44RS0028-01-2019-000922-35

Дело № 2-24/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 октября 2020 года

Костромской районный суд Костромской области в составе:

председательствующего судьи Вороновой О.Е.

при секретаре Козловой О.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов,

установил:

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов. 

Свои требования мотивирует тем, что 03 июня 2017 г. в 14:30 в (адрес) водитель ФИО2, управляя автомобилем ***** гос. per. номер № принадлежащем ему же на праве собственности, в нарушение ПДД совершил столкновение с автомобилем ***** гос. per. № под управлением водителя ФИО5 Таким образом, произошло дорожно-транспортное происшествие. 

В результате этого ДТП автомобиль ***** гос. per. №, принадлежащий истцу на праве собственности, получил механические повреждения. 

Согласно материалам органов ГИБДД, дело об административном правонарушении в отношении водителя ФИО2 прекращено, в связи с истечением срока давности привлечения последнего. В рамках дела об административном правонарушении проводилась автотехническая экспертиза, в соответствии с выводами которой в действиях водителя ФИО2 имеет место несоответствие п. 13.4 ПДД РФ, в соответствии с которым - При повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо. Таким же правилом должны руководствоваться между собой водители трамваев. В действиях водителя ФИО5 несоответствий в ПДД РФ не установлено. 

Истец считает, что единоличным виновным в данном ДТП является водитель ФИО2, гражданская ответственность которого не была застрахована в соответствии с действующим законодательством. 

В связи с тем, что потерпевшей не была, известна величина нанесенного ущерба истец обратилась к специалисту в области независимой технической экспертизы ИП ФИО6, с которым заключил договор о проведении независимой технической экспертизы автомобиля. Эксперт ФИО6 осмотрел автомобиль истца, составил акт осмотра и произвел расчет ущерба. 

На основании Экспертного заключения № А12-019 от 10 января 2019 г. стоимость восстановительного ремонта, рассчитанного по средней в регионе по стоимости нормочаса работ без учета износа заменяемых деталей автомобиля истца составляет 401310,84 руб. Согласно Экспертному заключению № А12-019 от 10 января 2019 г., утрата товарной стоимости автомобиля ***** гос. per. № составляет 17334,16 руб. Истцом за составление экспертом Экспертного заключения независимой технической экспертизы уплачено в его кассу18000.00 руб. 

Со ссылками на ст.ст. 15, 1064, 1079 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ( далее - ГК РФ) просит взыскать с ФИО2:

- ущерб в размере425390,68 руб. - стоимость восстановительного ремонта без учета износа; 

- ущерб в размере17334,16 руб. - утрату товарной стоимости автомобиля ***** гос. per. № 

- расходы на оплату госпошлины в размере7627,25 руб.; 

- расходы за услуги по проведению независимой технической экспертизы в размере 18000,00 руб.; 

- расходы за юридические услуги в размере10000.00 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, привлечены: ФИО5 и ПАО СК «Росгосстрах».

В судебное заседание истец ФИО1 и её представитель ФИО7, действующий на основании доверенности от 13.11.2017, не явились, ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствие. Ранее в ходе судебного разбирательства представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО2, и его представитель ФИО8, действующий по доверенности от 25.07.2019, в судебном заседании с иском не согласились; представили письменный отзыв по иску, согласно которому, требования истца не подлежат удовлетворению в полном объеме по причине того, что ФИО2 считает себя в ДТП полностью невиновным. Полагает, что ДТП произошло полностью по вине ФИО5 (третьего лица), т.к. последним были не выполнены п.п. 1.3; 1.5; 6.2; 6.13; 10.1 ПДД РФ.

ФИО2 не оспаривает, что 03.06.2017 года он управлял а/м ***** г.р.з. № и являлся его законным владельцем, что гражданская ответственность на момент ДТП у него застрахована не была, что в указанную дату он был участником ДТП с а/м ***** г.р.з. №. Однако считает, что ДТП произошло полностью по вине третьего лица - ФИО5 Такие утверждения он основывает ввиду следующих обстоятельств и доказательств. Из материалов дела следует:

ФИО2 выехал на регулируемый перекресток на разрешающий зеленый сигнал светофора, имея намерение выполнить маневр левого поворота. Данное обстоятельство подтверждается пояснениями ФИО2, свидетелями ФИО9, ФИО10, а так же видеозаписью с камер наружного наблюдения. Данный факт не ставят под сомнение и другие участники данного дела; 

данный перекресток регулируется светофорными объектами, которые имеют фазы, в том числе зеленого мигающего сигнала и желтого (при смене сигналов светофора с зеленого на красный). Данное обстоятельство подтверждается справкой из адм. материала и под сомнения участниками процесса не ставится; 

а/м ***** г.р.з. № под управлением ФИО5 выехал на перекресток на запрещающий желтый сигнал светофора (предварительно была фаза зеленого мигающего сигнала светофора). Данное обстоятельство подтверждается пояснениями ФИО2, свидетелями ФИО9, ФИО10, а так же видеозаписью с камер наружного наблюдения, из которой видно, что неустановленный а/м, двигающийся в попутном с а/м ***** г.р.з. № направлении впереди последнего, останавливается в соответствии с п. 6.13 ПДД РФ в правом ряду, а а/м ***** г.р.з. № двигаясь в левом ряду продолжает движение и выезжает на перекресток. К показаниям ФИО5 и показаниям свидетеля ФИО11 сторона ответчика относится критически, поскольку, ФИО5 заинтересован в исходе дела, а ФИО11 либо, добросовестно заблуждаясь, описывает другое ДТП или умышленно вводит всех в заблуждение относительно всех обстоятельств дела, пытаясь придать вес пояснениям ФИО5 Именно по инициативе ФИО5 был опрошен сотрудниками ГИБДД ФИО11, который давал показания максимально удобные для ФИО5 В своих пояснениях по факту данного ДТП ФИО11 во время проведения адм. расследования пояснял, что в день ДТП он (ФИО11) управлял а/м ***** г.р.з. № и двигался с а/м ***** г.р.з. № под управлением ФИО2 в попутном направлении и видел, что а/м ***** г.р.з. № выехал на перекресток именно на зеленый сигнал светофора, так же указал, что в а/м у него был установлен видеорегистратор, но представить запись Он не может ввиду того, что случайно отформатировал карту памяти. При проверке достоверности данных показаний считает, что стороне ответчика удалось доказать, что ФИО11 либо говорит неправду, либо путает описываемое ДТП. ФИО12 был сделан запрос на сайте РСА какой YIN имеет застрахованный автомобиль с г.р.з. №, был получен ответ с VIN номером (№) а/м ***** г.р.з. № далее на сайте ГИБДД, была запрошена информация по установленному VIN номеру, с целью выяснить цвет (серебристый), модель а/м ***** г.р.з. № а так же другие данные. Зная модель, был установлен внешний вид а/м Форд Транзит. Все это подтверждено письменными доказательствами, приобщенными к материалам дела (распечатками с сайтов при осуществлении запросов). При обозрении видеозаписей с камер наружного видеонаблюдения было установлено, что автомобилей Форд Транзит серебристого цвета в указанное время через данный перекресток не проезжал, а так же не было автомобилей хоть как-то похожих на данное ТС по цвету или внешнему виду. В дальнейшем Свидетель №3 в ходе опроса в судебном заседании существенно изменил свои пояснения, пытаясь адаптировать их к обстановке; 

- а/м ***** г.р.з. № двигался при подъезде к перекрестку со скоростью 40-45 км/ч и имел гарантированную возможность остановиться в установленном правилами месте, как это сделал неустановленный автомобиль, двигающийся с а/м ***** г.р.з. № в попутном направлении, более того, ***** двигался позади неустановленного автомобиля, следовательно, возможность остановиться у него была еще больше. Данное обстоятельство подтверждается пояснениями ФИО3, свидетелями ФИО9 (согласно показаний данного свидетеля а/м ***** г.р.з. № двигался не быстро со скоростью 40-45 км/ч), ФИО10, видеозаписью с камер наружного наблюдения, а также дополнительными экспертизами проведенными экспертом ФИО13 Из которых следует, что расстояние, на котором находился а/м ***** г.р.з. № в момент включения запрещающего желтого сигнала светофора, позволяло последнему остановиться в установленном правилам месте (6.13 ПДД РФ).

