Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

06 октября 2017 года Балтасинский районный суд Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи Шакирова Р.Г.,

при секретаре Камалиевой А.З.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью УК «Просто молоко» о признании трудового договора и увольнения незаконными, взыскании выходного пособия и компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Просто молоко» о признании увольнения незаконным, взыскании выходного пособия и компенсации морального вреда. В обоснование иска указано, что истец с 20 ноября 2015 года состоял в трудовых отношениях с ответчиком. При трудоустройстве был заключен срочный трудовой договор на должность кладовщика-грузчика. Как выяснилось позднее, указанный срочный трудовой договор был заключен с нарушениями трудового законодательства.

30 июня 2017 года истец был уволен на основании п.2 ч.1 ст. 77 ТК РФ по причине истечения срока трудового договора, а фактически произошло массовое увольнение всех работников в связи с прекращением деятельности организации на арендуемом объекте, что по своей сути сопоставимо с сокращением штата и численности работников. Поэтому истец просит признать свое увольнение незаконным, произведенным с нарушением ст. 180 ТК РФ, выплатить выходное пособие в сумме 108 123 рубля (что является средней заработной платой за три месяца), компенсировать моральный вред.

В ходе судебного заседания ФИО1 свои требования, изложенные в исковом заявлении, поддержал и увеличил их, в которых просит признать также срочный трудовой договор от 20 ноября 2015 года незаконным, поскольку оснований у работодателя заключения срочного трудового договора не имелось, срочный договор неоднократно продлевался, вплоть до 30 июня 2017 года, он выполнял одни и те же трудовые обязанности. При этом истец не ставит вопрос о восстановлении на работе.

Представитель ответчика иск не признал, пояснив, что ООО «Просто молоко» было создано в период банкротства ОАО «Вамин». Решением Арбитражного Суда РТ от 13 марта 2013 года ОАО «Вамин» признано банкротом и в отношении него открыто конкурсное производство. Во избежание массового увольнения работников и прекращения деятельности организации имущество ООО «Вамин» было передано ООО УК «Просто молоко»: 

с 31 мая 2013 года в аренду по договору аренды имущества №2; 

с 11 марта 2014 года в пользование по договору №3. Таким образом, ОАО УК «Просто молоко» ведет свою трудовую деятельность на базе имущества банкротного предприятия ООО «Вамин». 

Процедура конкурсного управления неоднократно продлевалась Арбитражным Судом РТ:

определением АС РТ от 13 сентября 2013 года – до 10 марта 2014 года; 

определением АС РТ от 11 марта 2014 года – до 10 сентября 2014 года; 

определением АС РТ от 10 сентября 2014 года – до 10 марта 2015 года; 

определением АС РТ от 02 марта 2015 года – до 10 сентября 2015 года; 

определением АС РТ от 8 сентября 2015 года – до 10 марта 2016 года; 

определением АС РТ от 01 марта 2016 года – до 10 сентября 2016 года; 

определением АС РТ от 7 сентября 2016 года – до 10 марта 2017 года; 

определением АС РТ от 10 марта 2017 года – до 10 сентября 2017 года. 

В связи с этим, сроки действия договора аренды, а в последующем пользования имущества между ОАО «Вамин» и ООО УК «Просто молоко» также неоднократно пролонгировались. В сентябре 2016 года имущественный комплекс ОАО «Вамин» был выкуплен с торгов АО «Татагролизинг». 22 ноября 2016 года ООО УК «Просто молоко» заключило с АО «Татагролизинг» договор аренды имущественного комплекса сроком до 30 июня 2017 года. В связи с этим, все трудовые договора со всеми работниками, в том числе, и с ФИО1, были заключены на сроки, установленные решением Арбитражного Суда и договорами аренды и пользования имущества. 

Кроме того, истцом пропущен срок исковой давности и поэтому его требования подлежат отказу в удовлетворении в связи с пропуском срока исковой давности.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

В данном случае оспариваемый срочный трудовой договор был заключен сторонами 20 ноября 2015 года, а истец обратился в суд 28 июля 2017 года, то есть после истечения одного года и восьми месяцев.

Вопрос о восстановлении срока перед судом не ставился. 

Поскольку согласно п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, суд с учетом вышеизложенных обстоятельств приходит к выводу об отказу в удовлетворении иска в части требовании истца о признании заключения срочного трудового договора незаконным в связи с попуском срока исковой давности.

