Судья В Дело 

<

данные изъяты>

50RS0

<

данные изъяты>-90

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 23 сентября 2025 г.

Московский областной суд в составе:

председательствующего судьи Жуковой С.М.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Петуховой В.В.,

с участием прокурора апелляционного отдела управления прокуратуры 

<

данные изъяты> ФИО1,

оправданного А,

его защитника – адвоката Г, представившего удостоверение 

<

данные изъяты> и ордер 

<

данные изъяты>,

потерпевших О и Н,

представителя потерпевших О и Н – адвоката М, представившей удостоверение 

<

данные изъяты> и ордера 

<

данные изъяты> и 3297,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя 

<

данные изъяты>. и дополнениям к нему государственного обвинителя Д, апелляционным жалобам потерпевшего О и представителя потерпевшей Н – адвоката М на приговор Пушкинского городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты>, которым

А, 

<

данные изъяты> года рождения, уроженец 

<

данные изъяты>, гражданин РФ, ранее не судимый,

- оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.293 УК РФ, на основании п.2 ч.2 ст.302 УПК РФ ввиду его не причастности к совершению преступления.

За А признано право на реабилитацию в соответствии со ст.134 УПК РФ.

Уголовное дело в соответствии с ч.3 ст.306 УПК РФ постановлено направить руководителю СО по г.Б ГСУ СК России по 

<

данные изъяты> для производства предварительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению к уголовной ответственности.

Мера пресечения в отношении А – подписка о невыезде и надлежащем поведении – отменена.

Отказано в удовлетворении гражданских исков потерпевших О и Н к А о компенсации морального вреда причиненного преступлением.

Заслушав доклад судьи Жуковой С.М., выслушав доводы прокурора, поддержавшего апелляционное представление, доводы потерпевших и представителя потерпевших, поддержавших апелляционное представление и апелляционные жалобы, мнение оправданного и его защитника, полагавших необходимым приговор оставить без изменения, а апелляционное представление и апелляционные жалобы без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л:

Органами предварительного расследования А обвинялся в халатности, то есть в неисполнении и ненадлежащем исполнении должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе и обязанностей по должности, повлекшее по неосторожности смерть человека – З

Приговором Пушкинского городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> А оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст.293 ч.2 УК РФ на основании п.2 ч.2 ст.302 УПК РФ ввиду его не причастности к совершению преступления.

В апелляционном представлении государственный обвинитель 

<

данные изъяты>. выражает несогласие с приговором, просит его отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе, считая его незаконным и необоснованным, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела.

В дополнении к апелляционному представлению государственный обвинитель Д считает несоответствующим действительности выводы суда о том, что объект недвижимости с кадастровым 

<

данные изъяты> «

<

данные изъяты>», расположенный по адресу: 

<

данные изъяты> пер., находится в границах земельного участка с кадастровым № 

<

данные изъяты>, в отношении которого зарегистрировано право собственности Российской Федерации и право постоянного (бессрочного) пользования 

<

данные изъяты> «

<

данные изъяты>

В подтверждение своих доводов указывает, что в 1935 году построено здание пожарной части, которое находилось на балансе Минобороны(кадастровый учет здания и регистрация права собственности в ЕГРН датируется 

<

данные изъяты>: Нежилое здание (наименование: пожарное депо) с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, общей площадью 179 кв.м, расположенное по адресу: 

<

данные изъяты>, г. Б, 

<

данные изъяты>). Указанное здание было закреплено в оперативное управление за учреждениями, подведомственными Министерству обороны РФ. В период времени с 

<

данные изъяты> до 

<

данные изъяты> нежилое здание «

<

данные изъяты>» находилось в оперативном управлении 

<

данные изъяты>» Министерства обороны Российской Федерации, затем в период с 

<

данные изъяты> до 

<

данные изъяты> находилось в оперативном управлении 

<

данные изъяты>» Министерства обороны Российской Федерации.

