Дело № 2-3001/2017

Решение

Именем Российской Федерации

11.09.2017г. г. Омск

Центральный районный суд города Омска в составе председательствующего судьи Васильевой Т.А., при секретаре судебного заседания Бичевой К.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к ФИО6, ФИО7 о признании договоров дарения квартиры недействительными, о признании государственной регистрации недействительной, о применении последствий недействительности сделок,

установил:

ФИО5 обратилась в суд с иском к ФИО6 о признании сделки дарения квартиры по адресу: 

<

адрес> городок, 367-25 от 18.10.1993г. недействительной; к ФИО7 и ФИО6 о признании сделки дарения квартиры по адресу: 

<

адрес> городок, 367-25 от 28.12.2016г. недействительной. 

В обоснование требований указала, что 25.01.1994 она подарила 

<

адрес> городок, 367 в 

<

адрес> ФИО6, однако на момент совершения сделки на фоне своего эмоционального, психологического и психического состояния истец заблуждалась относительно существа сделки, полагала, что ответчица ФИО6 как и обещала в случае переоформления квартиры на нее будет заботиться об ФИО5, оплачивать жилье, помогать финансово, осуществлять уборку в квартире, навещать в больнице, в случае госпитализации и обеспечит достойные похороны. Полагает, что со стороны ответчицы имел место обман с целью введения истицы в заблуждение относительно предмета и последствий сделки. О своем нарушенном праве узнала только в 2016г. когда у истицы возникло намерение оформить квартиру на родственницу ФИО8, которая сообщила, что квартира не является собственностью истицы. При этом, исходя из сведений в копии лицевого счета и во всех квитанциях, квартира числилась за истицей и она продолжала ее оплачивать вплоть до 2016г., в 2016г., после того как узнала что квартира находится в собственности ответчицы обратилась в суд и определением мирового судьи с/у № 62 в ЛСР г. Омска от 13.07.2017г. было утверждено мировое соглашение по которому ответчица выплачивает истице понесенные расходы за три предшествующих года по оплате коммунальных и иных платежей. Совершая спорную сделку с ФИО6 истица полагала, что она соответствует условиям договора пожизненного содержания с иждивением. Полагает, что ответчица создала условия, при которых истица заблуждалась относительно природы сделки. Руководствуясь ст.ст. 167, 178, 572 ГК РФ полагает, что имеются основания для признания названной сделки недействительной, с признанием недействительной регистрации перехода права собственности и применением последствий недействительности сделки в виде возвращения спорной квартиры в собственность истицы (л.д.4-10). 

В последней редакции иска, после ознакомления со сведениями Управления Росреестра по Омской области о переходе права собственности ФИО6 на спорную квартиру к ФИО7 на основании договора дарения от 28.12.2016г. просила также о признании названной сделки недействительной по основаниям мнимости, т.е. совершенной «для вида», с признанием недействительной регистрации перехода права собственности и применении последствий недействительности сделки (л.д. 134-135).

В судебном заседании ФИО5 доводы иска поддержала. Дополнительно указала, что о совершенной сделки узнала еще в 1994г., и с 1994 года не обращалась в суд, поскольку полагала, что ответчик все таки ей будет помогать, после того, как стала общаться с ФИО8 около 6-7 лет назад, истица приняла решение, что квартира должна быть возвращена ей обратно, для того, чтобы истица не осталась без жилья, у нее имеются опасения, что в любой момент ответчики выселят ее из дома. Также указала, что имеет обиду на ответчицу ФИО6, которая допустила, что истица очень сильно упала в ванной и ударилась спиной, после чего у истицы долго болели спина и ноги. Утверждала, что о том, что квартира не в ее собственности узнала в 2016г. сама посмотрев документы. Полагала, что оформив квартиру на ФИО6 будет получать постоянный уход, однако платила ФИО6 по 5 000 рублей за выполнение ею поручений истицы. Ремонт и отделку балкона оплачивала из своих личных средств. Платила за квартиру до 2017г. из собственных средств. Просила иск удовлетворить.

Представители истицы: действующая по доверенности ФИО8 (л.д.95) и адвокат по ордеру ФИО9 (л.д.94), просили требования истицы удовлетворить, указав, что истец узнала о нарушенном праве в 2016 от ФИО8, когда решила переоформить квартиру на другое лицо, ФИО8 по просьбе истицы выяснила вопрос о принадлежности спорной квартиры ФИО6 Действительно решением Центрального районного суда г. Омска от 20.09.2016г. по делу №2-4457/2016 было установлено на основании судебной психиатрической экспертизы, что истица на момент совершения сделки отдавала отчет своим действиям и могла руководить ими, однако истица заблуждалась относительно природы сделки, полагала, что после оформления договора ФИО6 будет осуществлять постоянный пожизненный уход за истицей, вместе с тем, ФИО6 даже не оплачивала коммунальные и иные платежи, с 1994г. не переоформила лицевой счет и истица добросовестно заблуждаясь полагала, что является собственником квартиры. Последние 7-8 лет только ФИО8 фактически осуществляла весь уход за истицей, ФИО6 самоустранилась от оказания помощи как бытовой, так и финансовой. В указанной связи сделка подлежит признанию недействительной, так же как и сделка дарения спорной квартиры ФИО6 своей дочери, поскольку последняя сделка была совершена только для вида и является мнимой. Также указали, что принятие дара фактически не было, ответчицы не пытались вселиться в квартиру, не несли расходы за ее содержание, т.е. вводили истицу в заблуждение. Кроме того, сделка была заключена под условием постоянного сохранения за истицей права проживания в квартире. Срок исковой давности истицей не пропущен, во всяком случае, его следует считать с сентября 2016г. когда было принято решение суда по делу №2-4457/2016. В последующем просили о восстановлении пропущенного срока исковой давности в виду уважительных причин: преклонный возраст истицы, состояние ее психического здоровья и юридическая неграмотность, полагали, что срок для оспаривания сделки следует считать с апреля 2016г. 

Ответчик ФИО6 и ее представитель, действующий на основании доверенности ФИО10 (л.д.55) просили применить пропуск срока исковой давности – три года, а также полагали, что оснований для удовлетворения иска не имеется, поскольку истцу было известно о наличии договора дарения и более 22 лет она не обращалась в суд за его оспариванием, в течение последних 11 лет ответчица оплачивала налог на квартиру, о чем истица была осведомлена, решением суда по делу №2-4457/2016 установлено, что в момент совершения сделки истица была дееспособна, соответственно, установленные решением суда обстоятельства являются обязательными для участвующих в деле сторон. Также полагали требования незаконными, поскольку при рассмотрении дела №2-4457/2016 предметом исследования были те же обстоятельства. Никаких данных и доказательств, указывающих, что сделка дарения была совершена под условием пожизненного содержания стороной истца не представлено. Полагали, что фактическим инициатором судебных споров по спорной квартире является не сама истица, а имеющая материальный интерес родственница – ФИО8, в доверенности которой в том числе указано на возможность получения присужденных денежных средств и имущества. В указанной связи действия истицы можно отнести в порядке ст. 10 ГК РФ к злоупотреблению своим правом. Ответчица также указала, что вплоть до 2016г. она по своей инициативе регулярно осуществляла уход за истицей, работая по графику 5/5 практически 4 дня жила с истицей в спорной квартире, регулярно навещала ее в больнице в периоды госпитализации, а копию лицевого счета не переоформляла на себя из морально-этических соображений, полагая, что оформление на свое имя копии лицевого счета будет указывать, что она заинтересована в жилье. Подтвердила, что предложила истице оплату за квартиру производить совместно 50/50, но истица настояла, что все содержание жилья она будет оплачивать сама. Утверждала, что сама покупала продукты и лекарства для истицы. Указала, что причиной самоустранения от общения с истицей послужили утверждения истицы о том, что ответчица имеет намерение ее отравить. Считает, что оснований для удовлетворения требований нет. Подтвердила, что переоформила квартиру на свою дочь после решения суда от 20.09.2016г. полагая, что спора больше нет. Подтвердила, что по своей инициативе обещала истице, что после оформления дарения, истица будет сохранять право пользования квартирой пожизненно. Представлен отзыв с дополнениями (л.д.50,138-139,140). 

Ответчица ФИО7 и ее представитель допущенный к участию в деле по устному ходатайству ФИО11 в судебном заседании заявленные исковые требования не признали в полном объеме, по основаниям аналогичным позиции ФИО6 

Представитель Управления Росреестра по Омской области и нотариус ФИО13 участия в судебном заседании не принимали, извещены надлежащим образом.

Суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, обозрев материалы гражданского дела Центрального районного суда г. Омска №2-4457/2016, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Исходя из положений ст. 178 ГК РФ следует, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если, в том числе: 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (ч. 2 ст. 178 ГК РФ).

Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки (ч. 4 ст. 178 ГК РФ).

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (ч. 5 ст. 178 ГК РФ).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные ст. 167 ГК РФ. Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе, если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств. Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона (ч. 6 ст. 178 ГК РФ).

В соответствии с положениями п. 1 и п. 2 ст. 179 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Положениями ч. 1 и ч. 2 ст. 167 ГК РФ предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Судом установлено, ФИО5 и ФИО14 на основании регистрационного удостоверения № от ДД.ММ.ГГГГ являлись собственниками по праву совместной собственности 

<

адрес> городок, 367 в 

<

адрес>, состоящей из 1 комнаты, площадью 30,0 кв.м. (л.д. 13,35). 

ФИО12 умер 13.06.1993г. и на основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 34), ФИО4 (супруга умершего) является наследником имущества ФИО12, а именно ? доли однокомнатной 

<

адрес> городок, 367 в 

<

адрес>, принадлежащей наследодателю на основании регистрационного удостоверения № от ДД.ММ.ГГГГ. 

В соответствии с нотариальным договором дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 подарила 

<

адрес> городок, 367 в 

<

адрес> ФИО1 (л.д. 12,32,33). Указанное подтверждается сведениями ГП ОО «ОТИЗ» от 11.07.2017г. (л.д.27).

Как следует из копии дела правоустанавливающих документов и Выписки о государственной регистрации права, на момент рассмотрения спора собственником спорного жилого помещения является ФИО2 (дочь ФИО1), на основании договора дарения от 28.12.2016г. (л.д.40-41, 39-45, 107-111).

До настоящего времени ФИО4 зарегистрирована и проживает в спорной квартире с ДД.ММ.ГГГГ (л.д.75,76), указанное сторонами не оспорено.

Полагая, что ее право нарушено истец указывает, что она, совершая оспариваемую сделку, была введена в заблуждение относительно ее предмета и последствий, полагала, что имеет место договор пожизненного содержания с иждивением.

Обсуждая доводы иска, суд учитывает следующее.

В соответствии со ст. 57 ГК РСФСР (действовавшего в момент возникновения спорных правоотношений), сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, признается недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Согласно положениям ст. 58 ГК РСФСР, сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения ФИО3 одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую гражданин был вынужден совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, признается недействительной по иску потерпевшего либо по иску государственной, кооперативной или другой общественной организации.

По смыслу вышеприведенных положений закона сделка может быть признана недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки неправильно сложилась вследствие заблуждения, и поэтому сделка влечет иные, а не те, которые он имел в виду в действительности правовые последствия, то есть волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле. Существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Исходя из положений ч. 1 ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные п.2 ст. 170 ГК РФ.

Согласно п. 2 ст. 170 ГК РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ). 

Положения ст. 601 ГК РФ предусматривают, что по договору пожизненного содержания с иждивением получатель ренты - гражданин передает принадлежащие ему жилой дом, квартиру, земельный участок или иную недвижимость в собственность плательщика ренты, который обязуется осуществлять пожизненное содержание с иждивением гражданина и (или) указанного им третьего лица (лиц). К договору пожизненного содержания с иждивением применяются правила о пожизненной ренте, если иное не предусмотрено правилами настоящего параграфа.

Согласно положениям ст. 602 ГК РФ, обязанность плательщика ренты по предоставлению содержания с иждивением может включать обеспечение потребностей в жилище, питании и одежде, а если этого требует состояние здоровья гражданина, также и уход за ним. Договором пожизненного содержания с иждивением может быть также предусмотрена оплата плательщиком ренты ритуальных услуг.

В договоре пожизненного содержания с иждивением должна быть определена стоимость всего объема содержания с иждивением. При этом стоимость общего объема содержания в месяц по договору пожизненного содержания с иждивением, предусматривающему отчуждение имущества бесплатно, не может быть менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте Российской Федерации по месту нахождения имущества, являющегося предметом договора пожизненного содержания с иждивением, а при отсутствии в соответствующем субъекте Российской Федерации указанной величины не менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в целом по Российской Федерации.

По правилам ст. 61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Судом установлено, что решением Центрального районного суда г. Омска по делу № 4557/2016 от 20.09.2016г. в удовлетворении иска ФИО5 о признании сделки дарения спорной квартиры ФИО6 по тем основаниям, что на момент совершения сделки истица не могла отдавать отчета своим действиям и руководить ими было отказано (л.д.48-49).

В основу названного решения положено заключение № 945/А от 10.08.2016г. судебно-психиатрической комиссии экспертов БУЗОО «КПБ им. Н.Н. Солодникова», согласно которому ФИО5 в период времени, относящийся к подписанию договора дарения от 25.01.1994, заключенного между нею и ФИО6 обнаруживала признаки психического расстройства в форме органического аффективного (непсихологического депрессивного) расстройства в связи со смешанным причинами (энцефалит, черепно-мозговые травмы), о чем свидетельствуют данные анамнеза и медицинской документации о перенесенном в 1942 менингите, с последующими трудностями школьного обучения, перенесенных неоднократно черепно-мозговых травмах с последующим формированием церебрасстенической симптоматики в виде головных болей, головокружения, повышенной утомляемости, аффективных расстройств депрессивного характера, с наличием периодически сниженного настроения, что сопровождалось тревогой, страхами, нарушением сна и послужило причиной для помещения в стационар. Психическое состояние в период подписания оспариваемого договора (согласно медицинской документации) определялось наличием сниженного настроения, тревогой, что сопровождалось апатией, нарушением сна, что послужило причиной для госпитализации в психиатрический стационар и было квалифицировано как астено-депрессивный синдром вследствие органического поражения центральной нервной системы при отсутствии психопатической симптоматики в виде бреда, галлюцинаций, выраженных расстройств мышления, памяти, интеллекта, критических способностей и не лишало ФИО5 способности по состоянию психического здоровья понимать значение своих действий и руководить ими в момент подписания 25.01.1994 г. договора дарения, у ФИО5 не было психических расстройств, препятствующих правильному восприятию событий окружающего мира. Согласно медицинской документации за 1994 с учетом индивидуально-психологических особенностей личности, объективных сведений о том, что ФИО5 находилась в каком-то эмоциональном напряженном состоянии, которое могло оказать на ее сознание, поведение, способность руководить своими действиями и контролировать их, не имеется (л.д.154-164).. 

Также названным решением установлен факт того, что о своем нарушенном праве истица узнала в апреле 2016г., это следует из решения суда, в частности доводов иска и пояснений стороны истицы (л.д.142-143,146-153).

Соответственно, установленные обстоятельства названным решением суда от 20.09.2016г., имеют при рассмотрении настоящего спора преюдициальное значение. 

Свидетель ФИО15, являющаяся участковым терапевтом истицы суду пояснила, что знает пациентку с 1994г., истица вплоть до 2002-2004г.г. полностью себя обслуживала и посещала врача в поликлинике, затем по общему состоянию здоровья пациентку свидетель посещала на дому, это связано с терапевтическими диагнозами (давление, сердечно - сосудистая система, общее состояние). Тремор конечностей присутствовал начиная с 1994г. Свидетель знакома как с ФИО6, так и с ФИО8, первую видела один-два раза, вторую значительно чаще. Как участковый терапевт указала, что последние лет 10 истица нуждалась в постороннем уходе, более связанном с эмоциональным и психологическим фактором, в силу своего преклонного возраста. Оценив представленные на обозрение медицинские препараты, указала, что они связаны с терапевтическим лечением. Около 2-3 лет назад состояние истицы ухудшилось. Однажды посещая пациента, видела как ФИО8 помогала истице мыться. Подтвердила, что летом 2017г. истица проживала на даче у ФИО8, о чем ее поставили в известность, после чего истица стала лучше выглядеть, более ухоженной. По поводу спора за квартиру пояснений не дала в виду своей не осведомленности.

Из показаний социального работника ГП КЦСОН «Рябинушка» ФИО16 следует, что она знакома как с ФИО6, так и с ФИО8, при этом, последняя постоянно звонит свидетелю с целью осведомится о состоянии здоровья истицы, около двух последних лет фактически проживает в квартире, поскольку при посещениях свидетелем истицы часто ее заставала в квартире, а сама истица поясняла, что ФИО8 от нее рано утором уезжает на работу. Также видела у истицы на «8 марта» внучку ФИО7 с правнуком в гостях. Свидетель с 2010г. оказывает истице социальную помощь в приобретении продуктов питания и лекарств. Также свидетель показала, что с 2010г. истица сама осуществляла за собой уход, в частности по уборке квартиры. Помещение истицы с 2010г. в лечебные стационарные учреждения отрицала. Свидетель также пояснила, что истица жаловалась, что приготовленная ФИО6 пища не нравится истцу. Подтвердила, что летом 2016г. и летом 2017г. истица проживала на даче у ФИО8, о чем ее поставила в известность. По вопросу с квартирой истица рассказывала свидетелю в мае 2016г. о том, что спорная квартира ей не принадлежит.

Не доверять показаниям названных свидетелей в указанной части, у суда оснований не имеется, их показания не вступают в противоречие с пояснениями сторон и иными доказательствами по делу. Из показаний свидетеля ФИО16 суд приходит к выводу, что ФИО6 оказывала истице помощь, в том числе в приготовлении пищи; при этом, из пояснений самой истицы следует, что ФИО6 принимала участие в гигиенической помощи истице.

Оценив в соответствии с положениями ст. ст. 60, 67 ГПК РФ в совокупности со всеми собранными по делу доказательствами, отвечающим требованиями их допустимости, показания свидетелей ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, о том, что ФИО5 до 2013-2014г.г. сама себя обслуживала и совместно с ней никто не проживал, а также, что вплоть до зимы 2016г. свидетели видели ФИО6, посещающую истицу, суд принимает показания названных свидетелей, поскольку они согласуются как между собой, так и с пояснениями сторон по делу; в остальной части, в частности о том, что истица полагала, что по условиям договора дарения ФИО6 приняла на себя обязательства осуществлять за истицей пожизненный уход и содержание, суд относится критически, поскольку в указанной части показания свидетелей не согласуются как с пояснениями стороны истца, так и между собой, при этом, свидетели ФИО17, ФИО18 и ФИО16 дают разрозненные пояснения относительно существа спора, высказывают свое субъективное мнение, которое не может быть учтено судом в соответствии с действующим законодательством, кроме того, обстоятельства дела в частности об обязанности ФИО6 содержать истицу они знают исключительно со слов ФИО5 с 2016г. (период первого судебного спора), указывая собственные выводы. 

Договор дарения считается заключенным в момент передачи имущества.

В соответствии со статьями 56, 57, 58 ГК РСФСР (1964 г.) сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не мог понимать значения своих действий, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, а также сделка, которую гражданин был вынужден совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, признается недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, потерпевшего.

Доказательств того, что истица на момент совершения сделки нуждалась в деньгах, либо была должна денежные средства, суду не представлены. Нахождение на психиатрическом учете (л.д.46), ее инвалидность 2 группы по общему заболеванию (л.д.11), само по себе не является обстоятельством, указывающем на то, что истица совершила сделку под влиянием обмана или заблуждения.

Решением Центрального районного суда 

<

адрес> от 20.09.2016г. установлено, что истица совершила сделку в состоянии, при котором понимала значение своих действий и могла руководить ими.

При этом, суд исходит из того, что доказательств подтверждающих, что истец заблуждался относительно правовой природы оспариваемой сделки в том смысле, как это предусмотрено ст. 178 ГК РФ и ст. 57, ст. 58 ГК РФ, а также доказательств того, что ее воля сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования, истицей не представлено.

В свою очередь, оценив собранные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, в том числе показания свидетелей, суд приходит к выводу, что действия истца по отчуждению квартиры в виде дара в пользу ФИО6 носили осознанный, целенаправленный и последовательный характер. Из пояснений стороны истицы явно усматривается ее желание в настоящее время оформить квартиру на ФИО8, которая последние годы заботиться о ней с той долей заботливости, которая приемлема для истицы, однако, указанные обстоятельства не могут служить безусловными основаниями для удовлетворения иска.

При указанных обстоятельствах суд полагает, что истица понимала природу сделки дарения и ее предмет, а также то, что вследствие подписания договора дарения квартира перейдет к ФИО6

Оценивая довод истца о ее заблуждении относительно природы совершенной ею сделки дарения суд также учитывает, что ФИО5 в судебном заседании последовательно поясняла об обстоятельствах совершения сделки дарения, связывая факт обращения в суд с настоящим иском с тем, что она полагала, что ФИО6 будет ей помогать, ухаживать за ней. Между тем, ФИО5 указывает, что ожидала, что ФИО6 начнет выполнять условия сделки более 22 лет, не обращаясь, в том числе за судебной защитой, при этом, неоднократно давала денежные средства ФИО6 за осуществление последней поручений истицы (сходить в магазин и аптеку), не требовала помощи в оплате за жилье, не стремилась понудить ФИО6 к покупке лекарств и продуктов, осуществлению ремонта и прочее за счет самой ФИО6, как то предполагает иждивение с пожизненным содержанием, о котором, как утверждает сторона истица и был заключен оспариваемый договор. 

В указанной связи, доводы стороны истца о том, что при заключении спорного договора дарения она была введена в заблуждение относительно природы договора, сделка была совершена при ее не свободном волеизъявлении, на крайне невыгодных условиях, вследствие стечения тяжелых жизненных обстоятельств, в том числе связанных с состоянием здоровья, судом отклоняются, так как доказательств того, что сделка совершена против воли истицы, а также, что она была введена в заблуждение, поскольку думала, что подписывает договор, связанный с ее пожизненным содержанием, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. 

Доводы стороны истца о том, что спорное жилое помещение является единственным жильем истца, она долгие годы несла бремя содержания, а лицевой счет только с 2016г. был переоформлен на ответчицу, а также, что фактически предмет договора дарения не передавался одаряемому, так как ответчица не вселялась в квартиру, не соответствуют действительности и не доказывают заблуждение истца относительно правовой природы договора дарения квартиры, поскольку, при наличии собственного жилья у ответчицы отсутствовала необходимость вселения в однокомнатную квартиру истицы.

Довод об обязанности ответчицы содержать истицу до смерти ничем объективно не подтвержден, доказательства этому суду не представлены. Заключение договора дарения под условием также, по мнению суда, не доказано. Эпизодическая помощь ответчицы продуктами питания, посильным уходом, объясняется хорошими человеческими отношениями между истицей и ответчицей вплоть до зимы 2016г. Длительное не оформление лицевого счета на имя ответчицы объясняется этическими соображениями, связанными с тем, чтобы показать истице отсутствие материальной заинтересованности со стороны ответчицы. Эти объяснения ничем не опорочены. 

При этом, каких-либо доказательств обмана со стороны ФИО6 истицы при совершении сделки дарения 25.01.1994г. суду стороной истицы также не представлено. 

Обман в виде намеренного умолчания об обстоятельстве при заключении сделки является основанием для признания ее недействительной только тогда, когда такой обман возникает в отношении обстоятельства, о котором ответчик должен был сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота, тогда как в рассмотренном деле отсутствуют предпосылки, указывающие на то обстоятельство, что ФИО6 умолчала при оформлении ФИО5 дарение квартиры на ее имя о каких-либо обстоятельствах, необходимых для получения дара.

При таких обстоятельствах доводы истца о том, что она на момент составления договора дарения была введена в заблуждение относительно правовой природы и последствий сделки, не могут быть приняты судом во внимание.

Стороной ответчицы ФИО6 заявлено о пропуске срока исковой давности по сделке от 25.01.1994г.

Представителями истицы указано на наличие уважительных причин пропуска срока, а именно: преклонный возраст истицы, юридическая неграмотность, наличие психического заболевания. Срок полагают необходимым считать с апреля 2016г.

Обсуждая вопрос о пропуске срока исковой давности, суд учитывает следующее. 

В соответствии со ст. 9, ст. 10 Федерального закона от 30.11.1994 г. № 52-ФЗ "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" нормы Кодекса об основаниях и последствиях недействительности сделок (статьи 162, 165 - 180) применяются к сделкам, требования о признании недействительными и последствиях недействительности которых рассматриваются судом, арбитражным судом или третейским судом после 1 января 1995 года, независимо от времени совершения соответствующих сделок. К предусмотренному п. 2 ст. 181 Кодекса иску о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности, право на предъявление которого возникло до 1 января 1995 года, применяется срок исковой давности, установленный для соответствующих исков ранее действовавшим законодательством.

Статьей 78 ГК РСФСР был установлен общий срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (исковая давность), в три года.

В соответствии со ст. 57 ГК РСФСР, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, признается недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения.

Согласно положениям ст. 58 ГК РСФСР, сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделка, которую гражданин был вынужден совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, признается недействительной по иску потерпевшего либо по иску государственной, кооперативной или другой общественной организации.

Таким образом, поскольку указанные истицей основания недействительности договора от 25.01.1994г. относятся к основаниям оспоримости сделки, то на соответствующие требования распространяется трехгодичный срок исковой давности, установленный ст. 78 ГК РСФСР.

Вместе с указанным, согласно положений п. 2 ст. 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Представители истицы указывают, что только в апреле 2016г. истец узнала о своем нарушенном праве, с настоящим иском обратилась только 30.06.2017г. 

Между тем, из пояснений самой истицы, данных ею в судебном заседании следует, что о сделке она узнала в 1994г. и до обращения с настоящим иском ждала, что ответчица ФИО6 начнет выполнять условия сделки и оказывать ей должный уход и содержание. 

Также истица утверждала, что ей никто не сообщал, что квартира ей не принадлежит, поскольку об этом догадалась сама.

При этом, представитель истицы ФИО8 в прениях утверждала, что истица дала суду правдивые пояснения относительно существа спора и обстоятельств дела.

Данные пояснения истицы не соответствуют доводам в указанной части, изложенным в иске. Оснований усомнится в пояснениях истицы, данных ею в судебном заседании, суд не усматривает, принимая их за основу. 

В указанной связи, суд соглашается с доводами ответчика и полагает, что срок исковой давности по договору дарения от ДД.ММ.ГГГГ пропущенным. Из объяснений самой истицы следует, что она узнала об указываемом ею нарушении ее прав в 1994, после чего в течение более 22 лет не обращалась за их защитой при отсутствии каких-либо объективных препятствий к этому. Сторона истицы подтвердила, что на протяжении последних 11 лет истица получала квитанции об уплате налога, из которых видела, что собственником квартиры является ФИО1 То обстоятельство, что истица имеет преклонный возраст, юридически не грамотна и ей установлен диагноз, связанный с психическим состоянием здоровья, в данном случае, по мнению суда, не указывает на уважительность причин пропуска срока исковой давности.

Поскольку пропуск срока исковой давности в силу ст. 199 ГК РФ и аналогичных положений ст. 87 ГК РСФСР является самостоятельным основанием к отказу в иске, а представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи не позволяют сделать вывод об уважительных причинах пропуска этого срока истицей и о наличии оснований для его восстановления, то оснований для удовлетворения иска суд не усматривает. 

При изложенных обстоятельства, в виду отсутствия оснований для признания договора дарения от 25.01.1994г. недействительным, отсутствуют и основания для признания договора дарения от 28.12.2016г., поскольку, волеизъявления собственника квартиры ФИО6 на дарение квартиры своей дочери ФИО7 основано на юридическом праве титульного собственника по распоряжению, принадлежащем ему имуществом. Доказательств наличия оснований для признания сделки недействительной по мотиву мнимости, суду не представлено. Передача дара состоялась, юридическое оформление документов осуществлено в соответствии с требованиями действующего законодательства, новый собственник, в том числе переоформил на себя лицевой счет, несет расходы по содержанию, принадлежащей ей квартиры. 

Производные требования о признании государственной регистрации недействительной и о применении последствий недействительности сделок также удовлетворению не подлежат, в виду отказа истице в удовлетворении требований о признании сделок недействительными.

На основании изложенного заявленные требования не подлежат удовлетворению в полном объеме. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО5 к ФИО6, ФИО7 о признании договоров дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ и от №. недействительными, о признании государственной регистрации недействительной, о применении последствий недействительности сделок – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Омский областной суд посредством подачи апелляционной жалобы в Центральный районный суд г. Омска в течение одного месяца с момента изготовления решения суда в окончательном виде.

Судья Т.А.Васильева

Мотивированное решение изготовлено 12.09.2017г.