Дело № 2-2058/2019 

66RS0003-01-2019-001402-49

Мотивированное 

решение

 изготовлено 03 июня 2019 года РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации 

27 мая 2019 года г. Екатеринбург

Кировский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Марковой Н. А., при секретаре Шестакове Д. Е., 

с участием представителя истца Самсонова В. Е. – Княгинина С. В., действующего на основании доверенности *** 

представителя ответчика Федеральной службы судебных приставов России и Управление Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области – Смирных Е.А., действующей на основании доверенностей от 14.01.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Самсонова Вячеслава Евгеньевича к Федеральной службе судебных приставов России, Управлению Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области о возмещении убытков, компенсации морального вреда, 

установил:

Самсонов В.Е. обратился в суд с исковым заявлением к Управлению Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области о возмещении убытков. 

В обоснование заявленных требований истец указал, что 22.12.2018 в аэропорту «Кольцово» пограничная служба ФСБ РФ отказала ему в выезде за рубеж, ссылаясь на запрет в пресечении границы Российской Федерации в связи с решением УФССП по Свердловской области. 

18.02.2009 в отношении истца было возбуждено исполнительное производство № 6511/15/66062. В связи с невозможностью исполнять долговые обязательства, 01.02.2017 истец обратился в суд с заявлением о признании банкротом. Решением Арбитражного суда Свердловской области от 21.03.2017 истец признан несостоятельным (банкротом) и введена процедура реализации имущества. 28.12.2017 определением Арбитражного суда Свердловской области завершена реализация имущества и в отношении истца применены положения п. 3 ст. 213.28 Федерального закона № 127 «О несостоятельности (банкротстве)», об освобождении от всех долговых обязательств. Указанное определение направлено в адрес Межрайонного отдела по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Свердловской области 12.02.2018. На электронный адрес службы судебных приставов 13.03.2018 была повторно направлено заявление с требованием об окончании исполнительного производства. 

10.05.2018 в канцелярию Межрайонного отдела по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Свердловской области истцом подана жалоба на бездействие судебного пристава — исполнителя. 24.09.2018 через личный кабинет ФССП истцом подано заявление с требованием об окончании исполнительного производства. 07.11.2018 в телефонном разговоре судебный пристав — исполнитель указал о прекращении исполнительного производства. По состоянию на 07.12.2018 на сайте ФССП сведения об окончании исполнительного производства отсутствовали. По настоящее время исполнительное производство в отношении истца от 18.02.2009 № 6511/15/66062 не окончено. Копия постановления судебного пристава - исполнителя о временном ограничении на выезд из Российской Федерации истцу вручена не была. 

В связи с незаконным постановлением о временном ограничении на выезд из Российской Федерации, а также действиями и бездействиями судебного пристава — исполнителя 22 декабря 2018 года истец не смог воспользоваться туристским продуктом приобретенным у туроператора Тез Тур и вылететь в город Санья (Китай), причиненный ущерб составил 92 100 руб. Также истцу причинены нравственные страдания.

На основании изложенного, истец просит взыскать с ответчика за счет казны Российской Федерации ущерб причиненный незаконным постановлением, действиями и бездействиями судебного пристава — исполнителя в размере 92 100 руб., компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 963 руб. 

Определением суда от 06.03.2019 к участию в деле привлечен в качестве соответчика Российская Федерация в лице Федеральной службы судебных приставов России (л.д. 2). 

Определением суда от 02.04.2019 к участию в деле привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора — ФИО1, заместитель начальника отдела – заместитель старшего судебного пристава Межрайонного отдела по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Свердловской области ФИО2 (л.д. 39).

В судебном заседании представитель истца ФИО3, действующий на основании доверенности, на удовлетворении исковых требованиях настаивал в полном объеме. 

В судебном заседании представитель ответчиков ФИО4, действующая на основании доверенности от 14.01.2019 ***, от 14.01.2019 ***, просила в удовлетворении исковых требований отказать, поскольку действия судебного пристава — исполнителя истцом не обжалованы.

Третьи лица ФИО1, заместитель начальника отдела – заместитель старшего судебного пристава Межрайонного отдела по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Свердловской области ФИО2 в судебное заседание не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении слушания дела не заявляли. 

