Председательствующий: Новопашина Н.Н. № 33-6947/2025

55RS0033-01-2025-000369-86

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Омск 4 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Омского областного суда в составе:

председательствующего Сковрон Н.Л.,

судей областного суда Мезенцевой О.П., Савчук А.Л.,

при секретаре Ахметвалееве И.М.,

с участием прокурора Марченко Т.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-387/2025 года

по апелляционной жалобе истца Уразовой Кульбаршин

на решение Таврического районного суда Омской области от 12 августа 2025 года

по иску Уразовой Кульбаршин к индивидуальному предпринимателю – главе КФХ ФИО2, ФИО3 о компенсации морального вреда, взыскании расходов на погребение.

Заслушав доклад судьи Сковрон Н.Л., судебная коллегия

установила:

ФИО4 обратилась с иском к индивидуальному предпринимателю - главе КФХ ФИО2, ФИО3 о компенсации морального вреда, взыскании расходов на погребение.

В обоснование требований указала, что 

<

...> г. около 19 час. 00 мин. ответчик ФИО3, являясь водителем автомобиля КАМАЗ, государственный регистрационный знак № 

<

...>, принадлежащий ответчику ФИО2, двигаясь по автомобильной дороге «Таврическое-Луговое-Прииртышье-Тихвинка-Новоуральское» Таврического района Омской области совершил наезд на пешехода УРС, который от полученных травм скончался на месте. Водитель ФИО3 с места дорожно-транспортного происшествия скрылся. ФИО3 в рамках проведения проверки свою вину признал, пояснил, что состоит в трудовых отношениях с ФИО2, и в тот день выехал в г. Омск по заданию работодателя.

Указала, что является матерью погибшего ФИО4 ФИО2 как собственник автомобиля, а также ответчик ФИО3, совершивший наезд на автомобиле, на УРС, после происшествия не интересовались судьбой семьи истца, не выразили своих извинений, материальную помощь не предлагали. В результате смерти УРС истцу был причинен моральный вред, явившийся следствием невосполнимой утраты близкого человека, обстоятельством, нарушающим психологическое благополучие. Моральное страдание истец будет испытывать всю жизнь.

Просила взыскать с ответчиков в свою пользу денежную компенсацию причиненного морального вреда в размере 3000000 руб., расходы на погребение в размере 174 152 руб. 30 коп.

Истец ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по изложенным в иске основаниям и просила их удовлетворить.

Представитель истца ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования в полном объеме.

Ответчик ИП ФИО6 КФХ ФИО2 в судебном заседании участия не принимал, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании участия не принимал, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом.

Представитель ответчиков ИП ФИО6 КФХ ФИО2, ФИО3 ФИО7, действующий на основании доверенности, в судебном заседании возражал против заявленных исковых требований. Дополнительно пояснил, что истцом не представлено доказательств, перенесенных ею моральных и нравственных страданий, связанных со смертью близкого родственника, а также доказательств, характеризующих сложившиеся взаимоотношения с погибшим при его жизни и факт совместного проживания с погибшим, ведения с ним общего хозяйства до наступления его смерти. Полагал, что заявленная сумма денежной компенсации морального вреда является завышенной, подлежит снижению до 200 000 руб. В удовлетворении требований о взыскании расходов на погребение просил отказать, в случае частичного удовлетворения указанных требований просил учесть несоответствия в показаниях, допрошенных в судебном заседании свидетелей.

Третье лицо ФИО8 в судебном заседании участия не принимал, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом.

В заключении старший помощник прокурора Таврического района Колышкина А.А. полагала исковые требования подлежащими удовлетворению.

Судом постановлено решение, которым исковые требования Уразовой Кульбаршин к ИП ФИО6 КФХ ФИО2 о компенсации морального вреда, взыскании расходов на погребение, судебных расходов удовлетворены частично.

С ИП ФИО6 КФХ ФИО2 в пользу Уразовой Кульбаршин, 

<

...> года рождения, взыскана компенсация морального вреда в размере 350 000 руб., расходы на погребение в размере 95 349 руб. 30 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

В удовлетворении исковых требований к ФИО3 отказано.

С ИП ФИО6 КФХ ФИО2 в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 7 000 руб.

В апелляционной жалобе истец ФИО4 просит решение суда изменить, полагая расходы на погребение подлежащими взысканию в полном объеме, а размер компенсации морального вреда подлежащим увеличению. Указывает, что суд не учел в полной мере поведение ФИО3, который скрылся с места ДТП, чем усложнил ход расследования. Суд не учел отношение ФИО3 к произошедшему, который не интересовался судьбой сбитого им человека, не предлагал помощь матери погибшего.

