1-35/2017

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 июля 2017 года г. Борзя

Борзинский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Подоляка К.И., при секретаре Дашиевой Д.Э., с участием государственного обвинителя – старшего помощника военного прокурора Борзинского гарнизона 

<

данные изъяты> ФИО1, подсудимого ФИО2 и защитника – адвоката Савватеевой Н.А., рассмотрев в открытом судебном заседании, уголовное дело в отношении военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты>

ФИО2, родившегося 

<

данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 337 УК РФ, 

установил:

ФИО2, являясь военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, 13 февраля 2017 года, желая временно уклониться от прохождения военной службы и исполнения служебных обязанностей, самовольно оставил место службы – 

<

адрес>, расположенную в пгт 

<

адрес> и убыл в 

<

адрес>, где стал проводить время по своему усмотрению. 19 марта 2017 года ФИО2 добровольно прибыл на 

<

адрес>» – место дислокации 

<

данные изъяты> войсковой части № 

<

данные изъяты> и приступил к исполнению обязанностей военной службы.

Подсудимый ФИО2 вину в совершении указанного деяния признал, раскаялся в содеянном и показал, что в период с 12 по 13 февраля 2017 года на 

<

адрес> производилась погрузка техники, закрепленной за 

<

данные изъяты>, на железнодорожные платформы, с целью последующего убытия подразделения воинским эшелоном к месту проведения лагерного сбора. При этом данное мероприятие и лагерный сбор проводились без ограничения общей продолжительности еженедельного служебного времени. 12 февраля 2017 года он находился в установленном месте службы на 

<

адрес> и исполнял должностные обязанности. 13 февраля этого же года, желая отдохнуть от исполнения обязанностей военной службы, он, без разрешения командования, убыл в войсковую часть №, а затем переодевшись в гражданскую форму одежды в 

<

адрес>, где стал проживать у знакомых и родственников, проводя время по своему усмотрению. Узнав, что его разыскивает командование воинской части, он 19 марта 2017 года самостоятельно прибыл в свое подразделение, которое участвовало в лагерном сборе на полигоне «

<

данные изъяты>».

Помимо признательных показаний подсудимого, его вина в совершении преступления подтверждается и иными исследованными в ходе судебного заседания доказательствами.

Так, свидетель ФИО3, командир 

<

данные изъяты> показал, что в период с 12 по 13 февраля 2017 года вверенное ему подразделение находилось на 

<

адрес>, где осуществляло погрузку техники для последующего убытия воинским эшелоном к месту проведения лагерного сбора на полигон «

<

данные изъяты>». Данные мероприятия в соответствии с приказом командира воинской части проводились без ограничения общей продолжительности еженедельного служебного времени. Между тем на утреннем построении 13 февраля 2017 года ФИО2 отсутствовал, в связи с чем были организованы его поиски, однако они результатов не принесли. В последующем 

<

данные изъяты> убыл к месту проведения лагерного сбора, а поиски подсудимого осуществлялись через его родственников. 19 марта 2017 года ФИО2 добровольно явился к месту дислокации подразделения, доложил ему о прибытии и приступил к исполнению служебных обязанностей.

Свидетель К показал, что ФИО2 является его подчиненным. В период с 12 по 13 февраля 2017 года он и подсудимый в составе 

<

данные изъяты> должны были осуществлять погрузку техники, закрепленной за подразделением, на железнодорожные платформы на 

<

адрес> для последующего убытия воинским эшелоном на полигон «

<

данные изъяты>» для участия в лагерном сборе. Данные мероприятия проводились без ограничения общей продолжительности еженедельного служебного времени. При этом в период погрузки военной техники военнослужащие в воинскую часть не убывали и ночевали на железнодорожной станции в закрепленной за ними военной технике. 12 февраля 2017 года, в том числе, он и подсудимый занимались погрузкой воинского эшелона, после чего совместно ночевали в закрепленной за ними боевой машине. 13 февраля 2017 года было выявлено отсутствие ФИО2 на службе, в связи с чем были организованы его поиски, которые результатов не принесли. В последующем подсудимый самостоятельно прибыл к месту проведения лагерного сбора на полигон «

<

данные изъяты> 

Свидетель Л показал, что в период с 12 по 13 февраля 2017 года военнослужащие 

<

данные изъяты> осуществляли погрузку военной техники на 

<

адрес>, после чего убыли на лагерный сбор, проводимый на полигоне «

<

данные изъяты>». При этом 13 февраля 2017 года было выявлено отсутствие на службе его сослуживца ФИО2, в связи с чем были организованы поиски последнего, однако, они результатов не принесли. В последующем ФИО2 сам прибыл на военный полигон «

<

данные изъяты>» к месту дислокации подразделения. 

Согласно копии контракта о прохождении военной службы, он заключен между ФИО2 и Министерством обороны РФ, в лице командира войсковой части №, 27 июля 2015 года сроком на 3 года. 

Из выписки из приказа командира войсковой части № от 29 июля 2015 года № видно, что ФИО2 с 27 июля 2015 года полагается заключившим первый контракт сроком на 3 года, зачислен в списки личного состава данной воинской части и поставлен на все виды довольствия.

Как видно из выписки из приказа командира войсковой части № от 9 февраля 2017 года №, в том числе, ФИО2 с 12 февраля 2017 года направлен в командировку на 

<

данные изъяты> для участия в лагерном сборе, проводимом вне пункта постоянной дислокации воинской части, без ограничения общей продолжительности еженедельного служебного времени. 

