РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

12 августа 2025 г. 

<

адрес обезличен>

Свердловский районный суд 

<

адрес обезличен>

в составе председательствующего судьи Сасина В.С.,

при секретаре судебного заседания Загребенюк Е.А., 

с участием истца ФИО1, представителей ответчика ФИО4, ФИО11

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело 

<

Номер обезличен> по иску ФИО1 к ОГБУЗ «Иркутская станция скорой медицинской помощи» о признании незаконным и отмене приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности,

установил:

ФИО1 (далее по тексту – истец) обратилась в Свердловский районный суд 

<

адрес обезличен> с иском к ОГБУЗ «Иркутская станция скорой медицинской помощи» (далее по тексту – ОГБУЗ «ИССМП», ответчик) о признании незаконным и отмене приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности

В обосновании исковых требований указано, что между истцом ФИО1 и ответчиком ОГБУЗ «Иркутская станция скорой медицинской помощи» заключен трудовой договор от 

<

Дата обезличена>, приказ о приеме на работу от 

<

Дата обезличена> Истец с 

<

Дата обезличена> в должности врача скорой медицинской помощи выполняет работу на подстанции 

<

Номер обезличен> (ОМС), по адресу 

<

адрес обезличен>.

Приказом ответчика от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен> - В (далее - Приказ) на истца наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания за нарушение р.3, п.п. 5,6- буллит 6,7,8 должностной инструкции врача скорой медицинской помощи ОГБУЗ «Иркутская станция скорой медицинской помощи». 

Основанием привлечения истца к дисциплинарной ответственности послужил рапорт ФИО12 заместителя главного врача по клинико-экспертной работе от 

<

Дата обезличена>, пояснительная записка ФИО1 от 

<

Дата обезличена>, пояснительная записка ФИО1 от 

<

Дата обезличена>, пояснительные записки ФИО9, и ФИО8, копия выписки из протокола врачебной комиссии 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, акт об отсутствии работника на заседании врачебной комиссии от 

<

Дата обезличена>, копия карты вызова скорой медицинской помощи от 

<

Дата обезличена>

Истец считает приказ ответчика и наложенное дисциплинарное взыскание незаконными и необоснованными, поскольку никаких нарушений должностной инструкции не совершала. 

Согласно выписке из протокола врачебной комиссии 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, установлено, что 

<

Дата обезличена> поступил вызов 

<

Номер обезличен>, в 10 ч. 58 мин., к пациентке ФИО7, 88 лет, с поводом - без сознания, который был передан в 10 ч. 58 мин. врачебной бригаде СМП ФИО1

Врачебная комиссия выявила дефекты на вызове 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>:

1. Неверная оценка тяжести состояния;

2. Неверный выбор тактики лечения;

3. Необоснованно затянута медицинская эвакуация;

4. Наличие грубых дефектов в медицинской документации.

Истец считает выводы комиссии неверными, более того, комиссией не приняты во внимание пояснения истца, выводы сделаны без учета пояснений истца. При применении указанного дисциплинарного взыскания ответчиком был нарушен порядок, установленный ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации,

Приказ ответчика нарушает права и законные интересы истца в области трудового права.

На основании изложенного, просила суд:

признать приказ главного врача ОГБУЗ «Иркутская станция скорой медицинской помощи» ФИО5 от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен> – В о наложении на ФИО1 врача скорой медицинской помощи подстанции 

<

Номер обезличен> дисциплинарного взыскания в виде замечания – незаконным;

отменить дисциплинарное взыскание в виде замечания наложенное на ФИО1 приказом главного врача ОГБУЗ «Иркутская станция скорой медицинской помощи» ФИО5 от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен> – В.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержала в полном объеме, настаивала на их удовлетворении, повторив доводы искового заявления.

Представители ответчика ФИО4, ФИО13 действующие на основании доверенностей в судебном заседании против заявленных требований возражали в полном объеме по доводам, изложенным в письменных возражениях.

В обосновании доводов возражений указано, что с заявленными исковыми требованиями ОГБУЗ «ИССМП» несогласно, считает их незаконными, необоснованными и не подлежащими удовлетворению в силу следующего.

С 

<

Дата обезличена> истец работает в ОГБУЗ «ИССМП» в должности врача СМП. Согласно должностной инструкции врач СМП должен владеть навыками ранней диагностики заболеваний, угрожающих жизни, их профилактики, оказания скорой медицинской помощи взрослым и детям в соответствии с утвержденными отраслевыми нормами, правилами и стандартами для врачебного персонала, сложившимися нормами клинической практики по оказанию скорой медицинской помощи на уровне достижений современной науки практики. По прибытию на вызов действовать быстро и решительно, проявляя внимание не только к больному, но и окружающим его лицам. Во всех случаях, несмотря на экстремальность ситуации, обследование больного должно быть полным, а медицинская помощь оказана в полном объеме на месте и в пути следования.

<

Дата обезличена> поступил вызов 

<

Номер обезличен>, в 10 ч. 58 мин., к ФИО7A., 88 лет, по адресу: 

<

адрес обезличен> с поводом - без сознания, в дополнительной информации: не реагирует, дышит через раз, пульс на сонных артериях есть, вызывали родственники.

На основании карты вызова 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> было установлено, вызов был передан врачебной бригаде СМП 

<

Номер обезличен> (врач СМП ФИО1, фельдшер СМП ФИО6). По прибытии бригады СМП на вызов в 11 ч. 11 мин., сама пациентка жалоб не предъявляла, в виду умеренного оглушения. Выяснено, со слов родственников, в течении нескольких дней лежит, отказалась от еды в течении 2 дней. Отмечалась слабость, сонливость. Накануне был участковый терапевт. В этот день состояние резко ухудшилось, появилось учащенное не ритмичное дыхание. Вызвали СМП. В анамнезе: ХВН, 

<

Дата обезличена> проконсультирована у сосудистого хирурга ГБ

<

Номер обезличен> по поводу трофических язв голеней.

На основании жалоб, анамнеза, объективного осмотра, выставлен предварительный диагноз: ИБС. Параксизмальная фибрилляция предсердий, тахисистолическая форма. Срыв ритма неясной давности. Гипотония неуточненного генеза. Гиповолемия. ХСН 2А. Состояние аритмогенного инфекционно-токсического шока. Оглушение. Терминальное состояние. Предагония. Периферические язвы нижних конечностей. Инфицирование кожи под правой молочной железы.

Бригадой проведена медикаментозная терапия: Установлен периферический катетер. Подача увлажненного 02. Инфузия р-р NACI 0,9% -250 мл в/в струйно, р-р Рингера 250 мл в/в., р-р кордарон 150 мг на р-ре NACI 0,9% -10 мл. После проведенного лечения положительной динамики не было. АД, пульс, не определился.

По настоянию родственника (племянника), пациентка эвакуирована по жизненным показаниям в ближайшее медицинское учреждение - в ОГБУЗ «ИГКБ 

<

Номер обезличен>».

Пациентка ФИО7 кому доверяет сведения, составляющие врачебную тайну, не указала в видутяжести своего состояния, о чем указано в карте вызова.

<

Дата обезличена> в 12 ч. 51 мин. был принят вызов 

<

Номер обезличен> к ФИО7A., 88 лет, по адресу: 

<

адрес обезличен>, ОГБУЗ «ИГКБ 

<

Номер обезличен>» с поводом - транспортная перевозка в стационар, вызывал врач ФИО2. По карте вызова 

<

Номер обезличен> выяснено, пациентка осмотрена в приемном отделении совместно с врачом реаниматологом стационара. Сатурация 73%. АД 115/65 мм.рт.ст. на тонометре врача реаниматолога. Дежурный врач свое направление отказался написать. О данной ситуации на вызове информация была доложена старшему врачу смены ФИО8. Этой же бригадой пациентка ФИО7 была доставлена в ОКБ. Гемодинамические показатели Ад, пульс не определяется. ЧСС 11 Ов мин., НД 30 в мин., Т тела 35,6С., сатурация 79%. В 13ч 18мин пациентка была доставлена в ОКБ с диагнозом: ОНМК? Легкое оглушение. ИБС. Параксизмальная фибрилляция предсердий, тахисистолическая форма. Срыв ритма неясной давности. Гипотония неуточненного генеза. Гиповолемия. ХСН 2А. Состояние аритмогенного инфекционно-токсического шока. Оглушение. Терминальное состояние. Предагония. Периферические язвы нижних конечностей. Инфицирование кожи под правой молочной железы.

Рассмотрев карты вызова СМП, при оказании медицинской помощи пациенту ФИО7 врачебная комиссия установила не выполнение врачом ФИО1 клинических рекомендаций, а именно:

На вызове 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> врач ФИО1 при оказании скорой медицинской помощи пациентке ФИО7 неверно оценила тяжесть состояния, что привело к неверной тактике оказания медицинской помощи. 

Не выполнено:

- Катетеризация двух вен.

- Не подключены кардиотоники !

- Доза кордарона-150мг недостаточна, при нарушении ритма (необходимо назначать до 300мг) на растворе 5% глюкозы.

В результате неправильной тактики лечения, была затянута по времени медицинская эвакуация (общее время на вызове обслуживания - 58 мин.). Медицинская эвакуация в ОГБУЗ «ИГКБ

<

Номер обезличен>» составило 4 мин. Нарушен Порядок оказания экстренной медицинской помощи в крайне тяжёлом состоянии. Дальнейшая эвакуация пациентки в другую медицинскую организацию (ОКБ) не оправдана, пациентка не транспортабельна.

Врачебная комиссия выявила дефекты на вызове 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>:

1. Неверная оценка тяжести состояния;

2. Неверный выбор тактики лечения;

3. Необоснованно затянута медицинская эвакуация;

На вызове 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> пациентка не транспортабельна, АД, пульс не определяется. Дальнейшая эвакуация пациентки в другую медицинскую организацию (ОКБ) не оправдана.

Ответчик желает обратить внимание суда на следующее: диагноз основывается на:

- Истории заболевания (какие имеются хронические заболевания, когда наступило ухудшение, что беспокоило в этот момент: повышение температуры, боли где либо, рвота, жидкий стул, не было ли кровотечения? Обращались ли за мед.помощью, какое лечение принимали?;

- Жалобы пациента или со слов родственников, проводится детализация жалоб;

- Объективное обследование (осмотр, пальпация, перкуссия, аускультация);

- Инструментальные методы обследования: ЭКГ, пульсоксиметрия, глюкометрия.

На основании этого формируется предварительный диагноз с акцентом на ведущие синдромы и составляется алгоритм оказания СМП.

При оказании СМП Врач СМП ФИО1 не верно выбрала тактику ведения и лечения пациента, а именно:

1. Неверно оценила сознание - умеренное оглушение ШКГ -13-14 баллов, т.е. сознание ближе к ясному (согласно клиническим рекомендациям- шкала комы Глазго 13-12 баллов оглушение). Пациентка жалоб не предъявляла из-за тяжести состояния, терминальное состояние, предагония, но продуктивному контакту доступна, что не возможно при таких состояниях (при оглушении пациент проявляет замедленность мышления и речи, недостаточным восприятием и оценкой происходящего, снижено внимание), а по карте в месте и времени ориентирована правильно, на вопросы отвечает.

2. Артериальное давление, пульс не определяются, но не отмечено сохранена пульсация на сонной и бедренной артериях.

Со стороны органов дыхания - частота дыхательных движений- 30-36 в мин., при дыхании участвует вспомогательная мускулатура, инспираторная одышка, т. е. затруднен вдох и в то же время смешанная одышка, т.е. затруднен и вдох и выдох, что указывает на патологическое дыхание. При выслушивании легких - застойного дыхания нет, в данном случае: должно быть жесткое, но с застойными хрипами над всей поверхностью легких, сатурация насыщения крови кислородом - 69%. По ЭКГ- трепетание предсердий, тахиформа 175 в минуту .

3.Описание кожных покровов (цвет, отеки на нижних конечностях до колен и наличие инфицированных трофических язв) говорит о хронической венозной недостаточности 3ст., хронической сердечной недостаточности 3А, но при этом описание пальпации печени малоинформативно, что при описании выше перечисленных синдромов должно указывать на увеличение размеров печени.

4. Выставленный в диагностическом ряду шок, подразумевает декомпенсированную стадию шока, о чем говорят данные объективного обследования, но при этом диурез в норме, что не соответствует гемодинамическим показателям и тяжести состояния пациентки в целом.

Согласно выше изложенного, неверная оценка тяжести повлекла неверный выбор тактики лечения и ведения пациентки, а именно:

1. Согласно Клиническим рекомендациям, стандартам оказания СМП врач ФИО1 обязана была провести катетеризацию двух периферических вен, с учетом показателей сатурации (69%), учащенного и патологического дыхания и нарастающей острой дыхательной недостаточности не провела коррекцию дыхательных нарушений (оксигенотерапия не привела к улучшению), не подключила пациентку к ИВЛ.

2. Не восстановлен сердечный ритм, т.к. неадекватная доза амиодарона не дала положительного результата. Согласно Клиническим рекомендациям, при срыве ритма неясной давности амиадорон вводится 300 мг внутривенно, болюсно на 5% глюкозе. В случае не восстановления ритма показана дефибрилляция.

3. Выставлен в диагнозе аритмический шок, не выставлена стадия декомпенсации, не выставлен шоковый индекс (отношение частоты сердечных сокращений за одну минуту к частоте систолического давления, нормальная величина которого = 0.5), в данном случае больше единицы, что говорит о декомпенсации, т.е. необратимости процессов.

4. С учетом всех данных, согласно карте вызова СМП, не проведена адекватная волемическая нагрузка: малые дозы инфузионной терапии, не подключены кардиотоники

- не дали положительной динамики.

Согласно международным стандартам, нарушение витальных функций, требующее проведения сердечно-легочного и церебрального реанимационного комплекса являются относительным противопоказанием к транспортировке пациента.

Врач ФИО1 не подготовила к транспортировке пациентку, хотя находилась на вызове 58 минут в разрез Клиническим рекомендациям, которые предусматривают максимально быстро и безопасно проводить параллельно лечебно-диагностические мероприятия и доставить пациента в многопрофильный стационар, непосредственно в реанимационное отделение в течение 40 минут.

Даже, если пациентка была доставлена, по жизненным показаниям, в ближайший стационар, где есть реанимационное отделение - последующая перетранспортировка, без стабилизации гемодинамических показателей усугубила состояние пациентки.

В результате ненадлежащего исполнения своих должностных обязанностей, с учетом осуществления деятельности по оказанию медицинской помощи, от правильности и своевременности которых зависит жизнь и здоровье пациента, врач СМП была обоснованно привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания (наименьшее дисциплинарное наказание).

До применения дисциплинарного взыскания врач представил свои пояснения. Наказание было применено с учетом тяжести совершенного дисциплинарного проступка.

Исковое заявление не содержит сведений о том, в чем именно истец не согласна с ответчиком и по какой причине истец считает, что дисциплинарные взыскания применены не правомерно, а событие дисциплинарного проступка отсутствовало.

На основании изложенного, просили в удовлетворении заявленных исковых требований отказать в полном объеме.

Обсудив доводы иска и возражений ответчика, выслушав пояснения участвующих в деле лиц, допросив свидетеля, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

Статьей 15 Трудового Кодекса Российской Федерации (далее - ТК РФ) определено, что трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Заключая трудовой договор, работник обязуется добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации (статья 21 ТК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 22 ТК РФ работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка.

Положениями статьи 189 ТК РФ предусмотрено, что дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Трудовой распорядок определяется правилами внутреннего трудового распорядка.

Таким образом, обязанности, за неисполнение или ненадлежащее исполнение которых работника привлекают к дисциплинарной ответственности, должны быть возложены на данного работника положениями трудового договора либо иного локального нормативного акта.

Согласно положениям части первой статьи 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

Федеральными законами, уставами и положениями о дисциплине (часть пятая статьи 189 настоящего Кодекса) для отдельных категорий работников могут быть предусмотрены также и другие дисциплинарные взыскания (часть вторая статьи 192 ТК РФ).

Частью пятой статьи 192 ТК РФ определено, что при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен статьей 193 ТК РФ.

Статьей 193 ТК РФ предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. 

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. 

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. 

Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. 

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. 

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (части первая - шестая данной статьи).

При этом в силу действующего законодательства на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что: совершенное работником нарушение, явившееся поводом к объявлению выговора, в действительности имело место; работодателем соблюдены требования, предъявляемые статьей 193 ТК РФ к порядку применения дисциплинарного взыскания.

Согласно разъяснениям, данным в п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

Дата обезличена> N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду (п. 53 Постановления Пленума ВС РФ от 

<

Дата обезличена> N 2).

Данные нормативные положения и разъяснения правоприменительной практики, данные высшей судебной инстанцией в их взаимосвязи направлены на обеспечение объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности, и на предотвращение необоснованного применения такого дисциплинарного взыскания. В связи с этим при разрешении судом спора о признании наложенных взысканий незаконными предметом судебной проверки должно являться соблюдение работодателем установленного законом порядка привлечения к ответственности.

Необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка при привлечении его к дисциплинарной ответственности является обязательным условием наступления таковой. В свою очередь вина характеризуется умыслом либо неосторожностью.

Проступок не может характеризоваться как понятие неопределенное, основанное лишь на внутреннем убеждении работодателя, а вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке.

Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Не может рассматриваться как должностной проступок неисполнение или ненадлежащее выполнение обязанностей по причинам, не зависящим от работника.

Противоправность действий или бездействия работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.

Для квалификации дисциплинарного проступка совершенного в форме бездействия необходимо установить, неисполнение какой обязанности, возложенной на работника нормативными правовыми и иными актами, определяющими его полномочия, если они имели место, и когда эти обязанности должны были быть исполнены, но по вине сотрудника, не были исполнены.

Право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит работодателю, который должен учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. 

Бремя доказывания законности, обоснованности наложения дисциплинарного взыскания, соблюдения порядка привлечения к дисциплинарной ответственности лежит на ответчике как на работодателе.

Судом установлено, что 

<

Дата обезличена> между истцом ФИО1 и ответчиком ОГБУЗ «ИССМП» заключен трудовой договор, по условиям которого работодатель предоставляет работнику работу по должности врача скорой медицинской помощи подстанции 

<

Номер обезличен>. Работник обязуется лично выполнять работу в соответствии с условиями настоящего договора (п. 1.1 договора).

Трудовой договор заключается по основному месту работы на 1,0 ставку. Дата начала работы – 

<

Дата обезличена>, дата окончания работы – бессрочно (п. 1.2-1.4 договора).

Работодатель и работник несут ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение взятых на себя обязанностей и обязательств, установленных законодательством Российской Федерации, локальными нормативными актами и настоящим трудовым договором (п. 6.1 договора).

3а совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение Работником, по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, к Работнику могут быть применены дисциплинарные взыскания, предусмотренные Трудовым кодексом Российской Федерации (п. 6.2 договора).

<

Дата обезличена> между сторонами заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от 

<

Дата обезличена>, согласно которому в раздел трудового договора «Условия оплаты труда» внесены следующие изменения: «- оклад (должностной оклад) в размере 29 249,00 рублей в месяц».

На основании приказа 

<

Номер обезличен>-пр от 

<

Дата обезличена> ФИО1 принята на работу в ОГБУЗ «ИССМП» в подстанцию 

<

Номер обезличен> (ОМС) врачом скорой медицинской помощи. 

На основании приказа ОГБУЗ «ИССМП» от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен>-В ФИО1 привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания за нарушение р. 3, п.п. 5,6 – буллит 6,7,8 должностной инструкции врача скорой медицинской помощи ОГБУЗ «Иркутская станция скорой медицинской помощи» от 

<

Дата обезличена>

В основание приказа положены: Рапорт ФИО15 заместителя главного врача по клинико-экспертной работе от 

<

Дата обезличена>, пояснительная записка ФИО1 от 

<

Дата обезличена>, пояснительная записка ФИО1 от 

<

Дата обезличена>, пояснительная записка ФИО9, пояснительная записка ФИО8, копия выписки из протокола врачебной комиссии 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> г., акт об отсутствии работника на заседании врачебной комиссии от 

<

Дата обезличена>, копия карты вызова скорой медицинской помощи от 

<

Дата обезличена>

С приказом от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен>-В ФИО1 ознакомлена 

<

Дата обезличена> лично под роспись.

Исковые требования ФИО1 мотивированы тем, что выводы комиссии неверные, комиссией не приняты во внимание пояснения истца, выводы сделаны без учета пояснений истца. При применении указанного дисциплинарного взыскания ответчиком был нарушен порядок, установленный ст. 193 ТК РФ.

Ответчик, возражая против доводов иска, указывает на то, что наказание было применено с учетом тяжести совершенного дисциплинарного проступка, что подтверждается протоколом врачебной комиссии, экспертным заключением по результатам качества медицинской помощи, процедура привлечения истца к дисциплинарному взысканию соблюдена.

Оценивая действия ответчика ОГБУЗ «ИССМП» по привлечению ФИО1 к дисциплинарной ответственности, суд приходит к следующему выводу.

Как следует из п. 2.1, 2.2 устава ОГБУЗ «ИССМП», указанное учреждение создано в целях оказания лицам, находящимся на территории 

<

адрес обезличен> и 

<

адрес обезличен>, скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи в экстренной и неотложной формах. Предметом основной деятельности Учреждения является: оказание медицинской помощи в соответствии с лицензией вне медицинской организации; осуществление деятельности, связанной с оборотом наркотических средств и психотропных веществ, в соответствии с полученной лицензией.

<

Дата обезличена> на основании приказа 

<

Номер обезличен>-п ОГБУЗ ИССМП утверждено положение о врачебной комиссии, создана врачебная комиссия.

<

Дата обезличена> ОГБУЗ «ИССМП» утверждена должностная инструкция врача скорой медицинской помощи. С указанной должностной инструкцией ФИО1, ознакомлена 

<

Дата обезличена>, что подтверждается распиской на последнем листе трудового договора от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен>. 

Согласно п. 6 раздела 1 должностной инструкции - врач скорой медицинской помощи в своей работе руководствуется законодательством Российской Федерации, в т.ч. «Основами законодательства РФ об охране здоровья граждан», областной «Программой государственных гарантий обеспечения граждан бесплатной медицинской помощью», Трудовым кодексом РФ, Гражданским и Уголовно-процессуальным кодексом РФ, ведомственными, нормативными и методическими документами, локальными, актами, Уставом ОГБУЗ «ИССМП», приказами и распоряжениями администрации станции, настоящей инструкцией.

Согласно п.п. 5,6 раздела 3 должностной инструкции врача скорой медицинской помощи (утвержденной гл. врачом ОГБУЗ «ИССМП» 

<

Дата обезличена>) врач скорой медицинской помощи обязан владеть навыками ранней диагностики заболеваний угрожающих жизни, их профилактики, оказания скорой медицинской помощи взрослым и детям в соответствии с утвержденными отраслевыми нормами, правилами и стандартами для врачебного персонала, сложившимися нормам клинической практики по оказанию скорой медицинской помощи, на уровне достижений современной науки и практики, по прибытию на вызов (подъезд к месту происшествия, к дому, к месту работы и т.п.) действовать быстро и решительно, проявляя внимание не только к больному, но и окружающим его лицам. Во всех случаях, несмотря на экстремальность ситуации, обследование больного должно быть полным, а медицинская помощь оказана в полном объеме на месте и в пути следования. Оценить тяжесть состояния больного, уровень сознания, определить причины на них влияющие, поставить диагноз соответствующий МКБ 10 на основании анамнеза и данных объективного обследования, определить и обосновать объем и содержание скорой медицинской помощи на месте и во время транспортировки, оказывать медицинскую помощь согласно принятому решению.

В материалы дела представлена карта вызова скорой медицинской помощи ф.110/у ОГБУЗ «ИССМП», из которой следует, что указанная карта заполнена врачом-фельдшером ФИО1 в отношении пациентки ФИО7 на вызове 

<

Дата обезличена> в период с 11:11 часов по 12:51 часов.

Как следует из выписки из протокола врачебной комиссии 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>, входе рассмотрения клинического случая по оказанию скорой медицинской помощи пациентке ФИО7, 88 лет от 

<

Дата обезличена>, врачебная комиссия установила, что 

<

Дата обезличена> поступил вызов 

<

Номер обезличен>, в 10:58 часов, к пациентке ФИО7, с поводом - без сознания, который был передан в 10:58 часов врачебной бригаде СМП ФИО1 На основании карты вызова 

<

Номер обезличен>, по прибытии бригады СМП сама пациентка жалоб не предъявляла, в виду умеренного оглушения. Выяснено, со слов родственников, что в течении нескольких дней лежит, отказалась от еды в течении 2 дней. Накануне был участковый терапевт. В этот день состояние резко ухудшилось, вызвали СМП. В анамнезе: ХВН, трофические язвы голеней. Наблюдалась у сосудистого хирурга ГБ

<

Номер обезличен>.

По анализу карты вызова, при объективном осмотре состояние крайне тяжёлое, терминальное, предагония? (в карте вызова подчеркнуто все), сознание - оглушение, ШКГ 13-14 баллов. Продуктивному контакту доступна, при предагонии?? АД, пульс не определяется, ЧСС - 120 уд. в мин, ЧД - 30-36 в мин., сатурация 69%, сахар 5,6 ммоль/л. ЭКГ (в 11:20 часов) - ритм не синусовый неправильный, ЧСС - 80- 150 уд. в мин., волны f, QRS - 0,08? ST на изолинии. ЭКГ (в 11:45 часов) - без динамики.

На основании жалоб, анамнеза и объективного осмотра врачом ФИО1 выставлен диагноз: ИБС. Пароксизмальная фибриляция предсердий, тахисистолическая форма. Срыв ритма, неясной давности. Гипотония неуточненного генеза, ХСН IIA. Гиповолемия. Состояние аритмогенного шока? Интоксикация? Оглушение? Терминальное состояние, предагония? Трофические язвы н/конечностей. Инфицирование кожи под правой молочной железой.

Оказана медикаментозная терапия:

- ингаляция увлажненным О2,

- Кордарон 150мг на р-ре NACI 0,9% 10,0 мл. (введено ? раствора)

- р-р NACI 0,9% - 250,0мл, р-р Рингера 250,0мл.

После проведенного лечения положительной динамики не было. АД, пульс, не определился.

По настоянию родственника (племянника), пациентка эвакуирована по жизненным показаниям в ближайшее медицинское учреждение – ГКБ 

<

Номер обезличен>.

В ходе рассмотрения клинического случая, врачебная комиссия пришла к выводу, что врач ФИО1 при оказании скорой медицинской помощи пациентке ФИО7 неверно оценила тяжесть состояния, что привело к неверной тактике оказания медицинской помощи.

Не выполнено:

1. Катетеризация двух вен.

2. Не подключены кардиотоники.

3. Доза кордарона – 150 мг. недостаточна, при нарушении ритма (необходимо назначать до 300 мг.) на растворе 5% глюкозы.

В результате неправильной тактики лечения, была затянута по времени медицинская эвакуация (общее время на вызове обслуживания - 58 мин.). Медицинская эвакуация в ОГБУЗ «ИГКБ 

<

Номер обезличен>» составило 4 мин. Нарушен порядок оказания экстренной медицинской помощи в крайне тяжёлом состоянии. Дальнейшая эвакуация пациентки в другую медицинскую организацию (ОКБ) не оправдана, пациентка не транспортабельна.

Врачебная комиссия выявила дефекты на вызове 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена>:

1. Неверная оценка тяжести состояния;

2. Неверный выбор тактики лечения;

3. Необоснованно затянута медицинская эвакуация;

4. Наличие грубых дефектов в медицинской документации.

На основании изложенного, врачебная комиссия решила, что учитывая наступившие последствия, в результате недостаточного объема выполнения и содержания оказания скорой медицинской помощи на месте, согласно принятому решению, грубых нарушений в медицинской документации, за нарушение должностной инструкции врачу СМП ФИО1 (раздел 3,п.п.5,6,8), привлечь к дисциплинарной ответственности в виде «выговора».

Факт ненадлежащего оказания ФИО1 медицинской помощи ФИО7 подтверждается следующими имеющимися в материалах дела доказательствами.

В соответствии с Федеральным законом "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" от 

<

Дата обезличена> N 323-ФЗ (в ред. от 

<

Дата обезличена>) медицинская помощь оказывается на основе клинических рекомендаций, с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. 

Из карты вызова скорой медицинской помощи ф.110/у ОГБУЗ «ИССМП» от 

<

Дата обезличена> в отношении ФИО7 следует, что ФИО7 на вызове 

<

Дата обезличена> в период с 11:11 часов по 12:51 часов по шкале Глазго выставлено 13-14 б. Температура тела 35,6 градусов по Цельсию. Пульс не определяется, давление не определеяется. Выставлен диагноз: ИБС. Параксизмальная фибрилляция предсердий, тахисистолическая форма. Срыв ритма неясной давности. Гипотония неуточненного генеза. Гиповолемия. ХСН 2А. Состояние аритмогенного, интоксикационного. Оглушение. Терминальное состояние. Предагония. Периферические язвы нижних конечностей. Инфицирование кожи под правой молочной железы.

Из представленной в материалы дела шкалы Глазго, а также клинических рекомендаций скорая медицинская помощь, следует, что ШКГ в баллах имеет следующие значения: 15 - ясное сознание (полная ориентировка); 13 - 14 - умеренное оглушение (сонливость, дезориентировка); 11 - 12 - глубокое оглушение (выраженная сонливость, речевой контакт затруднен); 9 - 10 - сопор (защитные реакции и открывание глаз на боль); 6 - 8 - умеренная кома, кома 1 (нет речевого контакта, открывания глаз, выполнения инструкций); 4 - 5 - глубокая кома, кома 2 (нет защитных реакций на боль, патологические реакции, снижение стволовых рефлексов), нарушения гемодинамики, дыхания; 3 - терминальная кома, кома 3 (мышечная атония, угнетение всех стволовых рефлексов, сухожильные могут вызываться со спинального уровня, выраженные нарушения гемодинамики и дыхания).

Согласно таблице 11.3 клинических рекомендаций скорая медицинская помощь, при 3 стадии инфекционно-токсического шока имеются следующие клинические признаки: гипотермия, критическое снижение систолического АД-верхнее, увеличение частоты сердечных сокращений, в плоть до нитевидного пульса, шоковый индекс 1,5 и выше, спутанность сознания, усиления одышки, аритмия дыхания, анурия.

Таким образом, оценивая указанные истцом ФИО1 в карте вызова скорой медицинской помощи ф.110/у ОГБУЗ «ИССМП» от 

<

Дата обезличена> в отношении ФИО7 данные с клиническими рекомендациями, суд приходит к выводу, что нашел свое подтверждение доводов ответчика о том, что ФИО1 неверно оценено общее состояние пациента, неверно дана оценка сознания. Из карты следует, что пациентка жалоб не предъявляла из - за тяжести состояния, терминальное состояние, предагония, но продуктивному контакту доступна, что невозможно при таких состояниях (при оглушении пациент проявляет замедленность мышления и речи, недостаточным восприятием и оценкой происходящего, снижено внимание, сонливость, дезориентация), а по карте вызова - в месте и времени ориентирована правильно, на вопросы отвечает.

Из карты вызова скорой медицинской помощи ф.110/у ОГБУЗ «ИССМП» от 

<

Дата обезличена> в отношении ФИО7 указано, что артериальное давление не определяется, пульс не определяется. Насыщение крови кислородом - сатурация 69%. По ЭКГ - трепетание предсердий, тахиформа 175 в минуту. 

Из представленного в материалы дела методического руководства «Венозный доступ» утвержденного в 2019 г. следует, что показания для постановки внутрикостной иглы является гиповолемия, гипотензия, шок с заведомо трудной пункцией периферических вен у детей в сознании. Короткий периферический венозный катетер устанавливается последующим показаниям - венозный доступ для непродолжительного введения изотонических, нормоосмоляльных лекарственных средств в болюсах и инфузиях.

Как следует из клинических рекомендаций скорая медицинская помощь, целевыми показателями интенсивной терапии на догоспитальном этапе являются: улучшение цвета кожных покровов, психического статуса (если пациент в сознании), купирование болевого синдрома, стабилизация систолического АД на значениях не ниже 80 мм рт.ст. (70 мм рт.ст. при признаках продолжающегося кровотечения); сатурация крови по данным пульсоксиметрии не ниже 90%, ЧСС не ниже 60 и не более 110 в минуту, ЦВД не выше 15 см вод.ст. (10 мм рт.ст.) (А, 1++).

Основными средствами стабилизации гемодинамики на догоспитальном этапе у больных и пострадавших с шоком различной этиологии являются средства инфузионной терапии, а также препараты, влияющие на контрак- тильную способность миокарда и сосудистый тонус.

Темп введения препарата должен позволить добиться целевых гемодинамических показателей через 5-10 минут от начала инфузии при гиповолемическом шоке любой этиологии.

Из клинических рекомендаций сепсис (у взрослых) следует, что инфузионно-трансфузионная терапия применяется взрослым пациентам с сепсис-индуцированной гипоперфузией в течение первых 3 часов после начала лечения рекомендуется вводить внутривенно не более 30 мл/кг раствора, влияющего на водно-электролитный баланс (электролитного).

Инфузионная терапия при сепсисе, особенно на начальном этапе лечения, должна быть индивидуализирована. Невозможно применить единую формулу ко всем пациентам, поскольку потребности в жидкости существенно различаются (в зависимости от источника сепсиса и существовавшей ранее сердечно-сосудистой дифункции). Это особенно верно в отношении предложения вводить не менее 30 мл/кг жидкости в течение первых 3-х часов.

Развитие сепсиса может сопровождаться снижением артериального и венозного тонуса, контрактильной функции миокарда, что реализуется в виде артериальной гипотонии и/или клинико-лабораторных проявлений острой сердечной недостаточности, что требует подключения препаратов этих групп. Раннее назначение вазопрессорной поддержки параллельно с интенсивной инфузионной терапией повышает эффективность лечения.

Как следует из пояснений истца ФИО1 на вызове 

<

Дата обезличена> имелась возможность катетеризации только одной вены, за катетеризировать вторую вену не представилось возможным.

Из пояснений представителей ответчика ОГБУЗ «ИССМП» следует, что основной гемодинамической поддержки у пациентов с инфекционно-токсическим шоком является инфузионная терапия, которая, вводится с большой скоростью и в больших объемах. Цель венозного доступа при шоке: обеспечить быстрый и надежный доступ для введения лекарственных средств, растворов для восстановления объема циркулирующей крови и других необходимых препаратов. При выраженном шоке (при тяжелом состоянии пациента) когда требуется быстрое введение большого количества препаратов, может потребоваться несколько доступов для увеличения скорости введения. Основными средствами стабилизации гемодинамики на догоспитальном этапе являются средства инфузионной терапии. Как правило, должна всегда предшествовать назначению вазопрессоров. Единственным клиническим показанием к применению вазопрессоров является повышение сосудистого тонуса при наличии гипотонии, связанной шоком. Темп введения препаратов должен позволить добиться целевых гемодинамических показателей через 5-10 мин от начала инфузии. После проведенного лечения положительной динамики не было. АД, пульс, не определился, что предполагает недостаточный объем проведенной инфузионной терапии оказания скорой медицинской помощи.

Оценивая действия ФИО1 и положения клинических рекомендаций, с пояснениями стороны ответчика суд приходит к выводу, что такой недостаток в оказании медицинской помощи истцом ФИО1 как не выполнена катетеризация двух вен нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела. В случае не возможности обеспечения катетеризации двух вен, ФИО1 должна была установить внутрикостную иглу. 

Из клинических рекомендаций сепсис (у взрослых) следует, что у взрослых пациентов в качестве препарата первой линии при снижении артериального давления и развитии гипоперфузии, не связанных с гиповолемией, рекомендуется использовать препарат из группы адренергических и дофаминергических средств – норэпинефрин, как обладающий выраженным вазопрессорным эффектом: внутривенно капельно (или с помощью дозатора) в начальной дозе от 0,1 до 0,3 мкг/кг/минуту с последующим пошаговым увеличением дозы и скорости до достижения уровня среднего артериального давления не ниже 65 мм рт.ст

Согласно рекомендациям SSC-2021, препаратом первого выбора является норэпинефрин. ФИО3 является альтернативой норэпинефрину в очень узкой субпопуляции пациентов с абсолютной или относительной брадикардией. Низкие дозы допамина(1-5 мг/кг/мин) реальной нефропротекцией не обладают и не должны быть использованы.

Согласно приказу 

<

Номер обезличен>н от 

<

Дата обезличена> об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при кардиогенном шоке, при экстренном оказании помощи применябтся адренергические и дофаминергические средства такие как норэпинефрин, эпинефрин, допамин.

Как следует из доводов пояснений ответчика значение слов кардиотоники и вазопрессоры - это лекарственные препараты, схожие по своему фармакологическому действию т.е эти препараты повышают тонус сосудистой стенки (повышают АД) и улучшают тем самым сократимость миокарда.

Из экспертного заключения 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> составленного по итогам оценки качества оказания медицинской помощи ФИО1 

<

Дата обезличена> пациенту ФИО7, следует, что при оказании медицинской помощи не назначены вазопроессоры.

Как следует из пояснений ответчика, в указанном заключении указан один недостатков, поскольку эксперт не смог разобрать подчерк ФИО1

Таким образом, суд приходит к выводу, что недостаток оказания медицинской помощи в виде не подключения кардиотоников нашел свое подтверждение.

Доводов ФИО1 о том, что на момент оказания медицинской помощи ФИО7 норэпинефрин отсутствовал не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. Указанный доводов опровергается оборотно-сальдовой ведомостью за 

<

Дата обезличена>, в соответствии с которой норэпинефрин имелся в количестве 186 штук. 

В соответствии с п. 3.1.2.2.3 клинических рекомендаций «Фибрилляция и трепетание предсердий у взрослых» (утв. Минздравом РФ 2000), внутривенное введение амиодарона рекомендовано для купирования фибрилляции предсердий продолжительностью до 48 часов, у пациентов, не имеющих противопоказаний к применению препарата. 

По данной Таблице П15. «Дозировки и схемы применения антиаритмических препаратов для медикаментозной кардиоверсии при фибрилляции и трепетании предсердий», дозировка Амиодарона 5-7 мг/кг в течение 1-2 часов внутривенно. 

Из медицинской карты вызова скорой медицинской помощи ф.110/у ОГБУЗ «ИССМП» от 

<

Дата обезличена> в отношении ФИО7 следует, что была применена доза кордарона в размере 150 мл. 

Из пояснений ФИО1 следует, что пациент ФИО7 была крупной. В связи с чем бригада не могла обеспечить вынос пациента. 

Оценивая клинические рекомендации и действия ФИО1 суд приходит к выводу, что факт ответчиком ОГБУЗ «ИССМП» обосновано указано на такой недостатков оказания медицинской помощи истцом как недостаточная доза кордарона, поскольку доза 150 мл. рассчитана на 30 кг. веса. В данном же случае вес пациента был больше указанных показателей. 

Обсуждая недостаток по затянутости времени медицинской эвакуации, суд приходит к следующему выводу.

Из пояснений истца ФИО1, следует, что пациент ФИО7 была тяжеловесной, в связи с чем, вынос пациента в карету скорой помощи силами бригады скорой медицинской помощи не мог быть осуществлен, поиск людей, которые способствовали бы эвакуации начался только после принятия решения о доставке пациента в лечебное учреждение.

Из доводов пояснений ответчика следует, что истец должна была максимально быстро и безопасно проводить параллельно лечебно- диагностические мероприятия и доставить пациента в стационар. Фактически истец, когда прибыла на вызов, должна была сразу предпринять решение об эвакуации пациента, в связи с чем, поиск помощи для эвакуации должен был начаться сразу, в том числе, путем вызова второй бригады скорой медицинской помощи, чего сделано не было, в связи с чем время на выезде составило 58 минут. 

Из медицинской карты на имя ФИО7 следует, что на место вызова ФИО1 прибыла в 11:11 часов, начала транспортировку больного в 12:09 часов. Таким образом, разница во времени составила 58 минут.

Как следует из материалов дела 

<

Дата обезличена> в адрес ОГБУЗ «ИССМП» от ГБУЗ Иркутская ордена «Знак Почета» ОКБ направлена дефектная карта 

<

Номер обезличен> в которой указано, что пациентку ФИО7 в клиническом состоянии, сопор, АД и сатурация не определяется, признаки полиорганной недостаточности транспортировали в ИОКБ с подозрением на ОНМК, которого при даигностике не выявили. Поводов к транспортировке послужило внутреннее распоряжение в ГКБ 10, что с пациентом с угнетенным сознанием необходимо исключить ОНМК, делать МСКТ головного мозга.

Как следует из пояснительной записки старшего врача ФИО8 от 

<

Дата обезличена>, во время дежурства 

<

Дата обезличена> в 10:58 часов ФИО1 направлен вызов по адресу: ФИО10, 

<

адрес обезличен> пациентке ФИО7 – 88 лет. Со слов доктора состояние пациентки тяжелое, АД не определяется, пульс не определился, чес – 120 в; IPO2 – 73%, о чем ставит в известность родственников. Родственники настаивают на госпитализации пациентки в стационар. Доктор ФИО1 выставляет диагноз: ИБС. Пароксизм. Фибриляция предсердий, тахисистолическая форма, срыв ритма. Положение неуточненного генеза. Терминальное состояние. Оглушение. Предагония?

По жизненным показателям доставлена пациентка в ГКБ 10. До госпитализации в ГКБ 10 проведено лечение. В 12:50 часов. ФИО1 позвонила и поставила ее в известность, что она доставила пациентку в тяжелом состоянии в ГКБ 10. А у реаниматолога ГКБ10 на мониторе АД 110 и отказались принять пациентку и направили в ОКБ исключить ОНМП. Отказ в ее сопроводительном листе. После измерения АД врачами ИКБ10. ФИО1 АД не измеряла (с ее слов), пояснила тем, что «я же колола раствор + кордарон, возможно состояние и улучшилось». О терминальном состоянии пациентки уже речи не было. В 12:51 часов оформлен вызов для перевозки пациентки ФИО7 из ИКБ10 в ОКБ. В 12:55 часов уже отменила, начало медэвакуации пациентки в ОКБ.

Также в ходе рассмотрения была допрошена свидетель ФИО8

Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что случай произошел в ноябре 2024 г. В городской больнице осмотрели пациентку и отказали в госпитализации, в обосновании того, что состояние было стабильное, после чего отправили в областную больницу на перевозку. Оценить состояние по телефону невозможно, нужен личный контакт. Старший врач сориентировала по телефону. После этого истица решила, что необходимо везти пациента в областную больницу. Когда ей истица доложила про пациента, она сказала, что давление до 110 нельзя было поднять данными препаратами. При таких тяжелых случаях, пациента нельзя транспортировать.

Оценивая показания свидетеля, суд не находит оснований им не доверять, поскольку свидетель предупрежден об уголовной ответственности, ее показания согласуются и не противоречат представленным в материалы дела доказательствам. 

Таким образом, также нашел подтверждение недостаток при оказании ФИО1 медицинской помощи в виде длительной эвакуации и необоснованности дальнейшей эвакуации пациента в другую медицинскую организацию. Указанный недостаток также указан врачами ГБУЗ Иркутская ордена «Знак Почета» в дефектной карте 

<

Номер обезличен>.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что дефекты, изложенные в выписке из протокола врачебной комиссии 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> нашли свое подтверждение. 

Оценив представленные в материалы дела письменные доказательства в совокупности с пояснениями сторон, суд установил, что ФИО1, занимая должность врача СМП ОГБУЗ «ИССМП» нарушила р. 3, п.п. 5,6 – буллит 6,7,8 должностной инструкции врача скорой медицинской помощи ОГБУЗ «Иркутская станция скорой медицинской помощи» от 

<

Дата обезличена>

Суд приходит к выводу, что работодатель, установив вину работника в совершении дисциплинарного проступка при указанных обстоятельствах, вправе был принять решение о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности.

Дисциплинарное взыскание к истцу применено ответчиком с соблюдением порядка, установленного ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Пунктом 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

Дата обезличена> N 2 (ред. от 

<

Дата обезличена>) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъясняется, что «днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий».

Дисциплинарное взыскание применено не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка. Так, о факте неисполнения ФИО1 своих трудовых обязанностей руководителю ОГБУЗ «ИССМП» стало известно 

<

Дата обезличена>, приказ о привлечении к дисциплинарной ответственности издан 

<

Дата обезличена>

За дисциплинарный проступок применено только одно дисциплинарное взыскание - замечание. 

До применения дисциплинарного взыскания у работника не менее чем за два дня в установленном порядке запрошены письменные объяснения по фактам, изложенным в требовании, что подтверждается объяснениями ФИО1 от 

<

Дата обезличена>, в которых она указала, что по вызовам 

<

Номер обезличен> и 

<

Номер обезличен> от 

<

Дата обезличена> пояснить больше, чем написано в карте, не может. Действовала по указанию старшего врача ФИО8

ФИО1 была извещена о заседании врачебной комиссии, что подтверждается пояснительной от заведующей подстанции 

<

Номер обезличен> ФИО9 от 

<

Дата обезличена>, из которой следует, что она извещала ФИО1 о явке на врачебную комиссию. ФИО1 ей сообщила, что не может прийти, так как она занята своими делами.

Также подтверждается пояснительной ФИО1,., в которой она указывает, что ставила в известность 

<

Дата обезличена> ФИО9 о невозможности присутствовать на врачебной комиссии 

<

Дата обезличена>

В соответствии с требованиями части пятой статьи 192 ТК РФ при наложении дисциплинарного взыскания в виде замечания работодателем учитывалась тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен. При избрании меры дисциплинарного взыскания в отношении истца и принятии решения об его увольнении работодатель учитывал и предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Ответчиком ОГБУЗ «ИССМП» учтено предшествующее поведение работника, его отношение к труду, в связи с чем, не смотря на заключение врачебной комиссии о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде выговора, применена мера ответственности в виде замечания.

Доводы истца о том, что все указанные действия работодателя, направленные на привлечение работника к дисциплинарной ответственности, были сделаны без учета ее пояснений, судом не принимаются, поскольку ФИО1 дала объяснения 

<

Дата обезличена>, в которых указала. что больше чем указано в медицинской карте пояснить ничего не может.

Привлечение истца к дисциплинарной ответственности обусловлено предусмотренным ст. 192 ТК РФ правом работодателя применить одно из дисциплинарных взысканий за совершение дисциплинарного проступка. 

Примененное к истцу работодателем дисциплинарное взыскание в виде замечания не является крайней мерой предусмотренных законом взысканий, и, по мнению суда, является соразмерным совершенному истцом дисциплинарному проступку.

Факт виновного неисполнения ФИО1 возложенных на нее трудовых обязанностей нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что привлечение ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде замечания произведено законно, работодателем соблюдена установленная законом процедура. Следовательно, исковые требования о признании незаконным приказа от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен>-В» О наложении дисциплинарного взыскания», отмене дисциплинарного взыскания в виде замечания удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ОГБУЗ «Иркутская станция скорой медицинской помощи» о признании незаконным приказа от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен>» О наложении дисциплинарного взыскания», отмене дисциплинарного взыскания в виде замечания - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Свердловский районный суд 

<

адрес обезличен> в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья: В.С. Сасин

Решение суда в окончательной форме изготовлено 

<

Дата обезличена>