дело № 1-23/2021

П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

г. Можга 12 марта 2021 года

Можгинский районный суд УР в составе председательствующего судьи Каримова Э.А., при секретаре Нелюбиной О.Н.,

с участием государственных обвинителей – помощников Можгинского межрайонного прокурора Гуляева И.А. и ФИО1

потерпевшего С.А.Р., 

подсудимого ФИО2,

его защитника – адвоката Мезриной О.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО2, 

<

данные изъяты>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 совершил преступление против порядка управления при следующих обстоятельствах.

Приказом министра внутренних дел по УР от 10 августа 2016 года №*** л/с С.А.Р. назначен на должность инспектора (дорожно-патрульной службы) группы дорожно - патрульной службы ГИБДД МО МВД России 

<

данные изъяты>

На основании Федерального Закона «О полиции» и должностных инструкций С.А.Р. является должностным лицом правоохранительного органа, представителем власти, в обязанности которого входит проверка и принятие мер по заявлениям и сообщениям о преступлениях, происшествиях и об административных правонарушениях, предупреждение и пресечение преступлений и административных правонарушений.

24 мая 2020 года около 4 часов 40 минут С.А.Р. совместно с инспектором группы дорожно - патрульной службы ГИБДД МО МВД России 

<

данные изъяты> ФИО5, будучи при исполнении своих должностных обязанностей в присвоенной форме одежды, получили сообщение от сотрудника отделения патрульно-постовой службы полиции ФИО7 о том, что около 4 часов 35 минут того же дня у дома по адресу: 

<

***>, им при осуществлении патрулирования остановлен автомобиль марки 

<

данные изъяты> с государственным регистрационным знаком №*** под управлением ФИО2, у которого выявлены признаки алкогольного опьянения. После чего ФИО5 и С.А.Р. в период с 4 часов 40 минут до 5 часов 00 минут 24 мая 2020 года прибыли по вышеуказанному адресу для разбирательства, где обнаружили находившегося в состоянии алкогольного опьянения ФИО2

24 мая 2020 года в 5 часов 6 минут в результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения на месте у ФИО2 установлено состояние алкогольного опьянения (0,762 мг/л), в следствие чего в действиях подсудимого усматривались признаки совершения административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ - управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

ФИО2 с результатами освидетельствования на состояние опьянения не согласился, в связи с чем в 5 часов 9 минут этого же дня ФИО5 выписан протокол о направлении ФИО2 на медицинское освидетельствование, с прохождением которого он согласился.

После чего в период с 5 часов 9 минут до 5 часов 46 минут ФИО2 сел в салон своего вышеуказанного автомобиля и попытался завести его. Тогда С.А.Р. подошел к подсудимому, потребовал прекратить противоправные действия и выйти из салона автомобиля, однако ФИО2 на правомерные требования С.А.Р. не реагировал в связи с чем ФИО5 в целях фиксации противоправных действий подсудимого начал снимать их на свой телефон, однако в последующем он был повален на землю. В это время С.А.Р. отошел от подсудимого и подбежал к ФИО5, тогда подсудимый закрыл дверь автомобиля, завел его и попытался скрыться с места происшествия. Однако С.А.Р. подбежал к автомобилю ФИО2, открыл его дверь и телом залез внутрь его салона, чтобы достать ключи из замка зажигания, но в этот момент ФИО2 начал движение на автомобиле и проехал несколько метров. Тогда с целью остановки автомобиля С.А.Р. потянулся рукой к ручному тормозу.

В этот момент у ФИО2, находящегося в состоянии алкогольного опьянения на водительском сидении при управлении указанным автомобилем, возник преступный умысел, направленный на применение насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти С.А.Р., в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, с целью воспрепятствовать его законным действиям по предотвращению противоправных действий подсудимого.

Реализуя свой преступный умысел, 24 мая 2020 года в период с 5 часов 9 минут до 5 часов 46 минут, ФИО2, находясь в указанном месте, будучи в состоянии алкогольного опьянения, осознавая, что С.А.Р. является представителем власти и исполняет свои должностные обязанности, в связи с их исполнением, применяя насилие, не опасное для жизни и здоровья, умышленно нанес С.А.Р. один удар кулаком правой руки в область правого глаза, причинив ему физическую боль и телесное повреждение характера ушиба мягких тканей лица в виде кровоподтека в области правого глаза, которое не причинило вред здоровью и по степени тяжести вреда здоровью не квалифицируется.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании вину в совершении инкриминируемого преступления не признал и пояснил следующее. В утреннее время 24 мая 2020 года он, будучи в состоянии алкогольного опьянения, управлял своим автомобилем 

<

данные изъяты> государственный знак №***, в результате чего был остановлен сотрудниками полиции. Затем приехали О. и С., на месте он прошел освидетельствование на состояние опьянения, результат составил около 0,7 мг/л, с которым он не согласился. Тогда сотрудники полиции предложили ему пройти медицинское освидетельствование, на что он ответил согласием. Он хотел отогнать машину, но сотрудники полиции сказали ему, что от управления он отстранен. После этого с целью взять документы и закрыть окна автомобиля он сел в свою машину на водительское сиденье и вставил ключ в замок зажигания, поскольку окна закрываются только при наличии ключа в замке, машину при это не заводил. Тогда подбежал С. и начал отбирать ключи от машины, при этом ФИО2 говорил ему, что в общей связке находятся ключи, как от автомобиля, так и от дома и подсудимый хотел забрать их. В это время кольцо от связки ключей находилось на пальце подсудимого и С., выдергивая ключи, мог сломать ему палец. Все происходящее снималось на видео О. и самим ФИО2, видеозаписи приобщены. При этом об осуществлении видеозаписи его не предупредили. Также у С. отсутствовал нагрудный знак, и он не предъявил свое служебное удостоверение по просьбе подсудимого. В этот момент началась какая-то потасовка, в ходе которой С. отпустил его и отбежал. Тогда ФИО2 сел в машину, закрыл дверь и вновь поместил ключи в замок зажигания, чтобы закрыть окна. В этот момент С. открыл дверь авто, залез своим туловищем в салон и навалился телом на ФИО2, при этом потерпевший пытался забрать ключи из замка зажигания, в результате чего С. завел автомобиль. В это время ноги подсудимого под давлением тела С. были уперты в педали скорости и сцепления до пола, а рычаг коробки находился на скорости (на первой или третьей передаче), а потому автомобиль начал движение, проехал пару метров. В момент движения потерпевший пытался извлечь ключи из зажигания и остановить автомобиль. В то время как ФИО2 левой рукой держался за руль, правая его рука была зажата, а потому он не мог нанести удар С.. В какой-то момент потерпевший дернул рычаг тормоза, и машина остановилась. Затем к автомобилю подбежал О., который совместно с С. через переднюю пассажирскую дверь вытащили подсудимого из автомобиля, повалили на землю и надели наручники. Никаких ударов ФИО2 потерпевшему не наносил. На представленной им видеозаписи с его телефона запечатлено посинение на лице под глазом у С., то есть повреждение (синяк) у потерпевшего имелось изначально, до инкриминиремых ему действий. Дополнительно подсудимый сообщил, что С. угрожал применением физической силы, считает, что у потерпевшего возникла обида, однако ранее с ним он знаком не был.