В соответствии с заключением военно-врачебной комиссии от 11 мая 2017 года № ФИО2 

<

данные изъяты> годен к военной службе. 

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО2 каким-либо хроническим психическим заболеванием, временным расстройством психической деятельности, слабоумием, иным болезненным расстройством психики, в период совершения инкриминируемого ему деяния не страдал и не страдает в настоящее время. ФИО2 мог и может в полной мере понимать и осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. Подсудимый по своему психическому состоянию годен к военной службе, в применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается.

Оценивая заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов в совокупности с другими доказательствами, которые согласуются между собой, в том числе и с заключением военно-врачебной комиссии, признавшей подсудимого годным к военной службе, а также другими данными, характеризующими его личность, суд признает ФИО2 вменяемым и ответственным за содеянное. 

Оценив приведенные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что вина подсудимого в совершении вышеуказанного деяния установлена и доказана.

Давая уголовно-правовую оценку совершенному деянию, суд исходит из следующего.

Органом предварительного расследования ФИО2 обвинялся в том, что в период с 13 февраля по 18 марта 2017 года он совершил неявку в срок без уважительных причин на службу в 

<

данные изъяты> на 

<

адрес> и не убыл в составе воинского эшелона на межвидовой полигон «

<

данные изъяты>».

В ходе судебного разбирательства государственный обвинитель изменил обвинение, расценив действия ФИО2, приведенные в описательной части приговора, как самовольное оставление места службы продолжительностью свыше одного месяца с 13 февраля по 18 марта 2017 года, не изменяя при этом квалификацию совершенного подсудимым деяния. 

Согласно ст. 252 УПК РФ, судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Оценивая позицию государственного обвинителя, суд исходит из того, что изменение им обвинения не влияет на квалификацию деяния, в совершении которого обвиняется подсудимый, не нарушает право ФИО2 на защиту и не ухудшает его положение. При этом в ходе судебного следствия было установлено, что подсудимый, в составе подразделения, с 12 февраля 2017 года был направлен в служебную командировку для участия в лагерном сборе, проводимом вне пункта постоянной дислокации воинской части, без ограничения общей продолжительности еженедельного служебного времени. В период с 12 по 13 февраля 2017 года ФИО2 должен был осуществлять погрузку военной техники в установленном месте службы на 

<

адрес>, однако 13 февраля 2017 года самовольно оставил место дислокации 

<

данные изъяты>

Таким образом, действия ФИО2, который являясь военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, 13 февраля 2017 года, желая временно уклониться от прохождения военной службы и исполнения служебных обязанностей, самовольно оставил место службы – 

<

адрес>, расположенную в пгт 

<

адрес> 

<

адрес> и по 18 марта 2017 года проводил время по своему усмотрению, суд расценивает, как самовольное оставление места службы продолжительностью свыше одного месяца, совершенное военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, и квалифицирует по ч. 4 ст. 337 УК РФ.

При назначении вида и размера наказания суд учитывает, что ФИО2 вину признал и в содеянном раскаялся, к уголовной ответственности привлекается впервые, до службы в Вооруженных Силах РФ характеризуется положительно, а за время прохождения таковой службы в войсковой части № отрицательно. 

Также суд принимает во внимание, что после совершения преступления подсудимый изменил свое поведение и командованием войсковой части № характеризуется положительно.

Между тем суд учитывает наличие у ФИО2 трех неснятых дисциплинарных взысканий.

Кроме того, суд не признает явку подсудимого с повинной в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, поскольку следственные органы по состоянию на 30 марта 2017 года уже располагали информацией о совершенном им преступлении.

Учитывая фактические обстоятельства дела и степень общественной опасности преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 337 УК РФ, суд не находит возможным применить к подсудимому положения ч. 6 ст. 15 УК РФ и изменить категорию совершенного им преступления на менее тяжкую. 

Разрешая вопрос о распределении процессуальных издержек по делу, суд считает, что в соответствии со ст. 131 и ч. 1 ст. 132 УПК РФ, с осужденного ФИО2 надлежит взыскать в доход федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с оказанием ему юридической помощи по назначению защитником – адвокатом Савватеевой Н.А., в ходе предварительного расследования в размере 

<

данные изъяты>

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307, 308 и 309 УПК РФ, суд 

приговорил:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 337 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении. 

Определить осужденному порядок следования к месту отбывания наказания самостоятельно.

Срок отбывания наказания ФИО2 исчислять со дня прибытия в колонию-поселение в соответствии с предписанием территориального органа уголовно-исполнительной системы, с зачетом времени следования к месту отбывания наказания в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Меру процессуального принуждения осужденному ФИО2 – обязательство о явке, до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Процессуальные издержки в размере 

<

данные изъяты>, состоящие из сумм, выплачиваемых адвокату Савватеевой Н.А. за оказание ею в качестве защитника юридической помощи осужденному по назначению органов предварительного расследования и суда, взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Восточно-Сибирский окружной военный суд в течение 10 суток со дня постановления. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции одновременно с подачей апелляционной жалобы либо после извещения его о принесенных другими участниками уголовного судопроизводства жалобе или представления либо получения их копии. 

Председательствующий К.И. Подоляк