Дело 2-1062/2024 

УИД 18RS0011-01-2024-001244-21

Решение

 

Именем Российской Федерации

18 сентября 2024 года г.Глазов 

Глазовский районный суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Кислухиной Э.Н., при секретаре судебного заседания Вихаревой Е.Г., с участием ответчика ФИО6, представителя ответчика ФИО7, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО20 к ФИО20 о признании завещания недействительным, 

установил:

ФИО20 обратилась в суд с иском к ФИО6 о признании завещания недействительным, мотивировав требования тем, что ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., проживавшая по адресу: УР, г. Глазов, 

<

адрес>. После её смерти открылось наследственное дело в производстве нотариуса г. Глазова ФИО21, в рамках которого выяснилось, что имеет место составленное наследодателем завещание от ДД.ММ.ГГГГ, по которому наследником имущества ФИО1 является ФИО6 Истец не согласна с составленным завещанием, так как ФИО1 в тот период времени не была способна в полной мере понимать значение своих действий и руководить ими вследствие перенесенных ею заболеваний. 

На основании ст. 177 ГК РФ истец просит признать недействительным завещание от 26.10.2021, удостоверенное нотариусом нотариального округа г.Глазов Удмуртской Республики, зарегистрированной в реестре №-н/18-2021-3-583. 

Определением суда от 16.08.2024 года судом принято заявление ФИО20 в порядке ст. 39 ГПК РФ, в котором дополнительно заявлены требования о признании завещания недействительным по основаниям, предусмотренным ч.2 ст. 170, ч.2 ст. 179, ст.178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В судебное заседание истец ФИО20 не явилась, извещена надлежащим образом о месте и времени судебного заседания. Ранее в судебном заседании истец ФИО20 исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске, дополнительно пояснила, что наследодатель завещала квартиру ответчику в 2021 году. О завещании она узнала только после смерти ФИО1 ФИО1 – её сестра. Наследников первой очереди у сестры нет, супруг умер раньше, единственный сын умер ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 проживала одна. После смерти сына её здоровье значительно ухудшилось, ей делали уколы, у неё в 2021 году был инсульт. Стало плохо с памятью, она не ориентировалась в городе, постоянно была грязная, вынуждены были её мыть, купать. По сотовому телефону разговаривать не умела, ничего не понимала. Перед смертью была в плохом состоянии, увезли её в больницу, где она и умерла. 

Ранее представитель истца ФИО23 исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске, дополнительно пояснила, что она лично знала наследодателя, которая ходила к ним в гости, на праздники, рассказывала, что забыла выключить газ в огороде, что у неё пропадают вещи, кто-то их берет, кого-то в этом обвиняла. По поводу квартиры в феврале 2021 года говорила, что у неё никого нет, поэтому квартиру намерена разделить на троих: истца ФИО3, ФИО2, ФИО8 Должна была состояться сделка ДД.ММ.ГГГГ. Был составлен договор купли-продажи спорной квартиры на неё, представителя, но сделка не состоялась. ФИО1 стала сомневаться в правильности своих действий. 

