Дело № 2-340/2017

В окончательной форме 

решение

 суда изготовлено 27.02.2017

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

20 февраля 2017 года г. Екатеринбург

Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга под председательством судьи Масловой С.А., при секретаре Ермакович Е.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОАО «Авиационная компания «ТРАНСАЭРО» о взыскании денежной суммы в счет оплаты вынужденного простоя, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к открытому акционерному обществу «Авиационная компания «ТРАНСАЭРО» (далее ОАО «АК «ТРАНСАЭРО») о возложении обязанности по предоставлению ей работы по должности бортпроводника 11 отделения службы проводников департамента сервиса, обусловленную дополнением № *** к трудовому договору от *** № ***, обосновав исковые требования тем, что истец и ответчик состоят в трудовых отношениях на основании указанного договора, в соответствие с которым она осуществляла трудовую деятельность по указанной должности с началом места работы в г. Екатеринбурге, в филиале в г. Екатеринбурге.

В период с *** ей был предоставлен работодателем отпуск по уходу за ребенком до достижения возраста трех лет. 

07.06.2016 истец уведомила работодателя о прерывании отпуска и просила восстановить в ранее занимаемой должности, однако в ответ получила телеграмму с требованием прибыть на работу из г. Екатеринбурга, где истец постоянно проживает, в г. Москву, где ранее истец никогда не работала и согласия на перевод в другие структурные подразделения, находящиеся за пределами г. Екатеринбурга, не давала. 

24.06.2016 истец направила ответчику телеграмму с просьбой указать основания такого требования, однако ответа не получила. Поскольку работа на условиях трудового договора ей не предоставлена ответчиком, она вынуждена обратиться в суд с указанным иском.

Согласно части 1 статьи 35, части 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истец в лице своего представителя заявила об изменении предмета иска, ссылаясь на приведенные обстоятельства, и просила взыскать с ответчика в пользу истца 276 678 руб. 53 коп. в счет оплаты времени простоя за период с ***, поскольку в указанный период истец не работала по вине ответчика, не обеспечившего её работой.

В судебное заседание истец не явилась, поручив представлять свои интересы в суде представителю, который на удовлетворении исковых требований настаивал, уточнив сумму взыскания оплаты за простой за период с *** в сумме 294 886 руб. 91 коп., то есть из расчета *** от заработка, подтвержденного справками формы 2-НДФЛ.

Ответчик ОАО «Авиационная компания «ТРАНСАЭРО» явку представителя в судебное заседание не обеспечил, представив отзыв на иск, в котором просил отказать в удовлетворении исковых требований, полагая, что исковые требования являются необоснованными, поскольку трудовой договор, заключенным с истцом, не содержит указание на место его исполнения. Обособленное подразделение авиакомпании в г. Екатеринбурга закрыто приказом от *** № ***. После получения от ФИО1 14.06.2016 почтой заявления о прерывании отпуска по уходу за ребенком работодателем был издан приказ от *** № *** и направлена в её адрес телеграмма о необходимости прибыть в срок до *** к работодателю по адресу: *** на работу в связи с досрочным выходом из отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет, однако истец на работу не явилась. *** по электронной почте в её адрес направлено уведомление с требованием о предоставлении до 30.06.2016 письменных объяснений причин отсутствия на рабочем месте с *** по настоящее время. Поскольку в период с *** *** объяснения не получены, составлен акт о не предоставлении объяснений по поводу отсутствия истца на рабочем месте. 

16.01.2016 по электронной почте и почтой истцу направлены по её запросу, поступившему 10.01.2017, документы, а также уведомление с требованием предоставления в срок до 23.01.2017 письменных объяснений причин отсутствия на рабочем месте с 24.06.2016 по настоящее время. Поскольку в период с 16.01.2017 по 23.01.2017 объяснения не получены, составлен акт о не предоставлении объяснений по поводу отсутствия истца на рабочем месте.

31.01.2017 по электронной почте и почтой истцу направлено уведомление о предстоящем увольнении 17.04.2017 в связи с сокращением штата с работников с просьбой ознакомиться с уведомлением и вернуть один экземпляр в отдел кадров. По состоянию на 14.02.2017 ответ от ФИО1 не получен.

В связи с изложенными обстоятельствами ответчик полагал, что истец в простое не находилась, уважительных причин неявки на работу не предоставила, в связи с чем оснований для начисления ей оплаты за простой согласно ст. 157 Трудового кодекса Российской Федерации не имеется. Нарушений трудовых прав работника работодатель не допустил, поэтому просил отказать в удовлетворении исковых требований.

Оценив доводы сторон и представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором. 

В силу ч. 2 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан, в том числе добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину.

Статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации установлена обязанность работодателя, в том числе предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором.

В соответствии с частью 3 статьи 72.2 Трудового кодекса Российской Федерации под простоем понимается временная приостановка работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера. 