В отзыве на исковое заявление третье лицо ФИО1 указала, что состоит в браке с 2014 года с ФИО5 22.12.2018 в аэропорту «Кольцово» пограничная служба ФСБ РФ отказала ФИО5 в выезде за рубеж, ссылаясь на запрет в пересечении границы Российской Федерации в связи с решением УФССП по Свердловской области. В течение 2018 года ФИО5 неоднократно обращался в службу судебных приставов с требованием об окончании исполнительного производства. 

С учетом мнения представителей сторон, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело при данной явке и вынести решение. 

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 2 ст. 27 Конституции Российской Федерации каждый может свободно выезжать за пределы Российской Федерации.

В силу ст. 12 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16.12.1966, участником которого является Российская Федерация, «каждому, кто законно находится на территории какого-либо государства, принадлежит, в пределах этой территории, право на свободное передвижение и свобода выбора места жительства. Каждый человек имеет право покидать любую страну, включая свою собственную. Упомянутые права не могут быть объектом никаких ограничений, кроме тех, которые предусмотрены законом, необходимы для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения или прав и свобод других и совместимы с признаваемыми в настоящем Пакте другими правами».

В соответствии с практикой Европейского суда по правам человека право на свободу передвижения, гарантируемое пунктами 1, 2 статьи 2 Протокола №4 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод, направлено на обеспечение каждому права на свободу передвижения в пределах своей страны и права направиться в такую страну по выбору лица, в которую его впустят. 

Следовательно, свобода передвижения запрещает любые действия (бездействия), направленные на вмешательство в это право или на ограничение пользования им, которые не соответствуют требованию меры, необходимой в демократическом обществе для достижения законных целей, указанных в п. 3 данной статьи.

Статья 53 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

На правоотношения, возникающие вследствие причинения вреда, полностью распространяются общие правила параграфа 1 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, и для возложения ответственности за причинение вреда необходимо установление состава правонарушения с учетом положений ст.ст. 15, 16, 1064, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Применительно к рассматриваемым правоотношениям возможность возмещения вреда в соответствии с приведенными нормами права связывается с необходимостью представления истцом доказательств причинения вреда, а также с наличием причинно-следственной связи между незаконными (виновными) действиями (бездействием) государственных органов либо должностных лиц этих органов и наступившим вредом. Из совокупного анализа приведенных норм следует также, что вина является необходимым условием для возложения ответственности в виде возмещения вреда. При этом, обязанность доказать отсутствие вины возлагается на лицо, причинившее вред.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, либо должностных лиц этих органов подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации.

В силу ст.1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно части 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию. 

Как разъяснил п. 81 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» иск о возмещении вреда, причиненного незаконными постановлением, действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя, предъявляется к Российской Федерации, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств - ФССП России (пункт 3 статьи 125, статья 1071 ГК РФ, подпункт 1 пункта 3 статьи 158 БК РФ).

В соответствии со ст. 15 Федерального закона «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» от 15.08.1996 № 114-ФЗ, право гражданина Российской Федерации на выезд из Российской Федерации может быть временно ограничено в случаях, если он уклоняется от исполнения обязательств, наложенных на него судом, - до исполнения обязательств либо до достижения согласия сторонами. 

В судебном заседании установлено, что 10.04.2015 в Межрайонный отдел по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Свердловской области поступило исполнительное производство № 243/09/50/66, переданное из Серовского районного отдела УФССП России по Свердловской области. 05.05.2015 судебным приставом — исполнителем Межрайонного отдела по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Свердловской области исполнительное производство принято к производству, присвоен новый регистрационный номер № 6511/15/66062-ИП.

Согласно ч. 2, п. 1 ч. 3 ст. 68 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» меры принудительного исполнения, к каковым относится временное ограничение на выезд должника, применяются судебным приставом-исполнителем после возбуждения исполнительного производства. Если в соответствие с настоящим Федеральным законом устанавливается срок для добровольного исполнения требований, содержащихся в исполнительном документе, то меры принудительного исполнения применяются после истечения такого срока.

Как следует из ст. 67 Федерального закона Российской Федерации № 229-ФЗ от 02.10.2007 «Об исполнительном производстве», при неисполнении должником в установленный срок без уважительных причин требований, содержащихся в исполнительном документе, выданном на основании судебного акта или являющемся судебным актом, судебный пристав-исполнитель вправе по заявлению взыскателя или собственной инициативе вынести постановление о временном ограничении на выезд должника из Российской Федерации. Частью 3 этой статьи предусмотрено, что постановление о временном ограничении на выезд должника из Российской Федерации утверждается старшим судебным приставом. Копии указанного постановления направляются должнику, в территориальный орган федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление функций по контролю и надзору в сфере миграции, и в пограничные органы.

Из материалов дела следует, что 27.01.2017 судебным приставом-исполнителем Межрайонного отдела по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Свердловской области вынесено постановление о временном ограничении на выезд должника ФИО5 из Российской Федерации.

Доказательств того, что должнику направлялась копия постановления о введении временного ограничения на выезд из Российской Федерации, либо иные документы, позволяющие должнику узнать о наличии вынесенного в отношении него постановления, ответчиком не представлено. 

Как установлено судом, решением Арбитражного суда Свердловской области от 16.03.2017 по делу № А60-5848/17 ФИО5 признан банкротом, введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев до 16.09.2017.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 28.12.2017 по делу №А60-5848/17 процедура реализации имущества ФИО5 завершена, применено положения п. 3 ст. 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» об освобождении от обязательств (л.д. 9-11).

Указанное определение Арбитражного суда было получено службой судебных приставов 12.02.2018, а также 13.03.2018 направлено истцом повторно посредством электронной почты (л.д. 14-15).

Также 10.05.2018 в Межрайонный отдел по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Свердловской области истцом подана жалоба на бездействие судебного пристава — исполнителя о непринятии мер по окончании исполнительного производства (л.д. 16-17). 24.09.2018 через личный кабинет ФССП России истцом подано заявление с требованием об окончании исполнительного производства (л.д. 18-19). 

В силу положений п. 7 ч. 1 ст. 47 Федерального закона Российской Федерации № 229-ФЗ от 02.10.2007 «Об исполнительном производстве» в связи с признанием должника банкротом судебному приставу — исполнителю надлежало вынести постановление об окончании исполнительного производства, отменить назначенные меры принудительного исполнения, а также установленные для должника ограничения.

Постановлением заместителя начальника отдела — заместителя старшего судебного пристава Межрайонного отдела по исполнению особых исполнительных производств от 19.12.2018 отменено временное ограничение права на выезд из Российской Федерации должника ФИО5, также окончено исполнительное производство № 6511/15/66062-ИП в связи с тем, что должник признан банкротом. 

В подтверждение уведомления должника о вынесении указанных постановлений суду доказательств не представлено, а, равно как и доказательств направления постановления об отмене временного ограничения права на выезд из Российской Федерации в пограничные органы. 

Таким образом, в нарушение указанных выше норм, заместитель начальник отдел – заместитель старшего судебного пристава Межрайонного отдела по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Свердловской области ФИО2 не предпринял своевременно установленных законом исполнительных действий, что привело к причинению ущерба.

В соответствии с частью 2 статьи 119 Федерального закона от 02 октября 2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» заинтересованные лица вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных им в результате совершения исполнительных действий и (или) применения мер принудительного исполнения.

Согласно пункту 2 статьи 3, пункту 3 статьи 19 Федерального закона от 21 июля 1997 года N 118-ФЗ "О судебных приставах" судебный пристав является должностным лицом, состоящим на государственной службе. Ущерб, причиненный судебным приставом гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

На основании статьи 16 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определениях от 1 ноября 2012 года N 1984-О, от 8 февраля 2011 года N 115-О-О, от 18 января 2011 года N 45-О-О и N 46-О-О, в указанном случае возможно применение общих положений (в том числе закрепленных статьями 151, 1069, 1070 и 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации) об ответственности государства за вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) государственных органов, должностных лиц, иных публичных образований.

В абз. 1 п. 82 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 года N 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» обращено внимание на то, что по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) судебного пристава-исполнителя и причинением вреда.

Доводы о нахождении информации о возбуждении исполнительных производств в общем доступе на сайте управления суд отклоняет, так как наличие такой информации не освобождает судебного пристава-исполнителя от неукоснительного исполнения требований Федерального Закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве». Кроме того, доказательств размещения такой информации в отношении истца суду представлено не было. 

22.12.2018 ФИО5 было отказано в выезде за пределы Российской Федерации (пересечении государственной границы) в пункте пропуска аэропорт «Кольцово» в связи с временным ограничением на выезд из Российской Федерации Федеральной службой судебных приставов. Данное обстоятельство подтверждено уведомлением от 22.12.2018 (л.д. 13).

По основаниям, изложенным выше, суд приходит к выводу, что бездействие заместителя начальника отдела – заместителя старшего судебного пристава Межрайонного отдела по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Свердловской области ФИО2 по своевременному направлению постановлений должнику и вынесению постановления об окончании исполнительного производства в отношении должника не соответствуют требованиям закона, находятся в причинно-следственной связи с причиненными истцу убытками в виде расходов на оплату туристической путевки, воспользоваться которой ФИО5 не смог. Доказательств отсутствия вины в причинении ущерба ответчиками в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суду представлено не было.

В отношении размера убытков суд приходит к следующему. 

Из материалов дела усматривается, что третьим лицом ФИО1 на совместные денежные средства с ФИО5 приобретен туристский продукт на троих лиц (на себя, на супруга и сына) по маршруту Екатеринбург-Санья, вылет 22.12.2018, прилет 04.01.2019, общей стоимостью 276 300 руб. (л.д. 21-28).

Таким образом, размер ущерба истца составляет 92 100 руб. (276 300 руб. / 3), который подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов России за счет казны Российской Федерации в пользу истца.

Разрешая исковые требования о взыскании денежной компенсации морального вреда, суд учитывает, что незаконное бездействие судебного пристава-исполнителя явилось непосредственной причиной наступивших для истца негативных последствий в виде ограничения на выезд за пределы Российской Федерации, при отсутствии на то законных оснований.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с ч. 2 ст. 27 Конституции Российской Федерации каждый может свободно выезжать за пределы Российской Федерации.

Согласно частям 1, 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации право свободного передвижения является личным неимущественным правом гражданина, которое принадлежит ему от рождения и является неотчуждаемым.

Учитывая изложенное, суд считает требования истца о взыскании компенсации морального вреда законными и обоснованными, подлежащим удовлетворению. 

Согласно абзацу 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994г. № 10, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

В силу ч.2 ст.1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации только в случаях, предусмотренных законом.

Следует учитывать, что компенсация нематериального вреда является особым публично-правовым способом исполнения государством обязанности возмещения вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления и должностных лиц этих органов.

Относительно видов действий, совершение которых порождает право потерпевшего на компенсацию морального вреда, следует указать, что необходимым признаком этих действий является нарушение ими неимущественных прав и благ человека. Поскольку такие права и блага, согласно п. 2 ст. 17 Конституции РФ, неотчуждаемы и не передаваемы иным способом, они не могут являться предметом сделок, в связи с чем обязательства вследствие причинения морального вреда в большинстве случаев возникают из-за отсутствия между сторонами гражданско-правовых договорных отношений (Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994 г. № 10).

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Истец указывает, что в результате незаконного ограничения права на свободу передвижения испытал нравственные страдания, выразившиеся в сильных переживаниях, отсутствием возможности провести полноценный отдых с семьей, необходимостью прохождения самой процедуры по вручению уведомления, при том, что как установлено судебными актами, никаких законных оснований на это не имелось. 

Согласно ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими федеральными законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Исходя из положений ч. 3 ст. 158, ст. 165, ст. 242.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации именно на главного распорядителя средств федерального бюджета возлагается обязанность по исполнению судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов, в порядке ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку моральный вред был причинен истцу незаконным бездействием должностных лиц Федеральной службы судебных приставов, финансируемой за счет средств федерального бюджета, суд приходит к выводу, что надлежащим ответчиком по иску выступает именно Российская Федерация в лице Федеральной службы судебных приставов России. 

Принимая во внимание, что право на свободу передвижения относится к числу основных, неотчуждаемо, в связи с чем гарантировано Конституцией Российской Федерации, с учётом конкретных обстоятельств дела и требований разумности, справедливости, суд определяет компенсацию морального вреда в размере 8 000 рублей и взыскивает данную сумму в пользу истца с ответчика Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов России за счет казны Российской Федерации. 

В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Истец при подаче искового заявления понес расходы по оплате государственной пошлины в общем размере 2 963 руб. (л.д. 7).

С учетом удовлетворенных судом требований, в соответствии со ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца надлежит взыскать расходы по уплате государственной пошлины в размере 2 963 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

решил:

исковые требования ФИО5 к Федеральной службе судебных приставов России, Управлению Федеральной службы судебных приставов по Свердловской области о возмещении убытков, компенсации морального вреда- удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы судебных приставов России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО5 в счет возмещения убытков сумму в размере 92 100 рублей, компенсацию морального вреда в размере 8000 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 963 рубля.

В удовлетворении остальной части требований - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Кировский районный суд г. Екатеринбурга в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Н. А. Маркова