Дело №2-1742/2025

УИД №24RS0046-01-2024-010202-48

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Красноярск 26 августа 2025 года

Свердловский районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Золототрубовой М.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Атагельдиевой Д.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным (незаключенным),

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным (незаключенным), мотивировав свои требования тем, что 30.08.2024 года между ним и ответчиком под действием обмана и заблуждения со стороны третьих лиц был заключен кредитный договор № на сумму 1 360 992 руб., которые в последующем переведены посредством использования банкомата на счет неизвестных лиц. При этом воля на заключения кредитного договора у истца отсутствовала, при заключении договора он не мог понимать значение своих действий. 

Истец ФИО1, его представитель ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, просили их удовлетворить. Дополнительно пояснили, что ДД.ММ.ГГГГ истцу поступило сообщение от якобы заместителя директора Красноярского института железнодорожного транспорта – филиала ФГБОУ ВО «Иркутский государственный университет путей сообщений» - ЯСА о том, что с ним должен связаться ЕПД, который назначен для проведения проверки в учреждении с целью выявления причин утечки информации из архива. После чего с ним связался неизвестные, которые представились ЕПД, а также ВСА, которые пояснили, что ФСБ проводит проверку в отношении руководства института, в результате действий которых произошла утечка информации, в связи с чем, на него (истца) подана заявка на оформление кредита. Также указанные лица пояснили, что для аннулирования заявки на оформления кредита и установления причастных лиц ему необходимо вновь оформить кредит. Указанные лица сообщили весь алгоритм действия для оформления кредита. Во время разговора, он полагал, что в действительности общается с сотрудниками ФСБ, испугался, что если не поможет сотрудникам, то на его имя будет оформлен кредит, а также он желал помочь сотрудникам с целью установления лиц, причастных к мошенничеству. С 15-00 и до 23-00 он был под постоянным контролем указанных лиц, которые запрещали ему с кем-либо связываться по телефону, в том числе с родными и близкими, возвращаться домой, у них был полный доступ к его телефону. Когда ему позвонила супруга, то указанные лица, пояснили, что они осведомлены о данном телефоном звонке, и для исключения утечки информации пояснили, чтобы он больше ни с кем не связывался. Под руководством указанных лиц, он связался с сотрудниками банка по номеру «1000» для оформления кредита, пояснил, что ему нужны денежные средства для приобретения автомобиля, а также пояснил, что не действует под контролем мошенников, поскольку полагал, что помогает сотрудникам ФСБ, кроме того, мошенники ему пояснили, что бы он давал такие ответы, а также что они его контролируют и узнают, что он отвечал. После того, как денежные средства поступили на его счет, мошенники назвали ему адрес банкомата, где он должен будет снять денежные средства, а также адрес банкомата, с помощью которого он должен будет перевести денежные средства на иной счет, после поступления которых, сотрудники ФСБ смогут аннулировать ранее оформленную на него заявку на кредит, выявить причастных лиц и вернут ему денежные средства. После того, как он совершил все указанные действия, он вернулся домой, сообщил супруги, что им лучше не общаться, поскольку их прослушивают сотрудники ФСБ, которым он помогает выявить преступников. Вместе с тем, его супруга пояснила истцу, что его ввели в заблуждение мошенники. Утром истец поехал в отдел ФСБ, где ему сообщили, что с ним никто не связывался и необходимо идти в полицию. В момент общения с мошенниками он как будто находился под гипнозом, пояснить какие конкретно действия совершал для оформления кредита, вводил ли пришедший от банка код, сообщал ли его сотруднику банка, не помнит. Оформлять кредит он не хотел, если бы действовал по своей воле, никогда бы не оформил кредит на таких условиях, поскольку процентная ставка по нему составляет 31,60% годовых, ежемесячный платеж по кредиту 45 379,59 руб. Также он не помнит, сообщали ли ему сотрудники банка условия заключаемого кредита. Учитывая, что на момент заключения кредитного договора у него уже имелось два кредита, общая сумма платежа по которому составляла около 10 000 руб., ежемесячные платежи за квартиру составляют 7 000 руб., то кредит с ежемесячным погашением в размере 45 000 руб. является для него неподъемным, поскольку размер его пенсии составляет 26 000 руб., размер заработной платы 70 000 руб. Кроме того, кредит на автомобиль ему не требовался, так как у него и супруги имеется автомобиль. Ссылаясь на результаты проведенной по делу комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы указывают, что 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> Сочетание обстоятельств и особенностей психологической сфер истца способствовали 

<

данные изъяты> Также указали, что истец, как потребитель в отношениях с ответчиком – хозяйствующим субъектом, выступает более слабой стороной, в связи с чем Банк обязан был учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность заключения кредитного договора, однако ответчиком этого сделано не было, что свидетельствует о проявлении недобросовестного поведения со стороны ответчика, как кредитора по кредитному договору. Банк не предпринял никаких действий направленных на выявление и блокирование подозрительной операции по оформлению кредита.

Представитель ответчика Банка ВТБ (ПАО) - МПМ в судебном заседании в удовлетворении заявленных исковых требований просил отказать, также указал, что 28.10.2016 года истец обратился к ответчику с заявлением на предоставление комплексного банковского обслуживания в Банке ВТБ24 (ПАО), в котором, в том числе просил предоставить доступ к ВТБ24-Онлайн и обеспечить возможность его использования в соответствии с Правила предоставления ВТБ24-Онлайн. 17.11.2020 года истцом получена банковская карта Банка ВТБ (ПАО), при получении которой истец указал, что присоединяется к правилам комплексного обслуживания физических лиц в банке ВТБ (ПАО). Одновременно клиентом предоставлен контактный номер телефона, предназначенный для получения SMS/PUSH-сообщений, для доступа к ВТБ-Онлайн: +№. Между истцом и ответчиком достигнуто соглашение об использовании при совершении сделок электронной подписи либо иного аналога собственноручной подписи, по условиям которого информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанном собственноручной подписью. 30.08.2024 года на номер мобильного телефона, указанного клиентом, направлены SMS-коды на вход в систему ВТБ-Онлайн, оформление кредита и подтверждение получения денежных средств в офисе Банка ВТБ (ПАО), подтверждается данными ВТБ-Онлайн и не отрицается истцом. В оспариваемый период времени в системе Банка ВТБ (ПАО) зафиксированы факты направления кодов подтверждения входа в систему ВТБ-Онлайн, а также направления кодов подтверждения, совершение операций по переводу денежных средств. Истец самостоятельно оформил кредит в Банке ВТБ (ПАО), снял денежные средства и перевел их неустановленному лицу через банкомат. Одновременно с этим истец обращался на горячую линию Банка ВТБ (ПАО) с заявлением о разблокировании расходных операций, при этом на вопросы сотрудников Банка ВТБ (ПАО) отвечал, что кредит ему нужен для приобретения/ремонта автомобиля. На прямые вопросы о том, поступали ли ему звонки от неизвестных лиц, представлявшихся сотрудниками МВД, ФСБ и т.д., отвечал отрицательно, утверждал, что все действия совершает самостоятельно и в личных целях. При таких обстоятельствах у ответчика отсутствовали сомнения в том, что данные операции производятся истцом. Кроме того, данный номер телефона, являлся действующим информация о том, что данный номер не принадлежит клиенту в Банк ВТБ (ПАО) не поступала. 

Выслушав истца, его представителя, ответчика, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 28.10.2016 года ФИО1 подписано собственноручно заявление на предоставление комплексного обслуживания в ВТБ 24 (ПАО).

В п. 1.4 Заявления, клиент просил предоставить ему доступ к дистанционному банковскому обслуживанию ВТБ 24 (ПАО) и обеспечить возможность его использования в соответствии с условиями Правил дистанционного банковского обслуживания физических лиц в ВТБ 24 (ПАО) с использованием системы «Телебанк».

В расписке от 17.11.2020 года, при получении карты МИР Мультикарта Росжелдор для зарплатных клиентов, Клиент присоединился к действующей редакции Правил комплексного обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), одновременно предоставив Банку контактный номер телефона +№.

В силу п. 3.4 Правил комплексного обслуживания физических лиц в банке ВТБ (ПАО) в рамках Договора комплексного обслуживания (ДКО) клиент сообщает Банку доверенный номер телефона, на который банк направляет временный пароль, SMS-коды для подписания распоряжений/заявлений БП и сообщения в рамках подключённой у клиента услуги оповещений/заключенного договора ДБО, а также сообщений/уведомления при использовании технологии «Цифровое подписание. При первой Авторизации в Интернет-банке Клиент должен самостоятельно изменить временный Пароль на постоянный Пароль.

В соответствии с п. 3.6 Правил комплексного обслуживания физических лиц, при заключении ДКО Банк предоставляет Клиенту возможность использовать все Каналы доступа для получения информации и проведения Операций в рамках Договоров о предоставлении банковского продукта.

Согласно п. 3.6.2.3 правил комплексного обслуживания основанием для возможности проведения клиентом операций в Системе Дистанционного банковского обслуживания является Распоряжение/Заявление БП Клиента, Идентификатор + Пароль + Средство подтверждения. 

Согласно п. 3.7 Правил комплексного обслуживания физических лиц, список Систем ДБО, порядок Идентификации, Аутентификации в Системах ДБО, порядок проведения Операций с их использованием, порядок формирования и использования Средств подтверждения регулируются в Договоре ДБО.

На основании пункта 1.1 Правил дистанционного банковского обслуживания (ДБО) физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), указанные правила определяют общие условия и порядок предоставления клиенту дистанционного обслуживания в Банке.

В соответствии с п. 1.10 Правил дистанционного банковского обслуживания, электронные документы, подписанные Клиентом ПЭП, а со стороны Банка с использованием простой электронной подписи уполномоченного лица Банка, либо подписанные в рамках Технологии «Цифровое подписание», либо - при заключении Кредитного договора в ВТБ-Онлайн (с учетом особенностей, указанных в пункте 3.3.12 Правил), переданные/сформированные Сторонами с использованием Системы ДБО: 

-удовлетворяют требованию совершения сделки в простой письменной форме в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и влекут юридические последствия, аналогичные последствиям совершения договоров (сделок), совершаемым с физическим присутствием лица (взаимном присутствии лиц), совершающего (совершающих) сделку; 

-равнозначны, в том числе имеют равную юридическую и доказательственную силу аналогичным по содержанию и смыслу документам на бумажном носителе, составленным в соответствии с требованиями, предъявляемыми к документам такого рода, и подписанным собственноручной подписью Сторон, и порождают аналогичные им права и обязанности Сторон по сделкам/договорам и документам, подписанным во исполнение указанных сделок/договоров; 

-не могут быть оспорены или отрицаться Сторонами и третьими лицами или быть признаны недействительными только на том основании, что они переданы в Банк с использованием Системы ДБО, Каналов дистанционного доступа или оформлены в электронном виде; 

-могут быть представлены в качестве доказательств, равносильных письменным доказательствам, в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации, при этом допустимость таких доказательств не может отрицаться только на том основании, что они представлены в виде Электронных документов или распечаток их копий, заверенных в установленном порядке; 

-составляются Клиентом/направляются Банком Клиенту для подписания и признаются созданными и переданными Клиентом/Банком при условии их подписания Клиентом ПЭП в порядке, установленном настоящими Правилами, и при положительном результате проверки ПЭП Банком.

Согласно п. 3.1.1 Правил дистанционного банковского обслуживания, доступ клиента в систему ДБО осуществляется при условии его успешной Идентификации, Аутентификации, в порядке установленном Условиями Системы ДБО.

В силу п. 3.2.4 Правил дистанционного банковского обслуживания, клиент обязуется не передавать третьим лицам (в том числе, в постоянное или временное пользование) Средства получения кодов, Карту с NFC, применяемую в случаях, установленных Банком, для дополнительного подтверждения корректности параметров, указанных в Распоряжении, Заявлении П/У/ иного совершаемого Клиентом действия в Системе ДБО, не раскрывать третьим лицам информацию о Средствах подтверждения, находящихся в его распоряжении, хранить и использовать Средства подтверждения, а также Средства получения кодов, Карту с NFC способами, обеспечивающими невозможность их несанкционированного использования, а также немедленно уведомлять Банк обо всех случаях доступа или о предполагаемой возможности доступа третьих лиц к Средствам подтверждения/ Средствам получения кодов/к Карте с NFC.

Пунктом 3.3.1 Правил дистанционного обслуживания предусмотрено, что порядок формирования, подписания и передачи Клиентом Электронных документов в каждой из Систем ДБО определяется соответствующими Условиями Системы ДБО. При этом Клиент до подписания ПЭП Распоряжения, Заявления П/У в ВТБ-Онлайн подтверждает корректность параметров, указанных в Распоряжении, Заявлении П/У, посредством нажатия в ВТБ-Онлайн одной из функциональных кнопок, определенных в Приложении 1 к Правилам.

При поступлении в Банк Распоряжение/Заявление П/У регистрируется по часовому поясу г. Москвы (п. 3.3.3 Правил ДБО).

Согласно п. 3.3.10 Правил ДБО, протоколы работы Систем ДБО, в которых зафиксирована информация об успешной Идентификации, Аутентификации Клиента, о создании Электронного документа, о подписании Электронного документа/пакета Электронных документов Клиентом ПЭП и о передаче их в Банк, а также результаты сравнения Хеш-суммы конкретного Электронного документа (в том числе входящего в пакет Электронных документов), переданного Клиентом Банку по Технологии «Цифровое подписание», зафиксированной в протоколах работы Специального ПО, и Хеш-суммы документа, загруженного для сравнения в Специальное ПО, являются достаточным доказательством и могут использоваться Банком в качестве свидетельства факта подписания/передачи Электронного документа в соответствии с параметрами, содержащимися в протоколах работы Системы ДБО, а также целостности (неизменности) Электронного документа соответственно.

В силу п. 5.1. Правил дистанционного обслуживания, Стороны признают, что используемая в Системе ДБО для осуществления электронного документооборота ПЭП Клиента достаточна для подтверждения принадлежности Электронного документа конкретному Клиенту. Электронный документ признается Сторонами созданным и переданным Клиентом для исполнения в случае, если одновременно отвечает следующим требованиям: 

-оформлен в порядке, установленном Договором ДБО; 

-подписан ПЭП Клиента; 

-имеется положительный результат проверки ПЭП Банком.

Пунктом 7.1.1 Правил дистанционного банковского обслуживания, предусмотрено, что клиент несет ответственность за правильность данных, указанных в Распоряжениях/Заявлениях П/У, оформляемых в рамках Договора ДБО. Недостоверность информации, указанной в соответствующих документах, может служить отказом Банка в их исполнении.

В силу п. 7.1.3 Правил дистанционного банковского обслуживания, Клиент обязуется соблюдать конфиденциальность Средств подтверждения, ФИО3, Пароля, Passcode, используемых в Системе ДБО, ключа ПЭП.

Кроме того, п. 7.1.3. Правил ДБО предписывает обязанность клиента: в случае подозрения на компрометацию ФИО3/Пароля/Средства подтверждения и/или подозрения о несанкционированном доступе к Системе ДБО незамедлительно информировать об этом Банк в целях блокировки Системы ДБО, в настройках Мобильного приложения отключить (при наличии технической возможности) все Мобильные устройства, подключенные для Авторизации с использованием Passcode, для получения Push-кодов и Push-уведомлений; соблюдать рекомендации по безопасности использования Систем ДБО, рекомендации по безопасному использованию Мобильного приложения, размещенные в целях информирования Клиента путем Опубликования информации; при выполнении Операции/действия в Системе ДБО, в том числе с использованием Мобильного приложения, проконтролировать данные (параметры) совершаемой Операции/проводимого действия, зафиксированные в Распоряжении/Заявлении П/У в виде Электронного документа, сформированном Клиентом самостоятельно в Системе ДБО или направленного работником Банка в ВТБ-Онлайн в рамках Технологии «Цифровое подписание», и при условии их корректности и согласия Клиента с указанными данными (параметрами) совершаемой Операции/проводимого действия подписать соответствующее Распоряжение/Заявление П/У ПЭП.

Условиями обслуживания физических лиц в системе «ВТБ-Онлайн» (которые в свою очередь являются Приложением 1 к Правилам предоставления дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке) предусмотрен порядок предоставления ФИО4 в ВТБ-Онлайн присоединившихся к Правилам предоставления ВТБ-24-Онлайн физическим лицам в ВТБ24 (ПАО).

Согласно п. 5.1 вышеуказанных условий подтверждение (подписание) распоряжений в ВТБ-Онлайн производится клиентом при помощи следующих средств подтверждения: SMS/PUSH-кодов, а в случае использования УС при помощи ПИН-кода.

В силу п. 5.2.1 Условий обслуживания в ВТБ-онлайн 5.2.1. Банк по запросу Клиента формирует и направляет Клиенту SMS-коды на Доверенный номер телефона / Push-коды на ранее зарегистрированное в Банке Мобильное устройство Клиента для Аутентификации, подписания Распоряжения/Заявления П/У или подтверждения других совершаемых действий в ВТБ-Онлайн. Клиент сообщает Банку код – SMS/Push-код, содержащийся в SMS-сообщении/Push-уведомлении, правильность которого проверяется Банком. 

При условии успешной Идентификации и Аутентификации Клиент в Мобильном приложении может проверить перечень Мобильных устройств, зарегистрированных в Банке для направления Клиенту Push-кодов, и отключить любое из указанных Мобильных устройств от получения Push-кодов. 

Согласно п. 5.2.2. Условий, получив по своему запросу сообщение с SMS/Push-кодом, Клиент обязан сверить данные совершаемой(ых) Операции(ий)/проводимого действия с информацией, содержащейся в сообщении, и вводить SMS/Push-код только при условии согласия Клиента с проводимой(ыми) Операцией(ями)/действием. Положительный результат проверки SMS/Push-кода Банком означает, что Распоряжение/Заявление П/У или иное действие Клиента в ВТБ-Онлайн подтверждено, а соответствующий Электронный документ подписан ПЭП Клиента.

30.08.2024 года от имени ФИО1 с использованием ВТБ-Онлайн подана заявка на получение кредита наличными.

Также, 30.08.2024 года от имени истца ФИО1 подписан кредитный договор с Банком ВТБ (ПАО) №, по условиям которого заемщику предоставлена сумма кредита в размере 1 360 992 руб. на срок до 27.08.2029 года (60 месяцев) под 31,60% годовых, с ежемесячной оплатой 25 числа каждого месяца. Количество платежей – 60, размер платежа – 45 379,59 руб., размер последнего платежа – 19 487,51 руб.

В ходе судебного заседания ФИО1 не оспаривал факт входа 30.08.2024 года в систему ВТБ-Онлайн, получения SMS-кодов, и введение его в ВТБ-онлайн, с целью оформления кредитного договора.

В п. 17 Кредитного договора, указан банковский счет для предоставления суммы кредита №. 

Согласно выписки по указанному счету, принадлежащему ФИО1, 30.08.2024 года Банком зачислены кредитные денежные средства в сумме 1 360 992 руб., после чего в тот же день произведено шесть операций по снятию наличных денежных средств со счета на сумму 1 200 000 руб., размер каждой операции составлял 200 000 руб. 

30.08.2024 года ФИО1 с использованием банкоматов Банка ВТБ (ПАО) внес наличные денежные средства на счет неустановленного лица в 18 час. 17. мин. – 510 000 руб., в 18 час. 20 мин. – 430 000 руб., в 18 час. 21 мин. – 260 000 руб., что подтверждается представленными истцом чеками. 

Обращаясь в суд с иском о признании кредитного договора недействительным /незаключенным, ФИО1 указал на то, что у него отсутствовала воля на заключение кредитного договора № от 30.08.2024 года, при его заключении он действовал по действием обмана и заблуждения со стороны третьих лиц, при этом банк со своей стороны не убедился в действительном волеизъявлении заемщика, не обеспечил безопасность заключения кредитного договора, что свидетельствует о проявлении недобросовестного поведения со стороны ответчика. 

Разрешая требования ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным/незаключенным, судом установлено, что 30.08.2024 года с истцом посредством мессенджере WhatsApp связались неизвестные лица по вопросу якобы проведения внеплановой проверки учреждения, в котором осуществляет трудовую деятельность истец. 

Как пояснил в судебном заседании ФИО5, указанные неизвестные лица сообщили ему, что они являются сотрудниками ФСБ и проводят проверку в отношении руководства института, в результате действий которых произошла утечка информации, в связи с чем, на него (истца) подана заявка на оформление кредита, для ее аннулирования необходимо вновь оформить кредит по указанному ими алгоритму. Во время разговора, он полагал, что в действительности общается с сотрудниками ФСБ, испугался, что если не поможет сотрудникам, то на его имя будет оформлен кредит, а также он желал помочь сотрудникам с целью установления лиц, причастных к мошенничеству. Также пояснил, что в момент общения с указанными лицами он как будто находился под гипнозом, не понимал, что делал и не помнит обстоятельства оформления кредита. 

31.08.2024 года по заявлению ФИО1 возбуждено уголовное дело по факту мошенничества, совершенного с причинением значительного материального ущерба гражданину, по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, в рамках которого он признан потерпевшим.

Из протокола допроса потерпевшего ФИО1 от 30.08.2024 года следует, что 30.08.2024 года ФИО1 по указанию неизвестных лиц, представившихся сотрудниками ФСБ, а также «Росфинмониторинг», позвонил по номеру «1000» и дистанционно оформил на себя кредит в размере 1 360 992 рубля в Банке ВТБ (ПАО). После поступления денежных средства на номер его банковского счета №, он отправился по адресу: 

<

адрес> где снял со счета денежные средства в размере 1 200 000 рублей, после чего проехал в банкомат по адресу: 

<

адрес>, с помощью которого перевел денежные тремя транзакциями (510 000 рублей, 430 000 рублей, 260 000 рублей) неизвестным лицам.

В ходе судебного заседания ФИО1 подтвердил указанные обстоятельства оформления кредита и перевод денежных средств неизвестным лицам. Также пояснил, что он самостоятельно позвонил в Банк по номеру «1000», все действия по оформлению кредита, снятию денежных средств и их зачисление на счет посторонних лиц совершал самостоятельно.

По ходатайству истца, определением Свердловского районного суда г. Красноярска от 10.03.2025 года назначена судебная амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено 

<

данные изъяты>

Заключением комиссии экспертов от 27.06.2025 года № установлено, что 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Вышеуказанное экспертное заключение, сторонами не оспаривалось. 

Дав надлежащую оценку вышеуказанным доказательствам в их совокупности, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании кредитного договора недействительным/незаключенным, по следующим основаниям. 

В пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума N 25) разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 Постановления Пленума N 25).

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 этой же статьи никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения может отказать в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применить иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5).

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума N 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК РФ).

По настоящему делу установлено, что ФИО6 последовательно совершил комплекс действий, направленных на заключение кредитного договора и получение кредитных денежных средств.

Так, в судебном заседании исследованы аудиозаписи телефонных разговоров от 30.08.2024 года между ФИО1 и сотрудниками Банка при оформлении кредитного договора, а также при отмене ограничений на снятие денежных средств, согласно которым ФИО1 в ходе разговора с сотрудником банка самостоятельно пояснил, что хотел бы оформить кредит, в размере, предварительно одобренном банком на сумму 1 360 992 руб., сообщил свои паспортные данные, указал место жительства, семейное положение, доход и место работы, цели оформления кредита – на приобретения автомобиля. На вопрос сотрудника Банка, ФИО1 пояснил, что не находится под влиянием третьих лиц, подозрительные звонки ему не поступали. Кроме того, как следует из телефонных разговоров, сотрудник банка довел до ФИО1 условия кредитного договора, ФИО1 назвал удобную ему дату погашения кредита, после чего сотрудник Банка направил в личный кабинет заемщика ВТБ-Онлайн оформленную заявку на заключение кредита, индивидуальные условия кредитного договора, разъяснив порядок подписания документов, путем введения полученного SMS-кода, что и было сделано ФИО1 

В последующем, ФИО1 совершил несколько звонков в Банк ВТБ (ПАО) в связи с блокировкой Банком операций по снятию денежных средств в банкомате, в ходе разговора с сотрудниками Банка, истец просил разблокировать операции, назвав свои персональные данные, а также пояснил, что не находится под влиянием третьих лиц.

Данные обстоятельства истец по существу не оспаривал, ссылаясь на то, что при совершении названных выше действий он находился под влиянием мошенников, общавшихся с ним по телефону и контролировавших все его действия. 

Таким образом, судом достоверно установлено, что ФИО1 лично и по своей воле осуществил оформление кредитного договора, получил по нему денежные средства и самостоятельно ими распорядился, снял их со своего счета и в последующем зачислил на счета иных лиц. 

При этом, в ходе рассмотрения дела не установлены недобросовестные действия Банка при оформлении кредита, напротив, сотрудник Банка, установил личность истца, выяснил его волю на заключение кредита, согласовал условия заключения кредита и направил все документы в личный кабинет заемщика, где ФИО1 с ними ознакомился и подписал. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, о том, что кредитный договор заключен посредством дистанционного доступа в системе ВТБ-Онлайн путем направления от имени истца заявки на предоставление кредита наличными, которая была снабжена средствами индивидуализации (одноразовый пароль), позволяющими банку идентифицировать клиента, при этом, сотрудниками банка выяснялся вопрос о целях кредита, не заключается ли он под влиянием третьих лиц, в связи с чем у банка не имелось оснований для не рассмотрения и не исполнения поступившей от истца заявки, как и оснований считать, что заявка не соответствует волеизъявлению ФИО1 и противоречит его интересам. 

В момент заключения кредитного договора истец понимал, что заключает договор потребительского кредита, дал согласие на заключение сделки, получил сумму кредита и распорядился указанными денежными средствами по своему усмотрению. 

Также суд считает несостоятельными ссылки ФИО1 о том, что кредитный договор является недействительным, поскольку при его заключении он находился в состоянии, не позволяющем ему понимать значение своих действий и руководить ими, а также под влиянием существенного заблуждения и обмана со стороны третьих лиц.

В силу статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (пункт 1).

Если сделка признана недействительной на основании этой статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 данного кодекса (пункт 3).

Согласно пункту 1 статьи 171 названного кодекса ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства. Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость. Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

В соответствии со статьей 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1).

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 данного кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона (пункт 6).

В силу статьи 179 названного выше кодекса сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2).

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 этой статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 данного кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки (пункт 4).

Приведенные нормы закона предусматривают последствия заключения сделки с пороком воли.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела не нашел своего подтверждения факт заключения ФИО1 кредитного договора при пороке воли, поскольку из материалов дела достоверно следует наличие воли истца на получение и распоряжение кредитными денежными средствами.

Кроме того, согласно заключению комиссии экспертов от 27.06.2025 года №, истец какими-либо психическим расстройством не страдал и не страдает, в момент заключения кредитного договора 30.08.2024 года у ФИО1 сохранялось понимание внешней стороны событий, сведений о влиянии принимаемых ФИО1 лекарственных препаратов на его психическую сферу не выявлено.

Тот факт, что в момент заключения кредитного договора психическое состояние подэкспертного ФИО1 характеризовалось преобладанием 

<

данные изъяты>, с учетом установленных обстоятельств, не свидетельствуют об отсутствии воли у ФИО1 на заключении кредитного договора.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отказе в иске ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным (незаключенным).

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора недействительным (незаключенным), отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда путем подачи апелляционной жалобы через Свердловский районный суд г.Красноярска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья М.В. Золототрубова

Мотивированное решение изготовлено 19 сентября 2025 года

Судья М.В. Золототрубова