ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума Верховного Суда Республики Башкортостан 

по делу 

№ 44г-366/2018

г. Уфа

5 сентября 2018 года

Президиум Верховного Суда Республики Башкортостан в составе

председательствующего Юлдашева Р.Х.,

членов президиума Усмановой Р.Р., Канбекова И.З., 

ФИО5, ФИО6,

при секретаре Мулюковой Г.А. 

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО10 ФИО26 к ФИО7 ФИО27, ФИО11 ФИО28, ФИО12 ФИО29 о признании пункта предварительного договора недействительным и применении последствий недействительности договора купли-продажи,

переданное определением судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Арманшиной Э.Ю. от 23 августа 2018 года 

по кассационной жалобе ФИО7, поступившей в Верховный Суд Республики Башкортостан 22 июня 2018 года, 

на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 26 декабря 2017 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Арманшиной Э.Ю., выслушав представителя ФИО7 ФИО30 ФИО8 ФИО31 поддержавшего доводы кассационной жалобы, ФИО11 ФИО32 представителя ФИО10 ФИО34 ФИО9 ФИО33, полагавших, что доводы кассационной жалобы являются необоснованными, президиум Верховного Суда Республики Башкортостан

у с т а н о в и л:

ФИО10 обратилась в суд с иском ФИО7, ФИО11, ФИО12 о признании предварительного договора купли-продажи в части продажи жилого дома недействительным и применении последствий недействительности ничтожной сделки. В обоснование иска указала, что 19 мая 2014 года истец и ФИО7 в лице ФИО11, действующей на основании доверенности, заключили предварительный договор купли-продажи 1/2 доли земельного участка, расположенного по адресу: адрес, ориентир адрес, на котором был расположен жилой дом. Согласно оспариваемому пункту предварительного договора продавец обязался продать до 1 августа 2014 года 1/2 долю в праве собственности на земельный участок и расположенный на нем дом по цене 4 300 000 руб., которую ФИО10 выплатила в полном объеме, что подтверждается распиской, составленной в присутствии свидетелей. Продавец свое обязательство исполнил частично, заключив договор купли-продажи земельного участка и не исполнив обязательства по продаже дома. ФИО7, в нарушение действующего законодательства право собственности на вновь построенный дом на себя не зарегистрировал, не продавал, заключил основной договор купли-продажи только земельного участка, и заявив, что не строил жилой дом, договоров строительного подряда с истцом не заключал. Вместе с тем деньги от покупателя за дом получил. Истец была вынуждена самостоятельно зарегистрировать право собственности на недостроенный каркасно-щитовой утепленный домик, пригодный только для проживания в летнее время.

В ходе рассмотрения дела ФИО10 исковые требования уточнила и, ссылаясь также на проведенное 1 июля 2015 года техническое заключение по результатам обследования основных несущих и ограждающих строительных конструкций жилого дома, расположенного по адресу: адрес, указала, что данная сделка, совершена под влиянием заблуждения покупателя, данное заблуждение было настолько существенным, что покупатель, действуя разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном состоянии жилого дома. С учетом изложенного, ФИО10 просила признать пункт 1.4 предварительного договора купли-продажи от 19 мая 2014 года недействительным; применить последствия недействительности сделки путем возврата имущества сторонам; взыскать в солидарном порядке с ФИО7, ФИО11 в счет причиненного ущерба денежные средства в виде разницы между уплаченной истцом ответчику суммой по предварительному договору купли-продажи объектов недвижимости и суммой, уплаченной истцом ответчику по основному договору купли-продажи земельного участка в размере 3 855 000 руб.

Решением Уфимского районного суда Республики Башкортостан от 24 апреля 2017 года постановлено:

исковые требования ФИО10 ФИО35 к ФИО7 ФИО36 ФИО11 ФИО37 о признании пункта предварительного договора недействительным и применении последствий недействительности договора удовлетворить частично.

Признать пункт 1.4 предварительного договора купли-продажи от 19 мая 2014 года недействительным.

Применить последствия недействительности сделки путем возврата имущества сторонам.

Взыскать с ФИО7 ФИО38 в пользу ФИО10 ФИО39 денежные средства в размере 3 855 000 руб.

