Дело № 2-1551 М/2020

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ДД.ММ.ГГГГ года 

<

адрес>

Коломенский городской суд 

<

адрес> в составе: председательствующего судьи Шевченко С.Н., с участием старшего помощника Коломенского городского прокурора ФИО10, адвоката ФИО8, при секретаре судебного заседания ФИО5, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску УФСБ России по городу Москве и 

<

адрес> к ФИО2, ФИО3 о выселении из жилого дома,

У С Т А Н О В И Л:

УФСБ России по 

<

адрес> и 

<

адрес> обратилось в суд с уточненным исковым заявлением к ФИО2, ФИО3 о выселении из жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, обязании освободить государственное имущество и возвратить его истцу.

В обоснование заявленных исковых требований указывает, что на основании распоряжения Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в городе Москве от ДД.ММ.ГГГГ № спорное недвижимое имущество (жилой дом) общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, передано истцу в оперативное управление. Право оперативного управления зарегистрировано в ЕГРН.

В ходе подготовки документов, необходимых для регистрации права оперативного управления, сотрудниками истца выявлен факт проживания в указанном жилом доме ответчиков, зарегистрированных по месту жительства по адресу: 

<

адрес>.

Истец в порядке досудебного урегулирования возникшего спора ДД.ММ.ГГГГ направил в адрес ответчиков письма с требованиями об освобождении жилого дома в срок до ДД.ММ.ГГГГ, однако указанные требования ответчиками в добровольном порядке удовлетворены не были.

Представитель истцаУФСБ России по 

<

адрес> и 

<

адрес> ФИО16, действующий на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.47), в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования, с учетом их уточнения, настаивал на их удовлетворении по основаниям, изложенным в иске. Дополнительно пояснил, что в ходе судебного разбирательства было установлено, что спорное жилое помещение было предоставлено ФИО7, который приходился ответчикам ФИО3 и ФИО2 дедушкой и прадедушкой, соответственно, на основании договора от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между сотрудником УКГБ при СМ СССР по 

<

адрес> ФИО6 и ФИО7 Между тем полномочий заключать указанный договор у ФИО6 не имелось. Заключенный договор в соответствии с Более того, в соответствии с условиями договора ФИО7 был обязан никого кроме членов своей семьи на данной площади не регистрировать. В момент заключения договора действовали нормативные положения Кодекса законов о браке, семье и опеке, утв. Постановлением ВЦИК от 19.11.1926, в соответствии с которыми внуки и правнуки не считались членами семьи. Указал, что заключенный договор в соответствии с действующими на момент его заключения положениямиПостановления ЦИК СССР № 112, СНК СССР № 1843 от 17.10.1937 «О сохранении жилищного фонда и улучшении жилищного хозяйства в городах» не мог быть заключен на срок более 5 лет. Ответчиками плата за наймжилого помещения не оплачивается, истец несет расходы по оплате коммунальных услуг по спорному жилому помещению. Факт проживания ответчиков в спорном жилом помещении, площадью 

<

данные изъяты> кв.м, был выявлен ранее, но факт отсутствия у них законных оснований для проживания в жилом помещении выявлен истцом лишь после передачи жилого помещения в его оперативное управление. Территория, на которой расположено жилое помещение, – охраняемая, поскольку на ней расположены режимные объекты УФСБ России по городу Москве и 

<

адрес>, разрешения на нахождение на данной территории ответчиков в установленном порядке не оформлялось. В оперативное управление истца помимо спорного жилого помещения переданы земельный участок и расположенные на нем 4 сарая. Считает, что помещение с адресом 

<

адрес> относится к помещению 

<

адрес>. 

ФИО1, ФИО2 в судебное заседаниене явились, будучи надлежащим образом извещены о месте и времени слушания по делу, обеспечили явку в судебное заседание своего представителя – адвоката ФИО8, действующей на основании ордеров (том 1 л.д.111,112) и доверенности (том 1 л.д.110), в связи с чем дело рассмотрено судом в отсутствие неявившихся ответчиков в соответствии с ч.4 ст.167 ГПК РФ.