При этом обязанность доказать наличие указанных обстоятельств возлагается на работодателя (пункт 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

В силу ст. 157 Трудового кодекса Российской Федерации время простоя (статья 72.2 настоящего Кодекса) по вине работодателя оплачивается в размере не менее двух третей средней заработной платы работника (ч. 1).

Время простоя по причинам, не зависящим от работодателя и работника, оплачивается в размере не менее двух третей тарифной ставки, оклада (должностного оклада), рассчитанных пропорционально времени простоя (ч. 2).

Время простоя по вине работника не оплачивается (ч. 3).

О начале простоя, вызванного поломкой оборудования и другими причинами, которые делают невозможным продолжение выполнения работником его трудовой функции, работник обязан сообщить своему непосредственному руководителю, иному представителю работодателя (ч. 4).

По смыслу указанных норм время простоя оплачивается в зависимости от наличия (отсутствия) вины работника или работодателя.

В силу ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Из положений действующего трудового законодательства следует, что работодатель должен уведомить работника о начале и окончании времени простоя, что, как правило, оформляется приказом работодателя или его уполномоченного лица. С приказом работник должен быть ознакомлен под подпись. Во время простоя работник не освобождается от обязанности являться на работу, находиться на рабочем месте, определенном трудовым договором, если между ним и работодателем не достигнуто иное соглашение, наличие которого в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должна доказать та сторона, которая ссылается на наличие такого соглашения.

В соответствии с абз. 8 ст. 57 Трудового кодекса Российской Федерации в трудовом договоре должно быть указано место работы, а в случае, когда работник принимается для работы в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, расположенном в другой местности, - место работы с указанием обособленного структурного подразделения и его местонахождения.

Если в трудовом договоре, заключенном с работником, либо локальном нормативном акте работодателя (приказе, графике и т.п.) не оговорено конкретное рабочее место этого работника, то в случае возникновения спора по вопросу о том, где работник обязан находиться при исполнении своих трудовых обязанностей, следует исходить из того, что в силу части шестой статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации рабочим местом является место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя, что следует из разъяснений в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 (ред. от 24.11.2015) "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" (п. 35).

Из материалов дела следует, что между работником ФИО1 (ранее фамилия ФИО2) и работодателем ОАО «Авиационная компания «ТРАНСАЭРО» *** заключен с соблюдением письменной формы трудовой договор № *** согласно которому истец принята на работу на должность бортпроводника – стажера Службы проводников Департамента сервиса. 

В дополнениях к трудовому договору № *** от *** и № *** от *** указано, что истец приступает к работе с *** по бессрочному трудовому договору, при этом переводится с должности бортпроводника-стажера 11 отделения Службы бортпроводников Департамента сервиса на должность бортпроводника 11 отделения Службы бортпроводников Департамента сервиса.

Как обоснованно указывает ответчик, и не оспаривается истцом, постоянная работа бортпроводника носит разъездной характер.

Из материалов дела и объяснений сторон следует, что по состоянию здоровья истец была переведена на легкую наземную работу на период с 08.12.2012 по 29.12.2012, а на основании приказа работодателя от *** № *** с *** ФИО1 была временно переведена на период списания с летной работы по беременности, отпуска по беременности и родам, отпуска по уходу за ребенком на должность специалиста 13 отделения Службы бортпроводников Департамента сервиса.

В период с *** истцу был предоставлен отпуск по беременности и родам, а на период с *** ей был предоставлен ответчиком отпуск по уходу за ребенком до достижения возраста трех лет. Следовательно, в указанный период, т.е. с *** по ***, на ФИО1 распространяются гарантии, установленные ч. 4 ст. 261 Трудового кодекса Российской Федерации, из которой следует, что расторжение трудового договора с женщиной, имеющей ребенка в возрасте до трех лет по инициативе работодателя не допускается (за исключением увольнения по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 5 - 8, 10 или 11 части первой статьи 81 или пунктом 2 статьи 336 настоящего Кодекса).

Следовательно, при отсутствии указанных оснований, на наличие которых стороны в ходе судебного разбирательства не указывали, ответчик не вправе уволить истицу по собственной инициативе ранее ***.

Как указывает ответчик, и не оспаривает истец, основной деятельностью ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» является деятельность по осуществлению авиаперевозок. Однако с *** такую деятельность ОАО «АК «ТРАНСАЭРО» не осуществляет в связи с тем, что решением Росавиации от *** № *** аннулирован ранее выданный обществу сертификат эксплуатанта. Несмотря на такое положение дел, о чем истец не могла не знать, 14.06.2016 ею было подано ответчику заявление, направленное в адрес ответчика почтой, о прерывании отпуска по уходу за ребенком.

На основании данного заявления работодатель издал приказ от *** № *** об отзыве ФИО1 из отпуска по уходу за ребенком до 3-х лет, а *** направил в её адрес телеграмму о необходимости явиться в срок до *** на работу в связи с досрочным выходом из отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста 3 лет по адресу: *** 

Телеграмма истцом получена 22.06.2016, однако на работу истец не явилась. Напротив, посчитав, что требование о явке на работу по указанному адресу является необоснованным, истец направила ответчику 23.06.2016 телеграмму с просьбой сообщить причину её вызова на работу в г. Москву, указывая, что согласно трудовому договору место её работы в 11 отделении, в аэропорту Кольцово, согласия же на перевод она не давала.

