Дело № 2-1416/17

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

31.07.2017 Орджоникидзевский районный суд г.Екатеринбурга в составе: председательствующего судьи Кислициной С.В., с участием прокурора Пьянковой А.Д., при секретаре Тюшняковой Т.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Муниципальному автономному учреждению «Центральная городская клиническая больница № 23» о возмещении расходов на лечение, компенсации морального вреда, возмещении расходов на лечение, необходимых расходов, расходов на оплату услуг представителя, 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с иском к Муниципальному автономному учреждению «Центральная городская клиническая больница № 23» (МАУ ЦГКБ № 23) о возмещении расходов на лечение, компенсации морального вреда, взыскании штрафа.

В обоснование иска указал, что 

<

 дд.мм.гггг > в связи с полученной травмой обратился в травмпункт МАУ ЦГКБ № 23, по результатам проведенного осмотра ему поставлен диагноз: оскольчатый перелом 

<

 данные изъяты > со смещением, перелом шиловидного отростка 

<

 данные изъяты > справа, произведена репозиция костей с наложением гипсовой повязки. 

При повторных осмотрах и по результатам рентгенографии отмечалось удовлетворительное состояние отломков, однако после снятия 

<

 дд.мм.гггг > гипсовой повязки по результатам рентгенологического исследования выявлено вторичное смещение отломков, в связи с чем ФИО1 направлен на консультацию в травматологическое отделение МАУ ЦГКБ № 24.

<

 дд.мм.гггг > ФИО1 обратился на консультацию в ГБУЗ СО «ЦСВМП «УИТО им.В.Д.Чаклина» с диагнозом: посттравматическая деформация 

<

 данные изъяты >, неправильно сросшийся оскольчатый перелом 

<

 данные изъяты > (МКБ-

<

 № >), 

<

 дд.мм.гггг > ему проведена операция: корригирующая остеотомия 

<

 данные изъяты >, остеосинтез 

<

 данные изъяты > пластиной Synthes.

После оперативного лечения ФИО1 по 

<

 дд.мм.гггг > проходил амбулаторное лечение в поликлинике МАУ ЦГКБ № 23 по поводу посттравматической 

<

 данные изъяты >. 

Согласно составленному 

<

 дд.мм.гггг > ООО СМК «УГМК-Медицина» экспертному заключению по качеству оказанной ФИО1 в МАУ ЦГКБ № 23 медицинской помощи, имеются следующие дефекты: неверно оценен характер перелома 

<

 данные изъяты >, не выполнена компьютерная томография 

<

 данные изъяты >; при наличии вторичного смещения отломков пациент несвоевременно направлен на оперативное лечение в ГБУЗ СО «ЦСВМП «УИТО им.В.Д.Чаклина». 

27.02.2017 ФИО1 направил в адрес МАУ ЦГКБ № 23 требование о возмещении расходов на лечение и компенсации морального вреда, которое оставлено без удовлетворения.

Поскольку, по мнению ФИО1, имелись дефекты при оказании ему медицинской помощи, что повлияло на тяжесть его состояния и длительность лечения, истец просит взыскать с МАУ ЦГКБ № 23 в его пользу компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

ФИО1 просит также взыскать в его пользу расходы на лечение в сумме 4 144 рубля, расходы на проведение судебно-медицинской экспертизы в сумме 24 215 рублей 30 копеек и расходы на оплату услуг представителя в сумме 15 000 рублей.

Кроме того, ФИО1 просит взыскать с ответчика штраф на основании ст.13 Закона Российской Федерации № 2300-1 от 07.02.1992 «О защите прав потребителей». 

ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежаще.

Представитель ФИО1 - адвокат Валишин Р.М. в судебном заседании поддержали заявленные исковые требования.

Представитель МАУ ЦГКБ № 23 иск не признал, пояснив суду, что при оказании ФИО1 медицинской помощи были проведены все необходимые и достаточные исследования в соответствии с требованиями стандарта первичной медико-санитарной помощи при переломе 

<

 данные изъяты >, сочетанном переломе 

<

 данные изъяты >, утвержденного приказом Министерства здравоохранения ПФ № 887н от 09.11.2012, указанный стандарт не предусматривает обязательность проведения компьютерной томографии. Кроме того, экспертом ООО СМК «УГМК-Медицина» в заключении от 13.07.2016 не обоснована цель проведения компьютерной томографии, не указаны последствия отсутствия данного вида диагностики. 12.04.2016 при поступлении в травмпункт МАУ ЦГКБ № 23 ФИО1 проведена рентгенография 

<

 данные изъяты >, поставлен диагноз: перелом 

<

 данные изъяты > со смещением (диагноз по МКБ 

<

 № >). Выполнена закрытая ручная репозиция под местной анестезией, на контрольном рентгенографическом снимке после анестезии отмечено удовлетворительное состояние отломков, ось восстановлена. Пациент наблюдался в травматологическом пункте МАУ ЦГКБ № 23 в период по 

<

 дд.мм.гггг >, неоднократно проводились рентгенографические исследования: 

<

 дд.мм.гггг > (до и после репозиции), 

<

 дд.мм.гггг > и 

<

 дд.мм.гггг > (состояние отломков удовлетворительное), 

<

 дд.мм.гггг > отмечено вторичное смещение, снят гипс, истец направлен на консультативный прием травматолога. По мнению представителя ответчика, вторичное смещение связано, в том числе, с самостоятельным нарушением гипсовой повязки. При обнаружении вторичного смещения после снятия гипса 

<

 дд.мм.гггг > истец 

<

 дд.мм.гггг > был направлен на консультацию в МАУ ЦГКБ № 24.

Представитель третьего лица - ООО СМК «УГМК-Медицина» в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежаще, представил письменный отзыв на исковое заявление, считает исковые требования ФИО1 обоснованными.

Третье лицо - ФИО2 в судебное заседание также не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежаще.

Заслушав стороны, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.

В соответствии с п.1 ст.41 Конституции Российской Федерации, каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

В силу п.п.3, 4, 7, 21 ст.2 Федерального закона № 323-ФЗ от 21.11.2011 «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», медицинская помощь представляет собой комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг. Под медицинской услугой понимается медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение. Диагностика - это комплекс медицинских вмешательств, направленных на распознавание состояний или установление факта наличия либо отсутствия заболеваний, осуществляемых посредством сбора и анализа жалоб пациента, данных его анамнеза и осмотра, проведения лабораторных, инструментальных, патолого-анатомических и иных исследований в целях определения диагноза, выбора мероприятий по лечению пациента и (или) контроля за осуществлением этих мероприятий. Качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

В соответствии со ст.19 Федерального закона № 323-ФЗ от 21.11.2011, каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Согласно п.15 ст.2 Федерального закона № 323-ФЗ от 21.11.2011, лечащий врач - врач, на которого возложены функции по организации и непосредственному оказанию пациенту медицинской помощи в период наблюдения за ним и его лечения. Лечащий врач назначается руководителем медицинской организации (подразделения медицинской организации) или выбирается пациентом с учетом согласия врача. Лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов. Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи. Лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента. Диагноз, как правило, включает в себя сведения об основном заболевании или о состоянии, сопутствующих заболеваниях или состояниях, а также об осложнениях, вызванных основным заболеванием и сопутствующим заболеванием (ст.70 Федерального закона).

На основании ч.1 ст.37 Федерального закона № 323-ФЗ от 21.11.2011, медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи.

В силу ст.73 Федерального закона № 323-ФЗ от 21.11.2011, медицинские работники осуществляют свою деятельность в соответствии с законодательством Российской Федерации, руководствуясь принципами медицинской этики и деонтологии. Медицинские работники обязаны: оказывать медицинскую помощь в соответствии со своей квалификацией, должностными инструкциями, служебными и должностными обязанностями; соблюдать врачебную тайну; совершенствовать профессиональные знания и навыки путем обучения по дополнительным профессиональным образовательным программам в образовательных и научных организациях в порядке и в сроки, установленные уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. 

Согласно ст.1095 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный недостатками оказанной услуги, либо вследствие недостаточной или недостоверной информации об услуге, подлежит возмещению за счет исполнителя. Под недостатками оказанной услуги понимаются конструктивные, рецептурные или иные подобные недостатки, связанные как с самим содержанием услуги, так и с фактическим ее оказанием.

В соответствии со ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (ст.1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу ст.150 Гражданского Кодекса Российской Федерации, защита жизни и здоровья, принадлежащих гражданину от рождения, осуществляется в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст.12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

Согласно ст.12 Гражданского кодекса Российской Федерации, право выбора способа защиты гражданских прав принадлежит истцу.

В силу ст.39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истец определяет предмет и основание иска.

Как указано в п.5 ч.4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 23 от 19.12.2003 «О судебном решении», заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом.

Согласно с ч.3 ст.196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст.15 Закона Российской Федерации № 2300-1 07.02.1992 «О Защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В силу ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как указано в п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20.12.1994 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье и т.п.). Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях вследствие физической боли, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья и прочее (п.2 постановления). При этом в соответствии с действующим законодательством, одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя, за исключением случаев, прямо предусмотренных законом (п.3 данного постановления).

Таким образом, по общему правилу для применения гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда необходимо установить наступление вреда, вину причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями. 

Юридически значимым обстоятельством при рассмотрении данного гражданского дела является непосредственно качество оказанной истцу медицинской услуги.

В силу ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (ст.55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из заключения от 13.07.2016 проведенной ООО СМК «УГМК-Медицина» экспертизы по качеству оказанной ФИО1 в МАУ ЦГКБ 

<

 № > медицинской помощи, следует, что имеются следующие дефекты: неверно оценен характер перелома 

<

 данные изъяты >, не выполнена компьютерная томография 

<

 данные изъяты >; при наличии вторичного смещения отломков пациент несвоевременно направлен на оперативное лечение в ГБУЗ СО «ЦСВМП «УИТО им.В.Д.Чаклина». 

Определением Орджоникидзевского районного суда г.Екатеринбурга от 28.04.2017 по делу назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза. 

Как следует из экспертного заключения ГБУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» 

<

 № >-Е от 05.06.2017, согласно представленным медицинским документам, 

<

 дд.мм.гггг > в травмпункте МАУ ЦГКБ № 23 в амбулаторной карте сделана запись, что у ФИО1 диагностирован: перелом 

<

 данные изъяты > со смещением. По рентгенограммам от 

<

 дд.мм.гггг > у ФИО1 имелся оскольчатый внутрисуставной перелом 

<

 данные изъяты > со смещением, перелом 

<

 данные изъяты > со смещением, повреждение 

<

 данные изъяты >. Таким образом, характер повреждения у ФИО1 оценен врачом травмпункта МАУ ЦГКБ № 23 не полностью, диагноз поставлен не точно, не отражен оскольчатый и внутрисуставный характер перелома, не отражен перелом 

<

 данные изъяты > со смещением, разрыв 

<

 данные изъяты >. При подозрении на внутрисуставной характер перелома следовало назначить компьютерную томографию или МРТ 

<

 данные изъяты >.

При данном повреждении медицинская помощь оказывается в соответствии со стандартом первичной медико-санитарной помощи при переломе 

<

 данные изъяты >, сочетанном переломе 

<

 данные изъяты >, утвержденным приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации № 887н от 09.11.2012. Требования подлежащего применению стандарта при оказании медицинской помощи ФИО1 в травмпункте МАУ ЦГКБ № 23 соблюдены: выполнен осмотр, назначена рентгенография, под местным обезболиванием выполнена закрытая ручная репозиция перелома и фиксация в гипсовой лонгете, выполнена контрольная рентгенография после репозиции и фиксации. Однако врачом травмпункта и врачом рентгенологом недооценен внутрисуставной оскольчатый характер 

<

 данные изъяты > перелома 

<

 данные изъяты >, неправильно оценен результат первичной репозиции (состояние отломков удовлетворительное, запись в амбулаторной карте 

<

 № > от 

<

 дд.мм.гггг >): положение дистального фрагмента 

<

 данные изъяты > неудовлетворительное - имеется смещение по длине (укорочение 4 мм), под углом и по ширине на половину поперечника фрагмента в 

<

 данные изъяты > (боковая проекция). 

После репозиции сгибательного перелома 

<

 данные изъяты > следовало фиксировать в положении разгибания в 

<

 данные изъяты > суставе под углом 30 градусов, при легком сгибании 

<

 данные изъяты >. В этом положении накладывается 

<

 данные изъяты > гипсовая лонгета от 

<

 данные изъяты > сустава до 

<

 данные изъяты > костей. Выполненная репозиция перелома не могла быть признана удовлетворительной, следовало повторить закрытую репозицию перелома в условиях травмпункта или, с учетом характера перелома - 

<

 данные изъяты > со смещением - направить больного на хирургическое лечение в специализированный травматологический стационар.

Консервативное лечение ФИО1 продолжалось до 

<

 дд.мм.гггг > в условиях травмпункта, положение 

<

 данные изъяты > с момента травмы и первичной репозиции при последующих рентгенологических контролях не менялось, однако рентгенологом только 

<

 дд.мм.гггг > описывается перелом со смещением, и больной направляется на консультацию, на которой 

<

 дд.мм.гггг > рекомендовано лечение в МАУ ЦГКБ № 24 (центр кисти). 

<

 дд.мм.гггг > ФИО1 проконсультирован в ГБУЗ СО «ЦСВМП «УИТО им.В.Д.Чаклина», 

<

 дд.мм.гггг > направлен из травмпункта МАУ ЦГКБ № 23 на оперативное лечение в ГБУЗ СО «ЦСВМП «УИТО им.В.Д.Чаклина», где 

<

 дд.мм.гггг > прооперирован (спустя 3 месяца после травмы).

Характер перелома у ФИО1 (оскольчатый, внутрисуставной) сам по себе создавал риск неправильного сращения, формирования контрактуры 

<

 данные изъяты > сустава. несвоевременное (запоздалое) направление на оперативное лечение в специализированный травматологический стационар способствовало формированию у ФИО1 посттравматической деформации правого предплечья, неправильно сросшемуся оскольчатому перелому 

<

 данные изъяты > (МКБ-10, 

<

 № >), контрактуре правого 

<

 данные изъяты > сустава, но единственной причиной этих болезненных состояний не являлось.

В соответствии с п.24 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации № 194н от 24.04.2008, ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью травмы, поздними сроками начала лечения (в данном случае наличие внутрисуставного, оскольчатого перелома со смещением и отсроченное проведение оперативного вмешательства), не рассматривается как причинение вреда здоровью. Вред, причиненный здоровью ФИО1, обусловлен повреждением, имевшимся 

<

 дд.мм.гггг >.

После проведения лечебных мероприятий предусмотрено нахождение конечности в вынужденном положении в условиях гипсовой иммобилизации, когда движения в 

<

 данные изъяты > начинают со 2-го дня, УВЧ на область перелома с 3-го дня, иммобилизация в гипсе 4 недели, после снятия гипса назначают реабилитационное лечение.

По данным осмотра 

<

 дд.мм.гггг > в амбулаторной карте МАУ ЦГКБ № 23 ФИО1 в удовлетворительном состоянии, жалоб не предъявляет, ось правильная, объем движений в суставе в пределах нормы, рекомендовано продолжить ЛФК, приступить к труду с 

<

 дд.мм.гггг >. По данным контрольного осмотра 

<

 дд.мм.гггг > в ГБУЗ СО «ЦСВМП «УИТО им.В.Д.Чаклина» - на фоне МОС достигнуто полное сращение перелома 

<

 данные изъяты >, диагноз: срастающийся перелом 

<

 данные изъяты >, рекомендовано ЛФК, явка по необходимости, консультация невролога. По данным медицинской документации, динамика в восстановлении функции 

<

 данные изъяты > у ФИО1 положительная.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что при оказании ФИО1 медицинской помощи в виде проведенного в травмпункте МАУ ЦГКБ № 23 амбулаторного лечения в период с 

<

 дд.мм.гггг > по 

<

 дд.мм.гггг > была оказана некачественная медицинская услуга, нарушено право истца на получение квалифицированной и своевременной медицинской помощи, что повлекло угрозу его здоровью, последующее длительное лечение, в том числе, оперативное лечение в ГБУЗ СО «ЦСВМП «УИТО им.В.Д.Чаклина» (корригирующая остеотомия 

<

 данные изъяты >, остеосинтез 

<

 данные изъяты >). 

Вместе с тем, вред здоровью ФИО1 действиями сотрудников МАУ ЦГКБ № 23 не причинен.

Доказательств добросовестного выполнения работниками ответчика своих обязанностей при оказании истцу медицинской помощи и наличия обстоятельств, препятствовавших этому, ответчиком суду не представлено. 

Судом установлена причинно-следственная связь между ненадлежащим оказанием ответчиком медицинской помощи и нарушением личных неимущественных прав истца, что подтверждается пояснениями сторон, медицинскими документами. 

Нарушение ответчиком личного неимущественного права истца ФИО1 на охрану здоровья, своевременное и качественное оказание медицинской помощи причинило истцу моральный вред, выразившийся в нравственных и физических страданиях.

Принимая во внимание, что приведенный в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20.12.1994 перечень видов нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, не является исчерпывающим, суд считает обоснованным требование ФИО1 о компенсации морального вреда, поскольку имеется причинно-следственная связь между действиями ответчика и нарушением личных неимущественных прав истца, претерпевшего нравственные и физические страдания по поводу своего здоровья. 

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает конкретные обстоятельства, при которых ФИО1 причинен моральный вред, характер нравственных и физических страданий, переживаний в связи с тем, что в течение длительного периода он испытывал боль и страх за возможные последствия для своего здоровья.

Оценив степень нравственных и физических страданий истца, степени вины ответчика, допустившего нарушение качества оказания медицинской помощи, последствий, возникших в результате действий медицинского учреждения, а также учитывая требования разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с МАУ ЦГКБ № 23 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

В соответствии со ст.1085 Гражданского кодекса Российской Федерации, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, приобретение лекарств, санаторно-курортное лечение, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и не имеет права на их бесплатное получение.

По мнению суда, в результате действий МАУ ЦГКБ № 23 вред здоровью истца не причинен, вместе с тем, подтвержденные истцом расходы на лечение и приобретение лекарств в сумме 4 144 рубля подлежат возмещению ответчиком на основании ст.ст.15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Обязанность суда взыскивать понесенные стороной, в пользу которой принято решение суда, с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты таких услуг, и тем самым, на реализацию требований ч.3 ст.17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. В этой связи суд вправе уменьшать размер сумм, взыскиваемых в возмещение этих расходов, и при том что другая сторона не заявляет возражения в связи с чрезмерностью взыскиваемых с нее расходов. Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения сторон договора и определяется им. Суд не вправе вмешиваться в эту сферу, однако может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов. Размер вознаграждения за оказание услуг представителя зависит от сложности дела. Неразумными могут быть сочтены значительные расходы, не оправданные ценностью подлежащего защите права либо несложностью дела, небольшим сроком его рассмотрения либо небольшим объемом оказанных юридических услуг. 

Из квитанции 

<

 № > от 25.06.2016 следует, что истцом ФИО1 произведена оплата в сумме 15 000 рублей адвокату Валишину Р.М. за оказание юридической помощи по иску к МАУ ЦГКБ № 23 о возмещении ущерба и компенсации морального вреда, представительство интересов ФИО1 осуществлялось Валишиным Р.М. по нотариальной доверенности. 

В период производства по данному гражданскому делу (с 15.03.2017 по 31.07.2017) Валишин Р.М., как представитель истца ФИО1, подготовил исковое заявление, ходатайство о назначении по делу судебно-медицинской экспертизы, принял участие в трех судебных заседаниях.

Как указано в п.п.11, 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (ч.4 ст.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (стт.ст.2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч.1 ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (ст.ст.98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

С учетом конкретных обстоятельств дела, объема юридической помощи, оказанной истцу ФИО1, требования которого удовлетворены в части, исходя из требований разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с МАУ ЦГКБ № 23 в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в сумме 15 000 рублей.

По мнению суда, в силу ст.ст.94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации требование истца о возмещении необходимых расходов подлежит удовлетворению в части, при этом суд исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что определением Орджоникидзевского районного суда г.Екатеринбурга от 28.04.2017 по данному гражданскому делу назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГБУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы», оплата экспертизы возложена на истца ФИО1

Судебная экспертиза проведена, экспертное заключение ГБУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» 

<

 № >-Е от 05.06.2017 поступило в суд 19.07.2017, при этом ФИО1 произведена оплата экспертизы в сумме 24 215 рублей 30 копеек.

С учетом изложенного, суд взыскивает с МАУ ЦГКБ № 23 в пользу ФИО1 расходы по проведению судебно-медицинской экспертизы в размере 24 215 рублей 30 копеек. 

В соответствии с п.6 ст.13 Закона Российской Федерации № 2300-1 от 07.02.1992 «О защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штрафв размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Из материалов дела следует, что 27.02.2017 ФИО1 в адрес МАУ ЦГКБ № 23 направлено требование о возмещении расходов на лечение и компенсации морального вреда в связи с нарушением стандарта качества медицинской помощи.

В соответствии с экспертным заключением ГБУЗ СО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» 

<

 № >-Е от 05.06.2017, требования подлежащего применению стандарта первичной медико-санитарной помощи при переломе 

<

 данные изъяты >, сочетанном переломе 

<

 данные изъяты >, утвержденным приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации № 887н от 09.11.2012 при оказании медицинской помощи ФИО1 в травмпункте МАУ ЦГКБ № 23 были соблюдены, вместе с тем, при определении тактики консервативного лечения лечащим врачом недооценен характер перелома. 

Поскольку допущенные МАУ ЦГКБ № 23 нарушения при оказании медицинской помощи ФИО1 подтверждены экспертным заключением 

<

 № >-Е от 05.06.2017, суд приходит к выводу о том, что на дату направления истцом в адрес ответчика требования о возмещении вреда (27.02.2017) у МАУ ЦГКБ № 23 отсутствовала обязанность по удовлетворению данного требования в добровольном порядке, в связи с чем оснований для взыскания штрафа не имеется. 

Согласно ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Других требований истцом не заявлено.

Руководствуясь ст.ст.12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Взыскать с Муниципального автономного учреждения «Центральная городская клиническая больница № 23» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, расходы на лечение в сумме 4 144 (четыре тысячи сто сорок четыре) рубля, необходимые расходы в сумме 24 215 руб. 30 коп. (двадцать четыре тысячи двести пятнадцать рублей тридцать копеек), расходы на оплату услуг представителя в сумме 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей и расходы по уплате государственной пошлины в сумме 700 (семьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

В окончательной форме решение суда изготовлено 05.08.2017.

Судья: