<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

суда кассационной инстанции

г. Ижевск 18 января 2019 года

Президиум Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

Председательствующего – Суханова Ю.В.

членов Президиума: Берша С.И., Емельянова А.В., Никулина А.Л., Полушкина А.В., 

при секретаре Утробине А.С.

рассмотрел уголовное дело по кассационному представлению заместителя военного прокурора 

<

данные изъяты> ФИО1 и кассационной жалобе представителя потерпевшего ФБУ 

<

данные изъяты> ФИО2 о пересмотре апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 15 ноября 2018 года.

Приговором Сарапульского городского суда Удмуртской Республики от 14 февраля 2018 года

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ, уроженец 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, несудимый,

- осужден по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ, уроженец 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, несудимый,

- осужден по ч. 4 ст. 159 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Срок отбывания наказания ФИО3 и ФИО4 исчислен с 14 февраля 2018 года.

По делу удовлетворен гражданский иск. Постановлено взыскать с ФИО3 и ФИО4 солидарно в пользу Федерального бюджетного учреждения 

<

данные изъяты> в счет возмещения вреда, причиненного преступлением, 12 051 144 рубля 59 копеек.

Арест на имущество ФИО3, наложенный постановлением Сарапульского районного суда Удмуртской Республики от 12 июля 2016 года, сохранен до исполнения приговора в части гражданского иска.

По делу решена судьба вещественных доказательств.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 15 ноября 2018 года приговор Сарапульского городского суда Удмуртской Республики от 14 февраля 2018 года в отношении ФИО4 и ФИО3 отменен, частично удовлетворены апелляционные жалобы осужденных и защитников.

Уголовное дело возвращено Военному прокурору 

<

данные изъяты> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Мера пресечения в отношении ФИО4 и ФИО3 оставлена без изменения в виде содержания под стражей, сроком до 28 декабря 2018 года.

Постановлением судьи Верховного Суда Удмуртской Республики от 11 декабря 2018 года кассационное представление заместителя военного прокурора 

<

данные изъяты> ФИО1 о пересмотре апелляционного определения передано для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции. 

В кассационном представлении прокурор ставит вопрос о пересмотре апелляционного определения в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона. 

17 декабря 2018 года поступила кассационная жалоба представителя потерпевшего ФБУ 

<

данные изъяты> ФИО2 по доводам, аналогичным кассационному представлению.

Заслушав доклад судьи Зиминой Е.Г., изложившей обстоятельства дела, содержание судебных решений, доводы кассационного представления прокурора, кассационной жалобы представителя потерпевшего и мотивы вынесения постановления о передаче представления с материалами уголовного дела для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, выслушав выступления прокурора Удмуртской Республики Николаева А.Ю. и представителя потерпевшего ФИО2, поддержавших кассационные представление и жалобу в полном объеме, а также выступления ФИО3, ФИО4 и адвоката Ковальчук Г.А. об оставлении апелляционного определения без изменения, кассационных представления и жалобы без удовлетворения, Президиум

установил:

приговором Сарапульского городского суда Удмуртской Республики от 14 февраля 2018 года ФИО4 признан виновным в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества, путем обмана и злоупотребления доверием, совершенном группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере; ФИО3 признан виновным в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества, путем обмана, совершенном группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере. 

Судом установлено, что преступление совершено в период с июля 2010 года по октябрь 2014 года на территории 

<

адрес> Удмуртской Республики при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

Судебное заседание проведено в общем порядке судебного разбирательства, предусмотренном главами 33-39 УПК РФ.

В судебном заседании ФИО3 и ФИО4 вину не признали.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 15 ноября 2018 года приговор Сарапульского городского суда Удмуртской Республики от 14 февраля 2018 года отменен с возвращением уголовного дела Военному прокурору 

<

данные изъяты> для устранения препятствий его рассмотрение судом. 

