УИД 61RS0№-41

Дело № 2-711/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

« 20 » марта 2025 года г. Ростов-на-Дону

Первомайский районный суд г. Ростова-на-Дону в составе:

Председательствующего судьи Любимой Ю.В.

при секретаре Бакаловой И.И., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Управлению развития строительных технологий» (АО «УРСТ») о взыскании денежных средств и компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «УРСТ» о взыскании денежных средств и компенсации морального вреда, указав в обоснование иска, что работал на предприятии ответчика в качестве подземного проходчика с 16.10.2018 года по 03.11.2022 года. В связи с длительной работой во вредных условиях труда и неблагоприятном производственном факторе 27.10.2022 года,на основании Акта о случае профессионального заболевания истца от 14.10.2022 года б/н,Бюро МСЭ установило истцу 40 процентов утраты профессиональной трудоспособности и третью группу инвалидности вследствие профессионального заболевания – 

<

данные изъяты>. Дальнейшие освидетельствования истца в Бюро МСЭ 19.10.2023 года, 23.10.2024 года подтвердили стойкую утрату здоровья истца - 40 процентов утраты профессиональной трудоспособности и третью группу инвалидности. Просил взыскать моральный вред в размере 1 000 000 рублей, поскольку считает, что утратил здоровье и получил третью группу инвалидности по вине ответчика, вследствие полученного в период работы профессионального заболевания истец претерпевает физические боли и моральные страдания, поскольку после получения инвалидности вынужден был уволиться с работы, потерять заработок порядка 60 000 рублей. Статус инвалида создал истцу невозможность продолжить работу по специальности, которую он освоил, пойти на любую другую работуистец не может, поскольку сидеть и стоять подолгу в силу объективных причин вследствие профессиональной болезни не имеет возможности. Истца беспокоят боли в пояснице с иррадацией в ногу, слабость при небольших физических нагрузках, онемение стопы, плохой сон из-за болей, недомогание. Ощущение своей неполноценности вследствие инвалидности причиняет истцу моральные страдания. При этом ему приходится постоянно лечиться и тратить денежные средства на лечение, в том числе, санаторно-курортное, медицинские обследования в специализированных медицинских заведениях. Также просил взыскать сумму единовременной денежной компенсации, предусмотренной п.7.3. Отраслевого соглашения по строительству и промышленности строительных материалов Российской Федерации 2020-2023 года, в соответствии с которым при установлении работнику в период работы у данного работодателя инвалидности в результате трудового увечья или профессионального заболевания работодатель обязан выплатить единовременную денежную компенсацию в размере: при установлении 3 группы инвалидности - не менее 30 % годового заработка.На основании изложенного, истец просил суд взыскать с ответчика сумму денежных средств в размере 201 791,74 рублей, исчисленную в соответствии с п.7.3. Отраслевого соглашения по строительству и промышленности строительных материалов Российской Федерации 2020-2023 года, а также компенсацию в счет возмещения морального вреда на основании закона в размере 1 000 000 рублей и судебные расходы на представителя в сумме 30 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал исковые требования в полном объеме. Пояснил суду, что терпит нравственные страдания, так как вынужден постоянно лечиться, значительную часть времени и денежных средств тратить на лечение и реабилитацию, ухудшилось материальное положение, потерял способность выполнять свою работу, физически он тоже претерпевает лишения поскольку претерпевает физические боли в спине и недомогание. Свои физические страдания истец подтвердил выписками из лечебного медицинского учреждения - ФБУН «ФНЦГ им. Ф.Ф.Эрисмана» Московской области, профилем которого является исследование и лечение профессиональных заболеваний работников профессий вредных отраслей промышленности.

Представитель истца - ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании доводы своего доверителя поддержала в полном объеме и просила суд удовлетворить исковые требования.

Представитель ответчика, уведомленный надлежащим образом, в суд не явился, направил возражения относительно искового заявления по почте, в которых возражал против удовлетворения иска в полном объеме по доводам, изложенным в возражениях.

Заслушав истца, его представителя и заключение прокурора Алиевой Ю.И, полагавшей законными и обоснованными исковые требования ФИО1, исследовав имеющиеся в деле доказательства, и оценив их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании, учитывая относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с Конституцией в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37).

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей. Кроме того, Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 ТК РФ).

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми. Согласно ст. 151 ГК РФ, причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда. В силу требований ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер причиненных физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» 

профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.

Пунктом 3 ст. 8 указанного Закона предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п.7. Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 г. №2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические и нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий труда возлагается на работодателя.

В силу ч.2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением им трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В силу ст. 237 ГК РФ при возникновении спора размер компенсации морального вреда определяется судом.

В абзаце четвертом пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. №2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных и физических страданий, степени вины работника, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пунктах 14, 27, 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения норм о компенсации судами морального вреда».

В силу ч.2 ст. 5 ТК РФ в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления.

В соответствии с пунктом 7.3. Отраслевогосоглашения по строительству и промышленности строительных материалов Российской Федерации 2020-2023 годы, утвержденного Минстроем России, Профессиональным союзом работников строительства и промышленности строительных материалов РФ, Общероссийским межотраслевым объединением работодателей «Российский союз строителей» 01.12.2020 г., при установлении работнику в период работы у данного работодателя инвалидности в результате трудового увечья или профессионального заболевания выплачивать единовременную денежную компенсацию в размере: при установлении 3 группы инвалидности - не менее 30 % годового заработка.

Согласно ст. 45 ГК РФ соглашение – правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции. По договоренности сторон, участвующих в коллективных переговорах, соглашения могут быть двусторонними и трехсторонними. Соглашения, содержащие обязательства, финансовое обеспечение выполнения которых осуществляется за счет средств соответствующих бюджетов, заключаются при обязательном участии соответствующих органов государственной власти или органов местного самоуправления, являющихся стороной соглашения. Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства.

Отраслевое соглашение по строительству и промышленности строительных материалов Российской Федерации 2020-2023 годы зарегистрировано Федеральной службой по труду и занятости 31.12.2020 г., регистрационный номер 17/20-23 и, в соответствии с п.1.4. действует в отношении предприятий строительства и промышленности строительных материалов РФ.

В соответствии с п. 1.6. действие Соглашения распространяется на всех работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателями, на которых распространяется действие Соглашения.

Отдельные положения Соглашения распространяются на социально не защищенную категорию лиц, в том числе не являющихся работниками данного работодателя (лиц, вышедших на пенсию, уволенных по инициативе работодателя в связи с сокращением численности (штата), получивших инвалидность в результате трудового увечья или профессионального заболевания, членов семей работников погибших вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания, и так далее).

Согласно выписки из ЕГРЮЛ основным видом деятельности ответчика является, в соответствии с ОКВЭД 41.20, строительство жилых и нежилых зданий.

Доказательств направления в Минтруд России мотивированного отказа от присоединения к Отраслевому соглашению по строительству и промышленности строительных материалов Российской Федерации на 202-2023 годы ответчик суду не представил.

Суд считает обоснованными и подлежащими удовлетворению исковые требования ФИО1 о взыскании суммы денежных средств в размере201 791,74 рублей, исчисленной на основании п. 7.3.Отраслевого соглашения по строительству и промышленности строительных материалов Российской Федерации 2020-2023 года, утвержденного Минстроем России, Профессиональным союзом работников строительства и промышленности строительных материалов РФ, Общероссийским межотраслевым объединением работодателей «Российский Союз строителей 31.12.2020 г.».

Как следует из материалов дела, истец состоял в трудовых отношениях с ответчиком, работал на предприятии ответчика в качестве подземного проходчика с 16.10.2018 года по 03.11.2022 года.