В удовлетворении остальной части требований ФИО10 ФИО40 отказать.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 26 декабря 2017 года постановлено:

решение Уфимского районного суда Республики Башкортостан от 24 апреля 2017 года отменить, принять новое решение, которым исковые требования ФИО10 ФИО43 к ФИО7 ФИО41 ФИО11 ФИО42 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, взыскании ущерба удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО7 ФИО44 в пользу ФИО10 ФИО45 возмещение убытков в размере 2 470 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО10 ФИО46 к ФИО7 ФИО47 ФИО11 ФИО48 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, взыскании ущерба отказать.

Взыскать с ФИО7 ФИО49 в доход местного бюджета городского округа г. Уфа Республики Башкортостан государственную пошлину в размере 4 140 руб.

В кассационной жалобе ФИО7 ставит вопрос об отмене апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 26 декабря 2017 года. В обоснование жалобы указывает на то, что предварительный договор, заключенный 19 мая 2014 года, прекратил свое действие, до 1 августа 2014 года основной договор не был заключен и ни одной из сторон не было направлено предложение о заключении основного договора. Договор купли-продажи от 9 октября 2014 года был заключен на иных условиях, в отношении иного объекта, так как земельный участок, который был указан в предварительном договоре купли-продажи, по данным ЕГРН 24 сентября 2014 года был снят с кадастрового учета; в договоре купли-продажи указан другой земельный участок с кадастровым номером №... в договоре нет упоминаний о каком-либо жилом доме. При разрешении спора суды не учли, что 19 мая 2014 года предварительный договор купли-продажи с ФИО10 заключен от его имени ФИО11, действующей на основании доверенности, в которой полномочий на отчуждение земельного участка и получение денежных средств не давалось; ФИО10 не проявила должную степень осмотрительности при заключении предварительного договора купли-продажи; заключая 9 октября 2014 года договор купли-продажи земельного участка ФИО7 одобрил первоначальную сделку только в части земельного участка, при этом ФИО11, действуя от его имени по доверенности, полномочий на получение денежных средств не имела. При разрешении спора суд апелляционной инстанции вышел за пределы заявленных истцом исковых требований, поскольку истцом требования об уменьшении покупной цены не заявлялись.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы гражданское дело определением судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Арманшиной Э.Ю. от 23 августа 2018 года передано для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции - президиума Верховного Суда Республики Башкортостан.

Стороны извещены о времени и месте судебного заседания президиума Верховного Суда Республики Башкортостан заблаговременно и надлежащим образом.

На основании статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации президиум Верховного Суда Республики Башкортостан считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся ФИО2, ФИО1, ФИО3, ФИО18

Проверив материалы дела, изучив обоснованность доводов кассационной жалобы, президиум находит апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 26 декабря 2017 года подлежащим отмене по следующим основаниям. 

В соответствии со статьей 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Президиум приходит к выводу, что в настоящем деле такого характера существенные нарушения норм материального права были допущены судом апелляционной инстанции, которые выразились в следующем.

Как следует из материалов дела и установлено судом, дата между ФИО4, действующей на основании доверенности от дата №... в интересах ФИО7, и ФИО10 заключен предварительный договор купли-продажи ? доли земельного участка площадью 1377 кв.м, относящегося к категории земель населенных пунктов, кадастровый №..., разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, с расположенным на нем жилым домом, находящихся по адресу: адрес, ориентир адрес. Цена указанного имущества определена сторонами в размере 4 300 000 руб. (л.д. 13 т.1).

Согласно пункту 1.3 договора стороны предусмотрели, что продавец обязуется продать ? долю в праве собственности на указанный земельный участок, а покупатель обязуется купить его в собственность до 1 августа 2014 года.

По условиям пункта 1.4 предварительного договора установлено, что указанная доля в праве собственности на земельный участок и расположенный на указанной доле земельного участка жилой дом продаются продавцом покупателю за 4 300 000 руб. Расчет в указанной сумме производиться следующим образом:

-денежная сумма в размере 1 300 000 руб. передается в виде задатка в день подписания предварительного договора купли-продажи;

-денежная сумма в размере 3 000 000 руб. передается покупателем продавцу 28 мая 2014 года.

Стоимость указанного объекта недвижимого имущества (земельного участка и жилого дома) окончательная и пересмотру не подлежит (пункт 1.5 договора).

Указанные денежные средства ФИО10 были переданы ФИО11, действующей в интересах ФИО7, на основании актов приема-передачи от 19 мая 2014 года и 28 мая 2014 года, что не оспаривается сторонами (л.д. 15, 16 т.1).

На основании договора купли-продажи земельного участка от 9 октября 2014 года ФИО10 приобрела у ФИО11, действующей в интересах ФИО7 на основании доверенности, в собственность земельный участок, общей площадью 723 кв.м, относящийся к категории земель населенных пунктов, кадастровый №..., разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, расположенный по адресу: адрес, за 445 000 руб. (л.д.17 т.1).

В соответствии с пунктом 5 данного договора купли-продажи на продаваемом земельном участке строения отсутствуют.

Переход права по указанному договору купли-продажи прошел государственную регистрацию в установленном законом порядке.

Актом приема-передачи от 9 октября 2014 года подтверждается факт передачи ФИО10 денежных средств в размере 445 000 руб. ФИО11, действующей в интересах ФИО7 на основании доверенности (л.д.19 т.1).

23 марта 2015 года ФИО10 зарегистрировано право собственности на ? доли жилого дома и ? доли земельного участка общей площадью 654 кв.м, расположенных по адресу: адрес.

Поскольку жилой дом в данном состоянии непригоден для проживания, истец, полагая, что его стоимость составляет меньшую сумму, ранее обращалась в Уфимский районный суд Республики Башкортостан с иском к ФИО12, ФИО7, ФИО11 о взыскании с ответчиков неосновательного обогащения в виде разницы между суммой, уплаченной по предварительному договору от 19 мая 2014 года купли-продажи спорного земельного участка и жилого дома, стоимостью земельного участка по договору от 9 октября 2014 года купли-продажи земельного участка и рыночной стоимостью жилого дома, определенной независимым оценщиком в размере 2 448 621 руб. (4 300 000 руб. – 445 000 руб.- 1 405 379 руб.)

Решением Уфимского районного суда Республики Башкортостан от 30 ноября 2015 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 18 апреля 2016 года, в удовлетворении исковых требований ФИО10 к ФИО12, ФИО7, ФИО11 о взыскании неосновательного обогащения отказано. 

Отказывая в удовлетворении вышеприведенных исковых требований ФИО10, суд исходил из того, что между истцом и ФИО7 в лице представителя ФИО11 имеют место договорные отношения по купле-продаже объекта недвижимости, в ходе заключения сделки сторонами согласованы все существенные условия договора купли-продажи земельного участка с расположенным на нем жилым домом, в связи с чем нормы права о неосновательности обогащения в данном случае не применимы. 

Разрешая настоящий спор, суд первой инстанции, принимая во внимание выводы технического заключения, выполненного ООО «Партнер-Уфа», руководствуясь положениями статей 166, 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из того, что при подписании предварительного договора истец была введена в заблуждение в отношении качества предмета сделки, наличие эксплуатационных недостатков жилого дома не позволяют ей использовать имущество по назначению, в связи с чем пришел к выводу, что исковые требования истца подлежат удовлетворению в части признания пункта 1.4 предварительного договора купли-продажи от 19 мая 2014 года недействительным и применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО7 денежных средств в размере 3 855 000 руб.

Суд апелляционной инстанции, проверяя законность и обоснованность вынесенного судебного постановления, с выводами суда первой инстанции не согласился, указав на то, что ФИО10, обращаясь в суд с вышеприведенными иском, фактически просит суд взыскать с ответчика в свою пользу причиненный ей при заключении предварительного договора купли – продажи ущерб, на том основании, что приобретенный ею жилой дом не соответствует по качеству строительным нормам и правилам. На основании изложенного, руководствуясь положениями статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая техническое заключение ООО «Партнер-Уфа», согласно которому техническое состояние фундамента жилого дома по адресу: адрес, наружных и внутренних стен, перекрытий и стропильной системы классифицируется как ограниченно работоспособное, дальнейшая его эксплуатация возможна после выполнения комплекса усилительно-восстановительных мероприятий, что свидетельствует о возможном несоответствии цены, уплаченной истцом при покупке земельного участка и находящегося на нем жилого дома, а также заключение судебной строительно-технической экспертизы ООО «НПО «Судебный эксперт», согласно которому рыночная стоимость спорного жилого дома по состоянию на 19 мая 2014 года составляет 1 385 000 руб., пришел к выводу, что с ФИО7 в пользу ФИО10 в счет возмещения убытков подлежат взысканию 2 470 000 руб. (4 300 000 руб. – 445000 руб. – 1 385 000 руб. = 2 470 000 руб.).

Президиум не может согласиться с данными выводами суда апелляционной инстанции в связи со следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В силу части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом; доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах; доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства; законы, которыми руководствовался суд.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Указанным требованиям закона постановление суда апелляционной инстанции не отвечает. 

Так, положения части третьей статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, рассматриваемые с учетом положений части первой статьи 39 данного Кодекса, обязывающие суд принять решение именно по заявленным истцом требованиям и позволяющие суду выйти за пределы заявленных требований только в случаях, предусмотренных федеральным законом, не предполагают возможности суда по собственной инициативе изменить предмет и основания иска, направлены на обеспечение принятия судом законного и обоснованного решения, являются процессуальной гарантией права на судебную защиту. (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 2016 года № 2613-О).

Как следует из уточненного искового заявления ФИО13, обращаясь в суд с требованием о признании пункта 1.4 предварительного договора купли-продажи от 19 мая 2014 года недействительным с применением последствий недействительности сделки, истец, ссылалась на заключение предварительного договора купли-продажи под влиянием заблуждения относительно качества приобретаемого жилого дома, в том числе указывала на то, что ФИО7, в нарушение действующего законодательства право собственности на вновь построенный дом на себя не зарегистрировал, не продавал, заключил основной договор купли-продажи только земельного участка, заявив, что жилой дом не строил, договоров строительного подряда с истцом не заключал, вместе с тем деньги от покупателя за дом получил. На основании изложенного, истец просила применить последствия недействительности сделки путем возврата имущества сторонам и взыскания с ответчика в ее пользу причиненного ей ущерба в виде стоимости уплаченного ею жилого дома в размере 3 855 000 руб., состоящей из разницы между уплаченной истцом ответчику суммой по предварительному договору купли-продажи объектов недвижимости и суммой, уплаченной истцом ответчику по основному договору купли-продажи земельного участка.

При этом, требований об уменьшении покупной цены, с учетом фактической рыночной стоимости проданного дома на день рассмотрения дела в суде, с применением статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец не заявляла, в связи с чем, оснований для разрешения указанного требования по своей инициативе, у суда апелляционной инстанции не имелось. Некачественное состояние жилого дома являлись основанием, а не предметом исковых требований.

Таким образом, судом апелляционной инстанции дана неправильная оценка заявленным истцом исковым требованиям и в нарушение положений части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которым суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, суд апелляционной инстанции разрешил спор, не заявленный к судебному разбирательству.

Кроме того, разрешая спор в части взыскания убытков, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что обязанность по их возмещению в пользу ФИО10 должна быть возложена на ФИО7 При этом суд исходил из того, что, несмотря на то, что предварительный договор купли-продажи был совершен ФИО11 по доверенности от ФИО7, не предусматривающей полномочия на отчуждение недвижимости от имени доверителя ФИО7, последний указанную сделку по купле-продаже одобрил, заключив основной договор купли-продажи, требования о признании сделки недействительной не заявлял, сноса жилого дома не требовал, доказательства об ином в суд не представил.

Президиум находит, что данные выводы суда апелляционной инстанции основаны на неверном определении юридически значимых для дела обстоятельств.

Из материалов дела следует, что ФИО7, возражая относительно предъявленного к нему искового заявления, указывал, что предварительный договор купли-продажи заключен ФИО11 от его имени по доверенности, в которой полномочий на отчуждение объектов недвижимости и получение денежных средств не имелось; денежные средства, полученные по данному договору, не получал; указанную сделку в части жилого дома не одобрял, одобрил лишь в части земельного участка; никакого отношения к жилому дому, находящемуся на спорном земельном участке, не имеет.

Как следует из материалов дела и установлено судом, при заключении предварительного договора от 19 мая 2014 года купли-продажи земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: адрес, ориентир адрес, от имени продавца объектов недвижимости ФИО7 действовала по нотариально удостоверенной доверенности, выданной дата №...

Согласно письму нотариуса ФИО14, а также сведениям, зафиксированным в реестре регистрации нотариальных действий от дата, дата №... ФИО7 выдал ФИО11 доверенность, которой предоставил ей полномочия по оформлению земельного участка либо доли спорного земельного участка, разделу, выделу в натуре, межеванию, с предоставлением всех интересов с регистрацией права собственности, получению свидетельства о государственной регистрации, с правом подачи заявлений, в том числе исковых, получения и обжалования решений суда, регистрации права по решению суда (л.д. 44-47 т.2).

Таким образом, предварительный договор купли-продажи земельного участка и жилого дома от 19 мая 2014 года с получением и распоряжением денежными средствами заключен ФИО11 с ФИО10 от имени ФИО7 в отсутствие на то соответствующих полномочий.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку.

До одобрения сделки представляемым другая сторона путем заявления совершившему сделку лицу или представляемому вправе отказаться от нее в одностороннем порядке, за исключением случаев, если при совершении сделки она знала или должна была знать об отсутствии у совершающего сделку лица полномочий либо об их превышении.

Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.

Пунктом 123 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что установление факта заключения сделки представителем без полномочий или с превышением таковых служит основанием для отказа в иске, вытекающем из этой сделки, к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку (пункты 1 и 2 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься: письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

Из материалов дела следует, что 9 октября 2014 года договор купли-продажи земельного участка, расположенного по адресу: адрес, от имени продавца ФИО7 заключен ФИО11, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности, выданной дата

Из представленной в материалы дела Управлением Росреестра по адрес копии доверенности, выданной дата №... следует, что ФИО7 уполномочил ФИО11 продать принадлежащий на праве собственности земельный участок, расположенный по адресу: РБ, адрес, ориентир адрес, за цену и на условиях по своему усмотрению, по любой, предусмотренной законом сделке, для чего предоставил ей право, в том числе подписывать договор купли-продажи и акт приема – передачи, регистрировать сделку и переход права, получать причитающиеся зарегистрированные документы и свидетельства о государственной регистрации в органах государственной регистрации (л.д. 39 т. 2 ). 

Таким образом, ни доверенностью от 30 апреля 2014 года №... ни доверенностью от 27 мая 2014 года №... ФИО7 не уполномочил ФИО11 продавать спорный жилой дом, и вопреки утверждениям суда апелляционной инстанции, а также сведениям, содержащимся в реестре нотариальных действий от 27 мая 2014 года, не предоставлял ей право на получение денежных средств и на распоряжение по договорам полученными денежными средствами.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО7 совершил действия по одобрению предварительного договора купли-продажи в части купли-продажи жилого дома, в материалах дела не имеется и стороной истца не представлено. Какие-либо данные о том, что сделка купли-продажи земельного участка обеспечивает предварительный договор купли-продажи либо она заключена во исполнение или во изменение первой сделки, отсутствуют.

Суд апелляционной инстанции указанные юридические обстоятельства, необходимые для правильного разрешения спора, а именно о наличии со стороны представляемого по доверенности ФИО7 действий, свидетельствующих об одобрении сделки, не установил. Между тем указанные обстоятельства влияют на решение вопроса о том, на кого должна быть возложена ответственность по возмещению причиненного истцу ущерба.

При таких обстоятельствах, выводы суда апелляционной инстанции о том, что обязанность по возмещению причиненного истцу ущерба в виде стоимости жилого дома должна быть возложена на ФИО7, нельзя признать правильными.

Допущенные нарушения норм права являются существенными, они повлияли на исход дела, и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, в связи с чем апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 26 декабря 2017 года подлежит отмене, с направлением дела на новое рассмотрение в тот же суд апелляционной инстанции.

При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции следует учесть изложенное, проверить доводы сторон, оценить представленные сторонами доказательства и возражения, правильно применить нормы материального права и разрешить возникший спор в соответствии с требованиями закона.

На основании изложенного, руководствуясь положениями статей 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Верховного Суда Республики Башкортостан

п о с т а н о в и л:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 26 декабря 2017 года отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в тот же суд апелляционной инстанции в ином составе судей.

Председательствующий Р.Х. Юлдашев