Дело №2-4800/2017

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Северодвинск 27 декабря 2017 года

Северодвинский городской суд Архангельской области в составе:

председательствующего судьи Челпановой С.В.,

при секретаре Личутиной М.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Рубан ФИО17 к ФИО2 ФИО18 о взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда и расходов на лечение.

В обоснование иска указала, что в результате дорожно-транспортного происшествия 25 августа 2016 года, ФИО2, управляя транспортным средством ....., совершил наезд на её мать ..... причинив ей телесные повреждения: ...... В результате полученных травм, у её матери диагностирван травматический шок 2-3 степени, .....; присвоена первая группа инвалидности. После указанного ДТП её мать стала лежачей больной.

Ссылаясь на положения ст. 1064, 1079 Гражданского кодекса РФ, с учетом уточнённых требований, просит взыскать с ответчика в свою пользу за причиненный вред здоровью её матери и пережитые в связи с этим нравственные страдания компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб., ущерб: расходы на приобретение лекарственных средств в размере 44442 руб. 01 коп., вызов невропатолога 2500 руб., транспортировка из больницы – 4800 руб., проезд на автобусе в больницу к матери и обратно – 3004 руб., а также расходы по оформлению доверенности – 3000 руб. (л.д. 142-143).

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала, уточнила размер компенсации морального вреда, который просила взыскать в свою пользу в размере 800000 руб. (л.д. 180-181).

Ответчик ФИО2 о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело в его отсутствие с участием своего представителя (л.д.151).

Представитель ответчика ФИО3 с требованиями не согласилась. Указав, что поскольку вред был причинен не истцу, а ее матери, требования о взыскании компенсации морального вреда и расходов на лечение не подлежат удовлетворению.

Ссылаясь на материалы ДТП, пояснили, что наезд на мать истца произошел в результате нарушения ею правил дорожно движения: стояла на проезжей части трассы. Изложенное свидетельствует, по её мнению, о грубой неосторожности со стороны самой потерпевшей.

Считает, что поскольку родственники потерпевшей, находившиеся рядом с ней, не предприняли мер к обеспечению безопасности пожилого человека, вышедшего на проезжую часть, то с их стороны усматривается халатность.

Согласно выводам экспертизы, составленной в рамках административного расследования ДТП, ответчик не имел возможности избежать наезда на пешехода.

Поскольку из обстоятельств ДТП усматривается вина самой потерпевшей, оснований для взыскания компенсации морального вреда в пользу ее дочери (истца) не имеется.

Третье лицо ФИО4, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, в суд не явилась (л.д. 154). В представленных письменных пояснениях по делу исковые требования поддержала в полном объеме (л.д. 125-127).

Прокурор, извещенный о времени и месте судебного заседания, в суд не явился (л.д.155).

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть при данной явке.

Заслушав истца, представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что 25 августа 2016 года, ФИО2, управляя транспортным средством «..... двигался третьим в колонне автомашин в сторону г. Архангельска со скоростью 90 км.ч. 

Первой автомашиной в данной колоне двигалась автомашина ..... в составе автопоезда с полуприцепом ..... под управлением ФИО19 Второй автомашиной двигалась автомашина ..... под управлением ФИО20 

Около 12 часов 20 минут на прямом участке автодороги водитель автомашины ..... начал производить маневр обгона двигающей в попутном направлении автомашины ..... с выездом на полосу встречного движения. При выполнении обгона, водитель автомашины ..... в составе автопоезда с полуприцепом ..... на расстоянии около 10 метров обнаружил опасность на проезжей части в виде неожиданно вышедшего на его полосу движения пешехода ..... которая намеревалась перейти проезжую часть справа налево. С целью избежания наезда на пешехода, водитель ..... предпринял маневр ухода в левую сторону, создав помеху водителю автомашины ....., водитель которой предпринял маневр ухода от столкновения с автомашиной ..... в левую сторону с выездом на обочину. 

После резкого ухода автомашины ..... в составе автопоезда с полуприцепом ..... с полосы движения, следующий сзади, по своей полосе, водитель автомашины ..... ФИО2 из-за погодных условий (шел дождь), а также из-за резко изменившейся дорожной обстановки, не смог вовремя обнаружить опасность на проезжей части в виде пешехода, в связи с чем, не смог своевременно принять меры для избежание столкновения и совершил наезд на пешехода ..... 

В результате ДТП ..... получила телесные повреждения оценивающие как тяжкий вред здоровью (л.д.157).

Согласно заключению автотехнической экспертизы ....., составленного в рамках административного расследования ДТП, у ответчика отсутствовала техническая возможность избежать наезда на пешехода путем применения экстренного торможения; нарушений положений п. 10.1 ПДД в действиях водителя не установлено (л.д.192-194).

