Судья Усов А.С. Дело № 22-3636/2019 

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

30 июля 2019 года г. Новосибирск 

Новосибирский областной суд

в с о с т а в е :

председательствующего судьи Тишиной И.В., 

при секретаре Семенниковой К.В.,

с участием:

прокурора прокуратуры Новосибирской области Потапова Д.А.,

осужденного ФИО1,

защитника-адвоката Боцан О.П.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО1 (основную и дополнительную), адвоката Боцан О.П. в его защиту (основную и дополнительную) на приговор Новосибирского районного суда Новосибирской области от 15 апреля 2019 года, по которому

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, русский, гражданин Российской Федерации, не судимый,

осужден по ст.315 УК РФ (в редакции от 05.05.2014) к 200 часам обязательных работ. На основании ч.8 ст.302 УПК РФ от назначенного наказания по ст.315 УК РФ освобожден в связи с истечением сроков давности.

Также осужден по ч.1 ст.201 УК РФ к 1 году исправительных работ с удержанием 10 процентов заработной платы в доход государства.

На основании ст.73 УК РФ наказание ФИО1 постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года, с возложением на осужденного обязанностей: ежемесячно являться на регистрацию в специализированный орган, осуществляющий его исправление, не менять постоянного места жительства без уведомления указанного органа.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения.

Гражданский иск ООО «

<

данные изъяты>» оставлен без удовлетворения.

По делу также разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

у с т а н о в и л :

По приговору суда ФИО1 признан виновным и осужден за злостное неисполнение служащим коммерческой организации вступивших в законную силу решений суда, а также за злоупотребление полномочиями, т.е. использование лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, своих полномочий вопреки законным интересам этой организации и в целях извлечения выгод и преимуществ для себя и других лиц, когда это деяние повлекло причинение существенного вреда права и законным интересам организации.

Преступления совершены ФИО1 в период времени и при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре, постановленном в общем порядке уголовного судопроизводства. 

В суде первой инстанции ФИО1 вину в совершении преступлений не признал.

В апелляционной жалобе (основной и дополнительной) осужденный ФИО1 просит отменить приговор суда, оправдать его за непричастностью к совершению преступлений.

В обоснование доводов жалобы осужденный указывает на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и недопустимые доказательства, положенные в основу приговора. Ссылается на противоречия в приговоре, а именно на указание суда, что «ему не ставится в вину злостное неисполнение решений суда и злоупотребление полномочиями путем воспрепятствования реализации недвижимого имущества ООО «

<

данные изъяты>» (стр.12 приговора). В то же время суд квалифицирует действия подсудимого по ст.315 УК РФ как злостное неисполнение служащим коммерческой организации вступивших в законную силу решений суда (стр.13). Материалами дела не доказано наличие письменного предупреждения ФИО1 об уголовной ответственности по ст.315 УК РФ, тогда как неисполнение судебного акта считается злостным лишь после письменного предупреждения, сделанного уполномоченным органом и при наличии реальной возможности его исполнения. Осужденный указывает, что предпринимал все усилия по погашению задолженности без всякого предупреждения.

Автор жалобы, ссылаясь на пп.8,10,11,12 ст.87 ФЗ №229 от 02.10.2017, обращает внимание на то, что, согласно показаниям потерпевшей С. в суде, судебные приставы не обращались к ней с предложением приобрести арестованное имущество со снижением первоначальной стоимости на 25 процентов. При этом суд необоснованно принял показания судебного пристава-исполнителя К. о том, что реализация арестованного имущества невозможна из-за отсутствия правового механизма реализации объектов долевого участия, что подтверждается копией договора купли-продажи от июня 2018 года по реализации 2-х комнатной 

<

адрес> строящемся многоквартирном 

<

адрес>, реализованной ОСП по Новосибирскому району УФССП России по Новосибирской области. Указывает, что судебными приставами-исполнителями были изъяты из оборота ООО «

<

данные изъяты>» квартиры в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что явно не давало возможности реализовывать данные квартиры обществу и рассчитаться с долгами. Не дал оценку суд и противоречиям в показаниях потерпевшей С. и свидетеля К. – судебного пристава-исполнителя о том, что в пользу ООО «

<

данные изъяты>» со счетов ООО «

<

данные изъяты>» списано 698198 рублей с одной стороны и показаниями ФИО1, бухгалтерской отчетностью и выпиской движения денежных средств с другой стороны, из которых следует, что погашение задолженности ООО «

<

данные изъяты>» произведено в сумме 1339728,28 рублей. Также не соответствуют действительности показания свидетеля К1 – специалиста-эксперта по ведению депозитного счета ОСП по Новосибирскому району, пояснившей в суде о трех оплатах в пользу ООО «

<

данные изъяты>» на сумму 272370,11 рублей. При этом свидетелем не указана оплата, произведенная ОСП и перечисленная взыскателю.