Полагает, что расходы на погребение сына, включая расходы на проведение поминок, подлежат компенсации в полном объеме.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Таврического районного суда Омской области просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчиков ИП ФИО6 КФХ ФИО2, ФИО3 - ФИО7, действующий на основании доверенности, просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства.

Апелляционное производство как один из процессуальных способов пересмотра, не вступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела, и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалоб, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья (иного повреждения здоровья), размер причиненного вреда, также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При этом в соответствии с определением Конституционного Суда РФ от 28.05.2009 № 581-О-О положения пункта 2 статьи 1064 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающие в рамках общих оснований ответственность за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагающие на последнего бремя доказывания невиновности, направлено на обеспечение возмещения вреда и тем самым - на реализацию интересов потерпевшего, в силу чего как само по себе, так и в системной связи с другими положениями главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, не может рассматриваться, как нарушающее конституционные права граждан.

В силу абзаца 1 части 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным частями 2 и 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В соответствии с пунктом 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Как установлено судом и следует из материалов дела 

<

...> г. около 19 час. 00 мин. водитель автомобиля КАМАЗ, гос.зн. № 

<

...>, под управлением ФИО3, двигаясь по автомобильной дороге «Таврическое-Луговое-Прииртышье-Тихвинка-Новоуральское» Таврического района Омской области совершил наезд на пешехода УРС Водитель ФИО3 с места дорожно-транспортного происшествия скрылся.

Согласно карточке учета транспортного средства, владельцем транспортного средства «КАМАЗ 55102», государственный регистрационный знак № 

<

...> регион, является ФИО2

В ходе проверки материалов от 18 декабря 2024 года № 6024 по факту произошедшего дорожно-транспортного происшествия неоднократно выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3, за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 264 УК РФ. Данные постановления неоднократно отменялись с возвращением материала на дополнительную проверку.

Согласно объяснениям ФИО3, данным в рамках проверки по факту дорожно-транспортного происшествия, 18 декабря 2024 года г. в вечернее время, он ехал из г. Омска на автомобиле КАМАЗ, который принадлежит ФИО2 Когда он ехал, был сильный снегопад, видимость дороги плохая. Проезжая с. Луговое, его ослепил дальним светом фар встречный автомобиль, начал поворачивать налево и увидел, что в 10 м от него идет человек. Он услышал удар в правую часть автомобиля КАМАЗ в область правой фары. Не оспаривал, что совершил наезд на УРС

Из заключения судебно-медицинской экспертизы № 

<

...> от 

<

...> г. следует, что смерть УРС наступила от 

<

...>

ФИО4 является матерью погибшего УРС

Обращаясь в суд, ФИО4 просила о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции установил, что транспортное средстве «КАМАЗ 55102», гос. зн. № 

<

...> регион, в момент дорожно-транспортного происшествия находилось под управлением ФИО3, который управлял им на законном основании. Поскольку ФИО3 является работником ИП ФИО6 КФХ ФИО2, суд первой инстанции признал последнего надлежащим ответчиком по делу. В удовлетворении иска к ответчику ФИО3 районным судом отказано.

Установив, что по заданию ИП ФИО6 КФХ ФИО2 в момент дорожно-транспортного происшествия автомобилем КАМАЗ управлял ФИО3, суд пришел к выводу, что гражданско-правовая ответственность возлагается на ИП ФИО6 КФХ ФИО2

Районный суд также пришел к выводу о доказанности факта причинения истцу ФИО4 морального вреда в связи с гибелью сына УРС, в связи с чем в ее пользу с ответчика ИП ФИО6 КФХ ФИО2 взыскана компенсация морального вреда и расходы на погребение.

Данные выводы суда первой инстанции не оспариваются, в связи с чем предметом проверки суда апелляционной инстанции не являются.

Истцом решение суда оспаривается только в части размера определенной судом компенсации морального вреда и расходов на погребение.

В соответствии с п. 1 ст. 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержатся в Федеральном законе от 12 января 1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 12 января 1996 № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Пунктом 6.1 Рекомендаций о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002, рекомендованных протоколом НТС Госстроя России от 25 декабря 2001 № 01-НС-22/1, в церемонию похорон входят, как правило, обряды: омовения и подготовки к похоронам; траурного кортежа (похоронного поезда); прощания и панихиды (траурного митинга); переноса останков к месту погребения; захоронения останков (праха после кремации); поминовение. Подготовка к погребению включает в себя: получение медицинского свидетельства о смерти; получение государственного свидетельства о смерти в органах ЗАГСа; перевозку умершего в патологоанатомическое отделение (если для этого есть основания); приобретение и доставка похоронных принадлежностей; оформление счета-заказа на проведение погребения; омовение, пастижерные операции и облачение с последующим уложением умершего в гроб; приобретение продуктов для поминальной трапезы или заказ на нее.

Под поминальной трапезой подразумевается обед, проводимый в определенном порядке в доме усопшего или других местах (ресторанах, кафе).

Таким образом, из рекомендаций и сложившихся традиций, церемония поминального обеда общепринята, соответствует традициям населения Российской Федерации, является одной из форм сохранения памяти об умершем и неотъемлемой частью осуществления достойных похорон умершего.

В ходе рассмотрения спора судом установлено, что захоронение УРС происходило 21 декабря 2024 года.

Истец ФИО4 указала, что понесла расходы на погребение в сумме 174152 руб. 30 коп. В подтверждение представлены документы:

- договор купли-продажи от 19 декабря 2024 года, расписка, подтверждающая получение ЖОХ 100000 руб. (л.д.185-186 т. 1);

- копия чека от 18 декабря 2025 года об оплате услуг по транспортировке УРС, стоимость 8000 руб., приложен также кассовый чек (л.д.11 т. 1);

- копия чека от 19 декабря 2024 года на сумму 5204 руб. 30 коп. на приобретение конфет, чая, сахара (л.д.12 т. 1);

- копия накладной от 19 декабря 2024 года на сумму 2145 руб. на приобретение конфет (л.д.12, оборот);

- копия чека от 23 декабря 2024 года на сумму 5984 руб. на приобретение печенья, конфет, растительного масла (л.д.11 т. 1);

- копия чека от 23 января 2025 года на сумму 31200 руб. на приобретение полотенец (л.д.12 т. 1);

- копия чека от 29 января 2025 года на сумму 1470 руб. на приобретение конфет (л.д. 12 оборот т.1);

-копия чека от 30 января 2025 года на сумму 20149 руб. на приобретение полотенец махровых 30 шт., жидкое мыло, бумажные полотенца, пластиковые ложки, столовые ложки, губки для посуды, белизна (л.д. 11 оборот т.1).

Районный суд верно отказал во взыскании расходов, понесенных 23 декабря 2024 года, 23 января 2025 года, 29 января 2025 года, 30 января 2025 года.

Законодательством, а также сложившимися традициями населения РФ не предусмотрено осуществление поминального обеда как обязательной церемонии в связи со смертью усопшего и его погребения на 3, 7, 9 день, каждый четверг до 40 дней.

Доводы жалобы об обратном основаны на неверном толковании правовых норм.

Удовлетворяя заявленные требования в части, суд первой инстанции признал обоснованными расходы, понесенные 18 декабря 2024 года, 19 декабря 2024 года в сумме 15349 руб. 49 коп. (конфеты и иные товары) и 80000 руб. (мясо лошади), связанными с проведенным обрядом захоронения.

При этом разрешая требования в части взыскания 100000 руб. суд уменьшил сумму оплаты мясо лошади до 80000 руб.

Доводы жалобы о необоснованном снижении данной суммы заслуживают внимание, но не влекут отмены или изменения постановленного по делу решения суда.

В материалы дела представлен договор купли-продажи от 19 декабря 2024 года между ЖОХ и ФИО4, по которому продавец обязался оказать услуги по забою лошади и передать разделанное мясо конины.

Согласно п. 2.1 договора купли-продажи цена лошади 100000 руб.

Представлена расписка, подтверждающая получение ЖОХ 100000 руб. (л.д.185-186 т. 1).

В такой ситуации в отсутствие доказательств несоразмерности данной суммы, иной стоимости аналогичных товаров, районный суд необоснованно указал на снижение суммы до 80000 руб.

Вместе с тем судебная коллегия принимает во внимание следующее.

Согласно части 1 статьи 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) под страховым случаем следует понимать наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховое возмещение.

В соответствии с частью 1 статьи 6 Закона об ОСАГО объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

Согласно положениям пунктов 6, 7 статьи 12 Закона об ОСАГО в случае смерти потерпевшего право на возмещение вреда имеют лица, имеющие право в соответствии с гражданским законодательством на возмещение вреда в случае смерти кормильца, при отсутствии таких лиц - супруг, родители, дети потерпевшего, граждане, у которых потерпевший находился на иждивении, если он не имел самостоятельного дохода (выгодоприобретатели).

Размер страховой выплаты за причинение вреда жизни потерпевшего составляет 475 тысяч рублей - выгодоприобретателям, указанным в пункте 6 настоящей статьи; не более 25 тысяч рублей в счет возмещения расходов на погребение - лицам, понесшим такие расходы.

Согласно сведениям страхового полиса ответственность водителя ФИО3 была застрахована по полису ОСАГО в АО «ГСК «Югория» (л.д.181 т. 1).

Из письменных пояснений ФИО4, ее представителя следует, что они обратились в страховую компанию, ей сообщено, что рассмотрение заявки будет положительным.

Таким образом, ФИО4 имеет право на возмещение расходов на погребение в размере 25000 руб. за счет выплаты страхового возмещения. Понесенные ею обоснованные расходы на погребение 15349 руб. 49 коп. и 100000 руб. возмещаются суммой страхового возмещения, а также суммой 95349 руб. 30 коп., взысканной решением суда.

Сведения о том, что ею понесены дополнительные обоснованные траты на погребение в материалах дела не имеется. Ответчик решение суда не оспаривает.

Разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда, районный суд определил сумму 350000 руб.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 изложено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

В абзаце пятом пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» внимание судов обращено на то, что размер возмещения вреда в силу пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Из изложенного следует, что если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. Если при причинении вреда здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности, но размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться судом с учетом фактических обстоятельств дела. Размер возмещения вреда также может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда (гражданина). Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда надлежит привести в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Принимая во внимание установленные обстоятельства дела, судебная коллегия полагает, что судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда в полной мере приняты во внимание и учтены вышеприведенные нормативные положения пунктов 2 и 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

В результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия УРС погиб.

Согласно протоколу осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 18 декабря 2024 года следует, что ДТП произошло вне населенного пункта, на 21 км автодороги Таврическое-Луговое-Прииртышье-Тихвинка-Новоуральское», покрытие дороги асфальтобетонное, покрыто снегом. На дороге – мужчина, одет в куртку черного цвета, черные штаны, белые кроссовки. Труп расположен перпендикулярно проезжей части, ноги расположены в сторону с. Луговое, труп лежит на спине, руки по бокам, прижаты к телу (л.д. 3 – 10 т. 2).

Из схемы усматривается, что ширина проезжей части 7,10м; расстояние от правого края проезжей части 80 см (л.д.20 т. 2).

В ходе проведения проверки по факту дорожно-транспортного происшествия было установлено, что ФИО3 совершил наезд на УРС в районе 19 час. 00 мин. 18 декабря 2024 года.

Из свидетельских показаний ГТВ следует, что они с мужем 18 декабря 2025 года проезжали мимо УРС за 10 минут до того, как узнали, что его сбили. Было темное время сток, УРС шел в темной одежде без ярких элементов, двигался по краю обочины, шел снег, все было в снегу.

<

...>

Таким образом, из представленных в материалы дела доказательств следует, что ДТП произошло в темное время суток, на неосвещенном участке дороги, при этом пешеход был одет в темную одежду 

<

...>

Данные обстоятельства подлежали учету при определении компенсации морального вреда.

В силу пункта 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Согласно пункту 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно пункту 4.1 Правил дорожного движения Российской Федерации пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам.

При отсутствии тротуаров, пешеходных дорожек, велопешеходных дорожек или обочин, а также в случае невозможности двигаться по ним пешеходы могут двигаться по велосипедной дорожке или идти в один ряд по краю проезжей части (на дорогах с разделительной полосой - по внешнему краю проезжей части).

При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.

По смыслу указанных положений Правил дорожного движения Российской Федерации передвижение пешеходов по краю проезжей части в темное время суток допускается в исключительных случаях (отсутствие пешеходных дорожек, тротуаров и обочин) только при наличии предметов со световозвращающими элементами.

Данные правила в полном объеме УРС не соблюдены.

Согласно п. 2.5 Правил дорожного движения Российской Федерации при дорожно-транспортном происшествии водитель, причастный к нему, обязан немедленно остановить (не трогать с места) транспортное средство, включить аварийную сигнализацию и выставить знак аварийной остановки в соответствии с требованиями пункта 7.2 Правил, не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию. При нахождении на проезжей части водитель обязан соблюдать меры предосторожности.