В судебном заседании ответчик ФИО6 с исковыми требованиями не согласился. Пояснил, что завещание наследодатель собиралась написать на троих племянников. Через некоторое время он узнал, что истец и ФИО1 оформили договор купли- продажи. ФИО1 стала жаловаться, что сумма в квитанции за капремонт увеличилась, показала ему данный договор купли- продажи и сказала, что не понимает, почему подписала этот договор. Он объяснил, что теперь квартира ей не принадлежит. Тогда ФИО1 выразила желание расторгнуть договор, что было сделано в сентябре 2021 года. Он ходил с наследодателем к нотариусу для оформления завещания, сообщили, что у неё был инсульт, после чего нотариус отправила ФИО1 в больницу за справкой. Данная справка была получена и предъявлена нотариусу, после чего оформлено завещание. ФИО1 сказала, что он спас ей жизнь, поэтому отписывает ему квартиру. В 2019 году, когда случился инсульт, он первый приехал к ФИО1, раньше, чем скорая помощь, а потом увез в больницу, поскольку улучшения не было. После инсульта в ноябре 2021 года она заболела ковидом. Пенсию ей домой приносили. Оплату коммунальных услуг производила самостоятельно на почте, но когда болела, платил он. Во время болезни он покупал продукты. Она сама ездила в огород на автобусе. На момент оформления завещания ей было 78 лет. На учете у психиатра не наблюдалась. С 2016 года у него имеются ключи от квартиры ФИО1 Он ухаживал за ФИО1 Договора о том, что он будет её содержать, не было. То, что говорит сторона истца, не соответствует действительности. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО7 исковые требования не признала, дополнительно пояснила, что доказательств того, что завещание было оформлено с целью прикрыть иную сделку с пожизненным содержанием с иждивением, не представлено. Истцом не представлено достаточных доказательств в обоснование требований. Форма, порядок составления, подписания и удостоверения завещания соответствуют требованиям закона, завещание совершено наследодателем, обладающим в момент его совершения, дееспособностью в полном объёме. Наследодатель завещал имущество по своему усмотрению путем свободного волеизъявления нотариальным удостоверением завещания нотариусом г. Глазова ФИО21 26.10.2021 года. Заключением комиссии судебно- психиатрических экспертов № от 11.07.2024 года установлено, что ФИО1 в момент подписания завещания от 26.10.2021 года признаков какого-либо психического расстройства, которое могло бы повлиять на её способность понимать значение своих действий и руководить ими, не обнаруживала. В удовлетворении иска просила отказать.

В судебное заседание третье лицо нотариус г.Глазова ФИО21 не явилась, извещена надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, представила заявление о рассмотрении дела в её отсутствие.

Суд в соответствии со ст. 167 ГПК РФ определил рассмотреть дело в отсутствие лиц, участвующих в деле, признав их неявку в судебное заседание неуваждительной.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, допросив свидетелей, исследовав представленные суду доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1111 ГК РФ наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием.

Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства в соответствии с п. 4 ст. 1152 ГК РФ. 

Пунктом 1 ст. 1153 ГК РФ предусмотрено, что принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство. 

Наследство открывается со смертью гражданина (ст. 1113 ГК РФ).

В силу ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (ст. 1112 Гражданского кодекса РФ).

Согласно статье 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. 

Завещание является односторонней сделкой, которое создает права и обязанности после открытия наследства. 

В силу ст. 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса. Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания. 

Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве (статья 1149). 

На основании ст. 1121 ГК РФ завещатель может совершить завещание в пользу одного или нескольких лиц (статья 1116), как входящих, так и не входящих в круг наследников по закону. 

На основании п. 1 ст. 1124 ГК Российской Федерации завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом. 

В соответствии с частью 2 статьи 1131 ГК Российской Федерации завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права и законные интересы которого нарушены этим завещанием. 

Поскольку завещание является сделкой, к нему применимы общие нормы права о действительности либо недействительности сделок. 

Так, в соответствии со статьей 166 ГК Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Согласно положениям статьи 167 ГК Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. 

В соответствии с ч. 1 ст. 177 ГК Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. 

В силу закона такая сделка является оспоримой, в связи с чем, лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в ч. 1 ст. 177 ГК Российской Федерации, согласно положениям ст. 56 ГПК Российской Федерации обязано доказать наличие оснований недействительности сделки. 

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня. 

Согласно свидетельству о смерти, серии II-НИ №, выданному ДД.ММ.ГГГГ отделом ЗАГС Администрации МО «Муниципальный округ Глазовский район», ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ, о чём ДД.ММ.ГГГГ составлена запись акта о смерти № (л.д.15, оборот. сторона). 

К имуществу ФИО1 нотариусом г. Глазова УР ФИО21 заведено наследственное дело №. 

Наследство ФИО1 состоит из квартиры, расположенной по адресу: УР, г. Глазов, 

<

адрес>.

Согласно выписке из ЕГРН от 14.09.2021 жилое помещение с кадастровым номером 18:28:000055:1831, расположенное по адресу: УР, г. Глазов, 

<

адрес>, принадлежит ФИО1 (л.д.28-29).

Из наследственного дела следует, что в установленный законом срок с заявлением о принятии наследства по завещанию обратился ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о принятии наследства по закону обратилась сестра ФИО20

Постановлением от 29.02.2024 года нотариус г.Глазова ФИО21 отказала ФИО20 в выдаче свидетельства о праве на наследство по закону на квартиру, расположенную по адресу: УР, г. Глазов, 

<

адрес>, ввиду того, что квартира завещана ФИО6 (л.д.19).

Судом установлено, что истец ФИО20, сестра наследодателя, в силу ст. 1143 ГК РФ является наследником по закону второй очереди.

Из материалов дела следует, что ФИО1 при жизни 26.10.2021 составлено завещание, удостоверенное нотариусом нотариального округа город Глазов Удмуртской Республики, ФИО21, зарегистрированное в реестре за №-н/18-2021-3-583, согласно которому ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, завещала ФИО6 квартиру, расположенную по адресу: УР, г. Глазов, 

<

адрес> (л.д.18).

ФИО6 приходится племянником наследодателю. 

Обращаясь в суд с иском о признании данного завещания недействительным, истец в качестве основания своих требований ссылается на п. 1 ст. 177 ГК РФ и указывает, что ФИО1 на момент составления завещания не была способна понимать значение своих действий или руководить ими. 

В эпикризе, выданном и.о. зав. неврологического отделения БУЗ УР «ФИО24 МЗ УР», в отношении ФИО1, следует, что она находилась на лечении в неврологическом отделении с ДД.ММ.ГГГГ. Основной диагноз: острое нарушение мозгового кровообращения по ишемическому типу в правой затылочной доле от ДД.ММ.ГГГГ, атеротромботический вариант на фоне сахарного диабета. Легкий центральный гемипарез слева. Умеренный вестибуло-атактический синдром. Сопутствующие заболевания: сахарный диабет второго типа, менингиома правой теменной области, хронический бронхит, ремиссия. Указано, что в результате лечения состояние улучшилось (л.д.66). 

В заключении протокола исследования головного мозга при спиральной компьютерной томографии от ДД.ММ.ГГГГ указано, что у ФИО1 обнаружены признаки образования в правой теменной области, более вероятно, менингиомы с наличием кальцинатов. Ишемический инсульт правой затылочной доли (л.д.67).

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (продавцом) и ФИО22 (покупателем) был заключен договор купли- продажи квартиры по адресу: УР, г.Глазов, 

<

адрес>, государственная регистрация права собственности произведена ДД.ММ.ГГГГ Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по УР за № (л.д.131).

Вместе с тем, суду представлено соглашение о расторжении договора купли- продажи квартиры по адресу: УР, г. Глазов, 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО1 и ФИО23 выразили желание расторгнуть договор купли- продажи вышеуказанной квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, на основании которого было зарегистрировано право собственности ДД.ММ.ГГГГ в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по УР за №. В результате данного соглашения квартира переходит в собственность ФИО1, а право собственности за ФИО23 прекращается (л.д.71). 

Согласно завещанию ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 завещала квартиру, расположенную по адресу: УР, г. Глазов, 

<

адрес>, ответчику ФИО6 (л.д.18).

Из выписки из истории болезни № ФИО1 следует, что она находилась на лечении в инфекционном отделении БУЗ УР «ФИО24 МЗ УР» с 13.11.2021 по 11.12.2021 

<

данные изъяты>

Нотариус г. Глазова ФИО21 в сопроводительном письме от 06.05.2024 указала, что по завещаниям дела не оформляются, завещание составляется со слов обратившегося при предъявлении паспорта, экземпляр завещания остается у нотариуса, второй выдается на руки обратившемуся. В некоторых случаях предоставляются справки от врача-психиатра. Такая справка в случае ФИО1 предоставлялась (л.д.41).

Согласно справке БУЗ УР «РКПБ МЗ УР» от 26.10.2021, выданной нотариусу г. Глазова ФИО21, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, проживающая по адресу: УР, г. Глазов, 

<

адрес>, в БУЗ и СПЭ УР «РКПБ МЗ УР» за помощью не обращалась, психиатрами не наблюдается, при осмотре хронических и затяжных психических расстройств с тяжелыми стойкими или часто обостряющимися болезненными проявлениями не выявлено (л.д.42).

БУЗ УР «РКЦПЗ МЗ УР» в своем ответе от 28.05.2024 года сообщает, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на диспансерном наблюдении у врача- психиатра, врача-психиатра-нарколога не состояла (л.д.136). 

МБУ ДО «Детская художественная школа г. Глазова сообщает, что ФИО1 работала в их учреждении в период с 02.03.2006 по 01.01.2018 год в должности сторожа (л.д.95).

АО «РИР» сообщает, что поступление денежных средств на оплату коммунальных услуг по адресу: УР, г. Глазов, 

<

адрес>, осуществляется на лицевой счет 

<

***>, сведениями о лице, осуществляем платежи, не располагают (л.д.97).

Из выписки платежей на лицевой счет 

<

***>, представленной АО «РИР», следует, что в период с января 2021 года по август 2023 года источником поступления оплаты была Почта, за исключением ноября 2021 года, января 2022 года, где источник поступления-Банк(л.д.98).

Согласно информации Глазовского отделения Удмуртского филиала АО «ЭнергосбыТ Плюс» от ДД.ММ.ГГГГ по адресу: УР, г. Глазов, 

<

адрес>, по оплате за электроэнергию открыт лицевой счет 

<

***>, потребителем является ФИО1 (л.д.99).

Из справки о расчетах за период с 01.01.2021 по 31.12.2023 год следует, что источником поступления платежей за электроснабжение и обращение с ТКО является в преобладающем большинстве Почта России (л.д.100-102).

Глазовский почтамт УФПС Удмуртской Республики в своем ответе от 27.05.2024 года сообщает, что ФИО25, проживающей по адресу: УР, г.Глазов, 

<

адрес>, с 01/2021 по 04/2024 года пенсия доставлена на дом, выплачена лично; с 05/2021 по 10/2021 пенсия доставлена через кассу ОПС, выплачена лично, 11/2021 не оплата; с 12/2021 по 03/2022 пенсия доставлена на дом, выплачена лично; с 04/2022 по 09/2022 пенсия доставлена через кассу ОПС, выплачена лично; с 10/2022 по 08/2023 пенсия доставлена на дом, выплачена лично (л.д.104).

МУП «ЖКУ» МО Город Глазов» предоставлены сведения об оплате по лицевому счету № за период с января 2021 года по август 2023 года по адресу: УР, г.Глазов, 

<

адрес>, согласно которому источником платежей является Почта, за исключением ноября 2021 года, января 2022 года, где источник поступления указан Банк (л.д.105).

В ходе судебного разбирательства судом допрошены свидетели.

Свидетель ФИО9 показала, что знает ФИО20, как сестру ФИО1 Они общались с ФИО1, часто в гости ходили. С 2020 года она плохо стала себя чувствовать. Со слов ФИО20 известно, что у ФИО1 был инсульт. Они рядом жили с ней, не раз сопровождала с сумками из магазина до дома. Ответчик ФИО6 иногда приходил к ней. ФИО1 сама за все рассчитывалась. У неё дома была в декабре 2022 года и в 2023 году, она речь понимала, вела разговор, забывала, что и куда положила, теряла вещи. Она без посторонней помощи ездила в огород, часто болела, но про болезни не рассказывала. В 2023 году ФИО1 говорила, что хочет переписать квартиру на ФИО23, но не переписала. Был скандал между ФИО23 и ФИО6, и сделка не состоялась. Пенсию ФИО1 получала дома.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО10 показала, что знала ФИО1 около пяти лет, видела её три раза, но не в один год, в квартире ФИО20 ФИО1 жила одна, в её собственности была квартира. После смерти сына о состоянии ФИО1 она знает со слов ФИО20 Со слов ФИО20, ФИО1 болела ковидом, после этого память «уходила», теряла ориентир в городе. За год до смерти ФИО4 уже была неухоженная, стремилась к своей сестре ФИО3. Во время встреч на днях рождениях Зина вела себя адекватно. Обстоятельства оформления завещания ей не известны. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО11 показала, что знает ФИО20 как соседку по огороду в СНТ «Ивушка». ФИО1- сестра ФИО20 ФИО4 приезжала в огород, в последний раз виделись в 2021-2022 гг, она была адекватной женщиной. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО12 показала, что знала ФИО1 давно, жили в одном доме, но в разных подъездах. Её сестру ФИО20 никогда не видела. ФИО4 жила с мужем и сыном, но они умерли, и она стала проживать одна. Она сама себя обслуживала, после того как заболела, приходил племянник Леонид. ФИО1 выходила на улицу, разговаривала с бабушками, была в здравом уме, никаких психических отклонений у неё не было, все помнила. Летом 2019 года ей стало плохо в огороде, вызвали скорую помощь, но Леонид приехал раньше скорой. Леонид очень трудолюбивый, порядочный, постоянно приходил к ФИО4, помогал ей, возил в огород. В огород ФИО4 ездила до самой смерти, после ковида в 2021 году у неё ухудшилось состояние здоровья. В городе она не терялась, она даже в лес ходила. В 2022 году ФИО4 сообщила, что, что с квартирой её обманули родственники, поэтому будет «переделывать» квартиру на Леонида. Она оформила завещание на Леонида, потому что Леонид больше всех помогал ФИО4, помогал всегда, а также помогала жена Леонида. Они виделись с ФИО4 каждый день, она всё рассказывала, никаких провалов в памяти у неё не было. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО13 показала, что ответчик ФИО6- сосед по огороду в СНТ «Заречье», знакомы с 80-ых годов, ФИО1 тоже была соседкой по огороду. ФИО4 перед инсультом сказала, что оставит огород и квартиру Леониду. ФИО6 всегда помогал ей. Когда было составлено завещание, не знает. ФИО4 никогда не говорила, что Леонид будет ее содержать.

Свидетель ФИО14 показала, что ответчик ФИО6- её супруг, истец ФИО20- родная сестра ФИО1 Она и её супруг оказывали помощь ФИО1 Когда у ФИО1 в 2019 году был инсульт, они ходили в больницу и дома помогали. Финансово она не нуждалась. Ей нужна была физическая сила что-то сделать. Оформить завещание на ФИО5 было её решением. У ФИО1 10 племянников, но никто не оказывал такую помощь, какую оказывал ФИО2 Условий о пожизненном содержании при заключении завещания не было. В медицинских документах ФИО1 её супруг ФИО6 указан как контактное лицо. До оформления завещания был оформлен договор купли- продажи квартиры, но впоследствии был расторгнут. ФИО1 говорила, что этот договор был заключен обманным путем. Прощальный обед и похороны организовал супруг. 

Свидетель ФИО15 показала, что ФИО4 была соседкой по дому, знала её с 1979 года, их дети ходили в одну школу, общались по – соседски, у подъезда встречались каждый день. Ответчик ФИО6.- племянник ФИО4. Она была спокойная, адекватная, похоронила мужа, сына. Последние три года была на пенсии. В 2022 году после больницы стала плохо ходить, в 2023 году ФИО4 снова попала в больницу, после больницы она больше её не видела. У неё был инсульт. На проблемы с памятью никогда не жаловалась. Память была у неё отменная, сама была уравновешенная. Племянник Леонид постоянно возил ФИО4 в огород, помогал ей, его жена сопровождала ФИО4, вместе ходили в магазин. До больницы еще ФИО4 говорила, что племянница её обманула с квартирой, что она оформила завещание на Леонида, про сестру ничего не говорила. Никогда не говорила, что её заставили оформить завещание, либо хотела бы поменять его содержание, понимала значение слова «завещание», говорила, что ни от кого не хочет зависеть. ФИО4 работала до 75 лет сначала на трикотажной фабрике, потом в ОРСе. После выхода на пенсию работала в художественной школе вахтером. Про таблетки и про врачей никогда не было разговоров.

Свидетель ФИО16 показал, что ФИО4-его тётя, истец ФИО3- его мать. ФИО4 жила одна в двухкомнатной квартире по 

<

адрес> г. Глазова. Летом 2021 года у ФИО4 был инсульт, в 2022 году она переболела ковидом. После инсульта они особо не встречались, ФИО4 в основном время проводила с Леонидом. После инсульта у ФИО4 начались проблемы с памятью, она стала забывчивой, были провалы в памяти, часто менялось настроение, было давление, ни к кому не прислушивалась, плохо видела, но это возрастное. Иногда он покупал продукты ей, приходил к ней домой. Перед новым 2022 годом они поругались, тетя посчитала, что он покупает дорогие покупки. Он покупал продукты на свои деньги, которые тётя потом возвращала. Тетя сама за собой ухаживала, ездила в огород, сама огородом занималась. Тётя не принимала таблетки, к рекомендациям врачей не прислушивалась, таблетки от сахарного диабета не принимала.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО17 показала, что истец ФИО20- её соседка, знает её с 1979 года, с ФИО1 познакомились у ФИО3, когда ФИО1 болела. После первого инсульта с ФИО4 жил её брат Аркадий, после ковида она три недели жила у ФИО20 Истец смотрела за ней, покупала лекарства, приходила медсестра. Со слов истца ей известно, что ФИО4 работала в художественной школе вахтером, ей предложили уволиться, поскольку она забывала вовремя подавать звонки, допускала оплошности в работе, после смерти сына ФИО4 наблюдалась у психиатра. ФИО4 была непростым человеком, у неё был суровый характер, не с каждым бы заговорила. Она никому ничего не рассказывала.

В соответствии с частью 1 статьи 69 ГПК РФ свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности. 

Таким образом, свидетельскими показаниями могли быть установлены факты, свидетельствующие об особенностях поведения наследодателя, о совершаемых им поступках, действиях и об отношении к ним. 

Установление же на основании этих и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми, как правило, ни свидетели, включая удостоверившего завещание нотариуса, ни суд не обладают. 

Для определения психического состояния ФИО1 в момент составления завещания по ходатайству истца ФИО20 определением Глазовского районного суда УР от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО1, производство которой поручено экспертам Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской республики «Республиканский клинический центр психического здоровья Министерства здравоохранения Удмуртской Республики». 

Из заключения комиссии судебно- психиатрических экспертов № от 11.07.2024 года следует, что ФИО1 в момент подписания завещания от 26.10.2021 года признаков какого- либо психического расстройства, которое могло бы повлиять на её способность понимать значение своих действий и руководить ими, не обнаруживала (ответ на вопросы №,2). К указанному выводу комиссия экспертов приходит на основании:1) наличие справки из БУЗ УР «РКЦПЗ МЗ УР» ОП г. Глазова от 26.10.2021 о том, что подэкспертная за помощью не обращалась, психиатрами не наблюдалась, при осмотре хронических и затяжных психических расстройств с тяжелыми стойкими или часто обостряющимися болезненными проявлениями не выявлено; 2) сведения из запроса, в материалах гражданского дела из БУЗ УР «РКЦПЗ МЗ УР» ОП г. Глазова о том, что подэкспертная на диспансерном наблюдении у врача психиатра, врача психиатра-нарколога не состояла. Так же в пользу указанного заключения свидетельствуют данные об отсутствии в представленной медицинской документации сведений о наблюдении и обращении подэкспертной и иных лиц (с жалобами на психическое состояние подэкспертной) к врачам психиатрам; отсутствие сведений о направлении врачей других специальностей на консультацию к врачам психиатрам; отсутствие каких-либо признаков нарушений психических функций в предоставленных медицинских документах. Пояснения свидетелей и иных участников судебного процесса, в материалах гражданского дела, были изучены комиссией экспертов, сообщенные ими сведения о психическом состоянии ФИО1, являются взаимоисключающими, не отражают целостной картины её психического здоровья, с невозможностью выставления ей какого-либо психиатрического диагноза.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу. 

Суд не усматривает оснований не доверять выводам указанной экспертизы. Заключение комиссии экспертов в полном объеме отвечает требованиям статей 55, 59 - 60 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание исследования материалов дела. Эксперты имеют необходимую квалификацию, предупреждены об уголовной ответственности и не заинтересованы в исходе дела. 

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов № от 11.07.2024 комиссия судебно-психиатрических экспертов состояла из следующих членов комиссии: эксперта ФИО18, образование высшее, психиатра, судебно-психиатрического эксперта, стаж работы 19 лет, судебно-психиатрического эксперта; эксперта- организатора ФИО19, образование высшее, психиатра, судебно-психиатрического эксперта, стаж работы 15 лет, судебно-психиатрического эксперта.

При проведении экспертизы использованы методы психиатрического (клинико-психопатологического) экспертного исследования (анамнез, катамнез, описание психического состояния, полученное от свидетелей, анализ имеющихся симптомов психических расстройств) в сочетании с анализом данных сомато-неврологического и психического состояния по материалам гражданского дела и данным медицинской документации. 

Основанием для заключения комиссии экспертов явились следующие данные: материалы гражданского дела №, а также медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № БУЗ УР «Глазовская межрайонная больница МЗ УР», медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № БУЗ УР «Глазовская межрайонная больница МЗ УР» (электронный вариант), медицинская карта стационарного больного № БУЗ УР «Глазовская межрайонная больница МЗ УР», медицинская карта стационарного больного № БУЗ УР «Глазовская межрайонная больница МЗ УР», медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара № БУЗ УР «Глазовская межрайонная больница МЗ УР», медицинская карта № стационарного больного БУЗ УР «Глазовская межрайонная больница МЗ УР».

Отвечающих требованиям главы 6 ГПК РФ доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду представлено не было. 

Оснований не доверять достоверности экспертного заключения, составленного специалистами, которые были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения у суда не имеется, выводы экспертов аргументированы, последовательны, не противоречат материалам дела. 

Таким образом, оценив в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд принимает заключения комиссионной судебной экспертизы в качестве относимого, допустимого и достоверного доказательства по делу. 

Учитывая указанные обстоятельства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого завещания недействительными по ч. 1 ст. 177 ГК РФ, так как достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1 в момент подписания завещания не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, её волеизъявление не соответствовало действительным намерениям, стороной истца в материалы дела не представлено. 

Как следует из содержания оспариваемого завещания, оно содержит ясно выраженное намерение ФИО1 завещать принадлежащую ей квартиру ФИО6 Данное завещание подписано лично ФИО1, при удостоверении оспариваемой сделки дееспособность завещателя проверена, содержание ст. 1149 ГК РФ последней нотариусом разъяснено. 

При этом судом также учитывается, что на момент совершения и удостоверения оспариваемого завещания, нотариус осуществлял свою деятельность в установленном законом порядке. 

Кроме того, суд отмечает, что согласно статье 57 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате нотариус удостоверяет завещания дееспособных граждан, составленные в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации и лично представленные ими нотариусу. Нотариус в случае получения уведомления об отмене завещания, а равно получения нового завещания, отменяющего или изменяющего составленное ранее завещание, делает об этом отметку на экземпляре завещания, хранящемся у нотариуса, и в реестре регистрации нотариальных действий. Распоряжение об отмене завещания должно быть нотариально удостоверено (статья 58). Нотариус при выдаче свидетельства о праве на наследство по завещанию путем истребования соответствующих доказательств проверяет факт смерти наследодателя, наличие завещания, время и место открытия наследства, состав и место нахождения наследственного имущества (статья 73). 

Сведений об отмене или изменении оспариваемого завещания материалы дела не содержат. 

При совершении нотариальных действий не допущено каких-либо нарушений требований действующего гражданского законодательства и Методических рекомендаций по удостоверению завещания.

Таким образом, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, суд полагает, что оснований для удовлетворения заявленных требований ФИО20 не имеется, поскольку истцом, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, не доказана вся совокупность обстоятельств, при наличии которых оспариваемое завещание могло быть квалифицировано как сделка, совершенная лицом, не способным понимать значение своих действий или руководить ими. 

В обоснование заявленных требований истец также указывает, что завещание является притворной сделкой, поскольку было совершено с целью прикрытия иной сделки, а именно сделки о пожизненном содержании с иждивением.

В силу ч. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила. 

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 88 постановления Пленума). 

Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума следует, что по основанию притворности недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. 

В судебном заседании не было представлено допустимых и достоверных доказательств, что действительная воля ФИО1 была направлена на достижение правовых последствий, характерных для договора пожизненного содержания с иждивением.

Сами по себе мотивы составления завещания правового значения для разрешения дела не имеют, и на действительность завещания не влияют. 

Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО15, ФИО13, ФИО14 показали, что ФИО1 финансово была обеспечена, в деньгах не нуждалась, о заключении договора пожизненного содержания с иждивением не говорила, никогда ни от кого не хотела зависеть, ФИО6 помогал, но не деньгами.

При таких обстоятельствах, учитывая, что завещание ФИО1 составлено в соответствии с требованиями действующего законодательства, удостоверено нотариусом, не было ею отменено или изменено, суд приходит к выводу, что воля наследодателя была направлена именно на составление завещания. 

Оснований для признания недействительным завещания по основанию, предусмотренному ч.2 ст. 170 ГК РФ, не имеется.

Кроме этого, истец считает, что завещание ФИО1 было составлено под влиянием заблуждения, обмана со стороны ответчика.

Согласно ч.2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Как установлено в норме п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. 

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (п. 2 ст. 178 ГК РФ). 

При этом заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (п. 3 ст. 178 ГК РФ). 

В соответствии с ч.1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Обязанность доказывания обстоятельств, изложенных в ч.2 ст.179, ст. 178 ГК РФ, лежит на лице, обратившемся за защитой нарушенного права. 

Вместе тем, доказательств составления завещания под влиянием обмана или под влиянием заблуждения истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ суду не представлено, оснований для признания недействительным завещания по основаниям, предусмотренным ст. ст. 178 - 179 ГК РФ, не имеется. Суду не представлено доказательств того, что ответчик умышленно предоставил ФИО1 не соответствующую действительности информацию, либо способствовал формированию у нее ошибочного предположения, с целью вызвать у нее не соответствующие действительности выводы. 

Наличие признаков злоупотребления со стороны ответчика судом не установлено.

При таких обстоятельствах, исковые требования истца ФИО20 подлежат оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО20 к ФИО6 о признании завещания от 26.10.2021 года, оформленного ФИО1, недействительным оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме путём подачи апелляционной жалобы через Глазовский районный суд Удмуртской Республики. Мотивированное решение составлено 02.10.2024 года.

Судья Э.Н. Кислухина