Данные обстоятельства подтверждены имеющимися в материалах дела письменными доказательствами, административным материалом по факту ДТП, в том числе постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 07.02.2017г. и заключением экспертов, сторонами не оспариваются, в связи с чем суд считает их установленными.

Жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность являются нематериальными благами и защищаются законом (ст. 150 ГК РФ).

В соответствии со ст. 151 ГК Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как разъяснено в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права, либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно ч. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В силу ч. 1 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. 

Исходя из разъяснений, содержащихся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. 

Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК Российской Федерации). 

При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Руководствуясь приведенными положениями законодательства Российской Федерации, разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, а также исходя из установленных по делу обстоятельств причинения истцу телесных повреждений, суд приходит к выводу о том, что с ответчика подлежит взысканию денежная компенсация морального вреда в пользу истца.

Любовь и привязанность к близким является важнейшей составной частью внутреннего мира подавляющего большинства людей, основой их семейной и личной жизни.

В связи с чем, переживание за состояние здоровья близких и любимых ему людей вызывает у человека нравственные страдания.

Из объяснений истца ФИО1 следует, что она была потрясена, узнав о несчастном случае, произошедшем с ее матерью ..... 

В результате произошедшего ..... стала лежачей больной, ей требуется постоянный уход (до ДТП она была абсолютно самостоятельной), в связи с чем она (истец), постоянно испытает беспокойство по поводу здоровья близкого человека, а ее состояние причиняет нравственные страдания, она испытывает постоянное психическое напряжение, вызванное тяжким заболеванием близкого и любимого ей человека.

После лечения в стационаре её мать находилась у нее дома до конца января 2017 года, в связи с чем она (истец) лишена возможности вести обычную размеренную повседневную жизнь, заниматься личными делами.

Данные обстоятельства представителем ответчика не оспариваются, в связи с чем суд считает их установленными.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 в пункте 4 Постановления «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (с последующими дополнениями и изменениями) разъяснил, что объектом неправомерных посягательств являются по общему правилу любые нематериальные блага (права на них) вне зависимости от того, поименованы ли они в законе и упоминается ли соответствующий способ их защиты.

Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. (пункт 2 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации). Перечень нравственных страданий, являющихся основанием для реализации права на компенсацию морального вреда, не является исчерпывающим.

Как усматривается из материалов дела, требования о взыскании компенсации морального вреда заявлены ФИО1 в связи с тем, что лично ей были причинены нравственные и физические страдания, выразившиеся в фактически невосполнимой утрате здоровья близкого человека, не способного к нормальной жизни вследствие необратимых неврологических изменений личности, и как следствие - невозможностью самой ФИО1 лично продолжать активную общественную жизнь, необходимостью нести постоянную ответственность за состояние близкого человека. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что тяжелой травмой и развившимся у ..... вследствие травмы заболеванием, её дочери – ФИО1 были причинены нравственные и физические страдания, были нарушены принадлежащие ей нематериальные блага. 

При таких обстоятельствах, ФИО1, в силу названных норм, вправе требовать от ответчика компенсации морального вреда. 

Ссылка представителя ответчика на халатность родственников потерпевшей не может быть принята судом во внимание, поскольку обязанность нести ответственность за дееспособного совершеннолетнего человека на родственников такого лица законом не возложена. Фактов ограничения дееспособности потерпевшей ..... ходе рассмотрения дела не установлено.

Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Представитель ответчика, ссылаясь на грубую неосторожность самой потерпевшей, полагает, что оснований для взыскания компенсации морального вреда её родственнику (дочери) не имеется.

Из материалов дела следует, что причинение вреда ..... произошло вследствие нарушения ею правил дорожного движения – пересечения проезжей части в неустановленном для перехода месте (л.д.157-158).

Изложенные обстоятельства действительно свидетельствуют о вине и грубой неосторожности, допущенной самой ФИО5, повлекшей наступление вреда. 

Между тем, по смыслу положений ч.2 ст. 1083 ГК РФ, учет вины потерпевшего (допущенной грубой неосторожности), при возмещении морального вреда родственникам такого потерпевшего применению не подлежит.

С учетом изложенного довод ответчика в данной части во внимание не принимается.

Как следует из разъяснений п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 20 декабря 1994 года «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. 

При определении размера компенсации морального вреда учитываются требования разумности, справедливости и соразмерности. 

Из представленных в материалах дела медицинских документов следует, что в результате ДТП ..... была госпитализирована в ГБУЗ АО «Архангельскую областную клиническую больницу». Установлен диагноз: .....

С указанным диагнозом находилась на лечении в отделении реанимации и интенсивной терапии с 28.08.2016 г. по 06.09.2016 г., затем в неврологическом отделении с 06.09.2016 г. по 11.10.2016 г. (л.д. 85-86)

17.11.2016 г. установлена первая группа инвалидности (л.д. 23) с диагнозом: ..... 

В связи с ухудшением состояния, в период с 13.12.2016 г. по 26.12.2016 г., с 15.02.2017 по 01.03.2017, а также с 23.07.2017 по 09.08.2017 находилась на стационарном лечении в ГБУЗ «Первая городская клиническая больница им. Е.Е.Волосевич» с диагнозом: .....

Из заключения медицинской экспертизы ..... составленной в рамках дела об административном правонарушении, следует, что изложенные телесные повреждения ..... расцениваются как тяжкий вред здоровью (л.д.159-161).

При таких обстоятельствах, руководствуясь изложенными нормами закона, а также разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, учитывая фактические обстоятельства, при которых ФИО1 был причинён моральный вред, характер причинённых ей нравственных и физических страданий, их продолжительность, исходя из условий разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу ФИО1 денежную компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей, поскольку эта сумма, по мнению суда, наиболее реально отражает степень физических и нравственных страданий, причиненных истцу.

Разрешая заявленные требования о взыскании расходов на лечение, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1064 ГК Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Ч. 3 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Согласно ст.15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для наступления деликтной ответственности необходимо наличие по общему правилу в совокупности следующих условий: наступление вреда, противоправность причинителя вреда, причинная связь между действиями причинителя вреда и наступившими вредными последствиями, вина причинителя вреда. 

Из смысла пункта 1, 2 статьи 1064 ГК РФ следует, что для возникновения права на возмещение убытков, вытекающих из деликтных отношений, истец обязан доказать факт причинения вреда конкретным лицом, размер убытков, а ответчик - отсутствие вины.

Удовлетворение исковых требований возможно при доказанности всей совокупности вышеуказанных условий гражданско-правовой ответственности.

Таким образом, по смыслу изложенным норм, ответственность за причинение вреда может быть возложена на лицо, его причинившее и только лицу, которому вред причинён.

Между тем из материалов гражданского дела следует, и истцом не оспаривается, что расходы на приобретение лекарственных средств в размере 44442 руб. 01 коп., вызов невропатолога 2500 руб., транспортировка из больницы – 4800 руб., всего на сумму 51742 руб. 01 коп., понесены не потерпевшей ..... (лицом, которому вред был причинён), а самим истцом - ФИО1 (дочерью потерпевшей).

Доказательств причинения вреда непосредственно истцу материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах, руководствуясь изложенными нормами закона, основания для удовлетворения исковых требований о взыскании ущерба (расходов на лечение и транспортировку) в пользу истца, в порядке положений ст. 15, 1064, ч. 3 ст. 1085 ГК РФ, у суда отсутствуют. 

По изложенным основаниям, расходы на проезд в автобусе в больницу к матери и обратно в размере 3004 руб. также удовлетворению не подлежат.

В соответствии с ч.1 ст.100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из материалов дела следует, что в связи с рассмотрением судом спора истец 09.08.2017 года заключила договор об оказании юридических услуг с ФИО6 (л.д.54) и уплатила во исполнение указанного договора 10 000 руб. (л.д. 55). 

Предметом указанного договора являлось оказание истцу юридической консультации, а также составление искового заявления и представление её интересов в суде.

Представитель истца ФИО6 составила исковое заявление и представляла интересы истца в двух судебных заседаниях по делу.

Как указано в п.11 Постановления Пленума Верхового Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Ответчиком возражений относительно понесенных истцом расходов по оплате услуг представителя не заявлено.

Принимая во внимание фактические обстоятельства дела, категорию спора, степень его сложности, объем выполненной представителем истца работы, заявленные к оплате услуги, учитывая требования разумности и справедливости, суд полагает возможным удовлетворить ходатайство истца и взыскать с ответчика в пользу истца в возмещение расходов на оплату услуг представителя в размере 10 000 руб.

Истец просит взыскать расходы по оформлению доверенности в размере 3000 руб., однако доказательств несения таких расходов суду не предоставлено и материалы дела не содержат. На основании изложенного в удовлетворении требований в данной части надлежит отказать.

Таким образом, в удовлетворении исковых требований о взыскании расходов на лечение и проезд в размере 54746 руб. 01 коп. (51742,01 + 3004 = 54746,01), а также расходов по оформлению нотариальной доверенности в размере 3000 руб. всего на сумму 57746 руб. 01 коп. следует отказать.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ суд взыскивает с ответчика в пользу истца в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины 300 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

исковые требования Рубан ФИО21 к ФИО2 ФИО22 о взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО2 ФИО23 в пользу Рубан ФИО24 компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 10000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб., а всего 410 300 руб. 

В удовлетворении исковых требований Рубан ФИО25 к ФИО2 ФИО26 о взыскании расходов на лечение и проезд в размере 57746 руб. 01 коп. отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде через Северодвинский городской суд Архангельской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Председательствующий С.В. Челпанова