АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 №КА-42/2023

ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес>

Судебная коллегия по уголовным делам Южного окружного военного суда в составе председательствующего ФИО2, при помощнике судьи ФИО3, с участием военного прокурора отдела военной прокуратуры Южного военного округа 

<

данные изъяты> ФИО4, обвиняемого ФИО1 и защитника ФИО5 рассмотрела в судебном заседании материалы досудебного производства по апелляционным жалобам защитников ФИО5 и ФИО6 на постановление судьи Новочеркасского гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ об избрании в отношении военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты> 

ФИО11 ФИО9, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина РФ, с высшим образованием, женатого, имеющего ребенка ДД.ММ.ГГГГ г.р., несудимого, проходящего военную службу по контракту с марта 2010 г., зарегистрированного по адресу: 

<

адрес> проживавшего до задержания по адресу: 

<

адрес>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ, меры пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 28 суток, т.е. до ДД.ММ.ГГГГ

Заслушав доклад председательствующего ФИО2, выступления обвиняемого ФИО1 и защитника ФИО5 в поддержку доводов апелляционных жалоб, а также возражения прокурора ФИО4, судебная коллегия 

установила:

согласно представленным материалам органами предварительного следствия ФИО1 обвиняется в получении им, как должностным лицом, взятки в виде денег в значительном размере за совершение действий в пользу взяткодателя, совершенном группой лиц по предварительному сговору с вымогательством взятки. 

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 и иного лица возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ.

В тот же день ФИО1 задержан в порядке ст. 91-92 УПК РФ и ему предъявлено обвинение в совершении вышеуказанного преступления.

ДД.ММ.ГГГГ следователь-криминалист № военного следственного отдела Следственного комитета РФ (далее – следователь), в производстве которого находилось уголовное дело, с согласия руководителя следственного органа обратился в Новочеркасский гарнизонный военный суд с ходатайством об избрании обвиняемому ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 28 суток, т.е. по ДД.ММ.ГГГГ 

Рассмотрев данное ходатайство следователя, судья названного гарнизонного военного суда в тот же день вынес постановление об избрании обвиняемому ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 28 суток, т.е. до ДД.ММ.ГГГГ

В аналогичных по своему содержанию апелляционных жалобах защитники Кекелидзе и Левенец, считая указанное судебное постановление незаконным и необоснованным, просят его ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона отменить и принять новое решение, которым в удовлетворении ходатайства следователя об избрании в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу отказать и избрать последнему более мягкую меру пресечения в виде домашнего ареста.

В обоснование авторы апелляционных жалоб, ссылаясь на положения международных правовых актов, Конституции РФ, нормы УПК РФ и правовые позиции Европейского Суда по правам человека (далее – ЕСПЧ), Конституционного Суда РФ и Верховного Суда РФ, содержащиеся, в том числе, в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» (далее – постановление Пленума Верховного Суда РФ), приводят собственный анализ материалов досудебного производства, на основании которого утверждают, что у судьи не имелось фактических и правовых оснований для избрания в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу, поскольку достаточных данных, объективно подтверждающих наличие у последнего намерений совершить действия, перечисленные в ч. 1 ст. 97 УПК РФ, и невозможность беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения к нему иной, более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, органы предварительного следствия в суд не представили, а изложенные в обжалуемом постановлении выводы судьи о возможном противоправном поведении ФИО1, в случае нахождения его на свободе, основаны исключительно на предположениях и материалами досудебного производства не подтверждаются.

При этом, как полагают авторы апелляционных жалоб, при рассмотрении и разрешении ходатайства следователя судья, фактически проигнорировав обоснованные доводы стороны защиты, не проанализировал возможность избрания в отношении ФИО1 иной, более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, и не обосновал в обжалуемом судебном постановлении невозможность избрания ему в качестве меры пресечения домашнего ареста, залога или подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Кроме того, защитник Кекелидзе в своей апелляционной жалобе указывает, что судья, удовлетворяя ходатайство следователя, должным образом не учел данные о личности ФИО1, который ранее к уголовной ответственности не привлекался, являлся гражданином РФ и проходил военную службу по контракту, имел постоянное место жительства в 

<

адрес>, где проживал совместно со своей супругой и малолетней дочерью, находящейся у него на иждивении, а также оставил без внимания то, что ФИО1 заграничного паспорта, равно как и подданства иностранного государства, родственников, жилых помещений и иных активов за пределами РФ, не имел.

Между тем, указанные обстоятельства, по мнению защитника, объективно свидетельствовали об отсутствии у ФИО1 как намерений, так и фактической возможности, в том числе в связи с объявленной в РФ частичной мобилизацией, скрыться от органов предварительного следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, уничтожить доказательства и оказать давление на других участников уголовного судопроизводства, либо иным путем воспрепятствовать производству по делу, что, с учетом ненасильственного характера инкриминируемого ФИО1 преступления, указывает на отсутствие необходимости и правомерности содержания его под стражей.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции обвиняемый ФИО1 в поддержку доводов апелляционных жалоб дополнительно указал, что уголовное дело в отношении него возбуждено необоснованно, поскольку показания свидетеля ФИО12 не соответствовали действительности.

Рассмотрев материалы досудебного производства, изучив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия находит обжалуемое судебное постановление законным, обоснованным и мотивированным, а апелляционные жалобы защитников – не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из протокола судебного заседания, в ходе судебного разбирательства в соответствии со ст. 15, 244 и 274 УПК РФ обеспечено равенство прав сторон, которым судья гарнизонного военного суда, сохраняя объективность и беспристрастность, в условиях состязательного процесса создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования всех материалов досудебного производства, имеющих значение для правильного разрешения вопроса о мере пресечении в отношении обвиняемого ФИО1.

При этом сведений о том, что судебное разбирательство проводилось формально или предвзято, а судья отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из протокола судебного заседания не усматривается. Участникам процесса предоставлена возможность обосновать свою позицию по рассматриваемому вопросу, а также представить соответствующие доказательства, и в реализации этого права стороны ограничены не были. Все представленные сторонами доказательства надлежащим образом исследованы судьей, а заявленные участниками судебного разбирательства ходатайства разрешены в установленном законом порядке.

Вопреки утверждению авторов апелляционных жалоб, выводы судьи о необходимости избрания обвиняемому ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу ввиду невозможности применения к нему иной, более мягкой меры пресечения, в том числе домашнего ареста, залога или подписки о невыезде и надлежащем поведении, являются правильными и соответствует фактическим обстоятельствам, установленным в ходе судебного разбирательства на основании исследования и тщательного анализа представленных материалов. 

В судебном постановлении изложены убедительные мотивы принятого решения с надлежащим его обоснованием применительно к требованиям ч. 1 ст. 97, 99, ч. 1 ст. 108 и ст. 110 УПК РФ, что соответствует положениям ч. 4 ст. 7 УПК РФ о законности, обоснованности и мотивированности судебного решения.

В соответствии с п. 1-3 ч. 1 ст. 97 и ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. В качестве оснований для избрания меры пресечения, в том числе в виде заключения под стражу, предусмотрено наличие достаточных оснований полагать, что обвиняемый скроется от органов предварительного следствия или суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Исходя из конституционно-правового смысла положений ст. 108 УПК РФ, изложенного в п. 3.4 постановления Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-П, законность и обоснованность применения избранной по судебному решению меры пресечения в виде заключения под стражу определяется наличием выявленных в состязательном процессе фактических и правовых оснований для ее применения. При этом должна обеспечиваться соразмерность ограничений, связанных с применением в отношении лица заключения под стражу в качестве меры пресечения, тяжести инкриминируемого ему преступления, его личности, поведению в период производства по уголовному делу, а также наказанию, которое может быть назначено в случае признания его виновным в совершении преступления. 

Следовательно, при разрешении вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, вопреки доводам авторов апелляционных жалоб, надлежит исходить именно из категорий вероятностного характера, могущих свидетельствовать не о реально предпринятых обвиняемым действиях, а о самой возможности наступления последствий, перечисленных в ст. 97 УПК РФ, учитывая при этом не только данные о личности обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение и род занятий, но и обстоятельства расследования уголовного дела, в том числе обстоятельства предъявленного обвинения, его характер и степень тяжести инкриминированного преступления (ст. 99, ч. 1 ст. 108 УПК РФ).

Как усматривается из представленных в суд материалов, уголовное дело в отношении ФИО1 возбуждено в соответствии законом и расследуется, а ходатайство об избрании ему меры пресечения в виде заключения под стражу инициировано и поддержано уполномоченными на то лицами в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, должным образом мотивировано и отвечает требованиям ст. 108 УПК РФ.

Органами предварительного следствия ФИО1 обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, за которое уголовным законом предусмотрено, в том числе, основное наказание в виде лишения свободы на срок от семи до двенадцати лет.

При этом обоснованность подозрения в возможной причастности ФИО1 к совершению инкриминируемого ему преступного деяния подтверждается представленными органом предварительного следствия в суд материалами, а именно: протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.м. 5-9) и показаниями свидетеля ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 12-15), который, будучи очевидцем произошедших событий, указал на ФИО1, как на лицо, совершившее преступление.

Вышеприведенные сведения должным образом проанализированы и оценены судьей в совокупности с данными о личности обвиняемого ФИО1, что с учетом следственной ситуации по уголовному делу, обусловленной начальным этапом расследования, позволило судье прийти к правильному выводу о необходимости избрания в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу и невозможности применения к нему иной, более мягкой меры пресечения, в том числе и домашнего ареста.

Оснований не согласиться с таким выводом у судебной коллегии не имеется, поскольку он основан на тщательном анализе и правильном оценке исследованных в судебном заседании материалах досудебного производства и соответствует как вышеприведенным требования уголовно-процессуального закона, так и разъяснениям, изложенным в п. 5 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, согласно которым о том, что лицо может скрыться от предварительного следствия или суда, на первоначальных этапах производства по уголовному делу, в частности, могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок, а о том, что обвиняемый может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, – предъявление лицу обвинения в совершении преступления в составе организованной группы.

Ввиду изложенного утверждение авторов апелляционных жалоб об отсутствии у судьи фактических и правовых оснований для избрания в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения по стражу, равно как и доводы о том, что органы предварительного следствия не представили в суд достаточных данных, объективно подтверждающих возможность совершения ФИО1 действий, перечисленных в ч. 1 ст. 97 УК РФ, являются несостоятельными.

Нельзя признать состоятельными и доводы автора апелляционной жалобы о том, что при разрешении ходатайства следователя судья вопрос о возможности избрания ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста не рассмотрел. Высказанным в ходе судебного разбирательства доводам стороны защиты, в том числе о необходимости применения к ФИО1 иной, более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, в судебном постановлении дана надлежащая оценка, которая с учетом установленных в судебном заседании фактических обстоятельств сомнений в своей правильности не вызывает.

Как видно из протокола судебного заседания и содержания обжалуемого судебного постановления, при разрешении ходатайства следователя судье были известны данные о личности ФИО1, в том числе и то, что он ранее к уголовной ответственности не привлекался, являлся гражданином РФ и проходил военную службу по контракту, постоянно проживал до задержания со своей семьей в 

<

адрес> и совместно с супругой воспитывал свою малолетнюю дочерь, находящуюся у него на иждивении, а также не имел заграничного паспорта и подданства иностранного государства, равно как и родственников, жилых помещений и иных активов за пределами РФ.

Вместе с тем указанные сведения, равно как и иные положительные данные о личности обвиняемого, вопреки ошибочному мнению защитников, с учетом предъявленного ФИО1 обвинения, его характера и степени тяжести инкриминированного преступления, сами по себе, безусловными основаниями для применения к последнему иной, более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, не являются.

Что же касается довод авторов апелляционных жалоб об отсутствии у обвиняемого ФИО1 как намерений, так и реальной возможности повлиять на ход следствия по делу, то они является необоснованными, поскольку предварительное расследование не окончено. 

Не могут быть приняты во внимание и доводы обвиняемого ФИО1 о том, что уголовное дело в отношении него возбуждено необоснованно в связи с несоответствием действительности показаний свидетеля ФИО12, поскольку вопросы о виновности лица и оценке собранных по делу доказательств в их совокупности, в том числе с точки зрения их допустимости и достоверности, к предмету судебного разбирательства при решении вопроса о мере пресечения не относятся, что соответствует разъяснениям, содержащимися в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ.

Иные доводы, приведенные стороной защиты, сами по себе, на вышеизложенный вывод судебной коллегии о законности и обоснованности обжалуемого судебного постановления, вынесенного в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, не влияют.

Каких-либо данных о наличии обстоятельств, объективно препятствующих содержанию обвиняемого под стражей, в том числе и по состоянию его здоровья, в материалах досудебного производства не содержится, в ходе судебного разбирательства судьей не установлено и в апелляционных жалобах не приведено.

Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона при рассмотрении и разрешении ходатайства следователя об избрании в отношении обвиняемого ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу судьей гарнизонного военного суда не допущено, а потому оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного постановления, в том числе и по доводам апелляционных жалоб защитников, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

постановила:

постановление судьи Новочеркасского гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ об избрании в отношении обвиняемого ФИО11 ФИО10 меры пресечения в виде заключения под стражу оставить без изменения, а апелляционные жалобы защитников ФИО5 и ФИО6 – без удовлетворения.

Настоящее апелляционное постановление может быть обжаловано в Кассационный военный суд в порядке и сроки, предусмотренные гл. 47.1 УПК РФ.

В случае направления материалов досудебного производства в Кассационный военный суд для рассмотрения в кассационном порядке обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда кассационной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику, отказаться от защитника либо ходатайствовать перед судом кассационной инстанции о назначении ему защитника.

ФИО7 ФИО8