УИД: 54RS0023-01-2018-000561-50

дело № 2-7/2019

поступило в суд 29.05.2018 

Р Е Ш Е Н И Е

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

26 июня 2019 года р.п. Коченево

Коченевский районный суд Новосибирской области в составе

председательствующего судьи Мирончик Е.Ю.

при секретаре Нестеренко Н.С.

с участием прокурора Мещеряковой К.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 и ФИО2 к ГБУЗ Новосибирской области «Коченевская центральная районная больница» о компенсации морального вреда в связи со смертью матери ФИО 1,

установил :

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с иском к ГБУЗ Новосибирской области «Коченевская центральная районная больница» о компенсации морального вреда в связи со смертью матери ФИО 1.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные исковые требования, привлечен Территориальный фонд обязательного медицинского страхования Новосибирской области.

В обоснование требований истцы указывают, что ДД.ММ.ГГГГ года умерла их мать ФИО 1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживавшая в 

<

адрес> Коченевского района Новосибирской области. 

С ДД.ММ.ГГГГ года у ФИО 1 началось резкое ухудшение здоровья, в связи с чем, она обратилась за медицинской помощью в Коченевскую ЦРБ в терапевтическое отделение, ей был выставлен диагноз «Энцефалопатия сложного генеза. Церебральный атеросклероз. Анемия легкой степени неясной этиологии. Острый ринофарингит. Острый синусит. Образование печени? Образование желудка?» С этого времени ФИО 1 регулярно посещала врачей данного лечебного учреждений, выполняла все рекомендации, по назначению врача в течение года было сделано 4 рентгеновских снимка, и до ДД.ММ.ГГГГ года никто из врачей не сказал о подозрении на туберкулез, не выписал направления в противотуберкулезный диспансер; направлена ФИО 1 была только ДД.ММ.ГГГГ года за две недели до смерти, где ей сообщили о диагнозе: 

<

данные изъяты>, отчего, согласно справки, и наступила смерть. Из пояснений врачей этого диспансера, клиническая картина туберкулеза была отчетливо видна с ДД.ММ.ГГГГ года на 3-х снимках из 4-х, при своевременном лечении можно было вылечить.

Согласно справке о смерти, выданной органами ЗАГСа, причиной смерти ФИО 1 явилось прогрессирование диссеминированного туберкулеза легких.

Истцы указывают, что в связи со смертью матери, которой было всего 

<

данные изъяты> лет, им был причинен моральный вред, они испытывают глубокие нравственные страдания, глубокое чувство утраты, бессонницу, головную боль, от переживаний поднимается давление, было невыносимо видеть, как молодая женщина на глазах угасает, больно от того, что человека можно было не только спасти от смерти, но и вылечить, считают, что в смерти ФИО 1 виновны работники ЦРБ, что лечебное учреждение должно нести ответственность.

В соответствии ст. 41 Конституции РФ каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Преамбула постановления Пленума Верховного суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» обращает внимание на здоровье человека как на важнейшую ценность в контексте норм международного и российского права: «Всеобщая декларация прав человека провозглашает право каждого на жизнь (статья 3)». Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите.

Приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи законодательно закреплен в ст. 6 ФЗ № 323.

Со ссылкой на нормы статей 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие вопросы компенсации морального вреда, просят взыскать с ответчика в пользу каждого из истцов в счет компенсации морального вреда по 5 000 000 рублей.

В судебном заседании ФИО1 и представитель ФИО1 и ФИО2 поддержали иск и доводы, изложенные в иске, в полном объеме.

Представитель Территориального фонда обязательного медицинского страхования Новосибирской области в судебное заседание не явился, просит дело рассмотреть в отсутствие представителя.

Представители ответчика главврач ФИО3 и ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признали, просили в удовлетворении требований отказать. В обоснование указывают, что ФИО 1 не исполнялись все рекомендации врачей, у неё было ВИЧ-заболевание, считают, что окончательный диагноз причины смерти – ВИЧ, отрицают наличие вины Коченевской ЦРБ как причинно-следственная связь с наступившими последствиями в виде смерти ФИО 1

Суд, выслушав присутствующих, допросив свидетеля, специалистов, эксперта, исследовав представленные доказательства в их совокупности, пришел к следующему.

Конституцией Российской Федерации ст. 46 провозглашено и гарантировано право каждого на судебную защиту.

В соответствии со ст. 9 ГК РФ граждане осуществляют принадлежащие им гражданские права по своему усмотрению. В связи с этим указанные лица самостоятельно определяют способ защиты нарушенного права, определяют предмет и основания иска. 

В соответствии со ст.12 Гражданского кодекса РФ, одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда.

Согласно статье 98 Федерального закона 21 ноября 2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Из положений пункта 21 статьи 2 вышеназванного Закона следует, что качество медицинской помощи – совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно п.1 ст. 1064, п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 (в ред. от 06 февраля 2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт8).

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению в рамках рассматриваемого спора, являются: факт причинения морального вреда и его размер, противоправность действий (бездействий) работников ГБУЗ НСО «Коченевская центральная районная больница», не выполнение или ненадлежащее выполнение ими своих должностных обязанностей при оказании медицинской помощи, причинно-следственная связь между действиями (бездействиями) медицинских работников, и наступившими последствиями в виде смерти ФИО 1.

В соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы ( ст. 67 ГПК РФ).

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ года умерла ФИО 1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 6). 

Причина смерти ФИО 1 указана в справке о смерти № № от ДД.ММ.ГГГГ «прогрессирование диссеминированного туберкулеза легких» (л.д.33).

Истцы ФИО2 и ФИО1 являются дочерями ФИО 1 ( л.д.7-12 свидетельства о рождении и регистрации браков со сменой фамилии). 

Истцы настаивают, что с ДД.ММ.ГГГГ года у ФИО 1 началось резкое ухудшение здоровья, в связи с чем, она обратилась за медицинской помощью в Коченевскую ЦРБ в терапевтическое отделение, ей был выставлен диагноз «Энцефалопатия сложного генеза. Церебральный атеросклероз. Анемия легкой степени неясной этиологии. Острый ринофарингит. Острый синусит. Образование печени? Образование желудка?» С этого времени ФИО 1 регулярно посещала врачей данного лечебного учреждений, выполняла все рекомендации, по назначению врача в течение года было сделано 4 рентгеновских снимка, и до ДД.ММ.ГГГГ года никто из врачей не сказал о подозрении на туберкулез, не выписал направления в противотуберкулезный диспансер; направлена ФИО 1 была только ДД.ММ.ГГГГ года за две недели до смерти, где ей сообщили о диагнозе: туберкулез легких в стадии распада и инфильтрации, отчего, согласно справки, и наступила смерть. Согласно справке о смерти, выданной органами ЗАГСа, причиной смерти ФИО 1 явилось прогрессирование диссеминированного туберкулеза легких. Истцы считают, что смерть ФИО 1 наступила в результате вины работников Коченевской ЦРБ, из-за отсутствия лечения заболевания.

Поскольку в ходе рассмотрения дела потребовались специальные познания в области медицины, по делу назначена и проведена судебно- медицинская экспертиза.

В распоряжение эксперта были переданы гражданское дело № № и представленные сторонами документы (документы представлены сторонами в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) : мед.карта № № на ФИО 1; мед.карта № № на ФИО 1; мед.карта № № на ФИО 1; мед.карта б/н на ФИО 1; корешок медосвидетельствования на ФИО 1, серия №, Рентгеновские снимки на ФИО 1 в количестве 3 штук.

В Экспертном заключении № №, проведенном с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.217 - 234 т.1), указано, что у ФИО 1 в период первого обращения за медицинской помощью в Коченевскую ЦРБ с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ имелись следующие заболевания:

-энцефалопатия сложного генеза 2 ст. церебральный атеросклероз, анемия легкой степени неясной этиологии, острый ринофарингит, синусит, ЖКБ, диссеминированный туберкулез легких в фазе инфильтрации и распада. Врачами не было обращено внимание на то, что ДД.ММ.ГГГГ «Легочный рисунок деформирован, усилен», что требовало дополнительного обследования для исключения туберкулезного процесса. Другие заболевания, перечисленные выше, включая положительный скрининг тест на ВИЧ, не были выставлены клинически, а могли лишь предполагаться специалистами дополнительных методов исследования, которые определяют лишь косвенные признаки наличия болезни. Заболевание Диссеминированный туберкулез легких в фазе инфильтрации и распада было установлено ДД.ММ.ГГГГ ЦВКК Облтубдиспансер, а после подтверждено актом патологоанатомического вскрытия ДД.ММ.ГГГГ, справкой о смерти. Причина смерти прогрессирование диссеминированного туберкулеза легких. Вирус иммунодефицита – не является самостоятельным заболеванием, его влияние на организм не установлено, прижизненного диагноза СПИД в медицинских документах не значится. Для ВИЧ-инфекции характерна определенная часто встречающаяся патология или нозология: - лимфоаденопатия – 100%, поражение кожи – до 90%. Но данная патология при исследовании медицинской документации не установлено. Следовательно, можно считать, что скрипинг-анализ, проведенный на АТ к ВИЧ ложноположительный и связан с проявлением основного заболевания Туберкулез. Тем самым данный факт, при отсутствии самого заболевания никак не мог повлиять на течение заболевания Туберкулез.

Представленные медицинские документы свидетельствуют о длительном диагностическом периоде в постановке и дифференцировке имеющегося у ФИО 1 диагнозе Туберкулез, в следствие чего, патогенетического противотуберкулезного лечения не проводилось, что способствовало бурному распространению инфекции с развитием диссеминированной инфильтрации легких, а также распаду легочной ткани, что и стало причиной смерти ФИО 1

Рентгенологическим признаком при диссеминированном туберкулезе легких является очаговая диссеминация. Она характеризуется множественными очаговыми тенями, которые чаще расположены в обоих легких относительно симметрично. Установить давность туберкулезного процесса и его течение возможно лишь по рентгенологическим снимкам.

ДД.ММ.ГГГГ – отделение лучевой диагностики. Легочный рисунок деформирован, усилен. Несмотря на то, что рентгенологическая диагностика при заболевании туберкулеза является основной и любые признаки изменения легочного рисунка, должны были заставить врача продолжить исследование легких. Также наличие характерной клиники, вялость, потливость, субфебрильная температура, снижение веса не были врачом расценены как возможная клиника туберкулеза. Представленные медицинские документы свидетельствуют о длительном диагностическом периоде в постановке и дифференцировке имеющегося у ФИО 1 диагноза Туберкулез, вследствие чего патогенетического противотуберкулезного лечения не проводилось, что способствовало бурному распространению инфекции с развитием диссеминированной инфильтрации легких, а также распаду легочной ткани, что и стало причиной смерти ФИО 1 При исследовании медицинской документации имеются дефекты оказания медицинской помощи в виде несвоевременной диагностики, последствием которой стало прогрессирование заболевания, отсутствие его лечения, наступление смерти. В связи с тем, что диагностика туберкулезного процесса выполнена несвоевременно не в полном объеме, лечебные мероприятия в отношении больной ФИО 1. не проводились, госпитализация в специализированное медицинское учреждение не осуществлялась. Все показания для оказания ФИО 1 специализированной медицинской помощи имелись, но в связи с поздней диагностикой за несколько дней до ее смерти, данная помощь не была оказана. Имеются дефекты оказания медицинской помощи в виде несвоевременной диагностики, последствием которой стало прогрессирование заболевания, отсутствие его лечения, наступление смерти.

Суд принимает данное заключение эксперта как относимое и допустимое в соответствии с требованиями ст.ст. 59 и 60 ГПК РФ доказательство, поскольку, вопросы перед экспертом поставлены с учетом мнения сторон по делу, эксперт перед проведением экспертизы предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, о чем имеется подпись; экспертиза проведена на основании представленных сторонами документов; экспертом при проведении исследования использовалась литература, ссылка на которую отражена в экспертизе, с привлечением для описания рентгенологических снимков из материалов дела врача-специалиста, рентгенолога.

С целью всестороннего и полного исследования всех обстоятельств по делу, стороной истца заявлено и судом удовлетворено ходатайство о допросе эксперта.

В судебном заседании Эксперт ФИО 2 пояснил, что снимок от ДД.ММ.ГГГГ (ФИО 1) уже имеет затемнение, в ДД.ММ.ГГГГ. ФИО 1 перенесла пневмонию, снимок от ДД.ММ.ГГГГ описание рентгенолога -усиление легочного рисунка, корневые тени, это видит любой рентгенолог, с обеих сторон, раз такие изменения есть, то на фоне хронических заболеваний легких либо после острых остаточных явлений идет усиление рисунка. Снимок от ДД.ММ.ГГГГ.- появляется еще более усиленный легочной рисунок, верхней и нижней долевой, выраженное затемнение в нижних долях, что указывает на генерализацию (Распространение болезненного процесса по всему организму из ограниченного вначале очага болезни) процесса и необходимо было поставить перед лечащим врачом, консультация фтизиатра, специалиста онколога чтобы исключить заболевание, однозначно по рентгеновскому снимку диагноз нельзя поставить, необходимы дополнительные исследования, рентгенолог диагноз не ставит и в совокупности с анализами ставится диагноз. То, что описал рентгенолог может определить любой врач, раз такие изменения есть то они возникли на почве каких то перенесенных заболеваний. При постановке по хроническим заболеваниям обнаружение туберкулезного процесса, оказывается специализированной помощь, фтизиатрическая. Существуют обязательные медицинские мероприятия, есть дополнительные, есть факультативные, в данном случае обсуждаем обязательные медицинские мероприятия. Пояснил, что со стороны медицинских работников в данном случае идет не соблюдение Приказов № 932н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи больным туберкулезом»,№ 951 от 29.12.2014 «Об утверждении методических рекомендаций по совершенствованию диагностики и лечения туберкулезных органов дыхания», в которых данные требования носят обязательный характер, и полный перечень всех действий, который должен провести врач первичного звена, МСКТ один из дополнительных методов, лучевой диагностики, наиболее точное это МРТ, МСКТ это промежуточный вариант. Обзорные снимки это прошлый век, на первичном уровне можно сделать, а при наличии подозрений на заболевание туберкулез назначить МРТ. 

Постановление Главного государственного санитарного врача от 22.10.2013 № 60 указывает, что при обнаружении во время обследования пациента признаков, указывающих на возможность заболевания туберкулезом, в целях постановки окончательного диагноза он направляется в специализированную медицинскую организацию по профилю «фтизиатрия» по месту жительства; медицинский работник, оформляющий направление, информирует пациента о необходимости явиться на обследование в противотуберкулезную медицинскую организацию в течение 10 рабочих дней с момента получения направления и делает отметку в медицинской документации пациента о его информации. По завершении обследования пациента, противотуберкулезная медицинская организация в течение 3 рабочих дней информирует медицинскую организацию, направившую больного на обследование, о результатах обследования и окончательном диагнозе. 

Эксперт также пояснил, что ВИЧ это не заболевание, даже при наличии носительства, проявляется в виде иммунодефицита, это не является подтверждением заболевания, как диагноз это не может ставиться; в причинно-следственной связи со смертью ФИО 1 состоять не может, иммуноблок реагирует на антитела на перенесенный вирус гриппа, вирусы, в крови появляются различные фрагменты, групп которые могут показывать реакции на схожую с выявлением антител ВИЧ. Заболевание туберкулез не развилось бы, и не привело к таким последствиям, до распада легких, так как ранняя диагностика туберкулеза - прогноз благоприятный. 

Выводы эксперта и его пояснения в судебном заседании, согласуются и не противоречат другим, собранным по делу доказательствам.

Так, допрошенный в качестве специалиста по ходатайству ответчика – заведующий противотуберкулезного диспансера № № ФИО 3 пояснил, что на представленных для просмотра рентгенах грудной клетки ФИО 1 от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ: на снимке от ДД.ММ.ГГГГ – усилен легочный рисунок с двух сторон, задействованы корневые тени, если бы дали такой снимок ему как специалисту, он бы рекомендовал МСКТ; на снимке от ДД.ММ.ГГГГ дал бы рекомендацию сделать МСКТ, томографию, поставил хронический бронхит, заподозрил пневмонию справа, слева почище, легочный рисунок усилен, обогащен, разницы между июньским и октябрьским – динамики нет, улучшений нет однозначно и явных ухудшений так же; снимок поступает терапевту, на руки пациенту не выдается, выдается заключение на руки пациенту с рекомендацией; однако, в медицинской карте пациента ФИО 1 ( 

<

данные изъяты>) врач онколог ДД.ММ.ГГГГ указывает явка ДД.ММ.ГГГГ рентгенография от ДД.ММ.ГГГГ, принести снимки на осмотр; ДД.ММ.ГГГГ врач в «анамнезе» указывает «больная не предоставила снимки рентгена ОГК.

Заведующий противотуберкулезного диспансера № № ФИО 3 также пояснил, что туберкулез очень хорошо лечится при своевременной диагностике и лечении. 

Сторона ответчика отрицает наличие вины Коченевской ЦРБ по настоящему спору.

В качестве доказательства отсутствия вины Коченевской ЦРБ в смерти ФИО 1, стороной ответчика ДД.ММ.ГГГГ г. представлена Информация из Медицинской информационной системы.

Представленную стороной ответчика в ходе судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ года Информацию из Медицинской информационной системы Новосибирской области, являющейся компонентом Единой государственной информационной системы в сфере здравоохранения Новосибирской области, положение о которой утверждено постановлением Правительства Новосибирской области от 28.03.2017 № 117-п (далее по тексту – Информация из МИС Новосибирской области), суд не принимает как относимое и допустимое в силу ст.ст. 59 и 60 ГПК РФ доказательство в силу следующих обстоятельств.

В соответствии с п.1 ст.68 ГПК РФ в случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны.

Представитель ответчика, поясняя, что ранее (до ДД.ММ.ГГГГ) не имели возможность представить данный документ как доказательство, ссылается, что не имели реальной возможности в связи с тем, что было мало времени для подготовки к судебному разбирательству. Однако, исковое заявление ФИО1 и ФИО2 принято к производству ДД.ММ.ГГГГ года и определением судьи истцам и ответчику было предложено представить доказательства, имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, свои возражения и доказательства в их подтверждение до ДД.ММ.ГГГГ года. Только ДД.ММ.ГГГГ года по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, всего в общей сложности по делу до ДД.ММ.ГГГГ года проведено 8 судебных заседаний, ни на одном из которых, сторона ответчика не заявила о наличии данного доказательства и невозможности представить его в качестве доказательства.

Кроме того, Информация из МИС Новосибирской области, содержит сведения, которые сторона ответчика указывает как «пробел системы», а, именно, при исследовании данного доказательства обнаружено, что ФИО 1 посещала врача-онколога по времени в 00:00; номер кабинета маммографии «

<

данные изъяты>»; прием врача-онколога ФИО 1 первичный и ДД.ММ.ГГГГ (л.3 Информации), и ДД.ММ.ГГГГ, и ДД.ММ.ГГГГ также первичный, повторный – только ДД.ММ.ГГГГ (л.11) ; при описании ДД.ММ.ГГГГ Рентгена ОГК ФИО 1, (л.д.2 Информации) указано, что ДД.ММ.ГГГГ –очаговых и инфильтративных изменений в легочной ткани не определяется, однако, ФИО 1 к этому времени уже не стало – она умерла ДД.ММ.ГГГГ г.; в представленной Информации из МИС Новосибирской области (л. 10), при посещении врача ФИО 4 указано: «назначение конс онколога, фтизиатра», в то время как в карточке больной ФИО 1, при посещении этой же датой и этого же врача о Фтизиатре указано как «рекомендация», а не «назначение», что по данным спорным правоотношениям является существенным.

Одновременно представитель стороны ответчика – главврач – пояснил, что ведение карточки больного на бумажном носителе не отменены, карточка больной ФИО 1 была представлена, исследована в ходе судебного заседания, была предметом исследования при проведении экспертизы. 

В ходе судебного заседания установлено, что в медицинской карте ФИО 1 (

<

данные изъяты>) документы подшиты не в хронологической последовательности: первый лист о добровольном согласии на виды медицинского вмешательства датирован ДД.ММ.ГГГГ, при этом явно видны остатки вырванных нескольких листов; отсутствие которых сторона ответчика не смогла пояснить. Следующие документы датированы в очередности: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, далее выпиской Эпикриз о нахождении на обследовании и лечении в отделении терапии ФИО 1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, дата распечатки документа - ДД.ММ.ГГГГ ; далее документы ДД.ММ.ГГГГ года и Эпикриз о нахождении ФИО 1 на лечении в отделении терапии с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, дата распечатки документа - ДД.ММ.ГГГГ, далее приобщено биохимическое обследование больного «ФИО5 1970». 

Данные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии отражения целостности событий, являются доказательством того, что стороной ответчика представлена ситуация с выгодной для себя стороны. 

Доводы представителей стороны ответчика о том, что причиной смерти ФИО 1 является ВИЧ, суд находит несостоятельными по следующим основаниям.

Допрошенная в судебном заседании заведующая подразделением центра профилактики и борьбы со СПИДом городской инфекционной клинической больницы № 1, главный внештатный специалист по диагностики ВИЧ-инфекции, врач инфекционист ФИО 5, о допросе которой ходатайствовала сторона ответчика, ответила на вопросы о путям передачи ВИЧ-инфекции, пояснила, что в представленной медицинской документации при первичном обследовании ФИО 1 было рекомендовано пройти обследование ВИЧ, принудительно обязать пройти обследование на ВИЧ – нельзя, в отношении взрослого населения принудительная диспансеризация не проводится.

Однако, данным специалистом не подтверждены доводы стороны ответчика о причинно-следственной связи наличие положительного ВИЧ результата ФИО 1 с её смертью.

Из представленного в суд стороной ответчика Протокола вскрытия № № от ДД.ММ.ГГГГ г. Клинический диагноз ФИО 1 – туберкулез легких в фазе распада; Паталогоанатомический диагноз ВИЧ-инфекция, положительный иммуноблот от ДД.ММ.ГГГГ, стадия вторичных заболеваний 4Б, фаза прогрессирования на фоне отсутствия АРВТ(антиретровирусной терапии). Диссеминированный туберкулез легких. 

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО 2 пояснил, что ВИЧ это не заболевание, даже при наличии носительства, проявляется в виде иммунодефицита, это не является подтверждением заболевания, как диагноз это не может ставиться; в причинно-следственной связи со смертью ФИО 1 состоять не может. Доводы Эксперта ФИО 2 стороной ответчика не опровергнуты.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель показал, что проживает совместно с дочерью ФИО 1 – ФИО1 ФИО1 постоянно находилась в доме своей матери ФИО 1, он на машине часто возил ФИО 1 к врачам в 

<

адрес> и в 

<

адрес>. Потом из 

<

адрес> прилетела дочь ФИО 1 – ФИО2, она возила мать на обследование; ФИО 1 постоянно жаловалась на слабость.

У суда нет оснований не доверять показаниям свидетеля Свидетель , поскольку его показания последовательные, категоричные, и не противоречат другим собранным по делу доказательствам.

Из представленных медицинских документов, даже при отсутствии части документов (явно видны остатки вырванных нескольких листов, отсутствие которых сторона ответчика не смогла пояснить), в период с ДД.ММ.ГГГГ года ФИО 1 прошла: ДД.ММ.ГГГГ ультразвуковое исследование брюшной полости и забрюшинного пространства), обследование ДД.ММ.ГГГГ (отделение лучевой диагностики эндоскопический кабинет), с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находилась на обследовании и лечении в отделении терапии Коченевской ЦРБ; ДД.ММ.ГГГГ исследование биопсийного материала, ДД.ММ.ГГГГ биохимическое обследование, прием врача-онколога; ДД.ММ.ГГГГ анализы крови, мочи, электрокардиограмма; ДД.ММ.ГГГГ прием врача-онколога; ДД.ММ.ГГГГ прием врача – онколога; ДД.ММ.ГГГГ прием врача-онколога, исследование на микрофлору, прием врача-гинеколога, забор анализа, ультразвуковое исследование щитовидной железы, маммографическое исследование; ДД.ММ.ГГГГ МРТ головного мозга; ДД.ММ.ГГГГ – гинеколог; ДД.ММ.ГГГГ прием врача-оторинголаринголога, прием врача-невролога, прием врача-гинеколога; ДД.ММ.ГГГГ прием врача-гинеколога, мазок на АТК, прием врача-хирурга; ДД.ММ.ГГГГ электрокардиограмма, ДД.ММ.ГГГГ прием врача-терапевта, регтгенография легких, ультразвуковое исследование почек, ультразвуковое исследование мочевого пузыря, ультразвуковое исследование брюшной полости ; ДД.ММ.ГГГГ. биохимическое обследование, сдача анализов мочи и крови, ДД.ММ.ГГГГ – прием врача-терапевта, ДД.ММ.ГГГГ – прием врача-онколога, эзофагогастродуоденоскопия, ДД.ММ.ГГГГ прием врача-онколога.

Из представленных стороной ответчика медицинских документов, из записей ДД.ММ.ГГГГ - жалобы ФИО 1: слабость, головокружение, температура утром и вечером до 38 в течение 1 мес., больная отмечает потерю веса; 

ДД.ММ.ГГГГ – жалобы: слабость, утомляемость, снижение веса за 3 года на 34 кг; 

ДД.ММ.ГГГГ – жалобы: слабость и утомляемость.

В экспертном заключении № №, принятом судом как относимое и допустимое доказательство, эксперт указывает (л.д.225) к числу характерных признаков туберкулеза следует отнести в том числе: головные боли, высокую температуру, слабость и упадок сил, резкое снижение массы тела. Врачами не было обращено внимание на то, что ДД.ММ.ГГГГ легочный рисунок деформирован, усилен, что требовало дополнительного обследования ФИО 1 для исключения туберкулезного процесса (л.д.231).

Таким образом, суд считает установленным, что со стороны ответчика имели место нарушения при оказании медицинских услуг ФИО 1, состоящих в опосредованной причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде прогрессирования диссеминированного туберкулеза легких ФИО 1 и последовавшей смерти.

Доводы представителей ответчика о том, что ФИО 1 отказывалась от госпитализации, не выполняла все предписания врачей, суд находит несостоятельными, поскольку, из заключения эксперта : ДД.ММ.ГГГГ – отделение лучевой диагностики. Легочный рисунок деформирован, усилен. Несмотря на то, что рентгенологическая диагностика при заболевании туберкулеза является основной и любые признаки изменения легочного рисунка, должны были заставить врача продолжить исследование легких. Также наличие характерной клиники, вялость, потливость, субфебрильная температура, снижение веса не были врачом расценены как возможная клиника туберкулеза. На этот период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО 1 находилась обследовании и лечении в терапевтическом отделении Коченевской ЦРБ палата № № ( л.д.96, 101), из дневниковой записи (л.д.96 - Рентген ОГК от ДД.ММ.ГГГГ – ОГК (органы трудной клетки) без патологии. ДД.ММ.ГГГГ – запись приема врача-терапевта участкового ФИО 6 « жалобы – слабость, головокружение, температура утром и вечером до 38 градусов в течение 1 мес., больная отмечает потерю веса, От предложенной госпитализации ФИО 1 отказалась», однако, на этот период времени именно с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО 1 уже находилась на обследовании и лечении в терапевтическом отделении Коченевской ЦРБ палата № № ( л.д.96, 101).

Анализируя изложенное, суд пришел к выводу о том, что ответчик не представил относимых и допустимых, в силу ст.ст. 59 и 60 ГПК РФ, доказательств надлежащего выполнения обязанностей сотрудниками Коченевской ЦРБ при оказании медицинской помощи ФИО 1, доказательств отсутствия причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) медицинских работников, и наступившими последствиями в виде смерти ФИО 1, в связи с чем, суд не усматривает основания освобождения ответчика от ответственности.

В соответствии с п.2 ст.1064 ГК РФ доказательств отсутствия своей вины в причинении вреда ответчиком не представлено. 

Руководствуясь положениями статей 150, 151, 1099, 1101 ГК РФ, исходя из того, что смерть ФИО 1 причиняет её детям - дочерям ФИО1 и ФИО2 - сильнейшую душевную боль, является невосполнимой утратой, принимая во внимание степень вины нарушителя, степень нравственных страданий истцов, учитывая требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании в пользу ФИО1 и ФИО2 с ГБУЗ Новосибирской области «Коченевская центральная районная больница» в счет компенсации морального вреда по 450 000 рублей в пользу каждой.

Руководствуясь ст.ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 и ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ Новосибирской области «Коченевская центральная районная больница» в пользу ФИО1 и ФИО2 в счет компенсации морального вреда в связи со смертью их матери ФИО 1 по 450 000 рублей (четыреста пятьдесят тысяч рублей) в пользу каждой.

В удовлетворении остальной части требований – отказать.

Решение суда может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Коченевский районный суд. С полным текстом решения стороны вправе ознакомиться 04 июля 2019 года.

Судья: подпись Е.Ю. Мирончик