Представитель ответчиков – адвокат ФИО8 исковые требования, с учетом их уточнения, не признала, просила в иске отказать, указывая в обоснование своей позиции, что ответчики зарегистрированы и проживают в жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>, который истцу на праве оперативного управления передан не был, является отдельным помещением, площадью 

<

данные изъяты>м, возможно, больше. Также ответчики пользуются придомовым земельным участком, выращивают клубнику. Территория, на которой расположен дом, закрытая, но у ответчиков имеется пульт от общих с истцом ворот, через которые они могут проезжать на собственном автомобиле к дому. Ответчиками заключены договоры с газоснабжающей организацией и электроснабжающей организацией, которыми открыт лицевой счет на адрес: 

<

адрес>, оплачивают услуги по вывозу мусора. Ответчики проживают в жилом доме на основании договора от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между сотрудником УКГБ при СМ СССР по 

<

адрес> ФИО6 и ФИО7, в соответствии с условиями которого ФИО7 как сотруднику 

<

данные изъяты> осуществившему за свой счет переоборудование нежилого здания – гаража, было передано указанное помещение,ставшее жилым, для проживания и регистрации в нем членов его семьи. Ответчики приходятся ФИО7, соответственно, внучкой и правнучкой, проживают в жилом помещении с рождения, несут расходы по его содержанию. Срок предоставления жилого помещения сторонами не оговаривался, договор никем не оспорен, как и факт регистрации по месту жительства ответчиков. Обратила внимание суда на то обстоятельство, что о факте проживания ответчиков в жилом доме истцу было известно с ДД.ММ.ГГГГ

Третье лицо Администрация Коломенского городского округа 

<

адрес> в судебное заседаниеДД.ММ.ГГГГ своего представителя не направило, будучи надлежащим образом извещено о месте и времени слушания. Ранее в ходе судебного разбирательства представитель третьего лица ФИО9, действующий на основании доверенности (том 1 л.д.101), полагал исковые требования подлежащими удовлетворению, поскольку ответчики проживают в жилом помещении, переданном истцу на праве оперативного управления, не имея каких-либо законных оснований для этого, право собственности за ними не зарегистрировано, договор социального найма жилого помещения не заключался, коммунальные платежи ответчиками не оплачиваются, за исключением услуг по поставке газа, электричества и вывоза мусора.По договору от ДД.ММ.ГГГГ жилое помещение предоставлялось ФИО7 как служебное помещение.

Третье лицо ГБУ Московской области «Московское областное бюро технической инвентаризации» было извещено о месте и времени слушания по делу, однако в судебное заседание ДД.ММ.ГГГГ своего представителя не направило, в отзыве на исковое заявление просило рассмотреть дело в его отсутствие, против удовлетворения иска не возражали (том 1 л.д.50-51).

С учетом установленных обстоятельств суд рассматривает дело в отсутствие неявившихся представителей третьих лица в порядке ч.ч.3, 5 ст. 167 ГПК РФ. 

Старший помощник прокурора ФИО10 в заключении по делу заявила, что иск подлежит удовлетворению, поскольку в судебном заседании нашел подтверждение факт проживания ответчиков именно в жилом помещении, переданном истцу на праве оперативного управления. Наличие каких-либо законных оснований для проживания ответчиков в жилом помещении не установлено и материалами дела не подтверждается.

Выслушав участников процесса, в том числе заключение прокурора, исследовав письменные доказательства, имеющиеся в материалах настоящего гражданского дела, изучив доводы искового заявления, суд приходит к следующему.

Статьей 40 Конституции Российской Федерации право на жилище признается одним из основных прав человека и гражданина, элементом его правового статуса, обязательным условием обеспечения достаточного жизненного уровня для каждого.

Собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (ст. 209 ГК РФ).

Согласно статье 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Пунктом 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что, по смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Из приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации следует, что основанием для применения положений статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации является незаконная утрата собственником владения своим имуществом.

Судом установлено, что на основании распоряжения Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в 

<

адрес> за Управлением Федеральной службы безопасности Российской Федерации по городу Москве и 

<

адрес> на праве оперативного управления закреплено федеральное недвижимое имущество: жилой дом площадью 

<

данные изъяты>.м, с К№, расположенный по адресу: 

<

адрес> (том1 л.д.22-24). Право оперативного управления истца на указанный жилой дом зарегистрировано в установленном законом порядке (том 1 л.д.25-28).

Помимо жилого дома истцу на праве оперативного управления переданы расположенные по данному адресу сараи с К№,К№, К№, К№ (том 1 л.д.24).

Земельный участок с К№, площадью 

<

данные изъяты>, на котором расположен жилой дом, предоставлен истцу в постоянное (бессрочное) пользование (том 1 л.д.29-33).

Из материалов дела также следует, что ДД.ММ.ГГГГ между Уполномоченным УКГБ при СМ СССР по 

<

адрес> в 

<

адрес> ФИО6 и ФИО7 был заключен договор, согласно условиям которого ФИО7 произвел ремонт подсобного помещения, принадлежащего Коломенскому гораппарату УКГБ и находящегося во дворе вышеуказанного аппарата, под жилое, согласно составленной смете № от ДД.ММ.ГГГГ и утвержденной начальником 

<

данные изъяты>, на что ФИО7 было израсходовано собственных средств 

<

данные изъяты> руб., которые идут в счет погашения ежемесячной квартирной платы с момента поседения, то есть с ДД.ММ.ГГГГ. ФИО7 в соответствии с условиями договора обязался содержать указанное занимаемое помещение в надлежащих санитарно-технических условиях, и кроме членов семьи никого на данной площади не прописывать (том 2 л.д.2, 20-23, 24).

Согласно доводам искового заявления, в жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>, проживают ответчики ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированные по месту жительства по адресу: 

<

адрес>.

Истец ДД.ММ.ГГГГ направлял в адрес ответчиков уведомления о закреплении жилого дома на праве оперативного управления за истцом, о необходимости освободить жилое помещение в срок до ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.34,35), однако указанные требования ответчиками в добровольном порядке удовлетворены не были. В письме, полученном истцом ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 и ФИО2 сообщили истцу о том, что не имеют возможности удовлетворить требования ввиду отсутствия у них иной жилой площади в личной собственности (том 1 л.д.36).

Исследовав материалы дела, суд находит указанные доводы истца обоснованными.

Так, в материалы дела представлены инвентаризационные карточки на домовладение № по 

<

адрес>, состоящее из двух отдельных помещений: лит. № (том 1 л.д.66-80), и лит. № (том 1 л.д.81-94). При этом нежилое здание с лит. № является объектом культурного наследия, а помещение с лит. №, б, общей площадью 

<

данные изъяты>, состоит из жилого помещения общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, из нее жилой – 

<

данные изъяты>.м, и нежилого помещения, назначение: гараж, площадью 

<

данные изъяты> (том 1 л.д.93, 94). 

К жилому помещению примыкает часть земельного участка, обозначенная на схеме как огород. Каких-либо иных жилых помещений на территории данного земельного участка не имеется (том 1 л.д.68).

Согласно копии регистрационного дела на домовладение, в частности, кадастровому паспорту здания – жилого дома лит. Б, расположенного по адресу: 

<

адрес>, площадью 

<

данные изъяты> кв.м, с К№, оно состоит из двух помещений, которым присвоены кадастровые номера: № и №: жилой дом и гараж (том л.д.129-130).

Суд принимает во внимание также ответы на запросы УФСГРКиК по 

<

адрес> (том 1 л.д.149-151), архитектурно-градостроительного отдела управления градостроительной деятельности Администрации Коломенского городского округа московской области (том 1 л.д.148), из которых следует, что в государственном фонде данных отсутствует документация на домовладение по адресу: московская область, 

<

адрес>. Согласно данным адресного реестра «Федеральной информационной адресной системы), архивным данным управления градостроительной деятельности, адрес: 

<

адрес> не присваивался. 

В соответствии с ответами на запросы УМВД России по Коломенскому городскому округу (том 1 л.д.49, л.д.170) ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, зарегистрированы по адресу: 

<

адрес> с ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ, соответственно, однако заявления о регистрации по месту жительства, послужившие основанием для их регистрации, предоставить не предоставляется возможным, так как срок их хранения, составляющий 5 лет, истек. 

В материалах дела имеется выписка из ЕГРН, содержащая сведения о земельном участке с К№, площадью 

<

данные изъяты>.м, расположенном по адресу: 

<

адрес>, №а (том 2 л.д.40-42), но сведений о нахождении на земельном участке какого-либо жилого дома материалы дела не содержат. Более того, согласно выписке земельный участок относится к землям населенных пунктов и имеет вид разрешенного использования: спорт, что не позволяет сделать вывод о возможности нахождения на нем жилого дома.

Стороной ответчиков в материалы дела представлены копии домовой книги (том 2 л.д.12-18), счетов 

<

данные изъяты>» (том 2 л.д.31-37) в которых указан адрес: 

<

адрес>А. Также представлены копия разрешения № Управления газового хозяйства Мособлисполкома Межрайонный трест «Коломнагаз» от ДД.ММ.ГГГГ на снабжение газом жилого дома по 

<

адрес>А (том 2 л.д.38) и справки Управления КГБ СССР по городу Москве и 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ о том, что ФИО11 и ее семья, состоящая из 4 человек: ФИО11, ФИО13, ФИО14, ФИО12 проживает на территории Коломенского Горотдела по адресу: 

<

адрес>А (том 2 л.д.39).

Суд принимает во внимание данные доказательства в их совокупности, но не находит их достаточными для установления факта проживания ответчиков не в жилом доме по адресу: 

<

адрес>, находящемся в оперативном управлении истца, а в ином жилом доме, расположенном по адресу: 

<

адрес>А. 

Документы энергоснабжающих организаций, лицевые счета, домовую книгу таковыми суд признать не может, учитывая отсутствие какой-либо технической документации на жилой 

<

адрес>, а также документов и правах на него. 

Представленной ответчиками справкой Управления КГБ СССР по городу Москве и 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ лишь подтверждается факт проживания ответчиков именно на территории Коломенского Горотдела Управления КГБ СССР по городу Москве и 

<

адрес>, т.е. именно на территории домовладения, переданного истцу на праве оперативного управления. 

Более того, в представленной стороной ответчика в материалы дела копии сметы № от ДД.ММ.ГГГГ на ремонт помещения аппарата Уполномоченного Управления Комитета госбезопасности при СМ СССР, которая, как следует из доводов стороны ответчика, подтверждает проведение ФИО7 ремонта и переоборудования предоставленного ему помещения, в котором на данный момент проживают ответчики, указан адрес помещения: 

<

адрес>.

Договор от ДД.ММ.ГГГГ, на основании которого, как утверждали стороны, ФИО7 было предоставлено спорное помещение, адреса помещения не содержит, но содержит ссылку на смету № от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, доказательств, достоверно подтверждающих существование отдельного жилого 

<

адрес>, материалы дела не содержат. 

Учитывая те обстоятельства, что правопредшественнику ответчиков ФИО7 предоставлялось жилое помещение, расположенное на территории домовладения по адресу: 

<

адрес>, находящегося на момент предоставления в ведении правопредшественника истца – Управления КГБ при СМ СССР, пояснения представителя ответчиков о том, что ответчики проживают именно на закрытой территории УФСБ России по городу Москве и Московской области, а также техническую документацию на домовладение, из которой следует, что на земельном участке расположено лишь одно жилое помещение с прилегающим огородом, которое стоит на учете в ЕГРН с адресом: 

<

адрес>, суд находит установленным факт проживания ответчиков в жилом помещении по указанному адресу, находящемся в оперативном управлении истца.

Косвенным подтверждением данного обстоятельства является и письмо ответчиков, полученное истцом ДД.ММ.ГГГГ, в котором ответчики в ответ на письменные требования истца освободить жилой дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, и вывезти из него принадлежащие им вещи (том 1 л.д.34,35) отвечают, что освободить данный жилой дом не имеют возможности ввиду отсутствия у них иной жилой площади в личной собственности, поэтому просят предоставить им иную жилую площадь в личную собственность или посодействовать в ее получении (том 1 л.д.36). 

В соответствии со статьей 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Учитывая, что отношения по пользованию спорным жилым помещением возникли между сторонами до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, однако вопрос о прекращении данных правоотношений возник после его введения, к указанным правоотношениям подлежат применению положения Жилищного кодекса Российской Федерации.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 3 пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», отношения, регулируемые жилищным законодательством, как правило, носят длящийся характер и, соответственно, права и обязанности субъектов этих отношений могут возникать и после того, как возникло само правоотношение, статьей 5 Вводного закона установлено общее правило, согласно которому к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных Вводным законом.

Частью 3 статьи 104 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор найма служебного жилого помещения заключается на период трудовых (служебных) отношений, прохождения службы либо нахождения на государственной должности Российской Федерации, государственной должности субъекта Российской Федерации или на выборной должности. Прекращение трудовых (служебных) отношений либо пребывания на государственной должности Российской Федерации, государственной должности субъекта Российской Федерации или на выборной должности, а также увольнение со службы является основанием прекращения договора найма служебного жилого помещения.

Согласно части 1 статьи 103 Жилищного кодекса Российской Федерации в случаях расторжения или прекращения договоров найма специализированных жилых помещений граждане должны освободить жилые помещения, которые они занимали по данным договорам. В случае отказа освободить такие жилые помещения указанные граждане подлежат выселению в судебном порядке без предоставления других жилых помещений, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 данной статьи и частью 2 статьи 102 Кодекса.

По смыслу приведенных выше норм права, прекращение трудовых (служебных) отношений с работодателем (увольнение со службы), предоставившим жилое помещение, служит лишь основанием для прекращения договора найма служебного жилого помещения, но не влечет за собой автоматическое прекращение договора в момент увольнения сотрудника. Договор найма служебного жилого помещения сохраняет свое действие вплоть до его добровольного освобождения нанимателем, при отказе от которого гражданин подлежит выселению в судебном порядке с прекращением прав и обязанностей в отношении занимаемого жилья.

При этом наймодатель вправе в любое время после увольнения нанимателя потребовать выселения последнего и членов его семьи из служебного жилого помещения. Спорные правоотношения, регулируемые нормами жилищного законодательства, носят длящийся характер.

В соответствии со статьей 13 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» без предоставления другого жилого помещения не могут быть выселены граждане, проживающие в служебных жилых помещениях, предоставленных им до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации (1 марта 2005 г.), при одновременном наличии следующих условий:

- указанные граждане относятся к категориям лиц, выселение которых из служебных жилых помещений и общежитий без предоставления другого жилого помещения до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации не допускалось статьей 108 Жилищного кодекса РСФСР;

- эти граждане должны состоять в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 51 Жилищного кодекса Российской Федерации на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, либо иметь право состоять на таком учете.

В обоснование возражений на исковое заявление представитель ответчиков адвокат ФИО8 ссылалась также на то обстоятельство, что спорное жилое помещение было предоставлено ФИО7, который являлся сотрудником Управления КГБ при СМ СССР, для проживания и регистрации членов семьи. Ответчики с рождения зарегистрированы в жилом помещении, будучи родственниками ФИО7 – внучкой и правнучкой, соответственно.

Вышеуказанные доводы стороны ответчика подтверждаются материалами дела: копией договора от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д.19), сметой № от ДД.ММ.ГГГГ (том 2 л.д.20-23, 24), копиями свидетельств о рождении, о браке (том 2 л.д.26-30).

Вопреки пояснениям представителя истца, договор от ДД.ММ.ГГГГ недействительным не признан, как и факт регистрации ответчиков по месту жительства в жилом помещении.

Вместе с тем указанные обстоятельства не могут подтверждать наличие у ответчиков законных оснований для проживания в спорном жилом помещении.

Спорное жилое помещение было предоставлено ФИО7 на основании договора от ДД.ММ.ГГГГ для проживания и регистрации по месту жительства членов его семьи.

Согласно доводам стороны истца, не опровергнутым представителем ответчиков, согласующимся с материалами дела: справкой УФСБ № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д.248-249) и архивной справкой службы регистрации и архивных фондов УФСБ России по 

<

адрес> и 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №/б/н (том 1 л.д.250), ФИО7 на момент предоставления ему жилого помещения являлся сотрудником УКГБ при СМ СССР по 

<

адрес> в городе Коломне, в период с ДД.ММ.ГГГГ был оформлен на сезонную работу кочегаром по трудовому соглашению.

При этом в соответствии с п.п. 23, 24 Постановления ЦИК СССР № 112, СНК СССР № 1843 от 17.10.1937, действующего на момент предоставления ФИО7 спорного жилого помещения, свободные жилые помещения в домах местных советов предоставлялись в пользование граждан исключительно по распоряжениям (ордерам) жилищного управления отдела коммунального хозяйства местного совета. Свободные жилые помещения в домах государственных учреждений, предприятий и общественных организаций, а также в домах, арендованных ими, предоставлялись в пользование их работников распоряжением администрации этих учреждений, предприятий и организаций.

Договоры заключались на определенный срок, но не свыше 5 лет. 

Согласно части 3 статьи 104 Жилищного кодекса Российской Федерации договор найма служебного жилого помещения заключается на период трудовых отношений, прохождения службы либо нахождения на государственной должности Российской Федерации, государственной должности субъекта Российской Федерации или на выборной должности. Прекращение трудовых отношений либо пребывания на государственной должности Российской Федерации, государственной должности субъекта Российской Федерации или на выборной должности, а также увольнение со службы является основанием прекращения договора найма служебного жилого помещения.

Частью 1 статьи 103 Жилищного кодекса Российской Федерации определено, что в случаях расторжения или прекращения договоров найма специализированных жилых помещений граждане должны освободить жилые помещения, которые они занимали по данным договорам. В случае отказа освободить такие жилые помещения указанные граждане подлежат выселению в судебном порядке без предоставления других жилых помещений, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 102 настоящего Кодекса и частью 2 данной статьи.

Аналогичные положения содержались и в статьях 105, 107 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшего до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации.

Часть 2 статьи 103 Жилищного кодекса Российской Федерации определяет перечень лиц, которые не могут быть выселены из специализированных жилых помещений без предоставления им других жилых помещений.

В соответствии со статьей 108 Жилищного кодекса РСФСР не могли быть выселены из служебного жилого помещения без предоставления другого жилого помещения, в число которых, в том числе, были включены члены семьи умершего работника, которому было предоставлено служебное жилое помещение (п. 10 данной статьи).

Из содержания приведенных положений статьи 13 Вводного закона следует, что право на дополнительные гарантии, то есть невозможность выселения граждан из общежития, иного служебного жилого помещения без предоставления другого жилого помещения, должно возникнуть у лиц, названных в статье 108 Жилищного кодекса РСФСР, к моменту введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации (1 марта 2005 г.). В этом случае к спорным правоотношениям положения статьи 108 Жилищного кодекса РСФСР применяются и после введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации при наличии других обязательных условий (граждане должны состоять на учете нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, либо иметь право состоять на таком учете).

Согласно копии домовой книги, ответчик ФИО18 была зарегистрирована в спорном жилом помещении ДД.ММ.ГГГГ, а ответчик ФИО17 (ФИО19. – ДД.ММ.ГГГГ. 

Однако на момент регистрации в жилом помещении ФИО3 в указанном жилом помещении были зарегистрированы ее родители ФИО13 и ФИО14, на момент регистрации в жилом помещении ФИО2 в жилом помещении были зарегистрированы ее дедушка ФИО13 и мать ФИО3 ФИО13 был зарегистрирован в спорное жилое помещение в качестве члена семьи ФИО7, являясь его сыном, ФИО14 являлась супругой ФИО13(том 2 л.д.12-18).

Следовательно, права пользования ответчиков жилым помещением производны от прав ФИО13 и ФИО14, права которых, в свою очередь, были производны от прав ФИО7

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что несмотря на то обстоятельство, что ответчик ФИО15 была зарегистрирована в жилом помещении после введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, у нее могло возникнуть право на дополнительные гарантии в виде невозможности выселения из служебного жилого помещения без предоставления другого жилого помещения, предусмотренные ст. 108 Жилищного кодекса РСФСР.

Согласно материалам дела: вышеуказанной архивной справкеслужбы регистрации и архивных фондов УФСБ России по 

<

адрес> и 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №/б/н (том 1 л.д.250), копии домовой книги (том 2 л.д.12-18), копии свидетельства о смерти (том 2 л.д.25), ФИО7 умер ДД.ММ.ГГГГ, на момент смерти работникомУКГБ при СМ СССР по 

<

адрес> в городе Коломне не являлся, в домовой книге за указанный период указано, что последним местом работы ФИО7 указано Управление трамвая, должность старшего мастера (том 2 л.д.16).

Таким образом, ответчики членами семьи умершего работника, которому было предоставлено служебное жилое помещение, к моменту введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации не являлись, следовательно, не могут быть признаны лицами, выселение которых не допускается без предоставления другого жилого помещения.

Приходя к такому выводу, суд учитывает также и отсутствие в материалах дела сведений о том, что ответчики состояли на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма.

Доводы представителя ответчиков о том, что истцу было известно о факте проживания в спорном жилом помещении ФИО7, членов его семьи и ответчиков в течение всего периода их проживания, суд считает не имеющими правового значения для рассмотрения настоящего дела.

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу ст. 208 Гражданского кодекса РФ исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения.

Статья 304 Гражданского кодекса РФ, предусматривая, что собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения, предоставляет собственнику защиту от действий, не связанных с лишением владения, путем предъявления негаторного иска, на который исковая давность не распространяется.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», на основании ст. ст. 304, 305 Гражданского кодекса РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что нарушается его право собственности или законное владение, или что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

На такое требование, согласно ст. 208 ГК РФ, не распространяется исковая давность (п. п. 45, 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

По смыслу приведенных выше норм права, прекращение трудовых отношений с работодателем, предоставившим жилое помещение, служит лишь основанием для прекращения договора найма служебного жилого помещения, но не влечет за собой автоматическое прекращение договора в момент увольнения сотрудника. Договор найма служебного жилого помещения сохраняет свое действие вплоть до его добровольного освобождения нанимателя, при отказе от которого гражданин подлежит выселению в судебном порядке с прекращением прав и обязанностей в отношении занимаемого жилья.

При наличии установленных обстоятельств суд считает необходимым удовлетворить исковые требования о выселении из жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, обязании освободить государственное имущество и возвратить его истцу.

На основании положения ст. 206 ГПК РФ суд устанавливает для ответчиков срок, в течение которого обязывает освободить данный объект недвижимого имущества и передать его УФСБ России по городу Москве и 

<

адрес> по акту приема-передачи. С учетом характера спорного правоотношения и фактических обстоятельств настоящего дела, суд находит достаточным и разумным срок в тридцать дней для исполнения возлагаемой судом обязанности.

На основании положения ст. 103 ГПК РФ суд взыскивает с ответчиков в доход местного бюджета Коломенского городского округа госпошлину, от уплаты которой истцы при обращении в суд с настоящим иском освобожден законом.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

Иск УФСБ России по городу Москве и 

<

адрес> к ФИО2, ФИО3 о выселении из жилого дома удовлетворить.

Выселить ФИО2, ФИО3 из жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, с кадастровым номером № обязав освободить данный объект недвижимого имущества и передать егоУФСБ России по городу Москве и Московской области по акту приема-передачи в тридцатидневный срок с момента вступления решения суда в законную силу.

Взыскать с ФИО2, ФИО3 в доход местного бюджета Коломенского городского округа 

<

адрес> государственную пошлину в размере по 150 (сто пятьдесят) рублей 00 копеек с каждой.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме в Московский областной суд через Коломенский городской суд.

Решение в окончательной форме принято судом ДД.ММ.ГГГГ.

Судья С.Н. Шевченко