Дело № 2-344/2017 года

Мотивированное 

решение

 изготовлено 31 мая 2017 года

РЕШЕНИЕ 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Артемовский 26 мая 2017 года 

Артемовский городской суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи Нигматзяновой О.А., с участием истца ФИО1, представителей истца ФИО2, ФИО3, представителя третьего лица Прокуратуры Свердловской области Шаньгина М.В., представителя третьего лица Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области ФИО4, при секретаре Новиковой Е.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства Свердловской области о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 500000 рублей, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству Финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства по Свердловской области о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 500000 рублей.

В обоснование требований ФИО1 указал в исковом заявлении, что приговором Артемовского городского суда Свердловской области от 12 марта 2014 года он был осужден по ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, с применением ч. 6.1 ст. 88 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде 5 лет лишения свободы без ограничения свободы с отбыванием наказания в воспитательной колонии.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 08 июля 2014 года уголовное дело снято с апелляционного рассмотрения в связи с отзывом апелляционного представления и апелляционное производство по делу № 22-5696/2014 прекращено.

Постановлением президиума Свердловского областного суда от 11 мая 2016 года по делу 44У-109/2016 приговор Артемовского городского суда Свердловской области от 12 марта 2014 года в отношении истца изменен. Действия истца переквалифицированы с ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч.1 ст. 108 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначено наказание 2 года ограничения свободы, установив осужденному следующие ограничения:

- не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы;

- не выезжать за пределы территории муниципального образования «Артемовский городской округ» без согласия уголовно-исполнительской инспекции;

- не уходить из места постоянного проживания в период с 22 часов 00 минут до 6 часов 00 минут;

- не посещать места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не посещать места общественного питаний, в которых разрешено потребление алкогольной продукции, детских учреждений. Обязать истца являться для регистрации в уголовно-исполнительскую инспекцию 2 раза в месяц.

В соответствии со ч. 3 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации зачтено в срок отбытия наказания в виде ограничения свободы время содержания истца под стражей в период отбывания наказания в виде лишения свободы по приговору суда. Из-под стражи истец освобожден по отбытию наказания. В остальном приговор оставлен без изменений.

В резолютивной части обвинительного приговора среди прочего указано решение о зачете времени предварительного содержания под стражей, если к подсудимому применялись меры пресечения в виде заключения под стражу с 27 октября 2013 года. То есть, с 27 октября 2013 года по 18 мая 2016 года - 935 дней, это время содержания истца под стражей до судебного разбирательства засчитывается в срок лишения свободы. При расчете фактически отбытого осужденным срока лишения свободы, с учетом постановления Президиума Свердловского областного суда от 12 мая 2016 года могла быть исполнена мера пресечения ограничением свободы - один день за два дня 935*2=1870 дней, а присуждено 730 дней (2 года). Таким образом, истец отбыл излишний срок наказания 1140 дней.

Данное обстоятельство ставит истца в неравное положение, так как фактически содержание под стражей и ограничение свободы как превентивное воздействие не является равнозначной карательно-правовой мерой и не согласуется с указанной целью из-за колоссальной разницы в сущности этих мер изоляции от общества. Данный вывод истец основывает на буквально-формальном толковании норм Уголовного кодекса и Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Истец, в местах лишения свободы систематически испытывал нравственные страдания, был оторван от дома, семьи, были распространены порочащие сведения о его преступной деятельности, что умаляло его честь, достоинство, доброе имя. Утрата дней, которые истец провел в условиях изоляции от общества, невосполнима. Поскольку несовершеннолетний истец, находясь в непривычных для себя условиях изоляции от общества, испытал стрессовое состояние от одиночества, общения с уголовными элементами-рецидивистами, совершившими разного рода преступления. Испытал крайне негативное отношение, граничащее с унижением личности и достоинства гражданина, со стороны должностного персонала ИВС и СИЗО. Особую горечь и обиду разочарования истец испытал из-за безразличия следователя, прокурора, суда, пренебрежения с его стороны процессуальными правами истца, из-за явного негативного отношения к нему. А также субъективными умозаключениями, отвергающими слова о применении мер необходимой обороны и соответственно превышении, и отсутствия умысла о причинении смерти потерпевшего. Находясь в застенках, переосмыслил свои взгляды на справедливость и добропорядочность. Дополнительные страдания вызвало осознание неэффективности судебной системы, отсутствие защиты интересов личности со стороны государства. Полученная моральная травма сказывается до сих пор на психологическом здоровье истца, а воспоминания о судебных процессах и условиях содержания в камерах ИВС и СИЗО периодически служат причиной бессонницы и депрессии.

Получение достойной компенсационной суммы есть достижение справедливости. Компенсация морального вреда есть мера реабилитации потерпевшего. Получение достойной суммы компенсации морального вреда есть возможность испытать положительные эмоции, которых был лишен истец на протяжении срока отбытия наказания. Поэтому, истец полагает, что справедливой, достойной компенсационной суммой за незаконно и вынужденно проведенные 1140 дней в условиях изоляции от общества является денежная сумма в размере 1 500 000 рублей (л.д. 1- 3).

В судебном заседании истец ФИО1 и его представители ФИО2 и ФИО3, действующие на основании доверенности на л.д. 65, исковые требования поддержали в полном объеме по доводам, изложенным в иске. Истец дополнительно суду пояснил, что из-за неправомерного содержания его в ИВС и СИЗО он испытывал нравственные страдания, кроме того, сотрудники СИЗО применяли к нему физическую силу и баллончики с газом. В настоящее время он здоров, в больницу, психологу не обращался.

Представитель ответчика Министерства Финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело без участия представителя Министерства, представил суду письменный отзыв, согласно которому, считает, что исковые требования истца удовлетворению не подлежат. Приговором Артемовского городского суда Свердловской области от 12 марта 2014 года по делу № 1-57/2014 ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, ему назначено наказание в виде 5 лет лишения свободы с отбыванием наказания в воспитательной колонии, при этом срок отбытия наказания исчисляется с 27 октября 2013 года. Постановлением президиума Свердловского областного суда от 11 мая 2016 года приговор от 12 марта 2014 года изменен, деяние ФИО1 переквалифицировано с ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федераци на ч. 1 ст. 108 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначено наказание в виде двух лет ограничения свободы, в срок отбытия наказания зачтено время содержания ФИО1 под стражей в период отбытия наказания в виде лишения свободы по приговору суда. Право на реабилитацию, признано не было, поскольку ФИО1 не относиться к лицам, указанным в ч. 2 ст. 133 Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации. 

Министерство финансов Российской Федерации не согласно с требованиями ФИО1, считает, что заявленная компенсация морального вреда в размере 1 500 000 рублей является завышенной. Определение размера компенсации морального вредя должно производится по правилам части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

В качестве обоснования исковых требований о компенсации морального вреда ФИО1 указал, что постановлением президиума Свердловского областного суда от 11 мая 2016 года приговор Артемовского городского суда Свердловской области от 12 марта 2014 года был изменен, после переквалификации деяния назначено 2 года ограничения свободы, в срок отбытия наказания зачтено время содержания ФИО1 под стражей в период отбытия наказания в виде лишения свободы по приговору суда - 935 дней, в результате чего он «незаконно и вынужденно» провел «1140 дней в условиях изоляции от общества». Министерство финансов Российской Федерации обращает внимание суда, что незаконно под стражей ФИО1 находился только 570 дней, поскольку за 2 года ограничения свободы в соответствии с частью 3 статьи 72 Уголовного кодекса Российской Федерации засчитывается 1 год, то есть 365 дней, лишения свободы: 935 дней (время нахождения ФИО1 под стражей с 27 октября 2013 по 18 мая 2016) - 365 дней = 570 дней. Соответственно в условиях изоляции от общества истец находился не 1140 дней, а 570 дней.

В качестве обоснования исковых требований ФИО1 указал также следующее; в местах лишения свободы он «систематически испытывал нравственные страдания», при этом доказательств своих слов не представил; «были распространены порочащие сведения о его преступной деятельности, что умаляло его честь, достоинство, доброе имя», никаких доказательств в подтверждение своих слов о распространении порочащих сведений о преступной деятельности истец не представил. О нарушении чести, достоинства и доброго имени представленные ФИО1 документы не свидетельствуют, напротив, согласно вынесенному приговору и показаниям его отчима он употреблял спиртные налитки и при превышении пределов необходимой обороны убил человека, нанеся ему множественные повреждения. Не представлено доказательств, что истец стал хуже к себе относиться вследствие нахождения под стражей, из- за чего пострадала его самооценка. Каких-либо доказательств изменения к нему в худшую сторону отношения со стороны окружающих ФИО1 также не представил.

«Испытал стрессовое состояние от одиночества, общения с уголовными элсментами- рецидивистами, совершившими разного рода преступления», доказательств пребывания в ИВС и СИЗО в одиночестве, а также общения с рецидивистами истцом не представлено.

«Испытал крайне негативное отношение, граничащее с унижением личности и достоинства гражданина со стороны должностного персонала ИВС и СИЗО», «безразличие следователя, прокурора, суда, пренебрежение с его стороны процессуачьными правами истца, из- за явного негативного отношения к нему» - вновь ФИО1 никаких подтверждающих доказательств наличия такого отношения ни со стороны персонала ИВС и СИЗО, ни со стороны следователя, прокурора и суда как и самого факта пребывания в ИВС и СИЗО не представил.

«Полученная моральная травма сказывается до сих пор на психологическом здоровье истца, а воспоминания о судебных процессах и условиях содержания в камерах ИВС и СИЗО периодически служат причиной бессонницы и депрессии» - никаких конкретных лишений, связанных с условиями содержания в ИВС и СИЗО ФИО1 не назвал, доказательств их наличия, а также нравственных либо физических страданий по этому поводу, не представил, как и доказательств изменения его психологического здоровья.

Наличие каких-либо лишений должно быть подтверждено соответствующими документарными доказательствами, поскольку условия содержания имеют значение для определения степени претерпевания истцом нравственных страданий.

Вред здоровью в виде стресса бессонницы и депрессии, должен быть подтвержден медицинскими документами, однозначно свидетельствующими о причинной связи заболеваний и содержания под стражей. Однако таких медицинских документов ФИО1 не представил.

Кроме того, Министерство финансов Российской Федерации считает, что указанный истцом размер компенсации морального вреда в размере 1 500 000 рублей при содержании под стражей в течение 570 дней, индивидуальных особенностях ФИО1 необоснован, завышен, не подтверждается представленными истцом доказательствами, не соответствует требованиям разумности и справедливости, в связи с чем, просит в удовлетворении исковых требований отказать (л.д. 30- 32).

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержал представленное в материалы дела возражение л.д. 74- 75, в соответствии с которым, считает, что Министерство Финансов Российской Федерации формально признает исковые требования истца, считая, что требования истца о компенсации морального вреда в размере 1500000 завышена, так исходя из буквального толкования возражения ответчика – он признал предъявляемые, что в силу ч. 2 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, освобождает истца от дальнейшего доказывания неправомерности его содержания под стражей. Спорной остается лишь размер компенсации. С учетом постановления президиума Свердловского областного суда от 12 мая 2016 года мера пресечения в виде ограничения свободы, была бы исполнена за 730 дней, а фактически исходя из смысла ч. 3 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации, истец отбывал наказание в течение 1870 дней, следовательно, истец отбыл излишний срок наказания в размере 1140 дней. Кроме того, в исковом заявлении идет речь не о признании реабилитации, а о взыскании морального вреда за незаконное избрание меры уголовного преследования в виде заключения под стражу.

Судом к участию в деле качестве соответчика привлечено Управление Федерального казначейства Свердловской области, в качестве третьих лиц -Прокуратура Свердловской области, Следственный комитет Российской Федерации по Свердловской области, Ирбитский межрайонный следственный отдел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации Свердловской области (л.д. 17- 21).

Представитель ответчика Управления Федерального казначейства по Свердловской области в судебное заседание не явился, будучи надлежащим образом извещенным о дате, времени и месте рассмотрения дела, просил о рассмотрении дела в отсутствие представителя Управления, представил в материалы дела письменное возражение в котором указал, что исковые требования истца ФИО1 не признает, надлежащим ответчиком по делу не является. Так согласно статье 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред причиненный гражданину в результате незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу возмещается за счет казны Российской Федерации, а не за счет средств Федерального казначейства.

В соответствии со статьей 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или (гражданина).

Согласно пункту 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях и в порядке, предусмотренных Федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государсгвенные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

В соответствии со статьей 166.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации. Положением о Федеральном казначействе, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 01 декабря 2004 года № 703, на органы Федерального казначейства возложены функции по обеспечению исполнения федерального бюджета, кассовому обслуживанию исполнения бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, предварительному и текущему контролю за ведением операций со средствами федерального бюджета, функции по контролю и надзору в финансово- бюджетной сфере, внешнему контролю качества работы аудиторских организаций.

Указанными нормами органы Федерального казначейства, ни как федеральные органы исполнительной власти, ни как юридические лица не наделены правом выступать в судах от имени Российской Федерации и нести ответственность по искам, обязанность удовлетворения которых лежит на Российской Федерации, не наделены полномочиями возмещать причиненный вред за счет казны Российской Федерации или иным способом распоряжаться казной Российской Федерации.

Органы Федерального казначейства (в том числе Управление Федерального казначейства по Свердловской области), исходя из своего правового статуса, являются самостоятельными органами государственной власти, не являются филиалами или представительствами Министерства финансов Российской Федерации.

В случае привлечения в качестве ответчика по искам о возмещении вреда, причиненною незаконным применением в качестве меры пресечения заключения под стражу, Министерства финансов Российской Федерации и представления его интересов в судах органы Федерального казначейства ответчиками не становятся, статус «ответчика» остается за Министерством финансов Российской Федерации (л.д. 35).

Представитель третьего лица Прокуратуры Свердловской области помощник Артемовского городского прокурора Шаньгин М.В., действующий на основании доверенности на л.д. 38, полагал, что размер компенсации морального вреда, причиненного ФИО1 подлежит снижению в соответствии с требованиями разумности и справедливости до 100 000 рублей и поддержал письменный отзыв, из смысла которого следует, что приговором Артемовского городского суда от 12 марта 2014 года ФИО1, признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации (убийство), назначено 5 лет лишения свободы с отбыванием наказания в воспитательной колонии.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда от 08 июля 2014 года уголовное дело в отношении ФИО5 снято с апелляционного рассмотрения в связи с отзывом апелляционного представления, апелляционное производство по делу прекращено.

Постановлением Президиума Свердловского областного суда от 11 мая 2016 года приговор Артемовского городского суда от 12 марта 2014 года изменен, действия ФИО1 переквалифицированы с ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч. 1 ст. 108 Уголовного кодекса Российской Федерации (убийство, совершенное при превышении пределов неооходи мои обороны), назначено наказание в виде 2 лет ограничения свободы.

В соответствии с ч. 3 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации в срок отбытия наказания в виде ограничения свободы зачтено время содержания ФИО1 под стражей в период отбывания наказания и виде лишения свободы по приговору суда. Наказание считается отбытым. ФИО1 освобожден из- под стражи.

Основания для возникновения реабилитации указаны в ст. 133 Уголовно- процессуального го кодекса Российской Федерации. Исходя из содержания данной статьи право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого прекращение уголовного преследования).

Переквалификация действии лица, в отношении которого осуществлялось уголовное преследование, на менее тяжкое обвинение либо исключение из обвинения, части эпизодов или квалифицирующих признаков судом, постановившим обвинительный приговор, сами по себе не являются реабилитирующими обстоятельствами.

Истцом не представлено доказательств кем и как именно распространены в отношении него порочащие сведения и как это умалило его честь и достоинство. В чем именно выразились нравственные и физические страдания. 

Вывод о наличии причинно-следственной связи между воспоминаниями о нахождении в местах лишения свободы и возникающими бессонницей и депрессией у заявителя возможен только на основании заключения судебно- медицинской экспертизы. Вместе с тем, ФИО6 совершено преступление небольшой тяжести, за которое предусмотрено максимальное наказании в виде 2 лет лишения свободы. Судебным постановлением истцу назначено наказание в виде 2 лет ограничения свободы. Срок содержания под стражей ФИО7 зачтен в назначенное наказание. Просит о снижении компенсации морального вреда до 100000 рублей (л.д. 40- 43).

Представитель третьего лица на стороне ответчика Ирбитского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области, а так же представитель третьего лица на стороне ответчика Следственного комитета Российской Федерации ФИО4 действующий на основании доверенности (л.д. 39), в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признал в полном объеме, поддержал доводы, изложенные в возражениях на исковое заявление, согласно которым истцом не обосновываются и не подтверждаются обстоятельства причинения вреда, наличие причинно- следственной связи между действиями деликвентов и его наступлением, характер и степень причиненных страданий, а также размер подлежащей выплате компенсации, что также исключает возможность удовлетворения заявленных требований. Доводы истца, изложенные в исковом заявлении, необоснованны и не подтверждены соответствующими доказательствами по делу. Не обоснованы доводы истца об ухудшении состояния здоровья - психологическая травма, бессонница, депрессия, факты ухудшения здоровья должны быть подтверждены доказательствами, устанавливающими причинно- следственную связь между заболеванием и причинами, способствовавшими заболеванию, то есть экспертизой. Данная экспертиза не проводилась, подобных ходатайств со стороны истца не заявлялось. Доказательств данным доводам истца не предоставлено. В числе доводов искового заявления содержится указание на причинение истцу нравственных страданий в связи с нарушением права на честное и доброе имя, в связи с тем, что он был- дискредитирован в глазах окружающих. Данные доводы не могут быть приняты судом во внимание, поскольку противоречат принципу презумпции невиновности, согласно которому обвиняемый считается невиновным, пока его виновность в совершении преступления не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. В случае, если кто-либо (коллеги, родственники либо иные лица) каким бы то ни было образом нарушили личные неимущественные права ФИО1, ссылаясь на возбуждение в отношении него уголовного дела, данные обстоятельства могут являться основанием для предъявления исковых требований к непосредственным деликвентам. Истец ссылается на распространение о нем порочащих сведений путем публикации в средствах массовой информации. Однако освещение в средствах массовой информации тех или иных сведений не является основанием для возложения на государственные органы ответственности за деятельность соответствующих печатных изданий и телевизионных каналов. Надлежащими ответчиками в данном случае будут те средства массовой информации, которые, по мнению истца, распространили не соответствующие действительности сведения. Истцом приводится довод о причинении ему нравственных страданий в связи с избранием меры пресечения в виде заключения под стражу. Следует отметить, что в компетенцию следственных органов не входит разрешение указанного вопроса по существу - единственным органом, уполномоченным на решение вопроса о заключении лица под стражу и продлении сроков его содержания под стражей, является суд. Довод истца о том, что он отбыл излишний срок наказания - не обоснован. В соответствии с Постановлением Президиума Свердловского областного суда от 11 мая 2016 года ФИО1 зачтен в срок отбытия наказания в виде ограничения свободы время содержания истца под стражей в период отбывания наказания в виде лишения свободы по приговору суда. Оснований для удовлетворения требований истца по данному факту не имеется. Также, довод истца о неудовлетворительных условиях содержания не обоснован. Данный довод не может быть принят судом во внимание, поскольку в соответствии с пунктами 9-10, 12 части 1 статьи 17, статей 22- 24 Федерального закона от 15 июля 1995 года № ЮЗ-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», ФИО1 в ходе содержания под стражей имел право на получение бесплатного питания, материально- бытового и медико- санитарного обеспечения; на восьмичасовой сон в ночное время и т.п.; пользование собственными постельными принадлежностями, а также другими вещами и предметами, перечень и количество которых определяются Правилами внутреннего распорядка. И в случае нарушения вышеуказанных прав, закрепленных Федеральным законом от 15 мая 1995 года № ЮЗ-ФЗ, был вправе, в силу пунктов 3, 7 части 1 статьи 17 и статьи 51 приведенного нормативного акта, обратиться с соответствующей жалобой, заявлением, предложением к начальнику места содержания под стражей, прокурору либо в суд. Однако материалы гражданского дела не содержат сведений об обращении истца с подобными жалобами, заявлениями в указанные органы и к должностным лицам за время содержания под стражей, из чего, согласно статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, следует вывод о недоказанности обстоятельств, причинявших истцу физические и нравственные страдания (л.д. 69- 73).

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства по делу, материалы уголовного дела № 1-57/2014 года, считает, что исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат по следующим основаниям:

в силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинные действиями (бездействием), посягающим на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законом об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно ч. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Из материалов уголовного дела № 1- 57/2014 судом установлено, что 26 октября 2013 года старшим следователем Ирбитского межрайонного следственного отдела ФИО8 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 1 том 1).

Из протокола задержания от 27 октября 2013 года, следует, что ФИО1 задержан по подозрению в совершении данного преступления в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 91 Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации (л.д. 154- 155 том 1). 

28 октября 2013 года судьи Артемовского городского суда в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу (л.д.199 том 1). Постановление вступило в законную силу.

Постановлением старшего следователя Ирбитского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации ФИО8 от 16 декабря 2013 года ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по уголовному делу и ему предъявлено обвинение в совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 190- 192 том 1).

Постановлением судьи Артемовского городского суда от 16 декабря 2013 года срок содержания обвиняемого ФИО1 под стражей продлен до трех месяцев, то есть до 26 января 2014 года (л.д. 202 том 1). Постановление вступило в законную силу.

Из требования ИУ ГУ МВД России по состоянию на 22 ноября 2013 года следует, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, судимости не имеет, арестован Артемовским городским судом по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 109 том 1).

Из справки на л.д. 211 том 1, следует, что ФИО1 к административной ответственности не привлекался. 

Из совокупности справок на л.д. 216 том 1, следует, что ФИО1 на учете у врача- нарколога, врача-психиатра не состоит. 

Согласно акту обследования жилищно- бытовых условий от 26 октября 2013 года по адресу: 

<

адрес> проживают мать ФИО12, отчим ФИО13, дочь ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, сын ФИО16, 24 октября 212 года рождения. По указанному адресу созданы все необходимые условия для воспитания и проживания несовершеннолетних (л.д. 218 том 1).

Из характеристики МКОУ СОШ № 14, следует, что ФИО1 обучался в данной школе в период с 1 по 9 класс. За годы обучения ФИО1 проявил себя как ученик со средними способностями, учился без увлечения, ниже своих способностей. В классных и общественных мероприятиях принимал активное участие. Физически развит хорошо, принимал участие в соревнованиях. По характеру уравновешенный, спокойный, жизнерадостный, коммуникабельный. Хорошо развиты морально-волевые качества, как принципиальность, решительность, смелость, самостоятельность. Всегда со вниманием выслушает справедливую критику, правильно на нее отреагирует, прислушивается к советам. Родителя уделяли надлежащее внимание воспитанию сына, постоянно поддерживали связь со школой (л.д. 220 том.1).

Из бытовой характеристики на ФИО1, следует, что он проживает по адресу: 

<

адрес>. Совместно с ним проживают: мать – ФИО12, отчим – ФИО13, сестры ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, брат – ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ФИО9 обучается в Артемовском техникуме точного приборостроения, имеет образование 9 классов. В состоянии алкогольного опьянения замечен не был. Жалоб от соседей не поступало (л.д. 222 том. 1).

Из характеристики УУП ОП № 25 ОМВД России по Артемовскому району следует, что ФИО1, проживает по адресу: 

<

адрес>. По характеру ФИО1 замкнутый, лживый, мнительный, легко попадает под влияние старшего возраста, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, жалоб не поступало, в нарушениях общественного порядка выявлен не был. От соседей заявлений и жалоб не поступало. В употреблении спиртных напитком замечен не был. К административной и уголовной ответственности на территории 

<

адрес> не привлекался (л.д. 224 том 1).

Из справки- характеристики инспектора ОПДН № 25 ФИО10 следует, что ФИО1 на профилактическом учете в ОПДН ОМВД России по Артемовскому району не состоит, ранее не состоял, к уголовной и административной ответственности не привлекался, приводов в полицию не имел (л.д. 225 том 1).

Уголовное дело по обвинению ФИО1 поступило в Артемовский городской суд 27 декабря 2013 года (л.д. 1 том 2). Согласно обвинительному заключению ФИО1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Приговором Артемовского городского суда от 12 марта 2014 года ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации и с применением ч. 6.1 ст. 88 Уголовного кодекса Российской Федерации ему назначено наказание в виде 5 лет лишения свободы без ограничения свободы, с отбыванием наказания в воспитательной колонии. мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения, срок отбытия наказания исчислен с 27 октября 2013 года (л.д. 43- 56 том 2).

Апелляционным определением Свердловского областного суда от 08 июля 2014 года уголовное дело в отношении ФИО1 снято с апелляционного рассмотрения в связи с отзывом апелляционного представления (л.д. 84 том 2).

Постановлением президиума Свердловского областного суда от 11 мая 2016 года приговор Артемовского городского суда от 12 марта 2014 года в отношении ФИО1 изменён. Деяние ФИО1 переквалифицировано с ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч. 1 ст. 108 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначено наказание в виде 2 лет ограничения свободы, установив осужденному следующие ограничения:

- не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы;

- не выезжать за пределы территории муниципального образования «Артемовский городской округ» без согласия уголовно-исполнительской инспекции;

- не уходить из места постоянного проживания в период с 22 часов 00 минут до 6 часов 00 минут;

- не посещать места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не посещать места общественного питаний, в которых разрешено потребление алкогольной продукции, детских учреждений. Обязать ФИО1 являться для регистрации в уголовно-исполнительскую инспекцию 2 раза в месяц.

В соответствии со ч. 3 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации зачтено в срок отбытия наказания в виде ограничения свободы время содержания истца под стражей в период отбывания наказания в виде лишения свободы по приговору суда. Из-под стражи ФИО1 освобожден по отбытию наказания. В остальном приговор оставлен без изменений (л.д. 121-123 том 2).

Из совокупности материалов уголовного дела, характеризующих ФИО1 следует, что на момент предъявления обвинения и вынесения обвинительного приговора он не был судим, к административной ответственности не привлекался, по месту учебы и жительства характеризовался положительно. 

Из справки информационного центра ГУ МВД Росси по Свердловской области следует, что ФИО1. освобожден по отбытию наказания 18 мая 2016 года (л.д. 14 гражданского дела). 

Согласно справке ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Свердловской области на л.д. 77 гражданского дела следует, что ФИО1 содержался в СИЗО № 1 в период с 03 ноября 2013 года по 01 августа 2014 года. 

Из справки медицинской части № 1 ФКУЗ МСЧ-66 ФСИН России следует, что по результатам углубленного медицинского обследования от 05 ноября 2013 года ФИО1 здоров. Согласно имеющейся медицинской документации, за время содержания в ФКУ СИЗО-1 ФИО1 с заявлениями о применении в отношении него физической силы, иных нарушениях его прав и свобод, а также с заявлениями об оказании ему медицинской помощи не обращался; видимые телесные повреждения у него не выявлялись; психиатрическая помощь не оказывалась (л.д. 78).

В соответствии со справкой о мероприятиях, проведенных в рамках психологического сопровождения ФИО1 в период содержания в ФКУ СИЗО № 1 ГУФСИН России по Свердловской области с 27 октября 2013 года по 08 февраля 2014 года, ему была оказана следующая психологическая помощь: 05 ноября 2013 года – 05 ноября 2013 года – проведено психодиагностическое обследование в связи с прибытием в ФКУ СИЗО -1: 06 ноября 2013 года проведена индивидуальная консультация по вопросам адаптации к условиям изоляции; 19 ноября 2013 года, 10 января 2014 года ФИО1 принял участие в групповых психокоррекционных и групповых лекционных занятиях (л.д. 79). 

Судом установлено и не оспаривается участниками процесса, что ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ содержался под стражей.

В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его.

В соответствии с пунктом 9 Постановления основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении него оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанных в части 2 статьи 133 Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации, либо отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Так, суд, исследовав представленные доказательства, пришел к выводу о том, что исковые требования удовлетворению не подлежат.

Доводы истца о том, что к нему была незаконно применена мера пресечения в виде заключения по стражу не нашли своего подтверждения в ходе судебного заседания.

При избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, продлении срока содержания под стражей на стадии предварительного расследования суд руководствовался положениями ст.ст. 108, 109 Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации. Постановление об избрании меры пресечения и продлении срока содержания под стражей вступили в законную силу. Постановлением президиума Свердловского областного суда от 11 мая 2016 года приговор Артемовского городского суда от 12 марта 2014 года в отношении ФИО1 изменён. Деяние ФИО1 переквалифицировано с ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч. 1 ст. 108 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначено наказание в виде 2 лет ограничения свободы, при этом в соответствии с ч. 3 ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации зачтено в срок отбытия наказания в виде ограничения свободы время содержания истца под стражей в период отбывания наказания в виде лишения свободы по приговору суда. 

Кроме того, в судебном заседании не нашли подтверждения доводы истца о том, что истец в местах лишения свободы систематически испытывал нравственные страдания, не нашел подтверждение тот, факт, что истец испытывал негативное отношение со стороны должностных лиц ИВС и СИЗО, из-за безразличия следователя, прокурора, суда. Вопреки доводам истца, о нарушении психического здоровья истца, суду не представлено, каких-либо доказательств либо медицинских документов о нарушении сна (бессонницы) либо депрессивного состояния истца. 

Также не нашли своего подтверждения доводы истца, что были распространены порочащие сведения о его преступной деятельности, что умоляло его честь и достоинство. Виновность ФИО1 установлена вступившим в законную силу постановлением Президиума Свердловского областного суда от 11 мая 2016 года. 

На основании изложенного, суд считает, что требования истца удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194- 199 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Управлению Федерального казначейства Свердловской области о взыскании компенсации морального вреда в размере 1500000 рублей, отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд через Артемовский городской суд путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня его составления в окончательной форме.

Судья: О.А. Нигматзянова