Ссылаясь на показания свидетелей Е(представителя 

<

данные изъяты>») и свидетеля Ж(представителя 

<

данные изъяты>), указывает, что из их показаний следует, что на балансе учреждений находилось только здание «

<

данные изъяты>», иное имущество(в частности элементы ограждения), на балансе Министерства обороны не находились. Указывает, что данное обстоятельство подтверждается приказами по передаче 

<

данные изъяты>» Министерства обороны Российской Федерации, а затем 

<

данные изъяты>» Министерства обороны Российской Федерации, о передаче только здания «

<

данные изъяты>», кроме этого факт отсутствия на балансе у Министерства обороны бетонного забора подтвержден письмом от 

<

данные изъяты> (т. 8 л.д. 220).

Как следует из переписок между Администрацией г.о.Б и Министерством обороны, которые имеются в материалах дела и исследованы в судебном заседании, вплоть до 

<

данные изъяты> земельный участок под объектом недвижимости (

<

данные изъяты>) не сформирован, не поставлен на кадастровый учет, таким образом, весь забор, огораживающий 

<

данные изъяты> находился на земле, государственная собственность на которую не разграничена.

Из выписки из ЕГРН на земельный участок с кадастровым 

<

данные изъяты>(т.1 лд. 123-134) следует, что земельный участок образован из земель или земельного участка, государственная собственность на которые не разграничена, собственность Администрации г.о. Б зарегистрирована с 

<

данные изъяты>.

Ссылаясь на положения ст.210 ГК РФ и ст.42 ЗК РФ, указывает, что бремя содержания земельного участка возлагается на собственника, если участок не сформирован и в отношении него не проведен государственный кадастровый учет, эта земля находится в собственности соответствующего публично-правового образования, в данном случае Администрации г.о.Б.

Кроме этого указывает, что судом при вынесении приговора проигнорировано заключение экспертов 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> (т.9 л.д. 40-56), установившего факт нахождения упавшей железобетонной плиты на границе земельного участка, принадлежащего администрации г.о. Б. При этом, границы указанного судом земельного участка 

<

данные изъяты>, в границах которого якобы находилась упавшая железобетонная плита, фактически отделены муниципальной дорогой 1-й 

<

данные изъяты>, а также вышеуказанным неразграниченным земельным участком.

В связи с изложенным указывает, что по состоянию на 

<

данные изъяты> упавшая железобетонная плита находилась по границе между земельным участком с кадастровым 

<

данные изъяты>, правообладателем которого является администрация г.о. Б с 2018 года, и не сформированным (не разграниченным) земельным участком (кадастровый квартал 

<

данные изъяты>) на котором располагалось здание «

<

данные изъяты>».

Также указывает, что в ходе предварительного следствия и в судебном заседании установлено, что администрация фактически осуществляла частичное обслуживание забора, сохраняло целостность данного ограждения, что следует из показаний свидетеля Т и свидетеля Х

Кроме этого указывает, что «

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>», который располагается за забором, отделявшим 

<

данные изъяты>, вырос на территории 

<

данные изъяты> 2044, которая была обнесена единым бетонным забором, о чем свидетельствуют как показания обвиняемого, так и показания всех допрошенных в ходе судебного следствия свидетелей, но в силу разбиения участка на более мелкие, сохранились фрагменты забора в качестве ограждения отдельных участков. В материалах дела (т.2 стр.12-22) содержится Землеустроительное дело 

<

данные изъяты>, которым определены границы земельного участка 

<

данные изъяты>, границы которого определены по точкам бетонного забора. Таким образом, исходя из землеустроительного дела, бетонный забор относится к земельным участкам, которые получены путем дробления единого участка 

<

данные изъяты>, а все что твердо связано с данными земельными участками следует судьбе земельных участков в силу Федерального закона от 

<

данные изъяты> № 136-ФЗ «Земельный кодекс Российской Федерации». Указывает, что поскольку земля, на которой находился забор (погранично неразграниченная и муниципальная) передана городу, то Минобороны РФ не уполномочено сносить и обслуживать то, что стоит на территории муниципального образования, в связи с чем в дальнейшем в оперативное управление разных управлений Минобороны передавалось только заброшенное депо.

