Дело № 2-32/2023

18RS0002-01-2021-002632-69

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 октября 2023 года г. Воткинск

Воткинский районный суд Удмуртской Республики в составе судьи Безушко В.М., при секретаре Стрелковой К.В., 

с участием старшего помощника Воткинского межрайонного прокурора Бейтельшпахер О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5, ФИО2 к федеральному государственному унитарному предприятию «Главное управление специального строительства» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение

установил:

ФИО5, ФИО25 (далее – истцы) обратились в суд с исковым заявлением к ФГУП «ГВСУ №***» (далее – ответчик), согласно которого просят суд взыскать с ответчика в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 637 500 руб., в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в размере 637 500 руб., расходы на погребение в размере 33 330 руб. Требования мотивированы тем, что ФИО3 работал по бессрочному трудовому договору в должности машиниста бульдозера в филиале «УАТ №***» «ФГУП «ГВСУ №***». 

<

дата>, в рабочее время на территории строительной площадки 6Т, расположенной по адресу: 

<

*****> со ФИО3 произошел несчастный случай. ФИО3 не справился с управлением бульдозером №***, в результате чего получил травму (ушиб шейного отдела спинного мозга), от которой 

<

дата> скончался. В ходе расследования несчастного случая выявлены многочисленные нарушения трудовой дисциплины со стороны работодателя (подробно изложены в Акте №*** от 

<

дата>), а также нахождение сотрудника в состоянии алкогольного опьянения. Комиссией по расследованию несчастного случая определена степень вины пострадавшего 15%. Истец ФИО13 является сыном погибшего, ФИО14 - супруга погибшего. Гибель отца и мужа причинила истцам моральный вред, а также истец ФИО13 понес расходы на похороны в размере 30 330 руб. Статья 151 ГК РФ предусматривает возможность компенсации морального вреда в случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. Пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обязанность по возмещению морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, возлагается на причинителя вреда, в данном случае, на работодателя. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Учитывается степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Таким образом, закон обязывает в каждом конкретном случае принимать во внимание характер причиненных потерпевшему страданий с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, степень вины ответчика и иные заслуживающие внимания обстоятельства, а также учитывать требования разумности и справедливости. При этом размер компенсации морального вреда должен носить реальный, а не символический характер. Истцы оценивают размер компенсацию морального вреда в 750 000 руб. каждому. Учитывая степень вины погибшего указанная сумма уменьшается истцами на 15% и составляет 637 500 руб.

<

дата> на основании определения суда произведена замена ответчика ФГУП «ГВСУ №***» на ФГУП «ГВСУ №***» (в настоящее время переименовано на ФГУП «ГУСС» на основании приказа Департамента военного имущества Министерства обороны РФ №*** от 

<

дата> (л.д. 186 том 2)).

<

дата> в порядке ст. 39 ГПК РФ истцами увеличены исковые требования, согласно которых просят взыскать с ответчика в пользу каждого истца компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 руб., в остальной части требования оставляют первоначальными.

<

дата> протокольным определением в порядке ст. 43 ГПК РФ привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных исковых требований ФИО15, ФИО28 

В судебное заседание истец ФИО25 не явилась, о дне, месте и времени судебного заседания извещена надлежащим образом, о чем в материалах дела имеется почтовое уведомление, причину неявки не сообщила. Дело рассмотрено в порядке ст.167 ГПК РФ в отсутствие истца. Ранее в судебном заседании от 

<

дата> пояснила, что ФИО4 приходился супругом, в браке были с 

<

дата> года. От брака имеется трое детей, сын, две дочери - ФИО27 и ФИО28 Муж умер 

<

дата>. Муж был на вахте, он обычно звонил в шесть часов вечера. 

<

дата> в тот день позвонил в одиннадцать вечера и сообщил, что он в больнице, у него отказали руки и ноги, что он потерял сознание, давление упало, по какой причине не сказал, он ничего не помнил. У мужа была астма, он еще и вдобавок с пневмонией попал в реанимацию. Уехал муж на вахту в феврале месяце, 

<

дата> он уже должен был ехать домой. Когда звонил, спросила как он держит трубку, на что муж пояснил, что телефон держит медсестра. День еще с ним разговаривала, потом звонила и сказали, что он в реанимации. О том, что произошло на работе с мужем, узнала от механика, он позвонил. Муж ехал на бульдозере, потерял сознание, и съехал с накопителя, это насыпная куча гравия метров 6-7 высотой, и уткнулся в землю ковшом, вызвали скорую, мужа еле достали из трактора. Когда муж лежал в больнице в другом городе, не навещала мужа, поскольку был коронавирус и никого не пускали, когда его перевели в 

<

*****>, врач нас пускала, примерно раз в неделю, а ездили каждый день. Иногда также пускали сына, дочерей. Когда в 

<

*****> лежал, не разговаривал уже, у него была трубка в трахее, показывал глазами. Он был весом 130 килограмм до произошедшего, а в больнице весил уже около 60 килограмм. Организация, где муж работал, ничем не помогала, не смотря на то, что муж там долго работал, даже на похороны не приехали. Сын ездил к работодателю. Здоровье подорвалось, дома нет никакой поддержки, осталась совсем одна, сын приезжает, делает все необходимое, а так в доме все муж делал. Каждый день лила слезы. С мужем любили друг друга, отношения были доверительные, трое детей, восемь внуков, все любили его. Он кушать готовил, когда приходила с работы, ужинали, он во всем помогал. За всю свою жизнь он меня даже дурой не назвал, называя «моя золотая», не ругались никогда, оберегал. Огородом занимались совместно, в собственности имелся трактор, которым муж обрабатывал огород. По хозяйству все делали вместе. Проживали с мужем вдвоем, дети уже все состоят в барке. О случившемся узнали 

<

дата>, позвонил врач, это было часов в пять вечера. Началась истерика, давление подскочило 180 на 120. Дети до сорока дней находились с истцом, поддерживали. Принимает успокоительные препараты до сих пор. Были хорошие отношения с мужем, по огороду помогал, огород 50 соток, одна не справилась бы, проводили совместно отдых, он месяц отдыхал, истец работала, то приходила домой все приготовлено, все сделано было. Когда узнала о случившемся, день и ночь в слезах, не могла ночью спать, на работе хоть как-то успокаивали, возвращалась домой и снова слезы. До сих пор боль не прошла, его не хватает, даже ночами мерещится, что он находится рядышком. 

В судебное заседание истец ФИО5 не явился, о дне, месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, о чем в материалах дела имеется почтовое уведомление, причину неявки не сообщил. Дело рассмотрено в порядке ст.167 ГПК РФ в отсутствие истца. Ранее в судебном заседании от 

<

дата> пояснил, что ФИО4 приходился родным отцом, работал в Спецстрой России. В 

<

дата> года был дома, позвонила мама - ФИО25, плакала, ничего сказать не могла, кое-как объяснила, что папа на работе попал в аварию. После чего начал звонить отцу, не мог сначала дозвониться, но потом кто-то взял трубку и сказал, что отец в больнице и ничего не может делать, телефон поднесли к уху и отец сказал, что все плохо. Потом звонил, трубку уже никто не брал. Дозвонившись до главного врача, сообщили, что отца перевели в реанимацию, его состояние стабильно тяжелое. Отец находился в больнице в городе 

<

*****>, поскольку отец там был на вахте. Хотел приехать, но в реанимацию никого не пускали. В то время начался короновирус, ввели ограничения, масочный режим, и мне пояснили, что ехать смысла нет, все равно не пустят, также начали дороги закрывать, въезды в города. Про диагноз и полученные травмы изначально ничего не говорили, спустя время сказали о том, что был перелом позвоночника и отец оказался парализованным. Отец лежал изначально в городе 

<

*****>, но за все время отец сменил четыре больницы, последние были уже в городе 

<

*****>, о переводах не сообщали. Отец по телефону говорить не мог, только мычал, он находился на искусственной вентиляции легких, а также был астматиком. Занимался вопросом, чтобы привезти отца в 

<

*****>, но местные врачи ничего не говорили, писал в Министерство здравоохранения УР, потом в Министерство здравоохранения РФ, на что пришел ответ, что помочь не могут, после чего начал писать ФИО16, но ответа не было. В конце 

<

дата> позвонили с 1 РКБ и сообщили, что отца на вертолете переправили в 

<

*****>. Отец пролежал в 1 РКБ около недели-двух, после чего его определили в больницу на 

<

*****> в нейрохирургическое отделение, это было примерно в 

<

дата> года, с врачом кое-как договорились, чтоб пустили к отцу. При встрече отца не узнали, состояние было ужасное, были пролежни. Лечащий врач пускал под свою ответственность в больницу к отцу, поскольку никого не пускали из-за ограничений по ковиду. Врач посоветовал привозить отцу домашнюю пищу, мама каждый день готовила, увозил еду и передавал, и так на протяжении месяца. Кормили отца наверное медицинские сестры, поскольку нас не пускали. Отец скончался 

<

дата>. Ехали в автомобиле втроем и позвонили, сообщили, что папа скончался. Не могу объяснить словами, отец еще был молодой. Потеря для любого человека ужасна, это трагедия, отца любили. Большая боль утраты. С отцом были отличные взаимоотношения, ему всегда помогал, и финансово и физически, он всегда помогал. Приезжал к работодателю, где работал отец, просил оказать помощь на погребение, но никакого ответа не получил, даже на похороны никто не приехал. Денежные средства потратили на ритуальные принадлежности, организовали поминальный обед, все это вышло на сумму 33 330 рублей, для этого нам пришлось продать технику дома. Каждое день рождение всегда приглашали друг друга. Когда отец уезжал на вахту, созванивались с ним через день примерно, интересовался как его дела, как самочувствие, взял ли лекарства от астмы, доверял отцу полностью, во всем. Отец рассказывал о своей работе то, что мог. Говорил на чем работает, какая техника есть. С отцом делился достижениями внуков. Раз или два раза в неделю с родителями виделся, проживали мы раздельно. Первое время после смерти отца было очень тяжело. Были очень страшные ощущения, когда произошла авария и отца парализовало. Надежда у меня была на то, что отец выкарабкается, но когда отца привезли в 

<

*****> и его увидел, понял, что отец умрет. Маме ничего не сказал, поскольку она и так каждый день плакала. Появилось ощущение пустоты на душе, очень сильно отца любил, это большая утрата. Понимал, что мама остается одна и, что без меня ей никак, остался единственной опорой. Человека не вернешь и мысль о том, что его нет, не покидает до сих пор, очень его не хватает. Тяжело это все вспоминать. Все плакали, особенно первый год при упоминании об отце. Внукам не говорили о том, что отец умер, поскольку они были маленькие, и они спрашивали где дедушка. Когда приходил к маме, знал, что там жил папа, везде были его вещи, и любой разговор о нем вызывал слезы. 

В судебном заседании представитель истцов ФИО17, действующая на основании доверенности (доверенность в деле), суду пояснила, что исковые требования и доводы, изложенные в иске, с учетом увеличения исковых требований от 

<

дата>, свои пояснения, данные ранее, полностью поддерживает. 

В судебном заседании представитель ответчика ФГУП «ГУСС» ФИО18 действующая на основании доверенности (доверенность в деле), суду пояснила, что исковые требования и доводы, изложенные в иске, с учетом увеличения исковых требований от 

<

дата> не признает, письменные возражения на иск и пояснения, данные ранее, поддерживает. 

В судебное заседание третье лицо ФИО26 не явился, о дне, месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, о чем в материалах дела имеется расписка, причину неявки не сообщил. Дело рассмотрено в порядке ст.167 ГПК РФ в отсутствие третьего лица. Ранее в судебном заседании от 

<

дата> пояснил, что работал в филиале «УАТ №***» ФГУП «ГВСУ №***» начальником управления автомобильным транспортом в момент, когда произошло происшествие. Дал согласие на то, чтобы принять на работу ФИО4, но с условием, что пройдет все медицинские осмотры, стажировки. Прошел медицинский осмотр и был допущен к управлению, прошел все первичные инструктажи, стажировку и был допущен к самостоятельной работе. Его работа находилась на объектах Министерства обороны РФ, расположенные на 

<

*****>. ФИО4 

<

дата> был принят на должность машиниста бульдозера. У него был вахтовый метод работы, по пятнадцать дней. Они были прикомандированы в Строительное управление №***, они направляли их на работу, прораб тоже был их. 

<

дата> потерпевший находился как раз на вахте, направлялись они туда вахтовым автобусом, и также обратно забирали их. Он проработал всего полгода у меня, его я видел около двух раз, у меня около 500 человек было в подчинении, но я не слышал о том, что он пировал, жалоб не было. Позвонил ФИО31 - начальник участка, кому непосредственно подчинялся ФИО4, и сообщил, что произошло происшествие на объекте, о том, что ФИО4 в состоянии алкогольного опьянения сел за рычаги управления бульдозера и уснул там, до тех пор, пока бульдозер не съехал в кювет. В результате произошедшего ФИО4 ударился головой о лобовое стекло. ФИО32 сообщил механик ФИО33. Связался с ФИО34, который пояснил, что ФИО4 еще утром был в таком состоянии, они его отстранили от работы и на данный объект они его не допускали, путевой лист, который является основанием захода на площадку, не был подписан. ФИО35 сообщил, что вызвал скорую помощь, и ФИО4 увезли. Известно, что ФИО4 лежал в больнице, ему становилось то лучше, то хуже. Была попытка перевезти ФИО4 в 

<

*****>, в связи с чем, его сын к обращался, по транспорту могли помочь, но врачи сказали, что его невозможно везти, переправлять только по воздуху. Потом ФИО4 перенаправили в 

<

*****>. Не было заявлений на какой-либо возврат, выплату компенсаций, поскольку если бы такое имелось, то была бы собрана комиссия и этот вопрос бы решали. 

В судебное заседание третьи лица ФИО15, ФИО28 не явились, о дне, месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, о чем в материалах дела имеются почтовые уведомления, причину неявки не сообщили. Дело рассмотрено в порядке ст.167 ГПК РФ в отсутствие третьих лиц.

Свидетель ФИО19, допрошенный по ходатайству стороны истца, в судебном заседании от 

<

дата> суду показал, что знает ФИО5, ФИО25, знал ФИО4 ФИО5 является близким другом, сослуживцем, неприязненных отношений к участникам процесса не испытывает. ФИО20 знает с 

<

дата> года, познакомились в армии и стали дружить. Со слов ФИО20 известно, что его отец, когда был на вахте, получил травму, из-за чего попал в больницу. В тот период начался коронавирус и его не получилось перевести сразу в 

<

*****> в больницу. К концу 

<

*****> года ФИО4 перевели в больницу 

<

*****>, сначала в РКБ, затем в больницу по 

<

*****>. Домой отца не привозили, только труп. Со ФИО21 общаются тесно, с родственниками ездили в больницу, в последнее время ездили каждый день, поскольку сообщили, что шансов на выживание мало. ФИО8 и родственники были на стрессе, на нервах. Ездили каждый день, еду передавали, средства гигиены, лекарства, мази. 

<

дата> отец ФИО5 умер. В тот день ездили со ФИО21 и его мамой в лес заготавливать веники. Когда возвращались из леса, поступил звонок, она сразу зарыдала, была изначально в шоковом состоянии, потом началась истерика. Само событие было ожидаемо, все были готовы, но оно наступило, и у всех произошло состояние шока, истерики. ФИО5 попытался вести себя собрано, успокаивал маму, покупал ей таблетки. Мама принимала успокоительные таблетки. ФИО5 обзванивал родственников, организовывал похороны. У ФИО30 с отцом были прекрасные отношения, можно позавидовать. Со стороны казалось, что семейная идиллия у них. Когда приезжал к ним, видел то, что они общаются друг с другом, у них были доверительные отношения. После смерти отца жизнь ФИО5 изменилась, пропала жизнерадостность, стал загруженный, нервный, видно, что переживает, поседел из-за этой ситуации, чувствовал себя подавлено, ему было грустно, приглашал в гости, в баню, описывал то, с чем ему пришло столкнуться. Первое время только и говорили о смерти отца. 

Свидетель ФИО22, допрошенная по ходатайству стороны истца, в судебном заседании от 

<

дата> суду показала, что знает ФИО5, ФИО25, ФИО4, знакомы около 

<

*****> лет, примерно с 

<

*****>. Со ФИО2 являются подругами, неприязненных отношений к участникам процесса не испытывает. Со ФИО2 общаются близко, ездят друг к другу в гости с ночёвкой. С какого времени ФИО30 состояли в браке не известно, когда познакомились, они уже состояли в браке, у них трое детей. ФИО30 позвонила и сообщила, что ФИО4 попал в больницу. Пояснила, что на вахте и на работе произошло происшествие. Она была в шоке от того, что муж попал в больницу. Они его пытались перевести в больницу в 

<

*****>, но у них этого не получалось, поскольку состояние было тяжелое. Когда ФИО4 уже лежал в больнице в 

<

*****> они продали имущество, поскольку необходимо было покупать памперсы, медикаменты. Ездили каждый день в больницу, возили памперсы, домашнюю еду. Некоторое время он полежал в больнице, но затем умер. У ФИО2 был стресс, слезы, нервы, они прожили вместе 40 лет и потерять мужа это большая трагедия, тем более, что живет одна в частном доме. Они вместе занимались огородом, у них был трактор, которым они пахали огород. Огород был очень большой. Жили они дружно, не ругались, держались друг за друга. Дети постоянно к ним приезжали, и внуки. Дочери были чаще у матери и отца в гостях. На момент смерти ФИО6 и ФИО7 проживали в доме вдвоем, дети приходили только в гости. ФИО8 с отцом также были дружны. ФИО25 до сих пор плачет, потеря никуда не денется. Когда муж попал в больницу, она совершенно поменялась, была всегда задумчивой, ездила к нему, тяжело ей очень было. Часто к ней ездит к ФИО2, помогает по дому, дето тоже помогают ей. Сейчас ФИО2 наверное стало полегче, но все равно плачет. После смерти мужа пила успокоительные, было плохое общее состояние, то тут заболит, то там заболит, считает, что это проявилось из-за стресса. До смерти мужа она была в бодром состоянии. Сейчас делает дела, забывается. 

Выслушав объяснения явившихся по делу лиц, показания свидетелей, заключение прокурора, исследовав материалы дела, отказной материал №*** по материалу проверки КУСП №*** от 

<

дата>, медицинскую карту стационарного больного ФИО4 №***, а также представленные доказательства и оценив их в совокупности, суд приходит к следующему.

Каждый человек имеет право на жизнь, на свободу и на личную неприкосновенность (статья 3 Всеобщей декларации прав человека).

Здоровье и жизнь человека являются высшей ценностью, охраняемой государством. К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (статья 20, часть 1), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (статья 41, часть 1), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага. В силу указанных положений Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом (статья 18 Конституции Российской Федерации). 

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни.

К числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека относится и право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, которое является производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленного в Конституции Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

Согласно ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Статьей 1099 Гражданского кодекса РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьей 151 ГК РФ. 

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, учитывает степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. 

В силу статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненного потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. 

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" предусмотрено, что моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. 

Согласно абзацу 3 пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности, членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. 

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзац 4 пункта 32 Постановления). 

Исходя из положения ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении вреда жизни или здоровью гражданина в случаях, когда ответственность наступает независимо от вины, отказ в возмещении вреда не допускается. Однако, согласно указанной норме права при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. 

В силу разъяснений данных в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.). 

Степень вины потерпевшего при наличии в его действиях грубой неосторожности, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, является обязательным критерием оценки судом при определении размера компенсации морального вреда.

В судебном заседании установлено, что 

<

дата> ФИО4. принят на работу машинистом бульдозера на участок строительной техники и подъемно-транспортных механизмов филиала «Управления автомобильного транспорта №***» ФГУП «Главное военно-строительное управление №***». 

На основании приказа №***-к от 

<

дата> ФИО4 был направлен на работу вахтовым методом в 

<

*****>.

<

дата> на территории строительной площадки рабочего поселка 

<

*****> произошел несчастный случай - ФИО4, находясь в состоянии алкогольного опьянения во время управления трактором №***, г.р.з №***, не справившись с управлением допустил наезд на препятствия в виде грунта земли, в результате чего не удержавшись в кресле водителя, ударился о лобовое стекло трактора лицом, а также при падении спиной назад ударился поясницей о край водительского сидения, в следствие чего, согласно медицинскому заключению ГБУЗ СО «ГБ №*** 

<

*****>» от 

<

дата> получил телесные повреждения в виде ушиба шейного отдела спинного мозга, тетрапарез, алкогольное опьянение (этанол 3,08 г/л).

ФИО4 был доставлен ГБУЗ СО «ГБ №*** 

<

*****>» для оказания медицинской помощи, переведен в Свердловскую областную клиническую больницу, на вертолете доставлен в Первую республиканскую клиническую больницу УР и 

<

дата> транспортирован в БУЗ УР «ГКБ №*** МЗ УР».

<

дата> ФИО4 скончался.

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы БУЗ УР «БСМЭ МЗ УР» №*** от 

<

дата> у ФИО4 установлены повреждения характера сочетанной травмы головы и шеи. Данные повреждения, как единый комплекс, причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека, состоят в прямой причинно-следственной связью со смертью. Давность образования указанных повреждений не противоречит сроку 

<

дата>. Вышеуказанные повреждения образовались в результате воздействия твердого тупого предмета (предметов) или при ударе о таковые, которыми в данном случае явились части кабины бульдозера. Не исключена возможность образования этих повреждений при обстоятельствах ДТП, имевшего место 

<

дата>. Причиной смерти ФИО4 явилась сочетанной травмы головы и шеи в виде: закрытой позвоночно-спинномозговой травмы в виде переломов остистых отростков шестого и седьмого шейных позвонков с ушибом шейного отдела спинного мозга тяжелой степени; закрытого перелома костей спинки носа со смещением; осложнившаяся образованием флегмон мягких тканей задней поверхности туловища в области крестца и правого бедра с развитием сепсиса и полиорганной недостаточности. Соответственно, имевшиеся у ФИО4 повреждения состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью. 

<

дата> комиссия по расследованию несчастного случая на производстве со смертельным исходом квалифицировала несчастный случай с машинистом бульдозера ФИО23 как несчастный случай на производстве, который подлежит оформлению актом о несчастном случае на производстве формы №***, учету и регистрации в филиале «УАИ №***» ФГУП «ГВСУ №***». 

В качестве причин, вызвавших нечастный случай, указано: 

-неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в не принятие мер, исключающих возможность управления механизмом (бульдозером) лицом, находящимся в алкогольном опьянении; отсутствие в учреждении системы управления охраной труда, что привело к не исполнению требований охраны труда и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права при организации работ в филиале «УАТ №***», в частности: не созданы условия, необходимые для соблюдения работниками дисциплины труда, допуск работника без обучения по охране труда, допуск работника без прохождения обязательных медицинских осмотров, допуск работника без средств индивидуальной и коллективной защиты, смывающих и обезвреживающими средствами. Нарушение ст. ст. 22, 76, 189, 212, 213, 221, 225 Трудового кодекса РФ, п. 2 Типового положения о системе управления охраной труда (утв. Приказом Минтруда России от 19.08.2016 № 438н);

- нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда, в т.ч. нахождение пострадавшего в состоянии алкогольного, наркотического и иного токсического опьянения. Нарушение ст. 214 Трудового кодекса РФ.

Ответственными лицами за допущенные нарушения требований законодательства и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, приведшие к несчастному случаю, являются: 

- главный инженер ФГУП «ГВСУ №***» ФИО24 не обеспечил создание и функционирование в филиале «УАТ №***» системы управления охраной труда, не созданы условия, необходимые для соблюдения работниками дисциплины труда (нарушение ст. ст. 22, 189, 228.1, 212 Трудового кодекса РФ, п.2 Типового положения о системе управления охраной труда, утв. Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 19 августа 2016 г. N 438н, пактов 2.26, 2.2.7, 2.2.8, 2.2.10, 2.2.11 Должностной инструкции главного инженера (№***));

- начальник филиала «УАТ №***» ФГУП «ГВСУ №***» ФИО26 не организовал соблюдение требований охраны труда и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права при организации работ в филиале, в частности: допуск работника без обучения по охране труда, допуск работника без прохождения обязательных медицинских осмотров, допуск работника без средств индивидуальной и коллективной защиты, смывающих и обезвреживающими средствами (нарушение ст. ст. 22, 76, 212, 213, 221, 225 Трудового кодекса РФ, пактов 2.11, 2.16 Должностной инструкции начальника филиала «№***» (№***));

- машинист бульдозера ФИО4 нарушил трудовой распорядок и дисциплину труда, находясь на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянении (Нарушение ст. 214 Трудового кодекса РФ, п. 2.2 правил внутреннего трудового распорядка. Вина работника 15%).

<

дата> начальник филиала «УАТ №***» ФГУП «ГВСУ №***» утвердил акт формы №*** о несчастном случае на производстве на пострадавшего ФИО4 

В связи с чем, 

<

дата> постановлением государственной инспекции труда по 

<

*****> №*** начальник филиала «УАТ №***» ФГУП «ГВСУ №***» ФИО26 привлечен к административной ответственности по ч. 4 ст. 5.27.1 КоАП РФ, постановлением государственной инспекции труда по 

<

*****> №*** ФГУП «ГВСУ №***» привлечено к административной ответственности по ч. 3 ст. 5.27.1 КоАП РФ, постановлением государственной инспекции труда по 

<

*****> №*** ФГУП «ГВСУ №***» привлечено к административной ответственности по ч. 1 ст. 5.27.1 КоАП РФ. 

Истец ФИО25 приходится супругой умершего ФИО4, брак был заключен 

<

дата>, истец ФИО5 приходится умершему родным сыном.

Разрешая заявленные исковые требования, суд считает, что иск о взыскании компенсации морального вреда к ФГУП «ГУСС» заявлен обоснованно, поскольку на момент несчастного случая ФИО4 являлся работником данной организации, выполнял свои должностные обязанности на тракторе (бульдозере), принадлежащем также ФГУП «ГУСС». 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства несчастного случая.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан, в том числе, соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей; знакомить работников под роспись с принимаемыми локальными нормативными актами, непосредственно связанными с их трудовой деятельностью; исполнять иные обязанности, предусмотренные трудовым законодательством, в том числе законодательством о специальной оценке условий труда, и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и трудовыми договорами.

Работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника, в том числе, появившегося на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; не прошедшего в установленном порядке обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда; не прошедшего в установленном порядке обязательный медицинский осмотр, а также обязательное психиатрическое освидетельствование в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации; при выявлении в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, противопоказаний для выполнения работником работы, обусловленной трудовым договором; в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (ст. 76 ТК РФ).

Согласно ст. 189 ТК РФ дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Работодатель обязан в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором создавать условия, необходимые для соблюдения работниками дисциплины труда.

Государственные нормативные требования охраны труда обязательны для исполнения юридическими и физическими лицами при осуществлении ими любых видов деятельности, в том числе при проектировании, строительстве (реконструкции) и эксплуатации объектов, конструировании машин, механизмов и другого производственного оборудования, разработке технологических процессов, организации производства и труда (т. 212 ТК РФ).

В силу ст. 221 ТК РФ для защиты от воздействия вредных и (или) опасных факторов производственной среды и (или) загрязнения, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях, работникам бесплатно выдаются средства индивидуальной защиты и смывающие средства, прошедшие подтверждение соответствия в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании. Работодатель за счет своих средств обязан в соответствии с установленными нормами обеспечивать своевременную выдачу средств индивидуальной защиты, их хранение, а также стирку, химическую чистку, сушку, ремонт и замену средств индивидуальной защиты.

Финансирование мероприятий по улучшению условий и охраны труда работодателями (за исключением государственных унитарных предприятий и федеральных учреждений) осуществляется в размере не менее 0,2 процента суммы затрат на производство продукции (работ, услуг). Примерный перечень ежегодно реализуемых работодателем за счет указанных средств мероприятий по улучшению условий и охраны труда, ликвидации или снижению уровней профессиональных рисков либо недопущению повышения их уровней устанавливается федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда. В отраслях экономики, субъектах Российской Федерации, на территориях, а также у работодателей могут создаваться фонды охраны труда в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления. Работник не несет расходов на финансирование мероприятий по улучшению условий и охраны труда (ст. 225 ТК РФ).

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (ст. 214 ТК РФ).

При таких обстоятельствах, причиной несчастного случая явилось неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в не принятие мер, исключающих возможность управления трактором (бульдозером) ФИО23, находящимся в алкогольном опьянении; отсутствия в учреждении системы управления охраной труда, что привело к не исполнению требований охраны труда и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права при организации работ в филиале «УАТ №***», поскольку не созданы условия, необходимые для соблюдения работниками дисциплины труда, допуск работника без обучения по охране труда, допуск работника без прохождения обязательных медицинских осмотров, допуск работника без средств индивидуальной и коллективной защиты, смывающих и обезвреживающими средствами, а также нарушение работником ФИО23 трудового распорядка и дисциплины труда, в т.ч. нахождение пострадавшего в состоянии алкогольного опьянения.

Вред, причиненный работнику в рабочее время и при исполнении им трудовых обязанностей, в результате неудовлетворительной организации производства работ со стороны работодателя является основанием для его возмещения работодателем. Работодатель обязан был обеспечить безопасные условия труда и организовать производство работ с учетом обязательных требований охраны труда в условиях деятельности, представляющей повышенную опасность (работа на тракторе (бульдозере)), в связи с чем, обязанность по возмещению причиненного вреда в соответствии с приведенными нормами должна быть возложена на ответчика. 

В соответствии с п. 1 ст. 1083 ГК РФ, вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. 

Умысел потерпевшего в рассматриваемом случае отсутствует, поскольку не установлен комиссией по расследованию несчастного случая на производстве. Условия причинения вреда, установленные судом, такое обстоятельство также исключают. 

Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно (п. 3 ст. 1083 ГК РФ). 

Положения п. 3 ст. 1083 ГК РФ в рассматриваемом случае не применимы, поскольку данной нормой предусмотрено уменьшение размера возмещения вреда, причиненного гражданином. 

В соответствии с п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. 

Как указано в п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" при разрешении спора о возмещении вреда жизни или здоровью, причиненного вследствие умысла потерпевшего, судам следует учитывать, что согласно п. 1 ст. 1083 ГК РФ такой вред возмещению не подлежит. 

Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (п. 2 ст. 1083 ГК РФ). 

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.). 

Разрешая вопрос о том имелась ли в действиях ФИО4 грубая неосторожность, суд учитывает, что по правилам п. 1 ст. 14 Федерального закона от 24.07.1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" степень вины застрахованного устанавливается в процентах и указывается в акте о несчастном случае. 

Пунктом 27 Постановления Министерства труда и социального развития Российской Федерации "Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях" предусмотрено, что в случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению размера вреда, причиненного его здоровью, в пункте 10 акта формы Н-1 указывается степень его вины в процентах, определенная лицами, проводившими расследование страхового случая. 

Наличие грубой неосторожности ФИО4 отмечено в Акте №*** от 

<

дата> о несчастном случае на производстве (форма №***). 

При таких обстоятельствах, определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд, исходя из положений пункта 2 статьи 1083 ГК РФ об учете вины потерпевшего, учитывает, что несчастный случай с погибшим ФИО23 произошел, в том числе из-за грубой неосторожности самого ФИО4, выразившейся в том, что он находился на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, тем самым нарушил трудовой распорядок и дисциплину труда. Как следует из акта степень его вины установлена 15%. Приведенный акт в установленном законом порядке работодателем не оспорен.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства произошедшего, степень вины ответчика и степень вины пострадавшего, и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Истцы, будучи женой и сыном погибшего ФИО4, ссылались на нарушение их личных неимущественных прав в результате действий ответчика, которые являются основаниями для возмещения причиненных им нравственных страданий. 

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 ГК РФ. 

На основании п. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Согласно правовой позиции, выраженной в п. 2 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. 

Согласно ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. 

Жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). 

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. 

Пленумом Верховного Суда РФ в Постановлении от 28 апреля 1994 года разъяснено, что размер возмещения морального вреда определяется судом в решении, исходя из степени тяжести травмы, иного повреждения здоровья, других обстоятельств, свидетельствующих о перенесенных потерпевшим физических и нравственных страданий, а также с учетом имущественного положения причинителя вреда, степени вины потерпевшего и иных конкретных обстоятельств. 

Моральный вред возмещается независимо от возмещения имущественного вреда и не может быть поставлен в зависимость от его размеров. 

В этой связи, рассматривая требования ФИО5, ФИО2 о компенсации причиненного им в связи с изложенными событиями морального вреда, суд, руководствуясь приведенными положениями законодательства, считает их обоснованными. 

В результате несчастного случая с мужем и отцом, им как жене и сыну причинен моральный вред. 

Суд полагает не подлежащим дополнительному доказыванию факт того, что утрата близкого родственника, человека, причиняет любому человеку душевную боль и нравственные страдания, препятствует дальнейшему гармоничному протеканию жизни и делает невозможным продолжать привычный образ жизни. 

Необходимость защиты семейных связей следует из статьи 38 Конституции РФ, объявляющей семью находящейся под защитой государства. Смерть близкого родственника нарушает целостность семьи и семейные связи, при этом одновременно с причинением вреда семейным связям человека нарушается еще ряд его личных неимущественных прав, состав которых зависит от специфики семейных связей члена семьи с умершим. 

Помимо причинения вреда семейным связям как неимущественному благу истцов в результате смерти их мужа и отца, одновременно, нарушены и их личные неимущественные права как членов его семьи. 

Так, ФИО5, ФИО2, потерявшим своего мужа и отца, причинено горе, от последствий которого они никогда не оправятся. Потеря мужа и отца стала для истцов тяжелым моральным и физическим потрясением, невосполнимой утратой. Отношения между истцами и умершим ФИО23, как это установлено из показаний допрошенных в судебном заседании свидетелей, были добрыми и теплыми, относились они друг другу с любовью, характерной для членов дружной семьи. 

ФИО25 проживала совместно с мужем в браке с 

<

дата>. Супруги любили друг друга, между ними сложились прекрасные отношения. В связи с чем, смерть мужа негативно отразилась на качестве социальной, семейной, межличностной адаптации ФИО2 

В судебном заседании, кроме того, установлено, что на день смерти ФИО4 и ФИО5 проживали раздельно, но продолжали общаться через день посредством телефонных звонков, часто встречались, помогали друг другу в различных бытовых вопросах, интересовались жизнью друг друга. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание также обстоятельства, при которых ФИО4 длительное время находился на лечении и в последствии умер, характер физических и нравственных страданий каждого из истцов, потерявших мужа и отца (в том числе расстройство сна, стресс, подавленное настроение, чувство утраты, страха, тревоги, угнетенности и подавленности), описанный выше характер межличностных близких отношений, сложившихся между ФИО23 и ФИО2, а также между ФИО23 и ФИО21, и с учетом требований разумности и справедливости оценивает размер компенсации морального вреда, причиненного истцам в 500 000 руб. каждому из истцов. 

Суд полагает такой размер компенсации является разумным, справедливым и адекватным пережитым истцами моральным и нравственным страданиям, вызванным перенесенными ими душевными травмами в связи с утратой близкого человека. 

Определенные судом денежные компенсации морального вреда в достаточной степени компенсируют причиненный истцам моральный вред. 

Таким образом, заявленные исковые требования ФИО5, ФИО2 суд удовлетворяет частично. 

Доказательств необходимости возмещения морального вреда в требуемом истцами размере 1 000 000 руб. каждому, не представлено. 

При определении размера компенсации морального вреда судом были приняты во внимание фактические обстоятельства причинения вреда. Уменьшая сумму компенсации морального вреда, суд исходит из того обстоятельства, что истцами не представлены в суд достаточные доказательства, свидетельствующие о том, что действиями ответчика причинен моральный вред, подлежащий компенсации в заявленном истцами размере. 

Также истцом ФИО21 заявлены требования о взыскании с ответчика расходов на погребение. 

В соответствии со ст. 1094 Гражданского кодекса РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается. 

Согласно представленным в материалы дела договору бытового подряда на оказание услуг (организации похорон) №*** от 

<

дата>, заключенного ФИО21 и ООО «Небеса сервис», квитанции №*** от 

<

дата>, кассового чека на сумму 33 330 руб. от 

<

дата> в связи со смертью отца ФИО4 истцом ФИО21 понесены расходы по организации похорон и приобретением сопутствующих ритуальных принадлежностей в общей сумме 33 330 руб. Достоверность сведений, указанных в данных документах, ответчиком не опровергнута, в связи с чем, они признаются надлежащими доказательствами несения истцом ФИО21 расходов на погребение ФИО4 

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 12.01.1996 N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" (далее - Закон о погребении) погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. 

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в ст. 9 Закона о погребении. Однако данной статьей определен лишь минимальный перечень услуг, связанных с захоронением, которые финансируются за счет федерального бюджета, бюджета субъекта РФ, Пенсионного фонда РФ и Фонда социального страхования РФ. 

В соответствии со ст. 5 Закона о погребении вопрос о необходимых расходах на погребение должен разрешаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти. 

Согласно п. 1 ст. 9 Закона о погребении специализированные службы на безвозмездной основе оказывают услуги по погребению согласно гарантированному перечню (оформление документов, необходимых для погребения, предоставление о доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения, перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий), погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом). 

Ни названный Федеральный закон, ни Гражданский кодекс РФ не определяет критерии достойных похорон, а потому категория достойных похорон является оценочной, главным ориентиром должна служить воля умершего (п. 1 ст. 5 Закона о погребении). Однако, в случае отсутствия волеизъявления умершего, право на разрешение действий, указанных в п. 1 ст. 5, имеют супруг, близкие родственники (дети, родители, усыновленные, усыновители, родные братья и родные сестры, внуки, дедушка, бабушка), иные родственники либо законный представитель умершего, а при отсутствии таковых иные лица, взявшие на себя обязанность осуществить погребение умершего с учетом своего отношения к умершему, а также с учетом отношения близких к памяти об умершем. 

При этом размер возмещения не может ставиться в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте Российской Федерации или в муниципальном образовании, предусмотренного ст. 9 Закона о погребении. Возмещению подлежат необходимые расходы на достойные похороны, отвечающие требованиям разумности, что в полной мере соответствует понесенным истцом ФИО21 расходам, поскольку в вышеуказанной норме перечисляется лишь гарантированный перечень услуг, оказываемых государством на безвозмездной основе, он не является исчерпывающим при определении вопроса о дополнительных действиях лиц по захоронению умерших. 

Данный вывод следует также из содержания пункта 2 статьи 1094 Гражданского кодекса РФ, которым предусмотрено, что пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается. 

Кроме того, статья 1094 Гражданского кодекса РФ ссылку на Федеральный закон "О погребении и похоронном деле" в части подлежащих возмещению расходов на погребение не содержит. 

Выплата ответчиком сыну погибшего социального пособия на погребение, предусмотренного ч. 2 ст. 10 Закона о погребении не относится к настоящему иску, основанному на возмещении причиненного вреда. 

Оценив представленные истцом ФИО21 доказательства затрат, связанных с расходами на погребение, суд считает их подлежащими возмещению в полном объеме, поскольку вышеуказанные расходы не выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению, являются необходимыми для достойных похорон отца и разумными, доказательств их чрезмерности ответчиком не представлено. 

В соответствии с частью 1 ст. 103 ГПК РФ, подпункта 8 пункта 1 статьи 333.20 части второй НК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается в соответствующий бюджет с ответчика, если он не освобожден от уплаты государственной пошлины.

С ответчика в соответствии со ст. 103 ГПК РФ в бюджет МО «

<

*****>» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 800 руб.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования исковые требования ФИО5, ФИО2 к федеральному государственному унитарному предприятию «Главное управление специального строительства» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение, удовлетворить частично. 

Взыскать с федерального государственного унитарного предприятия «Главное управление специального строительства» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, расположенного по адресу: 

<

*****> в пользу ФИО5 (

<

дата> года рождения, уроженца 

<

*****>, зарегистрированного по адресу: 

<

*****>, паспорт №***, выданный ГУ МВД России по 

<

*****> 

<

дата>) компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб., расходы на погребение в размере 33 330 руб. 

Взыскать с федерального государственного унитарного предприятия «Главное управление специального строительства» в пользу ФИО2 (

<

дата> года рождения, уроженки 

<

*****>, зарегистрированной по адресу: УР, 

<

*****>, паспорт №***, выданный УВД 

<

*****> УР 

<

дата>) компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

Взыскать с федерального государственного унитарного предприятия «Главное управление специального строительства» государственную пошлину в размере 1 800 руб. в пользу бюджета МО «

<

*****>».

Решение суда может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы (представления) через Воткинский районный суд Удмуртской Республики.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 30.10.2023 года.

Судья В.М.Безушко