В кассационном представлении заместитель военного прокурора 

<

данные изъяты> ФИО1 выражает несогласие с апелляционным определением, считает его незаконным ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона, повлиявшего на исход дела. Полагает, что судом апелляционной инстанции не соблюдены положения ст. 237 УПК РФ, поскольку нарушений требований уголовно-процессуального закона, исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основании обвинительного заключения, не допущено. Ссылаясь на решения Конституционного Суда Российской Федерации, считает, что вывод суда о распространении положений п. 8 ч. 1 ст. 447 УПК РФ, п. 10 ч. 1 ст. 448 УПК РФ не только на действующих адвокатов, но и лиц, утративших данный статус, но совершивших инкриминируемое им деяние в период исполнения этих обязанностей, противоречит действующему законодательству. Полагает, что вопросы, связанные с применением коэффициента 1,5 или 1,5% исследованы в ходе судебного разбирательства, установлено, что размер причиненного государству ущерба рассчитан с учетом коэффициента 1,5, который правильно указан в обвинительном заключении. Имеющееся в деле постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенное 4 октября 2016 года в отношении ФИО3, не препятствует уголовному преследованию последнего в инкриминируемом ему преступлении, поскольку названное постановление отменено прокурором Камбарского района Удмуртской Республики 10 октября 2016 года. Просит апелляционное определение отменить, уголовное дело передать на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд иным составом суда.

По аналогичным доводам принесена кассационная жалоба представителем потерпевшего ФБУ 

<

данные изъяты> ФИО2 

В возражениях на кассационное представление ФИО3 просит оставить кассационное представление без удовлетворения. Полагает, что суд апелляционной инстанции обоснованно пришел к выводу о необходимости возврата дела прокурору по изложенным в апелляционном определении основаниям. Указывает, что стороной обвинения в качестве обстоятельства, способствовавшего совершению преступления, постановлено наличие на момент совершения инкриминируемого ему (ФИО3) деяния статуса адвоката. Ссылка суда апелляционной инстанции о необходимости применения к нему (ФИО3) особого порядка при возбуждении уголовного дела является обоснованной. Другим неоспоримым основанием для возврата уголовного дела прокурору является обстоятельство, что в предъявленном обвинении, обвинительном заключении и в приговоре суда указан коэффициент надбавки за работу с химическим оружием 1,5 %, суд в описательно-мотивировочной части приговора, выйдя за рамки предъявленного обвинения, самостоятельно изменил объем обвинения в сторону увеличения и указал коэффициент 1,5. Полагает, что сумма материального ущерба, обязательный признак объективной стороны преступления, не доказана. Обращает внимание, что прокурор в кассационном представлении ссылается на постановление заместителя прокурора Камбарского района Удмуртской Республики от 10 октября 2016 года, которое в материалах уголовного дела отсутствует, не было оно представлено и при повторном апелляционном рассмотрении дела. 

Изучив материалы уголовного дела, проверив доводы кассационного представления прокурора и кассационной жалобы представителя потерпевшего, доводы возражений, Президиум находит апелляционное определение подлежащим отмене по следующим основаниям. 

Производство в суде кассационной инстанции, являясь важной гарантией законности судебных решений по уголовным делам и реализации конституционного права граждан на судебную защиту, предназначено для выявления и устранения допущенных органами предварительного расследования или судом в ходе предшествующего разбирательства дела существенных нарушений уголовного закона (неправильного его применения) и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела, и нарушений, искажающих саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия.

Согласно ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

По данному делу допущены нарушения, подпадающие по указанные критерии.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Суд апелляционной инстанции, принимая решение о возвращении уголовного дела в отношении ФИО3 и ФИО4 прокурору, указал, что уголовное дело в отношении ФИО3 возбуждено ненадлежащим лицом, нарушение порядка производства по уголовному делу свидетельствует о существенном нарушении норм уголовно-процессуального закона и недопустимости собранных доказательств по делу. 

Необходимость возвращения уголовного дела прокурору суд в апелляционном определении обосновал тем, что согласно постановлению о возбуждении уголовного дела, постановлениям о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительному заключению в период совершения инкриминируемого деяния ФИО3 являлся адвокатом, с 27 июня 2002 года принят в члены Адвокатской Палаты Удмуртской Республики, его полномочия прекращены 24 июля 2014 года. Данные обстоятельства, касающиеся статуса ФИО3 как адвоката на момент совершения преступления, установлены в судебном заседании, не оспаривались сторонами. В соответствии с положениями, закрепленными в п. 8 ч. 1 ст. 447 УПК РФ, адвокаты отнесены к категории лиц, в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам. При производстве по уголовному делу в отношении ФИО3 подлежали учету положения главы 52 УПК РФ. 

Как следует из материалов уголовного дела и установлено судом апелляционной инстанции, полномочия адвоката ФИО3 прекращены 24 июля 2014 года, постановление о возбуждении уголовного дела № 10/35/0129-15 в отношении ФИО3 и ФИО4 по ч. 4 ст. 159 УК РФ вынесено 16 декабря 2015 года.

С учетом правовой позиции, неоднократно выраженной в определениях Конституционного Суда Российской Федерации (от 18 июля 2006 года № 281-О, от 24 января 2008 года № 58-О-О, от 19 мая 2009 года № 843-О-О, от 21 апреля 2011 года № 593-О-О, от 21 ноября 2013 года № 1905-О и др.), особый порядок возбуждения уголовного дела или привлечения в качестве обвиняемого, предусмотренный главой 52 УПК РФ, не распространяется на лиц, уволенных с занимаемой должности.

Указанные в апелляционном определении нарушения уголовно-процессуального закона, положенные в обоснование принятого решения о возврате уголовного дела прокурору в части возбуждения уголовного дела в отношении ФИО3 ненадлежащим лицом и недопустимости собранных доказательств, не основаны на законе. 

Возвращение уголовного дела прокурору судом апелляционной инстанции кроме основания, указанного выше, обусловлено также тем, что в материалах уголовного дела имеется постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 327 УПК РФ, от 4 октября 2016 года. К кассационному представлению приобщена факсовая копия постановления заместителя прокурора Камбарского района Удмуртской Республики от 10 октября 2016 года об отмене постановления от 4 октября 2016 года. 

Вывод, содержащийся в апелляционном определении, о необходимости проведения исследования для установления размера ущерба, не может служить основанием возвращения уголовного дела прокурору в соответствии с требованиями п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

В соответствии с требованиями закона суд возвращает уголовное дело прокурору, когда существенное нарушение закона, допущенное в досудебной стадии, является препятствием к рассмотрению уголовного дела и не может быть устранено судом самостоятельно, а по делу не может быть принято итоговое решение. Однако таких нарушений закона не установлено.

В связи с изложенным Президиум приходит к выводу, что законных оснований для возвращении уголовного делу прокурору в апелляционном определении не приведено; апелляционное определение не может быть признано законным и обоснованным, в связи с чем подлежит отмене, а уголовное дело направлению на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Доводы апелляционных жалоб осужденных ФИО3 и ФИО4, их защитников на приговор Сарапульского городского суда Удмуртской Республики от 14 февраля 2018 года подлежат проверке при новом апелляционном рассмотрении уголовного дела. 

Отменяя судебное решение и направляя уголовное дело на новое судебное рассмотрение в нижестоящий суд, суд кассационной инстанции в целях охраны прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и надлежащего проведения судебного заседания в разумные сроки вправе решить вопрос о мере пресечения в отношении лица, содержащегося под стражей. При этом суд кассационной инстанции вправе избрать любую из предусмотренных ст. 98 УПК РФ меру пресечения при условии, что она обеспечит беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства. 

Как следует из материалов уголовного дела, в отношении ФИО3 и ФИО4 в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которая при постановлении приговора изменена на заключение под стражу. Необходимость избрания меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении была обусловлена наличием достаточных оснований полагать, что ФИО3 и ФИО4 могут скрыться, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям и иным участникам уголовного судопроизводства, воспрепятствовать производству по делу, а также для обеспечения исполнения приговора. 

До рассмотрения кассационного представления прокурора на апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 15 ноября 2018 года Президиум рассмотрел ходатайство, изложенное в кассационном представлении, о продлении ФИО3 и ФИО4 срока содержания под стражей и необходимости в продлении исключительной меры пресечения в виде заключения под стражу не усмотрел. Рассмотрев по существу доводы кассационного представления и кассационной жалобы, придя к выводу о наличии оснований для отмены апелляционного определения и направления уголовного дела на новое апелляционное рассмотрение, Президиум в целях охраны прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и надлежащего проведения судебного заседания в разумные сроки полагает необходимым в отношении осужденных ФИО3 и ФИО4 избрать меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Указанная мера пресечения позволит обеспечить беспрепятственное осуществление уголовного судопроизводства.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 401.13-401.16 УПК РФ, Президиум

постановил:

кассационное представление прокурора и кассационную жалобу представителя потерпевшего удовлетворить.

Апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Удмуртской Республики от 15 ноября 2018 года в отношении в отношении ФИО3 и ФИО4 отменить, а апелляционные жалобы осужденных и их защитников вместе с материалами уголовного дела передать на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд иным составом суда.

Избрать ФИО3 и ФИО4 в качестве меры пресечения подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Председательствующий подпись Ю.В. Суханов

<

данные изъяты>