В последующем переписка посредством почты и электронной почты между сторонами продолжилась, при этом истец ни по указанному работодателем адресу, ни в иное место, где ранее выполняла свои трудовые обязанности, не являлась, что следует из объяснений сторон, и указывает на непоследовательность поведения работника, заявившего о желании приступить к исполнению трудовых обязанностей, прервав предоставленный отпуск по уходу за ребенком, в то же время уклоняясь от явки к работодателю для получения указаний относительно исполнения работником своих трудовых обязанностей, что также свидетельствует о злоупотреблении правом работником.

Оценивая доводы истца о неправомерности требования работодателя, предъявленные работнику прибыть для осуществления трудовой деятельности по месту нахождения работодателя в другой город, суд приходит к выводу об их несостоятельности по следующим основаниям.

Из выписки из ЕГРЮЛ следует, что ОАО «Авиационная компания «ТРАНСАЭРО» зарегистрирована по адресу: ***, однако, как указывают стороны, фактически общество находится по адресу: ***, о чем истец была уведомлена.

Также общество имеет зарегистрированные филиалы в различных городах, в том числе в ***. 

Из пояснений допрошенного судом свидетеля З. которая работала в 2011 – 2016 гг. бортпроводником в 11 отделении Службы бортпроводников Департамента сервиса ОАО «Авиационная компания «ТРАНСАЭРО», не доверять показаниям которой оснований у суда не имеется, следует, что по указанному адресу в ***, ни она, ни другие сотрудники, занимающие должности бортпроводников, на работу не являлись. По данному адресу находились кассы авиакомпании. Обычно начало и окончание работы бортпроводников 11 отделения происходило в аэропорту Кольцово, в арендуемом помещении в отеле «

<

...>», однако в период стажировки, а также когда не хватало работников в других отделениях, борпроводников из 11 отделения вызывали на работу в г. Москву, где осуществляет деятельность авиакомпания, в связи с чем они работали на рейсах, начинающихся и заканчивающихся в г. Москве, там же жили в гостинице, при этом работодатель обеспечивал перелет таких сотрудников из г. Екатеринбурга в г. Москву и обратно за свой счет.

Трудовой договор заключен сторонами в г. Москве, что следует из его содержания и не оспаривается, при этом он не устанавливает условие, что работник принимается на работу для работы в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, расположенном в другой местности. 

Условия о начале и окончании рабочего времени только в г. Екатеринбурге, а также о месте работы истца только в г. Екатеринбурге в данном договоре также не содержится. 

Не содержится подобных условий и в представленных дополнениях к трудовому договору № *** от *** и № *** от ***.

Согласно Положению о Департаменте сервиса, утвержденному генеральным директором ОАО «АК «Трансаэро» 20.05.2012, Положению о Службе проводников, утвержденному генеральным директором ОАО «АК «Трансаэро» ***, Департамент сервиса является структурным подразделением ОАО «АК «Трансаэро» (п. 1.1.). Служба бортпроводником является структурной единицей Департамента сервиса ОАО «АК «Трансаэро», который состоит из отделений. Все отделения Службы проводников находятся в г. Москве, кроме 10-го, которое расположено в г. Санкт-Петербурге. Данная информация доводилась ответчиком до истца в письме от *** № ***, при этом истцом не оспорена, не опровергнута.

Как следует из приказа генерального директора общества от *** № *** в связи с окончанием срока аренды офиса ОАО «АК «Трансаэро» в г. Екатеринбурга, постановлено уведомить налоговые органы о закрытии его обособленного подразделения по указанному адресу в срок до 30.04.2016. 

Обе стороны спора подтвердили, что к моменту прерывания истцом отпуска по уходу за ребенком ответчик не осуществлял уже деятельность по перевозкам, в том числе на рейсах, начинающихся и заканчивающихся в г. Екатеринбурге, соответственно, не мог обеспечить истцу работу на территории г. Екатеринбурга, при этом такую обязанность, по условиям заключенного с истцом трудового договора, на себя не принимал. Поэтому требование явки истца на работу по месту нахождения работодателя в г. Москву признается судом обоснованным. 

О времени начале простоя работодатель работника не уведомлял, что подтвердили стороны. 

При таких обстоятельствах факт простоя работника по вине работодателя не нашел подтверждения, что является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о его оплате.

Руководствуясь статьями 194 - 199, 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ОАО «Авиационная компания «ТРАНСАЭРО» о взыскании денежной суммы в счет оплаты вынужденного простоя отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Железнодорожный районный суд г. Екатеринбурга в течение одного месяца со дня составления в окончательной форме. 

Судья подпись С.А. Маслова

<

...>

<

...>

<

...>

<

...> 

<

...> 

<

...>

<

...>