Дело № 12-435/2019 

24MS0138-01-2019-004092-13

Р Е Ш Е Н И Е

г. Красноярск 09 декабря 2019 года 

Судья Железнодорожного районного суда г. Красноярска Серебрякова Л.Ю.,

С участием защитника Косова А.М.,

Представителя Управления Росгвардии ст. инспектора ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу защитника Косова А.М. в интересах ФИО2 на постановление мирового судьи судебного участка № 138 в Железнодорожном районе г. Красноярска от 23.09.2019 г., 

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 138 в Железнодорожном районе г. Красноярска от 23.09.2019 года ФИО2 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.30 КоАП РФ, с назначением наказания в виде штрафа в размере 30 000 рублей. 

Согласно постановлению, 08 августа 2019 года в 10 час. 15 мин, по адресу: 

<

адрес>, в ходе проведения плановой выездной проверки объекта топливно-энергетического комплекса - нефтебазы филиала «

<

данные изъяты> «Красноярскнефтепродукт», проводимой в соответствии с п. 19 плана проведения Управлением Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по Красноярскому краю плановых проверок объектов топливно-энергетического комплекса на 2019 год установлено, что главный инженер - технический директор АО «Красноярскнефтепродукт» ФИО2, действующий в пределах полномочий, определяемых должностной инструкцией и доверенностями от 18.08.2017 №316 и от 22.01.2019 г. № 34 являясь специальным субъектом административного правонарушения - должностным лицом, нарушил требования Федерального закона от 21.07.2011 № 256-ФЗ «О безопасности объектов топливно-энергетического комплекса», постановления Правительства Российской Федерации от 05.05.2012 № 458дсп «Об утверждении правил по обеспечению безопасности и антитеррористической защищенности объектов топливно- энергетического комплекса», в части: Система физической защиты: физическая защита объекта осуществляется невооруженными сотрудниками подразделения охраны; физическая защита объекта осуществляется пожарными-сторожами; Инженерно-технические средства защиты: суммарная высота основного ограждения с учетом дополнительного ограждения, за исключением участка с северной стороны периметра объекта с левой и правой стороны от центрального въезда на протяжении 10 м, составляет менее 2,5 м; основное ограждение объекта по всему периметру, за исключением участка с северо-восточной стороны от административного здания до сварочного цеха, изготовлено из сварных секций, с расстоянием между прутками более 15 см, на участке с северо-восточной стороны от административного здания до сварочного цеха изготовлено на основе витой сетки, также в основном ограждении по периметру объекта с южной стороны в районе пожарного водоема имеются лазы, что не обеспечивает высокую прочность и надежность защиты; по периметру объекта не оборудована запретная зона; по периметру объекта не оборудована зона (полоса) отторжения; объект не оборудован верхним дополнительным ограждением; объект не оборудован нижним дополнительным ограждением; объект не оборудован внешним предупредительным ограждением; на объекте не оборудовано предупредительное ограждение локальных зон-критических элементов (резервуар объемом 2000 м., трубопроводов, насосов, фланцевых соединений); на объекте отсутствуют контрольно-пропускные пункты для прохода людей и автомобильного транспорта, предназначенные для осуществления пропускного режима при входе (выходе), а также досмотра автомобильного транспорта и проверки лиц, следующих на автомобильном транспорте, при проезде через периметр защищаемой зоны, оборудованные в соответствии с требованиям п.п. 110-113, 116-127, 129-145 Правил; на нефтебазе филиала «

<

данные изъяты>» отсутствует объектовый пункт централизованной охраны; на объекте отсутствуют точки доступа, объектовый контрольно-пропускной пункт на критический элемент объекта, не осуществляется досмотр людей на входах в критический элемент объекта (резервуар объемом 2000 м.куб); на объекте отсутствуют взрывозащитные средства; Система охранной сигнализации: нефтебаза филиала «

<

данные изъяты>» не оборудована системой охранной сигнализации по периметру территории объекта, по внешнему рубежу критических элементов объекта (резервуар объемом 2000 м, трубопроводов, насосов, фланцевых соединений), с выводом на объектовый пункт централизованной охраны; Система сбора и обработки информации: объект не оборудован системой сбора и обработки информации; Система контроля и управление доступом: объект не оборудован системой контроля и управления доступом с возможностью двойной идентификации; Система охранная телевизионная: имеющаяся система охранного телевидения не обеспечивает: визуальный контроль за действиями подразделений охраны при несении службы, предоставление необходимой информации для координации этих действий, оперативный доступ к видеоархиву путем задания времени, даты и идентификатора телевизионной камеры, видеонаблюдение по сигналам срабатывания охранной сигнализации или видеодетекторов движения, обнаружение проникновения, обнаружение оставленных предметов, отдельные кадры видеозаписи, передачу изображения с выводом на пульт централизованной охраны; видеоинформация хранится на цифровых носителях менее 30 суток; Система охранного освещения: объект не оборудован дополнительным охранным освещением, система охранного освещения не обеспечивает ручное управление аппаратурой освещения из помещения охраны, не подключена к отдельной группе распределительного щита, расположенного в помещении охраны, закрытого за замок и оборудованного охранной сигнализацией; Система оповещения: объект не оборудован системой оповещения; Система электропитания: на объекте отсутствует резервное электропитание.

Защитник ФИО2- Косов А.М., не согласившись с постановлением мирового судьи, подал жалобу о его пересмотре, ссылаясь на то, что у ФИО2 отсутствуют полномочия на заключение договоров с охранными организациями. Помимо ФИО2 полномочиями по регулированию отношений с охраной обладают иные должностные лица. Судом надлежащим образом не исследован вопрос о полномочиях лиц, имеющих право на заключение договоров с охраной. Из Акта следует, что нарушения Федерального закона № 256-ФЗ и Правил допущены генеральным директором Общества ФИО3, однако протокол об административном правонарушении составлен в отношении главного инженера - технического директора ФИО2 В материалах административного дела отсутствуют доказательства проверки полномочий должностных лиц АО «КИП», а именно: не представлены доказательства полномочий лиц, выдавших доверенности на имя ФИО2; не представлены доказательства наличия полномочий лица, выдавшего доверенность представителю АО «КИП», присутствовавшему по утверждению суда при проведении проверки; не исследован вопрос о полномочиях директора филиала «Игарский», на территории которого находится объект проверки. В протоколе указано, что объяснения лица, привлекаемого к ответственности, будут представлены позднее. В материалах дела отсутствует подтверждение получения объяснений. Документы, представленные в материалы дела не заверены уполномоченным должностным лицом. Ни в акте, ни в протоколе об административном правонарушении не указаны объективная и субъективная сторона правонарушения. Не указано, какие конкретно меры не приняты Фельдманом для выполнения обязательных требований. Судом не исследовалось каждое нарушение, указанное в Акте и протоколе. В письменном возражении ФИО2 указал, что содержания отдельных пунктов Правил прямо указывают на рекомендательный характер (например, пункты 77, 79 Правил). Ряд пунктов не содержит какого-либо требования. Однако исходя из содержания постановления суда суд вообще не придал значения содержанию Правил. Суд сделал вывод о несогласии с утверждением защитника о невозможности применения Правил, однако какая-либо мотивировка к данному выводу отсутствует. Судом сделан вывод о том, что защитник не отрицал тот факт, что на объекте охрана производится сотрудниками охраны, у которых отсутствует оружие. Данный вывод абсолютно противоположен доводам защитника. Согласно Акту и протоколу об административном правонарушении Росгвардией не исследовался вопрос о соблюдении Обществом ч. 1 ст. 9 Федерального закона № 256-ФЗ применительно к Объекту. В Акте и протоколе отсутствует информация каким образом и у каких лиц получена информация об охране Объекта невооруженными сотрудниками подразделения охраны. Отсутствует информация о том, какие посты обследованы, какие лица опрашивались и проверялись на предмет наличия оружия, в том числе указанного в ст. 3 Федерального закона от 13.12.1996 № 150-ФЗ «Об оружии». Таким образом, ФИО2 возражал о бесспорном установлении Росгвардией факта нарушения ч. 1 ст. 9 Федерального закона № 256-ФЗ в части отсутствия у охраны оружия, однако судом данный факт не исследован. 

В судебном заседании защитник Косов А.М. поддержал доводы жалобы в полном объеме.

Представитель Управления Росгвардии по Красноярскому краю ФИО1, действующая на основании доверенности, просила отказать в удовлетворении жалобы, представив возражения в письменном виде.

Исследовав материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, суд находит жалобу необоснованной и не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 20.30 КоАП РФ нарушение требований обеспечения безопасности и антитеррористической защищенности объектов топливно-энергетического комплекса, а равно воспрепятствование соблюдению указанных требований должностными лицами, в том числе руководителями субъекта топливно-энергетического комплекса, гражданами, если эти действия не содержат уголовно наказуемого деяния влечет наложение административного штрафа на должностных лиц - от тридцати тысяч до пятидесяти тысяч рублей или дисквалификацию на срок от шести месяцев до трех лет.

Требования к обеспечению безопасности и антитеррористической защищенности объектов топливно-энергетического комплекса ( ТЭК) установлены Федеральным законом от 21 июля 2011 года N 256-ФЗ "О безопасности объектов топливно-энергетического комплекса".

Согласно части 1 статьи 3 указанного Федерального закона целями обеспечения безопасности объектов топливно-энергетического комплекса являются их устойчивое и безопасное функционирование, защита интересов личности, общества и государства в сфере топливно-энергетического комплекса от актов незаконного вмешательства.

Статьей 4 Закона закреплены основные принципы обеспечения безопасности объектов ТЭК, в том числе и принцип обеспечения их антитеррористической защищенности.

В соответствии с ч.1 ст.9 Закона система физической защиты объектов топливно-энергетического комплекса представляет собой совокупность направленных на предотвращение актов незаконного вмешательства организационных, административных и правовых мер, инженерно-технических средств охраны и действий подразделений охраны, имеющих в своем распоряжении гражданское, служебное оружие и специальные средства.

Согласно требованиям статей 6, 12 Закона, руководитель ТЭК обязан обеспечить антитеррористическую защищенность и безопасность объектов от актов незаконного вмешательства.

Требования обеспечения безопасности объектов ТЭК в зависимости от установленной категории опасности объектов определяются Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 05 мая 2012 г. N 458 "Об утверждении Правил по обеспечению безопасности и антитеррористической защищенности объектов топливно-энергетического комплекса" установлены требования по обеспечению безопасности и антитеррористической защищенности объектов топливно-энергетического комплекса Российской Федерации в зависимости от установленной категории опасности объектов, которые являются обязательными для выполнения субъектами топливно-энергетического комплекса.

Довод о том, что ФИО2 не является субъектом административного правонарушения, суд находит необоснованным.

На основании ст. 2.4 КоАП РФ административной ответственности подлежит должностное лицо в случае совершения им административного правонарушения в связи с неисполнением либо ненадлежащим исполнением своих служебных обязанностей. Согласно примечания к названной норме под должностным лицом следует понимать лицо, постоянно, временно или в соответствии со специальными полномочиями осуществляющее функции представителя власти, то есть наделенное в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся в служебной зависимости от него, а равно лицо, выполняющее организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных организациях, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации. Совершившие административные правонарушения в связи с выполнением организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций руководители и другие работники иных организаций несут административную ответственность как должностные лица.

Согласно приказов от 22.01.2019 г., 01.04.2019 г. о приеме ФИО2 на работу на должность главного инженера-технического директора АО «КНП», доверенностей №34, 316, должностной инструкции главного инженера-технического директора, ФИО2 осуществляет, организовывает соблюдение обществом правил по обеспечению безопасности и антитеррористической защищенности объектов топливно-энергетического комплекса, принимает меры к устранению нарушений правил по обеспечению безопасности и антитеррористической защищенности объектов в рамках предоставленных полномочий, устраняет любые нарушения, выявленные в ходе проведения проверок объектов ТЭК, с правом заключать от имени общества любые сделки, направленные на соблюдение требований законодательства в области обеспечения безопасности объектов ТЭК, давать обязательные к исполнению распоряжения и указания, контролировать их исполнение, обязан соблюдать действующее законодательство, а также контролировать исполнение действующего законодательства со стороны подчиненных ему лиц, является должностным лицом в связи с выполнением организационно-распорядительных и (или) административно-хозяйственных функций в АО «КНП».

Таким образом, Фельдман являющийся должностным лицом, является субъектом административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.30. КоАП РФ.

Довод об указании в акте проверки генерального директора общества ФИО3, допустившего нарушение и составление протокола в отношении технического директора, не влечет отмену постановления, поскольку протокол и акт являются самостоятельными процессуальными документами, составление которых не ставится в зависимость одно от другого.

Довод о том, что документы, представленные в деле не заверены надлежащим образом, суд находит необоснованным, поскольку все представленные в суд документы прошиты, пронумерованы и скреплены гербовой печатью с отметкой копия верна, заверены подписью (л.д. 56).

Факт подписания генеральным директором договора оказания услуг по охране объектов АО «Красноярскнефтепродукт», не освобождает ФИО2, как лица, на которого возложена обязанность по соблюдению обществом правил по обеспечению безопасности и антитеррористической защищенности объектов ТЭК от обязанности по обеспечению охраны ТЭК вооруженными сотрудниками подразделения охраны; и не является основанием для его освобождения от административной ответственности за неисполнение данных обязанностей.

С доводом о рекомендательном характере отдельных пунктов Правил, суд не может согласиться по следующим основаниям. 

Согласно ст. 1 Федерального закона от 21 июля 2011 года N 256-ФЗ "О безопасности объектов топливно-энергетического комплекса", настоящий Федеральный закон устанавливает организационные и правовые основы в сфере обеспечения безопасности объектов топливно-энергетического комплекса в Российской Федерации, за исключением объектов атомной энергетики, в целях предотвращения актов незаконного вмешательства, определяет полномочия федеральных органов государственной власти и органов государственной власти субъектов Российской Федерации в указанной сфере, а также права, обязанности и ответственность физических и юридических лиц, владеющих на праве собственности или ином законном праве объектами топливно-энергетического комплекса.

Требования обеспечения безопасности и требования антитеррористической защищенности объектов ТЭК в зависимости от установленной категории опасности объектов определяются Правительством Российской Федерации. Указанные требования являются обязательными для выполнения субъектами топливно-энергетического комплекса (ч. 1 ст. 7 Закона).

Во исполнение федерального закона Постановлением Правительства РФ от 05 мая 2012 года N458 утверждены Правила по обеспечению безопасности и антитеррористической защищенности объектов топливно-энергетического комплекса, которые в силу прямого указания закона являются обязательными для выполнения субъектами топливно-энергетического комплекса.

Кроме того, 10.04.2015 г. полицией ГУ МВД России по Красноярскому краю (исх. № 36/1/831) в адрес генерального директора АО «Красноярскнефтепродукт» было направлено информационное письмо о необходимости организации работы по обеспечению безопасности объектов ТЭК в строгом соответствии с требованиями Федерального закона от 21.07.2011 г. № 256-ФЗ «О безопасности объектов ТЭК», постановлений Правительства РФ от 05.05.2012 № 458дсп «Об утверждении Правил по обеспечению безопасности и антитеррористической защищенности объектов топливно-энергетического комплекса», № 459 «Об утверждении Положения об исходных данных для проведения категорирования объекта топливно-энергетического комплекса, порядке его проведения и критериях категорирования», № 460 «Об утверждении Правил актуализации паспорта безопасности объекта топливно-энергетического комплекса», на что обществом был направлен ответ от 27.04.2015 №01-1200, о том, что обществом разрабатывается сметно-проектная документация ИТСО в соответствии с требованиями постановления правительства РФ № 458, что подтверждает наличие и использование указанных Правил обществом.

Довод жалобы о необоснованном привлечении ФИО2 к административной ответственности несколько раз за правонарушения, выявленные в ходе одной проверки, суд находит ошибочным, поскольку проверки проведены на разных объектах ТЭК, расположенных в разных районах Красноярского края, включенных в План проведения плановых проверок объектов Управлением Росгвардии, что не противоречит требованиям действующего законодательства. В ходе проверок выявлены различные нарушения законодательства по обеспечению безопасности и антитеррористической защищенности объектов ТЭК, что является основанием для привлечения должностного лица к административной ответственности за каждое правонарушение. 

Согласно части 1 статьи 4.4 КоАП РФ при совершении лицом двух и более административных правонарушений административное наказание назначается за каждое совершенное административное правонарушение.

Вопреки доводам жалобы, при рассмотрении дела мировым судьей установлены полно и всесторонне все фактические обстоятельства по делу, которые подтверждаются представленными доказательствами, исследованными в ходе судебного заседания и получившими правильную оценку в постановлении. 

С учетом всех обстоятельств дела, характера совершенного правонарушения, личности виновного, назначенное наказание является справедливым, определено в минимальном размере.При указанных обстоятельствах, суд не усматривает оснований для вмешательства в обжалуемое постановление.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Оставить без изменения постановление мирового судьи судебного участка № 138 в Железнодорожном районе г. Красноярска от 23.09.2019 г. о привлечении ФИО2 к административной ответственности, предусмотренной ст. 20.30 КоАП РФ. 

Жалобу оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в порядке ст.ст. 30.12 - 30.14 КоАП РФ 

Судья Л. Ю. Серебрякова