удовлетворении заявленных исковых требований,доводы стороны ответчика и пояснения представителя ответчика ФИО6 о том, что ФИО8 (ответчик) не заключал с СПССК «Лидер» оспариваемый договор поставки от 01.06.2016 г., который является недействительным, так как в нем ответчик не расписывался, а печатью, принадлежащей последнему, для удостоверения подлинности сделки, могла воспользоваться истица, после того, как данная печать ответчиком в середине февраля 2017 г. была утрачена.

Судом как из пояснений стороны истца и представителя ответчика ФИО6, так и показаний вышеуказанных свидетелей установлено, что не отрицает и сам ответчик, что последний в спорный период времени (с 01.06.2016 г. по 31.01.2017 г.), а также по настоящее время проживает совместно с ФИО6 одной семьей, они ведут совместное хозяйство, а также фактически совместно по одному адресу (

<

адрес>) как индивидуальные предприниматели осуществляют совместную хозяйственную деятельность, в том числе по приемке и переработке молока.

В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Исходя из буквального значения условий вышеуказанного оспариваемого договора от 01.06.2016 г., суд приходит к выводу, что между сторонами был заключен договор купли-продажи молока.

Также из условий указанного договора усматривается, что все существенные условия договора купли-продажи молока (стоимость продаваемого имущества, сроки поставки, сроки расчета за приобретенное имущество, стороны договора, порядок его исполнения и т.п.) между сторонами (СПССК «Лидер» и ИП глава КФХ ФИО8) были оговорены.

В вышеуказанных оспариваемом б/н договоре от 01.06.2016 г. (том 1 л.д. 106) и товарных накладных с № по № (том 1 л.д. 107-122) стоит оттиск печати ИП главы КФХ ФИО8

Доводы ответчика и его представителей о незаключённости указанного договора с СПССК «Лидер», недействительности товарных накладных, поскольку подпись в указанных документах стоит не ФИО8, являются необоснованными, поскольку подпись в указанных выше товарных накладных и договоре поставки молока от 01.06.2016 г. не влечет никаких последствий, поскольку договор считается заключенным, а товар поставленным с момента оплаты денежных средств.

Стороной ответчика также не представлено суду допустимых и достаточных доказательств того, что при подписании вышеуказанного спорного договора от 01.06.2016 года ФИО6 действовала без согласия на то ответчика ФИО8

Из заключения эксперта (судебная почерковедческая экспертиза) № от 02.102.017 г. следует, что рукописные записи «ФИО8» и подписи от имени ФИО8, расположенные в договоре поставки молока № б/н от 01.06.2016 г. в графе «Покупатель» и в товарной накладной № от 31.01.2017 г. в строке «Груз принял», выполнены одним лицом, но не ФИО8, не ФИО5, а ФИО6 (том 2 л.д. 129-133).

Из пояснений стороны ответчика и исследованных в судебном заседании печатного издания «Эхо Турана» от 31.03.2017 г. №, определения № о возбуждении дела об административном правонарушении от 05.03.2017 г., постановления о прекращении дела об административном правонарушении № от 10.05.2017 г. и постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 23.11.2017 г. (том 1 л.д. 62-69, 70, 95 том 3 л.д. 10-17) судом также установлено, что до 10.02.2017 г. печать принадлежащая ФИО8, оттиски которой имеются на вышеуказанных оспариваемых договоре и товарных накладных, находилась у ответчика и при этом, к печати имелся свободный доступ его сожительницы, представителя и третьего лица в одном лице – ФИО6, которая от имени ответчика подписала вышеуказанный договор и товарную накладную №, датированные 01.06.2016 г. и 31.01.2017 г. соответственно, при этом именно ФИО6 обратилась в правоохранительные органы с заявлением об утрате указанной печати. 

Суд неоднократно в соответствии со ст. 57 ист. 79 ГПК РФ предлагал стороне ответчика представить доказательства, в том числе путем проведения технической экспертизы указанных документов, объективно свидетельствующие о том, что оспариваемые договор поставки молока от 01.06.2016 г. и товарные накладные № были изготовлены гораздо позднее указанных в документах дат. Однако сторона ответчика от проведения данной экспертизы отказалась и иных, кроме предположений представителя ответчика ФИО6 доказательств суду не представила.

Ответчик ФИО8 и в судебном заседании его представители не оспаривали, что в оспариваемом вышеуказанном договоре поставки молока договоре и вышеуказанных товарных накладных стоит его (ответчика) оттиск печати.

Согласно разделу 7 Методических рекомендаций по внедрению ГОСТ Р-6.30- 2003. печать является механическим приспособлением, устройством, содержащим клише печати для последующего проставления оттиска на бумаге. Оттиск печати заверяет подлинность подписи должностного лица на документах.

Оттиск печати в соответствии с ГОСТ заверяет подлинность подписи на документах, удостоверяющих права лип. Фиксирующих факты, связанные с финансовыми средствами, а также на иных документах, предусматривающих заверение подлинности подписи.

Оттиск печати проставляется на документах, оформленных с соблюдением действующих правил, подписанных и согласованных в установленном порядке.

Из оспариваемого стороной ответчика договора поставки молока от 01.06.2016 года, а также товарных накладных № от 30.06.2016 г., № от 31.07.2016 г., № от 31.08.2016 г., № от 30.09.2016 г., № от 31.10.2016 г., № от 30.11.2016 г., № от 31.12.2016 г. и № от 31.01.2017 г. усматривается, что подпись лица, их подписавшего, заверена печатью индивидуального предпринимателя глава КФХ ФИО8 В момент заключения указанного договора, ФИО8 являлся индивидуальным предпринимателем (том 1 л.д. 37).

Таким образом, наличие в заключенном между сторонами договоре № б/н от 01.06.2016 года оттиска печати ИП глава КФХ ФИО8 подтверждает заключение с СПССК «Лидер» договора поставки молока, поэтому ответственность за исполнение указанного договора в части оплаты поставленного молока, должна быть возложена на ответчика.

Ненадлежащее оформление договора в виде наличия или отсутствия подписи руководителя под текстом указанного договора, не может быть поставлено в вину СПССК «Лидер» и истице и служить основанием для признания договора незаключенным.

Таким образом, суд, исходя из обстоятельств, связанных с оформлением ответчиком договора, содержащего все необходимые реквизиты сторон, которые были представлены сторонами при заключении договора, подписание его законным представителем СПССК «Лидер» и скрепление печатью ИП глава КФХ ФИО8, приходит к выводу о том, что указанный договор от 01 июня 2016 года был заключен между СПССК «Лидер» и ИП глава КФХ ФИО8 по правилам ст. 160 ГК РФ.

Все вышеизложенное также свидетельствует о том, что вышеуказанные товарные накладные, в которых также имеется оттиск печати ИП глава КФХ ФИО8, подтверждают факт получения ответчиком от СПССК «Лидер» молока в том объеме и по той стоимости, которые в них указаны. При этом, указанных в них единица измерения объема поставленного молока в килограммах, по вышеизложенным основаниям, с учетом, как пояснений сторон, так и показаний вышеуказанных свидетелей, не является основанием признания их недействительными, а размер средств подлежащих оплате за поставленное молоко не установленным.

В связи с чем, вышеуказанные оспариваемые договор поставки молока от 01.06.2016 года, а также товарные накладные № от 30.06.2016 г., № от 31.07.2016 г., № от 31.08.2016 г., № от 30.09.2016 г., № от 31.10.2016 г., № от 30.11.2016 г., № от 31.12.2016 г. и № от 31.01.2017 г. суд признает допустимыми и относимыми доказательствами по настоящему делу.

На основании вышеизложенного, а также пояснений истицы, являющейся также законным представителем СПССК «Лидер» и исследованных судом вышеуказанных товарных накладных, суд приходит к выводу о том, что ответчик (ФИО8) о каждом изменении стоимости поставляемого молока был поставлен в известность заблаговременно. Обратному, стороной ответчика объективных доказательств не представлено. 

Из пояснений сторон, исследованных вышеуказанных доказательств, а также исследованного судом устава СПССК «Лидер» (том 1 л.д. 77-84) и системного толкования вышеуказанных норм права, суд приходит к выводу о том, что 01.06.2016 года между СПССК «Лидер» и ИП главой КФХ ФИО8 (ответчик) был заключен договор поставки молока (по сути, договор купли-продажи), при этом СПССК «Лидер» в вышеуказанном договоре выступал в роли продавца, а ИП глава КФХ ФИО8 (ответчик), приобретая вышеуказанную продукцию (молоко), в вышеуказанном договоре выступал в роли покупателя.

Как установлено выше, свои обязательства по договору от 01 июня 2016 года СПССК «Лидер» (третье лицо) перед ИП глава КФХ ФИО8 исполнил в полном объеме, поставив последнему (ответчик) в период с 01.06.2016 г. по 31.01.2017 г. указанное в вышеуказанных товарных накладных №№ с 1 по 8 количество молока.

Ответчик свои обязательства до настоящего времени исполнил ненадлежащим образом, а именно осуществив оплату за поставленное молоко в общем размере 1493642 руб. 50 коп.

Стороной ответчика в нарушение положений ст.ст. 56 и 57 ГПК РФ, несмотря на неоднократные предложения суда, в то числе и письменные (том 1 л.д. 2), не представлено доказательств, бесспорно свидетельствующих о надлежащем исполнении перед СПССК «Лидер» обязательств по вышеуказанному договору поставки (по сути купли-продажи) молока от 01.06.2016 г.

При этом суд учитывает то, что первая оплата за поставленное молоко ответчиком была осуществлена 01.11.2016 г., то есть тогда, когда стоимость молока поставщиком уже неоднократно была изменена, что следует из вышеуказанных товарных накладных № (том 1 л.д. 174-175).

По вышеизложенным основаниям суд не принимает во внимание как доказательства необходимости отказа в удовлетворении заявленных исковых требований доводы стороны ответчика о том, что в вышеуказанном оспариваемом договоре от 01.06.2016 г. и в указанных товарных накладных № в реквизитах стороны ответчика, указаны данные несоответствующие действительности, а именно адрес его места жительства и нахождения, которые не совпадает не только с местом его проживания и регистрации, но и с местом нахождения производства, а также доводы о том, что поставленное СПССК «Лидер» ответчику молоко не соответствует заявленному в указанном договоре качеству.

Из пояснений истицы и исследованных в судебном заседании бухгалтерского баланса СПССК «Лидер» на 31.12.2016 г. (том 3 л.д. 1-2), квитанции к приходному кассовому ордеру № от 06.03.2017 г. (том 3 л.д. 35) судом установлено, что перед кооперативом на 31.12.2016 г. имелась дебиторская задолженность в размере 3054000 руб., в которую, как пояснила представитель кооператива, также была включена задолженность ИП глава КФХ ФИО8 за поставленное кооперативом последнему в 2016 г. по договору от 01.06.2016 г. молоко. Кроме того, ФИО5 (истица) внесла в кассу кооператива «Лидер» 06.03.2017 г. наличными денежные средства в размере 200000 рублей в счет оплаты по вышеуказанному договору уступки прав (требований)от 06.03.2016 г.

Из исследованного судом протокола № общего организационного собрания членов СПССК «Лидер» от 28.10.2014 г. (том 3 л.д. 33-34), а также пояснений представителя кооператива «Лидер» ФИО5, судом установлено, что за систематическое нарушение своих обязательств, как члена кооператива, предусмотренных уставом СПССК «Лидер», а также за нарушение условий хранения и ведение членской книжки, ИП глава КФХ ФИО8 был исключениз членов СПССК «Лидер», а членская книжка, оформленная на ИП главу КФХ ФИО8, считается недействительной с 28.10.2014 г. При этом, суд приходит к выводу о том, что наличие у ФИО8 (ответчик) первой страницы членской книжки № от 01.10.2014 г. (том 3 л.д. 22), не подтверждает факт того, что ФИО8 в настоящее время является членом СПССК «Лидер», а следовательно, не предоставляет ему прав как члену СПССК «Лидер», в том числе, оспаривать внутрихозяйственную деятельность указанного юридического лица и/или действия его представительного органа.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу о том, что заключение между СПССК «Лидер» и гр-кой ФИО5 06.03.2017 г. вышеуказанного договора уступки прав (требований) (том 3 л.д. 36) не коим образом не нарушает прав и законных интересов ИП главы КФХ ФИО8 (ответчика). При этом, последний не является стороной оспариваемого договора, а следовательно, ФИО8 (ответчик) в соответствии с действующим законодательством лишен возможности оспаривать действия СПССК «Лидер» по заключению 06.03.2017 г. вышеуказанного договора уступки прав (требований), а как следствие оспаривать недействительность данного договора. 

На основании вышеизложенного доводы стороны ответчика о том, что вышеуказанный договор уступки прав (требований) от 06.03.2017 г. должен быть судом признан недействительным в силу нарушений положений Федерального Закона № 193-ФЗ от 08.12.1995 г. «О сельскохозяйственной кооперации» при его заключении, не подлежат удовлетворению. 

В соответствии со статьями 307 и 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства возникают из договора. В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Статьей 310 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

С учетом вышеизложенного, суд пришел к выводу об удовлетворении заявленных истицей ФИО5 исковых требований в части взыскания с ФИО8 (ответчик) долга в размере 2299633,90 руб. в полном объеме, а разрешая встречные исковые требования ИП ФИО8 к СПССК «Лидер» и ФИО5 о признании недействительными безномерного договора поставки молока от 01.06.2016 г. и договорауступки прав (требований) от 06.03.2017 г., а также взыскании судебных расходов, состоящих из оплаты за проведение судебной почерковедческой экспертизы в размере 55 000 руб., суд считает необходимым отказать в их удовлетворении в полном объеме.

В соответствии с ч.1 ст. 88 и ч. 1 ст. 98 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

Из безномерного чек-ордера следует, что 04.04.2017 г. при подаче настоящего иска в суд ФИО5 уплатила государственную пошлину в размере 19698,16 руб. (том 1 л.д. 43). В связи с тем, что суд пришел к мнению об удовлетворении заявленных исковых требований, то и считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истицы, уплаченную при подаче иска в суд государственную пошлину в полном размере.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 к ФИО8 удовлетворить.

Взыскать с ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес> в пользу ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения уроженки 

<

адрес>, задолженность по безномерному договору поставки молока от 01.06.2016 г. и по безномерному договору уступки прав (требований) от 06.03.2017 г. в размере 2299 633 рубля 90 копеек, судебныерасходы состоящие из оплаченной государственной пошлины в размере 19 968 рублей 16 копеек, всего взыскать в общем размере 2319 601 рубль 16 копеек.

В удовлетворении встречных исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО8 к сельскохозяйственному потребительскому снабженческо-сбытовому кооперативу «Лидер» и ФИО5 о признании недействительным безномерного договора поставки молока от 01.06.2016 г., заключенного между ФИО8 и СПССК «Лидер», признании недействительным договора уступки прав (требований) от 06.03.2017 г. заключенного между СПССК «Лидер» и ФИО5, а также взыскании судебных расходов, состоящих из оплаты за проведение судебной почерковедческой экспертизы в размере 55 000 рублей, отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Красноярский краевой суд, через Краснотуранский районный суд в течение 1 (одного) месяца со дня его изготовления. 

Изготовлено 11.12.2017 г.

Председательствующий: А.А. Швайгерт