Виновность подсудимого в совершении преступления при указанных в приговоре обстоятельствах подтверждается показаниями потерпевшего и свидетелей.

Так, из показаний допрошенного в судебном заседании потерпевшего С.А.Р. установлено, что он с 2016 года состоит в должности инспектора ДПС ОГИБДД МО МВД России 

<

данные изъяты>. В его должностные обязанности входит осуществление безопасности дорожного движения и контроль за соблюдением водителями правил дорожного движения. 23 мая 2020 года в вечернее время он заступил службу совместно с инспектором ДПС О.. Около 5 часов 24 мая 2020 года им с ФИО5 поступило сообщение от сотрудника ППСП Г., который сообщил, что им совместно с водителем ППСП З. около дома по адресу: 

<

***>, остановлен автомобиль марки 

<

данные изъяты>, водитель которого находится в состоянии алкогольного опьянения. После чего они с ФИО5 на служебном автомобиле выехали к данному месту, ехали около 10 минут. По приезду на место Г. подошел к ним и объяснил, что за рулем остановленного автомобиля находится ФИО2, у которого выявлены признаки алкогольного опьянения. Сообщив это, Г. с З. уехали. Далее он попросил водителя указанного автомобиля, которым оказался подсудимый, предоставить документы, при проверки которых у последнего были выявлены признаки алкогольного опьянения - запах алкоголя изо рта, нарушение речи. Затем был составлен протокол об отстранении подсудимого от управления транспортным средством, он на месте прошел освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, которое было подтверждено, но с его результатами ФИО2 не согласился, а потому они предложили ему пройти освидетельствование в наркологическом диспансере 

<

***>, на что подсудимый ответил согласием. После чего ФИО2 хотел передвинуть машину, но С. ему не разрешил, указав, что тот отстранен от управления. Несмотря на это, подсудимый сел на водительское сиденье своего автомобиля и хотел завести его. С. попытался помешать этому и забрать ключи. Затем О. стал снимать происходящее на свой телефон, а С. ввиду того, что ФИО2 удерживал ключи от автомобиля и не отдавал их, применил в отношении последнего физическую силу, предварительно неоднократно предупредив об этом. В этот момент к О. подбежал брат подсудимого – ФИО6 и между ними началась потасовка, в ходе которой Обухов упал на землю. Тогда С. подбежал к ФИО6 и оттолкнул его от О., который встав, распылил газ, отчего ФИО6 убежал. В этот момент подсудимый завел свой автомобиль и хотел начать на нем движение. Тогда С. подбежал к его двери, открыл ее и корпусом залез внутрь салона автомобиля, где пытался достать ключи из зажигания, чтобы заглушить автомобиль, но автомобиль под управлением ФИО2 начал движение, а потому он не смог достать ключи. После этого потерпевший потянулся к ручному тормозу, чтобы остановить автомобиль, и в этот момент ФИО2 замахнулся и ударил его кулаком в область правого глаза, отчего он испытал физическую боль. После чего С. все-таки дернул ручной тормоз, отчего автомобиль остановился и к нему подбежал О.. Совместно с ним они смогли вытащить ФИО2 из салона автомобиля, повалили на землю, применив физическую силу, и надели наручники. В результате нанесенного ФИО2 удара кулаком у С. образовалась ссадина под правым глазом, которой до этого у него не имелось. После чего они свозили подсудимого на медицинское освидетельствование, а затем совместно с О. они ходили на прием к неврологу в приемное отделение больницы 

<

***>. Удар ФИО2 нанес ему осознанно и целенаправленно. В салоне автомобиля ФИО2 он (потерпевший) ни обо что не ударялся.

Из показаний свидетеля ФИО5, данных им в судебном заседании и оглашенных со стадии предварительного следствия (л.д. 126-130), которые им подтверждены, установлено, что он дал показаний в целом аналогичные показаниям потерпевшего С.. При этом из показаний О. также установлено, что ФИО2, будучи отстраненным от управления, сел в машину, завел ее и намеревался начать на ней движение. В этот момент С. запрыгнул в салон автомобиля подсудимого, а затем применил ручной тормоз. После этого потерпевший сказал, что ФИО2 в салоне автомобиля нанес ему удар кулаком в правую часть лица - под глаз. Очевидцем произошедшего была Т., которая ждала автобус, ее контактные данные были ими записаны. До заступления на дежурство у С. каких-либо телесных повреждений на лице не имелось, а после случившегося под его правым глазом образовался кровоподтек. Образовавшееся от действий ФИО2 телесное повреждение у С. видели сотрудники ППСП З. и Г., который изначально им сообщил об остановке подсудимого с признаками опьянения, а затем они встретились с Г. и З. у наркологического кабинета.

Свидетель ФИО7 (ОППСП МО МВД России 

<

данные изъяты> в судебном заседании дал показания, аналогичные показания потерпевшего С. и свидетеля О.. Из его показаний следует, что в ходе патрулирования им совместно с сотрудником полиции З. остановлен автомобиль 

<

данные изъяты> под управлением подсудимого, у которого имелись признаки алкогольного опьянения. Затем они вызвали сотрудников ГИБДД, приехали О. и потерпевший, у которого каких-либо телесных повреждений на лице не имелось. После их приезда Г. с З. уехали за врачом – наркологом. Через некоторое время к кабинету нарколога приехали О. и С., которые привезли ФИО2, при этом у потерпевшего на лице уже имелся синяк в виде покраснения или посинения. С. пояснил, что ФИО2 начал движение на автомобиле, а потерпевший пытался его остановить, тогда подсудимый нанес ему удар рукой. 

Оглашенными с согласия сторон на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниями свидетеля ФИО18 установлены обстоятельства, аналогичные показаниям свидетеля ФИО7, при этом свидетель также подтвердил первоначальное отсутствие у С. на лице какого-либо телесного повреждения, которое уже имелось у него на момент приезда потерпевшего и О. к кабинету нарколога. От Г. ему известно, что С. ударил ФИО2 после того, как он (З.) с Г. уехал за врачом – наркологом (л.д. 82-85).

Свидетель ФИО8 (заместитель начальника полиции по охране общественного порядка МО МВД России «

<

данные изъяты> в суде показал, что с 23 на 24 мая 2020 года являлся ответственным от руководства отдела полиции. При заступлении в этот период сотрудников ДПС С. и О. видимых телесных повреждений у них не имелось, в противном случае, он спросил бы о причинах и обстоятельствах их получения. Вместе с тем, при сдаче смены 24 мая 2020 года у С. уже имелось телесное повреждение в виде ссадины, которое Р. видел лично. О случившемся С. доложил рапортом на имя начальника.

Из показаний свидетеля ФИО9 (оперативный дежурный МО МВД России 

<

данные изъяты>), данных в судебном заседании и оглашенных со стадии следствия (л.д. 133-135) на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, которые им подтверждены, установлено следующее. С 8 часов 23 мая до 8 часов 24 мая 2020 года было его суточное дежурство. В этот период на смену также заступали сотрудники ДПС О. и С., у которого телесных повреждений на лице не имелось. Вместе с тем, утром 24 мая 2020 года у потерпевшего на лице имелся кровоподтек. С. пояснил, что его при попытке скрыться ударил кулаком подсудимый. Дополнительно свидетель сообщил, что он лично не видел заступающих на смену сотрудников ГИБДД с телесными повреждениями. 

Из совокупного анализа показаний свидетеля ФИО10, которые даны ею в судебном заседании, а также оглашены со стадии предварительного следствия (л.д. 86-88) на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, установлено следующее. Около 5 часов 24 мая 2020 года она пошла на работу и вышла на перекресток рядом с домом 

<

***> по 

<

***>, где ее забирает рабочий автобус. Подойдя перекрестку, увидела полицейскую и гражданскую машины. В полицейской машине находилось два сотрудника полиции и один мужчина, которому на вид около 30 лет, один из полицейских оформлял какие-то документы. Через несколько минут сотрудники полиции и мужчина вышли из полицейской машины. Этот мужчина направился к гражданской машине, а потом открыл дверь и сел за руль. К нему сразу же подбежали сотрудники полиции. Один сотрудник пытался отобрать ключи от машины у этого мужчины, но тот не давал, потому другой сотрудник начал все снимать на свой телефон. В этот момент она увидела, что снимающего на видео сотрудника полиции повалил стоящий рядом молодой человек в гражданской одежде, тогда второй сотрудник полиции отбежал от гражданской машины и помог своему коллеге. В это время мужчина в гражданской одежде, который был за рулем, завел свою машину и начал движение, к нему в машину сразу же запрыгнул сотрудник полиции, и они вместе начали движение. Так они доехали до канавы, пока ехали, в машине у них была какая-то потасовка, она видела, как в машине махались, удары не видела. Когда они доехали до канавы, то сотрудники полиции вытащили этого мужчину на улицу и повалили на землю, а затем надели наручники. После оглашения показаний свидетель ФИО11 их полностью подтвердила и пояснила, что при даче указанных показаний следователю помнила интересуемые обстоятельства лучше. Дополнительно свидетель сообщила в суде, что по телосложению мужчина в гражданской одежде, о котором она говорила в оглашенных показаниях, внешне похож на подсудимого. После случившегося она оставила сотрудникам полиции свои контактные данные.

Согласно оглашенным на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниям свидетеля ФИО12, в ночь на 24 мая 2020 года совместно подсудимым и его братом он употреблял спиртное в машине ФИО2. В какой-то момент они поехали до заправки за сигаретами, за рулем ехал подсудимый. Около 

<

***> их остановила машина ППС, откуда сразу вышли сотрудники полиции и подошли к подсудимому. Затем приехали сотрудники ДПС, которые позвали ФИО2 в их машину, чтобы проверить его на состояние алкогольного опьянения. Через некоторое время подсудимый и сотрудники ДПС вышли из машины. Часть последующих событий он не видел и не слышал. Затем ФИО3 услышал какие-то шумы и увидел, что один из сотрудников ДПС поднимается с земли и брызгает в Р.Р. (брат подсудимого) перцовым баллончиком. Тогда свидетель подбежал к ФИО6 и увел его (л.д. 89-92).

Свидетель ФИО13 (врач - невролог БУЗ УР «

<

данные изъяты>») в судебном заседании пояснила, что к ней на прием 24 мая 2020 года пришел потерпевшей С., у которого имелось направление от травматолога. При осмотре потерпевшего она констатировала у него ушиб мягких тканей лица в области правого глаза в виде бледно – синего кровоподтека, о чем ею были составлены соответствующие медицинские документы. При дополнительном допросе свидетель сообщила, что у С. имелись припухлость и периорбитальная гематома в области глаза. Также Ф. подтвердила, что указывает при составлении медицинских документов только те сведения, которые ею установлены при осмотре лица.

Свидетель защиты ФИО14 (врач - нарколог БУЗ УР «

<

данные изъяты>») в судебном заседании указала, что 24 мая 2020 года она проводила медицинское освидетельствование потерпевшего С., у которого имелся еле заметный и не «свежий» синяк в виде потемнения под правым глазом. По ее мнению, этот синяк не мог быть нанесен 24 мая 2020 года. При повторном допросе в судебном заседании на обозрение свидетеля представлена видеозапись, выполненная на телефон подсудимого, и скриншоты с нее. На дополнительные вопросы ФИО14 сообщила, что в кабинете медицинского освидетельствования 24 мая 2020 года видела у С. такое же телесное повреждение, что и на предъявленных ей видеозаписи и изображениях. По мнению свидетеля, каких-либо покраснений, ссадин и припухлостей в тот день у потерпевшего не имелось, а имевшееся у последнего повреждение на лице уже заканчивалось, то есть проходило, было примерно недельной давности. Также привела доводы о том, что при ударе кулаком в область глаза появляется краснота и припухлость, иногда происходит кровоизлияние в глаз, чего у С. не было.

Свидетель защиты ФИО15 (медсестра БУЗ УР «

<

данные изъяты>») – мама подсудимого, в суде охарактеризовала его с положительной стороны. Также показала, что от сыновей узнала, что с 23 на 24 мая 2020 года у них произошел конфликт с сотрудниками полиции. В вечернее время 27 мая 2020 года видела в коридоре больнице на расстоянии 1,5 – 2 метров С., который привез документы по факту ДТП. В это время потерпевший был активный и веселый, смеялся, на его лице ничего не было, оно было чистым. 

Из оглашенных с согласия сторон на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля ФИО6 установлено, что подсудимый является его братом, которого он характеризует с положительной стороны (л.д. 136-138).

Кроме того, вину подсудимого подтверждают исследованные в судебном заседании материалы уголовного дела:

- рапорт об обнаружении в действиях ФИО2 признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, послуживший поводом для возбуждения уголовного дела (л.д. 9);

- копии рапортов ИДПС ОГИБДД МО МВД России 

<

данные изъяты> С.А.Р. и ФИО5, согласно которым 24 мая 2020 года около дома по адресу: 

<

***>, ФИО2, который находился в состоянии алкогольного опьянения, на законные требования сотрудников полиции не реагировал. В рапорте потерпевшего также отражено, что в последующем ФИО2, будучи в салоне своего автомобиля 

<

данные изъяты> г/н №***, около дома по вышеуказанному адресу, при попытки скрыться, нанес удар по лицу С.А.Р., который находился при исполнении служебных обязанностей и пытался предотвратить противоправные действия ФИО2 (л.д. 12, 13);

- копия рапорта оперативного дежурного МО МВД России 

<

данные изъяты> от 24 мая 2020 года, согласно которому в 9 часов 32 минуты указанного дня в дежурную часть отдела полиции поступило сообщение от медсестры БУЗ УР 

<

данные изъяты> С. о том, что доставлен сотрудник ИДПС С.А.Р. с предположительным диагнозом: закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, ушиб мягких тканей лица, ушиб ссадина правой голени. Попало при задержании (л.д. 15);

- копия протокола осмотра места происшествия, согласно которому с участием С.А.Р. осмотрен участок местности напротив дома по адресу: 

<

***>, возле которого 24 мая 2020 года находился автомобиль марки 

<

данные изъяты>, с государственным регистрационным номером №***, под управлением ФИО16, который оказал сопротивление и попытался скрыться (л.д. 16-22);

- копия протокола об отстранения от управления транспортным средством от 24 мая 2020 года, согласно которому в 4 часа 51 минуту этого дня у дома по адресу: 

<

***>, ФИО2 отстранен от управления автомобилем 

<

данные изъяты>, г.н. №***, ввиду наличия оснований полагать, что он находится в состоянии опьянения (л.д. 23);

- копия акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 24 мая 2020 года, согласно которому при помощи алкотектора у ФИО2 установлено состояние опьянения, результаты прибора составили 0,762 мг/л, с которыми не согласился подсудимый (л.д. 24);

- копии протоколов об административном правонарушении, о задержании транспортного средства и направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 24 мая 2020 года, согласно которым в действиях ФИО2 усматриваются признаки состава правонарушения по ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, ввиду чего его автомобиль 

<

данные изъяты> г.н. №*** задержан, а сам ФИО2 направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения ввиду наличия у него признаков опьянения. С направлением на медицинское освидетельствование ФИО2 согласен (л.д. 25 – 27);

- копии ленты и акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения, согласно которым в 5 часов 46 минут 24 мая 2020 года у ФИО17 установлено состояние опьянения (л.д. 28-30);

- копия постановления 

<

данные изъяты> от 15 июня 2020 года, согласно которому ФИО2 признан виновным в совершении 24 мая 2020 года в 4 часа 35 минут у 

<

***> административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст.12.8 КоАП РФ (л.д. 31-33);

- копия выписки из постовой ведомости МО МВД России 

<

данные изъяты>, согласно которой 23 мая 2020 года в составе дежурной группы находились сотрудники ОППСП ФИО18 и ФИО7, инспекторы ДПС ОГИБДД ФИО5 и С.А.Р. (л.д. 35);

- копия выписки из приказа МВД по УР от 10 августа 2016 года №***, согласно которой С.А.Р. назначен на должность инспектора (дорожно-патрульной службы) группы дорожно-патрульной службы ГИБДД МО МВД России 

<

данные изъяты>» с 11 августа 2016 года сроком на 4 года (л.д.36);

- копия должностного регламента С.А.Р. как инспектора (дорожно-патрульной службы) группы дорожно-патрульной службы ГИБДД отдела ГИБДД МО МВД России 

<

данные изъяты> (л.д. 40-42);

- копия служебного удостоверения С.А.Р. как инспектора ДПС ГИБДД МВД России по УР (л.д. 124);

- копии заключений экспертов №*** от 25 мая 2020 года и №*** от 25 сентября 2020 года, согласно которым у С.А.Р., помимо прочих, имелось телесное повреждение характера ушиба мягких тканей лица в виде кровоподтека в области правого глаза. Это телесное повреждение образовалось от действия тупых предметов или при ударе о таковые, давность его образования соответствует сроку, указанному в постановлении (24 мая 2020 года). Повреждение вред здоровью не причинило. Возможность его образования при падении с высоты собственного роста не исключается. В область лица С.А.Р. нанесено не менее 1 удара (л.д. 64-65, 212-213);

- протокол выемки, согласно которому у свидетеля ФИО5 изъяты диски с видеозаписями с видеорегистратора и сотового телефона свидетеля (л.д.195-198);

- протокол осмотра предметов, согласно которому осмотрен DVD-R диск с видеозаписью с видеорегистратора от 24 мая 2020 года. На видеозаписи видно, как С. и О. стоят около автомобиля ФИО2. С. пытается отстранить ФИО2 от управления автомобилем, который сопротивляется последнему. ФИО2 закрывает дверь автомобиля, когда С. отходит на помощь к О., после чего ФИО2 пытается начать движение на автомобиле, а С. пытается его остановить. Затем О. и С. вытаскивают ФИО2 из автомобиля, валят его на землю и надевают на него наручники (л.д. 199 - 204);

- протокол осмотра предметов, согласно которому осмотрен DVD-R диск с видеозаписью с сотового телефона ФИО5. На видеозаписи видно, как С.А.Р. просит выйти ФИО2 с автомобиля и передать ему ключи, предупреждает ФИО2 о применении физической силы в случае невыполнения им его требований. Далее С.А.Р. пытается применить физическую силу в отношении ФИО2 (л.д. 206 - 208);

- акт медицинского освидетельствования, справка и консультация невролога от 24 мая 2020 года, приобщенные в судебном заседании, где констатировано наличие у потерпевшего телесного повреждения на лице.

Оценивая в совокупности исследованные в суде доказательства обвинения, суд признает их допустимыми, достоверными и достаточными для разрешения дела и приходит к убеждению о виновности подсудимого в совершении преступления при указанных в приговоре обстоятельствах.

Вина ФИО2 в инкриминируемом преступлении подтверждается показаниями потерпевшего С.А.Р., свидетелей ФИО5, ФИО10, ФИО12, ФИО7, ФИО18, ФИО19, ФИО9 и ФИО13, показания которых существенных противоречий не имеют и подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, показаниями потерпевшего С. и свидетеля О. установлено, что по прибытию на место происшествия по сообщению Г., при помощи алкотектора ими у подсудимого установлено состояние алкогольного опьянения. ФИО2 отстранили от управления автомобилем. Однако подсудимый их законные требования, в том числе о передачи ключей от автомобиля, не выполнил, сел на водительское сиденье своего авто, завел его и начал движение. Указанные действия попытался пресечь потерпевший, который залез в салон авто, намеревался извлечь ключи из замка зажигания, а в последующем дернул рычаг ручного тормоза. В это время ФИО2 нанес целенаправленный удар кулаком правой руки в область правого глаза С., осознавая при этом, что тот является представителем власти и находится при исполнении своих должностных обязанностей. До прибытия по вызову у потерпевшего какого-либо телесного повреждения на лице не имелось, вместе с тем, после нанесения удара ФИО2 у С. в районе правого глаза появился кровоподтек.

Указанными показаниями потерпевшего и свидетеля О. опровергаются доводы подсудимого о том, что он не наносил удара С. в салоне автомобиля, в том числе по причине того, что его рука была зажата телом потерпевшего. 

К этим доводам подсудимого суд относится критически, по мнению суда, они направлены на избежание уголовной ответственности за совершенное преступление и ничем не подтверждены.

В свою очередь, указанные показания потерпевшего и свидетеля О. подтверждаются показаниями свидетелей Г. и З., из которых установлено, что в утреннее время 24 мая 2020 года ими остановлен автомобиль под управлением подсудимого, у которого имелись признаки алкогольного опьянения. Для дальнейшего разбирательства ими был вызван экипаж ДПС, в составе которого приехали С. и Обухов, у которых каких-либо телесных повреждений на лице не имелось. Затем Г. с З. уехали. Через некоторое время в тот же день они снова встретились с ними у кабинета нарколога, при этом у С. на лице уже имелось телесное повреждение. Со слов последнего им стало известно о нанесении ему удара ФИО2.

Вышеуказанные обстоятельства, изложенные в показаниях потерпевшего С. и свидетелей О., Г. и З. также опровергают доводы подсудимого и свидетелей защиты о том, что у потерпевшего изначально имелось телесное повреждение на лице, которое образовалось до инкриминируемых ФИО2 событий.

Кроме того, из показаний допрошенных по уголовному делу в качестве свидетелей ФИО4 и ФИО23 также следует, что при сдачи смены в утреннее время 24 мая 2020 года они видели на лице у С. телесное повреждение, которое при заступлении потерпевшего на службу в вечернее время 23 мая 2020 года отсутствовало. Показания указанных свидетелей обвинения являются дополнительным подтверждением показаний потерпевшего и опровержением доводов подсудимого в указанной части.

Анализируя доводы свидетеля защиты С., которая через несколько часов после инкриминируемых подсудимому действий проводила медицинское освидетельствование С., при этом на его лице в области правого глаза имелся не «свежий» синяк в виде потемнения, который не мог быть нанесен 24 мая 2020 года, суд отмечает следующее. Показания этого свидетеля со стороны защиты опровергаются вышеуказанными согласующимися между собой показаниями потерпевшего и свидетелей обвинения. При этом вопреки показаниям свидетеля С. и доводам стороны защиты, на представленной подсудимым видеозаписи и скриншотов (изображений) с нее на лице потерпевшего С. каких-либо телесных повреждений, подпадающих под описание имевшегося у потерпевшего повреждения при обращении к врачу – неврологу (свидетелю Ф.) и при производстве первичной судебно – медицинской экспертизы от 25 мая 2020 года, не имелось.

Напротив, представленной подсудимым видеозаписью, которая просмотрена в суде, установлено, что какие-либо телесные повреждения на лице в области правого глаза С. изначально отсутствовали. В последующем, в результате нанесенного ФИО2 удара, у потерпевшего образовалось телесное повреждение в указанном месте, которое описано в заключении судебно – медицинских экспертиз.

Кроме того, допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО13 (врач – невролог) подтвердила, что 24 мая 2020 года к ней на прием обращался С., у которого имелась припухлость и периорбитальная гематома в области глаза (кровоподтек), что отражено ею в приобщенной к материалам дела консультации невролога. Ф. в суде подтвердила достоверность содержания документов (консультации), заполненных ею при осмотре С..

При этом анализируя указанную консультацию невролога, справку приемного отделения БУЗ УР МЦРБ МЗ УР №***, а также акт медицинского освидетельствования №*** от 24 мая 2020 года, суд отмечает, что во всех этих документах отражено наличие у С. телесного повреждения на лице.

В этих же консультации Ф. и акте медицинского освидетельствования ФИО24 от 24 мая 2020 года указано, что потерпевший жаловался на боль в области правого глаза, при этом в консультации невролога в качестве анамнеза заболевания отмечено о нанесении С. удара по лицу во время несения служебных обязанностей в тот же день.

Помимо прочего, о достоверности показаний потерпевшего в части того, что телесное повреждение получено им 24 мая 2020 года от умышленных действий ФИО2 также свидетельствуют выводы заключений судебно – медицинских экспертиз в отношении С., согласно которым давность образования телесного повреждения в области правого глаза соответствует указанному в постановлении сроку. При этом, исходя из описательно – мотивировочных частей указанных экспертиз, где сделаны ссылки на постановления об их назначении, удар потерпевшему нанесен около 5 часов 24 мая 2020 года.