Также считает ошибочным безоговорочное принятие судом за основу своего решения ответа 

<

данные изъяты> о том, что здание «

<

данные изъяты>» с кадастровым 

<

данные изъяты> располагалось на земельном участке с кадастровым 

<

данные изъяты>, поскольку администрацией еще в 2018 году установлена кадастровая ошибка в выписке ЕГРН на вышеуказанное здание в графе «кадастровые номера иных объектов недвижимости, в пределах которых расположен объект недвижимости», о чем неоднократно указывалось в том числе в адрес Минобороны РФ, что также установлено в ходе судебного следствия: в письме администрации в Минобороны РФ от 

<

данные изъяты> (т.3 л.д.165-167), в письме администрации в Минобороны РФ от августа 2018 года (т.3 л.д.146-147), в ответе администрации на обращение (т.3 л.д.149), также о данном факте указывает А в своих показаниях в ходе судебного заседания от 

<

данные изъяты> и свидетели, допрошенные по делу. Однако суд в приговоре указанные показания подсудимого не изложил, оценки им не дал.

Считает что изложенное опровергает выводы суда о том, что земельный участок под нежилым зданием «

<

данные изъяты>» с кадастровым 

<

данные изъяты> из собственности Российской Федерации не выбывал и в ведении г.о. Б не находился, а также доказывает, что забор, железобетонная секция которого упала на малолетнюю З, не принадлежал Министерству обороны, а находился в ведении Администрации г.о. Б.

Указывает, что суд не дал оценки показаниям свидетеля У(генерального Б ООО «

<

данные изъяты>»), с которым 

<

данные изъяты> был заключен договор аренды нежилого здания «

<

данные изъяты>», который пояснил, что предметом аренды являлась только пожарная каланча, прилегающая территория в договор не входила, на территорию Пожарного депо и в самом здание он попасть не мог, ввиду отсутствия у него и у Министерства обороны ключей от забора, которые находились у Администрации г.о. Б.

Также считает, что выводы суда о том, что при приеме объектов в муниципальную собственность в обязанности А не входило совершать обход территории, он был уполномочен в рамках своих должностных обязанностей только выяснить принадлежность нежилого здания «

<

данные изъяты>» и заняться передачей данного объекта в муниципальную собственность, опровергаются доказательствами, исследованными в судебном заседании.

В подтверждение этих доводов указывает, что А занимал должность заместителя главы (администрации) городского округа Б 

<

данные изъяты>, в период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> являлся руководителем Комиссии по рассмотрению вопросов по освобождению земель и земельных участков в границах городского округа Б 

<

данные изъяты>, государственная собственность на которые не разграничена или находящихся в собственности муниципального образования «

<

данные изъяты> Б 

<

данные изъяты>», от самовольно установленных некапитальных объектов, в период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> курировал 

<

данные изъяты>», и приводя положения должностной инструкции, а также положений о вышеуказанной комиссии, считает что А имел все необходимые полномочия и возможности для того, чтобы достоверно, основываясь на полученных в результате запросов документах, становить принадлежность любого объекта, находящегося в пределах г.о. Б, и принять меры по устранению угрозы, которую данные объекты могли нести.

Обращает внимание на показания свидетеля И о том, что весной 2022 года ей и А стало известно в ходе объезда территории о наличии ограждения здания «

<

данные изъяты>», и в ходе совещаний она неоднократно ставила задачи поддерживать ограждение в безопасном для жителей города состоянии. Указывает, что А присутствовал на совещании с первым заместителем главы г.о. Б П 

<

данные изъяты> (т.5 л.д. 130-134), в протоколе которого указано, что ограждение «

<

данные изъяты>» состоит из профильных листов и железобетонных блоков. А, как курирующий заместитель, являлся согласовантом письма - обращения Главы городского округа Б военного имущества Министерства обороны Российской Федерации от 

<

данные изъяты> (т.3 л.д.165-167), в котором содержатся сведения об опасности ограждения для жителей города. При этом указывается, что земельный участок не сформирован, просьбы о передаче ограждения в тексте письма отсутствуют. В ходе своего дополнительного допроса 

<

данные изъяты> А, отвечая на вопросы суда и потерпевших пояснил, что ему задолго до трагедии была известна переписка Администрации городского округа Б с различными ведомствами Министерства обороны, в том числе и по вопросу опасного ограждения, где указывалось, что ограждение состоит, в том числе, и из бетонных блоков. 

Однако суд в приговоре указанные показания не изложил и при вынесении итогового решения оценку им не дал.

Ссылается на показания свидетеля Р, которые она давала в ходе предварительного расследования (т.1 л.д.188-192), из которых следует, что оградительные сооружения, ограждающие в том числе не сформированную и отсутствующую на кадастровом учете территорию, выявляются, помимо поступающих обращений, путем мониторинга территории в рабочем порядке работниками Администрации г.о. Б. Однако, А указаний о проведении соответствующего мониторинга территории с учетом того, что он обладал информацией о наличии опасного забора для жителей города, своим подчиненным сотрудникам не давал. О том, что забор вокруг 

<

данные изъяты> находится в ведении Администрации г.о. Б, так как находится на землях, собственность на которые не разграничена, знал только А, занимаясь перепиской с Министерством обороны, однако указанную информацию никому не сообщил ни до принятия на баланс нежилого здания Пожарное депо, ни после, имея ложно понятую приоритетную задачу на переход права собственности администрации, в ходе выделения земельного участка по его имеющимся границам - забору, а не сохранение жизни и здоровья жителей города.

Ссылается на показания свидетеля К(Б 

<

данные изъяты>»), которая поясняла в рамках судебного следствия, что спорное ограждение не обладает признаками капитального строения, следовательно не может иметь иммунитет от признания самовольным объектом, даже несмотря на то, что возведено до 1995 года. Считает, что часть ограждения, фрагмент которого обрушился, по своему конструктивному предназначению ограждал не пожарное депо, а инфраструктуру, предположительно воинской части, а при условии отсутствия достоверных сведений о собственнике ограждения, при условии отрицания данного факта Минобороны РФ, отсутствия сведений о его капитальности в ЕГРН, расположению его погранично на земельном участке принадлежащем администрации г.о. Б МО и землями, государственная собственность на которые не разграничена (находящиеся в ведении муниципалитета), являлось самовольным сооружением, по сведениям предоставленным администрацией, представляющим опасность для жителей города.

Считает, что у А, как заместителя главы администрации, курирующего земельно-имущественные отношения, более широкие полномочия - определение правового статуса объекта (принадлежность), признание его бесхозным, либо самовольным строением, а в случае обладания информации об опасности объекта - его немедленном сносе, что он сам, в том числе, мог организовать, являясь председателем Комиссии управления по выявлению и ликвидации самовольных некапитальных объектов на территории г.о. Б, что способствовало бы предупреждению имевшейся опасности для жизни и здоровья граждан.

В связи с изложенным считает, что А, зная, что на территории 

<

данные изъяты> Б есть несущие угрозу населению аварийное здание, принадлежность которого была установлена документально, и огораживающий его забор, не предпринял мер в соответствии с порядком сноса и не реализовал свои полномочия как председатель комиссии, путем вынесения данного вопроса на рассмотрение Комиссии, поскольку в случае установления Комиссией того, что данное ограждение относится к некапитальному сооружению самовольно возведенному на муниципальном земельном участке, данное ограждение было бы снесено незамедлительно как несущее угрозу населению, а в случае выявления его собственника могли быть приняты какие-либо другие меры, направленные на устранение угрозы, например установка дополнительного ограждения.

Полагает, что А, проявил халатность, что в последствии привело к смерти ребенка.

Считает несостоятельными выводы суда о том, что в период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> многочисленные обращения граждан о неудовлетворительном состоянии ограждения земельного участка, на котором расположено нежилое здание «

<

данные изъяты>» передавались на рассмотрение заместителю Главы г.о. Б А, не нашли своего подтверждения, указывая, что органами следствия А указанные обстоятельства не вменяются.

Ссылается на письмо Администрации г.о. Б в адрес Б военного имущества Министерства обороны Российской Федерации от 

<

данные изъяты> за подписью Главы г.о. Б Х(т.3 л.д.165-167), исполнителем которого по составлению проекта являлась свидетель С, согласовантом являлся А и указывает, что допрошенная свидетель С пояснила, что фразу о том, что при обследовании территории установлено, что ограждение и само здание представляет опасность для жителей города, ею было сделано для скорейшей передачи здания «

<

данные изъяты>» в собственность муниципального образования, указывает, что А не может отражать в официальных письмах от имени главы города информацию, «для усиления позиции», поскольку в силу своих должностных обязанностей и занимаемой должности, должен ответственно и добросовестно подходить к написанию всех писем и запросов от имени Администрации г.о. Б и проверять имеющуюся информацию. Полагает, что эта позиция суда является необоснованной, а оценивать ее путем аналогичных показаний подчиненных работников А незаконно.

Также указывает, что суд не дал оценку должностному положению А, которую он занимает и в настоящее время, являясь советником Главы г.о. Б, общается со многими из допрошенных свидетелей на работе, такими как С, Р и другими лицами, которые ранее находились у него в подчинении, и непосредственно оказывает влияние по должности на свидетелей, ввиду чего ссылка суда о том, что не имеется оснований не доверять свидетелям, является не обоснованной.

Кроме этого указывает, что суд не отразил, какие именно доказательства следствия им оценены, и в связи с чем такие доказательства, по мнению суда, не подтверждают вину А в халатности.

Также считает, что судом необоснованно указано, что следствием не проверена причастность иных лиц к совершению данного преступления, в связи с чем вынесено частное постановление, ссылаясь на то, что суд не указал, что именно органами предварительного расследования не проверено.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшей Н – адвокат М, также просит приговор отменить, уголовное дело передать на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе, считая, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и опровергаются исследованными в судебном заседании материалами уголовного дела.

В подтверждение своих доводов указывает, что судом не дана оценка исследованным доказательствам и не приняты к сведению установленные фактические обстоятельства, что секция железобетонного забора, за которая упала на малолетнюю потерпевшую, причинив ей повреждения, повлекшие ее гибель, располагалась на границе земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, то есть того земельного участка, правообладателем которого была Администрация г.о.Б с 

<

данные изъяты>, и впоследствии вновь образованного земельного участка из земель неразграниченной собственности, в том числе: 

письму Администрации городского округа Б, адресованное Б имущественных отношений Министерства обороны РФ, в котором Администрация указывает, что Пожарное депо расположено вне границ земельного участка с кадастровым 

<

данные изъяты>, прилагая схему расположения (координаты 

<

данные изъяты> т.3 л.д.146,

ответу Администрации городского округа Б, в котором указано, что земельный участок под объектом недвижимости не сформирован, не поставлен на кадастровый учет, данные о правообладателе отсутствуют(т.3 л.д.149),

письму Главы городского округа Б военного имущества Министерства обороны Российской Федерации, в котором указано, что земельный участок при нежилом здании с кадастровым 

<

данные изъяты> не сформирован и не поставлен на государственный кадастровый учет, согласовантом данного письма являлся А,

выписке ЕГРН на земельный участок с кадастровым 

<

данные изъяты>.4354 (на котором располагалось здание - 

<

данные изъяты> с кадастровым 

<

данные изъяты>), сформированный как собственником объекта недвижимого имущества Администрацией городского округа Б из земель или земельного участка, государственная собственность на которые не разграничена,

заключению эксперта ФГБУ 

<

данные изъяты> ЛСЭ Минюста России(т.9 л.д.40-56), в рамках которого проведенным исследованием определено фактическое местоположение фрагментов разрушенного или демонтированного сооружения - бетонного забора в точках, в которых находилась упавшая на потерпевшую секция, соответствуют границе земельного участка с кадастровым 

<

данные изъяты>. Согласно сведениям ЕГРН на указанный земельный участок право собственности зарегистрировано за Муниципальным образованием «

<

данные изъяты> Б» в 2018 г., сформирован данный участок был из земельного участка с кадастровым 

<

данные изъяты> (т.8 л.д. 122-136).

Обращает внимание, что порядок образования земельного участка с кадастровым 

<

данные изъяты> под Пожарным депо соответствует порядку формирования земельного участка из земель неразграниченной собственности: Администрацией г.о. Б было вынесено Постановление 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> «Об утверждении схемы расположения земельного участка площадью 1757 кв.м., расположенного в кадастровом квартале 

<

данные изъяты> на кадастровом плане территории, в целях образования земельного участка». В случае нахождения данной территории в собственности РФ и переданной на праве постоянного(бессрочного) пользования 

<

данные изъяты>» Минобороны РФ, указанный механизм образования земельного участка был невозможен, необходимо было проводить межевание земельного участка с кадастровым 

<

данные изъяты>, прекращать право постоянного (бессрочного) пользования 

<

данные изъяты>» Минобороны РФ и право собственности Российской Федерации на выделенный земельный участок и только после осуществления данных действий - было бы возможно оформить право собственности за муниципальным образованием «

<

данные изъяты> Б».