Кроме того, осужденный обращает внимание на следующий момент. ДД.ММ.ГГГГ судебным приставом-исполнителем П. вынесено постановление о запрете регистрационных действий в отношении объектов недвижимого имущества – 77 квартир и земельного участка, постановление об отмене мер о запрете регистрационных действий вынесено ДД.ММ.ГГГГ, т.е. через год. Своими действиями судебный пристав-исполнитель останавливает строительством дома и лишает возможности реализовывать квартиры и гасить взыскателю Б. образовавшуюся задолженность и ДД.ММ.ГГГГ выносит предупреждение об уголовной ответственности по ст.315 УК РФ. Возбуждая исполнительное производство, судебные приставы и Б. решение суда по расторжению договора долевого участия от ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес> не исполнили. Б., оставаясь полноправным владельцем объекта долевого строительства стоимостью 1253000 рублей, из суммы долга ООО «

<

данные изъяты>» в размере 2246954,34 рубля погасила указанные 1253000 рублей. Данным действиям судебных приставов и потерпевшей Б. суд оценки не дал. Не дал суд оценки и тому, что новый инвестиционный договор на 

<

адрес>, заключенный с Б. ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрирован только ДД.ММ.ГГГГ, после решения Новосибирского районного суда Новосибирской области от 03.10.2017 о признании действий судебных приставов-исполнителей незаконными. Как полагает осужденный, если бы при заключении данного договора долевого участия судебные приставы-исполнители выполнили свои прямые обязанности и дали согласие на регистрацию договора, то в возбуждении уголовного дела по заявлению Б. было отказано. Кроме того, в период ареста в отношении земельного участка, предназначенного для строительства многоквартирного дома, судебный пристав-исполнитель Н. ДД.ММ.ГГГГ вынес постановление о запрете совершения регистрационных действий в отношении 4-х квартир. Квартиры оценены ДД.ММ.ГГГГ стоимостью 6547840 рублей. Реализация оцененных службой судебных приставов квартир не производилась. Запрет был снят только ДД.ММ.ГГГГ. Вопреки мнению свидетеля М., исполнительные листы находились у судебных приставов, а не у ООО «

<

данные изъяты>». Судебные приставы-исполнители, ведущие исполнительное производство с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, допрошены не были. ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление о наложении ареста на цокольный этаж в осях 

<

данные изъяты> площадью 735 кв.м. и ДД.ММ.ГГГГ он оценен в 12080000 рублей. При наложении ареста на данный цокольный этаж у судебных приставов находились в производстве и ранее арестованные семь квартир для реализации. ДД.ММ.ГГГГ приставами вынесено постановление о принятии результатов оценки цокольного этажа в сумме 12080000 рублей. Как указывает осужденный в жалобе, его умыслом в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не могло охватываться злостное неисполнение решений суда и воспрепятствование их исполнению, поскольку он был уверен, что данное арестованное имущество будет реализовано и служба судебных приставов будет выполнять свои полномочия. 

По убеждению ФИО1, выводы суда о его виновности по ч.1 ст.201 УК РФ не нашли своего подтверждения в материалах уголовного дела. Директор ООО «

<

данные изъяты>» И. при допросе указал, что данная организация не считает себя потерпевшим, никакого ущерба или вреда ей ФИО1 не нанес. Денежные операции по счетам и кассе проводились в соответствии с действующим законодательством, что подтверждается ежегодной проверкой министерством строительства 

<

адрес>. Ссылаясь на п.1 ст.393 ГК РФ, осужденный обращает внимание также на то, что в заключении эксперта Ш. указывалось, что выплата денежных средств ФИО1, его супруге и Н1 в качестве компенсации по заключенным договорам долевого участия являлись законными действиями. При этом суд не привел в приговоре доказательств того, что именно выплата неустойки препятствовала завершению строительства и повлекла убытки для общества.

В апелляционной жалобе в защиту ФИО1 (основной и дополнительных) адвокат Боцан О.П. просит отменить приговор суда и оправдать ее подзащитного в связи с непричастностью к совершению преступлений.

Защитник считает необоснованным ссылку суда в приговоре на то, что вина подсудимого подтверждена письменными предупреждениями об уголовной ответственности по ст.315 УК РФ за невыполнение решения суда от 11 марта и ДД.ММ.ГГГГ. Вывод суда не подтверждается текстами данных документов, поскольку оба предупреждения вынесены только по взыскателю Б. Указывает, что согласно пп.38,46 Постановления Пленума ВС РФ от 11.01.2007 №2 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», а также п.18 ст.30 ФЗ от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» неисполнение судебного акта считается злостным лишь после письменного предупреждения, в связи с чем ФИО1 не мог быть привлечен к уголовной ответственности за неисполнение решения Арбитражного суда Новосибирской области. Более того, в постановлении о возбуждении исполнительного производства № от ДД.ММ.ГГГГ, возбужденного в пользу взыскателя ООО «

<

данные изъяты>», отсутствует подпись ФИО1 Доказательств того, что ФИО1 вообще знал о возбужденном в интересах ООО «

<

данные изъяты>» исполнительном производстве, материалы дела не содержат, поскольку он был назначен директором общества только ДД.ММ.ГГГГ. 

Стороной защиты были представлены суду доказательства принятия ФИО1 мер по исполнению судебных решений. Так, ФИО1 обращался с письмами в службу судебных приставов ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ. Также в материалах исполнительного производства имеется письмо без даты от 2015 года следующего содержания: «В счет погашения задолженности прошу произвести арест цокольного этажа в осях 

<

данные изъяты> площадью 735 кв.м. в строящемся жилом 

<

адрес> (адрес строительный) в 

<

адрес>, принадлежащего ООО «

<

данные изъяты>» на правах собственности». ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление о наложении ареста на вышеуказанный цокольный этаж и ДД.ММ.ГГГГ принята его оценка в сумме 12080000 рублей. Акт о наложении ареста составлен с участием ФИО1, что подтверждает позицию защиты, что ФИО1 не уклонялся от исполнения решения суда, поскольку считал наложение ареста на цокольный этаж достаточным для полного погашения задолженности. ДД.ММ.ГГГГ приставами вынесено уведомление о готовности к реализации арестованного имущества – цокольного этажа. ДД.ММ.ГГГГ приставами вынесено постановление о принятии результатов оценки цокольного этажа в сумме 12080000 рублей в пользу взыскателей Б., Б1, ООО «

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>». Как следует из материалов исполнительного производства, судебные приставы произвели арест и оценку цокольного этажа только после повторного обращения ФИО1, а в последующем никаких действий по реализации арестованного имущества не произвели. Кроме того, именно судебные приставы предложили ФИО1 от имени ООО «

<

данные изъяты>» заключить договор участия в долевом строительстве от ДД.ММ.ГГГГ, предметом которого являются четыре квартиры на общую сумму 7366320 рублей, для того, чтобы у них была гарантия, что данные квартиры свободны от прав третьих лиц и могут быть обращены в пользу взыскателей.

Данные действия ФИО1, как указывает сторона защиты, свидетельствуют о том, что он желал исполнить судебные решения, в его действиях отсутствует злостность, а судебными приставами-исполнителями допущено бездействие, выразившееся в нереализации арестованного имущества, что исключило добровольное погашение обязательств ООО «

<

данные изъяты>», в связи с чем неисполнение решения суда вызвано не зависящими от ФИО1 причинами. Не учтено судом также то, что Б. после решения суда удерживала в своей собственности 

<

адрес> стоимостью 1253000 рублей и получила частичное возмещение в сумме 711244,60 рублей, что практически полностью исполняло решение суда. Не принято судом во внимание и то, что у ФИО1 на исполнении имелись одновременно иные решения судов, по которым он также производил взыскания. Так, в материалах исполнительного производства имеется справка от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ от ООО «

<

данные изъяты>» на депозитный счет ОСП поступали денежные средства в сумме 2023915,90 рублей, которые были распределены между различными взыскателями по усмотрению судебных приставов. Также имеется выписка по депозитному счету ОСП с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, из которой усматривается, что поступающие денежные средства распределялись между всеми взыскателями, а не только потерпевшими по настоящему делу.

Адвокат указывает также на недопустимость и недостоверность такого доказательства, как заключение эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ. Утверждения эксперта, что не имелось взысканий по платежам 3-й очереди, опровергается письменными доказательствами, согласно которым взыскания были в пользу МИФНС, ИФНС России, УФССП России. По исполнительным документам 4-й очереди указано, что перечислена сумма 300670,25 рублей, однако согласно имеющейся в материалах выписке за указанный период времени различным взыскателям перечислена сумма не менее 621855,15 рублей. Это подтверждает позицию защиты, что у ФИО1 отсутствовала возможность исполнить решение суда в связи с наличием иных неисполненных производств. Более того, экспертом анализировался период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в то время как ФИО1 инкриминируется период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Вывод суда о том, что ФИО1 нарушен принцип очередности выплат, установленный ст.855 ГК РФ, по мнению защиты, является предположением и основан на недопустимом доказательстве. Не дано оценки бездействию судебных приставов, не производивших в нарушение положений ст.13 ФЗ «О судебных приставах» реализацию арестованного имущества. Дело возбуждено ДД.ММ.ГГГГ, на момент возбуждения уже с ДД.ММ.ГГГГ наложен арест на три однокомнатные квартиры в пользу взыскателя ООО «

<

данные изъяты>» на общую сумму 10237288 рублей, что хватило бы на исполнение судебных актов как в пользу Б., так и в пользу ООО «

<

данные изъяты>». ФИО1 обращался с письмом об обращении взыскания на цокольный этаж, обращение было удовлетворено, однако действия так и не были предприняты.

Вина ФИО1, по убеждению стороны защиты, по ч.1 ст.201 УК РФ не подтверждается материалами дела, сами уголовные дела незаконно возбуждены. На момент возбуждения уголовных дел у следователя отсутствовало заявление от ООО «

<

данные изъяты>», которому якобы и был причинен вред от преступления, что противоречит ст.23 УПК РФ, действующей на момент возбуждения дел. В материалах дела отсутствуют какие-либо документы, свидетельствующие о том, что директор ООО «

<

данные изъяты>» И. или собрание участников Общества приняли решение об обращении с заявлением в СУ СК России о признании Общества потерпевшим и возбуждении в отношении ФИО1 уголовного дела. Более того, при допросе И. указывал, что считает действия ФИО1 правильными, поскольку они позволили производить строительство. В связи с этим, поскольку отсутствовал повод для возбуждения уголовного дела, все расследование по делу является незаконным, все следственные действия являются недопустимыми доказательствами. Не находят своего подтверждения выводы суда о причинно-следственной связи между выплатой неустойки и вынесенным постановлением судебного пристава от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку не ДД.ММ.ГГГГ, а ДД.ММ.ГГГГ наложен арест на совершение регистрационных действий в отношении имущества – земельного участка и не ДД.ММ.ГГГГ, а ДД.ММ.ГГГГ вынесено постановление о наложении ареста на цокольный этаж в осях 

<

данные изъяты> площадью 735 кв.м. и ДД.ММ.ГГГГ принята его оценка в сумме 12080000 рублей. При этом в деле нет заключения ни одного компетентного органа о причинах несвоевременной сдачи дома в эксплуатацию. Доводы стороны защиты о том, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ООО «

<

данные изъяты>» несло убытки, связанные с незаконным арестом земельного участка, именно по вине судебных приставов, ничем не опровергнуты. Незаконные действия приставов были совершены ДД.ММ.ГГГГ, т.е. задолго до получения ФИО1 денежных средств, указанных в эпизодах 2,3,4. Судебные приставы не имели права выносить постановление о запрете на совершение регистрационных действий на земельный участок, что подтверждается решением Новосибирского районного суда Новосибирской области по делу № от ДД.ММ.ГГГГ. Их незаконные действия не давали возможности ФИО1 регистрировать договор долевого участия, что влекло расторжение договоров и непоступление денежных средств от дольщиков. При этом в приговоре не приведено доказательств того, что именно выплата неустойки препятствовала завершению строительства и повлекла убытки для общества. Как обращает адвокат внимание, в деле вообще отсутствуют документы о том, когда дом сдан в эксплуатацию и какие именно причины сделали невозможной сдачу дома в планируемые сроки. Выплата денежных средств в августе, сентябре, октябре 2014 года в качестве компенсации неустойки по заключенным договорам долевого участия являлась законными действиями, поскольку ФИО1, К2, Н1 являлись такими же дольщиками и имели право на законную компенсацию неустойки. Кроме того, суд, в нарушение требований ч.1 ст.307 УК РФ, не указал в приговоре, какие именно убытки согласно ч.2 ст.15 ГК РФ понесло Общество.

Таким образом, по убеждению защитника, ни в ходе следствия, ни в суде не добыто достаточных доказательств, бесспорно устанавливающих вину ФИО1 в инкриминируемых ему деяниях.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Боцан О.П. в его защиту государственный обвинитель в судебном разбирательстве К3, выражая несогласие с доводами апелляционных жалоб, просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1, адвокат Боцан О.П. доводы апелляционных жалоб поддержали в полном объеме, прокурор Потапов Д.А. предложил приговор суд отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб осужденного и адвоката, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции находит приговор суда подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии со ст.297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он соответствует положениям уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

В силу требований п.1 ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены судебного решения в апелляционном порядке является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

В соответствии с требованиями п.3 ст.389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если: в приговоре не указано, по каким основаниям при наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие.

В соответствии с требованиями ст.ст.302, 307 УПК РФ в приговоре необходимо привести всесторонний анализ доказательств, на которых суд основал свои выводы, при этом должны получить оценку все доказательства, как уличающие, так и оправдывающие подсудимого, обвинительный приговор постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены.

Эти требования закона при вынесении приговора в отношении ФИО1 судом первой инстанции надлежащим образом не выполнены.

ФИО1 признан виновным в злостном неисполнении служащим коммерческой организации вступивших в законную силу решений суда, а также в злоупотребление полномочиями, т.е. использовании лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, своих полномочий вопреки законным интересам этой организации и в целях извлечения выгод и преимуществ для себя и других лиц, когда это деяние повлекло причинение существенного вреда права и законным интересам организации.

В судебном заседании подсудимый пояснил, что действия судебных приставов по наложению запрета на совершение действий по регистрации земельного участка являлись незаконными, он принимал меры к исполнению судебных решений по взыскателям ООО «

<

данные изъяты>» и Б.

Обязательным признаком объективной стороны преступления, предусмотренного ч.1 ст.201 УК РФ, является причинение существенного вреда правам и законным интересам организации. 

Суд, вынося приговор и осуждая ФИО1 по ч.1 ст.201 УК РФ, согласился с выводом органа предварительного расследования в той его части, что действиями подсудимого причинен существенный вред правам и законным интересам ООО «

<

данные изъяты>».

Вместе с тем, в приговоре не конкретизировано, в чем выразилось причинение существенного вреда, как действия ФИО1 повлияли на вынесение ДД.ММ.ГГГГ судебным-приставом исполнителем постановления о запрете на совершение действий по регистрации объектов недвижимого имущества, а именно земельного участка с кадастровым номером № и объекта незавершенного строительства, находящегося на данном участке, а также на неисполнение ООО «

<

данные изъяты>» договоров долевого участия на 252 квартиры, в чем выразились убытки, причиненные непосредственно указанной организации. Также не принят во внимание и не получил оценки в судебном решении довод подсудимого и стороны защиты в той части, что в настоящее время дом сдан в эксплуатацию.

Не дана в приговоре оценка и решению Новосибирского районного суда Новосибирской области от ДД.ММ.ГГГГ (т.8 л.д.219-222), на которое ссылалась сторона защиты в судебном заседании, согласно которому в рамках сводного исполнительного производства в отношении ООО «

<

данные изъяты>» судебным приставом-исполнителем неоднократно выносились постановления о наложении ареста, запрета на совершение регистрационных действий в отношении земельного участка, принадлежащего ООО «

<

данные изъяты>», которые существенно ограничивают право должника, затрудняют осуществление им своей предпринимательской деятельности и затрудняют исполнение исполнительного документа. При этом, судом указано, что земельный участок находится в залоге у участников долевого строительства, а соответственно законодателем дольщикам предоставлены дополнительные гарантии, препятствующие отчуждению участка, на котором расположен строящийся объект. 

При этом, действия ФИО1, квалифицированные судом по ст. 201 ч.1 УК РФ, относятся к преступлениям против интересов службы в коммерческих и иных организациях, объединенных главой 23 УК РФ, следовательно, орган предварительного следствия и суд должны были располагать заявлением потерпевшего – ООО «

<

данные изъяты>» в лице его руководителя о привлечении к уголовной ответственности ФИО1 либо в ходе рассмотрения дела было необходимо получить согласие руководителя ООО «

<

данные изъяты>» на привлечение ФИО1 к уголовной ответственности за совершенное деяние, являвшегося лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой организации, поскольку, по смыслу закона, если в результате злоупотребления полномочиями лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, причинен вред интересам исключительно коммерческой или иной организации, не являющейся государственным или муниципальным предприятием, уголовное преследование осуществляется по заявлению руководителя данной организации или с его согласия (статья 23 УПК РФ).

Как видно из представленных материалов, поводом к возбуждению уголовных дел по ч.1 ст.201 УК РФ в отношении ФИО1 послужило постановление и.о.прокурора Новосибирского района Новосибирской области о направлении материалов в орган предварительно расследования (т.1 л.д. 90-92;106-108; 111-113) по факту причинения существенного вреда интересам исключительно ООО «

<

данные изъяты>». 

Согласно постановлению и.о.прокурора Новосибирского района Новосибирской области от ДД.ММ.ГГГГ о направлении материалов проверки, проведенной в порядке ст.37 УПК РФ в следственный комитет, в действиях ФИО1 усматривались признаки состава преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

Таким образом, заявления ООО «

<

данные изъяты>» о желании привлечь ФИО1 к уголовной ответственности по ч.1 ст.201 УК РФ материалы дела не содержат. 

Согласно показаниям представителя потерпевшего – директора ООО «

<

данные изъяты>» И., данных на стадии предварительного следствия ДД.ММ.ГГГГ, ООО «

<

данные изъяты>» от действий ФИО1 не пострадало, ущерб организации не причинен.

Показания И. в указанной части оценки в приговоре суда не получили.

У представителя потерпевшего ООО «

<

данные изъяты>» Ш1, участвующей в судебном заседании суда первой инстанции согласие организации на привлечение к уголовной ответственности ФИО1 не выяснялось, мотивированная оценка этому факту судом не дана, ссылок на конкретные нормы уголовно-процессуального закона, указывающие на законность уголовного преследования ФИО1 в указанной части приговор не содержит.

В части осуждения ФИО1 по ст.315 УК РФ приговор суда также нельзя признать обоснованным.

По смыслу ст.315 УК РФ основанием для привлечения к уголовной ответственности по указанной норме уголовного закона является не любое, а лишь злостное неисполнение судебного решения.

Согласно п.18 ст.30 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», в случае возложения обязанности исполнения судебного акта на представителя власти, государственного, муниципального служащего, а также на служащего государственного или муниципального учреждения, коммерческой или иной организации судебный пристав-исполнитель в постановлении о возбуждении исполнительного производства предупреждает указанных лиц об уголовной ответственности по ст.315 УК РФ за неисполнение судебного акта.

При этом, по смыслу закона, необходимо установить: объективную возможность исполнить решение суда, отсутствие действий направленных на исполнение обязанности, объем неисполненной обязанности, а также размер исполненной ее части, наличие письменного предупреждения должнику, сделанное уполномоченным органом.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ возбуждено исполнительное производство, где взыскателем являлось ООО «

<

данные изъяты>», ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был назначен директором ООО «

<

данные изъяты>».

Вместе с тем, тому факту, что ФИО1 после назначения его на должность директора письменно не предупреждался об уголовной ответственности по ст.315 УК РФ по исполнительному производству, где взыскателем выступает ООО «

<

данные изъяты>», надлежащая оценка в приговоре судом не дана.

Ссылка суда на наличие письменных предупреждений от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в части признания виновным ФИО1 в злостном неисполнении решения суда относительно взыскателя ООО «

<

данные изъяты>», не соответствует исследованным материалам дела, поскольку указанные предупреждения содержат предупреждение об уголовной ответственности ФИО1 по ст.315 УК РФ относительно взыскателя Б.

Иных суждений о том, что ФИО1 будучи предупрежденным об уголовной ответственности по ст.315 УК РФ относительно взыскателя Б. злостно уклонился и от исполнения судебного решения по взыскателю ООО «

<

данные изъяты>», а также иных доказательств, убедительно подтверждающих злостность уклонения ФИО1 от исполнения вступившего в законную силу решения суда в части ООО «

<

данные изъяты>» приговор не содержит.

Суд, указав, что поступление на расчетный счет ООО «

<

данные изъяты>» денежных средств от Отдела Судебных приставов по Новосибирскому району УФССП России по Новосибирской области в счет погашения долга ООО «

<

данные изъяты>» указывает на создание Конаковым О.В видимости усилий для погашения задолженности, не дал оценку доводам подсудимого и стороны защиты в той их части, что ФИО1 предпринимались другие меры по исполнению судебных решений: он обращался в службу судебных приставов с ходатайством об обращении взыскания по имеющейся задолженности на имущество ООО «

<

данные изъяты>» помещений цокольного этажа. При этом, ДД.ММ.ГГГГ на цокольный этаж в осях 

<

данные изъяты> площадью 735 кв.м. был наложен арест, вместе с тем, действий по реализации арестованного имущества судебными приставами не произведено.

Оценки действия судебных приставов-исполнителей, не производивших реализацию имущества, на которое был наложен арест, в приговоре не получили, как и не получили оценки показания свидетеля К. об отсутствии правового механизма реализации объектов долевого участия.

При этом судом оставлено без внимания, исследованное в судебном заседании, постановление судебного-пристава исполнителя (т.8 л.д.200-207) о запрете регистрационных действий в отношении объектов недвижимого имущества, согласно которому запрет на совершение регистрационных действий с земельным участком, кадастровый № налагался в 2014 году, а также не дана оценка доводам стороны защиты и подсудимого, что указанный запрет наложен до выплаты неустоек К2, ФИО1 и Н1

Также судом при выводе о виновности ФИО1 в совершении им преступления, предусмотренного ст.315 УК РФ, указано, что им произведено расходование денежных средств, находящихся, в том числе, на расчетных счетах ООО «

<

данные изъяты>» в инкриминируемый ему период. Однако оценка постановлениям судебных приставов-исполнителей об обращении взыскания на денежные средства ООО «

<

данные изъяты>», находящиеся на банковском счете в банке ООО КБ «

<

данные изъяты>», в части надлежащего принудительного исполнения судебных решений в соответствии с Федеральным Законом «Об исполнительном производстве», судом не дана. 

В силу требований п.2 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора наряду с доказательствами, на которых основаны выводы суда в отношении ФИО1, должна содержать мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Вопреки указанному выше требованию, суд первой инстанции не дал надлежащей оценки, исследованным в судебном заседании и описанным в приговоре доказательствам и не привел мотивы опровергающие в полной мере доводы стороны защиты и подсудимого, по которым пришел к выводу, о том, что представленные доказательства подтверждают виновность ФИО1, в инкриминируемых ему преступлениях.

В связи с изложенным, указанные нарушения уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела по существу являются существенными, не позволяющими констатировать правосудность судебного решения, что влечет его отмену.

Само же уголовное дело подлежит направлению в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство в ином составе суда.

При новом рассмотрении уголовного дела суду необходимо полно и всесторонне исследовать все значимые по делу обстоятельства и вынести законное и обоснованное судебное решение.

В связи с отменой приговора с направлением дела на новое рассмотрение, иные доводы апелляционных жалоб рассмотрению не подлежат, поскольку вышестоящий суд не вправе предрешать выводы суда о доказанности или недоказанности обвинения, достоверности или недостоверности доказательств, преимуществах одних доказательств перед другими, а также виде и размере наказания, поскольку при повторном рассмотрении дела суд первой инстанции обязан решить эти вопросы исходя из оценки доказательств в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ. 

Меру пресечения ФИО1 суд апелляционной инстанции сохраняет прежнюю в виде подписки о невыезде и надлежащем поведения, поскольку основания, по которым она избиралась в настоящее время не изменились.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л :

Приговор Новосибирского районного суда Новосибирской области от 15 апреля 2019 года в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Меру пресечения в отношении в отношении ФИО1 оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Апелляционные жалобы адвоката Боцан О.П. и осужденного ФИО1 удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий судья