Дело №2-599/2025

УИД: 22RS0065-01-2024-009486-75

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 февраля 2025 года город Барнаул

Индустриальный районный суд города Барнаула Алтайского края в составе: 

председательствующего судьи Морозовой Т.С.,

при секретаре Николаеве Н. А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3 о признании недействительным (ничтожным) договора купли-продажи объекта незавершенного строительства и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, применении последствий недействительности в виде признания права собственности за ФИО1 на объект незавершенного строительства и земельный участок, расположенных по адресу: 

<

адрес>.

В обоснование исковых требований указал, что 20.06.2019 ФИО3 и ФИО2 заключили договор купли-продажи объекта незавершенного строительства, общей площадью 586,9 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, а также земельного участка, на котором расположен объект. Общая стоимость продаваемого имущества – объекта и земельного участка составила 3 500 000 рублей. Согласно выписке из ЕГРН право собственности на вышеуказанные объекты недвижимости зарегистрировано за ФИО2 Вместе с тем, ФИО1 считает указанную сделку ничтожной в силу ее притворности. Покупатель по договору – ФИО2 на дату заключения договора не имела средств на приобретаемое имущество, в трудовых отношениях не состояла, поскольку являлась студенткой колледжа и получала образование в очной форме. Расчет по договору производился путем передачи истцом наличных денежных средств непосредственно ФИО3 Фактически объекты недвижимости находятся в пользовании ФИО1 и ФИО4, которые являются родителями ФИО2 Ранее данная сделка была предметом рассмотрения спора в Октябрьском районном суде г. Барнаула. Материалами указанного дела, а именно объяснениями ФИО3, подтверждается факт расчета по сделке непосредственно истцом.

Определением Индустриального районного суда г. Барнаула от 24.10.2024 производство по делу по иску ФИО1 к ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий, прекращено на основании абзаца 7 ст. 220 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще о дате и времени судебного заседания. Ранее в судебном заседании пояснял, что в 2019 году к нему обратился знакомый ФИО3 и предложил приобрести у него базу. Истец с женой приняли решение приобрести базу, собрали деньги, возник вопрос об оформлении. Жена являлась государственным служащим, поэтому приняли решение оформить базу на дочь. Истец перевел деньги ФИО5, сделка была оформлена в Росреестре. Дочь по его поручению открыла ИП, были заключены договоры аренды. В связи с имеющимися у ФИО5 задолженностями, судебный пристав обратился в суд с иском о признании договора купли-продажи недействительной сделкой, однако данный иск оставлен без рассмотрения в связи с тем, что задолженность ФИО5 была погашена за счет кредитных денежных средств, оформленных на жену. База продолжила функционировать. Договоры аренды заключены дочерью, потому что договор купли-продажи был оформлен на нее. Истец пользовался базой до 2020 года, денежные средства за аренду перечислялись дочери, она снимала средства и отдавала ему. При разрешении спора в Октябрьском районном суде г.Барнаула была необходимость в даче показаний о том, что база была подарена дочери. По факту считали, что базу приобретаем для всей семьи.

Представитель истца ФИО6 в судебном заседании настаивала на удовлетворении иска по основаниям в нем изложенным, дополнив, что сторона ответчика и третьего лица ссылаются на факт дарения средств в счет приобретения недвижимости. Полагала, что не соблюдена письменная форма данного договора. Договор дарения предполагает безвозмездность. ФИО4 производила возмещение истцу в счет произведенных затрат, это опровергает довод о том, что денежные средства являлись даром. Денежные средства, на которые приобреталась база, являлись совместно нажитым имуществом, база приобреталось для семьи. 

Ответчик ФИО2 и ее представитель ФИО7 возражали против удовлетворения исковых требований, полагали, что спорные объекты недвижимости были подарены родителями ответчику ФИО2 Дополнительно пояснили, что имеется вступившее в законную силу решение суда о разделе имущества между истцом и третьим лицом. Просили применить срок исковой давности. Бремя содержания истец не нес. Денежные средства были получены в дар для приобретения недвижимости, при оформлении договора купли-продажи присутствовал истец. С 2019 года ответчик оформила ИП, оплачивала налога, заключала договоры аренды, несла бремя содержания. 

Третье лицо ФИО4 и ее представитель ФИО8 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требования. Пояснили, что ФИО4 и истец не приобретали имущество, а передали в дар денежные средства для его приобретения. Все имущество супругов уже поделено. Данный договор являлся уже предметом оспаривания. Истец сам выразил свое мнение и описал обстоятельства относительно приобретения базы. Поддержали ходатайство ответчика о применении срока исковой давности. Указали на недобросовестное поведение и необходимость применения ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Иные участвующие в деле лица, в судебное заседание не явились, извещались о дне, месте и времени судебного разбирательства в установленном законом порядке.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассмотрел настоящий спор при данной явке.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы гражданского дела, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, как того требует статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам. 

Сделки, не соответствующие закону или иным правовым актам (ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), мнимые и притворные сделки (ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) являются недействительными независимо от признания их таковыми судом в силу положений ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Следует иметь в виду, что реституция в соответствии с п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществляется в отношениях между сторонами сделки.

В силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка, не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Как установлено п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Судом установлено, что 20.06.2019 ФИО9 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключили договор купли-продажи объекта незавершенного строительства, общей площадью 586,9 кв.м., расположенного по адресу: 

<

адрес>, кадастровый номер ***, а также земельного участка, на котором расположен объект, кадастровый номер земельного участка ***, площадью 5 732 кв.м. Общая стоимость продаваемого имущества – объекта и земельного участка составила 3 500 000 руб.

Согласно выписке из ЕГРН право собственности на вышеуказанные объекты недвижимости зарегистрировано за ФИО2 24.06.2019, ранее собственником объекта незавершенного строительства являлся ФИО3 в период с 01.09.2006 по 24.06.2019 и земельного участка в период с 14.06.2007 до 24.06.2019.

Как следует из позиции истца, ФИО2 на дату заключения договора не имела средств на приобретаемое имущество, в трудовых отношениях не состояла, поскольку являлась студенткой колледжа и получала образование в очной форме. Расчет по договору производился путем передачи истцом наличных денежных средств непосредственно ФИО3 Но фактически объекты недвижимости находятся в пользовании ФИО1 и ФИО4, которые являются родителями ФИО2 С момента расторжения брака ФИО1 и ФИО4, а именно с сентября 2023 года, ФИО2 стала чинить препятствия в пользовании имуществом. Ввиду того, что фактически объекты недвижимости принадлежат бывшим супругам, истец считает необходимым включить данное имущество в список совместно нажитого имущества бывших супругов и произвести его раздел. 

Определением Октябрьского районного суда г. Барнаула Алтайского края от 10.02.2020 по делу № 2-41/2020 иск судебного пристава-исполнителя ОСП Октябрьского района г. Барнаула к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки оставлен без рассмотрения. Указанное определение отменено не было.

ФИО1 и ФИО4 состояли в браке в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что следует из актовых записей о заключении и расторжении брака.

В браке у К-вых родились дети – ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается актовой записью о смерти от ДД.ММ.ГГГГ ***. У ФИО3 имеется сын ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Согласно реестру наследственных дел, по состоянию на 18.11.2024 информация об открытии нотариусами наследственного дела после смерти ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ, отсутствует.

Положениями статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что имущество, нажитое супругами во время брака является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имуществе, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие), Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждение или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Между ФИО1 и ФИО4 заключен брачный договор от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому супруги изменили установленный законом режим общей совместной собственности и установили:

Режим раздельной собственности ФИО1 в отношении следующего имущества, приобретенного в период брака до заключения брачного договора: автомобиль марки Мицубиси Паджеро, государственный регистрационный знак ***, зарегистрированная на имя ФИО1, режим раздельной собственности ФИО4 в отношении следующего имущества, приобретенного в период брака до заключения брачного договора: автомобиль марки Киа Церато Форте, государственный регистрационный знак ***, зарегистрированный на имя ФИО1 Банковские вклады, сделанные супругами во время брака, а также проценты по ним являются во время брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, на имя которого они сделаны. Акции и другие ценные бумаги, приобретенные во время брака (кроме ценных бумаг на предъявителя), а также дивиденды по ним принадлежат во время брака и в случае его расторжения тому из супругов, на имя которого оформлено приобретение акций и других ценных бумаг. Доля в имуществе и (или) доходах коммерческих организаций, приобретенная во время брака, является во время брака и в случае его расторжения собственностью того из супругов, на имя которого оформлено приобретение, указанной доли.

Решением Центрального районного суда г. Барнаула Алтайского края от 22.10.2024 по делу № 2-866/2024 исковые требования ФИО4 удовлетворены, встречные исковые требования ФИО1 удовлетворено частично. Признаны строения, возведенные на земельном участке *** по адресу: 

<

адрес>, общим имуществом супругов ФИО4, ФИО1 Произведен раздел совместно нажитого имущества супругов ФИО4, ФИО1 Передано пользование ФИО1 земельные участки *** и *** по адресу: 

<

адрес> с возведенными строениями, общей стоимостью 1 641 063 руб. Взыскано в ФИО1 в пользу ФИО4 денежная компенсация в размере 820 531 руб. 50 коп.

На имя ФИО4 в Банке ВТБ оформлены два кредита: 23.01.2020 на сумму 1 463963 руб. 78 коп., который закрыт 02.08.2023, а также 02.08.2023 в размере 1 874094 руб. 17 коп., задолженность по которому на 02.12.2024 составляет 1 442 900 руб. 06 коп.

Как следует из ответа на запрос суда, доход ФИО1 в 2023 году составил 970 202 руб. 07 коп. и 347 788 руб., в 2022 году – 1 320 240 руб. 48 коп., в 2021 году – 1 101 867 руб. 24 коп., в 2020 году - 623 619 руб. 47 коп., в 2019 году - 183 000 руб. и 330 000 руб., в 2018 году – 158 000 руб. и 145 422 руб. 15 коп. Доход ФИО4 в 2019 году составил 865 124 руб. 37 коп., в 2018 году – 757 361 руб. 60 коп.

Согласно расписке от 15.06.2019 ФИО1 (заемщик) принял от ФИО11 (кредитор) сумму в долг в размере 1 200 000 рублей, сумму займа в размере 1 200 000 рублей обязался возвратить не позже 15.06.2021.

В соответствии с распиской от 12.06.2021, сумма долга в размере 1 200 000 руб. возвращена ФИО11 ФИО1

Исходя из расписки от 10.08.2023 следует, что ФИО1 материальных претензией к ФИО4 не имеет. Денежные средства в сумме 1 000 000 руб. получены наличными в счет затраченных ранее собственных средств на приобретения имущества, зарегистрированного на ФИО2 Претензией к ФИО2 не имеет.

ФИО2 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя 02.07.2019.

В подтверждении позиции ответчика ФИО2 о том, что фактически арендой объектов недвижимости занимается ФИО2, предоставлены следующие документы: договор аренды земельного участка от 01.03.2020 между ИП ФИО2 и ООО «Возрождение», договор аренды земельного участка от 25.10.2021 между ИП ФИО2 и ООО «Чермет», договор аренды нежилого помещения от 01.06.2022 между ИП ФИО2 и ИП ФИО12, договор аренды от 25.10.2021 между ФИО2 и ООО «Чермет», договор аренды нежилого помещения от 01.10.2023 между ИП ФИО2 и ООО «Навиния Рус», договор аренды нежилого помещения от 01.10.2023 между ИП ФИО2 и ООО «Эдельвейс», договор аренды парковочного места от 01.08.2019 между ИП ФИО2 и ИП ФИО13, договор аренды нежилого помещения от 01.08.2019 между ИП ФИО2 и ООО «Восход».

Кроме того, в подтверждении оплаты арендных платежей по вышеуказанным договорам ФИО2 представлены в материалы дела выписка по счету ***, открытому в АО «ТБАНК», на имя ИП ФИО2, а также по счету ***, открытому в ПАО «ВТБ-Банк», на имя ИП ФИО2

В подтверждение позиции о несении бремени содержания имущества, ФИО2 представлены следующие документы: договор *** холодного водоснабжения и водоотведения от 18.03.2020 между ООО «Барнаульский водоканал» и ФИО2, договор 29/06-21 об охране объектов частным охранным предприятием «Буревестник» и ИП ФИО2, договор № Б-589-20/у об оказании услуг связи между АО «АВАНТЕЛ» и ФИО2, договор комиссии от 01.07.2020 между ООО «Белуха» и ИП ФИО14.

Между тем, стороной ответчика в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено доказательств фактического пользования объектами недвижимости, приобретенными по оспариваемой сделке, как и доказательств чинения препятствий в пользовании со стороны ответчика ФИО2

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК РФ). Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Пункт 88 этого же постановления Пленума разъясняет, что, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК РФ).

Как следует из статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из содержания указанной нормы и разъяснений Пленума следует, что для признания прикрывающей сделки недействительной в связи с ее притворностью суду необходимо установить, что действительная воля всех сторон сделки была направлена на заключение иной (прикрываемой) сделки.

Таким образом, по данному делу юридически значимым обстоятельством является выяснение судом вопроса о том, была ли воля всех участников сделок вправлена на достижение одних правовых последствии.

ФИО3, как продавец принял от покупателя денежные средства в размере стоимости земельного участка и объекта незавершенного строительства, по заявлению сторон проведена государственная регистрация перехода права собственности.

Заключая договор купли-продажи от 24.06.2019, стороны своими действиями подтвердили свои намерения и создали соответствующие договору купли-продажи недвижимости правовые последствия, договор сторонами был исполнен. Кроме того, в материалы дела представлены доказательства несения бремени содержания имущества ФИО2, а также извлечения прибыли от сдачи в аренду имущества.

Абзацем 1 пункта 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 ГК РФ с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 1 Постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указал, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

В ходе рассмотрения гражданского дела по иску судебного пристава-исполнителя ОСП Октябрьского района г. Барнаула к ФИО2, ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, в судебном заседании от 12.09.2019 ФИО1 был допрошен в качестве свидетеля, предупрежден за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации, показал, что, посоветовавшись с женой, решили подарить своей дочери базу. 20 июня передали ФИО3 денежные средства и поехали в регистрационный центр для оформления договора купли-продажи.

Из вышеуказанных показаний ФИО1, опрошенного в качестве свидетеля в другом гражданском деле и пояснений, данных при рассмотрении настоящего дела, суд полагает, что действия истца заведомо недобросовестные, в чем заключается дача противоречивых пояснений в ходе рассмотрения гражданских дел.

Действия ФИО1 и ФИО4 по оплате приобретаемого спорного имущества и последующего оформления прав на имя ФИО2, были направлены не на приобретение ими самими права собственности на это имущество, а на возникновение указанного права у их дочери. Спорное имущество нельзя признать совместно нажитым в браке супругов, так как допустимых, достоверных и достаточных доказательств договоренности истца с ответчиком о создании общей собственности на спорное имущество, истцом представлено не было, вышеуказанное имущество не фигурировало ни в брачном договоре, ни в гражданском деле о разделе имущества.

Кроме того, спорное имущество, на которое претендует истец, приобреталось по гражданско-правовой сделке ФИО2, а потому в состав имущества, приобретенного супругами К-выми в период брака, включено быть не может. 

При этом, суд отмечает, что действия истца ФИО2 и третьего лица ФИО4 по взаимному расчету между собой, не влияют на юридическую природу денежных средств, за счет которых приобретено недвижимое имущество по оспариваемой сделке, как дара дочери.

Стороной ответчика было заявлено ходатайство о применении срока исковой давности, рассматривая указанное ходатайство, суд приходит к следующим выводам.

Пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, содержащимся в пункте 101 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

В данном рассматриваемом случае, применительно к ничтожной сделке от 20.06.2019 года, заключенной между ФИО3 и ФИО2, исходя из установленных обстоятельств, срок исковой давности следует исчислять с 20.06.2019, так как фактически истец присутствовал на регистрации сделки и обладал информацией, что право собственности на спорные объект недвижимости регистрируется на имя ФИО2, о чем засвидетельствовал в судебном заседании.

Учитывая, что с иском о признании договора недействительным истец обратился в суд 06.09.2024, то есть спустя более 5 лет после заключения оспариваемого договора, то срок исковой давности истек.

Согласно статье 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199).

Ответчик ФИО2 заявила об истечении срока исковой давности по заявленному требованию и просила суд применить срок исковой давности при вынесении решения.

При таких обстоятельствах, истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено ответчиком, признано судом основанием к вынесению решения об отказе в удовлетворении иска помимо прочего.

Руководствуясь ст.ст.98, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, оставить без удовлетворения в полном объеме.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Алтайский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Индустриальный районный суд г.Барнаула. 

Судья Т.С. Морозова

Мотивированное решение суда изготовлено в окончательном виде 25 февраля 2025 года.