Одновременно с этим, суд отмечает, что свидетель С. является врачом – наркологом, судебно – медицинские экспертизы на предмет наличия у лица телесных повреждений, давности их образования и другого ею не проводятся, что подтверждено свидетелем в суде. В свою очередь, экспертизы в отношении потерпевшего проведены судебно – медицинским экспертом, имеющим многолетний (более 35 лет) стаж экспертной деятельности. Для проведения первичной экспертизы эксперту представлен непосредственно сам потерпевший С., который, согласно исследовательской части, осмотрен экспертом, и у него (потерпевшего) в области правого глаза выявлен кровоподтек, приведено его описание. При таких обстоятельствах, к показаниям свидетеля защиты ФИО24 суд относится критически.

Анализируя показания свидетеля защиты ФИО2 о том, что она 27 мая 2020 года видела потерпевшего в коридоре больницы по месту ее работы, при этом на его лице отсутствовали какие-либо телесные повреждения, суд отмечает следующее. Свидетель ФИО2 наблюдала С. с определенного расстояния (1,5 – 2 метра), при искусственном освещении, при этом было вечернее время, о чем она сама пояснила в суде. Таким образом, суд допускает, что ввиду этих факторов свидетель могла не разглядеть телесное повреждение на лице потерпевшего. Кроме того, суд также отмечает, что в предмет доказывания по данному делу не входит выяснение вопроса о продолжительности визуального сохранения на лице потерпевшего телесного повреждения. Это также зависит от индивидуальных особенностей человека. С учетом изложенного, доводы свидетеля ФИО2, которая является мамой подсудимого, опровержением его виновности не являются.

Таким образом, суд считает несостоятельными доводы подсудимого о том, что до инкриминируемых ему действий на лице в область правого глаза С. имелось телесное повреждение.

Доводы подсудимого о том, что потерпевший оговаривает его, суд находит неубедительными, поскольку до дня совершения преступления между собой они знакомы не были, неприязненных отношений между ними не имелось, а потому причин для оговора ФИО2 со стороны С. суд не усматривает.

Помимо прочего, подтверждением достоверности показаний потерпевшего С. и свидетеля О. также являются оглашенные со стадии следствия показания свидетеля Т.. Так, из ее показаний следует, что когда мужчина в гражданской одежде завел свою машину, в ее салон залез сотрудник полиции, и они вместе начали движение, доехали до канавы. То обстоятельство, что свидетель Т. не видела непосредственно нанесенный ФИО2 удар С., подтверждением показаний подсудимого в этой части не является и, по мнению суда, обусловлен ее взаиморасположением по отношению к потерпевшему и подсудимому в момент нанесения удара последним, что подтверждается просмотренной в суде видеозаписью с регистратора служебного автомобиля. При этом, из показаний этого же свидетеля следует, что в момент движения автомобиля между сотрудником полиции и мужчиной в гражданской одежде была какая-то потасовка - в машине махались. Вместе с тем, исходя из характера действий, совершенных лицом, которого свидетель Т. описала (обозначила) в своих показаниях как мужчину в гражданской одежде (лет 30), суд считает доказанным, что речь идет именно о подсудимом ФИО2, а не о каком – либо другом лице. В тоже время, в судебном заседании свидетель Т. также сообщила, что по телосложению мужчина в гражданской одежде, о котором она говорила в оглашенных показаниях, внешне похож на подсудимого.

При этом, анализируя противоречия в показаниях свидетеля Т., которые даны ею в судебном заседании и оглашены со стадии следствия, суд обуславливает их длительностью времени прошедшего с момента инкриминируемых подсудимому действий, ввиду чего свидетель могла забыть отдельные юридически значимые обстоятельства, что подтверждено ФИО25 в суде после оглашения показаний. При таких обстоятельствах, в основу приговора судом кладутся показания свидетеля со стадии следствия, которые ею подтверждены.

Факт выполнения своих служебных обязанностей С. в последующие дни, что подтверждено ответом начальника ОГИБДД МО МВД России 

<

данные изъяты> от 25 февраля 2021 года и приложенными копиями постовых ведомостей, о невиновности ФИО2 в инкриминируемом преступлении, а также о недостоверности показаний потерпевшего не свидетельствует. Так, в результате нанесенного подсудимым удара С. какой-либо вред здоровью последнего не причинен. При таких обстоятельствах суд, с учетом наступивших последствий, не усматривает оснований для невыхода потерпевшего на службу по причине совершения в отношении него преступления ФИО2. При этом показания свидетеля М. о том, что он не видел заступающих на службу сотрудников ГАИ с телесными повреждениями, под сомнение показания потерпевшего о нанесении ему удара ФИО2 не ставят, поскольку этот же свидетель подтвердил в суде, что при сдаче смены 24 мая 2020 года у потерпевшего на лице имелось телесное повреждение в виде кровоподтека.

Доводы подсудимого о неправомерности действий С.А.Р., как сотрудника полиции, суд признает несостоятельными, они опровергаются показаниями потерпевшего и свидетелей обвинения о том, что ФИО2 управлял транспортным средством в состоянии опьянения, ввиду чего он был отстранен от управления автомобилем. При этом в последующем подсудимый стал вести себя противоправно, оказывал С.А.Р. сопротивление и на законные требования последнего не реагировал. Физическая сила и специальные средства применены к ФИО2 обоснованно, на основании ФЗ № 3 от 7 февраля 2011 года «О полиции», для пресечения его противоправных действий. При этом нарушений законодательства в действиях сотрудников полиции при задержании подсудимого суд, вопреки доводам ФИО2, не усматривает, поскольку ограничение свободы его передвижения осуществлено ввиду совершенных им противоправных действий, в том числе в отношении потерпевшего С., и с целью предотвращения их повторения.

При этом суд считает доказанным, что ФИО2 нанесен удар потерпевшему именно в связи с исполнением им своих должностных обязанностей. Так, подсудимый неоднократные требования о передачи ключей от машины проигнорировал, а в последующем, будучи отстраненным от управления транспортным средством, находясь в состоянии алкогольного опьянения, сел в салон автомобиля, завел его двигатель и начал на нем движение. Указанные действия ФИО2 в соответствии со своими служебными обязанностями попытался пресечь С., который своим телом (корпусом) залез в салон автомобиля и попытался извлечь ключи из замка зажигания, а в последующем, с целью остановки авто, дернул рычаг ручного тормоза. В это время ФИО2, будучи несогласным с указанными правомерными действиями С., нанес потерпевшему один удар кулаком правой руки в область правого глаза последнего.