Кроме этого, также ссылаясь на занимаемую А должность заместителя главы г.о.Б, который в период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> также являлся руководителем Комиссии по рассмотрению вопросов по освобождению земель и земельных участков в границах городского округа Б 

<

данные изъяты>, государственная собственность на которые не разграничена или находящихся в собственности муниципального образования «

<

данные изъяты> Б 

<

данные изъяты>», от самовольно установленных некапитальных объектов, в период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты> курировал 

<

данные изъяты>», и приводя положения должностной инструкции, а также положений о вышеуказанной комиссии, считает что А имел все необходимые полномочия и возможности для того, чтобы достоверно, основываясь на полученных в результате запросов документах, установить принадлежность любого объекта, находящегося в пределах г.о. Б, и принять меры по устранению угрозы, которую данные объекты могли нести.

Также как и государственный обвинитель, ссылаясь на показания свидетеля Х, показания А от 

<

данные изъяты> протокол совещания от 

<

данные изъяты>, приходит к выводу о том, что материалами дела подтверждается осведомленность А о том, что на вверенной ему территории городского округа находится представляющий опасность объект – забор, в том числе из железобетонных плит, не находящийся в чьей-то собственности.

Считает, что суд, делая вывод об отсутствии в действиях А халатности, не дал оценки всем приведенным в приговоре доказательствам, не сопоставил их с другими доказательствами, не указал о допустимости либо недопустимости этих доказательств, имеющих существенное значение для юридической оценки содеянного А

В апелляционной жалобе потерпевший О выражает несогласие с приговором, просит его изменить, признать А виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.293 УК РФ и назначить ему наказание, полагая, что суд оправдывая А, не принял во внимание фактические данные, сделал неправильные выводы, тем самым лишил его как потерпевшего права на восстановление социальной справедливости и возмещение понесенных им и членами его семьи морального вреда в результате гибели дочери.

В подтверждение своих доводов указывает, что судом не принято во внимание, что на момент 

<

данные изъяты> фактически право собственности на здание «

<

данные изъяты>», а следовательно, согласно показаниям свидетелей и обвиняемого А и на прилегающую к нему территорию границы которой сложились исторически, принадлежало Администрации городского округа Б.

Считает, что судом проигнорирован тот факт, что фактическое расположение земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, фигурирующего в ответе на запросе суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> с местом расположения объекта недвижимости с кадастровым 

<

данные изъяты> «

<

данные изъяты>», разделены автомобильной дорогой общего назначения, что подтверждается картографическими и иллюстрационными материалами, имеющимися в материалах дела.

Считает, что судом не приняты во внимание заключение эксперта 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> Федерального государственного бюджетного учреждения «Московская областная лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации(т.9 л.д.40-56), в котором установлено, что бетонное ограждение размещалось на земельном участке с кадастровым 

<

данные изъяты>, находящимся в муниципальной собственности. Факт принадлежности данного ограждения указанному земельному участку также подтвержден показаниями свидетеля со стороны защиты Л

Указывает, что судом при вынесении приговора сделаны ссылки на землеустроительное дело 

<

данные изъяты> (т.2 л.д.12-22), при этом не учтено, что согласно показаниям свидетеля Ф в 2013 году по заказу застройщика 

<

данные изъяты>» был разработан и утвержден план межевания территории квартала, а для реализации проекта межевания был подготовлен план раздела земельного участка, что свидетельствует о том, что суд при вынесении приговора ссылается на документы, по сути, утратившие свою актуальность.

Полагает, что судом ошибочно интерпретированы юридически значимые действия по согласованию и подписанию электронными подписями обращения в адрес Минобороны России в котором указывается о том, что здание находится на землях неразграниченной собственности и несет угрозу населению как письмо с формулировками повышающими вес данного письма. При этом включение достоверных сведений подтверждает осведомленность А в угрозе населению и бездействии, а наличие в обращении заведомо ложной информации подтверждает ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, что также проигнорировано судом.

В возражениях на апелляционное представление и жалобы оправданный А считает их доводы необоснованными, просит приговор оставить без изменения.

Проверив материалы дела, выслушав стороны, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с п.1 и 3 ч.1 ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции, а также существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

При этом, в соответствии с ч.1 ст. 389.16 УПК РФ приговор признается несоответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, если суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, а также если выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности оправданного, на правильность применения уголовного закона.

В соответствии с ч.1 ст. 389.17 УПК РФ основанием отмены судебного решения являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

В соответствии со ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Он признается таковым, если постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Это предполагает, в частности, в случае постановления по уголовному делу оправдательного приговора обязанность суда в соответствии с ч. 1 ст. 305 УПК РФ установить и отразить в описательно-мотивировочной части приговора существо предъявленного подсудимому обвинения, установленные обстоятельства дела, привести основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, а также мотивы, по которым им были отвергнуты одни доказательства и положены в основу приговора другие.

При этом в соответствии с ч. 1 ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения его относимости, допустимости и достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Проверяя доказательства и оценивая их с точки зрения соответствия указанным критериям, суд сопоставляет их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, устанавливает их источники, обеспечивает получение иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемые доказательства.

Вышеназванные положения закона по данному делу в полном объеме судом не соблюдены.

Так, из материалов уголовного дела следует, что органами предварительного следствия А обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ст.293 ч.2 УК РФ, а именно в том, что в период с 

<

данные изъяты> по 

<

данные изъяты>, занимая должность заместителя главы (администрации) городского округа Б 

<

данные изъяты>, располагая достоверными сведениями о наличии самовольного и бесхозяйного ограждения (забора) находящегося в состоянии представляющего опасность для жителей города, А не исполнял и не надлежаще исполнял свои должностные обязанности, вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе и обязанностей по должности, в связи с непринятыми своевременно мерами по устранению опасности для граждан со стороны А, 

<

данные изъяты> вблизи спортивной площадки, на участке местности, расположенном в 60 метрах к северу от 

<

данные изъяты> «А» по адресу: 

<

данные изъяты>, 

<

...> 

<

данные изъяты>, на несовершеннолетнюю З произошло обрушение, длительное время находящейся в ненадлежащем (опасном) состоянии для окружающих, железобетонной секции забора, находившейся с существенным отклонением от вертикали, представлявшей угрозу жизни и здоровью граждан, состоящей в комплексе ограждения, огораживающего земельный участок, государственная собственность на который не разграничена (кадастровый квартал 

<

данные изъяты>), с расположенным на нем нежилым зданием «

<

данные изъяты>» с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, находящегося на границе с земельным участком с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, категории земель: «

<

данные изъяты>», правообладателем которого является Администрация городского округа Б 

<

данные изъяты>, вследствие чего несовершеннолетняя скончалась.

Рассмотрев уголовное дело, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что причастность А к инкриминируемому деянию не подтвердилась и постановил в отношении него оправдательный приговор.

Между тем, в силу положений уголовно-процессуального закона решение о невиновности лица может быть принято судом в том случае, когда по делу тщательно проанализированы как в отдельности, так и в совокупности все собранные доказательства, когда им дана надлежащая оценка, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены, однако, несмотря на это, причастность подсудимого к совершению инкриминируемого преступления исключается или не подтверждается.

В данном случае, вывод суда об оправдании А в совершении преступления, предусмотренного ст.293 ч.2 УК РФ, вызывает сомнения, поскольку сделан без надлежащего учета и оценки всех обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного разрешения уголовного дела.

Так, принимая решение о непричастности А к инкриминируемому преступлению, суд первой инстанции признал установленным, что земельный участок по адресу: 

<

данные изъяты>, 

<

...> 

<

данные изъяты>, в границах которого располагался объект недвижимости здание - «

<

данные изъяты>» с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, по состоянию на 

<

данные изъяты> находился в границах земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, в отношении которого зарегистрировано право собственности Российской Федерации и право постоянного (бессрочного) пользования ФГБУ «

<

данные изъяты>» Минобороны РФ и с учетом этого основания для проведения муниципального контроля в отношении земельного участка, расположенного по адресу: 

<

данные изъяты>, г.о. Б. 1-й 

<

данные изъяты>, и его ограждения, отсутствовали.

Такой вывод суда основан, по сути, лишь на выписках из ЕГРН и ответе ФАУГИ Россимущества от 

<

данные изъяты> из которых следует, что объект недвижимости с кадастровым номером 

<

данные изъяты> «

<

данные изъяты>», расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>, г.о. Б, 1-й 

<

данные изъяты>, находится в границах земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>.

Наряду с этим, достоверность сведений, содержащихся в ЕГРН о расположении объекта недвижимости «Пожарная каланча» с кадастровым номером 

<

данные изъяты> в границах земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, вызывает сомнения.

Судом оставлено без внимания, что согласно сведениям в ЕГРН, объект недвижимости «Пожарная каланча» с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположен в границах земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, что свидетельствует о явном противоречии в данных, содержащихся в ЕГРН о месте расположения здания, поскольку объект недвижимости «Пожарная каланча» и земельный участок, на котором он якобы расположен, имеют разные кадастровые кварталы.

Помимо этого, судом не дана надлежащая оценка выписке из ЕГРН на земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты> (сформированный после обрушения секции забора на З), из которого следует, что данный земельный участок образован из земель или земельного участка, государственная собственность на который не разграничены.

Наряду с этим, судом оставлено без оценки реестровое дело в отношении земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> (т.4 л.д.84,85,95-102), в том числе имеющееся в нем постановление и.о. главы администрации городского округа Б от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> «Об утверждении схемы расположения земельного участка площадью 1757 кв.м., расположенного в кадастровом квартале 

<

данные изъяты> на кадастровом плане территории, в целях образования земельного участка», из которого следует, что здание «

<

данные изъяты>», с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположено на землях неразграниченной государственной собственности, под которым администрацией городского округа Б и был сформирован земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты>

Не дана судом оценка и постановлению и.о. главы администрации городского округа Б от 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> «

<

данные изъяты>», с кадастровым номером 

<

данные изъяты>»(т.5 л.д.115) из которого следует, что на момент принятия решения о сносе указанного здания, оно располагалось по адресу: 

<

данные изъяты>, г.о. Б. 1-й 

<

данные изъяты>, в границах земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>(образованного администрацией городского округа Б из земель неразграниченной государственной собственности после обрушения секции забора на З).

Кроме этого, судом не дана оценка письму администрации городского округа Б в адрес Б имущественных отношений Министерства обороны РФ(т.3 л.д.146), из которого следует, что здание «Пожарное депо», с кадастровым номером 

<

данные изъяты> расположено вне границ земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>(юго-восточнее).

Более того, судом проигнорировано заключение землеустроительной экспертизы(т.9 л.д.40-46) которым определено фактическое местоположение фрагментов разрушенного или демонтированного бетонного забора, из которого следует, что фрагменты данного бетонного забора соответствуют границе земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>(находящимся в муниципальной собственности с 2018 г.). При этом, как следует из материалов дела, с земельным участком с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, в настоящее время граничит вновь образованный смежный земельный участок с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, который был образован администрацией городского округа Б из земель неразграниченной государственной собственности после обрушения секции забора на З

Таким образом, выводы суда о том, что земельный участок по адресу: 

<

данные изъяты>, 

<

...> 

<

данные изъяты>, в границах которого располагался объект недвижимости здание - «

<

данные изъяты>» с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, по состоянию на 

<

данные изъяты> находился в границах земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела.

При этом суд первой инстанции фактически проанализировал лишь часть исследованных доказательств и не дал всесторонней и надлежащей оценки как иным доказательствам, представленным стороной обвинения, так и имеющимся в них противоречиям, чем нарушил принципы оценки доказательств.

В связи с изложенным, постановленный в отношении А приговор нельзя признать законными и обоснованными, в связи с чем он подлежит отмене, а дело направлению на новое судебное разбирательство.

В связи с отменой оправдательного приговора частное постановление Пушкинского городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> также подлежит отмене.

Другие доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб о доказанности или недоказанности вины оправданного А, достоверности или недостоверности того либо иного доказательства, преимущества одних доказательств перед другими, как и иные доводы сторон, подлежат проверке при новом судебном разбирательстве по уголовному делу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Пушкинского городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> в отношении А и частное постановление Пушкинского городского суда 

<

данные изъяты> от 

<

данные изъяты> – отменить.

Уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе со стадии судебного разбирательства.

Избрать в отношении А меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционное представление и апелляционные жалобы - удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции по правилам главы 47.1 УПК РФ.

Лица, указанные в ч.1 ст.401.2 УПК РФ, имеют право участвовать в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий