Гражданское дело № 2-183/2021

УИД 28RS0012-01-2021-000413-29

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 июля 2021 года п. Магдагачи

Амурской области

Магдагачинский районный суд Амурской области в составе: 

председательствующего судьи Е.А. Мельник,

при секретаре Т.Н. Овчинниковой,

с участием:

истца АО «ННК-Амурнефтепродукт» в лице представителя ФИО8,

ответчиков ФИО1, ФИО2, ФИО3,

их представителя ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску АО «ННК-Амурнефтепродукт» к ответчикам ФИО6 ФИО28, ФИО2 ФИО29, ФИО3 ФИО30 о возмещении материального ущерба, причиненного работником, с которым заключен договор о полной материальной ответственности,

установил:

истец АО «ННК-Амурнефтепродукт» обратился в Магдагачинский районный суд к ответчикам ФИО1, ФИО2, ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного работником, которое обосновано следующим.

Между АО «ННК-Амурнефтепродукт» и ответчиками были заключены трудовые договоры, в соответствии с которыми они были приняты на должность операторов товарных 2 разряда в товарно-транспортный цех УРМ Тыгда/Тыгдинская нефтебаза. С ответчиками в соответствии со ст. 244 ТК РФ и нормами Постановления Минтруда РФ от 31.12.2002 № был заключен договор о полной коллективной материальной ответственности от 20.06.2019. Согласно вышеуказанному Постановлению работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного ему имущества с работниками, осуществляющими перевозку, прием и выдачу материальных ценностей. В результате проведенных 11.09.2020, 15.09.2020, 30.09.2020, 30.10.2020, 30.11.2020 инвентаризаций на Тыгдинской нефтебазе выявлены следующие недостачи нефтепродуктов: 

за период с 01.09.2020 по 11.09.2020 бензин автомобильный марки АБ-80, Аи-92, дизельное топливо на сумму 599 373,06 рублей;

за период с 12.09.2020 по 15.09.2020 бензин автомобильный марки АБ-80, Аи-92, дизельное топливо на сумму 104 960,28 рублей;

за период с 16.09.2020 по 30.09.2020 бензин автомобильный марки АБ-80 на сумму 25 715,63 рублей;

за период с 01.10.2020 по 30.10.2020 бензин автомобильный марки АБ-80, Аи-95 на сумму 88 550,81 рублей;

за период с 01.11.2020 по 30.11.2020 бензин автомобильный марки АБ-80 на сумму 70338,29 рублей.

По результатам вышеуказанных инвентаризаций истцом проведено служебное расследование. Согласно заключению служебного расследования по факту недостачи нефтепродуктов на Тыгдинской нефтебазе от 09.02.2021, основной причиной образования недостачи нефтепродуктов являются нарушения ответчиками п. 4.1. Регламента № 00031 «По учету нефти и нефтепродуктов при их поступлении, хранении и отпуске на нефтебазах, НПЗ и автозаправочных станциях (комплексах)», утвержденного приказом от 10.10.2018 № 00777, приложения №28 рабочей инструкции оператора товарного 3 разряда №5 от 16.03.2020, ответчиками учёт нефтепродуктов надлежащим образом не вёлся, в ежесуточные сменные балансовые отчеты вносились не истинные остатки нефтепродуктов, а фактические остатки подгонялись и вносились методом подбора, исходя из бухгалтерских остатков. Следовательно, ответчики умышленно искажали данные по обороту нефтепродуктов на нефтебазе. Своими действиями ответчики за период с 11.09.2020 по 30.11.2020 причинили истцу прямой действительный ущерб на общую сумму 888938,06 рублей.

Истец распределил общую сумму ущерба между членами коллектива операторов товарных Тыгдинской нефтебазы согласно отработанного времени каждого члена коллектива в период с 01.09.2020 по 30.11.2020.

В соответствии со ст. 232 ТК РФ сторона трудового договора, причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб, согласно ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб в полном размере.

Просит суд взыскать с ФИО6 ФИО28 в пользу АО «ННК-Амурнефтепродукт» в счет возмещения ущерба 336187,26 рублей.

Взыскать с ФИО2 ФИО29 в пользу АО «ННК-Амурнефтепродукт» в счет возмещения ущерба 402166,46 рублей.

Взыскать с ФИО3 ФИО30 в пользу АО «ННК-Амурнефтепродукт» в счет возмещения ущерба 150584,34 рублей.

Взыскать с ответчиков в пользу АО «ННК-Амурнефтепродукт» расходы по госпошлине в размере 12089 рублей.

От ответчиков поступили письменные возражения на исковое заявление, согласно которым с заявленными требованиями не согласны по следующим основаниям. Согласно п. 4 Постановления Пленума Верховною Суда РФ от применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда: вина работника в причинении ущерба: причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Недоказанность одного из указанных обстоятельств исключает материальную ответственность работника.

Договор о полной коллективной материальной ответственности от 20 июня 2019 года не может считаться заключенным, так как в нарушение пунктов 1,2 и 1.5 данного договора приказ о формировании коллектива работников, назначении руководителя коллектива и возложения на них материальной ответственности за сохранность определенного имущества работодателем не изданы, соответственно члены коллектива с ними не ознакомлены.

Ненадлежащее оформление договора является безусловным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании причиненного ущерба.

По правилам статей 246, 217, 248 ТК РФ размер ущерба, причиненного работодателю при утрате и порче имущества, определяется по фактическим потерям, исчисляемым исходя из рыночных цен, действующих в данной местности на день причинения ущерба, но не ниже стоимости имущества по данным бухгалтерского учета с учетом степени износа этого имущества.

До принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт.

Oт ответчиков не были взяты объяснительные по результатам инвентаризаций от 30.10 2020 и 30.11.2020.

Вывод истца о том, что ответчики умышленно искажали данные по обороту нефтепродуктов на нефтебазе и своими действиями за период с 11.09.2020 г. по 30.11.2020 причинили истцу прямой действительный ущерб на общую сумму 888938 рублей 06 копеек не подтвержден достоверными и обоснованными доказательствами.

В качестве доказательств размера недостачи истец прилагает к исковому заявлению сличительные ведомости по результатам каждой инвентаризации.

Но данные сличительные ведомости выведены программой 1С после того, как в нее были введены результаты снятия остатков нефтепродуктов по каждой инвентаризации. Какие исходные данные по приходу и расходу нефтепродуктов на Тыгдинской нефтебазе за периоды времени, по которым проводились инвентаризации, были введены в данную программу неизвестно.

Вполне возможно, что какие-то данные просто небыли введены (сработал человеческий фактор). Возможно, что часть нефтепродуктов, которая была отпущена другим организациям, на тот момент не была ими оплачена и программа 1С в данном случае не ставит их в расход.

То, что в программу 1С были введены недостоверные исходные данные или данная программа работает со сбоями, подтверждается сличительными ведомостями, оформленными данной программой по результатам инвентаризаций.

По результатам инвентаризации от 11.09.2020 г.: недостача всех нефтепродуктов - 18918 кг, и это за 11 дней за период с 01.09.2020 г. по 11.09.2020 г. По данным инвентаризации от 24.01.2020 г. выявлены излишки всех видов топлива общим весом более 11 тонн. Аналогичная ситуация и по результатам инвентаризации от 31.12.2020 г.

По результатам инвентаризации от 15.09.2020 г. за 4 дня (период инвентаризации с 12.09.2020 г. по 15.09.2020 г.) недостача: бензин автомобильный марки АБ-80 - 1582 кг, бензин автомобильный Аи-92 3546 кг, бензин автомобильный Аи-95 - 1711 кг., дизельное топливо летнее резервуар РВС-700 Х №20 - 6862 кг, а в резервуаре РВС-700 № 28 излишки летнего дизельного топлива - 4541 кг. И программа 1С указывает в разделе «отклонение с учетом пересортицы» недостачу нефтепродуктов – 0160 кг учитывает недостачу в пределах нормы погрешности измерений массы – 7337 кг, выставляет окончательную недостачу – 1822 кг, и это за 4 дня.

По результатам инвентаризации от 30.09.2020: недостача бензина автомобильного марки АБ-80 – 1782 кг программа 1С учитывает его недостачу в пределах нормы погрешности измерений массы – 1290 кг, выставляет окончательную недостачу – 91 кг. При этом программа 1С указывает недостачу летнего дизельного топлива – 2051 кг, и всю недостачу учитывает в пределах нормы погрешности измерений массы.

По результатам инвентаризации от 30.10.2020 г.: излишки нефтепродуктов – 4154 кг, недостача – 3994 кг. Им вменяется недостача бензина автомобильный марки АБ-80 весом 806 кг, Аи-92 весом 755 кг и при этом оприходованы излишки дизельного топлива зимнего весом 1831 кг.

По результатам инвентаризации от 30.11.2020 излишки нефтепродуктов – 8811 кг, недостача 7978 кг, вменяется недостача бензина автомобильного марки АБ-80 весом 1343 кг, при этом оприходованы излишки дизельного топлива зимнего весом 1517 кг.

Каким образом программа 1С выдала такие данные – непонятно. Суду не предоставлены данные об остатках на начало каждой инвентаризации, накладные о количестве поступивших нефтепродуктов, накладные о количестве нефтепродуктов отпущенных с нефтебазы по периодам каждой инвентаризации или сведения об этом из электронной базы бухгалтерии АО «ННК-Амурнефтепродукт».

Истец утверждает, что согласно заключению служебного расследования от 09.02.2021 г. основной причиной недостачи нефтепродуктов является нарушение ответчиками п. 4.1 Регламента № 0031 «По учету нефти и нефтепродуктов при их поступлении, хранении и отпуске на нефтебазах, НПЗ и автозаправочных станциях (комплексах)»» и приложения № 28 рабочей инструкции оператора товарного 3 разряда от 16.03.2020 г., а именно то, что ответчиками учет нефтепродуктов надлежащим образом не велся, в ежесуточные сменные балансовые отчеты ими вносились не истинные остатки нефтепродуктов, а фактические остатки подгонялись и вносились методом подбора исходя из бухгалтерских остатков. На основании этого истец делает вывод о том, что ответчики умышленно искажали данные по обороту нефтепродуктов на нефтебазе и своими действиями за период с 11.09.2020 г. по 30.11.2020 г. причинили истцу прямой действительный ущерб на общую сумму 888938 рублей 06 копеек.

Но искажение данных по обороту нефтепродуктов не приводит к реальному уменьшению их количества, то есть их недостача существует только на бумаге, а уменьшения имущества истца на вышеуказанную сумму в реальности не произошло.

Порядок проведения инвентаризации нефтепродуктов на нефтебазах по прежнему регламентируется «Инструкцией о порядке поступления, хранения, отпуска и учета Нефти н нефтепродуктов на нефтебазах, наливных пунктах и автозаправочных станциях системы Госкомнефтепродукта СССР», утверждённой Госкомнефтепродуктом СССР 15.08.1985 г. № 06/21-8-446. Согласно пункту 9.27. взаимный зачет излишков и недостач в результате пересортицы может быть допущен только в виде исключения за одни и тот же проверяемый период, у одного и того же проверяемого лица, в отношении товарно-материальных ценностей одною и того же наименования и в тождественных количествах. Такой зачет может быть допущен в отношении одной и той же группы товарно-материальных ценностей, если входящие в ее состав ценности имеют сходство по внешнему виду или упакованы в одинаковую тару (при отпуске их без распаковки тары). По допущенной пересортице материально-ответственные лица представляют подробные объяснения.

Пункт 9.28. Предложения о возможности взаимного зачета пересортицы рабочей инвентаризационной комиссией представляются на рассмотрение постоянно действующей комиссии и окончательно решаются руководителем предприятия или организации нефтепродуктообеспечеиия, который после изучения всех представленных материалов принимает соответствующее решение о зачете.

Пункт 9.29. В том случае, когда при зачете недостач излишками по пересортице стоимость недостающих ценностей выше стоимости ценностей, оказавшихся в излишке, эта разница стоимости должна быть отнесена на виновных лиц.

Пункт 9.30. если конкретные виновники пересортицы не установлены, то суммовые разницы рассматриваются как недостачи сверх норм убыли и списываются на издержки обращения в порядке, предусмотренном пунктом 9.37 настоящей Инструкции.

На разницы в стоимости от пересортицы в сторону недостачи, образовавшиеся не по вине материально ответственных лиц, в протоколах инвентаризационной комиссии должны быть даны исчерпывающие объяснения о причинах, по которым такие разницы не могут быть отнесены на виновных лиц.

Пункт п.33. По всем излишкам и недостачам нефтепродуктов сверх установленных норм рабочей инвентаризационной комиссией должны быть получены письменные объяснения соответствующих работников. На основании представленных объяснений и материалов постоянно действующая инвентаризационная комиссия устанавливает характер выявленных недостач, потерь и порчи продуктов, а также их излишков.

Пункт 9.34. Постоянно действующая инвентаризационная комиссия проверяет правильность составления сличительных ведомостей и свои заключения, предложения по результатам инвентаризации отражает в протоколе. В протоколе приводятся подробные сведения о причинах и виновниках недостач, потерь и излишков, указывается, какие меры приняты в отношении к виновным лицам, а также приводятся предложения по регулированию расхождении фактического наличия нефтепродуктов против, данных бухгалтерского учета.

Данные положения Инструкции о порядке поступления, хранения, отпуска и учета нефти и Нефтепродуктов на нефтебазах, наливных пунктах и автозаправочных станциях системы Госкомнефтепродукта СССР, полностью включены в пункты 7.24. 7.27. 7.28. 7.29 Регламента № 0031 «По учету нефти и нефтепродуктов при их поступлении, хранении и отпуске на нефтебазах, НПЗ и автозаправочных станциях (комплексах)», утвержденною приказом OA «ННК-Амурнефтепродукт» от 10.10.2018 г. Ш 00777.

В нарушение вышеуказанных требований инвентаризационной комиссией протоколы по результатам инвентаризаций содержащих вышеуказанные сведения не составлялись. Решение руководства АО «ННК-Амурнефтепродукт» о зачете пересортицы нефтепродуктов также отсутствует. Из имеющихся в материалах дела документов определить товарно-материальные ценности, принадлежащие истцу, их количество по данным учета и фактически имеющееся в наличии, с выведением остатков, из которых можно определить сумму недостачи, не представляется возможным.

Истцом суду не представлены приходные и расходные накладные с указанием веса нефтепродуктов.

На это указывает и ведущий специалист Управления правовой и корпоративной работы АО «ННК-Амурнефтепродукт» ФИО7 в своем заключении по результатам инвентаризаций и проведенному служебному расследованию, а именно служебным расследованием не установлена их вина в образовании недостачи, в заключении служебного расследования нет конкретных ссылок на документы и действия, которые привели к образованию недостачи, не доказано фактическое отсутствие нефтепродукта на Тыгдинской нефтебазе.

Доказательством того, что по результатам инвентаризаций действительно отсутствует то количество нефтепродуктов, которое указано в сличительных ведомостях, может быть только, если из количества поступивших нефтепродуктов по накладным за данный период с учетом остатков на начало каждой инвентаризации вычесть количество нефтепродуктов отпущенных с нефтебазы по накладным за этот же период. Тогда точно можно увидеть какое количество нефтепродуктов должно находиться на нефтебазе па момент инвентаризации.

Из имеющихся в материалах дела документов не представляется возможным определить количество нефтепродуктов по данным бухгалтерского учета, принадлежащих истцу, и фактически имеющееся в наличии, с выведением остатков, из которых можно определить сумму недостачи.

Представленные истцом в подтверждение недостачи документы не являются бесспорными доказательствами, подтверждающими как размер недостачи, так и вину ответчиков в ее образовании.

Из заключения служебного расследования от 09.02.2021 г. следует, что имеются обстоятельства, исключающие материальную ответственность ответчиков как работников АО «ННК-Амурнефтепродукт», а именно, со стороны работодателя не исполнена обязанность по созданию надлежащих условии для хранении и учета имущества, а также не исполнена обязанность надлежащего ведения финансово-хозяйственной документация.

Считают, что основания для удовлетворения исковых требований АО «ННК-Амурнефтепродукт» отсутствуют.

В судебном заседании представитель истца АО «ННК-Амурнефтепродукт» на заявленных требованиях настаивает, считает, что вина ответчиков установлена и доказана и они подлежат к привлечению к материальной ответственности. Ответчики были приняты на работу, прошли обучение, приказом от 20 июня 2019 года был назначен руководитель бригады ФИО3 С приказом ФИО3 была ознакомлена, доказательств ознакомления нет. Вместе с тем, ответчики допустили нарушения инструкции, не вносили достоверные данные по топливу, что послужило выявлению недостачи. Объяснения по факту выявления недостачи с ответчиков были запрошены 03 февраля 2021 года по телефону, 05 февраля 2021 года был зачитан акт о непредставлении письменного объяснения также по телефону. Доказательств, в том числе распечатки телефонных звонков не имеется. Акт по почте не направлялся, так как это было решение руководителя. 

Ответчики ФИО1, ФИО2, ФИО3 с требованиями не согласны, поддержали возражение. Дополнительно суду показали, что приказа о назначении руководителя бригады не было, с ним их не знакомили. Письменного объяснения никто не предлагал представить, работодатель им не звонил ни 03, ни 05 февраля 2021 года.

Представитель ответчиков ФИО5 поддержал своих доверителей, дополнительно суду показал, что ответчикам вменяют нарушение должностной инструкции и нарушения п. 4.1. Регламента, в указанном абзаце 14 пунктов, какие именно вменяются ответчикам не понятно. При проведении служебного расследования не выяснялись иные вопросы возникновения недостачи, не проверена причина возникновения излишек, сбоя программы и потерь через железнодорожный транспорт. Считает, что ущерба нет, проведенное служебное расследование не подтверждает вину ответчиков в образовании недостачи. Договор о полной материальной ответственности не может быть основанием для взыскания ущерба, так как приказ о назначении бригадира не оглашался, не вручался, объяснения с ответчиков никто не брал, не звонил. Просит в требованиях отказать.

Свидетель Свидетель №1 суду показала, что на проведении инвентаризации Тыгдинской нефтебазы не участвовала, но проводила анализ по проведению инвентаризации 11 сентября 2020 года. При проведении анализа было установлено, что операторы умышленно не вносили фактические данные по топливу.

Свидетель ФИО20 суду показала, что участвовала при проведении инвентаризации Тыгдинской нефтебазы 11 сентября 2020 года фиксировала остатки, которые находились на хранении. Проводили замеры в соответствие с регламентом, расхождений не было.

Свидетель ФИО11 суду показал, что в сентябре 2020 года участвовал при проведении инвентаризации в Тыгдинской нефтебазе при проведении измерений, была установлена недостача топлива. По итогам составлялись документы, которые он подписывал.

Свидетель Свидетель №3 суду показал, что при проведении инвентаризаций на нефтебазе был участником. 11 сентября 2020 года его не приглашали, ознакомили с результатом, на резервуары не ходил, замеры не делал. Резервуар № 30,31 построены с нарушением, отсутствовала замерная труба, потом ее сделали, но она без перфорации и замеры плавают о 0 до 20 мм, точный размер сделать невозможно, возникает погрешность. Резервуар № 19 стоит на песчаной поверхности на заболоченной местности, имеется крен, замеры получаются некорректные. Указанную проблему руководство знает, сведения доводятся на селекторном совещании.

Свидетель ФИО13 суду показал, что участвовал при проведении инвентаризации на Тыгдинской нефтебазе, смотрел как делали замеры, подписывал документы. При этом присутствовали операторы, ФИО22, Свидетель №3, больше никого не было.

Свидетель ФИО22 суду показала, что в сентябре 2020 года участвовала при проведении инвентаризации на нефтебазе. Приезжала комиссия из г. Благовещенска ФИО20, ознакомили с приказом, сняли остатки, провели замеры, внесли данные в программу и вывели отчет, была выявлена недостача, проводили повторные замеры, отличий не было. Резервуары не все соответствуют требованиям, слышала, что в новых резервуарах трубы без перфорации.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч.1 ст. 232 Трудового Кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.

Статьей 233 ТК РФ определены условия, при наличии которых возникает материальная ответственность стороны трудового договора, причинившей ущерб другой стороне этого договора. В соответствии с этой нормой материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Главой 39 Трудового кодекса Российской Федерации урегулированы отношения, связанные с возложением на работника, причинившего работодателю имущественный ущерб, материальной ответственности, в том числе установлены пределы такой ответственности.

В силу части 1 статьи 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (часть 2 статьи 238 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 239 ТК РФ материальная ответственность работника исключается в случаях возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику.

Согласно статье 241 ТК РФ за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 ТК РФ).

Частью 2 статьи 242 ТК РФ установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях: 1) когда в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; 2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; 3) умышленного причинения ущерба; 4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; 5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; 6) причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом; 7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами; 8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей. Материальная ответственность в полном размере причиненного работодателю ущерба может быть установлена трудовым договором, заключаемым с заместителями руководителя организации, главным бухгалтером (статья 243 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 244 ТК РФ предусмотрено, что письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности (пункт 2 части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации), то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.

До принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт. Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации (статья 247 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, данным судам в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действий или бездействия) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Как установлено в судебном заседании из материалов дела, 10 января 2019 года АО «ННК-Амурнефтепродукт» и ФИО3 ФИО30 заключили трудовой договор, в соответствии с которым ФИО3 была принята на должность оператора товарного 2 разряда в товарно-транспортный цех УРМ Тыгда, место работы определено – ст.Тыгда, ул.Станционная 66, на неопределенный срок.

15 апреля 2019 года АО «ННК-Амурнефтепродукт» и ФИО6 ФИО28 заключили трудовой договор, в соответствии с которым ФИО1 была принята на должность оператора товарного 2 разряда в товарно-транспортный цех УРМ Тыгда, место работы определено – ст.Тыгда, ул.Станционная 66, на период временной нетрудоспособности ФИО15

20 июня 2019 года АО «ННК-Амурнефтепродукт» и ФИО2 ФИО29 заключили трудовой договор, в соответствии с которым ФИО4 была принята на должность оператора товарного 2 разряда в товарно-транспортный цех УРМ Тыгда, место работы определено – ст.Тыгда, ул.Станционная 66, на неопределенный срок.

Согласно условиям данных трудовых договоров конкретный вид поручаемой работнику работы определен должностной инструкцией, работникам установлены пятидневная рабочая неделя с продолжительностью рабочего времени – 40 часов в неделю с выходными днями – суббота и воскресенье. За выполнение трудовой функции работникам установлена часовая тарифная ставка в размере 52,94 рублей, надбавки, доплаты к часовой тарифной ставке в месяц.

Согласно представленным истцом копиям свидетельств о профессии рабочего, решением аттестационной комиссии от 24 января 2019 года ФИО3 присвоен 3 квалификационный разряд по профессии оператор товарный, решением аттестационной комиссии от 25.07.2019 ФИО2 присвоен 3 квалификационный разряд по профессии оператор товарный, решением аттестационной комиссии от 31.05.2019 присвоен 3 квалификационный разряд по профессии оператор товарный.

Должностные обязанности оператора товарного 3 разряда товарно-транспортного цеха УРМ Тыгда (Тыгдинской нефтебазы) установлены рабочей инструкцией, утвержденной 16 марта 2020 года начальником управления по эксплуатации нефтебаз ФИО17, к которым в том числе, относятся ведение первичного учета, составление и предоставление в установленном порядке отчетов о движении и остатках вверенных ему материальных ценностей. 

14 августа 2020 года между АО «ННК-Амурнефтепродукт» и членами коллектива (бригады) товарно-транспортного цеха УРМ Тыгда в лице бригадира ФИО3 оператора товарного 3 разряда заключен договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности, в соответствии с которым коллектив (бригада) принимает на себя материальную ответственность за необеспечение сохранности имущества и других ценностей, переданных ему для приема, хранения и отпуска товарно-материальных ценностей. Договор подписан ФИО3, ФИО1, ФИО2, указано, что ФИО1, ФИО2 согласны с выбором руководителя коллектива (бригады).

Согласно п.3.1 договора о коллективной (бригадной) материальной ответственности от 14.08.2020 приемка ценностей, ведение учета и предоставление отчетности о движении ценностей осуществляется в установленном порядке руководителем коллектива (бригады). Согласно п.4.1 договора основанием для привлечения членов коллектива к материальной ответственности является материальный ущерб, причиненный недостачей, подтвержденный инвентаризационной ведомостью.

В обоснование заявленных исковых требований истец указывает, что в результате проведенных 11.09.2020, 15.09.2020, 30.09.2020, 30.10.2020, 30.11.2020 инвентаризаций на Тыгдинской нефтебазе выявлены недостачи нефтепродуктов.

Из материалов дела следует, что на основании приказа и.о.генерального директора АО «ННК-Амурнефтепродукт» ФИО18 от 12.10.2020 № 00662 назначена комиссия по проведению служебного расследования на Тыгдинской нефтебазе АО «ННК-Амурнефтепродукт».

В ходе служебного расследования установлена недостача нефтепродуктов: за периоды с 01.09.2020 по 11.09.2020 бензин марки Аб-80 – 3402 кг, Аи-92 – 2185 кг, дизельное топливо – 5,276 кг; за период с 12.09.2020 по 15.09.2020 бензин марки Аб-80 – 365 кг, Аи-92 – 1349 кг, дизельное топливо – 108 кг; за период с 16.09.2020 по 30.09.2020 бензин марки Аб-80 – 491 кг; за период с 01.10.2020 по 30.10.2020 бензин марки Аб-80 – 806 кг, Аи-95 – 755 кг; за период с 01.11.2020 по 30.11.2020 бензин марки Аб-80 – 1343 кг. В результате недостачи истцу причинен материальный ущерб на общую сумму 888938,06 рублей.

Согласно заключению служебного расследования по факту недостачи нефтепродуктов на Тыгдинской нефтебазе, утвержденному 09 февраля 2021 года генеральным директором АО «ННК-Амурнефтепродукт», основной причиной образования недостач нефтепродуктов является то, что при составлении ежесуточного сменного балансового отчета операторами товарными ФИО9, ФИО2, ФИО3 вносятся не истинные остатки нефтепродуктов, расхождения значений фактического наличия нефтепродуктов с бухгалтерскими остатками не выявляются. Фактические остатки вносятся методом подбора, исходя из бухгалтерских остатков.

В добровольном порядке ответчиками материальный ущерб в указанном размере работодателю не возмещен.

Согласно ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Давая оценку обоснованности доводам истца о наличии у ответчиков материальной ответственности за недостачу вверенного им имущества, суд приходит к следующему.

Частями 1 и 2 статьи 245 ТК РФ определено, что при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере, может вводиться коллективная (бригадная) материальная ответственность. Письменный договор о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба заключается между работодателем и всеми членами коллектива (бригады).

По договору о коллективной (бригадной) материальной ответственности ценности вверяются заранее установленной группе лиц, на которую возлагается полная материальная ответственность за их недостачу. Для освобождения от материальной ответственности член коллектива (бригады) должен доказать отсутствие своей вины (часть 3 статьи 245 ТК РФ).

При добровольном возмещении ущерба степень вины каждого члена коллектива (бригады) определяется по соглашению между всеми членами коллектива (бригады) и работодателем. При взыскании ущерба в судебном порядке степень вины каждого члена коллектива (бригады) определяется судом (часть 4 статьи 245 ТК РФ).

Согласно ч. 2 ст. 244 ТК РФ перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовые формы этих договоров утверждаются в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 14 ноября 2002 г. N 823 "О порядке утверждения перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности" Министерству труда и социального развития Российской Федерации поручено, в том числе, разработать и утвердить перечень работ, при выполнении которых может вводиться полная коллективная (бригадная) материальная ответственность за недостачу вверенного работникам имущества, а также типовую форму договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности.

Такой перечень работ, при выполнении которых может вводиться полная коллективная (бригадная) материальная ответственность за недостачу вверенного имущества, и типовая форма договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности утверждены постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 г. N 85 (приложения N 3 и 4 соответственно к названному постановлению).

Как следует из содержания типовой формы договора о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности (приложение N 4), решение работодателя об установлении полной коллективной (бригадной) материальной ответственности оформляется приказом (распоряжением) работодателя и объявляется коллективу (бригаде). Приказ (распоряжение) работодателя об установлении полной коллективной (бригадной) материальной ответственности прилагается к договору о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности. Комплектование вновь создаваемого коллектива (бригады) осуществляется на основе принципа добровольности. При включении в состав коллектива (бригады) новых работников принимается во внимание мнение коллектива (бригады). Руководитель коллектива (бригадир) назначается приказом (распоряжением) работодателя. При этом принимается во внимание мнение коллектива (бригады). При смене руководства коллектива (бригадира) или при выбытии из коллектива (бригады) более 50 процентов от его первоначального состава договор должен быть перезаключен. Договор не перезаключается при выбытии из состава коллектива (бригады) отдельных работников или приеме в коллектив (бригаду) новых работников. В этих случаях против подписи выбывшего члена коллектива (бригады) указывается дата его выбытия, а вновь принятый работник подписывает договор и указывает дату вступления в коллектив (бригаду).

Если иск о возмещении ущерба заявлен по основаниям, предусмотренным статьей 245 Трудового кодекса Российской Федерации (коллективная (бригадная) материальная ответственность за причинение ущерба), суду необходимо проверить, соблюдены ли работодателем предусмотренные законом правила установления коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также ко всем ли членам коллектива (бригады), работавшим в период возникновения ущерба, предъявлен иск. Если иск предъявлен не ко всем членам коллектива (бригады), суд, исходя из статьи 43 ГПК РФ, вправе по своей инициативе привлечь их к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, поскольку от этого зависит правильное определение индивидуальной ответственности каждого члена коллектива (бригады). Определяя размер ущерба, подлежащего возмещению каждым из работников, суду необходимо учитывать степень вины каждого члена коллектива (бригады), размер месячной тарифной ставки (должностного оклада) каждого лица, время, которое он фактически проработал в составе коллектива (бригады) за период от последней инвентаризации до дня обнаружения ущерба (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю").

Из приведенных положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пунктах 4 и 14 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие имущественного ущерба у работодателя, противоправность действия (бездействия) работника, причинная связь между противоправным действием (бездействием) работника и имущественным ущербом у работодателя, вина работника в совершении противоправного действия (бездействия), если иное прямо не предусмотрено Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом.

Коллективная (бригадная) ответственность работников за причинение ущерба работодателю может вводиться только при совместном выполнении работниками отдельных видов работ, связанных с хранением, обработкой, продажей (отпуском), перевозкой, применением или иным использованием переданных им ценностей, когда невозможно разграничить ответственность каждого работника за причинение ущерба и заключить с ним договор о возмещении ущерба в полном размере. При этом коллективная (бригадная) материальная ответственность работников за причинение ущерба работодателю возникает лишь в случае, когда все члены коллектива (бригады) добровольно принимают на себя такую ответственность. Одним из оснований для возложения на коллектив работников материальной ответственности в полном размере за ущерб, причиненный работодателю, является наличие единого письменного договора о коллективной (бригадной) материальной ответственности, заключенного со всеми членами коллектива (бригады) работников, в соответствии с типовой формой договора о полной коллективной материальной ответственности, утвержденной постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 г. N 85. Обязанность же доказать наличие оснований для заключения договора о коллективной (бригадной) материальной ответственности за причинение ущерба и соблюдение правил заключения такого договора возложена законом на работодателя. Невыполнение работодателем требований трудового законодательства о порядке и условиях заключения договора о коллективной (бригадной) материальной ответственности является основанием для освобождения работника от обязанности возместить причиненный по его вине ущерб в полном объеме, превышающем его средний месячный заработок.

При взыскании с коллектива (бригады) работников причиненного работодателю материального ущерба в судебном порядке суду необходимо проверить, соблюдены ли работодателем предусмотренные законом правила установления коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также определить степень вины в причинении ущерба работодателю каждого члена коллектива (бригады) работников.

Таким образом, к обстоятельствам, имеющим значение для правильного разрешения настоящего спора, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, относятся: наличие прямого действительного ущерба у работодателя – АО «ННК-Амурнефтепродукт» и его размер; наличие оснований для привлечения работников АО «ННК-Амурнефтепродукт» к ответственности в полном размере причиненного ущерба; соблюдение работодателем предусмотренных законом правил установления коллективной (бригадной) материальной ответственности коллектива Тыгдинской нефтебазы АО «ННК-Амурнефтепродукт»; противоправность действий или бездействия работников АО «ННК-Амурнефтепродукт», входящих в состав коллектива (бригады) работников нефтебазы, с которым работодателем был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности; причинная связь между поведением этих работников, и наступившим у АО «ННК-Амурнефтепродукт» ущербом; степень вины каждого члена коллектива (бригады) работников в причинении ущерба АО «ННК-Амурнефтепродукт».

Имеющаяся в материалах дела копия договора о полной коллективной материальной ответственности от 14 августа 2020 года не соответствует требованиям, установленным постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 г. N 85, а именно договор не содержит перечня всех членов коллектива, которые приняли условие о полной материальной ответственности и к которым может быть применена такая ответственность; из содержания договора невозможно установить, кто из работников и когда включался в состав коллектива (бригады) и исключался из него, учитывалось ли мнение коллектива (бригады) по включению в его состав новых работников; каким образом осуществлялся прием, хранение и передача имущества, товарно-материальных ценностей. В материалы дела представлен приказ начальника управления по работе с персоналом №901-к от 20.06.2019 о назначении руководителя коллектива (бригады), согласно которому ФИО3 назначена руководителем коллектива (бригады) товарно-транспортного цеха УРМ Тыгда, включены в состав коллектива (бригады) операторы товарные 3 разряда ФИО1, ФИО2, при этом сведений об ознакомлении указанных лиц с данным приказом не имеется. 

Согласно части 2 статьи 11 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Федеральный закон от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ) при инвентаризации выявляется фактическое наличие соответствующих объектов, которое сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета.

В части 3 статьи 11 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ определено, что случаи, сроки и порядок проведения инвентаризации, а также перечень объектов, подлежащих инвентаризации, определяются экономическим субъектом, за исключением обязательного проведения инвентаризации. Обязательное проведение инвентаризации устанавливается законодательством Российской Федерации, федеральными и отраслевыми стандартами.

Выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием объектов и данными регистров бухгалтерского учета подлежат регистрации в бухгалтерском учете в том отчетном периоде, к которому относится дата, по состоянию на которую проводилась инвентаризация (часть 4 статьи 11 Федерального закона от 6 декабря 2011 г. N 402-ФЗ).

Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29 июля 1998 г. N 34н утверждено Положение по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, пунктом 27 которого установлены случаи обязательного проведения инвентаризации.

В соответствии с пунктами 26, 28 названного положения для обеспечения достоверности данных бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности организации обязаны проводить инвентаризацию имущества и обязательств, в ходе которой проверяются и документально подтверждаются их наличие, состояние и оценка.

Порядок (количество инвентаризаций в отчетном году, даты их проведения, перечень имущества и обязательств, проверяемых при каждой из них, и т.д.) проведения инвентаризации определяется руководителем организации, за исключением случаев, когда проведение инвентаризации обязательно.

При этом выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учета отражаются на счетах бухгалтерского учета.

Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 июня 1995 г. N 49 утверждены Методические указания по инвентаризации имущества и финансовых обязательств (далее - Методические указания).

Согласно п.1.6 Методических указаний в соответствии с Положением о бухгалтерском учете и отчетности в Российской Федерации при коллективной (бригадной) материальной ответственности инвентаризации проводятся при смене руководителя коллектива (бригадира), при выбытии из коллектива (бригады) более пятидесяти процентов его членов, а также по требованию одного или нескольких членов коллектива (бригады).

Согласно п.2.4 Методических указаний до начала проверки фактического наличия имущества инвентаризационной комиссии надлежит получить последние на момент инвентаризации приходные и расходные документы или отчеты о движении материальных ценностей и денежных средств.

Председатель инвентаризационной комиссии визирует все приходные и расходные документы, приложенные к реестрам (отчетам), с указанием "до инвентаризации на «(дата)», что должно служить бухгалтерии основанием для определения остатков имущества к началу инвентаризации по учетным данным.

Материально ответственные лица дают расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход. Аналогичные расписки дают и лица, имеющие подотчетные суммы на приобретение или доверенности на получение имущества.

Проверка фактического наличия имущества производится при обязательном участии материально ответственных лиц (п.2.8).

Сведения о фактическом наличии имущества и реальности учтенных финансовых обязательств записываются в инвентаризационные описи или акты инвентаризации не менее чем в двух экземплярах.

Инвентаризационная комиссия обеспечивает полноту и точность внесения в описи данных о фактических остатках основных средств, запасов, товаров, денежных средств, другого имущества и финансовых обязательств, правильность и своевременность оформления материалов инвентаризации.

Фактическое наличие имущества при инвентаризации определяют путем обязательного подсчета, взвешивания, обмера.

Руководитель организации должен создать условия, обеспечивающие полную и точную проверку фактического наличия имущества в установленные сроки (обеспечить рабочей силой для перевешивания и перемещения грузов, технически исправным весовым хозяйством, измерительными и контрольными приборами, мерной тарой).

По материалам и товарам, хранящимся в неповрежденной упаковке поставщика, количество этих ценностей может определяться на основании документов при обязательной проверке в натуре (на выборку) части этих ценностей. Определение веса (или объема) навалочных материалов допускается производить на основании обмеров и технических расчетов.

При инвентаризации большого количества весовых товаров ведомости отвесов ведут раздельно один из членов инвентаризационной комиссии и материально ответственное лицо. В конце рабочего дня (или по окончании перевески) данные этих ведомостей сличают, и выверенный итог вносят в опись. Акты обмеров, технические расчеты и ведомости отвесов прилагают к описи.

Описи подписывают все члены инвентаризационной комиссии и материально ответственные лица. В конце описи материально ответственные лица дают расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий и принятии перечисленного в описи имущества на ответственное хранение (пункты 2.5- 2.7, 2.10 Методических указаний).

В силу приведенных нормативных положений первичные учетные документы, подлежащие своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учета, и данные инвентаризации, в ходе которой выявляется фактическое наличие товарно-материальных ценностей и сопоставляется с данными регистров бухгалтерского учета, должны быть составлены в соответствии с требованиями законодательства. Так, первичные учетные документы должны содержать обязательные реквизиты, в том числе дату их составления, наименование экономического субъекта, составившего документ, наименование хозяйственной операции, подписи лиц, совершивших хозяйственную операцию, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц. Акты инвентаризации в обязательном порядке подписываются всеми членами инвентаризационной комиссии и материально ответственным лицом, в конце описи имущества материально ответственное лицо дает расписку, подтверждающую проверку комиссией имущества в их присутствии, об отсутствии к членам комиссии каких-либо претензий.

Отступление от этих правил оформления документов влечет невозможность с достоверностью установить факт наступления ущерба у работодателя, определить, кто именно виноват в возникновении ущерба, каков его размер, имеется ли вина работника в причинении ущерба.

Кроме этого, Госкомнефтепродуктом СССР 15.08.1985 N 06/21-8-446 утверждена ныне действующая Инструкция о порядке поступления, хранения, отпуска и учета нефти и нефтепродуктов на нефтебазах, наливных пунктах и автозаправочных станциях системы Госкомнефтепродукта СССР.

Согласно п.п. 9.4-9.9 указанной Инструкции инвентаризации подлежат все нефтепродукты, находящиеся в резервуарах, нефтепродуктопроводах, бочках, мешках, бидонах, барабанах и т.п., мелкой таре, а на АЗС, кроме того, проверяется фактическое наличие денег и талонов на нефтепродукты.

При инвентаризации определяют фактическое наличие нефти и нефтепродуктов на нефтебазе, наливном пункте, АЗС для сопоставления с данными бухгалтерского учета, определения результатов (недостач, излишков), величины естественной убыли, образовавшихся за межинвентаризационный период.

В территориальных (областных) управлениях, на нефтебазах, в комбинатах (управлениях) автообслуживания создаются постоянно действующие инвентаризационные комиссии в составе:

руководителя или его заместителя (председатель комиссии);

главного бухгалтера;

руководителей структурных подразделений;

представителя общественности.

Для непосредственного проведения инвентаризации нефтепродуктов создаются рабочие комиссии в составе:

представителя руководства нефтебазы, комбината (управления) автообслуживания (председатель комиссии);

работника бухгалтерии и других опытных работников, имеющих навыки инвентаризации нефтепродуктов.

Запрещается назначать председателем рабочей инвентаризационной комиссии у одних и тех же материально ответственных лиц одного и того же работника два раза подряд.

Персональный состав постоянно действующих инвентаризационных комиссий и рабочих инвентаризационных комиссий утверждается приказом руководителя нефтебазы, комбината (управления) автообслуживания.

Согласно п. п.9.16-9.18, 9.23, 9.33 при коллективной (бригадной) материальной ответственности инвентаризация проводится с обязательным участием бригадира или его заместителя и членов бригады, работающих в момент начала инвентаризации.

Руководители предприятий и организаций нефтепродуктообеспечения несут ответственность за правильное и своевременное проведение инвентаризаций нефтепродуктов, денежных средств и талонов. Они обязаны создать условия, обеспечивающие полную и точную проверку фактического наличия ценностей в сжатые сроки.

При инвентаризации определяется количество фактического наличия ценностей каждого их вида (марки) в соответствующих местах хранения.

При снятии остатков нефти и нефтепродуктов составляется инвентаризационная опись по форме N 32-НП (Приложение 23).

В описи указывается:

наименование нефтепродукта, номер резервуара, уровень, плотность и температура - из журнала измерений нефтепродуктов в резервуарах (см. Приложение 7);

масса нефтепродукта в нефтепродуктопроводе - из ведомости (см. Приложение 22), которая прикладывается к инвентаризационной описи;

объем нефтепродукта, определяемый по градуировочным таблицам резервуаров;

содержание воды в нефтепродукте (в процентах) - по данным паспорта качества.

По всем излишкам и недостачам нефтепродуктов сверх установленных норм рабочей инвентаризационной комиссией должны быть получены письменные объяснения соответствующих работников. На основании представленных объяснений и материалов постоянно действующая инвентаризационная комиссия устанавливает характер выявленных недостач, потерь и порчи продуктов, а также их излишков.

Суд полагает, что при проведении инвентаризаций 11.09.2020, 15.09.2020, 30.9.2020, 30.10.2020 и 30.11.2020 допущены нарушения ряда положений указанных нормативно-правовых актов, регулирующих порядок проведения инвентаризации товарно-материальных ценностей.

Так, из материалов дела следует, что на основании приказа генерального директора АО «ННК-Амурнефтепродукт» от 11.09.2020 №17-КРО «О проведении инвентаризации» назначена комиссия для проведения инвентаризации нефтепродуктов 11 сентября 2020 года на складе нефтепродуктов товарно-транспортного цеха УРМ Тыгда в составе председателя комиссии – ведущего специалиста ОЭБ ФИО11, бухгалтера-ревизора ФИО20, причина проверки - контрольная (л.д.62).

На основании распоряжения генерального директора АО «ННК-Амурнефтепродукт» от 10 сентября 2020 года №90 «О проведении инвентаризации» назначена инвентаризационная комиссия в составе ведущего бухгалтера ФИО21, членов комиссии начальника участка ФИО22, специалиста ФИО23, для проведения инвентаризации нефтепродуктов хранящихся в резервуарах, основных средств, товарно-материальных ценностей, числящихся на складах и у подотчетных лиц Тыгдинской нефтебазы, причина инвентаризации – приказ от 03.09.2020 №00590 о проведении годовой инвентаризации, к инвентаризации приступить – 15 сентября 2020 года, окончить -17 сентября 2020 года.

На основании распоряжения начальника нефтебазы участка №5 (Тыгда) от 30 сентября 2020 года №9 «О проведении инвентаризации» назначена инвентаризационная комиссия в составе начальника нефтебазы Свидетель №3, члена комиссии машиниста насосных установок 3 разряда ФИО13 для проведения инвентаризации нефтепродуктов хранящихся в резервуарах товарного цеха Тыгдинской нефтебазы у материально-ответственных лиц операторов товарных 3р. ФИО3, ФИО1, ФИО2, причина инвентаризации – плановая проверка, к инвентаризации приступить и окончить – 30 сентября 2020 года.

На основании распоряжения начальника нефтебазы участка №5 (Тыгда) от 30 октября 2020 года №10 «О проведении инвентаризации» назначена инвентаризационная комиссия в составе начальника нефтебазы Свидетель №3, члена комиссии машиниста насосных установок 3 разряда ФИО13 для проведения инвентаризации нефтепродуктов хранящихся в резервуарах товарного цеха Тыгдинской нефтебазы у материально-ответственного лица оператора товарного 3р. ФИО2, причина инвентаризации – плановая проверка, к инвентаризации приступить и окончить – 30 сентября 2020 года.

На основании приказа и.о. генерального директора АО «ННК-Амурнефтепродукт» от 27 ноября 2020 года №00723 «О проведении инвентаризации» назначено проведении инвентаризации товарно-транспортных цехов всех нефтебаз общества по состоянию на 30 ноября 2020 года. Сведения о составе инвентаризационной комиссии в приказе отсутствуют.

Как видно из распоряжений начальника нефтебазы Свидетель №3 от 30 сентября 2020 года и 30 октября 2020 года, им назначена комиссия для проведения инвентаризации товарного цеха Тыгдинской нефтебазы в составе председателя - начальника нефтебазы и одного члена комиссии – машиниста насосных установок 3 разряда ФИО13 В составе комиссии отсутствует работник бухгалтерии, председателем инвентаризационной комиссии два раза подряд являлся начальник нефтебазы ФИО10 Из содержания инвентаризационной описи нефтепродуктов №000000346 от 30.11.2020 следует, что инвентаризация ТМЦ по состоянию на 30.11.2020 проведена в присутствии материально-ответственных лиц в том же составе – председателя комиссии Свидетель №3, членя комиссии – ФИО13, что противоречит требованиям Инструкции о порядке поступления, хранения, отпуска и учета нефти и нефтепродуктов на нефтебазах, наливных пунктах и автозаправочных станциях системы Госкомнефтепродукта СССР и ставит под сомнение наличие законных оснований для проведения инвентаризации 30 сентября 2020 года, 30 октября 2020 года и 30 ноября 2020 года. 

Из содержания распоряжения начальника нефтебазы ФИО10 от 30.10.2020 №10 следует, что проведение инвентаризации назначено только в отношении одного материального-ответственного лица – оператора товарного ФИО2, по результатам данной проверки выявлена недостача нефтепродуктов, при этом согласно заключению служебного расследования расчет недостачи за октябрь 2020 года произведен по всем членам бригады. 

В нарушение Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, Инструкции о порядке поступления, хранения, отпуска и учета нефти и нефтепродуктов на нефтебазах, наливных пунктах и автозаправочных станциях системы Госкомнефтепродукта СССР, представленные истцом инвентаризационные описи нефтепродуктов содержат незаполненные строки после утверждения результатов инвентаризации, отсутствуют сведения об остатках нефтепродуктов на момент инвентаризации по данным отчета. 

По результатам проведенных инвентаризаций были получены объяснения у операторов товарных ФИО1, ФИО2 только за 11.09.2020 и 15.09.2020, у ФИО3 за сентябрь 2020 года, объяснения по итогам инвентаризаций от 30.09.2020, 30.10.2020, 30.11.2020 у ответчиков не получены.

В судебное заседание истцом представлены акты о не предоставлении письменного объяснения работником (для применения дисциплинарного взыскания) от 05.02.2021, составленные начальником управления по эксплуатации нефтебаз АО «ННК-Амурнефтепродукт» ФИО17, начальником производственно-технического отдела ФИО24, начальником контрольно-ревизионного отдела ФИО25 о том, что 03.02.2021 ФИО3 было предложено представить письменное объяснение по причинам образования недостач нефтепродуктов по итогам инвентаризаций от 30.10.2020 и от 30.11.2020, акт зачитан ФИО17 по телефону 05.02.2021, от предложения направления настоящего акта по почте ФИО3 отказалась, 03.02.2021 ФИО1 было предложено представить письменное объяснение по причинам образования недостач нефтепродуктов по итогам инвентаризаций от 30.10.2020 и от 30.11.2020, акт зачитан ФИО17 по телефону 05.02.2021, от предложения направления настоящего акта по почте ФИО3 отказалась, 03.02.2021 ФИО4 было предложено представить письменное объяснение по причинам образования недостач нефтепродуктов по итогам инвентаризаций от 30.11.2020, акт зачитан ФИО17 по телефону 05.02.2021, от предложения направления настоящего акта по почте ФИО3 отказалась. Суд относится критически к указанным актам, поскольку акты представлены истцом только после направления ответчиками возражений относительно заявленных требований, в имеющемся в деле заключении ведущего специалиста Управления правовой и корпоративной работы ФИО8 по вопросу взыскания с операторов Тыгдинской нефтебазы материального ущерба, адресованное генеральному директору АО «ННК-Амурнефтепродукт» ФИО18, указано, что объяснительных от товарных операторов ФИО3, ФИО1, ФИО2 и начальника нефтебазы Свидетель №3 по недостачам от 30.10.2020 и 30.11.2020 нет. В акте об отказе ФИО2 в предоставлении письменного объяснения, ФИО2 предложено представить объяснение только по итогам инвентаризации от 30 ноября 2020 года. В судебном заседании ответчики пояснили, что предоставить объяснения по фактам недостач 30.10.2020 и 30.11.2020 им никто не предлагал, в том числе по телефону никто из руководства не звонил. Каких-либо достоверных доказательств направления ответчикам предложения представить объяснения, истцом не представлено. Таким образом, данные акты не могут быть признаны надлежащим доказательством выполнения истцом процедуры проведения инвентаризаций.

Согласно объяснительным ФИО1 от 29.09.2020 и 20.10.2020, ФИО3 от 27.10.2020, при инвентаризации ТМЦ 31.08.2020 недостач не было выявлено. 

Согласно объяснениям ФИО1 и ФИО2 от 29.09.2020, оформленных одним документом, по факту внеплановой инвентаризации 11.09.2020 пояснили, что резервуары РВС №204 и РВС №18 находятся на одном трубопроводе, за счет этого в программе 1С произошло задвоение данных по ДТ летнему, при занесении данных в сменный ежесуточный баланс данные отображались неверно, в связи с чем, они не знали о недостаче. По РВС №19 недостача 3402 кг - при замерах данного резервуара (даже когда топливо не раздается) постоянно разные данные по замерам, резервуар находится на заболоченном участке и на песчаной отсыпке, его водит, когда уровень наполнения в резервуаре маленький и приближается к мертвому остатку, то результат идет в худшую сторону. По РВС №30 недостача составила 2185 кг. Данный резервуар невозможно замерять правильно, данные постоянно разные, расхождения от 0 мм до 20 мм. Замерная труба без перфорации, поэтому когда опускаешь рулетку, лот бьется о трубу, дно резервуара не чувствуется, ощущается присутствие постороннего предмета. Базовая высота не отходит с замерами. При установке измерительной системы «струна» замерной люк был перенесен, что и могло повлиять на данные. Просили откалибровать РВС №30 и №31. Замеры производят ежедневно, контроль за учетом нефтепродуктов ведут в программе 1С путем занесения данных в ежесуточный сменный балансовый отчет. Аналогичные объяснения содержатся в объяснительных ФИО1 и ФИО2 от 15.09.2020 и от 20.10.2020.

Согласно объяснительной записке ФИО3 от 28.10.2020, по итогам ревизии нефтепродуктов за сентябрь 2020 года вышла недостача бензина А-80 в количестве 491 кг. Из ежесуточных сменных балансовых отчетов видно, что результаты замеров в РВС №19 имеют большую разницу даже когда нет по нескольку дней отпуска нефтепродуктов. Такая разница в замерах происходит из-за того, что резервуар стоит на заболоченном участке, в 2020 году было очень много осадков, резервуар перекашивает, дно резервуара «играет вверх и вниз», резервуар не зачищался более 3 лет, на дне резервуара имеется вода. Кроме этого, из объяснительной ФИО3 следует, что она находилась в отпуске в период с 07.09.2020 по 29.09.2020, за который были выявлены недостачи нефтепродуктов, при этом сведений, распоряжений работодателя о том, кто в период временного отсутствия ФИО3 исполнял обязанности руководителя бригады, который в соответствии с договором о коллективной материальной ответственности осуществляет приемку ценностей, ведение учета и предоставление отчётности о движении ценностей, в материалах дела не имеется. 

Из содержания заключения служебного расследования по факту недостачи нефтепродуктов на Тыгдинской нефтебазе следует, что недостача нефтепродуктов в указанном выше размере произошла в результате ненадлежащего исполнения своих должностных обязанностей начальником Тыгдинской нефтебазы Свидетель №3 и операторами товарными ФИО3, ФИО1 и ФИО2, при этом однозначно установить наличие либо отсутствие недостачи, конкретных причин возникновения недостачи товара, вину каждого из ответчиков (степень вины) в причинении ущерба, а также причинно-следственную связь между поведением ответчиков и ущербом из данного заключения невозможно, учитывая, что само по себе неправильное ведение учета принятых и отпущенных нефтепродуктов однозначно не свидетельствует об их отсутствии в наличии.

Как указано в заключении служебной проверки основной причиной образования нефтепродуктов является то, что при составлении ежесуточного сменного балансового отчета операторами товарными вносятся не истинные остатки нефтепродуктов, расхождения значений фактического наличия нефтепродуктов с бухгалтерскими остатками не выявляются, фактические остатки вносятся методом подбора, исходя из бухгалтерских остатков, что свидетельствует о нарушении ведения учета товарно-материальных ценностей, а не о фактической недостаче нефтепродуктов, при этом, согласно заключению служебного расследования хищение нефтепродукта при наливе автотранспорта – исключено, факты хищения нефтепродуктов с Тыгдинской нефтебазы при проведении расследования не выявлены.

Кроме этого, истцом в материалы дела представлено заключение ведущего специалиста Управления правовой и корпоративной работы ФИО8 по вопросу взыскания с операторов Тыгдинской нефтебазы материального ущерба, адресованное генеральному директору АО «ННК-Амурнефтепродукт» ФИО18, в котором указано, что начальником нефтебазы Свидетель №3 нарушался порядок проведения инвентаризаций, тем самым работодатель признаёт нарушения порядка проведения инвентаризаций, со своей стороны. Служебное расследование проводилось без выезда на место образования недостачи Тыгдинскую нефтебазу, поэтому указывать в заключении, что проверены доводы товарных операторов по поводу возможных уклонов резервуаров, некорректно. Полагает, что итоги инвентаризации от 31.08.2020 нельзя учитывать, т.к. она проведена без участия члена комиссии Свидетель №3 В объяснительной от 20.10.2020 товарный оператор ФИО4 пишет, что инвентаризация от 31.08.2020 прошла нормально и недостач нет, а в объяснительной от 28.10.2020 она же пишет, что на 30.08.2020 есть недостача бензина АБ-80 в размере 491 кг. Служебным расследованием не установлена вина товарных операторов ФИО3, ФИО1, ФИО2 в образовании недостачи, в заключении нет конкретных ссылок на документы и действия, которые привели к образованию недостачи. Не доказано фактическое отсутствие нефтепродукта на Тыгдинской нефтебазе, не установлена причинно-следственная связь между ошибками операторов в составлении отчетов и фактическим отсутствием нефтепродукта. Объяснительных от товарных операторов ФИО3, ФИО1, ФИО2 и начальника нефтебазы Свидетель №3 по недостачам от 30.10.2020 и 30.11.2020 нет. Для общества существует риск отказа судом в удовлетворении иска по взысканию с операторов товарных Тыгдинской нефтебазы ФИО3, ФИО1, ФИО2 материального ущерба. 

Несмотря на доводы представителя истца, что указанный документ является внутренним документом юридического лица, он был составлен специалистом управления правовой и корпоративной работы по результатам служебного расследования на основании заключения, утвержденного генеральным директором АО «ННК-Амурнефтепродукт», о его наличии было известно ответчикам.

Доводы ответчиков о том, что резервуары для нефтепродуктов построены либо установлены с нарушением технологий, в связи с чем, осуществить точность замеров и полноту наполнения резервуаров, невозможно, подтверждаются показаниями свидетелей Свидетель №3, ФИО22, данными им в ходе судебного заседания, согласно которым резервуар № 30,31 построены с нарушением, отсутствовала замерная труба, потом ее сделали, но она без перфорации и замеры плавают о 0 до 20 мм, точный замер сделать невозможно, возникает погрешность, резервуар № 19 стоит на песчаной поверхности заболоченной местности, имеется крен, замеры получаются некорректные, указанную проблему руководство знает, сведения доводятся на селекторном совещании, а также самим заключением служебной проверки, из содержания которого следует, что на момент инвентаризации градуировки трубопроводов не было, подтвердить их заполняемость нет возможности, на всех нефтебазах единый подход – нет возможности проверить полноту наполнения, достоверный учет нефтепродуктов по трубопроводам возможен только при 100% заполнении, от насосной станции до РВС-3000 №32 и от РВС-3000 №32 до автоналивной эстакады не учтены участки технологического трубопровода в связи с выводом из эксплуатации резервуара РВС-3000 №32, приемный и расходный трубопроводы границы участка трубопровода от и до 67-178, 179-А4, 103, 108-А-8, 109-А9 - определить полноту заполнения возможно только при завершении проведения ремонта и фактического заполнения указанного участка технологического трубопровода, во время проведения служебного расследования проведена нивелировка днищ резервуаров, измерения базовой высоты, ремонт резервуара РВС-3000 №32, недостача А-80 в РВС 700 №19 выявляется каждую инвентаризацию, имеется уклон резервуара и изменение базовой высоты. Истцом доказательств создания работодателем надлежащих условий для надлежащего учета нефтепродуктов на Тыгдинской нефтебазе и, как следствие, их сохранности, не представлено.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд обязан оценивать допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Кроме того, суд обязан учитывать, что обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (ст. 60 ГПК РФ).

Таким образом, в судебном заседании установлено, что инвентаризации товарно-материальных ценностей на Тыгдинской нефтебазе 11.09.2020, 15.09.2020, 30.09.2020, 30.10.2020 и 30.11.2020 проведены с нарушением. Поскольку факт недостачи может считаться установленным только при условии выполнения в ходе инвентаризации всех необходимых проверочных мероприятий, результаты которых должны быть оформлены документально в установленном законом порядке, а таких доказательств соблюдения процедуры проведения инвентаризации суду не представлено, исковые требования АО «ННК-Амурнефтепродукт» о возложении на ответчиков материальной ответственности по возмещению ущерба не могут быть удовлетворены.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований АО «ННК-Амурнефтепродукт» к ФИО6 ФИО28, ФИО2 ФИО29, ФИО3 ФИО30 о возмещении материального ущерба, причиненного работником, с которым заключен договор о полной материальной ответственности – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Магдагачинский районный суд Амурской области в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Председательствующий Е. А. Мельник

Мотивированное решение изготовлено 15 июля 2021 года.