ФИО2 полагает, что вина ФИО5, в данном ДТП очевидна. Поскольку ФИО5 выехал на перекрёсток на запрещающий «жёлтый» сигнал светофора, а не на разрешающий «зелёный», а потому он не имел преимущества в движении по смыслу положений п.п. 13.4 и 13.7 ПДД. Также, в соответствии с п. 14 ППВС № 20 от 25.06.2019 года указывается, что водитель, выехавший на перекресток, на запрещающий сигнал светофора, не имеет преимущественного права на движение и у других водителей (например, осуществляющих поворот) отсутствует обязанность уступить ему дорогу.

Режимом работы светофорного объекта предусмотрен зеленый мигающий сигнал, информирующий об истечении времени его действия и включении запрещающего сигнала, поэтому ФИО5, приближаясь к перекрестку, должен был заранее оценить ситуацию и выбрать подходящий скоростной режим, поскольку мог и должен был видеть зеленый мигающий сигнал светофора и принять меры к остановке транспортного средства в установленном правилами месте, как это сделало ТС, которое двигалось с водителем ФИО5 в попутном направлении.

В связи с вышесказанным, позиция инспектора ФИО14, который выносил постановление о прекращении дела об АП по факту рассматриваемого ДТП выглядит не убедительно. Во-первых, при назначении экспертизы он руководствовался в части скорости движения а/м ***** г.р.з. № только показаниями ФИО5, который был заинтересован в исходе дела, проигнорировав в этой части показания свидетелей ФИО9 (согласно показаний данного свидетеля а/м ***** г.р.з. № двигался не быстро со скоростью 40-45 км/ч) и ФИО10, а во- вторых, неверно применил норму права (разъяснений ППВС № 20 от 25.06.2019 года на момент вынесения постановления еще не было, и каждый истолковывал данную ситуацию как ему угодно).

Обращают внимание, что из буквального толкования п.п. 13.4 ПДД РФ не следует, что ФИО2 обязан был пропускать встречный транспорт, двигающийся на запрещающий желтый сигнал светофора. Даже если предположить, что а/м ***** г.р.з. № двигался со скорость 60 км/ч (хотя это не так), то, что водитель ФИО5, согласно п.п. 6.14 ПДД РФ, мог продолжить движение через перекресток на запрещающий «желтый» сигнал светофора не указывает на преимущество по отношению к ФИО2, на котором лежит обязанность уступить дорогу только ТС, двигающимся на «зеленый» сигнал светофора.

Из анализа положений ст. п. 3 ст. 1079, п. 2 ст. 1064, п. 2 ст. 937, п. 2 ст. 1081, п. 1 ст. 6 ГК РФ следует, что ФИО2 и ФИО5 должны в равной степени доказывать свою не виновность в данном ДТП. Если из материалов дела, будет невозможно достоверно установить обстоятельства, влияющие на виновность или не виновность кого-либо из водителей, то доли вины судом могут быть признаны равными (применяя аналогию закона). На основании вышеизложенного просит суд в исковых требованиях истца к ФИО2 отказать.

Однако если в силу каких-либо причин суд удовлетворит полностью или частично требования истца, то просят суд уменьшить судебные расходы в виде издержек понесенных истцом на представителя и экспертизу, уменьшив их до разумного предела.

Представитель третьего лица ПАО СК Росгосстрах в лице ПАО СК Росгосстрах в Костромской области в суд не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие. Ранее представитель ФИО15 разрешение требований оставила на усмотрение суда, указав в заявлении, что гражданская ответственность владельца КИА Спектра на момент ДТП не была застрахована.

Третье лицо ФИО5, будучи надлежаще извещенным о времени и месте судебного разбирательства, в суд не явился, о причинах неявки в известность не поставил. Ранее в судебных заседаниях полагал требования истца ФИО1 обоснованными и подлежащими удовлетворению. Пояснял, что в день совершения дорожно-транспортного происшествия управлял автомашиной истца, двигался по ул.Магистральной со стороны моста по левой полосе движения. Он выехал на пересечение дорог под зеленый сигнал светофора со скоростью около 60 км/час, когда произошло ДТП. В машине с ним находился трехмесячный ребенок, потому ни на красный, ни на желтый сигнал светофора он не выехал бы на перекресток.

В соответствии со ст.167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав участников по делу, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, обозрев материалы административного расследования по факту ДТП, суд приходит к следующему:

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п.1, п.3 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Судом установлено и подтверждается содержанием административного материала по факту ДТП, что 03 июня 2017 года в 14 часов 30 минут в (адрес) водитель ФИО3, управляя автомобилем ***** гос. per. номер №, совершил столкновение с автомобилем ***** гос. per. № под управлением водителя ФИО5. В результате ДТП оба автомобиля получили механические повреждения.

Согласно карточке учета транспортного средства, собственником автомашины «***** гос. per. номер №, на момент ДТП являлся ФИО2, собственником автомашины ***** является ФИО1

Из справки о ДТП следует, что в результате ДТП у автомашины ***** имелись следующие повреждения: передний бампер со вставками, передняя панель, решетка радиатора, левая блок-фара, капот, деформирован знак, защита левого переднего крыла, передние датчики, левые ходовые огни, левое переднее крыло, радиатор кондиционера.

Из материалов административного расследования по факту ДТП следует, что на момент ДТП ответчик ФИО16 управлял автотранспортным средством с заведомо отсутствующим страховым полисом ОСАГО, за что был привлечен к административной ответственности по ч.2 ст.12.37 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа.

В ходе административного расследования назначалась автотехническая экспертиза, в соответствии с заключением которой в действиях водителя автомобиля КИА (ФИО2) усматривается несоответствие требованиям абз.1 п.13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее ПДД). В действиях водителя автомобиля Мерседес (ФИО5) несоответствия требованиям п.6.2, п.6.13, п.6.14 и абз.2 п.10.2 ПДД РФ не усматривается.

21 августа 2017 года органами ГИБДД было принято постановление о прекращении дела об административном правонарушении в отношении обоих водителей по ст.12.13 КоАП РФ в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности.

В рамках настоящего гражданского дела стороной ответчика поставлено под сомнение заключение эксперта ввиду противоречивости показаний свидетелей и участников ДТП о действительной скорости движения автомобиля ***** на момент выезда на перекресток. По мнению ответчика ФИО2 и его представителей, скорость движения автомобиля истца была значительно ниже и позволяла избежать ДТП путем остановки ТС перед перекрестком.

При проведении административного расследования водитель ФИО5 утверждал, что скорость движения его автомобиля при выезде на перекресток составляла около 60 км/час. Был опрошен свидетель ФИО17, который пояснил, что ***** выехал на перекресток со скоростью 40-45 км/час в момент, когда до разрешающего сигнала светофора для пешеходов оставалось 2 секунды. Иные свидетели и участники ДТП пояснений о скорости движения ***** не давали.

В процессе судебного разбирательства по делу по ходатайству стороны ответчика в качестве свидетеля опрошен ФИО17, который пояснил, что был свидетелем ДТП, когда ожидал разрешающего пешеходам пересечение (адрес) зеленого сигнала светофора. Когда на таймере загорелась цифра 4, включился желтый сигнал светофора, на расстоянии примерно 25м автомашин не было. Скорость темного автомобиля, выехавшего на перекресток (под управлением истца) была невысокая, около 40 км/час, торможения не было, скрипа тормозов тоже.

Свидетель ФИО17 (ранее ФИО10) Н.Н. дала пояснения, аналогичные показаниям свидетеля ФИО17. Пояснений о скорости движения участников ДТП не давала.

Свидетель ФИО11 в судебном заседании пояснил, что двигался на автомобиле по (адрес), перед ним ехал черный автомобиль, который не пропустил светлый седан и произошло ДТП. Считает, что преимущество на перекрестке было у черного автомобиля, поскольку седан должен был его пропустить. Скорость движения черного автомобиля (автомобиля истца) была примерно 50 км/час, не более, горел еще зеленый сигнал светофора.

Суд доверяет показаниям опрошенных свидетелей, поскольку оснований для недоверия предоставленной ими информации не имеется. Расхождение в указании скорости движения автомобиля под управлением ФИО5 объясняются личным восприятием каждого из них, а потому любая из перечисленных ими скоростей в диапазоне от 40 до 60 км/час может быть достоверной и определяющей при решении вопроса о наличии возможности у водителя ***** ФИО5 избежать столкновения путем торможения перед пересечением автодороги.

В целях проверки информации о протяженности остановочного пути автомобиля при скорости движения 40-45 км/час и 60 км/час по ходатайству стороны ответчика по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза.

Согласно Заключению № 28-20 от 17.03.2020 года эксперта ФИО13, остановочный путь у транспортного средства ***** при смене сигнала светофора, при скорости движения 40-45 км/час составляет 19,21 - 22,95 метров и более в зависимости о степени замедления. Остановочный путь в случае возникновения опасности для движения составляет 23,46 - 27,76 метров. А при скорости движения 60 км/час эти показатели составят соответственно 35,95 м и 42,27 метров.

Из заключения еще одной экспертизы № 86-20 от 16.09.2020г. того же эксперта следует, что определить возможность остановки автомобиля ***** при включении желтого сигнала светофора, не прибегая к экстренному торможению перед пересечением, если скорость управляемого им транспортного средства не превышала 50 км/час не представляется возможным, поскольку невозможно определить расстояние, на котором находился автомобиль в момент включения желтого сигнала. При этом скорость движения автомобиля по следам торможения составляет 25,67 км/час. Эксперт не смог ответить на вопрос о том, соответствовали ли действия участников ДТП требованиям Правил дорожного движения, поскольку отсутствуют исходные данные о том, на какой сигнал входящего светофора ***** выехал на перекресток.

Оба заключения исполнены в соответствии с положениями ст.85 ГПК РФ, являются достаточно мотивированными и доступными к пониманию, выводы в заключении двоякого смысла не имеют. Суд принимает во внимание Заключения эксперта при принятии судом решения.

В силу пункта 6.14 Правил дорожного движения РФ водителям, которые при включении желтого сигнала или поднятии регулировщиком руки вверх не могут остановиться, не прибегая к экстренному торможению в местах, определяемых пунктом 6.13 Правил, разрешается дальнейшее движение.

Из Схемы ДТП с места происшествия, имеющейся в материалах административного расследования по факту ДТП усматривается, что на момент пересечения перекрестка водитель ***** мер к экстренному торможению не предпринимал. Данное обстоятельство участниками ДТП не оспаривается и подкрепляется показаниями опрошенных свидетелей.

При проведении экспертных исследований в рамках административного расследования эксперт исходил из исходных данных, отраженных в определении о назначении экспертизы, о том, что автомобиль ***** двигался со скоростью 60 км/час со слов водителя ФИО5; автомобиль Киа Спектра поворачивал налево на желтый сигнал светофора. Произведя расчеты скорости движения, эксперт пришел к выводу о том, что у водителя ***** отсутствовала возможность избежать столкновения; в его действиях несоответствия требованиям Правил дорожного движения РФ не усматривается.

Оснований не доверять заключению эксперта ЭКЦ УМВД России по Костромской области ФИО18, данному им в рамках проведения автотехнической экспертизы по заданию инспектора ГИБДД УМВД России по Костромской области, у суда не имеется. Эксперт ФИО18 был предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; выводы в его заключении иными допустимыми и достоверными доказательствами не опровергнуты, в связи с чем суд считает возможным учесть их при разрешении спора по существу.

Таким образом, в рамках гражданского судопроизводства не представилось возможным установить наличие виновных действий водителя ФИО5 при пересечении перекрестка в прямом направлении. В то время как экспертом ЭКЦ УМВД наличие таковых отрицается. В действиях водителя ФИО2 экспертными исследованиями подтвержден факт нарушения им требования Правил дорожного движения при совершении маневра «поворот налево».

В силу ст.56, ст.57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Суд обязан соблюдать при рассмотрении дела принцип состязательности сторон в судебном процессе.

Поскольку собранными по делу доказательствами установлено нарушение ответчиком Правил дорожного движения РФ при совершении маневра с наступлением ДТП, и, напротив, в действиях водителя ФИО5 таковых не установлено, суд приходит к выводу о недоказанности доводов ответчика об обоюдной вине двух водителей в совершенном дорожно-транспортном происшествии, а также об отсутствии оснований для частичного освобождения ФИО2 от ответственности по возмещению причиненного потерпевшему материального вреда.

В силу пункта 1 ст.6 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее -Закон об ОСАГО), Объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

Согласно положениям п.1. ст.14.1 Закона об ОСАГО потерпевший в праве предъявить требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае наличия одновременно следующих обстоятельств:

а) в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только транспортным средствам, указанным в подпункте "б" настоящего пункта;

б) дорожно-транспортное происшествие произошло в результате взаимодействия (столкновения) двух транспортных средств (включая транспортные средства с прицепами к ним), гражданская ответственность владельцев которых застрахована в соответствии с настоящим Федеральным законом.

В соответствии с пунктом 6 ст.4 Закона об ОСАГО, владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством. При этом вред, причиненный жизни или здоровью потерпевших, подлежит возмещению в размерах не менее чем размеры, определяемые в соответствии со статьей 12 настоящего Федерального закона, и по правилам указанной статьи.

Поскольку гражданская ответственность ответчика по договору ОСАГО застрахована не была, в силу приведенной нормы права именно на нем лежит ответственность по возмещению стороне истца причиненного материального ущерба.

В целях определения размера ущерба истец ФИО1 обратилась за составлением экспертного заключения независимой технической экспертизы к ИП ФИО6, который определил стоимость восстановительного ремонта поврежденного автомобиля истца без учета износа запасных частей в размере 425390,68 рублей, величину утраты товарной стоимости транспортного средства - 17334,16 рублей (том 1 л.д.34).

В обоснование доводов о завышенной стоимости восстановительного ремонта ответчик ходатайствовал о проведении по делу судебной автотехнической экспертизы, которая была поручена эксперту ФИО13

Будучи предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, эксперт ФИО13 в заключении № 5-20 от 14.01.2020 года установил размер стоимости восстановительного ремонта автомобиля истца (без учета износа) в сумме 365059,95 рублей (т.1 л.д.155). Размер величины утраты товарной стоимости, определенный ИП ФИО6, стороной ответчика не оспаривался, правильность его определения в судебном заседании не проверялась.

Ни истцом ФИО1, ни её представителем ФИО7 выводы судебной автотехнической экспертизы не оспаривались. А потому, с учетом данного обстоятельства и принимая во внимание отсутствие предупреждения об ответственности по ст.307 УК РФ при даче заключения ИП ФИО6, суд приходит к убеждению о достоверности определенной в ходе судебного разбирательства стоимости восстановительного ремонта в размере 365059,95 рублей. Оснований не доверять заключению судебного эксперта не имеется, стороной ответчика выводы эксперта также признаны верными.

На основании изложенного требования истца о взыскании с ответчика стоимости восстановительного ремонта автомобиля подлежат частичному удовлетворению в размере 365059,95 рублей.

Согласно разъяснениям Пленума ВС РФ, данным в пункте 37 Постановления от 26.12.2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", к реальному ущербу, возникшему в результате дорожно-транспортного происшествия, наряду со стоимостью ремонта и запасных частей относится также утрата товарной стоимости, которая представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида транспортного средства и его эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие дорожно-транспортного происшествия и последующего ремонта.

Контраргументов о недостоверности размера утраты товарной стоимости истца в результате повреждения в ДТП стороной ответчика не представлено. У суда основания считать её размер завышенной также не имеется. А потому при принятии решения суд учитывает выводы ИП ФИО6, сделанные с привлечением эксперта-техника ФИО19, и определяет ко взысканию с ответчика в пользу истца 17334,16 рублей. 

Часть 1 ст. 88 ГПК РФ предусматривает, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, т.е. требования истца о взыскании с ответчика расходов по уплате госпошлины основано на законе.

В силу данной нормы с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате госпошлины, исчисленной от взысканной суммы согласно ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, в части от фактически оплаченной при предъявлении иска в суд. Взысканию подлежит госпошлина в размере ((365059,95+17334,16) - 200000) * 1% + 5200 = 7023,94 рубля. Оснований для взыскания расходов по уплате госпошлины в большем размере не имеется, с учетом частичного удовлетворения требований о возмещении материального вреда.

Также истец понес расходы на услуги независимой технической экспертизы по оценке стоимости материального ущерба. Стоимость оплаченных услуг составила 18000 рублей, что документально подкреплено подлинным платежным документом.

Сторонами по делу размер стоимости услуг эксперта не оспорен, у суда также отсутствуют основания полагать, что заявленная ко взысканию в пользу экспертного учреждения сумма расходов является завышенной и не соответствует трудозатратам эксперта. Выяснение истцом сведений о стоимости размера ущерба являлась необходимым для определения цены иска и правильного разрешения подсудности спора. Кроме того, Заключение ИП ФИО6 и эксперта-техника ФИО19 учитывалось судом при разрешении вопроса о размере утраты товарной стоимости автомобиля истца и заложено в основу решения суда.

Суд приходит к выводу о наличии правовой обоснованности для удовлетворения требования истца и взыскании расходов на проведение экспертных исследований в сумме 18000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Судом установлено, что для представления своих интересов в суде ФИО1 «Заказчик» 13 ноября 2017 года заключила с ФИО7 «исполнитель» Договор об оказании юридических услуг, согласно пункту 1.1. которого, Заказчик поручает, а Исполнитель принимает на себя обязательство оказать судебную и иную юридическую защиту нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов Заказчика по гражданскому делу о взыскании материального ущерба по факту ДТП, имевшего место 03.06.2017 г.

Стоимость услуг составляет 10000 рублей, которую Заказчик единовременно авансирует Исполнителю (п. 4.1).

Согласно подлинной квитанции № 000496 от 13.11.2017, истец оплатил услуги ФИО7 в размере 10000 рублей в полном объёме.

С момента заключения Договора об оказании юридических услуг представитель ФИО7, действуя в интересах доверителя по нотариально оформленной доверенности принимал участие в подготовке к судебному разбирательству 06.09.2019 года, а также в предварительном судебном заседании 13.09.2019 года, и в судебных заседаниях 11.11.2019, 25.02.2020, 02.07.2020, 24.07.2020, когда активно выступал в обосновании позиции по иску, представлял доказательства, участвовал в допросе свидетелей. Все заседания проводились без участия его доверителя. По результатам судебного разбирательства было вынесено решение о частичном удовлетворении требований истца.

Также ФИО7 было подготовлено исковое заявление, не вызывает сомнения то факт, что он оказывал истцу консультационные услуги.

Таким образом, ФИО7 проведена активная и качественная работа по представлению интересов ФИО1 в суде первой инстанции, свои обязанности он исполнил добросовестно. Результатом такой работы является итоговое решение о частичном удовлетворении требований его доверителя.

Указанное свидетельствует о наличии правовой обоснованности требований о возмещении понесенных расходов по оплате услуг представителя, которые в силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ подлежат возмещению за счет ответчика.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 21.01.2016 г. «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», указано, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

Как следует из п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 21.01.2016 г. «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разрешая вопрос о размере судебных расходов на услуги представителя, суд руководствуется принципами разумности и справедливости, учитывая при этом характер рассмотренного гражданского дела, невысокую степень его сложности, объем доказательств по делу, количество и продолжительность проведенных судебных заседаний с непосредственным участием представителя ФИО7, объем, качество и характер предоставленных им услуг, итог разрешения дела. Суд считает заявленный размер расходов на услуги представителя разумным и соответствующим трудозатратам представителя на протяжении всего судебного разбирательства, А потому удовлетворяет заявление о возмещении расходов на представителя за счет средств ответчика в полном объеме, в сумме 10000 рублей. 

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в возмещение ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия - 382394,11 рублей, расходы по оплате государственной пошлины - 7023,94 рубля, расходы на юридические услуги - 10000 рублей, расходы по проведению экспертизы - 18000 рублей, а всего: 417418 (четыреста семнадцать тысяч четыреста восемнадцать) рублей 05 копеек.

ФИО1 в удовлетворении остальной части исковых требований к ФИО2 - отказать.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд в течение месяца с момента изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Костромской районный суд Костромской области.

Судья: Воронова О.Е.

решение в окончательной форме 

изготовлено 02.11.2020 - судья: