П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Кириллов 25 апреля 2017 года

Кирилловский районный суд Вологодской области в составе:

судьи Смирновой В.М.

при секретаре Николаевой О.В.

с участием государственного обвинителя Колованова И.В.,

подсудимого ФИО1, 

защитника Горева М.В., удостоверение № 49 и ордер,

представителей потерпевшего Т. В.

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО1, 

<

данные изъяты>, проживающего по адресу: 

<

адрес> (зарегистрирован 

<

адрес>); ранее не судимого; 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.260 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО1 совершил незаконную рубку лесных насаждений в особо крупном размере при следующих обстоятельствах.

В один из дней конца февраля 2016 года ФИО1, являясь директором субподрядной организации ООО «

<

данные изъяты>», не имея разрешающих документов на рубку лесных насаждений в выделе 30 квартала 57 колхоза «

<

данные изъяты>» 

<

адрес> сельского участкового лесничества, организовал незаконную рубку деревьев в указанном выделе, в результате которой нанятые ФИО1 работники осуществили рубку деревьев на площади 0,2 га в количестве 61 штука, объемом 42, 92 куб.м, из них: породы «ель» в количестве 55 штук объемом 38,64 куб.м, породы «сосна» в количестве 3 штук объемом 2,96 куб.м, породы «береза» в количестве 2 штуки объемом 0,62 куб.м, породы «осина» в количестве 1 штуки объемом 0,7 куб.м, входящих в категорию защитности – леса, выполняющие функции защиты природных и иных объектов: защитные полосы лесов, расположенные вдоль автомобильных дорог общего пользования, находящихся в собственности субъектов Российской Федерации. В результате действий ФИО1 Российской Федерации причинен материальный ущерб в особо крупном размере на общую сумму 494 810 рублей 58 копеек.

Подсудимый ФИО1 вину в совершении преступления не признал, ссылаясь на допущенную им техническую ошибку. Суду показал, что он не имел прямого умысла на незаконную рубку, а работал по договору субподряда, заключенному между ООО «

<

данные изъяты>» и ООО 

<

данные изъяты>» на арендуемом лесном участке колхоза «

<

данные изъяты>». У арендатора была оформлена лесная декларация, но на другие делянки. Так как заказчик его торопил с выполнением работ по заготовке древесины, а фактическое местоположение отведенных под рубку делянок несмотря на его неоднократные обращения к работникам лесничества, арендатору и заказчику не показали, то он самостоятельно по имеющимся документам и деляночным столбам определил примерное место рубки, после чего с помощью нанятых работников и техники расчистил подъезд к месту рубки, и заготовили за два дня около 50 куб.м древесины. Заготовленную древесину не вывезли, так как НПО «

<

данные изъяты>» расторгли договор.

Исследовав материалы дела, суд находит вину ФИО1 в совершении преступления полностью установленной. Его вина подтверждается протоколом осмотра места происшествия, протоколом о лесонарушении, расчетом размера причиненного ущерба, показаниями представителя потерпевшего Т.., свидетелей Ч.., Е., К.., С. К. Б. Б. М. П.., Н.., К. ведомостью перечета пней незаконно срубленных деревьев, абрисом незаконной рубки и другими документами.

Как следует из протокола осмотра места происшествия от 21 марта 2016 года, объектом осмотра является участок местности, расположенный вблизи 

<

адрес> лесного массива квартал 57 выдел 30, 24 леса колхоза «

<

данные изъяты>». Установлено, что в выделе 30 вырублено три дерева породы «сосна», 2 дерева породы «береза», 1 – породы «осина», 55 деревьев породы «ель». На указанном участке обнаружены пни от указанных деревьев диаметром от 18 до 50 см. по характеру спилов имеются основания полагать, что деревья спилены бензопилой, следы волочения на всей территории осматриваемого участка, следы трелевочника. Со слов участвующего в осмотре Е.. на вырубку деревьев в выделах 24, 30 лесной декларации не было. Изъяты спилы: один «сосны», четыре «ели». Следов транспортных средств не обнаружено, территория занесена снегом (т.1 л.д.8-9). 

Представитель потерпевшего Т. суду показал, что он работает в должности 

<

данные изъяты>. Примерно в середине марта 2016 года ему стало известно, что арендатор колхоза «

<

данные изъяты>» начал заготавливать древесину не в том месте. От кого ему это стало известно, он уже не помнит. У СПК (колхоза) «

<

данные изъяты> арендован квартал 57 

<

адрес> сельского участкового лесничества. Им был подготовлен приказ на патрулирование инспектору Т. в том числе и на проверку данной территории на предмет незаконной рубки. 21 марта 2016 года от Е. стало известно, что обнаружена незаконная рубка в 57 квартале, после чего он сообщил в полицию. В последующем были собраны и предоставлены в отдел полиции необходимые документы о незаконной рубке. Сумма ущерба, в соответствии с Методикой исчисления размера вреда, причинённого лесам (утв. постановлением Правительства РФ от 08.05.2007 года № 273) составила 494 810 рублей 58 копеек, данный ущерб образовался от незаконной рубки в 30 выделе 57 квартала колхоза «

<

данные изъяты>». Несмотря на то, что весь 57 квартал колхоза «

<

данные изъяты>» 

<

адрес> участкового лесничества находится в аренде у СПК (колхоз) «

<

данные изъяты>», это не значит, что рубку они могут производить в любых выделах. Для того, чтобы рубка была законной, необходимо на каждую лесосеку подавать лесную декларацию. На 24 и 30 выделы 57 квартала колхоза «

<

данные изъяты>» 

<

адрес> участкового лесничества лесные декларации не поступали, соответственно рубка деревьев в данных выделах является незаконной. Выдел 30 квартала 57 колхоза «

<

данные изъяты>» 

<

адрес> участкового лесничества находится в защитной полосе вдоль дорог общего пользования, что указано в справке, ведомости перечета пней незаконно срубленных деревьев, протоколе о лесонарушении № 1, расчетах ущерба. Причиненный ущерб является особо крупным. Гражданский иск заявлен в интересах Российской Федерации.

Аналогичные показания дал представитель потерпевшего В.

Показания представителей потерпевшего в части размера причиненного ущерба подтверждаются расчетом размера ущерба, причиненного лесным насаждениям вследствие нарушения лесного законодательства в защитных лесах, расположенных в выделе 30 квартала 57 

<

адрес> сельского участкового лесничества колхоза «

<

данные изъяты>» (т.1 л.д.22-24), а также справкой об ущербе, в которой указано, что в результате нарушения лесного законодательства: незаконной рубки деревьев хвойных и лиственных пород в объеме 42,92 куб.м, находящихся в защитной полосе вдоль дорог общего пользования, расположенных в выделе 30 квартала 57 

<

адрес> сельского участкового лесничества, причинен ущерб Российской Федерации в размере 494 810 рублей 58 копеек (т. 1 л.д. 15).

Свидетель Е. суду показал, что в конце февраля 2016 года, точную дату он уже не помнит, ему позвонил ФИО1, который попросил его показать делянку около 

<

адрес> в квартале 57, выдел не помнит. Он (Е.) в тот день находился на патрулировании в той стороне, поэтому согласился. Он из 

<

адрес> вместе с работниками поехал к 

<

адрес>. ФИО2 ему сказал, какой квартал и выдел ему нужен (где находится их делянка), и он (Е.) по навигатору определил расстояние до нужного им выдела от дороги: от съезда с асфальтовой дороги в лес. Как он помнит, то им указывал расстояние больше 300 метров. Также в данном месте имелся заметенный след от бурана. У ФИО2 с собой была копия технологической карты разработки лесосеки, которая у них была в электронном виде, и пришлось ее распечатывать в 

<

адрес> библиотеке. Абрис отвода делянки отсутствовал, а по технологической карте не определить месторасположение делянки, поэтому он не смог указать точное место расположения отведенной под рубку делянки. Сам он не был подготовлен, чтобы идти с мужчинами в лес искать их делянку, тем более не было необходимых документов. В лес он не ходил, показывал только направление. В последующем по указанию руководителя им проводилось патрулирование, когда он устанавливал границы делянки, то и обнаружил, что рубка проведена за границами отведенной лесосеки. В месте незаконной рубки в выделах 24 и 30 часть деревьев находилась в штабеле, часть в хлыстах, часть деревьев вывезена. Им был осуществлен перечет пней, составлена ведомость, с места происшествия он сразу же сообщил в полицию, и с сотрудниками полиции, зафиксировали место незаконной рубки. Также он по абрису пошел определять место делянки, разрешенной к рубке в квартале 57, арендуемым колхозом «

<

данные изъяты>», он обошел всю делянку по периметру. Там по углам имелись столбы деляночные, границы делянки отделены затесками; некоторые столбы ему пришлось поискать, но, тем не менее, они все имелись с соответствующими надписями. От места незаконной рубки до разрешенных делянок было расстояние примерно 300 метров – это от асфальтовой дороги вглубь леса. Расстояния замерялись им и сотрудниками полиции при помощи мерной ленты. Им для расчета ущерба применялись таксы для категории защитных лесов, данные расчеты сделаны верно, так как участки местности расположенные вдоль автомобильных дорог на расстоянии 250 метров от оси дороги в обе стороны относятся к землям государственного лесного фонда защитных полос лесов. Данный участок лесного массива в выделе 30 квартале 57, где произведена незаконная рубка, находится вдоль дороги «

<

адрес>». Примерно в конце марта - начале апреля 2016 года он еще раз проводил патрулирование в 57 квартале, так как хотел убедиться, что новая бригада рубит в нужном месте. Данная бригада рубила все правильно, работали на валочных машинах; им проверены границы делянки, нареканий не было. В месте незаконной рубки, произведенной бригадой ФИО2, визиров он не видел. 

В ходе проверки показаний на месте происшествия Е.. указал, что необходимо прибыть к 

<

адрес>. Е. пояснил, что на расстоянии примерно 1 км от знака «

<

адрес>» по направлению в сторону 

<

адрес> имеется съезд в лес – лесная дорога, съезд находится с левой стороны. На обочине дороги у съезда в лес на навигаторе установлена точка для определения расстояния до места незаконной рубки. Далее Е. указал в лесном массиве место незаконной рубки. До начала края незаконной рубки расстояние составило 201 метр, до центральной части участка незаконной рубки – 210 метров. Осматриваемая территория находится в 57 квартале 30 выделе колхоза «

<

данные изъяты>» 

<

адрес> участкового лесничества (т.1 л.д.67-70). 

Показания свидетеля Е. подтверждаются его сообщением в ОМВД по Кирилловскому району от 21 марта 2016 года о том, что возле 

<

адрес> в ходе патрулирования выявлена незаконная рубка лесных насаждений (т. 1 л.д. 6); заявлением от 22 марта 2016 года Е., где он просит разобраться по факту незаконной рубки деревьев в выделе 30 квартала 57 колхоза «

<

данные изъяты>» 

<

адрес> сельского участкового лесничества, провести расследование по установлению лиц, виновных в нарушении лесного законодательства (т. 1 л.д. 14), а также составленным Е. протоколом о лесонарушении № 1 от 21 марта 2016 года, согласно которого установлена незаконная рубка деревьев в квартале 57 выдел 30 

<

адрес> сельского участкового лесничества колхоза «

<

данные изъяты>» 

<

адрес> лесничества на площади 0,2 га в количестве 61 штука объемом 42,92 куб.м, из них: незаконная рубка деревьев породы «сосна» в количестве 3 штук объемом 2,96 куб.м; незаконная рубка деревьев породы «ель» в количестве 55 штук объемом 38,64 куб.м; незаконная рубка деревьев породы «береза» в количестве 2 штук объемом 0,62 куб.м; незаконная рубка деревьев породы «осина» в количестве 21 штука объемом 0,7 куб.м (т.1 л.д.18-21). Указанные в протоколе о лесонарушении данные подтверждаются ведомостью перечета пней незаконно срубленных деревьев (т. 1 л.д. 16), абрисом незаконной рубки (т. 1 л.д. 17), расчетом размера ущерба (т.1 л.д.15) и у суда сомнений не вызывают. 

Свидетель Ч. показал суду, что он является директором ООО «

<

данные изъяты>». Их организацией 11 февраля 2016 года был заключен договор с СПК (колхоз) «

<

данные изъяты>» на закупку леса в хлыстах объемом примерно 3000 куб.м. Ему известно, что у СПК (колхоз) «

<

данные изъяты>» с 

<

адрес> лесничеством заключен договор аренды лесных насаждений. Именно из данного арендованного леса и было выделено 3000 куб.м. Делянку отводил Б. который работает мастером по лесу. От Б. ему было известно, что делянка находится примерно в 350 метрах от асфальтовой дороги, граничит с ранее вырубленной делянкой. На осмотр делянки он сам не ездил. В последующем им был заключен договор субподряда с ООО «

<

данные изъяты>» на заготовку леса. Он с директором ООО «

<

данные изъяты>» ФИО2 общался по телефону, затем по электронной почте скинул ему договор субподряда, подписанный с их стороны, а также все необходимые документы для производства рубки деревьев в делянке: лесные декларации, схемы места заготовки леса с визирами, указанием дорог, просек и т.п.. Лично он в делянку не ездил, ее местонахождение не показывал. Он ФИО3 давал номер телефона Б.., чтобы он позвонил ему и уточнил местонахождение делянки. Он знает, что они созванивались, разговаривали про местонахождение делянки. Б. предложил ФИО2 помощь в установлении места рубки, но ФИО2 сообщил, что сам разобрался. Ему известно, что заготовку древесины ООО «

<

данные изъяты>» начали в конце февраля - начале марта 2016 года, это ему известно со слов ФИО1, с которым он общался по телефону. ФИО2 был выплачен аванс. После того как от ФИО2 ему стало известно, что они начали работы, он поехал в делянку, посмотреть, что они уже сделали, так как он переводил деньги за работу, которой еще не видел. Он пошел по дороге до места заготовки работниками ООО «

<

данные изъяты>» леса, данное место оказалось на расстоянии примерно 150 – 200 метров от дороги, что вызвало у него подозрения в правильности места заготовки деревьев. Он стал звонить Б. чтобы уточнить место своей делянки. Б. ему еще раз объяснил, где находится делянка, он пошел по его указаниям, где и нашел свою делянку. В делянке, где проводили работы ООО «

<

данные изъяты>», он разговаривал с ФИО1, которому объяснил, что они производят рубку не в отведенной делянке. Он лично ФИО2 показал, что нужная ему делянка находится дальше. Он им сказал, чтобы они заканчивали свою работу, он с ними больше не работает. Ему известно, что на следующий день после этого разговора, работников ООО «

<

данные изъяты>» в делянке уже не было. О расторжении договора с ООО «

<

данные изъяты> никаких документов он не оформлял. В тот день, когда он обнаружил, что лес вырублен не в том месте, он поехал в лесхоз 

<

адрес>, где сообщил о случившемся. В марте 2016 года он с другими заготовителями выезжал в делянку, где с мастером пришли на делянку, осмотрели место вырубки деревьев, там имелись визиры со всеми необходимыми обозначениями: кварталы, выделы, года. Из данной фирмы он непосредственно общался, заключал договор, передавал документы, расторг договор с ФИО3, который является директором ООО «

<

данные изъяты>». Имелись ли визиры в месте незаконной рубки, он не видел. В период примерно с 10 марта до конца марта 2016 по новому договору работала бригада ООО «

<

данные изъяты>» на отведенных делянках в квартале 57 в соответствии с лесной декларацией. Ими никаких нарушений при заготовке древесины допущено не было.

При проверке показаний на месте происшествия Ч. указал, что необходимо проехать 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, где будет съезд с левой стороны дороги в лесной массив. Ч. указал на съезд с дороги между деревнями 

<

адрес> и 

<

адрес>, расположенный с левой стороны по направлению в 

<

адрес>. Далее пройдя 210 метров вглубь леса по самодельной дороге из бревен Ч. указал с левой стороны на вырубленную делянку, пояснив, что рубка в данном месте произведена ФИО1, данная рубка незаконна, так как ФИО1 неправильно определил место. Координаты данной рубки: 57 квартал, 30 выдел колхоза «

<

данные изъяты>» 

<

адрес> участкового лесничества. Расстояние определено по навигатору (т. 1 л.д. 153-154).

Показания свидетеля Ч. в части места совершения незаконной порубки полностью совпадают с показаниями свидетеля Е. 

Свидетели К.., С.., показания которых оглашены в судебном заседании, показали, что примерно в январе-феврале 2016 года по заданию ФИО1 занимались заготовкой древесины в 

<

адрес> районе примерно в 7 км от 

<

адрес>. Делянку, где нужно производить заготовку, им показывал ФИО3, который жил вместе с ними в 

<

адрес>. ФИО2 ходил в лес один искать деляну, после чего показал им место рубки. Технологическая карта и все другие документы на делянку были у ФИО2, он их брал в лес. После этого они приступили к работе: прорубали волока, лес вытаскивали на площадку, приготовили его к транспортировке. Леса они заготовили 50-60 куб.м. В деревне они жили примерно неделю, но потом уехали, так как им не заплатили за работу (т.1 л.д.121, 123).

Свидетель Б. показания которого оглашены в судебном заседании с согласия сторон показал, что он работает заместителем директора 

<

адрес> лесхоза, в его обязанности входит контроль за выполнением лесохозяйственных работ, отводов делянок, заготовки древесины в 

<

адрес> районе. С Ч. он знаком с ноября 2015 года, отношения деловые. В конце января 2016 года он производил отвод делянки в лесах, находящихся в аренде СПК (колхоз) «

<

данные изъяты>» выдел 3, 4, 13, 14 квартал 57 колхоза «

<

данные изъяты>» 

<

адрес> участкового лесничества 

<

адрес> государственного лесничества для арендатора СПК «

<

данные изъяты>». Выдела 24 и 30 он не отводил. Отведенная им делянка была отмечена визирами и постановкой деляночных столбов согласно ОСТ. О том, чтобы показать границы отведенной им делянки, к нему никто не обращался. А новый подрядчик, который впоследствии занимался вырубкой делянки, фамилии его не помнит, обратился к нему с просьбой показать границы отведенной им делянки, так как он не смог найти ни одной визиры. Когда он (Б.) приехал на место работ, он показал границы существующей делянки, и в ходе этого выяснилось, что предыдущий подрядчик осуществлял рубку за границами отведенной делянки. Согласно договору по отводу делянок, он не обязан показывать границы отведенной делянки, вся необходимая документация по отводу делянки была предоставлена заказчику (т. 1 л.д. 144-145).

Свидетель К. показал, что 23.02.2016 года к нему приехал ФИО2 со своей бригадой, и попросил показать место расположения выделенной ему делянки, на что он ему ответил, что эту делянку отводил мастер из 

<

адрес>, и в каком именно месте она находится, он не знает. Через несколько дней с К. он приезжал в лес, а ФИО2 с бригадой уже рубили лес. Он у них спросил, правильно ли они рубят, на что ФИО2 ответил, что они во всем разобрались, все рубят правильно. Никаких документов он (К.) не видел на эту делянку, ФИО2 сказал, что он сам мастер и сам разобрался, где находятся границы делянки. После чего они с К. уехали (т.1 л.д.126).

Как следует из показаний свидетеля М. он работает в 

<

адрес> территориальном отделе – Государственного лесничества в должности 

<

данные изъяты>. В договоре аренды лесного участка № от ДД.ММ.ГГГГ в приложении № 8 указано, что квартал 57 

<

адрес> сельского участкового лесничества колхоза «

<

данные изъяты> находится на территории участка, переданного в аренду СПК (колхоз) «

<

данные изъяты>». Несмотря на то, что квартал 57 

<

адрес> сельского участкового лесничества колхоза «

<

данные изъяты>» находится в аренде у СПК (колхоз) «

<

данные изъяты>», и они в дальнейшем могут осуществлять рубку деревьев в данном квартале и выделах, но в лесной декларации № 1 от ДД.ММ.ГГГГ у СПК (колхоз) «

<

данные изъяты> указан только квартал 57 и выдела 3, 4, 14, 15, 16, 13, то есть осуществление рубки в выделе 24, 30 является незаконным. В правилах заготовки древесины указано, что заготовка древесины осуществляется при наличии лесной декларации, то есть при разрешении на соответствующий квартал и выдел. Незаконная рубка осуществлена в защитной полосе дороги регионального значения 

<

адрес>.

Свидетель П. участвовавший в проверке показаний ФИО1 и Ч. на месте происшествия, пояснил, что им во время следственных действий использовался навигатор, при помощи которого установлено, что указанное Ч.. место незаконной рубки находится на расстоянии 210 м от дороги в выделе 30 квартала 57 колхоза. ФИО1 было указано место на расстоянии 300 метров от дороги, но каких-либо следов незаконной рубки в данном месте он не заметил. 

Из показаний свидетелей К. и Н. следует, что они в начале 2016 года работали на заготовке леса в 

<

адрес> районе, им было поручено заготовка леса не далеко от деревни 

<

адрес>. Недалеко от их делянки имелись следы заготовки леса, но в тех делянках на момент их приезда ни кто уже не работал (т.2 л.д.169-179, т. 2 л.д. 171-172). 

Показания свидетелей подробны, последовательны, не содержат существенных противоречий, согласуются между собой, а также с представленными в суд вещественными доказательствами (спилы дерева породы «сосна» и спилы деревьев породы «ель», изъятые при ОМП от 21.03.2016 года в лесном массиве), документальными подтверждениями, поэтому у суда нет оснований сомневаться в их правдивости. 

Согласно договору подряда № 1 от ДД.ММ.ГГГГ ООО «

<

данные изъяты>» в лице директора ФИО1, выступая как подрядчик по договору с НПО «

<

данные изъяты>», обязалось выполнить работы по заготовке лесоматериалов на участке лесного фонда (делянках), арендуемых Заказчиком на территории 

<

адрес> гослесничества 

<

адрес> участкового лесничества согласно лесной декларации за 2016 год СПК (колхоз) 

<

данные изъяты> (т.2 л.д.55-59). Как следует из лесной декларации № 1 от 05 февраля 2016 года, у СПК (колхоз) «

<

данные изъяты>» лесная декларация была оформлена на заготовку древесины только в выделах 3, 4, 14, 15, 16, 13 квартала 57 (т.2 л.д. 39-44), из чего следует, что заготовка древесины в выделе 30 квартала 57 

<

адрес> участкового лесничества производилась незаконно. 

Факт нахождения места незаконной рубки вдоль автомобильной дороги регионального значения 

<

адрес> (категория защитных лесов) подтверждается обнаруженным и установленным местом незаконной рубки и Перечнем автомобильных дорог общего пользования регионального значения на территории 

<

адрес> района (т. 2 л.д. 63). 

Тот факт, что незаконную рубку организовал и осуществил ФИО1, подтверждается показаниями свидетелей Ч. К., С. и не оспаривается самим подсудимым.

Показания подсудимого ФИО1 о непредумышленных действиях опровергаются собранными доказательствами. Подсудимый не отрицает тот факт, что им, как директором ООО «

<

данные изъяты>», выступающего подрядчиком, была организована заготовка древесины в квартале 57 колхоза «

<

данные изъяты>» 

<

адрес> участкового лесничества, при этом место рубки он установил самостоятельно по собственному усмотрению ближе к дороге на участке, который не был обозначен визирами (засечками) и деляночными столбами. ФИО1 пояснил суду, что он все время сомневался в правильности определения места рубки, поскольку 30 лет занимается лесозаготовками и знает порядок отвода делянки. Несмотря на это ФИО1 сознательно (умышленно) совершил незаконную рубку при отсутствии лесной декларации и в неустановленном месте. Из показаний свидетелей, а также самого подсудимого ФИО1 установлено, что заготовку древесины он начал, не убедившись в наличии лесной декларации, иных правоустанавливающих документов и точного установления отведенного места рубки, наличия визиров, деляночных столбов. 

Утверждения подсудимого о том, что его бригадой заготовлено меньшее количество вырубленной древесины, чем предъявлено в обвинении, опровергаются протоколом осмотра места происшествия, протоколом о лесонарушении, ведомостью перечета пней, абрисом рубки. ФИО1 утверждает, что закончил рубку к 1-2 марта 2016 года. Факт незаконной порубки установлен 21 марта 2016 года. Согласно показаний свидетелей К. и Н. они занимались заготовкой древесины в соседних делянках, и в указанный период других заготовителей в лесу не работало. Как пояснил свидетель Ч. новая бригада работала в лесу с 10 марта 2016 года, используя современный заготовительный комплекс, в то время как бригада ФИО1 использовала до этого обычный трактор - трелевочник, других заготовителей на данном участке не было. Свидетель С. показал, что заготовили 50-60 куб.м.Учитывая небольшой промежуток по времени, компактность места незаконной рубки, отсутствие новых следов на месте происшествия, показания свидетелей, суд считает доказанным факт совершения ФИО1 рубки в объеме 42,92 куб.м в количестве 61 штука. 

В то же время из объема предъявленного обвинения следует исключить действия ФИО1 по установлению визиров, так как совершение подсудимым указанных действий не нашло подтверждения в суде. Ни один из допрошенных свидетелей не подтвердил наличие визиров (засечек) в месте незаконной рубки. Данный факт отрицает и сам подсудимый. Свидетель С. показал, что место рубки определялось вешками, хотя должны устанавливаться визиры. В протоколе осмотра места происшествия сведения о наличии визиров на месте незаконной рубки также отсутствуют.

Оценивая в совокупности собранные по делу доказательства, суд находит их допустимыми и достаточными, а вину подсудимого установленной.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 260 УК РФ, так как он совершил незаконную рубку лесных насаждений, совершенную в особо крупном размере. ФИО1, не имея разрешительных документов на рубку лесных насаждений в квартале 57 выдела 30 

<

адрес> лесничества, организовал незаконную вырубку деревьев в указанном квартале, причинив государству ущерб в размере 494 810 рублей 58 копеек, то есть в особо крупном размере.

При определении вида и размера наказания подсудимому суд учитывает обстоятельства дела, личность подсудимого, который характеризуется в основном положительно, работает, к административной ответственности не привлекался, нарушений общественного порядка не допускал.

Отягчающих наказание подсудимого обстоятельств суд не усматривает. 

Смягчающим обстоятельством суд признает наличие малолетних детей у виновного.

Департаментом лесного комплекса Вологодской области в интересах Российской Федерации заявлен гражданский иск к ФИО1 и ООО «

<

данные изъяты>» о взыскании материального ущерба, причиненного преступлением, в размере 494810 рублей 58 копеек. Учитывая доказанность размера вреда, причиненного умышленными действиями подсудимого, руководствуясь ст.1064, ч.3 ст.1083 ГК РФ, суд полагает заявленные в интересах Российской Федерации требования подлежащими удовлетворению в полном объеме. 

В то же время ответственность за причинение вреда должна быть возложена на ООО «

<

данные изъяты>» в силу положений ст.1068 ГК РФ. Судом установлено и отражено в фабуле обвинительного заключения, что ФИО1 совершил незаконную рубку, являясь директором субподрядной организации ООО «

<

данные изъяты>». Заготовка древесины осуществлялась с целью выполнения условий договора подряда, заключенного с НПО «

<

данные изъяты>», что подтвердил в судебном заседании свидетель Ч. ООО «

<

данные изъяты>» является действующим юридическим лицом, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ. Единственным учредителем общества является ФИО1. Исковые требования, заявленные к ООО «

<

данные изъяты>», ФИО1 признал полностью, суду пояснил, что все действия по заготовке древесины он осуществлял как директор общества на основании договора подряда, поэтому не является надлежащим ответчиком как физическое лицо.

Согласно ч.1 ст.1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Таким образом, исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме с ООО «

<

данные изъяты>». В удовлетворении требований к ФИО1 следует отказать.

Принимая во внимание обстоятельства дела, личность подсудимого, наличие смягчающего обстоятельства при отсутствии отягчающих, суд считает возможным назначить ФИО1 наказание условно без применения дополнительных видов наказания в виде штрафа и лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Каких-либо исключительных обстоятельств, дающих основание для применения положений ст.64 УК РФ, а также применения ч.6 ст.15 УК РФ и понижения категории преступлений, судом не установлено.

Сведения о процессуальных издержках в материалах уголовного дела отсутствуют.

В соответствии со ст.82 УПК РФ вещественные доказательства: спил дерева породы «сосна», изъятый при ОМП от 21.03.2016 года в лесном массиве; 4 спила деревьев породы «ель», изъятых при ОМП от 21.03.2016 года в лесном массиве следует уничтожить как не представляющие ценности.

Руководствуясь ст.303, 3204, 307-309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.260 УК РФ, и меру наказания назначить с применением ст.73 УК РФ в виде лишения свободы на срок 2 (два) года условно с испытательным сроком 1 (один) год.

Возложить на ФИО1 обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного; являться на регистрацию в указанный орган один раз в месяц.

Меру пресечения на апелляционный срок оставить прежнюю – подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «

<

данные изъяты>» в пользу Российской Федерации 494810 (четыреста девяносто четыре тысячи восемьсот десять) рублей 58 копеек ущерба, причиненного преступлением, выразившемся в незаконной рубке лесных насаждений. 

В иске Департамента лесного комплекса Вологодской области к ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного преступлением, отказать.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Кирилловский районный суд в течение 10 дней со дня вынесения. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный в то же срок вправе ходатайствовать о своем участии, участии защитника или назначении защитника в суде апелляционной инстанции.

Судья: Смирнова В.М.

Копия верна: судья Смирнова В.М.