№2-2724/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 августа 2017 г. г.Махачкала

Ленинский районный суд г.Махачкалы в составе:

Председательствующего судьи Яшина Н.А., 

С участием истца ФИО1,

Представителя истца ФИО2,

Представителей ответчика ФИО3 и ФИО4,

При секретаре Шахбановой П.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО5 ФИО24 к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждения высшего образования «Дагестанский государственный педагогический университет» о восстановлении на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФГБОУ ДГПУ о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации понесенных судебных расходов. В обоснование своих требований истец указал, что работает в ДГПУ с 04.01.1974г.., с 26.11.2002г. – в должности директора инженерно-педагогического института ДГПУ. Приказом №109-к от 19.06.2017г. он уволен с работы в связи с прогулом, совершенным 08.06.2017г. Считает указанный приказ незаконным. С 08.06.2017г. по 10.06.2017г. включительно он являлся нетрудоспособным, что подтверждается листком нетрудоспособности № от 08.06.2017г. О своей нетрудоспособности он сообщил ответчику через своих заместителей ФИО6 и ФИО7, одновременно назначив ФИО7 исполнять свои обязанности на время болезни. Более того, узнав о недовольстве ответчика его отсутствием, он прервал свое лечение и 09.06.2017г. вышел на работу и работал по 19.06.2017г. Кроме того, 15.06.2017г., по получении листка нетрудоспособности, он предоставил его копию работодателю для сведения, а 21.06.2017г. передал оригинал листка нетрудоспособности ответчику с заявлением об оплате. Кроме того, при его увольнении ответчиком не учтены тяжесть проступка, обстоятельства при которых он совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Его поведение безупречно, отношение к труду добросовестное, имеет поощрения и награждения. На основании изложенного просит суд признать незаконным приказ о его увольнении, восстановить его на прежнем месте работы и взыскать с ответчика в его пользу заработную плату за время вынужденного прогула и понесенные им расходы на оплату представителя.

В судебном заседании ФИО1 и его представитель поддержали исковые требования и просили их удовлетворить в полном объеме. При этом истец пояснил суду, что 08.06.2017г. он по пути на работу почувствовал себя плохо и направился на прием к врачу-кардиологу. На работу в тот день его подвозил его заместитель ФИО7 Поскольку поликлиника находится рядом с ДГПУ, он от ДГПУ пошел пешком, а ФИО7 отправился на работу. Вопреки доводам руководства ответчика, он не находился в этот день в г.Дербенте и не принимал государственный экзамен в Частном социально-педагогическом институте. Прогул он не совершал. 09.06.2017г., прервав лечение, вышел на работу. 09.06.2017г. ему под роспись вручили уведомление о необходимости дать объяснения по поводу отсутствия на работе 08.06.2017г. сроком до 16.06.2017г. 10.06.2017г.-12.06.2017г. были выходными днями. 15.06.2017г. он передал своему методисту ФИО8 листок нетрудоспособности, с которого она сняла копию и эту копию вместе с уведомлением о необходимости дать объяснения отнесла в отдел кадров. Его увольнение является незаконным и несправедливым. Он 43 года проработал в ДГПУ, в 1997г. ему присвоено звание «Заслуженный работник высшей школы Российской Федерации». 

Ректор ДГПУ ФИО3 и представитель ДГПУ ФИО4 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признали и просили в их удовлетворении отказать. При этом ректор ДГПУ показал суду, что директор ИПИ ФИО1 не поставил его в известность освоей болезни 08.06.2017г., более того – в ИПИ в течение рабочего дня трижды приходила комиссия с целью застать директора ИПИ на рабочем месте, но комиссии ни разу не было сообщено, что ФИО1 болен. Довод истца о том, что он возложил свои обязанности на своего заместителя является несостоятельным, поскольку он не обладает такими полномочиями, это входит в полномочия ректора. 09.06.2017г. ФИО1 под роспись было вручено уведомление о необходимости дать письменные объяснения по факту его отсутствия на рабочем месте 08.06.2017г. сроком до 16.06.2017г. Однако вплоть до 19.06.2017г. ФИО1 письменные объяснения не представил. Его довод о том, что 15.06.2017г. он отправил своего методиста в отдел кадров с копией больничного листа является несостоятельным. Ни письменных объяснений, ни устных объяснений, ни копии больничного листа он не представлял. При наличии у него 15.06.2017г. больничного листа, закрытого 10.06.2017г., не было необходимости представлять его копию. 19.06.2017г., после того как ему был зачитан приказ о его увольнении, он грубо выхватил из рук и.о. начальника отдела кадров ФИО9 оригинал приказа и покинул вместе с ним здание корпуса ФГБОУ ВО ДГПУ. ФИО1 злоупотребил правом, скрыв от работодателя наличие уважительной причины своего отсутствия на рабочем месте 08.06.2017г. 

Судом по ходатайству истца и его представителя в качестве свидетелей опрошены заместители директора ИПИ ДГПУ ФИО7 и ФИО6, а также методист ИПИ ДГПУ ФИО8 ФИО7 показал суду, что 08.06.2017г. он подвозил на работу ФИО1 Когда они подъехали к ДГПУ, ФИО1 сказал ему, что чувствует себя нехорошо и пойдет в больницу. При этом он поручил ему сообщить ФИО6, чтобы тот «посмотрел как там на работе», а сам пошел во 2 городскую больницу. ФИО6 показал суду, что коло 8-9 часов утра 08.06.2017г. к нему в кабинет пришел ФИО7 и сказал, что отвез ФИО1 в больницу и передал поручение ФИО1 заняться текущими вопросами. Приказа о возложении обязанностей не было. 08.06.2017г. ему ничего не пришлось делать вместо ФИО1, никакие документы на подпись не приносили. Методист ФИО8 показала суду, что 08.06.2017г. в ИПИ трижды в течение всего рабочего дня приходила комиссия из отдела кадров с целью застать директора ИПИ ФИО1 на рабочем месте, но его не было весь рабочий день. Она не знала, что ФИО1 нет в здании ДГПУ, так как он часто не поднимается к себе в кабинет, а работает на первом этаже. На мобильный телефон она ему также не звонила. На следующий день, 09.06.2017г., когда ФИО1 пришел на работу, она поставила его в известность о том, что его искали. 15.06.2017г. ФИО1 дал ей листок нетрудоспособности, она сняла с него копию, прикрепила к уведомлению о необходимости дать объяснения от 09.06.2017г. и отнесла в отдел кадров. Специалист отдела кадров ФИО12 не приняла у нее копии и сказала, что ФИО1 должен расписаться в уведомлении. Она вернулась на рабочее место. Но потом ей позвонили из отдела кадров и сказали принести уведомление и копию больничного листа как есть. Она отнесла копию больничного листа ФИО1 вместе с уведомлением в отдел кадров. 19.06.2017г. и.о. начальника отдела кадров ФИО9, специалист ФИО12 и юрист Зиявутдинов Г. пришли в ИПИ в кабинет ФИО1 и зачитали приказ о его увольнении. При этом ФИО9 сказала, что ей не представляли копию больничного листа. 

По ходатайству представителя ответчика в судебном заседании в качестве свидетеля опрошена и.о. начальника кадров ДГПУ ФИО9, которая показала, что 08.06.2017г. она по поручению руководства ДГПУ вместе с сотрудниками отдела кадров направилась проверять наличие директоров институтов на рабочих местах. Директора ИПИ ФИО1 в 10 час. в его рабочем кабинете не было, его методист ФИО8 сообщила, что его не было и, возможно не будет. Они в течение рабочего дня приходили еще дважды. На третий раз методист сообщила, что ФИО1 находится в г.Дербент. 09.06.2017г. они с ФИО12 вручили ФИО1 под роспись уведомление о необходимости дать объяснения по поводу его отсутствия на работе 08.06.2017г. Никаких объяснений он не давал. Никто не приносил к ней копию больничного листа, к тому же копии в отделе кадров не принимают. Также она не могла требовать от ФИО8 уведомление о необходимости дать объяснения за подписью ФИО1, так как такое уведомление ему под роспись вручено 09.06.2017г. и оно находится в отделе кадров в личном деле истца. Приказ о увольнении ФИО1 от 19.06.2017г. она принесла к нему в кабинет. ФИО1 отказался расписаться в его получении, поэтому она зачитала его вслух и ушла. Он пошел за ней следом и выхватил у нее из рук этот приказ и вместе с ним ушел. Это видели многие сотрудники ДГПУ. Листок нетрудоспособности ФИО1 представил ФИО10 примерно 22-23.06.2017г. 

Выслушав мнения сторон и их представителей, опросив свидетелей, изучив письменные материалы дела и заключение прокурора, полагавшего возможным в удовлетворении исковых требований отказать в связи со злоупотреблением истцом своим правом, суд полагает необходимым в удовлетворении исковых требований ФИО11 отказать по следующим основаниям. 

В соответствии с пп. "а" п. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей: прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Из акта об отсутствии на работе от 08.06.2017г., составленного и подписанного и.о. начальника отдела кадров ДГПУ ФИО9, специалистом отдела кадров ДГПУ ФИО12 и ведущим специалистом юридического отдела ДГПУ Зиявутдиновым Г.М., усматривается, что декан-директор ИПИ ДГПУ ФИО1 отсутствовал на работе 08.06.2017г. с 10 час. до 18 час. 

В соответствии со ст.193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Из уведомления о необходимости дать письменные объяснения от 09.06.2017г., подписанного и.о. начальника отдела кадров ФИО9, усматривается, что ФИО1 предложено до 16.06.2017г. дать письменные объяснения по факту отсутствия на работе 08.06.2017г. Данное уведомление вручено ФИО1 под роспись. В судебном заседании ФИО1 также подтвердил, что под роспись 09.06.2017г. получил уведомление о необходимости дать письменные объяснения. 

Из актов, составленных и.о. начальника отдела кадров ДГПУ ФИО9, специалистом отдела кадров ДГПУ ФИО12 и ведущим специалистом юридического отдела ДГПУ Зиявутдиновым Г.М. в 18 час. 14.06.2017г. и в 18 час. 15.06.2017г. усматривается, что ФИО13 не представил письменных объяснений по поводу отсутствия на работе 08.06.2017г. 16.06.2017г. и.о. начальника отдела кадров ФИО9 на имя и.о. ректора ДГПУ ФИО3 составлена служебная записка о том, что 08.06.2017г. директор ИПИ ДГПУ ФИО1 в течение всего рабочего дня отсутствовал на рабочем месте, его методист ФИО8 в начале рабочего дня сказала, что не знает где находится ФИО1, а в конце рабочего дня сообщила, что он находится в г.Дербенте и возможно на работу не придет. 09.06.2017г. ФИО1 под роспись вручено уведомление о необходимости дать письменные объяснения по поводу его отсутствия на рабочем месте 08.06.2017г. сроком до 16.08.2017г. от ФИО1 в установленный срок письменных объяснений не поступило, в связи с чем она полагает, что ФИО1 отсутствовал на рабочем месте 08.06.2017г. в течение всего рабочего дня без уважительных причин. 

Доводы истца о том, что он представил ответчику письменные объяснения о причинах своего отсутствия на рабочем месте 08.06.2017г. в виде копии листка нетрудоспособности, своего подтверждения в судебном заседании не нашли.

Как усматривается из представленной истцом копии листка нетрудоспособности, он открыт 08.06.2017г. и закрыт 10.06.2017г., 11.06.2017г. предписано приступить к работе. В судебном заседании свидетель ФИО8 показала суду, что 15.06.2017г. сняла с предоставленного ей ФИО1 листка нетрудоспособности копию, и эту копию вместе с копией уведомления от 09.06.2017г. о необходимости дать письменные объяснения о причинах отсутствия на работе отнесла в отдел кадров и передала специалисту ФИО12 Однако, из представленных представителем ответчика актов о непредоставлении письменных объяснений от 14.06.2017г. и 15.06.2017г., подписанных в том числе ФИО12, усматривается, что ФИО1 не представил объяснений по поводу своего отсутствия на работе 08.06.2017г. Опрошенная в судебном заседании и.о. начальника отдела кадров ФИО9 также отрицала предоставление ФИО1 каких-либо объяснений, в том числе копии листка нетрудоспособности. При этом она пояснила суду, что необходимости представлять копию уведомления о необходимости дать письменные объяснения не было, так как в отделе кадров в личном деле истца находится оригинал им подписанного уведомления. Листок нетрудоспособности ФИО1 представил для оплаты уже после своего увольнения. 

Ч.6 ст.81 ТК РФ устанавливает, что не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Согласно ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В силу п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, как и запрещение дискриминации при осуществлении прав и свобод, в полной мере распространяются на сферу трудовых отношений.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников.

При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

В данном случае под злоупотреблением правом следует понимать именно злоупотребление материальным правом в трудовых отношениях, то есть умышленные недобросовестные действия (бездействие) работника при реализации трудовых прав.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что со стороны истца имело место злоупотребление правом, выразившееся в не сообщении работодателю о нетрудоспособности и в непредставлении листка нетрудоспособности работодателю.

Бремя доказывания отсутствия признаков злоупотребления правом со стороны работника возложено на истца, однако, таких доказательств со стороны ФИО1 представлено не было.

Таким образом, у работодателя имелись основания для увольнения истца с работы по пп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Порядок применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения по указанному основанию, установленный ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, ответчиком соблюден.

Оснований для удовлетворения исковых требований о признании незаконным приказа об увольнении ФИО1 и восстановления его на работе не имеется. В удовлетворении иска в этой части следует отказать. Поскольку не имеется оснований для удовлетворения требований о восстановлении на работе, отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований в части взыскания заработной платы за время вынужденного прогула. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ,

Решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО5 ФИО25 к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Дагестанский государственный педагогический университет» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и расходов по оплате услуг представителя – отказать.

Мотивированное решение будет принято в течение пяти дней со дня оглашение резолютивной части решения суда.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Дагестан в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 14 августа 2017г. 

Судья Яшина Н.А.