Доводы стороны защиты об отсутствии нагрудного знака на форменной одежде потерпевшего С., непредоставлении им служебного удостоверения, о неуведомлении сотрудниками полиции о применении видео- и звукозаписывающей аппаратуры о неправомерности их действий не свидетельствуют. Одновременно с этим суд эти обстоятельства, как достоверно установленные в ходе судебного следствия, не констатирует. При этом суд отмечает, что диски с видеозаписями с камеры видеорегистратора автомобиля и телефона ФИО26, как доказательства виновности ФИО2, получены и осмотрены органами следствия в установленном законом порядке, отвечают требованиям допустимости, их содержание сторонами в судебном заседании не оспаривалось.

Вместе с тем, на осмотренных в судебном заседании видеозаписях, в том числе предоставленной самим ФИО2, запечатлено как потерпевший С. по просьбе подсудимого представляется, назвав свою должность, звание и фамилию. В тоже время, учитывая обмундирование сотрудников полиции в форменную одежду, их прибытие на имеющем соответствующую цветографическую раскраску и устройства для подачи световых спецсигналов патрульном автомобиле, суд полагает установленным, что ФИО2 осознавал о применении им насилия в отношении представителя власти. 

Доводы подсудимого о том, что он не намеревался заводить двигатель автомобиля и совершать на нем движение, а хотел лишь закрыть окна своей машины, для чего необходимо вставить ключ в замок зажигания, суд находит несостоятельными. Как следует из просмотренных в суде видеозаписей с видеорегистратора служебного автомобиля, окна автомобиля ФИО2 закрыты. Несмотря на это он, будучи отстраненным от управления транспортным средством, сел за водительское сиденье автомобиля, а после того, как С. отбежал к О., ФИО2 закрыл водительскую дверь, завел его, а затем, совместно с намеревавшимся оказать ему сопротивление потерпевшим, совершил на нем (автомобиле) движение. Эти обстоятельства также подтверждаются показаниями потерпевшего С. и свидетеля О..

При этом по тем же основаниям, суд находит несостоятельными и неубедительными показания подсудимого о том, что машину завел С. при попытке забрать ключи из замка зажигания, а в последующем под воздействием тела потерпевшего ФИО2 надавил своими ногами на педали газа и сцепления, в результате чего автомобиль, коробка передач которого стояла в положении первой либо третьей скорости, начал движение. 

Эти доводы ФИО2 опровергаются как показаниями потерпевшего и свидетеля О., так и видеозаписью с видеорегистратора служебного автомобиля, содержание которой в целом соответствует изложенным в показаниях указанных лиц (С. и О.) сведениям.

Доводы подсудимого о том, что он не мог передать инспектору С. ключи от автомобиля, поскольку основное кольцо, на котором находились ключи от машины, было надето на палец ФИО2, удерживаемый потерпевшим, а потому С. мог сломать его палец, суд считает необоснованными по следующим причинам.

Так, на имеющихся в материалах уголовного дела видеозаписях видно, что требования о передаче ключей и покинуть салон автомобиля при попытке автомобиля завести автомобиль С. высказал неоднократно. При этом суд находит правомерными указанные требования сотрудника полиции с учетом установленных обстоятельств (ФИО2 в состоянии алкогольного опьянения управлял автомобилем, был отстранен от его управления, с результатами освидетельствования не согласился, при этом он согласился пройти медицинское освидетельствование, однако в последующем с ключами направился к своему автомобиля и сел на его водительское сиденье). Несмотря на это, ФИО2 эти требования должностного лица, находящегося при исполнении служебных обязанностей, проигнорировал, и, находясь на водительском сиденье автомобиля, их не исполнил.

К доводам о возможности причинения С. телесного повреждения подсудимому в случае, если бы ФИО2 отпустил ключи, основное кольцо которых было надето на его палец, суд относится критически. При этом согласно просмотренным в суде видеозаписям, в момент совершения указанных действий подобных доводов ФИО2 не приводил и намеренно с силой в сжатом кулаке продолжал удерживать ключи от автомобиля, будучи в его салоне.

Одновременно с изложенным, суд констатирует, что о применении физической силы, в случае невыполнения указанных требований подсудимым, С. также предупредил ФИО2 неоднократно, что запечатлено на имеющихся в материалах уголовного дела дисках с видеозаписями. Какие-либо угрозы о ее применении потерпевший в адрес подсудимого не высказывал.

В то же время, суд соглашается с доводами ФИО2 о том, что в одной связке с ключами от автомобиля у него могли находиться ключи от места его проживания, однако эти обстоятельства не освобождали его от обязанности выполнить законные требования С. как сотрудника полиции, чего подсудимым сделано не было.

Доводы стороны защиты о том, что в показаниях потерпевшего и свидетеля О. имеются противоречия относительно части руки, которой С. нанес удар ФИО2, а именно, кулаком или локтем, суд обуславливает тем, что свидетель очевидцем этих обстоятельств не являлся. Одновременно суд отмечает, что в ходе судебного следствия в связи с имевшимися противоречиями оглашались показания этого свидетеля со стадии следствия, где, со слов потерпевшего, О. сообщил о нанесении удара подсудимым кулаком правой руки. После оглашения этих показаний О. их полностью подтвердил, имеющиеся противоречия объяснил длительностью времени, прошедшего с момента указанных событий.

На основании изложенного, в этой части суд в основу приговору кладет показания свидетеля О., оглашенные со стадии предварительного следствия.

При этом доводы С. о нанесении ему ФИО2 удара именно кулаком руки на протяжении всего судопроизводства, в том числе при составлении им рапорта (л.д. 12), были однотипны и последовательны.

Отсутствие в рапорте О. (л.д. 13) сведений о нанесении потерпевшему удара по лицу ФИО2 о недостоверности показаний С. не свидетельствует.

Анализируя доводы стороны защиты о том, что уголовное дело возбуждено спустя длительное время с момента инкриминируемых подсудимому действий, суд отмечает следующее.

До момента возбуждения уголовного дела сотрудниками правоохранительных органов проведены предусмотренные УПК РФ мероприятия, направленные, в том числе на установление события преступления, причастности к его совершению конкретного лица, и другие действия. По результатам этих мероприятий 24 августа 2020 года, то есть с соблюдением предусмотренных п. 3 ч.1 ст. 24 УПК РФ требований, в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ.

Причины увольнения подсудимого с прежнего места работы в предмет доказывания не входят.

Анализируя заключения судебно – медицинских экспертиз на предмет их допустимости, суд отмечает, что при их проведении не было допущено каких-либо существенных нарушений требований уголовно-процессуального закона, предусмотренных ч. 3 ст. 195 и ст. 204 УПК РФ, влекущих признание заключений эксперта недопустимым доказательством либо ставящих их под сомнение, в них приведены содержание и результаты исследований. В ходе проведения экспертиз соблюдены требования уголовно-процессуального закона, а также рекомендованные экспертные методики, установленные для подобного-рода экспертиз. Данные заключения научно обоснованны, являются полными, а их выводы надлежащим образом мотивированы и вероятностный характер не носят, и каких-либо оснований сомневаться в их правильности не имеется. Заключения даны компетентным специалистом, обладающим специальными познаниями в определенной сфере деятельности, которые позволили ему дать объективные, мотивированные ответы на вопросы, поставленные на разрешение. Суд отмечает, что экспертизы в рамках судопроизводства по делу проведены в специализированном государственном учреждении, независимым экспертом, как указано ранее, имеющим многолетний стаж работы (более 35 лет), которому были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, и он был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Доводы подсудимого о том, что он не смог поставить перед экспертом интересующие его вопросы, не свидетельствует о безусловном и существенном нарушении его прав, поскольку после ознакомления с заключениями экспертиз сторона защиты имела возможность заявлять ходатайства о назначении по делу дополнительной либо повторной экспертизы, чего ими сделано не было. 

С учетом изложенного, заключения судебно – медицинских экспертиз, в том числе в части выводов относительно давности образования имевшегося у потерпевшего телесного повреждения, судом кладутся в основу приговора наряду с другими доказательствами, поскольку они соответствуют требованиям допустимости.

Перечисленные лица, перед началом их допросов предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Вместе с тем, все из них дали подробные и последовательные показания, уличающие подсудимого в применении насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей. Обстоятельств, свидетельствующих о заинтересованности потерпевшего С.А.Р. и свидетелей обвинения в оговоре ФИО2 с целью его привлечения к уголовной ответственности, не установлено. 

Таким образом, в судебном заседании достоверно установлено, что ФИО2 с целью воспрепятствования исполнению потерпевшим ФИО20 своих должностных обязанностей, осознавая, что последний является представителем власти, нанес ему кулаком правой руки удар в область правого глаза.

Вместе с тем, в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре» разъяснено, что разбирательство дела в суде производится только в отношении подсудимых, а потому использование в приговоре формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступления других лиц, не допускается.

При таких обстоятельствах суд исключает из описания предъявленного подсудимому обвинения указание на совершение ФИО6 (

<

данные изъяты> подсудимого) противоправных действий в отношении ФИО5

В силу ч. 2 ст. 252 УПК РФ, изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту. 

Внесенные судом изменения в описание преступного деяния относительно фактических обстоятельств уголовного дела, установленных в ходе судебного следствия, на квалификацию предъявленного обвинения не влияют, позицию подсудимого не ухудшают и основаниями для освобождения его от уголовной ответственности не являются.

В остальном предъявленное подсудимому обвинение является обоснованным и нашло свое подтверждение в ходе судебного следствия.

С учетом изложенного, действия подсудимого ФИО2 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 318 УК РФ – применение насилия, не опасного для жизни или здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Поведение подсудимого в период предварительного и судебного следствия, материалы дела, не дают оснований сомневаться в его вменяемости, поэтому он должен нести уголовную ответственность за содеянное.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве смягчающих наказание подсудимого обстоятельств суд учитывает 

<

данные изъяты>

Обстоятельств, отягчающих наказание, нет.

С учетом характера и степени общественной опасности преступления, фактических обстоятельств его совершения и личности подсудимого ФИО2 суд не признает отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Кроме того, отсутствуют достоверные сведения о том, что именно указанное состояние явилось причиной совершения им инкриминируемого преступления и способствовало этому.

ФИО2 ранее не судим, при этом он совершил умышленное преступление средней тяжести против порядка управления, 

<

данные изъяты> Вместе с тем, он имеет постоянное место жительства, по которому характеризуется положительно, на учете в психиатрической больнице не состоит, 

<

данные изъяты>, свидетели ФИО6, ФИО15, ФИО21 и ФИО22 в целом охарактеризовали его с положительной стороны.

При таких обстоятельствах, в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, то есть для достижения целей применения уголовного наказания, суд назначает ФИО2 наказание в виде лишения свободы.

С учетом личности подсудимого, фактических обстоятельств совершенного преступления, степени его общественной опасности, суд не усматривает оснований для применения ч. 6 ст. 15; ст.ст. 53.1 и 64 УК РФ.

Вместе с тем, исходя из обстоятельств содеянного, личности подсудимого, суд приходит к выводу о том, что его исправление возможно без реального отбывания наказания, а потому в соответствии со ст. 73 УК РФ назначает ФИО2 наказание в виде лишения свободы условно, с возложением обязанностей, которые будут способствовать его исправлению. 

В то же время, учитывая положительно характеризующие сведения о личности подсудимого, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд назначает наказание в виде лишения свободы не в максимально возможных пределах.

Назначение такого наказания является справедливым и достаточным, а менее строгие виды наказаний, предусмотренные санкцией инкриминируемой статьи, не смогут обеспечить достижение целей наказания.

С учетом данных о личности подсудимого, а также вида назначаемого наказания оснований для изменения ему меры пресечения до вступления приговора в законную силу суд не усматривает.

Вопрос о судьбе вещественных доказательств решается судом с учетом положений ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307 – 309 УПК РФ, 

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы.

В соответствии со ст. 73 УК РФ, назначенное наказание считать условным, с испытательным сроком на 2 года.

Возложить на ФИО2 обязанности:

- в течение 10 суток со дня вступления приговора в законную силу встать на учет и два раза в месяц являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление осужденных (уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства), в установленные им дни и часы;

- не менять места жительства без уведомления этого органа.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить ФИО2 без изменения.

Вещественные доказательства – диски с видеозаписями – хранить при уголовном деле. 

Приговор может быть обжалован в Верховный Суд УР через Можгинский районный суд УР в течение 10 суток со дня его провозглашения.

Судья Э.А.Каримов