Дело № 1-1/2017

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 февраля 2017 года г. Калининград

Ленинградский районный суд г. Калининграда в составе:

Председательствующего судьи Барановой Н.А.

при секретарях Михно А.Н., Лукиной А.А., Жар М.Ю. 

с участием

государственных обвинителей Рудненко О.В.,

ФИО1, ФИО2, ФИО3, 

подсудимого ФИО4

его защитника адвоката Киселева М.Ю.

подсудимого ФИО5

его защитника адвоката Козловой Е.А.

потерпевшего Э.

представителя потерпевшего адвоката Парфенюка А.С., 

рассмотрел в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело в отношении 

ФИО4, 

<

данные изъяты> ранее не судимого,

находящегося на подписке о невыезде и надлежащем поведении, в период предварительного следствия содержавшегося под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 286 ч. 3 п.п. «а,б» УК РФ,

ФИО5, 

<

данные изъяты> 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст.ст. 33 ч.5, 286 ч.3 п.п. «а,б» УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимые ФИО4 и ФИО5 совершили преступление при следующих обстоятельствах.

Так, ФИО4, приказом начальника 

<

данные изъяты> университета Министерства Внутренних дел Российской Федерации 

<

данные изъяты>. № л/с от ДД.ММ.ГГГГ, назначен на должность старшего инспектора-дежурного комендантского отделения Калининградского филиала 

<

данные изъяты> университета Министерства Внутренних дел Российской Федерации.

Деятельность ФИО4 в указанной должности регламентирована Федеральным законом от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции», Федеральным законом от 30.11.2011 № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», должностной инструкцией старшего инспектора-дежурного комендантского отделения Калининградского филиала 

<

данные изъяты> университета МВД России, утвержденной 10.12.2013 начальником Калининградского филиала 

<

данные изъяты> университета МВД России.

В соответствии с вышеуказанными нормативно-правовыми актами ФИО4 постоянно осуществлял функции представителя власти, являлся лицом правоохранительного органа, наделенным распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от него в служебной зависимости, и правом принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, то есть являлся должностным лицом. 

В соответствии со статьями 2, 5, 6, 9, 12, 18, 19, 20 Федерального закона «О полиции» от 07.02.2011 № 3-ФЗ ФИО4 обязан осуществлять защиту личности от противоправных посягательств, предупреждать и пресекать преступления и административные правонарушения, выявлять и раскрывать преступления, защищать частную, государственную, муниципальную и иные формы собственности, в целях чего наделен полномочиями применять физическую силу, оружие и специальные средства в случаях, если ненасильственные способы не обеспечивают выполнения возложенных на полицию обязанностей, и ни при каких обстоятельствах не вправе прибегать к пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению, а также обязан пресекать действия, которыми гражданину умышленно причиняется боль, физическое и нравственное страдание.

Так, ДД.ММ.ГГГГ в ОМВД России по 

<

данные изъяты> зарегистрировано сообщение о поджоге автомобиля марки «Фольксваген Туарег», государственный регистрационный знак №, принадлежащего ФИО4, имевшем место ДД.ММ.ГГГГ у 

<

адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ в целях установления возможной причастности к совершению данного преступления Э. начальником 

<

данные изъяты> УУР УМВД России по 

<

адрес> А., на основании приказа начальника УМВД России по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении инструкции о порядке информирования и использования учета «Сторожевой контроль» в составе интегрированного банка данных «Регион» в УМВД России по 

<

адрес>», Э. был поставлен на сторожевой контроль, согласно которому при установлении его местонахождения, сотрудник, его установивший, незамедлительно должен был связаться с инициатором розыска для дальнейшей координации действий в отношении устанавливаемого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации. В случае отсутствия возможности связи с инициатором, информация о местонахождении Э. должна была быть передана руководителю подразделения либо территориального органа, подписавшего сторожевой листок.

30.09.2014, в период времени с 21 часа 30 минут до 22 часов 05 минут, ФИО4 находился при исполнении своих должностных обязанностей, у 

<

адрес>, вместе с ФИО5, не являвшимся сотрудником полиции, и, соответственно, не наделенным полномочиями применять физическую силу, оружие и специальные средства в соответствии со ст.ст. 18, 19, 20 и 21 Федерального закона «О полиции» от 07.02.2011 № 3-ФЗ. 

В указанное выше время, в указанном выше месте, ФИО4 и ФИО5, увидели ранее знакомого им Э. В этот момент у ФИО4 возник преступный умысел, направленный на незаконное задержание, применение насилия и специальных средств в отношении Э.

Реализуя задуманное, ФИО4 действуя, как сотрудник полиции и находясь при исполнении своих служебных обязанностей, явно выходя за пределы своих должностных полномочий, совершая действия, которые могут быть совершены только при наличии особых, указанных в законе, обстоятельств, в нарушение ч. 2 ст. 14 Федерального закона «О полиции» от 07.02.2011 № 3-ФЗ, в которой перечислены основания задержания лиц и ст.ст. 18, 19, 20 и 21 Федерального закона «О полиции» от 07.02.2011 № 3-ФЗ, в которых перечислены право на применение и порядок применения физической силы и специальных средств сотрудниками полиции, осознавая, что Э. не оказывает никакого физического сопротивления или противодействия требованиям сотрудника полиции, не создает непосредственной угрозы жизни и здоровью сотрудника полиции, то есть, осознавая, что не имеется никаких законных оснований для задержания Э. и применения в отношении него специальных средств ограничения подвижности – наручников, а также для применения в отношении последнего физической силы, подошел к Э. и, действуя из ложно понятых интересов службы, умышленно надел на руку Э. и на свою руку специальное средство – наручники, тем самым, исключив Э. возможность свободного передвижения и оказания сопротивления, таким образом, незаконно задержал Э. и незаконно применил к нему насилие и специальное средство.

После этого, ФИО5, выступая в качестве пособника ФИО4, действуя умышленно и согласованно с ФИО4, находясь у 

<

адрес> умышленно применил к Э. физическую силу, а именно нанес последнему не менее одного удара рукой и не менее одного удара неустановленным следствием предметом в область головы и туловища, тем самым путем применения насилия устранил препятствие со стороны Э. к оказанию сопротивления незаконным действиям ФИО4 Затем ФИО4 при пособничестве ФИО5, действуя умышленно и согласованно, находясь у 

<

адрес>, и осознавая, что Э. воспринимает ФИО4, как сотрудника полиции и поэтому не окажет сопротивления в ответ на незаконные действия, с целью причинения Э. телесных повреждений, не имея законных оснований, предусмотренных ч. 2 ст. 14 Федерального закона «О полиции» от 07.02.2011 № 3-ФЗ, умышленно, нанес последнему не менее одного удара рукой и не менее одного удара неустановленным следствием предметом в область головы и туловища. Таким образом, ФИО4 при пособничестве ФИО5, совершил действия, явно выходящие за пределы его должностных полномочий, которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать, выразившиеся в незаконном применении насилия к Э.

Продолжая реализовывать указанный выше преступный умысел, ФИО4, осознавая, что к Э. незаконно им применены специальные средства – наручники, в силу чего исключена возможность оказания Э. сопротивления в ответ на незаконные действия и ограничена возможность свободного передвижения, и, видя, что Э. не оказывает никакого физического сопротивления или противодействия сотруднику полиции, не создает непосредственной угрозы жизни и здоровью сотрудника полиции, то есть, осознавая, что не имеется никаких законных оснований для применения в отношении Э. физической силы, превышая свои служебные полномочия, будучи пристегнутым наручником к руке Э., и, находясь возле 

<

адрес>, вновь, умышленно, нанес Э. не менее 3 ударов неустановленным предметом в область головы и туловища и не менее 3 ударов руками в область головы, туловища и Э., то есть применил насилие к Э. 

В это время ФИО5, осознавая, что ФИО4 совершает действия, явно выходящие за пределы полномочий последнего, действуя как пособник ФИО4 и способствуя указанным выше незаконным действиям, также умышленно применил к Э. физическую силу, а именно нанес по голове последнему не менее 3 ударов неустановленным предметом и не менее 3 ударов руками в область головы, туловища Э., тем самым устранив препятствие со стороны Э. к оказанию сопротивления незаконным действиям ФИО4, то есть выступил пособником ФИО4 в превышении им своих должностных полномочий.

В результате указанных выше преступных действий ФИО4 при пособничестве ФИО5, являвшегося пособником, Э. были причинены следующие телесные повреждения:

<

данные изъяты>, которые причинили легкий вред здоровью, как кратковременное его расстройство на срок до 21 дня;

- 

<

данные изъяты>, которые не причинили вреда здоровью, как не вызвавшие его кратковременного расстройства, но причинившие физическую боль.

Кроме того, в результате вышеуказанных умышленных преступных действий ФИО4 и ФИО5, были существенно нарушены права Э. на достоинство личности и личную неприкосновенность, гарантированные ст. 21 и 22 Конституции РФ, а также существенно нарушены охраняемые законом интересы общества и государства, выразившиеся в подрыве авторитета, как органов исполнительной власти в целом, так и дискредитации полиции и ее сотрудников в лице граждан.

Подсудимый ФИО4 вину не признал, в судебном заседании показал, что с ДД.ММ.ГГГГ года стал встречаться с Й., которая до ДД.ММ.ГГГГ жила с Э.. Последний ДД.ММ.ГГГГ после отказа ФИО6 оставить Й., обещал разобраться с ним «по-пацански». Через три дня в 

<

адрес>, где живет ФИО6, сгорела ночью возле дома его машина марки «Фольксваген». Он заявил о пожаре в полицию, сообщил, что подозревает Э. в поджоге, Э. подали в розыск. Когда через некоторое время Э. снова назначил встречу, на нее должен был поехать также оперативный сотрудник М., в задержании должен был участвовать сотрудник ОМОНа П.. Но встречу потерпевший отменил. Еще через несколько дней Й. сообщила, что на ее автомобиль наехал автомобиль «ГАЗ-53», в скрывшемся водителе Й. узнала Э.. Туда же на место приехал оперативный сотрудник М.. В этот день ФИО6 интересовался у сотрудников ГИБДД в розыске ли Э., эту информацию они подтвердили. Еще примерно через неделю сгорела машина сестры Й., затем кто-то поджег электроподстанцию в дачном обществе 

<

данные изъяты>, где жили родители Й. и она сама. По этому факту также обращались в полицию. ДД.ММ.ГГГГ Р. пытался похитить Й., затащив ее в автомобиль, но ФИО5 помог ей убежать, в полицию также обращались. По поджогу он общался с оперативным сотрудником А.. Кроме того, Э. встречался с матерью ФИО6, убеждал ее, чтобы ФИО6 оставил Й.. На 30 сентября 2014 года он знал, что Э. находится по ориентировке в розыске по 

<

адрес> по всем вышеуказанным происшествиям. 

В этот день 30.09.2014 года около 21 часа ему на мобильный телефон позвонила Й., сообщила, что ее сын - ФИО5, с которым ФИО6 лично знаком не был, а виделся лишь один раз, пошел разговаривать с Э. на 

<

адрес>. Сам он, ФИО6, находился в этом время в районе 

<

данные изъяты>, то есть недалеко от дома Э.. Взяв с собой личные наручники для доставления Э. в полицейский участок, он спустился к 

<

адрес>, где увидел потерпевшего, который разговаривал с какой-то женщиной. Резиновой палки у него, ФИО6, не было. Э. его узнал. Подойдя, ФИО6, стал задавать вопросы по поводу поджогов автомобилей, похищения Й.. Отвечать Э. не хотел. Он ему предложить пройти в опорный пункт на 

<

адрес>. Они пошли в сторону этой улицы. Разговор стал переходить на повышенные тона. В районе подъезда 

<

адрес>, ругаясь, стал пихать ему в лицо свою собаку, которую держал в руке, собака с оскалом лаяла. Он левой рукой сбил ее. Тогда Э. раскричался, стал нецензурно выражаться. Он угрожал поджечь не только его машину, угрожал жизни Й., родственникам ФИО6. Тут неожиданно кто-то ударил Э. по голове предметом, похожим на палку с набалдашником со словами: «Это тебе за маму». И потерпевший с этим неизвестным, так как он сначала даже не понял кто это, побежали в сторону 

<

адрес>. Он побежал за ними, пытался их разнять, понял, что бьет ФИО7, тот даже один раз попал ему по руке в область между кистью и предплечьем. Всего он заметил три удара по Э., куда - не видел. Когда он через 2-3 минуты в процессе этой драки надел на Э. наручники, тот перестал вырываться, стал кричать, что ФИО6 не сотрудник полиции, оборотень в погонах, пытался обратить на себя внимание подошедших очевидцев. Наручники он надел, так как знал, что Э. подозревается в совершении нескольких преступлений, близко подносил к его лицу собаку, пытался вырвать свою руку, то есть оказал сопротивление. Когда происходила потасовка, Э. падал. Он держал его за правую руку, потерпевший выбивал палку, пытался убегать. Он, ФИО6, пытался успокоить ФИО5. В это время появились Ч. и Р.. Он по телефону вызвал сотрудников полиции, звонил Б.. Сам он Э. ударов не наносил. От ударов ФИО5 у Э. была только рана на голове. Сам он рапорт о случившемся, о применении спецсредств не составлял, убедился, что это сделали другие сотрудники полиции. Не задержал ФИО5, нанесшего удары Э., так как телесные повреждения расценил, как не важные, это их семейные отношения. Сам он действовал по закону, в силу своих должностных обязанностей. Э. его оговаривает из неприязни.

Подсудимый ФИО5 вину признал частично, не согласившись с квалификацией своих действий, показал в судебном заседании, что его мать, Й., состояла в близких отношениях с Э., начиная с № года. Когда они расстались, ФИО5 остался жить в квартире потерпевшего, так как у них были хорошие отношения, а выехал из квартиры по 

<

адрес> после того, как мать сообщила, что Э. разбил ее автомобиль, наехав грузовиком. В этот же период времени сгорела машина маминой сестры, пытались поджечь дом, похитить мать, о чем она обращалась в правоохранительные органы, подозревая Э.. Полиция бездействовала. Он караулил Э. у его дома, искал с ним встречи, хотел поговорить. До событий он не был знаком с ФИО6ым, не знал, что тот сотрудник полиции. 

30 сентября 2014 года он пошел разбираться с Э., чтобы тот оставил мать в покое, с матерью перед этим не созванивался, но она знала о его намерении пойти к Э.. Увидел его стоящим с кем-то, подойти не решился. Потом он услышал, как Э. кричит оскорбления, обращенные к его матери, угрожал, что он всех сожжет, собаку направлял в сторону ФИО6. После этого он, ФИО5, разозлился и ударил Э. по голове какой-то палкой с наконечником, которую нашел тут же на улице. Она похожа на киянку. Э. стал убегать. Он побежал за ним, возле подъезда они дрались, там он его еще раз ударил в голову этой палкой. Э. защищался, пытался отбежать. В общей сложности ударил еще два раза по телу и голове палкой, ногами и руками не бил. Прибежал ФИО6, стал их отталкивать друг от друга. Собрались люди. ФИО6 оттащил Э.. Показывал удостоверение, когда наручники уже были надеты. Затем приехала полиция, всех увезли в отдел. В какой момент ФИО6 надел Э. наручники, не видел. 

Вина подсудимых подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

В соответствии с приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, подполковник полиции ФИО4 был назначен на должность старшего инспектора-дежурного комендантского отделения Калининградского филиала 

<

данные изъяты> университета МВД России (т. 1 л.д. 146), согласно его должностной инструкции, утвержденной начальником Калининградского филиала 

<

данные изъяты> университета МВД России ДД.ММ.ГГГГ, старший инспектор-дежурный комендантского отделения ФИО4 обязан в своей деятельности руководствоваться в том числе Федеральным законом «О полиции», Федеральным законом «О службе в органах внутренних дел…», знать порядок и условия применения оружия и специальных средств, соблюдать ограничения, установленные для сотрудника полиции ФЗ «О полиции», иными Федеральными законами (т. 1 л.д. 155-160).

Из показаний потерпевшего Э. следует, что 6 лет назад он познакомился с Й., у которой есть сын ФИО5. Он им снимал квартиру несколько лет. Последней была квартира на 

<

адрес> Он не имеет отношения к поджогу машин Й. и ФИО6, к другим преступлениям, в которых его подзревала Й. и ФИО6. ФИО5 знал, что ФИО6 сотрудник полиции, так как они вместе ездили к ФИО6 к месту службы по просьбе ФИО5 по делам, в разговоре ФИО5 говорил, что не хочет встреч матери с сотрудником полиции ФИО6ым. 

30 сентября 2014 года около 21 часа 30 минут он пошел гулять с собакой, увидел, что ФИО5 прячется в кустах. Чуть дальше возле школы № увидел ФИО6. Возвращался в обратную сторону, ФИО6 уже не было. Встретил парня и девушку, которые тоже гуляли с собакой. Поговорили о собаках, свою ему пришлось взять на руки. Тут подбежал ФИО6, достал и показал удостоверение. В руках у ФИО6 были наручники, при этом ФИО6 сказал, что хочет его арестовать за поджог его автомобиля. Он спросил его про полномочия. ФИО6 ответил, что он из уголовного розыска. Он понимал, что ФИО6 не сотрудник уголовного розыска. Сказал парню и девушке, чтоб вызывали полицию, так как ФИО6 «оборотень». При этом он понимал, что ФИО6 сотрудник полиции, другого подразделения. ФИО6 предложил отойти, повел его в темное место. Пройдя немного вперед, он надел на одну руку Э. наручники, второй наручник пристегнул себе на руку. ФИО6 стал спрашивать про Й., есть ли к ней претензии у потерпевшего. Потом стал спрашивать про поджог его машины, Э. причастность отрицал. Тут подбежал ФИО5, достал маленький топор для отбивания мяса, железный с резиновой ручкой, нанес им удар Э. по голове. Удар прошелся вскользь. ФИО5 сказал: «Это тебе за маму». Они вдвоем его тащили в темноту. Потом ФИО6 нанес удары резиновой дубинкой по лопаткам, спине. Э. присел. ФИО6 нанес топором, взятым у ФИО5, не менее 8 ударов по голове, ФИО5 бил руками и ногами, потом ФИО5 взял дубинку у ФИО6 и еще нанес ему несколько ударов ею. Он стал громко звать на помощь, кричать. Бежать он от них не мог, так как был одет в резиновые тапки. Уже у подъезда ФИО6 выбил его собаку из рук. Потом их окружили люди. ФИО6 продемонстрировал свидетелям удостоверение, заявил, что произвел задержание Э.. Э. просил очевидцев позвонить родственникам, в полицию. Ему дали возможность поговорить с О. по громкой связи на телефоне, он рассказал, что его избили ФИО6 и ФИО5, то попросила приехать свою маму. Когда приехал полицейский патруль, ФИО6 с ними со всеми здоровался, был знаком, ему перестегнули наручники за спину. ФИО6 прибывшим полицейским говорил, что Э. в розыске, ФИО6 его задержал. Его посадили в полицейский автомобиль, вместе с ФИО6ым и ФИО5 привезли всех в отдел полиции на ул.Клиническую. У него текла кровь из головы. В отдел сотрудники полиции вызвали бригаду скорой помощи, фельдшер настояла на поездке в БСМП, где ему наложили швы, перевязали голову.

Уточнения Э. о том, что был некий третий мужчина, о котором он сначала говорил, что тот был вместе с ФИО6ым, а затем пояснил, что просто общался с последним (том 10 л.д.186-188), не являются существенными для установления фактических обстоятельств по предъявленному обвинению, не влияют на достоверность его показаний о нанесенных ударах, поскольку в остальной части показания подтверждаются свидетелями и письменными материалами дела.

Уличая подсудимых в преступных действиях, Э. подтвердил свои показания на очных ставках с ними, а также в ходе проверки показаний на месте, где также говорил о применении к нему наручников ФИО6ым и нанесении ударов неустановленным предметом и руками ФИО6ым и ФИО5 (том 3 л.д.66-70, л.д.98-101, 114-116). Существенных противоречий по предмету доказывания показания Э. не содержат, он на протяжении предварительного следствия показывал, что ФИО6 надел наручники, а затем ФИО5 и ФИО6 его избили.

Из показаний свидетеля Ч. в суде следует, что в 2014 году он вечером гулял с Р. по 

<

адрес>, было темновато, когда встретили мужчину, который тоже гулял с собакой (Э.). В этот момент к Э. подошел ФИО6, у которого в руках было удостоверение. Э. вел себя спокойно. Они с Р. пошли дальше. Вскоре они услышали крики о помощи, стали возвращаться. На это ушло секунд 20. Подошли ближе и увидели, что двое мужчин били того, с собакой. Э. бил ФИО6 дубинкой (похожей на полицейскую - черную, резиновую) по голове, корпусу, второй человек - ФИО5 бил металлическим, похожим на топор, предметом. Били Э. возле второго или третьего подъезда возле входной двери от 

<

адрес>. Когда те двое увидели, что они подошли и стали подходить другие люди, бить перестали. На его просьбу ФИО6 показал удостоверение, пояснил, что Э. находится в розыске. Он, Ч., вызвал полицию. Когда ФИО6 показывал ему удостоверение, Э. уже был в наручниках. Когда были надеты наручники, свидетель не помнил. ФИО6 при нем кому-то позвонил и сказал в трубку: «я его задержал». Э. попросил позвонить жене. У Э. он видел кровь на голове. Затем к месту происшествия подошел пеший патруль, взяли их данные. И все они, ФИО6, ФИО5, Э. и патрульные ушли в сторону 

<

данные изъяты> до которого было метров 200. Собака Э., которую подхватила Р., осталась с ними. Потом подъехала женщина на такси. 

После оглашения показаний свидетеля на проверке показаний на месте (том 3 л.д. 121-127), Ч. подтвердил, что ФИО6 сразу подошел, показал удостоверение и наручники. Подтвердил свои показания о том, что в ходе конфликта ФИО6 и ФИО5 нанесли Э. примерно по три удара. ФИО6 дубинкой, ФИО5 тоже каким-то предметом. Подтвердил, что ФИО6 пытался успокоить взволнованного ФИО5. Подтвердил, что на фотографиях к протоколу проверки правильно зафиксировано место событий. Свидетель пояснил, что эти детали он при даче показаний в суде просто не помнит, так как с момента событий прошло много времени. На очной ставке с ФИО6ым (том 12 л.д. 83-91), с ФИО5 (том 12 л.д. 71-76) ФИО8 также показывал, что когда они с Р. вернулись на крики, то увидели, как двое мужчин наносили удары мужчине, который ранее был с собакой. Подтвердил, что ФИО6 бил дубинкой потерпевшего по голове и корпусу мужчины, нанеся не менее трех ударов, а ФИО5 бил блестящим предметом тоже не менее трех ударов в голову и корпус. Потом ФИО6 успокаивал ФИО5, пытавшегося еще нанести удары Э.. Прибывшим сотрудникам полиции ФИО6 пояснил, что задержал Э., находящегося в розыске. Таким образом, показания Ч. в суде и на следствии существенных противоречий по предмету доказывания не содержат. Оснований не доверять свидетелю, у суда нет. Доводы защиты о знакомстве Ч. и Э. голословны, ничем не подтверждены. Оснований для оговора свидетелем подсудимых не имеется.

Из показаний свидетеля Р. следует, что (точную дату событий не помнит) около 21 часа она гуляла с Ч. на 

<

адрес>, когда встретили потерпевшего, поговорили о собаках. Затем подошел ФИО6, который держал за спиной наручники, обратился к Э. со словами: «Вот наконец-то я тебя встретил». Представлялся ли ФИО6, показывал ли в этот момент удостоверение, свидетель не помнит. Они с Ч. ушли дальше, потом услышали крики о помощи, пошли на крики, увидели драку на расстоянии примерно 7 метров, под освещенным подъездом. Когда подошли, увидели, что потерпевшего держали за две руки, ФИО6 и молодой человек в капюшоне. Молодой человек бил его по голове каким-то тяжелым предметом, похожим на молоток. У потерпевшего была кровь на голове, он кричал, просил позвонить его жене, в полицию. В какой-то момент ФИО6 пристегнул Э. к себе наручниками, сказал, что он сотрудник полиции, что они задержали Э., показал им удостоверение. Они с молодым человеком вызвали полицию, ФИО6 тоже вызвал полицию, так как Э. говорил им, чтоб они не верили ФИО6. По просьбе Э. она позвонила его жене, попросила ее забрать собаку, Э. называл жене фамилию ФИО6, разговаривал он с женой по громкой связи. На шум вышли соседи из дома, на скамейке возле подъезда сидела молодая пара. Приехал наряд милиции, забрали Э., уехали и ФИО6 с ФИО5, потом приехал второй наряд, приехала теща Э., забрала собаку. Э. никого не бил, он защищался, загораживался от ФИО5 и ФИО6, кричал, звал на помощь. Когда все прекратилось, ФИО5 стоял с ними рядом, был настроен агрессивно, ФИО6 его успокаивал, просил не бить потерпевшего. На очной ставке с ФИО5 свидетель (том 12 л.д. 77-82) Р. также показывала, что ФИО6 и ФИО5 держали Э. за руки, у ФИО6 в руке была полицейская дубинка, у ФИО5 предмет, похожий на молоток, у Э. текла из головы кровь. На очной ставке с ФИО6ым (том 12 л.д. 99-108) свидетель также подтвердила, что у ФИО5 был похожий на молоток предмет, им он бил Э.. Когда ФИО5 бил Э., ФИО6 держал того за руку. Момента, когда были надеты наручники на Э., не помнила. Когда к ФИО6 и ФИО5 подошли очевидцы, ФИО5 еще раз пытался нанести удар Э., но ФИО6 его успокаивал. Прибывшим сотрудникам полиции ФИО6 пояснил, что задержал Э., который находится в розыске.

Из показаний допрошенного свидетеля В. следует, что в сентябре 2014 года он вышел на балкон своей квартиры в 

<

адрес>, услышал шорох, крики о помощи, с просьбой вызвать полицию. Под балконом вход в подъезд. К двери подъезда подбежали трое, двое из них «прибили» потерпевшего к двери и начали бить. Молодой человек с силой бил молотком. Были глухие удары и по подъездной двери молотком. Он наклонился посмотреть, убедился, что двое бьют одного, после этого вышел на улицу. Внизу стоял Э., он был наручниками пристегнул к ФИО6. ФИО5 ходил в 10 метрах и что-то нервно прятал за спиной. ФИО6 и ФИО5 представились сотрудниками полиции. У Э. текла кровь из головы, он просил вызвать скорую помощь. Его оскорбили. Так как под козырьком подъезда была лампа, он увидел, что предмет, которым бил ФИО7, был похож на топор, длиной 40-50 см. Удары ФИО5 наносил по голове Э.. Были ли какие-то предметы у ФИО6, свидетель не видел. ФИО6 демонстрировал свое удостоверение. ФИО6 и ФИО5 были в гражданской одежде, наручники были надеты на одну руку Э., на одну руку ФИО6. Кровь у Э. текла с головы, больше с левой стороны на глаза и левое ухо. У ФИО6 и ФИО5 повреждений не было. До случившегося с Э. знаком не был. После оглашения показаний свидетеля В., данных им на предварительном следствии (Т. 4 л.д. 126-130), он пояснил, что один пытался оторваться, уйти от догонявших его двоих, видел ударов 5 в общей сложности. Как надевались наручники, этого не видел. В руках ФИО5 был топор или киянка, близко этот предмет не видел, более точно описать не может. Таким образом, существенных противоречий по предмету доказывания показания свидетеля в суде и на предварительном следствии не содержат.

Из показаний свидетеля Е. следует, что в тот день дежурил с И. старшим полицейским группы задержания вневедомственной охраны. Находились в патруле на 

<

адрес>, когда к ним обратился мужчина и сообщил, что происходит драка с участием полицейских. На улице темнело. Отправились в указанное очевидцем место. За магазином янтаря увидели большое скопление людей, там стоял ФИО6, к нему наручниками был пристегнут Э.. ФИО6 пояснил, что Э. находится в розыске за поджог за 

<

данные изъяты> отделом полиции, он его задержал. И. установил очевидцев. Он, Ш., передал информацию в дежурную часть вневедомственной охраны, те связались с отделом полиции. Они с И. доставили Э. в отдел полиции на ул. Клиническую для дальнейшего разбирательства. У Э. были ссадины, побои, кровь на лице. С ними в машине поехали ФИО6 и ФИО5. Он перед машиной перестегнул наручники Э. в положение за спину. При перестегивании наручников Э. оскорблял ФИО6 нецензурной бранью. Наручники принадлежали ФИО6. В отделе полиции Э. жаловался на головную боль. Ему вызвали скорую помощь. ФИО6 тоже жаловался на боль в правой руке, на лице были ссадины. Ни у кого не было ни дубинки, ни топорика. По распоряжению дежурного он сопровождал Э. в БСМП, там сделали перевязку. Потом к БСМП подъехали сотрудники полиции 

<

данные изъяты>, передали им Э.. Когда заступил на дежурство в тот день, палку резиновую получил, но ею воспользоваться никто другой не мог, она лежала в машине, машина была закрыта. 

Показания свидетеля И. в суде аналогичны показаниям Е., с которым они вместе были на одном дежурстве в патруле.

Из показаний свидетеля Х. в судебном заседании следует, что в тот день он, как сотрудник патрульно-постовой службы полиции, находился на дежурстве с З.. Поступило сообщение вечером из дежурной части о том, что нужно оказать помощь сотрудникам полиции, задержавшим поджигателя. Когда они приехали на 

<

адрес>, люди от подъезда уже расходились. А задержанного увезли на полицейской машине. Показания допрошенного в суде свидетеля З. аналогичны показаниям свидетеля А..

Из показаний свидетеля Б., командира отделения батальона ППС полиции УМВД России по 

<

адрес>, следует, что в вечернее время в тот день позвонил ФИО6, попросил вызвать наряд, пояснил, что он задержал людей, которые подожгли машины. Он данные проверил по сводке. Позвонил командиру взвода, попросил отправить наряд на 

<

адрес> Ближайшим был наряд З., Я.. Когда те приехали, на месте уже никого не было, всех увезли на 

<

адрес> в отдел. Свидетель охарактеризовал ФИО6 с положительной стороны как человека, и как полицейского. 

Из показаний свидетеля О., ранее состоявшей в гражданском браке с Э., следует, что в 2014 году (более точную дату не помнит) в вечернее время ей на мобильный телефон позвонила незнакомая девушка, сообщила, что Э. избивают, надо приехать и забрать собаку. Так как сама она поехать не могла, попросила свою мать, Т., съездить на 

<

адрес>. Та взяла такси и поехала к дому Э.. За это время свидетелю еще несколько раз звонила девушка, а Э. по громкой связи кричал, что милиционеры ФИО6 и ФИО5 его избили, просил, чтобы они срочно приехали, при этом девушка добавляла, чтобы скорее приезжали, так как они уже собираются уезжать на машине. А когда мама подъехала, машин уже не было. Девушка поясняла, что Э. был сильно избит. Когда Т. вернулась, то рассказал, что видела Э. сидящим в полицейской машине, бледного, лицо в крови. Они стали обзванивать отделы полиции, но его не нашли. Девушка по телефону также сообщала, что применяли к Э. молоток или топорик. На следующий день она увидела Э., у того была перевязана голова, наложены швы, половина спины была в красных и синюшных пятнах, как будто били дубинкой. Одежда его была в крови, одет он был в спортивный костюм, резиновые тапки. Сестре Э. о случившемся они с матерью рассказали на следующий день утром. Охарактеризовала Э. положительно.

Показания матери О., свидетеля Т. в суде аналогичны, последняя пояснила, что когда она приехала на 

<

адрес>, видела Э. в машине, с кровью на голове. Она подошла к парню с девушкой, у которых была собака Э.. На ее вопрос о произошедшем, те рассказали, что Э. били палкой и топором за какую-то машину. Забрала собаку и уехала. Позже видела у Э. на спине отметины, голова у него была забинтована, на голове остались швы.

Из показаний свидетеля Ж. (сестры потерпевшего) следует, что ФИО5 в 2014 году жил в квартире брата, конфликтов не было. Со слов брата ей известно, что на него напали сотрудники полиции возле дома, избили его. Дату событий на момент допроса в суде свидетель не помнила. Она искала брата, так как О., сказала, что с братом приключилась какая-то беда. Она обзвонила участки, больницы, не нашла его. Когда первый раз она увидела брата после нападения, у того была перебинтована голова, была кровь. Брат пояснил, что голову перевязали в больнице скорой медицинской помощи. О причинах конфликта пояснила, что брат с кем-то не поделил женщину, кому-то подожгли машину, что на него напали, избили, в багажнике увезли. Когда видела ФИО5 в последний раз, тот сказал, что живет на даче, мама проживает с сотрудником полиции, его заставляют топить баню. Брат о Й. отзывался отрицательно. После оглашения показаний свидетеля Ж., данных ею на предварительном следствии (том 12 л.д. 94-96), свидетель их подтвердила, пояснила, что раньше помнила лучше, и, действительно, говорила со слов брата, что на него напали ФИО6 и ФИО5. ФИО6 новый сожитель женщины, с которой ранее проживал брат. Брат говорил, что ФИО6 сотрудник полиции. Со слов ФИО5 ей было известно, что мать ФИО5 теперь проживает с ФИО6ым. Объединив эту информацию, она и показала, что на брата напал полицейский ФИО6, которого ФИО5 знал. На очной ставке с ФИО5 (том 13 л.д. 9-14) свидетель давала аналогичные данным в суде показания.

Из показаний свидетеля С., старшего оперативного дежурного УМВД России по 

<

адрес>, в судебном заседании следует, что в тот день он дежурил на 

<

адрес>. Кто точно доставлял Э., он не помнит. Последнего привезли с места происшествия с 

<

адрес>, доставили его, так как он находился в розыске за поджог машины за одним из областных отделов полиции - 

<

данные изъяты>. Кто-то из сотрудников дежурной части звонил в тот отдел, уточнял информацию по поводу розыска Э., им информацию подтвердили. Свидетель не помнит, были ли у Э. телесные повреждения, вызывали ли ему скорую. В дежурной части велась видеозапись. Свидетель подтвердил свои показания, данные на предварительном следствии в части того, что события имели место ДД.ММ.ГГГГ, Э. был доставлен в отдел полиции экипажем патруля в составе Ш. и И.. У Э. были следы крови на голове, ему была вызвана скорая помощь. Сотрудники скорой помощи госпитализировали Э. в БСМП (том 3 л.д. 191-193). У суда нет оснований не доверять показаниям свидетеля, данным на предварительном следствии, так как с того дня прошло большое количество времени, и при этом суд учитывает, что у свидетеля прошло за это время множество дежурств. 

Из показаний свидетеля А. следует, что в 2014 года он исполнял обязанности начальника отделения Управления уголовного розыска УВД России по 

<

адрес>. Э. отрабатывался на причастность к поджогам, ДТП. В ходе беседы Э. все отрицал, у него в тот день была тогда перебинтована голова. В тот период был заведен сторожевой лист на Э. в интегрированной базе данных по области для оповещения наружных служб и нарядов, чтобы в случае его обнаружения, уведомить инициатора и обязать явкой в отдел полиции. Обнаружив такого человека, необходимо предложить добровольно проследовать в полицию, если отказывается, то позвонить в ближайший отдел дежурному, вызвать наряд. Наручники вправе применять при задержании, затем надо составить рапорт, доложить руководителю о задержании. Любой сотрудник полиции, который обладает сведениями из банка данных о таком лице не вправе в соответствие с приказом начальник УВД по области доставлять такое лицо в полицию. Доставление лица это сопровождение, а задержание это уже применение физической силы, при этом сотрудник полиции обязан составить рапорт, доложить руководству.

Из показаний свидетеля М., сотрудника уголовного розыска, следует, что в августе 2014 года в 

<

данные изъяты> был совершен поджог автомобиля «Фольксваген». Он беседовал с потерпевшим ФИО6ым, тот подозревал Э.. Через некоторое время А. сообщил, что Э. доставлен в 

<

данные изъяты> отдел полиции. Он поехал туда за Э., так как до этого найти его не могли. Из 

<

адрес> Э. привезли в управление уголовного розыска на ул.Невского в Калининграде, побеседовали по поводу поджога, затем повезли в 

<

данные изъяты>. Й. заявляла, что Э. ей угрожал, неоднократно слал ей СМС- сообщения, также ему известно, что в машину Й. грузовик, она сообщила, что по голосу узнала Э.. Подтвердил, что с участием Ю. должно было состояться оперативное мероприятие, но Э. отменил назначенную ФИО6 встречу.

Из показаний свидетеля Н., исполнявшего в тот период времени обязанности начальника отдела уголовного розыска отдела полиции в 

<

адрес>, следует, что в 2014 года было заявление от ФИО6 о том, что у него сгорел автомобиль, сообщение было зарегистрировано в книге сообщений о преступлении. Проводилась проверка. Была назначена пожарно-техническая экспертиза, которая проводится не менее 30 суток. Позже было возбуждено по данному факту уголовное дело. ФИО6 сообщил, что в поджоге подозревает Э., была выставлена ориентировка на Э.. Через некоторое время задержали этого человека - Э., сообщили ему. Он как раз дежурил. Того доставили в Ленинградский отдел полиции. Он отправился в отдел, потом в БСМП, так как Э. туда увезли. В БСМП они встретили ФИО6, Э., двух сотрудников вневедомственной охраны. У Э. была перевязана голова, там ему оказали первую помощь. При каких обстоятельствах задержали Э. свидетелю не известно. Из БСМП Э. доставили в 

<

данные изъяты> отдел полиции. До задержания Э. вызывали повестками в отдел полиции, но он не являлся. Было ли к моменту задержания Э. уже возбуждено уголовное дело по факту поджога, свидетель затруднился ответить. В ориентировке указываются данные разыскиваемого лица, где проживает, по какой статье, инициатор, контактное лицо и лицо, которое подало ориентировку. Свидетелю известно, что на Э. выставлял ориентировку также 

<

данные изъяты> отдел полиции за угрозы, драку. После того, как из 

<

данные изъяты> отдела полиции Э. был отпущен, за ним приехали сотрудники другого отдела полиции, чтобы опросить по другим материалам. После оглашения показаний свидетеля Н. данных им на предварительном следствии (том 3 л.д. 155-158 170-174), свидетель уточнил, что сторожевой листок 

<

данные изъяты> отделом на Э. не выставлялся, ориентировка была.

Из показаний допрошенного в суде свидетеля Щ., начальника комендантского отделения Калининградского филиала 

<

данные изъяты> университета МВД России, следует, что ФИО6 на сентябрь 2014 года проходил службу в должности старшего инспектора дежурного центра первоначальной подготовки. Учебный центр находится на 

<

адрес>. Дежурства осуществляет инспектор в составе суточного наряда. Перед дежурством проводится инструктаж, выдаются специальные средства, оружие. Палки резиновые относятся к специальным средствам, выдаются с отметкой в журнале, как и наручники. После смены все положено сдать. Доступ к компьютерным индивидуальным базам данных на 

<

адрес> нет. Ориентировки к ним не поступают. В 2014 году ФИО6 рассказывал, что был совершен поджог его автомобиля, говорил, что подозревает мужчину, с которым ранее проживала его женщина. О данном факте было доложено руководству. С ФИО6ым проводились беседы профилактического характера, был взят под наблюдение психологом. За время службы имел 48 поощрений, 5 командировок в «горячие точки», имеет правительственные награды. После проведения служебной проверки был уволен. Охарактеризовал ФИО6 исключительно положительно. Также показал суду, что вынести служебные специальные средства за пределы института у ФИО6 возможности не было. Но и наручники, и палку резиновую можно приобрести в магазине в свободной продаже. Свидетель также пояснил, что у ФИО6 была какая-то травма руки с конца сентября. После оглашения части показаний свидетеля Щ., данных им на следствии (том 4 л.д. 113-116), последний пояснил, что получить компьютерную информацию об имеющихся ориентировках из территориальных отделов полиции ФИО6, как дежурный инспектор, не мог.

Кроме того, вина ФИО6 и ФИО5 подтверждается письменными материалами дела:

Из заключения судебной медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что у Э. имелись следующие телесные повреждения: 

<

данные изъяты>. Эти повреждения могли образоваться 30.09.2014 от ударов тупыми твердыми предметами с ограниченной травмирующей поверхностью, возможно при обстоятельствах, указанных в материалах дела. 

<

данные изъяты> травма причинила легкий вред здоровью, как кратковременное его расстройство на срок до 21 дня; 

<

данные изъяты> не причинили вреда здоровью, как не вызвавшие его кратковременного расстройства. 

<

данные изъяты> могли образоваться от действия тупым твердым предметом с цилиндрической поверхностью. Описанные повреждения могли образоваться от не менее 4 травматических воздействий. (т. 1 л.д.198-201). Судебно –медицинский эксперт не смог ответить на вопрос, поставленный следователем о том, могли ли телесные повреждения, обнаруженные у Э. образоваться в результате падения с высоты собственного роста, поскольку необходимо знать как происходило падение тела, какой частью, имелось ли ускорение и выступающие предметы по ходу падения.

Из оглашенного протокола допроса эксперта на предварительном следствии, следует, что Ш. разъяснил, что повреждения Э., указанные в заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ в области головы в виде ушибленных ран в затылочной области, могли образоваться от не менее 2-х травматических воздействий, кровоподтеки в межлопаточной области могли образоваться от не менее 2-х травматических воздействий (т. 1 л.д. 219-222). При допросе повторном, эксперт пояснил, что для ответа на вопрос могли ли повреждения образоваться при падении необходимо точно знать, как происходило падение, желательно проведение следственных действий, таких как следственный эксперимент или проверка показаний на месте с участием эксперта (том 7 л.д. 16-18). Под сомнение эти разъяснение выводы эксперта не ставят, так как ни потерпевший, ни свидетели не показывали, что телесные повреждения образовались при падении.

Согласно справке Больницы скорой медицинской помощи, выданной Э., 30 сентября 2014 года в 23-00 часов последний обращался по поводу ушибленной раны волосистой части головы, был проведен осмотр, наложены швы (том 1 л.д. 96), в справке от ДД.ММ.ГГГГ БСМП отражено, что Э. поставлен диагноз - сотрясение головного мозга, ушибленные раны головы (том 1 л.д. 184). В карте вызова скорой медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ, которая прибыла на 

<

адрес>, отражено, что у Э. были жалобы на головокружение, тошноту, сильную головную боль, имелась травма головы. Больной утверждал, что избили сотрудники полиции. При осмотре были обнаружены раны 

<

данные изъяты>. Фельдшером поставлен диагноз - 

<

данные изъяты> (том7 л.д. 149- 151). Ответом на запрос заместителя главного врача БСМП подтверждается, что Э. в БСМП в связи с ушибленной раной волосистой части головы была проведена первичная хирургическая обработка раны с наложением швов (том 7 л.д. 153).

Из протокола осмотра предметов с участием потерпевшего Э. от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в служебном кабинете СО по Ленинградскому району г. Калининграда СУ СК России по Калининградской области было осмотрено содержимое USB-флэш-накопителя, содержащего видеозапись с камеры, расположенной в здании УМВД России по г. Калининграду, снятой ДД.ММ.ГГГГ. На видеозаписи отображена видеосъмка событий, происходящих в помещении, расположенном напротив главного входа в здание, возле окна дежурной части. Начиная с 79 минуты 54 секунды в здание УМВД России по г. Калининграду входят 2 сотрудника полиции, одетые в форменное обмундирование и трое мужчин. У одного из них на руках надеты специальные средства – наручники и в области головы имеется кровоточащая рана. У второго мужчины в руках имеется специальное средство – палка резиновая. Третий мужчина в это время разговаривает по телефону. В ходе составления протокола потерпевший Э. дал пояснения, что мужчина с раной на голове это он, а в мужчине, который разговаривает по мобильному телефону, он узнает ФИО4 (т. 2 л.д. 66-71). В судебном заседании также была продемонстрирована данная видеозапись, из содержания которой усматривается, что с палкой резиновой в здание отдела полиции вошел ФИО5, что последний и подтвердил, когда на предварительном следствии также в его присутствии осматривали эту видеозапись, что следует из соответствующего протокола (том 10 л.д. 221-226). На предварительном следствии после просмотра записи ФИО5 пояснил, что данные события имели место быть в вечернее время ДД.ММ.ГГГГ. От 

<

адрес> он вместе с двумя сотрудниками полиции, ФИО4 и Э. на автомобиле сотрудников полиции проехали в отдел полиции, расположенный на ул. Клиническая в г. Калининграде. ФИО4 и Э. были пристегнуты друг к другу наручниками, поскольку за некоторое время до этого ФИО4 задержал Э. возле вышеуказанного дома. Резиновую палку, которую он несет в руке, взял в автомобиле сотрудников полиции. Ею никого не бил. Относительно того, что на видеозаписи видно, что у Э. идет кровь с головы, обвиняемый ФИО5 пояснил, что эта рана, возможно, образовалась у него из-за нанесенных им ранее ударов по голове Э., но с точностью этого утверждать он не может, поскольку не видел, наносил ли Э. удары ФИО4 

Вещественные доказательства: флэш-карта и компакт диск хранятся при материалах уголовного дела (т. 5 л.д. 29-30).

Согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении Инструкции о порядке формирования и использования учета «Сторожевой контроль» в составе Интегрированного банка данных «Регион» в УМВД России по Калининградской области», при установлении лица, находящегося на сторожевом контроле, сотрудник, установивший данный факт, незамедлительно связывается с инициатором розыска для дальнейшей координации действий в отношении устанавливаемого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации. В случае отсутствия возможности связи с инициатором, информация о местонахождении установленного лица передается начальнику (руководителю) подразделения либо территориального органа, подписавшему сторожевой листок. Эта информация является конфиденциальной и не может быть приобщена к материалам уголовных дел, проверок. (т.2 л.д. 204-212). 

Совокупность представленных стороной обвинения доказательств позволяет суду прийти к выводу о доказанности вины ФИО6 и ФИО5 инкриминируемом преступлении. Вина подтверждается согласующимися между собой показаниями потерпевшего, свидетелей обвинения, данными, содержащимися в медицинских документах о наличии телесных повреждений у потерпевшего. 

О том, что ФИО6 применил наручники, и оба ФИО6 и ФИО5 избивали Э., помимо самого Э., показали свидетели Ч., Р., Б., несмотря на то, что последний был заявлен свидетелем защиты. Суд учитывает, что показания Э. о том, что ФИО6 почти сразу в ходе беседы надел на него наручники, косвенно подтверждаются показания Ч. и Р., которые пояснили, что когда ФИО6 подошел к Э. у него сразу в руках были наручники. Показания Э., Ч. и Р., Б. взаимно дополняя другу друга, позволили суду установить последовательность действий каждого подсудимого. Существенных противоречий по предмету доказывания в их показаниях суд не усматривает. Они последовательны, логичны, дополняют друг друга. Тот факт, что в результате применения насилия ФИО6ым и ФИО5 были причинены телесные повреждения на голове и спине последнего, подтверждается выводами судебно –медцинкого эксперта Ш..

Доводы защиты о том, что ФИО6 в силу должностных полномочий осуществлял доставление, а когда, Э., стал оказывать сопротивление, не согласившись пройти в опорный пункт, стал направлять собаку на ФИО6, тот вынужден был применить наручники, не обоснованы, опровергаются показаниями потерпевшего и очевидцев происходящего. Показания потерпевшего о том, что ФИО6 сразу надел на него наручники, и почти сразу ФИО5 нанес удар, подтверждаются показаниями свидетелей Р., Ч. которые видели, что ФИО5 и ФИО6 держали у подъезда Э. за руки, и при этом били его. Таким образом, будучи пристегнутым к руке ФИО9 всегда на протяжении этого происшествия находился в непосредственной близости к Э., передвигаясь вместе с ним по 

<

адрес>. Доводы защиты о том, что Э. оказал сопротивление, не отреагировал на законное требование пройти в опорный пункт, были выдвинуты защитой необоснованно, поскольку ФИО6 не имел законных оснований для задержания Э., применения наручников и физической силы к нему. Э. до того, как на него были надеты наручники не совершил на 

<

адрес> никаких противоправных действий, а применение физической силы ФИО6ым и ФИО5 не было вызвано невозможностью выполнения возложенных на ФИО6 обязанностей ненасильственными способами, поскольку доставление Э. в опорный пункт полиции имело бы целью опросить Э. по имеющемуся у ФИО6 подозрению в совершении преступлений в отношении самого ФИО6 и Й., членов ее семьи. При этом суд учитывает, что и на момент постановления приговора причастность Э. к каким-либо преступлениям не установлена, доказательств обратного суду не представлено. ФИО6 явно вышел за пределы своих должностных полномочий, предусмотренных как должностной инструкцией, так и законом «О полиции», поскольку до того, как ФИО6 надел наручники, Э. не оказывал никакого физического сопротивления или противодействия требованиям сотрудника полиции, не создавал непосредственной угрозы жизни и здоровью сотрудника полиции, законных оснований для задержания Э. не имелось, так как в отношении последнего на ДД.ММ.ГГГГ был выставлен сторожевой листок, что могло повлечь со стороны ФИО6 только сообщение инициатору об обнаружении Э.. По мнению суда, имело место именно задержание Э., поскольку он был ограничен в свободе передвижения, ему были надеты наручники, к нему было применено насилие.

Факт знакомства ФИО6 и ФИО5, осведомленность последнего о месте службы ФИО6 подтверждается показаниями Э., Ж., которая еще до случившегося с Э. в беседе с ФИО5 узнала, что у матери ФИО5 новый мужчина, который является сотрудником полиции, которым ФИО5 топит баню на участке, при этом такие сведения Ж. могли стать известны только от ФИО5 Осведомленность ФИО5 о должностном положении ФИО6 у суда сомнений не вызывает и потому, что ФИО6, действительно имел близкие отношения, с Й., что подтвердили они оба в суде, в период с №, и ФИО6 был вхож в дом и семью Й., его приглашали на семейные праздники, что следует из показаний ФИО6, ФИО5, Й. в судебном заседании. 

Показания свидетеля Ч. о том, что ФИО6 наносил удары Э. резиновой палкой, что она вообще имелась в тот день у ФИО6, косвенно подтверждаются содержанием видеозаписи из фойе дежурной части отдела полиции на ул.Клинической дом 65, куда были доставлены с места преступления Э., ФИО6, ФИО5, поскольку на видеозаписи видно, что в отдел ФИО5 входит, держа палку в руках. Утверждение ФИО5 о том, что резиновую палку он взял в служебном автомобиле прибывших патрульных опровергается показаниями патрульных полицейских Е. и И. о том, что выданные им в тот день на дежурство резиновые палки хранились в багажнике автомобиля, и доступа к ним ФИО5 не имел.

Имеющиеся сведения о травме руки ФИО6 (том 2 л.д. 237) не опровергают доказательств вины последнего в инкриминируемом преступлении, при этом суд учитывает, что врачу ФИО6 заявил о том, что травму получил в быту, не пояснял, что получил ее при исполнении служебных обязанностей, при задержании преступника.

Доводы защиты о том, что не установлены мотивы действий ФИО6 необоснованны, поскольку исходя из диспозиции ст.286 УК РФ для квалификации содеянного, как превышение должностных полномочий, мотив преступления значения не имеет.

При этом судом, исходя из показаний Й., ФИО6 и ФИО5, из представленных документов, свидетельствующих об обращении Й. в правоохранительные органы по фактам поджога машины ее сестры, по факту ДТП, попытки ее похитить, поджечь трансформатор, судом установлены неприязненные отношения между ФИО6ым и ФИО5 с одной стороны и Э. с другой, поскольку во всех этих деяниях они подозревали Э.. Законных оснований для признания противоправных действий потерпевшего не имеется, поскольку причастность Э. ни к одному из преступлений, о которых заявляла Й., не установлена.

Голословно и ничем не подтверждено утверждение защиты о том, что свидетели Б., Ч., Р. оговаривают ФИО6, в связи с личным знакомством с Э.. Все свидетели и Э. факт знакомства до событий на 

<

адрес> отрицали, оснований не доверять им у суда нет.

Показания Е. в той части, где он показал, что ни у кого не было ни дубинки, ни топорика, опровергаются содержанием видеозаписи из отдела полиции, где видно, что ФИО5 зашел в отдел с палкой в руке.

При этом показания Е. и И. подтверждают, что к моменту прибытия их патруля на место у Э. имелись видимые телесные повреждения на голове, которые кровоточили.

При этом ФИО6 и ФИО5 предъявлено обвинение в том, что они наносили удары Э. ногами по конечностям. Обвинение не конкретизировано по каким именно конечностям били Э.. Доказательств этим обстоятельствам суду не представлено, данные действия - удары ногами и по конечностям вменены излишне и подлежат исключению из обвинения ФИО6 и ФИО5. Медицинскими документами не подтверждается наличие каких-либо телесных повреждений у Э. на конечностях.

Поскольку ФИО5, действуя совместно с полицейским ФИО6ым, фактически выполнил элементы объективной стороны деяния, существенно нарушающие права Э., нанес ему перечисленные выше удары, чем причинил ему физический вред, его действия обоснованно квалифицированы как пособничество ФИО6 в совершении должностного преступления, выразившегося в превышении должностных полномочий с применением физической силы, так как он как лицо, не являющееся субъектом преступления, специально указанного в ч.3 ст.286 УК РФ, непосредственно участвовал в совершении этого преступления, зная, что ФИО6 является сотрудником полиции.

Вопреки доводам защиты нарушений норм УПК РФ при получении доказательств, представленных суду, не установлено. О назначенной судебно-медицинской экспертизы сторона защиты была уведомлена, с результатами проведенной экспертизы также, никаких дополнительных вопросов перед экспертом поставить не просила. В судебном заседании суд не нашел оснований для назначения дополнительной судебно-медицинской экспертизы.

Заключение судебно-медицинской экспертизы о характере и механизме причиненных потерпевшему телесных повреждений, согласуется с показаниями потерпевшего, свидетеле Ч., Р., Б. о характере примененного к Э. насилия. Выводы эксперта подтверждают показания этих лиц о том, что Э. были нанесены удары по голове и спине. 

Исследованные судом первичные медицинские документы об имеющихся телесных повреждениях у Э. согласуются между собой, с показаниями потерпевшего и свидетелей очевидцев событий; сведения, использованные экспертом для дачи заключения, представлены были в достаточном количестве, противоречий не содержат. Учитывая сведения в первичной медицинской документации, в том числе в карте скорой медицинской помощи, справках больницы, где делали первичную хирургическую обработку ран, а также сведения из медицинской карты амбулаторного больного, у суда нет сомнений, что у потерпевшего обнаружили не менее двух ран в области головы, и не менее двух кровоподтеков в межлопаточной области, что свидетельствует о применении насилия к Э. 30 сентября 2014 года. Вопреки доводам защиты, представлено суду достаточно доказательств применения насилия к Э., поскольку показания потерпевшего и свидетелей Ч., Б., Р., видевших как и когда наносили удары, согласуются с показаниями Ж., О., Т., видевших Э. с повреждениями на голове и спине в последующие дни, подтверждаются выводами эксперта Ш. о характере, локализации телесных повреждений, причиненных Э., подтверждаются данными из медицинских документов, где зафиксировано также наличие ран на голове и кровоподтеков на спине Э.. Несмотря на установление судом неприязни между Э. и подсудимыми, суд, давая оценку показаниям Э., находит их достоверными в части нанесения ударов каждым из подсудимых, в части применения наручников к нему ФИО6ым, поскольку эти показания подтверждаются свидетелями - очевидцами этих событий Р., Ч., Б., медицинскими сведениями о телесных повреждениях. Излишнюю эмоциональность потерпевшего при даче показаний суд также относит к свидетельству неприязни, но оговора при этом при даче показаний по существу обвинения не усматривает.

Свои выводы судебно-медицинский эксперт Ш. уточнил при допросе, когда пояснял, что телесные повреждения, обнаруженные у Э., были причинены в результате не менее двух травматических воздействий в область головы, и не менее двух травматических воздействий в межлопаточную область. Это уточнение экспертного заключения не влияет на обоснованность выводов эксперта. 

При этом выводы специалиста Ю. - доцента кафедры судебной медицины Военно-медицинской академии им. К. 

<

адрес>, критически оценившего выводы судебно-медицинского эксперта Ш., судом во внимание приняты быть не могут, поскольку они не опровергают выводов судебно-медицинского эксперта, который непосредственно исследовал первичные медицинские документы, и сделал свои выводы на совокупности данных первичного осмотра, который сам проводил при освидетельствовании, и на данных в амбулаторной карте больного. Оснований сомневаться в достоверности и обоснованности сведений из медицинских документов: акте медицинского освидетельствование, справок из БСМП, амбулаторной карты у суда нет. Сведения о наличии двух повреждений 

<

данные изъяты>, подтверждаются актом медицинского освидетельствования, проведенного ДД.ММ.ГГГГ, и данными из амбулаторной карты, где отражены также 

<

данные изъяты>. Таким образом, оснований не доверять выводам эксперта не имеется. 

К представленному суду заключению специалиста Ю., который подтвердил свои выводы в судебном заседании, о необоснованности экспертного заключения №, суд относится критически и не принимает их во внимание, поскольку все выводы специалиста носят лишь предположительный характер и основаны на представленных стороной защиты выборочных копиях документов из материалов уголовного дела. Вышеуказанный специалист при даче своего заключения не предупреждался об уголовной ответственности за дачу ложного заключения, непосредственно первичного осмотра потерпевшего не проводил. Выводы специалиста противоречат установленным в судебном заседании обстоятельствам, которые объективно подтверждены исследованной судом совокупностью доказательств: показаниями потерпевшего, вышеуказанных свидетелей обвинения, первичными медицинскими документами, об имеющихся у потерпевшего телесных повреждениях.

Тот факт, что ФИО6 воспользовался 30 сентября 2014 года наручниками, которые ему не выдавались по службе, свидетельствует также о незаконности его действий, при этом соответствующего рапорта о применении спецсредств ФИО6 не подал.

Поскольку ФИО5 наручники не надевал на Э., его умыслом данное действие не охватывалось, не вменены ему эти действия и в предъявленном обвинении, суд считает необходимым из обвинения последнего исключить указание на применение им специальных средств.

Кроме того, по предъявленному органом предварительного следствия обвинению, первым удары нанес ФИО6, в судебном же заседании установлено, исходя, как из показаний Э., так и из показаний ФИО6 и ФИО5, что первым удары Э. нанес ФИО5, уточнение обвинения в этой части не меняет фактической стороны в сторону ухудшения положения подсудимых, не нарушает право на защиту, не свидетельствует об ином умысле подсудимых.

Вопреки доводам защиты место и время совершения преступления установлено верно, основано на показаниях очевидцев преступления, самого Э. и свидетелей Ч., Р. (в том числе данных ими на предварительном следствии, когда по прошествии непродолжительного времени после преступления, они более точно помнили время событий). Кроме того, учитывая что события имели место возле жилого многоподъездного дома по 

<

адрес>, который имеет нумерацию каждого подъезда, указание на начало совершения преступления возле дома № и продолжение возле №, а фактически это подъезды одного дома, обоснованно, не вызывает сомнений. 

Учитывая показания Ч. и Р., суд приходит к выводу, что ФИО6, действительно, как он показал, успокаивал ФИО5, но уже после того, как были незаконно применены наручники, нанесены удары Э.

То обстоятельство, что не исследован в судебном заседании и не приобщен в качестве вещественного доказательства неустановленный предмет, которым наносились удары, на доказанность вины не влияет, поскольку о наличии предмета последовательно показывали свидетели обвинения и потерпевший, не отрицал наличие у него предмета, похожего на молоток, сам ФИО5.

Версия защиты об оказании сопротивления Э. законным требованиям сотруднику полиции ФИО6, намеревавшемуся лишь доставить последнего в опорный пункт, надуманны и голословны, противоречат представленным доказательствам обвинения.

Доводы защиты о том, что на улице было темно, и свидетели обвинения не могли видеть происходившего, противоречат последовательным показаниям свидетелей Ч. и Р., которые поясняли, что видели как ФИО6 и ФИО5 били вдвоем потерпевшего, при этом свидетель Б. пояснил, что подъезд, возле которого все происходило, освещался фонарем, а поэтому сведения, представленные защитой, о времени захода солнца в тот день, значения не имеют.

Доводы защиты о том, что нет сведений об осведомленности ФИО6 о содержании приказа №, не влияют на доказанность вины, поскольку ФИО6 действовал вопреки требованиям Федерального закона «О полиции», регламентирующим применение спецсредств и физической силы к гражданам.

На выводы суда не влияет наличие материала проверки в 

<

данные изъяты> следственном отделе СУ СК РФ по Калининградской области по заявлению Э. о превышении должностных полномочий ФИО6ым и другими лицам, поскольку в связи с противоречивыми показаниями Э. на проверке, следователь отказал в возбуждении уголовного дела ДД.ММ.ГГГГ, так как отсутствует состав преступления в действиях ФИО6, данное постановление не отменено.

К показаниям свидетеля Ы. о том, что она видела и слышала, как идя по аллее на 

<

адрес> 30 сентября 2014 года, ФИО6 предлагал Э. пойти в полицию, тот отказывался, тыкал собакой в лицо ФИО6, на что последний ударил по собаке или по руке, а после этого Э. стал угрожать всех сжечь, и потом подбежал ФИО5, и начал бить потерпевшего, и только после этого были надеты наручники, суд относится критически, не доверяет им, поскольку показания и сама свидетель появились спустя продолжительное время после событий, а кроме того, давая показания, свидетель показала, что ездила вместе с защитником на место происшествия, где он показывал ей, что и как происходило, что свидетельствует о подготовленности свидетеля стороной защиты для дачи показаний, ее заинтересованности в исходе дела.

Суд учитывает показания Й. о ее подозрении Э. в совершении поджога машины ФИО6 и машины ее сестры, в ДТП, в попытке ее похитить. Но они не опровергают доказательств вины ФИО6, а лишь подтверждают наличие между ней и Э. неприязни. Со слов Й., ФИО6 30 сентября 2014 года звонил ей после событий на 

<

адрес> и сообщил, что Э. задержан. К показаниям свидетеля о том, что ФИО6 и ФИО5 не были знакомы, суд относится критически, поскольку они вызваны желанием смягчить ответственность обоих подсудимых в силу того, то ФИО5 ее сын, а с ФИО6ым их связывали близкие отношения.

Не принимает суд во внимание и распечатки смс-переписки Й. с неким лицом, представленные в суд стороной защиты, поскольку достоверно не установлено, что сообщения поступали именно от Э..

Показания П. о том, что в 2014 году, являясь сотрудником спецподразделения, должен был оказать помощь оперативным сотрудниками полиции в задержании Э., которого подозревали в поджоге машины ФИО6, но встреча не состоялась, поэтому никаких официальных документов на этот счет не составлялось, не опровергают вины ФИО6 и ФИО5 в нанесении телесных повреждений Э., в незаконном применении наручников при совершении инкриминируемого преступления 30 сентября 2014 года.

Суд учитывает показания свидетелей защиты ФИО4, матери подсудимого ФИО6, Ь. его брата, положительно охарактеризовавших подсудимого. Показания матери о том, что Э. приезжал к ней накануне поджога машины сына, на доказанность вины не влияют.

Несмотря на то, что факт возгорания автомобиля марки Фольксваген Туарег, № принадлежащего ФИО4, имел место ДД.ММ.ГГГГ у 

<

адрес> что подтверждается материалами уголовного дела № (т. 2 л.д. 116-189), возбужденного ДД.ММ.ГГГГ, суд учитывает, что причастность Э. к поджогу автомобиля ФИО6 не установлена.

Суд квалифицирует действия подсудимого ФИО4 по ст.286 ч.3 п.п. «а,б» Уголовного кодекса Российской Федерации - как превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов государства, совершенное с применением насилия, с применением специальных средств.

Действия ФИО5 суд квалифицирует по ст. 33 ч.5, 286 ч.3 п.п. «а» УК РФ как пособничество в превышении должностных полномочий, то есть пособничество в совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов государства, совершенное с применением насилия.

При назначении подсудимым наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, их личности, условия жизни семьи, смягчающие обстоятельства. 

При вынесении решения по делу суд учитывает положительную характеристику личности подсудимого ФИО6, данную ему по службе и членами семьи, а также положительную характеристику ФИО5, данную членами семьи. 

В качестве смягчающих наказание обстоятельств, суд учитывает исключительно положительные характеристики личности ФИО4 по службе, в быту, наличие у него государственных наград, наличие на иждивении 

<

данные изъяты>, то, что он является Ветераном боевых действий.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств в отношении ФИО5, суд учитывает, что преступление совершено впервые, его молодой возраст, частичное признание вины.

Отягчающих наказание обстоятельств не имеется.

Ссылка в обвинительном заключении о наличии отягчающего наказание ФИО6 обстоятельства - совершение преступления сотрудником органа внутренних дел является необоснованной, поскольку совершение преступления таким сотрудником предусмотрено Особенной частью Уголовного кодекса РФ в качестве признака преступления, и само по себе это обстоятельство не может быть повторно учтено при назначении наказания.

Не принимает во внимание суд представленные суду сведения о привлечении ранее Э. к уголовной ответственности, поскольку отношения к делу эти обстоятельства не имеют.

Оснований для применения положений ч.6 ст. 15 УК РФ суд не находит.

Учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств, учитывая положительные данные о личности каждого подсудимого, а также оценивая влияние наказания на условия жизни семьи каждого подсудимого, суд полагает, что исправление осужденных возможно без реального отбывания наказания, цели наказания могут быть достигнуты при назначении условного наказания с применением ст.73 УК РФ каждому их них. 

В рамках уголовного дела гражданского иска заявлено не было.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.307, 308 и 309 УПК РФ, суд,

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО4 АлексА.а виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.286 ч.3 п.п. «а,б» УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти на 2 года.

В соответствие со ст.73 УК РФ назначенное наказание считать условным с испытательным сроком на 2 года, при этом дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти на 2 года подлежит исполнению реально.

Признать ФИО10 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.286 ч.3 п.п. «а» УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года с лишением права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти на 2 года.

В соответствие со ст.73 УК РФ назначенное наказание считать условным с испытательным сроком на 2 года, при этом дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти на 2 года подлежит исполнению реально.

Обязать осужденных ФИО4 и ФИО5 не менять постоянное место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление, являться на регистрацию в указанный орган 1 раз в месяц.

Меру пресечения подписку о невыезде и надлежащем поведении в отношении каждого подсудимого ФИО4 и ФИО5 до вступления приговора в законную силу оставить прежней.

Вещественные доказательства по делу - 

<

данные изъяты>.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Калининградский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения.

Судья Н.А.Баранова

Апелляционным определением Калининградского областного суда от 13 июня 2017 года приговор Ленинградского районного суда г. Калининграда от 10 февраля 2017 года в отношении ФИО4 АлексА.а оставить без изменения.

Этот же приговор в отношении ФИО5 изменить:

переквалифицировать действия ФИО5 со ст. 286 ч. 3 п. «а» УК РФ на ст. 115 ч. 2 п. «в» УК РФ, по которой назначить наказание в виде исправительных работ сроком 10 месяцев с удержанием 10 % заработка в доход государства. На основании пунктов 9 и 10 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» ФИО5 от наказания освободить со снятием судимости.

В остальной части приговор в отношении ФИО5 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката Киселева М.Ю., потерпевшего Э. и его представителя - адвоката Парфенюка А.С. - без удовлетворения, осужденного ФИО5 - удовлетворить частично.