В силу п. 2.6 Правил дорожного движения Российской Федерации если в результате дорожно-транспортного происшествия погибли или ранены люди, водитель, причастный к нему, обязан:

принять меры для оказания первой помощи пострадавшим, вызвать скорую медицинскую помощь и полицию;

в экстренных случаях отправить пострадавших на попутном, а если это невозможно, доставить на своем транспортном средстве в ближайшую медицинскую организацию, сообщить свою фамилию, регистрационный знак транспортного средства (с предъявлением документа, удостоверяющего личность, или водительского удостоверения и регистрационного документа на транспортное средство) и возвратиться к месту происшествия;

освободить проезжую часть, если движение других транспортных средств невозможно, предварительно зафиксировав, в том числе средствами фотосъемки или видеозаписи, положение транспортных средств по отношению друг к другу и объектам дорожной инфраструктуры, следы и предметы, относящиеся к происшествию, и принять все возможные меры к их сохранению и организации объезда места происшествия;

записать фамилии и адреса очевидцев и ожидать прибытия сотрудников полиции.

Из объяснений ФИО3 следует, что он двигался по автодороге «Таврическое- Луговое – Прииртышье – Тихвинка – Новоуральское», в районе с. Луговой его ослепило дальнее освещение автомобиля. Он стал поворачивать налево и увидел, что справа от него идет спиной человек. Он предпринял попытку отклониться от этого человека, поворачивать налево, при этом его слепил дальний свет фар встречного автомобиля.

Согласно п. 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно абз. 2 п. 19.2 Правил дорожного движения Российской Федерации при ослеплении водитель должен включить аварийную сигнализацию и, не меняя полосу движения, снизить скорость и остановиться.

Поскольку зрительное восприятие ослепленного светом фар водителя временно нарушено, он не сможет адекватно оценить дорожную обстановку. Совершать в подобной ситуации маневры запрещено, поскольку это небезопасно как для ослепленного водителя, так и для тех, кто может находиться на обочине. Правила предписывают снизить скорость и остановиться.

Данные правила в полном объеме ФИО3 не соблюдены.

Таким образом, и ФИО3, и УРС допустили нарушение Правил дорожного движения.

При определении размера компенсации морального вреда верно учтены приведенные выше обстоятельства ДТП, случившегося в темное время суток на неосвещенном участке дороги, последствия дорожно-транспортного происшествия, наличие в действиях участников ДТП нарушений Правил дорожного движения Российской Федерации, нахождение УРС 

<

...> без предметов со светоотражающими элементами.

Смерть близкого человека, особенно внезапная и трагическая, является невосполнимой утратой и причиняет глубочайшие нравственные страдания членам его семьи.

ФИО4 поясняла, что проживала вместе с сыном по адресу: 

<

...>, он помогал ей по хозяйству, а также в ведении быта, он не работал.

<

...>

<

...>

Из рапорта директора ФИО9 КУ УИИ УФСИН России по Омской области следует, что в ходе выхода проведена беседа с родственниками, установлено, что УРС по адресу: 

<

...>, не проживает. С июля 2024 года проживает и работает в г. Омске.

Согласно объяснениям УРС, данным 06 ноября 2024 года, он с 08 июля 2024 года трудоустроился сварщиком в ООО «ЗСБЖ № 5» в г. Омске, 29 октября 2024 года уволился. С момента трудоустройства арендовал комнату в общежитии по адресу: 

<

...> где проживает на момент дачи объяснений. О смене места жительства уполномоченные органы не уведомлял (л.д.214 т. 1).

<

...>

Таким образом, УРС к моменту гибели с матерью совместно не проживал. 

<

...>

Свидетельскими показаниями подтверждается характер близких взаимоотношений между погибшим и матерью.

Оценив совокупность обстоятельств, явившихся основанием для компенсации морального вреда, соотнеся их с тяжестью причиненных истцу физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, судебная коллегия признает сумму компенсации морального вреда, определенную районным судом обоснованной.

Данный размер будет способствовать восстановлению баланса между последствиями нарушения прав истца и степенью ответственности, применяемой к ответчику, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

При таком положении судебная коллегия полагает, что доводы апелляционной жалобы о необходимости увеличения размера компенсации морального вреда не подлежат удовлетворению.

Решение районного суда является законным и обоснованным. Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда и не свидетельствуют о нарушении норм материального или процессуального права.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Таврического районного суда Омской области от 12 августа 2025 года оставить без изменений, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, путем подачи кассационной жалобы через Таврический районный суд Омской области.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 17 декабря 2025 года.

Председательствующий:

Судьи: