Дело № 2-177/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 ноября 2019 г. г. Вышний Волочек

Вышневолоцкий межрайонный суд Тверской области в составе председательствующего судьи Емельяновой Л.М.,

при секретаре Григорьевой Л.В.,

с участием истца ФИО8,

представителя истца адвоката Самушиной Л.В.,

ответчика ФИО9,

третьего лица ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО8 к ФИО9 о взыскании неосновательного обогащения, судебных расходов, 

у с т а н о в и л:

ФИО8 обратился в суд с иском к ФИО9, в котором просит взыскать с ответчика сумму неосновательного обогащения в размере 240000 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 5600 руб.

В обоснование исковых требований указано, что в порядке наследования по закону после смерти родителей истец стал собственником 72/100 долей квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес> Сособственником данного жилого помещения (28/100 долей) был ФИО1. При этом в пользовании истца были две комнаты, а в пользовании ФИО1 - одна комната. В 2015 году истец решил продать принадлежавшее ему на праве собственности жилое помещение, дал объявление в газету о продаже доли квартиры. В это же время к нему обратился ответчик, на тот момент гражданин 

<

адрес>, ФИО9, поинтересовался за сколько он продает долю квартиры, истец указал ему, что за 300000 руб. ФИО9 попросил не продавать никому долю квартиры и пообещал, что накопит необходимую сумму и выкупит долю квартиры. Истец согласился с предложением ФИО9, попросил своего двоюродного брата ФИО4 помочь ему с продажей доли квартиры, а именно: оформить договор купли-продажи доли квартиры и получить от покупателя (ФИО9) денежные средства, после чего передать их истцу. ФИО4 согласился, 

<

дата> истец оформил на имя ФИО4 доверенность на заключение договора купли-продажи 72/100 долей вышеуказанной квартиры, доверенность была удостоверена нотариально. Истец указал ФИО4, чтобы тот продал долю квартиры за 300000 руб. В конце июля - начале августа 2017 г. истец получил письмо администрации г. Вышний Волочёк, из которого узнал, что в принадлежащей ему на праве долевой собственности квартире была произведена самовольная перепланировка мест общего пользования, истец в августе 2017 года приехал в г. Вышний Волочёк, встретился с ФИО4, показал ему письмо, ФИО4 пояснил, что ФИО9 попал в ДТП в Московской области, деньги, отложенные на покупку доли квартиры истца, он потратил на лечение. ФИО9 обещал ФИО4, что купит долю квартиры, когда получит страховые выплаты. ФИО9 попросил ФИО4 разрешить ему начать делать в квартире ремонт. ФИО4, не уведомив истца, дал ФИО9 ключи от квартиры и разрешил делать ремонт в помещении. ФИО9 разобрал все перегородки в местах общего пользования квартиры, в результате чего произошло дополнительное провисание балок, щитов наката перекрытия первого этажа, в связи с чем соседи и написали жалобу в администрацию г. Вышний Волочек, специалисты администрации после осмотра квартиры установили, что в помещении произведена самовольная перепланировка. ФИО8 встретился с ФИО9 и тот пояснил, что действительно снёс перегородки, но установил в квартире балки и в настоящее время никаких провисаний внутренних конструкций не имеется. На вопрос истца будет ли он покупать долю квартиры, ФИО9 ответил, что купит, как только получит страховые выплаты. Истец, уехал в 

<

адрес>, в середине сентября 2017 года он опять приехал в Вышний Волочёк, встретился с ФИО4, который пояснил, что ФИО9 уговорил его оформить договор купли-продажи доли принадлежащей ему квартиры на ФИО10, деньги в сумме 300000 руб. ФИО9 обещал отдать в сентябре. Из представленного ФИО4 договора купли-продажи доли квартиры от 25 августа 2017 г., удостоверенного нотариально, следовало, что ФИО4, действуя от имени истца, продал ФИО10 72/100 доли квартиры по адресу: 

<

адрес>, за 300000 руб., расчёт между сторонами произведён полностью до подписания договора. На вопрос истца, почему он оформил договор, не получив деньги, и к тому же не на ФИО9, а на ФИО10, ФИО4 ссылался на то, что ФИО9 не является гражданином Российской Федерации и не может приобретать недвижимость, а ФИО10 имеет российское гражданство, поэтому может оформить договор. При этом ФИО4 сказал, что ФИО9 обещал отдать ему деньги. При разговоре истца с ФИО9, тот пояснял, что отдаст ему деньги за долю квартиры, когда получит страховые выплаты, истец поверил ФИО9 и решил подождать. Однако ФИО9 денежные средств не передал.. 

<

дата> умер ФИО4 9 декабря 2017 г. двоюродная сестра истца - ФИО2, и ее сын ФИО3 встретились с ФИО9, и тот пояснил, что у него трудное материальное положение, он сможет заплатить за долю квартиры только 250000 руб. в течение трёх месяцев. ФИО2 сказала ФИО9, чтобы он написал расписку и ФИО9 написал расписку о том, что он обязуется выплатить 250000 руб. в течение трёх месяцев, однако обещание не выполнил. Последний раз истец видел ответчика в ноябре 2018 г., он обещал, что будет платить. 6 декабря 2018 г. ФИО9 перечислил истцу на банковскую карту 10000 руб. Больше никаких денег от ответчика истцу не поступало, на телефонные звонки он не отвечает с конца февраля 2019 г. В апреле 2019 г. истец обратился в МО МВД РФ «Вышневолоцкий» с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО9 Постановлением от 11 июля 2019 г. в возбуждении уголовного дела было отказано в связи с отсутствием состава преступления. При этом в рамках проверочных мероприятий ФИО9, давая объяснения, указывал, что имел с ФИО8 договоренность о приобретении доли квартиры; 2 марта 2017 г. ФИО9 попал в ДТП, около месяца лежал в больнице, ФИО4 навещал его, когда ФИО9 выписали из больницы, ФИО4 пришёл к нему домой и ФИО9 рассказал, что попал в ДТП на машине ФИО10 и ему необходимо отдавать деньги за автомобиль; ФИО4 предложил отдать квартиру ФИО11 в счёт погашения долга за машину ФИО12, а ФИО9, в свою очередь, пообещал, что как только получит страховые выплаты отдаст деньги за квартиру ФИО4 25 августа 2017 г. Номуродов и ФИО4 оформили договор купли-продажи доли квартиры, при этом нотариусу было объявлено, что все условия согласно договору купли-продажи выполнены, денежные средства выплачены в полном объёме. Однако ФИО9 деньги не выплачивает, мотивируя тем, что ему не выплачена страховка за ДТП. 6 декабря 2018 г. ФИО9 выплатил часть долга, перевёл 10000 руб. на банковскую карту ФИО8 Несмотря на то, что в договоре купли-продажи доли квартиры от 25 августа 2017 г. указано, что расчёт между сторонами произведён полностью до подписания договора, и, что ФИО8, от имени которого действует ФИО4, получил от ФИО10 300000 руб., в действительности истец не получал денег по указанному договору от ФИО10 Истец имел договоренность с ФИО9 о продаже ему доли квартиры, однако ФИО9 уговорил его представителя ФИО4 оформить договор купли-продажи доли квартиры без реальной оплаты, ФИО10 принял долю квартиры в собственность в качестве оплаты за автомобиль, который приобрел у него ФИО9, но деньги за автомобиль не отдал; ФИО10, получив долю квартиры, посчитал долг ФИО9 погашенным. Таким образом, истец полагает, что на стороне ФИО9 возникло неосновательное обогащение, поскольку ответчик расплатился имуществом истца (долей квартиры) за свой собственный долг, а истец при этом не получил деньги по договору купли-продажи доли квартиры. Истец оценивает 72/100 доли квартиры в 250000 руб., с учетом перечисленных ответчиком 10000 руб., истец полагает, что неосновательное обогащение ФИО9 составляет 240000 руб. и просит взыскать указанные денежные средства с ответчика, а также взыскать с ФИО9 5600 руб. в счет возмещения расходов по уплате госпошлины. 

Истец ФИО8 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме; также заявил о взыскании с ответчика судебных расходов, связанных с оплатой услуг представителя в сумме 15000 руб., представил квитанцию об оплате услуг представителя от 1 октября 2019 г. 

Представитель истца адвокат Самушина Л.В., действующая на основании ордера №4 от 23 октября 2019 г., в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, пояснив, что на стороне ответчика фактически имеется неосновательное обогащение, поскольку он, имея договоренность с представителем истца ФИО4, о продаже ему доли квартиры по адресу: 

<

адрес>, денежные средства за квартиру ни продавцу, ни его представителю не передал, а считая себя владельцем квартиры, расплатился указанным объектом недвижимости по своим долгам перед ФИО10, в связи с чем ФИО4 и заключил договор купли-продажи доли квартиры с ФИО10, а не с ФИО9, кроме того на момент заключения договора купли-продажи у ФИО9 не было российского гражданства, что также стало одним из оснований для заключения сделки с ФИО13; в договоре купли-продажи доли квартиры указано, что расчет между сторонами произведен полностью, однако денежных средств ни истец, ни его представитель ФИО4 не получали; ФИО10, давая показания в полиции в рамках проверки по заявлению ФИО8, подтвердил данный факт; ФИО9 при проведении проверочных мероприятий сотрудникам полиции также указал, что деньги по данному договору купли-продажи не передавал продавцу; обещал расплатиться позже; расписка ФИО9 от 09.12.2017 г., о том, что он обязуется в течение трех месяцев выплатить 250 000 рублей за квартиру находится на руках у истца, что также подтверждает, что ответчик обязуется выплатить истцу денежные средства за долю квартиры; расписка была написана 09.12.2017 г. и передана сестре ФИО4 - ФИО2; в спорной квартире в настоящее время проживает ФИО10; ранее ФИО8 обращался в суд с иском к ФИО10 о расторжении договора купли-продажи доли квартиры, но в дальнейшем отказался от иска, определением Вышневолоцкого городского суда Тверской области дело было прекращено; полагает, что ФИО9 своими действия неосновательно приобрел чужое имущество – долю квартиру, принадлежавшую ФИО8, и, расплатившись ею по своим долгам, фактически допустил неосновательное обогащение в сумме 240000 руб.; истец заявляет о взыскании только 240000 руб., поскольку между истцом и ответчиком существовала договоренность о продаже доли квартиры за 250 000 руб., из которых 10 000 руб. ответчик перечислил на банковскую карту истца в 2019 г., эту сумму ФИО8 учитывает в качестве платежа в счет стоимости доли квартиры.

Ответчик ФИО9 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что имел договоренность с ФИО4 о продаже ему 72/100 доли квартиры по адресу: 

<

адрес>, принадлежавшей ФИО8, за 300000 рублей; он ознакомился с документами на квартиру, собственником квартиры в документах значился ФИО8 – истец; он отдал ФИО4 задаток за квартиру в размере 20000 рублей, тот дал ему документы на квартиру; с ФИО4 он договорился о том, что остальные деньги отдаст при оформлении договора купли-продажи; когда он узнал, что одна комната в квартире принадлежит другому человеку, сказал ФИО4, что отказывается покупать эту квартиру, и ФИО4 вернул ему ранее отданные 20000 рублей, а он - документы на квартиру; впоследствии он поговорил с ФИО4, и они достигли договоренности о продаже 72/100 доли квартиры, т.е. 2 комнат в спорной квартире за 250000 руб.; потом он узнал, что ФИО4 умер; до этого ФИО4 приходил к нему, говорил, что ему нужны деньги, и он передал ему 170000 руб., точную дату передачи денег не помнит; передача денег документально не оформлялась; так как ФИО4 отдал ему ключ от квартиры, а он ему – деньги; документы на квартиру находились у ФИО4; спустя 2-3 месяца; они созвонились с ФИО4, и тот попросил отдать 80000 рублей - остаток денежных средств за квартиру; но 80000 руб. у него не было, так как он ходил на курсы по вождению, поэтому отдал ФИО4 только 40000 руб.; через месяц ФИО4 приехал к нему домой, попросил его, как строителя, разобрать для него сарай и оценить сколько эта услуга будет стоить; он согласился с условием, что стоимость этих работ в сумме 10000 руб. будет засчитана в счет долга за долю квартиры; после этих расчетов полагал, что остался должен 30000 руб.; впоследствии он ездил в г. Москва, где попал в ДТП; при этом участником данного ДТП он стал на машине, которую ранее приобрел у ФИО10 за 200000 руб., при этом расчет между ними не был произведен, но ФИО10 передал ему автомобиль, он стал им пользовался, с условием, что денежные средства за автомобиль будут отданы в течение полугода; после произошедшего ДТП автомобиль получил серьезные повреждения и ФИО10 стал требовать денежные средства за него, также он просил у ФИО10 денежные средства на лечение, так как получил в ДТП повреждения, и тот передал ему на лечение 50 000 рублей; он пояснил ФИО10, что денег у него нет и предложил забрать квартиру, договоренность о продаже которой у него имелась с ФИО4, так как он полагал, что рассчитался за нее, но оформить на себя не успел; ФИО10 согласился забрать квартиру в счет долга, образовавшегося у него перед ФИО10 за машину и лечение; он попросил ФИО4, чтобы тот оформил договор купли-продажи квартиры на ФИО10, по которому он должен был 250000 руб.: 200000 руб. – за машину и 50 000 руб. – за лечение после ДТП; договор купли-продажи спорной доли квартиры был оформлен нотариально ФИО4, от имени ФИО8, и ФИО10; затем ему позвонила сестра ФИО4 и сказала, что ФИО4 умер; спустя 2 дня он приехал домой к ФИО4, чтобы выразить соболезнования; дома находилась сестра, в момент их разговора вошел племянник ФИО4 и стал ему угрожать; под давлением он написал расписку на 25 000 рублей, а не на 250000 руб. о том, что должен денег за квартиру; впоследствии племянник ФИО4 не раз приезжал и угрожал ему; за квартиру он остался должен 25000 руб., а не 240000 руб., как указано в иске; ФИО8 он видел один раз, после смерти ФИО4 он подходил к нему, спрашивал на счет денег за квартиру, он отвечал, что заплатит, но пока у него денег нет; договоренность о купле-продаже доли квартиры была с ФИО4, у которого была доверенность от собственника квартиры ФИО8, ему он и передавал деньги; расписку на 25000 руб. он писал племяннику ФИО4 под давлением, полагая при этом, что поскольку ФИО4 умер, то он должен отдать деньги его родственникам; между ним и ФИО4 оформление передачи денежных средств за квартиру не производилось; полагал, что вернул денежные средства за долю квартиры ФИО4 в сумме 220000 руб., впоследствии перечислил также денежные средства в сумме 10000 руб. на карту ФИО8 в счет долга за квартиру и остался должен 15000 руб. 

Третье лицо ФИО10 в судебном заседании полагал, что исковые требования не обоснованны, поскольку ФИО9, имел договоренность с ФИО4 о продаже ему доли вышеуказанной квартиры, ФИО9 пояснил ему, что рассчитался с продавцом за квартиру, поэтому и передал ему данный объект недвижимости в счет долга за автомобиль, который ФИО9 приобрел у него в феврале 2017 г. с рассрочкой платежа; он впоследствии оформил на себя долю квартиры, заключив договор купли-продажи доли с ФИО4, полагая, что квартира фактически принадлежит ФИО9, и он полностью рассчитался с продавцом.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд находит иск не подлежащим удовлетворению в силу следующего.

Согласно ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; вследствие неосновательного обогащения; вследствие иных действий граждан и юридических лиц.

Нормативное регулирование обязательств, возникающих вследствие неосновательного обогащения, определено положениями ст. ст. 1102, 1107, 1108 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса (пункт 1). 

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

В обоснование своего требования относительно взыскания денежных средств неосновательно полученных ответчиком, истец ссылается на наличие между сторонами договоренности о продаже доли квартиры, принадлежащей истцу на праве собственности, которую ответчик впоследствии, полагая, что расплатился с продавцом за приобретенное имущество, передал третьему лицу в счет исполнения своих долговых обязательств.

Учитывая изложенное вышеприведенные положения закона, для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации. Основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что истцу на праве собственности принадлежали 72/100 доли квартиры по адресу: 

<

адрес>.

Право собственности на вышеуказанный объект недвижимости истец приобрел в порядке наследования по закону после смерти своих родителей ФИО5 и ФИО6, что подтверждается свидетельствами о праве на наследство по закону от 

<

дата> и 

<

дата>, соответственно.

Истец, желая распорядиться названным имуществом, и проживая в другом регионе, договорился со своим братом ФИО4 о том, что тот продаст принадлежащую ему долю квартиры, в связи с чем 14 мая 2016 г. он оформил доверенность на имя ФИО4, которой уполномочил последнего на продажу 72/100 доли принадлежавшей ему квартиры. 

25 августа 2017 г. ФИО4, действуя от имени ФИО8 на основании вышеуказанной доверенности, продал ФИО10 72/100 доли в праве собственности на квартиру по адресу: 

<

адрес>, заключив соответствующий договор, который был нотариально удостоверен. 

Названным Договором купли-продажи доли в праве общей собственности на квартиру определено, что стороны согласовали стоимость имущества в сумме 300000 руб. (п. 4, 5 договора), а также произвели между собой полностью расчет до подписания договора, и ФИО4 получил от ФИО10 300000 руб. 

ФИО4 умер 

<

дата>

Истец, заявляя о взыскании с ответчика денежных средств в сумме 240000 руб., ссылается на то, что никаких денег от ФИО4 за проданную долю квартиры не получал, а договоренность о продаже принадлежащей ему доли квартиры ФИО4, как его представителем, была достигнута именно с ответчиком, который и должен расплатиться за квартиру. 

Ответчик ФИО9 в судебном заседании не оспаривал, что имел устную договоренность с ФИО4 о приобретении доли квартиры по адресу: 

<

адрес>, за 250000 руб., после визуального осмотра жилого помещения намеревался ее выкупить, но единовременно собрать необходимую сумму не мог, и до оформления договора купли-продажи начал выплачивал ФИО4 денежные средства, в общей сложности в разные периоды времени он передал последнему в качестве оплаты за долю квартиры 170 000 руб., 40 000 руб., 10000 руб. (в счет оплаты за работы по разборке сарая), и 10000 руб. были переведены непосредственно на банковскую карту ФИО8 уже после смерти ФИО4; полагал, что остался должен за квартиру только 15000 руб. 

Факты неоднократной передачи ФИО9 ФИО4 денежных средств, а равно исполнения им обязательств по оплате иными способами, в том числе выполнением в пользу ФИО4 определенных работ, документально не оформлялись.

ФИО8, указывая на наличие устного соглашения с ФИО9 о продаже ему спорной доли квартиры, допустимых доказательств наличия какой-либо договоренности о совершении сделки купли-продажи именно с ответчиком суду не представил. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу статьи 550 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (пункт 2 статьи 434).

Согласно пункту 2 статьи 558 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

Вместе с тем, не могут быть расценены как письменное подтверждение какого бы то ни было заключенного договора (купли-продажи, иного соглашения, предусматривающего отчуждение имущества в пользу ответчика) голословные утверждения сторон о достижении договоренности по поводу продажи объекта недвижимости, поскольку они не отвечают признакам относимости и допустимости доказательств при доказывании обстоятельств совершения сделки, которая подлежала совершению в письменной форме и должна была пройти процедуру государственно регистрации.

Такой вывод вытекает из правовых признаков сделки, указанных в п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Не подтверждено в судебном заседании и наличие между сторонами иных правоотношений.

Истец ФИО8, ссылаясь на наличие со стороны ответчика неосновательного обогащения, указывает, что ФИО9, имея договоренность с ФИО4 о покупке спорной квартиры, и полагая, что оплатил сумму, согласованную с последним в качестве платы за приобретаемый объект недвижимости, считал себя фактическим владельцем доли квартиры, в связи с чем впоследствии распорядился данным имуществом в счет погашения своего долга перед третьим лицом ФИО10, поэтому попросил ФИО4 заключить договор купли-продажи спорной доли квартиры, принадлежавшей истцу, не с ним, а с ФИО10 

Ответчик в судебном заседании не оспаривал данные обстоятельства, указал, что почти всю оговоренную с ФИО4 сумму, предусмотренную в качестве платы за квартиру, передал ФИО4 при его жизни; ФИО14, как продавец спорного имущества, был осведомлен о том, что квартира будет продана ему; рассчитавшись с ФИО4, он полагал, что является владельцем квартиры и может ею распоряжаться по своему усмотрению, поэтому при возникновении долговых обязательств перед ФИО10, договорился с ФИО4, чтобы тот заключил договор именно с ФИО10, а не с ним, как было согласовано ранее. 

Истец, оспаривая факт получения денежных средств по договору купли-продажи доли квартиры, указывает, что его представитель по сделке - ФИО4 также никаких денежных средств от продажи указанного имущества, в том числе от ФИО9, не получал; ФИО9, зная о том, что деньги за квартиру не передавал, спустя несколько дней после смерти ФИО4 приехал к нему домой и написал его родственникам расписку в том, что обязуется выплатить 250000 руб. за приобретенную квартиру по 

<

адрес>.

Истец и его представитель в судебном заседании представляли подлинник долгового документа, тем самым подтверждая, что нахождение расписки у стороны истца свидетельствует, что денежные средства за квартиру до настоящего времени не переданы, а долговое обязательство не прекращено. 

Представленная в материалы дела копия расписки от 9 декабря 2017 г., выданная ФИО9, указывает, что последний, как покупатель квартиры по 

<

адрес>, обязался выплатить 250000 руб. в течение 3 месяцев.

При этом ответчик, не оспаривая обстоятельства написания им указанной расписки, в судебном заседании ссылался на то, что написана она была под давлением родственников ФИО4, а сумма, указанная в документе и подлежавшая возврату за названную квартиру, составляла всего 25000 руб., поскольку остальные денежные средства были уплачены ФИО4 ранее.

Свидетель ФИО2 в судебном заседании пояснила, что истец приходится ей двоюродным братом, ФИО4 - ее родной брат; ей известно со слов ФИО4, что он взял документы у ФИО8 для оказания помощи в продаже доли квартиры; после смерти ФИО4 она узнала, что квартира ФИО8 продана ФИО10, а деньги за квартиру ФИО8 не получил; после похорон ФИО4 к ним в деревню приезжал ФИО9, объяснил, что должен ФИО4 деньги за долю квартиры, написал расписку и сказал, что 3 марта 2017 г. привезет деньги, так как ему должны произвести страховую выплату; он сначала сказал, что должен 300 000 руб., но потом пришли к договоренности, что он отдаст 250 000 руб., расписку сразу не прочитала, только потом увидела, что в ней не указано, кому ФИО9 должен деньги. 

Свидетель ФИО3 в судебном заседании пояснил, что приходится племянником ФИО4; ему известно, что у ФИО4 была договоренность с ФИО9 о купле - продажи доли квартиры; когда ФИО4 умер, его сожительница ФИО7 сказала, что деньги за долю квартиры так и не отданы; на похороны ФИО4 приехал ФИО9 и объяснил, что он должен 250 000 рублей за долю квартиры, написал расписку, что обязуется отдать деньги в течение 3-х месяцев; ФИО9 сам написал расписку о том, что он должен деньги за долю квартиры и готов выплатить их в течение 3-х месяцев; ответчика никто не принуждал писать расписку.

Из объяснений истца в судебном заседании и материалов дела следует, что ФИО8 обращался в МО МВД России «Вышневолоцкий» с заявлением по факту того, что ФИО9 не выплачивает ему денежные средства за приобретенную квартиру. 

В рамках материала проверки об отказе в возбуждении уголовного дела по указанному заявлению, ФИО9 подтвердил, что имел договоренность с ФИО8 о продаже ему доли квартиры по адресу: 

<

адрес>, однако денежные средства за квартиру не заплатил, потому что ему не произвели страховую выплату, перевел ФИО8 посредствам мобильного банка 10000 руб. 

Вопреки доводам стороны истца о том, что действия ответчика по распоряжению квартирой ФИО8 в счет исполнения его долговых обязательств перед ФИО10 и последующее заключение договора купли-продажи от 25 августа 2017 г. именно с ФИО15 следует расценивать как неосновательное обогащение, суд не находит оснований для взыскания с ответчика заявленной денежной суммы, как возникшей из обязательств, предусмотренных главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 4 ст.1109 Гражданского кодекса РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

С учетом изложенного юридически значимыми и подлежащими установлению по делу являются обстоятельства, касающиеся того, в счет исполнения каких обязательств ответчик получил имущество, о взыскании платы за которое заявлено истцом; осведомленности истца об отсутствии перед ответчиком обязательств; волеизъявления истца на передачу ответчику имущества в качестве благотворительности.

Данная норма может быть применена лишь в том случае, если передача денежных средств или иного имущества произведена добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего (дарение) либо с благотворительной целью.

Вместе с тем, суд не усматривает оснований для взыскания спорной денежной суммы как неосновательно полученной (ст. 1102 Гражданского кодекса РФ), учитывая, что спорный объект недвижимости, о взыскании денежных средств за который заявлено истцом в рамках требования о неосновательном обогащении, был продан на основании договора купли-продажи доли квартиры ФИО10, а не ответчику.

При этом допустимых доказательств наличия между сторонами договоренности о продаже данного объекта недвижимости именно ответчику суду не представлено. 

Каких – либо письменных соглашений, а равно иных допустимых доказательств наличия между сторонами достигнутой договоренности по продаже объекта недвижимости истцом именно ответчику суду не представлено, а устные утверждения сторон о подобном соглашении надлежащими доказательствами по данному делу признаны быть не могут.

Договор купли-продажи доли в праве общей собственности на квартиру от 25 августа 2017 г., заключенный между ФИО4, действующим от имени ФИО8, и ФИО10, является действующим, в установленном законом порядке не оспорен, в том числе и по основаниям безденежности, не действительным не признан. 

Истец ранее обращался в суд с иском о расторжении договора купли-продажи доли квартиры от 25 августа 2017 г., заключенного между ФИО8 и ФИО10, однако производство по делу было прекращено на основании определения Вышневолоцкого городского суда от 30 апреля 2019 г., в связи с отказом истца от иска.

Применительно к настоящему спору, истец, заявляя о взыскании неосновательного обогащения с ФИО9, должен доказать, что договор о продаже доли принадлежавшей ему квартиры должен был быть заключен с ответчиком.

Пунктом 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Пунктом 1 статьи 161 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено правило о том, что сделки должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения:

1) сделки юридических лиц между собой и с гражданами;

2) сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки.

О последствиях несоблюдения простой письменной формы сделки говорится в статье 162 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно: несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

Несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность лишь в случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон.

Из анализа названных норм права, с учетом положений статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, применительно к установленным судом правоотношениям сторон по делу, следует, что несоблюдение сторонами формы договора купли-продажи недвижимости, само по себе о возникновении на стороне ответчика неосновательного обогащения не свидетельствует.

В соответствии с требованиями части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Невыполнение либо ненадлежащее выполнение лицами, участвующими в деле, своих обязанностей по доказыванию влечет для них неблагоприятные правовые последствия. Для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо одновременное наличие трех условий: наличие обогащения; обогащение за счет другого лица; отсутствие правового основания для такого обогащения.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения и распределением бремени доказывания на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение (неосновательно получено либо сбережено имущество); обогащение произошло за счет истца; размер неосновательного обогащения; невозможность возврата неосновательно полученного или сбереженного в натуре.

Основывая исковые требования на положениях закона о неосновательном обогащении, ФИО8 указал, что ответчик не передал ему денежные средства за квартиру, которую намеревался приобрести у него, при этом передал данное имущество в счет погашения имевшегося у него долга перед ФИО10

ФИО9 и третье лицо ФИО10 в судебном заседании не оспаривали, что ответчик должен был ФИО10 денежные средства за приобретенный автомобиль в сумме 200000 руб., а также денежные средства, переданные ему ФИО10 в долг на лечение в сумме 50000 руб. 

Из договора купли-продажи автомобиля от 26 февраля 2017 г. следует, что ФИО10 продал ФИО9 автомобиль ВАЗ LADA SAMARA, 2010 года выпуска, за 200000 руб. 

Вместе с тем, доводы стороны истца о наличии между ФИО9 и ФИО10 долговых обязательств правового значения для разрешения настоящего спора не имеют, поскольку данные отношения возникли не между сторонами по делу и не свидетельствуют о неосновательном обогащении ответчика за счет истца.

Исходя из приведенной в обоснование исковых требований позиции истца, суд учитывает, что между сторонами не имелось никаких обязательств или договоров, во исполнение которых ответчик мог передать долю квартиры истца в счет погашения своего долга.

Разрешая заявленные требования, суд учитывает, что договор купли –продажи от 25 августа 2017 г. заключен между ФИО4, действующим от имени ФИО8, и ФИО10, в нем указано, что расчет между сторонами произведен полностью, каких-либо соглашений между сторонами о продаже объекта недвижимости ФИО9, а равно наличие у последнего обязанности передать ФИО8 денежные средства по изложенным в иске основаниям материалы дела не содержат.

Расписка ФИО9 об обязательстве вернуть 250000 руб. в связи с покупкой квартиры по 

<

адрес>, в также ее нахождение у стороны истца также не может являться безусловным доказательством достигнутой договоренности о продаже доли квартиры ФИО9 и наличия у последнего обязанности вернуть неосновательное обогащение. 

При этом нахождение данного долгового документа у истца не лишает его права заявить о взыскании указанных денежных средств в рамках самостоятельных исковых требований. 

Кроме того, суд учитывает, что сама по себе договоренность истца и ответчика о приобретении спорного имущества, и последующее заключение договора купли-продажи доли квартиры с третьим лицом в рамках долговых обязательств ответчика, не влечет обязанность последнего возвратить денежные средства, о взыскании которых заявлено истцом, поскольку для состава неосновательного обогащения необходимо доказать наличие соответствующих возмездных соглашений между ответчиком и истцом о возврате последнему взыскиваемых денежных средств. 

Принимая во внимание установленные обстоятельства, суд полагает, что претендуя на взыскание с ФИО9 денежной суммы как неосновательно полученной, истец не доказал, что имеют место обязательства из неосновательного обогащения.

При таких обстоятельствах оснований удовлетворения исковых требований у суда не имеется.

В этой связи суд считает необходимым отказать ФИО8 в удовлетворении иска к ФИО9 о взыскании суммы неосновательного обогащения.

При подаче искового заявления истцом уплачена государственная пошлина в размере 5600 руб., что подтверждается чеком-ордером от 24 сентября 2019 г.

Также истцом понесены расходы на оплату услуг представителя в сумме 15000 руб., что подтверждается квитанцией от 1 октября 2019 г. 

В силу части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы

В связи с тем, что в удовлетворении искового требования отказано, судебные расходы, понесенные истцом, возмещению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований ФИО8 к ФИО9 о взыскании неосновательного обогащения, судебных расходов отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Тверской областной суд через Вышневолоцкий межрайонный суд Тверской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Л.М.Емельянова 

.