В соответствии с п. 1 дополнительного соглашения от 15.04.2022 года к трудовому договору от 15.10.2018 года № 2053 между истцом и ответчиком, на основании Отчета о проведении Специальной оценки условий труда (СОУТ) от 15.04.2022 года установлены следующие условия труда: «Условия труда на рабочем месте Работника по степени вредности и (или) опасности. Вредные, Итоговый класс (подкласс) условий труда – 3.1.».

Согласно ст. 14 Федерального закона "О специальной оценке условий труда" от 28.12.2013 N 426-ФЗ, подкласс 3.1 (вредные условия труда 1 степени) - условия труда, при которых на работника воздействуют вредные и (или) опасные производственные факторы, после воздействия которых измененное функциональное состояние организма работника восстанавливается, как правило, при более длительном, чем до начала следующего рабочего дня (смены), прекращении воздействия данных факторов, и увеличивается риск повреждения здоровья.

Согласно Акта о случае профессионального заболевания истца от 14.10.2022 года б/н ему вследствие работы во вредных условиях установлено профессиональное заболевание – радикулопатия (компрессионно-ишемический синдром) пояснично-крестцового уровня, преимущественно справа, со стойкими умеренно выраженными статико-динамическими нарушениями, затяжное обострение, связанное с воздействием физических перегрузок и функциональным напряжением.

27.10.2022 года Бюро МСЭ истцу установлено 40 % утраты профессиональной трудоспособности и третья группа инвалидности в связи с диагностированием профессионального заболевания, которые в дальнейшем заключениями Бюро МСЭ 19.10.2023 года, 23.10.2024 года подтвердили стойкую утрату здоровья истца и группу инвалидности.

Разрешая спор по существу, суд исходит из указанных выше обстоятельств, руководствуясь названными нормами права, и приходит к выводу о том, что в данном случае на работодателе лежит обязанность выплаты денежных средств в соответствии с Отраслевым соглашением по строительству и промышленности и компенсации морального вреда, причиненного работнику вследствие причинения вреда его здоровью в связи с исполнением им трудовых обязанностей.

Из материалов дела усматривается, что какие-либо выплаты сверх установленной законодательством материальной помощи, равно как и в счет компенсации морального вреда, работодателем истцу не производились.

Названные обстоятельства ответчиком в возражениях не оспаривались.

Определяя сумму денежных средств, подлежащих взысканию в пользу истца с ответчика в соответствии с п.7.3. Отраслевого соглашения по строительству и промышленности строительных материалов Российской Федерации 2020-2023 года, суд исходит из расчета: размер годового заработка истца (среднемесячный заработок истца на момент установления инвалидности) х 12 месяцев х 30% = 201 791,74 рублей.

Факт причинения вреда здоровью истца доказан.

Из материалов дела следует, что работодатель не обеспечил безопасность условий труда истца на рабочем месте, не создал необходимых условий для работы в здоровой производственной среде, чтобы минимизировать риск развития профессиональных заболеваний.

Основанием для составления акта о расследовании профессионального заболевания от 14.10.2022 года б/н истца (далее-Акта) послужила Санитарно-гигиеническая характеристика условий его труда в АО «УРСТ» от 23.05.2022 года № 03-10/32 (далее-Характеристика), где указано, что согласно данным протоколов измерений производственных факторов и оценки условий труда испытательной лаборатории ООО «Аквилон», условия труда ФИО1 по тяжести трудового процесса не соответствовали гигиеническим нормам и требованиям.

Датой установления истцу диагноза профессионального заболевания, указанной в Акте, является дата направления извещения от 28.03.2022 года № 230-12-Н об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания.

Согласно п. 23 Характеристики истца, он в период работы у ответчика подвергался воздействию вредных и опасных производственных факторов: шуму при работе с ручным инструментом, неблагоприятным условиям по показателям тяжести трудового процесса: длительное нахождение в позе стоя- 90% времени смены. 

Согласно п. 18 Акта причиной профессионального заболевания или отравления послужило: длительное, кратковременное (в течение рабочей смены), однократное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ: согласно п.8 извещения № 620-12-н от 09.08.2022 года: физические перегрузки и функциональное перенапряжение отдельных органов систем соответствующей локализации.