Вместе с тем, заявленное ответчиком требование о применении пропуска срока исковой давности к требованию о признании увольнения незаконным не подлежит удовлетворению, поскольку из материалов дела следует, что истец получил копию трудовой книжки 30 июня 2017 года и обратился в суд с требованием признания незаконным своего увольнения 28 июля 2017 года (л.д.5), то есть в пределах месячного срока.

При таких обстоятельствах заявление ответчика о применении пропуска срока исковой давности по требованию признания незаконным увольнения подлежит отказу в удовлетворении.

В соответствии с ч. 2 ст. 58 Трудового кодекса РФ срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 6 ч. 1 ст.59 Трудового кодекса РФ срочный трудовой договор заключается с лицами, поступающими на работу в организации, созданные на заведомо определенный период или для выполнения заведомо определенной работы.

В силу статьи 79 Трудового кодекса РФ срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут по истечении его срока, за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения.

Из представленных истцов материалов дела следует, что 17 ноября 2015 года стороны заключили срочный трудовой договор №269, согласно которому истец был принят на работу в ООО УК «Просто молоко» «Казанский молочный комбинат» временно на период отсутствия кладовщика – грузчика с тарифной сеткой оплаты труда в размере 129,51 рублей. При этом в указанном договоре указано, что договор заключается на основании решения Арбитражного Суда РТ от 13 марта 2013 года, определения Арбитражного Суда РТ от 04 марта 2015 года и договора пользования имуществом сроком действия до 10 сентября 2015 года.

Истец в судебном заседании пояснил, что с ним неоднократно заключались дополнительные соглашения о заключении трудового договора на определенный срок, вплоть до 30 июня 2017 года. Однако, эти соглашения у него не сохранились. 

Из копии трудовой книжки истца установлено, что он был принят на работу кладовщиком-грузчиком на участок реализации 20 ноября 2015 года, переведен кладовщиком-грузчиком в отдел обеспечения, переведен кладовщиком-грузчиком в ЦРП 11 марта 2017 года и 30 июня 2017 года трудовой договор прекращен на основании пункта 2 части 1 ст. 77 ТК РФ.

Представитель ответчика также заявил, что копий указанных соглашений не сохранилось, пояснив, что трудовые отношения каждый раз заключались на определенный Арбитражным Судом и договором аренды сроки.

Указанные обстоятельства сторонами не оспариваются и не подлежат доказыванию в порядке ст. 68 ГПК РФ.

Таким образом, из представленных материалов следует, что ответчик осуществляет хозяйственную деятельность с 2013 года на базе арендованного имущества открытого акционерного общества «ВАМИН Татарстан», признанного не состоятельным (банкротом).

В данном случае основанием заключения срочного трудового договора с истцом явился договор аренды имущества, заключенный между ответчиком и открытым акционерным обществом «ВАМИН Татарстан», что в свою очередь исключало возможность принятия истца на работу по трудовому договору без определения срока его действия.

Продление срока действия трудового договора между сторонами напрямую зависело от пролонгации договора аренды, заключенного между ответчиком и отрытым акционерным обществом «ВАМИН Татарстан», а в последующем договора аренды с АО «Татагролизинг» - до 30 июня 2017 года.

То обстоятельство, что срок действия трудового договора с ФИО1 неоднократно продлевался, истец выполнял одну и ту же трудовую функцию на одном предприятии, не исключают срочного характера трудовых отношений, поскольку в данном случае имеет место заведомо временное определение срока оказываемых истцом работ.

Доказательств об увольнении истца по сокращению штатов и численности работников судом не установлено, а истцом не представлено. 

С учетом представленных сторонами доказательств, суд приходит к выводу о том, что расторжение с ФИО1 трудового договора в связи с истечением его срока на основании пункта 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ следует считать правомерным. Поскольку процедура увольнения работодателем соблюдена, права истца при увольнении не нарушены, правовых оснований для удовлетворения требований истца о взыскании заработной платы на основании ст. 180 ТК РФ и компенсации морального вреда у суда не имеется. 

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

В удовлетворении иска ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью УК «Просто молоко» о признании заключения срочного трудового договора от 17 ноября 2015 года, увольнения от 30 июня 2017 года по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ незаконными, взыскания заработной платы в размере 108 123 рублей, компенсации морального вреда – отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд РТ в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме через районный суд.

Председательствующий :