Дело №2-1835/2017 

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

Киселёвский городской суд Кемеровской области 

в составе председательствующего – судьи Улитиной Е.Ю., 

при секретаре – Степановой О.И.,

с участием истца – ФИО1,

ответчика – ФИО2,

третьего лица – нотариуса ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Киселёвске

«30» октября 2017 года

гражданское дело по иску 

ФИО1

к ФИО2 

о признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в Киселёвский городской суд с иском к ответчику ФИО2 о признании завещания недействительным по основанию, предусмотренному ч.1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации. В обоснование иска ссылается на следующее.

18.01.2017г. умерла её сестра - З.. После смерти сестры истец обратилась к нотариусу и узнала, что в 1994 году З. составила завещание, которым завещала все свое имущество, в том числе квартиру, расположенную в 

<

адрес>, ответчику ФИО2 Истец считает, что завещание является недействительным, поскольку З.. не понимала значение своих действий и не могла руководить ими.

Определением судьи Киселёвского городского суда от 10 октября 2017 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, привлечена нотариус Киселёвского нотариального округа ФИО3 (л.д.26).

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала заявленные требования по изложенным в иске доводам. Пояснила, что её сестра З. страдала нервно-психическим расстройством, окончила лишь 3 класса школы, после этого не училась, работала уборщицей или разнорабочей, никогда не была замужем и не имела детей. У З. было неадекватное поведение, она не понимала элементарных вещей. Считает, что З. не понимала значение своих действий и не могла ими руководить по состоянию своего здоровья, в том числе и на дату составления оспариваемого завещания. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал. Пояснил, что истец ФИО1, З. и Ц. - три родные сестры. Ц. - его теща, она умерла в 2015 году. У З. своих детей не было, она помогала воспитывать его (ответчика) сына, между ними были теплые отношения, поэтому З. и составила завещание в его пользу. Это было еще в 1994 году. Отсутствие у З. полного среднего образования не свидетельствует о её умственной отсталости. Никакими психическими заболеваниями З. не страдала, на учёте у психиатра и нарколога никогда не состояла, все понимала и руководила своими действиями.

Третье лицо - нотариус Киселёвского нотариального округа ФИО3 - в судебном заседании пояснила, что завещание 24.03.1994 года З. подписывала в её присутствии, личность завещателя была установлена, дееспособность проверена, что следует из текста самого завещания. За давностью лет она, конечно, не помнит З. и обстоятельства её визита к нотариусу. Между тем, перед удостоверением сделки, в том числе завещания, она всегда беседует с гражданином, задает вопросы с целью удостовериться в его действительном волеизъявлении, после составления документа оглашает его либо гражданин читает сам и подписывает. Поскольку завещание подписано З., а также подпись З. имеется в журнале регистрации нотариальных действий за 1994 год, напротив записи о регистрации завещания, то никаких сомнений в том, что З. понимала значение своих действий, не имеется. В противном случае, даже при малейшем подозрении на недееспособность З., завещание не было бы составлено и удостоверено. С 1994 года и до момента своей смерти (в 2017 году) З. свое завещание не изменяла и не отменяла, что также подтверждает её действительное волеизъявление завещать все свое имущество только ФИО2

Выслушав мнения участвующих в деле лиц, изучив письменные материалы дела и оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска.

Согласно статье 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии со статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно п.1 и п.2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с ч.1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу закона такая сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в ч.1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно положениям ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.

В судебном заседании установлено и подтверждено письменными материалами дела, что 24 марта 1994 года З., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, составила завещание, которым завещала принадлежащую ей квартиру по адресу 

<

адрес>, ФИО2. Завещание было подписано З., удостоверено нотариусом Киселёвского нотариального округа ФИО3 и зарегистрировано в реестре за №, что подтверждается самим завещанием (копия на л.д.41) и выпиской из журнала регистрации нотариальных действий за 1994 год (л.д.37-38).

Из содержания завещания следует, что завещание составлено и подписано в 2-х экземплярах, один из которых хранится у нотариуса, другой выдан З.; завещание подписано З. в присутствии нотариуса, личность завещателя была установлена, дееспособность проверена.

18.01.2017г. З. умерла, что подтверждается копией свидетельства о смерти №, выданного ДД.ММ.ГГГГ. Органом ЗАГС 

<

адрес> (л.д.39, оборот).

С заявлением о принятии наследства после смерти З. обратился ответчик ФИО2 (л.д.40), которому 15.09.2017г. выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию (л.д.48).

В выдаче свидетельства о праве на наследство Г., представителю ФИО1 на основании доверенности, было отказано по причине отсутствия у ФИО1 права наследования в отношении завещанного имущества, о чем выдано постановление от 04.04.2017г. (л.д.50).

Судом установлено, что ранее ФИО1 уже обращалась в Киселёвский городской суд с иском к ответчику ФИО2 о признании того же завещания недействительным, но по иному правовому основанию - по мотиву несоблюдения письменной формы завещания.

Решением Киселёвского городского суда от 31 мая 2017 года, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, в удовлетворении иска отказано (л.д.51-56).

Свидетельство о праве на наследство по завещанию было выдано ФИО2 после вступления вышеназванного решения в законную силу.

Заявляя в настоящем деле требования о признании вышеназванного завещания недействительным, истец ФИО1 ссылается на то, что З. в момент подписания завещания не понимала значение своих действий и не могла ими руководить по состоянию своего здоровья. Необходимым условием оспаривания сделки по основанию, предусмотренному ч.1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации, является доказанность того, что в момент совершения сделки лицо находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий или руководить ими. При этом причины указанного состояния могут быть различными.

Наличие или отсутствие такого состояния определяется лишь с применением специальных познаний в области медицины, может быть подтверждено медицинскими документами и, соответственно, вывод о возможности отдавать отчет своим действиям и руководить ими может быть сделан только экспертами.

Между тем, никаких доказательств в подтверждение указанных доводов истцом не представлено. Истец пояснила, что данными о наблюдении З. у врачей она не располагает, каких-либо документов в подтверждение доводов о состоянии здоровья З. не имеет.

Для проверки доводов истца судом были истребованы сведения из ГБУЗ КО «Киселёвский психоневрологический диспансер», согласно которым З. на диспансерном наблюдении у врача-психиатра и врача-нарколога не состояла, лечение в наркологическом и психиатрическом отделениях не проходила (л.д.31).

Из пояснений ответчика ФИО2 следует, что из оставшихся после смерти З. в её квартире документов, никаких медицинских документов не имеется. Сведениями о наличии у З. каких-либо заболеваний, в том числе психических, он не располагает. Считает это домыслами истца. Указывает, что З. как на дату составления завещания, так и до самой своей смерти полностью отдавала отчет своим действиям. В 1999 году З. работала в детском оздоровительном лагере «

<

данные изъяты>» 

<

данные изъяты>, что подтверждается справкой за подписью начальника Управления образования Киселёвского городского округа (л.д.57).

Как разъяснено в абзаце 3 пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года №11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими.

Между тем, поскольку истцом не представлено суду никаких документов, свидетельствующих о наличии у З. заболеваний, в том числе на дату составления завещания, а в материалах дела таких документов тоже не имеется, суд считает нецелесообразным назначать по делу посмертную судебно-психиатрическую экспертизу в отношении З.

Оценивая в совокупности представленные суду доказательства, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска, поскольку истцом не представлено доказательств того, что в юридически значимый момент, а именно – 24.03.1994г. З. не могла в полной мере осознавать и понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем, правовые основания для признания оспариваемого завещания недействительным на основании ч.1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Также суд исходит из отсутствия нарушений порядка составления и заверения оспариваемого завещания, а также из отсутствия установленных обстоятельств, доказательств наличия нарушений, как-либо повлиявших на волеизъявление завещателя, отмечая в этой связи, что подлинность подписи завещателя под печатным текстом завещания, его способность данный текст прочесть самостоятельно и услышать от нотариуса, никем не оспорена.

Указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Киселёвского городского суда от 31 мая 2017 года по гражданскому делу №, имеющим при разрешении настоящего спора преюдициальное значение, в силу ч.2 ст.61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства.

Расходы по оплате государственной пошлины относятся на истца и возмещению за счет ответчика не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным завещания от 24.03.1994г. по основанию, предусмотренному ч.1 ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации, – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через суд, принявший решение, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 03 ноября 2017 года.

Председательствующий - Е.Ю.Улитина

Решение в законную силу не вступило.

В случае обжалования судебного решения сведения об обжаловании и о результатах обжалования будут размещены в сети «Интернет» в установленном порядке.