Согласно п. 15 Акта у истца ранее установленного профессионального заболевания не было, в Центр профессиональной патологии он не направлялся.

Согласно п. 21 Характеристики, истец не имел противопоказаний к работе с вредными и/или опасными веществами и производственными факторами, согласно заключения периодического медицинского осмотра ООО «Альянс-Мед» от 15.10.2018г, от 01.04.2021г. Ранее истец проходил профессиональные медицинские осмотры и был признан годным к работе с вредным и опасным производственным фактором – заключение от 17.05.2016г, от 28.09.2017г ООО «МедикаФарм», ООО «Клиника Профессиональной медицины» г. Москвы. 

На основании исследованных материалов, суд относится критически к утверждениям представителя ответчика о том, что истец ранее болел профессиональным заболеванием и налицо вина предыдущих работодателей.

Проведение судебной-медицинской экспертизы на предмет причинно-следственной связи профессионального заболевания с работой по ходатайству представителя ответчика суд находит необоснованным, поскольку согласно материалов, имеющихся в деле, которые не были оспорены ответчиком, истец принимался на предприятие ответчика здоровым человеком, проходил при приеме на работу к ответчику медицинское освидетельствование и проходил ежегодно у последнего обследования на наличие признаков профессионального заболевания и всегда был признан годным к работе в подземных вредных условиях до момента установления ему заключительного диагноза профессионального заболевания. 

Проведение такой экспертизы невозможно и в силу следующих обстоятельств.

На сегодняшний день нет утвержденной методики оценки вклада периодов работы во вредных и опасных условиях труда работодателей в развитие профессионального заболевания и причинение вреда здоровью работника.

Согласно действующей в настоящее время «Инструкции о порядке применения положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний», утвержденной Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28.05.2001 № 176, расследование с составлением акта о случае профессионального заболевания и его регистрация производится по последнему месту работы пострадавшего в контакте с вредным производственным фактором, вызвавшим профессиональное заболевание (отравление).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967 «Об утверждении положения о расследовании и учете профессиональных заболевания» не предусмотрено привлечение к расследованию профессионального заболевания представителей работодателей по прежним местам работы во вредных и опасных условиях труда. Действующая в настоящее время Инструкция по составлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда при подозрении у него профессионального заболевания (отравления), утвержденная Приказом Роспотребнадзора от 31.03.2008 № 103, не предусматривает отражение вклада (в процентах) периодов работы во вредных и опасных условиях труда у разных работодателей.

Разрешая спор и принимая решение об удовлетворении исковых требований ФИО1, суд, руководствуясь положениями статей 5, 212, 220, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации статей 3, 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», ссылаясь на отсутствие доказательств возникновения профессионального заболевания до принятия ФИО1 на работу в АО «Управление развития строительных технологий», пришел к выводу о том, что законодатель связывает обязанности по возмещению вреда, причиненного здоровью в результате профессионального заболевания, с последним местом работы застрахованного, где имелись вредные факторы, способные повлечь или способствующие развитию профессионального заболевания.

Установление конкретного причинителя вреда здоровью (в процентах) при наличии работы во вредных условиях у нескольких работодателей и при работе, связанной с влиянием вредных факторов, в настоящее время невозможно, поскольку методика оценки вклада периодов работы во вредных и опасных условиях труда в развитие профессионального заболевания и причинение вреда здоровью работника (в процентах) на сегодняшний день отсутствует.

В этой же связи суд не находит оснований для привлечения по ходатайству представителя ответчика третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, в лице ООО «БАМТОННЕЛЬСТРОЙ ТКСТ МОСТ» и ООО «МИП-СТРОЙ № 1», поскольку решение суда никак не затрагивает их права и обязанности, а данные о вредном производственном факторе на их предприятиях отражены в Санитарно-гигиенической характеристике истца. 

По изложенным мотивам в ходатайстве о назначении судебно-медицинской экспертизы ответчику надлежит отказать в том числе, поскольку в данном случае вопрос определения вины АО «Управления развития строительных технологий» в причинении здоровью ФИО1 носит правовой характер и его разрешение относится исключительно к компетенции суда, а не экспертов в области медицинских познаний профессиональной пригодностии связи заболевания с профессией и выходит за пределы их компетенции.

Не обоснована ссылка ответчика на пропуск истцом срока давности для взыскания выплаты денежной компенсации, поскольку такая выплата, предусмотренная п. 7.3. Отраслевого соглашения по строительству и промышленности строительных материалов Российской Федерации 2020-2023 года, неразрывно связана с получением последним группы инвалидности вследствие причинения вреда в результате трудового увечья или профессионального заболевания.

Положения Соглашения не содержат прямого либо косвенного указания на какие-либо строго регламентированные сроки обращения работников с заявлениями на выплату единовременной компенсации в связи с группой инвалидности, либо какими-либо другими случаями. Соглашение не прописывает механизм обращения и сроки перечисления таких компенсаций работникам категории из причинения вреда здоровью. 

Напротив, согласно п. 1.7. Соглашения, положения Соглашения распространяются на социально не защищенную категорию лиц, в том числе не являющихся работниками данного работодателя (лиц, вышедших на пенсию, уволенных по инициативе работодателя в связи с сокращением численности (штата), получивших инвалидность в результате трудового увечья или профессионального заболевания, членов семей работников погибших вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания, и так далее).

Определяя размер компенсации морального вреда с учетом всех установленных обстоятельств по делу, суд признает доводы ответчика несостоятельными и отвергает, поскольку они основаны на неправильном толковании норм материального права и ничем объективно не подтверждены, исходит, в том числе из размера среднего заработка истца на момент установления утраты профессиональной трудоспособности, процентов степени утраты профессиональной трудоспособности, характера причиненного вреда, индивидуальных особенностей истца, обстоятельств получения трудового увечья (профессионального заболевания), принципов разумности и справедливости, и приходит к выводу, что в пользу истца с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 400 000 рублей.

Относительно расходов на оплату услуг представителя следует отметить, что в соответствии со ст. 100 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. С учетом разъяснений, изложенных в пунктах 11, 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» судом учитывается объем заявленных требований истца, цена иска, сложность дела, реальный объем и характер оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела в суде. Истцом представлен договор на оказание юридических услуг по конкретному делу и расписка представителя о получении денежных средств в сумме 30 000 рублей. Суд считает разумным взыскание в пользу истца с ответчика заявленной суммы расходов на представителя с учетом конкретных обстоятельств дела, в целях обеспечения необходимого баланса интересов сторон, критериев разумности и справедливости, с учетом возражений ответчика, с учетом сложности дела, неоднократных судебных заседаний, подготовки представителем истца возражений на отзыв и ходатайства ответчика, данная сумма не является завышенной и подлежит взысканию с ответчика.

Поскольку истец подлежит освобождению от уплаты государственной пошлины по данному исковому заявлению в соответствии со ст. 333.36 Налогового Кодекса Российской Федерации, в силу ст. 98, 103 ГПК РФ с ответчика подлежит надлежит взыскать в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 10054 рубля (7054 рубля за требование имущественного характера + 3000 рублей за требование о компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Управления развития строительных технологий» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>; 

<

адрес>) в пользу ФИО1 (ИНН №) денежные средства в размере 201 791 рублей 74 копейки, компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей, а также судебные расходы, связанные с оплатой услуг представителя в размере 30 000 рублей.

Остальную часть исковых требований оставить без удовлетворения.

Взыскать с Акционерного общества «Управления развития строительных технологий» государственную пошлину в доход местного бюджета в сумме 10054 (десять тысяч пятьдесят четыре) рубля 00 копеек

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Первомайский районный суд г.Ростова-на-Дону в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Судья «подпись» Ю.В. Любимая

Решение в окончательной форме изготовлено 28 марта 2025 года