Дело № 2-1609/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 мая 2017 года г. Уфа 

Кировский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан в составе: председательствующего судьи Зайдуллина Р.Р.,

при секретаре ФИО10, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о приведении жилого помещения в первоначальное состояние пригодное для проживания, возмещении материального вреда (реального ущерба) и возмещении морального вреда, причиненного пожаром, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО4, ФИО5 о приведении жилого помещения в первоначальное состояние пригодное для проживания, возмещении материального вреда (реального ущерба) и возмещении морального вреда, причиненного пожаром, указав в обоснование иска, что ДД.ММ.ГГГГ в 07:28 часов произошел пожар в жилом доме, расположенном по адресу: г. Уфа, 

<

адрес> затон, 

<

адрес>. Старшим экспертом ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Башкортостан ФИО17 сделан вывод, что очаговая зона пожара находилась в чердачном помещении в юго-западной части дома, принадлежащей ответчику ФИО4, наиболее вероятной причиной пожара явилось возгорание горючих материалов в результате аварийного режима работы электрической сети дома в юго-западной части дома. ФИО1 данным жилым помещением владеет с 08 сентября 1975 года на основании письменного договора купли-продажи, удостоверенного председателем личного комитета Кировского района города Уфы. На регистрационный учет она встала 07 июня 1977 года, совместно с ней проживал ее сын ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ, ее гражданский муж - ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ. Все их имущество и денежные средства были уничтожены пожаром.

Истцы согласно уточненным исковым требованиям просят суд взыскать с ответчиков материальный ущерб, причиненный пожаром, в размере 2 563 286 руб., компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей.

Истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3, их представитель ФИО11 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержали в полном объеме. 

Ответчики ФИО4, ФИО5 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, в материалах дела имеется их заявление о рассмотрении гражданского дела без их участия.

Представитель ответчиков ФИО12 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, в обоснование указав, что в качестве обоснования своих прав истица прилагает договор купли-продажи от 08 сентября 1975 года, заверенный председателем уличного комитета Кузнецовского затона ФИО22, как указано на печати, заверяющей данный документ, печать рассчитана на период с 2000 года и имеет исправление от руки на 1975 год. Таким образом, указанный документ не может считаться достоверным, потому что на самом деле составлен после 2000 года, ФИО1 вводит суд в заблуждение относительно прав на сгоревшее жилое помещение. Кроме того, на сайте Кировского районного суда имеется дело №, рассмотренное 16 июля 2013 года, согласно которого ФИО1 отказано в признании права собственности на сгоревший жилой дом. Так же в этом же процессе судом установлено, что указанный договор не может служить правоустанавливающим документом, поскольку он не прошел государственную регистрацию в установленном на тот период времени порядке. Остальные истцы ничем свои права на жилое помещение не подтверждают. Зарегистрированных прав на земельный участок истцы так же не имеют. Согласно имеющихся в деле постановления об отказе в возбуждении уголовного дела и рапорта руководителя тушения пожаром, фактов нарушений правил пожарной безопасности со стороны владельцев участка не обнаружено. На кого-либо вина за начало пожара не возложена. Ответчики также не являются собственниками жилого помещения – следовательно, не являются надлежащими ответчиками по данному делу. Согласно приведенных решений суда сгоревший дом является самовольной постройкой. Кроме того, сгоревший дом имел три обособленных друг от друга жилых помещения с отдельными входами, следовательно, самовольная постройка являлась многоквартирным жилым домом. Возгорание произошло в месте, являющимся общедомовым имуществом, за которым обязаны были следить все собственники имущества. 

Суд, исследовав доказательства, оценив относимость, допустимость, достоверность и достаточность доказательств в совокупности и каждого в отдельности, приходит к выводу о законности и обоснованности заявленных требований иска и находит их подлежащими частичному удовлетворению и исходит из следующего.

В силу положений статей 34, 38 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69 Федерального закона "О пожарной безопасности" граждане имеют право на защиту их жизни, здоровья и имущества в случае пожара, возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством, а также граждане обязаны соблюдать требования пожарной безопасности. Ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда от 05 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

Пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Из указанных правовых норм следует, что ответственность наступает при совокупности условий, то есть наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

Ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 23.12.2016. осмотром места пожара установлено, что объектом осмотра является жилой дом, расположенный на земельном участке по адресу: Кировский район г. Уфы, ул. Кузнецовский затон, 20. Земельный участок по периметру огражден забором из различных материалов. На земельный участок наестся два входа через металлические калитки, с восточного ограждения. Дом электрифицирован, газофицирован, отопление осуществляется с помочью АОГВ, и теплоемкой печи. Дом не правильной формы, основное строение выполнено из сруба, по длине сориентирован с севера на юг. Со всех сторон к срубу построены пристрои различных размеров, общим размером 13,90x21 метров. В северо- западной части к дому построен сруб, размером 7,35x7,30 метров. Кровля дома многоскатная, покрыта листами шифера и металлическими листами профнастила по деревянным стропилам и обрешетке. На момент осмотра сгораемые конструкции кровли уничтожены в юго-западной части дома, покрытие кровли разобрано в ходе тушения пожара. При удалении в северную и восточные стороны степень повреждений уменьшается, сохранились конструкции стропил. Конструкции потолочного перекрытия юго-западной части разрушены. В юго-восточной части потолок на штатном месте, на данном участке установлен АОГВ, вытяжная труба на месте, локальных очаговых зон нет. В центральной части дощатого сруба находится теплоемкая кирпичная отопительная печь, вытяжная труба печи на штатном месте, конструкции потолка на данном участке уничтожено. Ввод электроэнергии в южную четь дома осуществляется от столба ЛЭП, воздушным путем, кабелем в белой изоляции, расположенной в юго-западной части участка, на южную стену. Далее через сквозное отверстие на карнизе в чердачное помещение, и по чердачному помещению в помещение кухни, где на северной стене ближе к западной границе на стене обнаружены фрагменты электрооборудований, предположительно от электрического счетчика, далее от данного участка медными многопроволочными жилами через сквозное отверстия на венцах сруба до участков токопотребления. Стены были оштукатурены по деревянной дранке, штукатурка стен разрушена, венцы сруба обуглены по всей площади. На поверхности пола наблюдается скопление пожарного мусора, высотой до 1 метра. Остекление на оконных проемах разбито, рамы обуглены по верхней части. По верхним венцам сруба проложены медные провода, изоляция проводов уничтожена по всей длине, жилы хрупки на излом, имеют механические разрывы, наблюдается изменение жил по цвету. Детальным осмотром венцов сруба обнаружено максимальное обугливание верхних венцов, на участках прохождения разводки электрической сети. При удалении в северную, западную и восточные стороны степень повреждений уменьшается. Термические повреждения в восточной, северной и западной части дома поверхностные, не локальные. Ввод электроэнергии в северное помещение и в помещение, расположенное в северо-западной части осуществляется отдельно от столба ЛЭП, следов аварийных токовых явлений не обнаружено. В северо-восточной части строения имеется шлакоблочный гараж размером 5,50x9 метров. Кровля гаража горизонтальная, покрыта листами профнастила по деревянным стропилам и обрешетке. Термические повреждения внутри гаража проявлены равномерно к верхней части. Очаговых зон горения внутри гаража не выявлено. В ходе осмотра поверхность пожарного мусора и конструкций стен был исследованы ззоанализатором «АНТ-ЗМ», показания прибора не изменились».

По факту пожара были опрошены:

гр. ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который в своем объяснении пояснил, что он проживает по адресу: Кировский район г. Уфы, 

<

адрес> затон, 20. 

<

адрес> года постройки, в 2000 году обшил дом блоками. Проводка в доме смонтирована более 20 лет тому назад. Отопление в доме осуществляется с помочью АОГВ, электрических нагревательных приборов в доме нет. 21 декабря 2016 года утром проснулся от запаха дыма, осмотревшись, увидел, что горит крыша дома, везде был дым, точного очага пожара не было видно, горело везде, где проводка. В результате пожара дом сгорел, причина пожара, по его мнению, из-за замыкания электрической проводки. 

Опрошенная гр. ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по факту пожара пояснила, что она живет по взыше указанному адресу. Дом под снос, документально не оформлен, состоит из трех квартир, документально дом на квартиры не разделен, состоит из самовольных пристроев. Свидетельства о государственной регистрации права нет. Дом электрифицирован, отопление осуществляется с помочью АОГВ, в 2-х квартирах. Ввод электроэнергии осуществляется отдельно к отдельным электросчетчикам. Их часть дома двухкомнатная. Вечером легли спать, все было в порядке. Утром проснулись от запаха дыма. Оказалось, что горит веранда, крыша дома, и они вызвали пожарных. Горело где-то под кровлей. Проводка в доме медная, смонтирована более 20 лет назад. АОГВ установлен в помещении кухни, когда обнаружили пожар, рядом с АОГВ еще не горело. Причина пожара по ее мнению из-за замыкания электропроводки. 

Опрошенный гр. ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по факту пожара пояснил, что он проживает по адресу: Кировский район г. Уфы, 

<

адрес> затон, 20/1. Дом документально не оформлен, свидетельства о государственной регистрации права нет. 21 декабря 2016 года в 06:45 часов ушел из дома на работу, все было в порядке. В 07:20 часов позвонила ему жена и сообщила о пожаре в доме, сказала, что горит крыша дома над соседями ФИО25. Вернувшись, увидел, что кровля дома горит по всей площади. Причина пожара, по его мнению, из-за замыкания проводки у ФИО25. Ввод электроэнергии выполнен отдельно, с отдельными электросчетчиками. 

Опрошенная гр. ФИО15, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по факту пожара пояснила, что она живет по адресу: Кировский район г. Уфы, 

<

адрес> затон, 20/1. 21 декабря 2016 года она утром проводила мужа на работу, и легла спать. Через некоторое время ФИО9 начала кричать горим, они встали, в их части дома горения еще не было. Оделась и вышла на улицу, где увидела, что горит крыша дома со стороны ФИО25, и они вызвали пожарных. 

Опрошенный гр. ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по факту пожара пояснил, что 21 декабря 2016 года утром его мама начала кричать пожар. Одевшись, и взяв документы, он вышел на улицу и увидел, что из-под кровли соседей идет дым, в их части дома еще горения не было. Он взял из автомобиля огнетушитель, прошел во двор к ФИО25 где увидел, что под покрытием кровли происходит открытое горение, он по лестнице залез на кровлю и попытался с помочью огнетушителя потушить пожар, но не смог, так как горело по низу по всей площади. В дом он не заходил. 

Опрошенный гр. ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по факту пожара пояснил, что он живет с супругой гр. ФИО1 по выше указанному адресу. 21 декабря 2016 года утром проснулся и занимался домашними делами. Супруга ушла на работу. В это время позвонила супруга и сообщила о пожаре, что у них горит кровля, хотя она в это время была на работе. Горения в их части дома еще не было. В это время погас свет, и он услышал треск со стороны кровли соседей ФИО25. Он оделся и вышел во двор дома, и увидел открытое горение крыши дома со стороны ФИО25. После горение распространилось в их часть дома. 

В ходе проведенной проверки фактов умышленных действий со стороны собственников имущества и иных лиц не выявлено, на месте первоначального возгорания в южной части дома, где проживали ФИО25 инициаторов горения в виде ЛВЖ или ГЖ не выявлено. 

Для установления наличия или отсутствия технической причины пожара в ходе осмотра места происшествия был привлечен старший эксперт ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Республике Башкортостан, капитан внутренней службы ФИО17 который, исследовав место пожара и изучив материал проверки, сделал вывод:

- очаговая зона пожара находится в чердачном помещении в юго-западной части дома, принадлежащей гр. ФИО4;

- наиболее вероятной причиной возникновения пожара явилось возгорание горючих материалов в результате аварийного режима работы электрической сети дома.

Причиной возникновения пожара явилось возгорание горючих материалов в результате аварийного режима работы электрической сети дома в юго-западной части, где проживал гр. ФИО4, ФИО5 

В ходе проведенной проверки фактов неосторожного обращения с огнем не установлено, непосредственно в очаге возгорания электрооборудование высокого напряжения не использовалось.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства специалист ФПС МЧС России ФИО18 суду показал, что в его производстве находился материал проверки о пожаре от 21.12.2016г. в жилом доме по 

<

адрес> затон, 20. По получению сообщения о пожаре им совместно с экспертом ФИО19 осуществлен выезд на место пожара, входе которого установлено, что электроснабжение дома производилось отдельно на каждую квартиру. Очаговая зона пожара находилась в чердачном помещении юго-западной части дома. В ходе детального и динамического осмотра ими были обнаружены фрагменты электрических проводов и фрагменты электрического счетчика со следами аварийного токового явления. Осмотром отопительных печей локально-очаговых зон не обнаружено. Исходя из имеющихся материалов, им было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием события преступления. По прибытию на место им установлено, что происходило открытое горение кровли по всей площади дома и распространение огня в жилые площади квартир. Производился опрос очевидцев. После завершения тушения пожара стал производиться осмотр. Был установлен отдельный ввод электрической энергии в квартиры. Внутри квартир были установлены отдельные автоматы защиты с электрическими счетчиками. Причиной пожара явился аварийный режим работы электрической сети в юго-западной части дома, в которой проживала семья ФИО25. Аварийный режим работы электросети имел место в чердачном помещении, расположенном в юго-западной части дома. Замыкание произошло на электрической проводке от столба до автомата защиты. Ввод электроэнергии осуществлялся от столба воздушным путем – кабелем на южную стену дома. Иных причин пожара установлено не было. Очаговая зона пожара была установлена исходя из места наибольшего длительного теплового воздействия на конструктивные элементы дома. Иного очага пожара установлено не было. Место наибольшего теплового воздействия определяется с использованием множества параметров, таких как, глубина прогара, деформация металлических конструкций с проявлением ржавчин, разрушение штукатурки, растрескивание кирпичных кладок.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства специалист ФПС МЧС России ФИО17 суду показал, что работает старшим экспертом судебно-экспертного учреждения ФПС ОПД по РБ. 21.12.2016г. выезжал на место пожара жилого дома г. Уфа, Кузнецовский затон, 20. К моменту его прибытия пожар был ликвидирован, производилась разборка и проливка конструкций дома. В его должностные обязанности входило исследование пожара на предмет установки его очага и причин его образования. В ходе исследования путем визуального осмотра и сравнительного анализа степени обугливания строительных конструкций был установлен очаг пожара, который находился в юго-западной части дома. Причиной возникновения пожара явилось аварийно-токовое явление электрической сети в чердачном помещении. В юго-западной части дома имелся самостоятельный ввод электрической энергии. Были исключены такие причины пожара, как поджог дома, использование печи, поскольку печь не имела термических разрушений. По степени наибольшего обугливания конструкций была установлена причина пожара - аварийное токовое явление электрической сети, поскольку деревянные конструкции в местах крепления проводки имели наибольшую степень обугливания. Глубина обугливания конструкции чердачного помещения в юго-западной части дома была больше, чем глубина обугливания конструкции непосредственно жилого помещения нижнего уровня стен. В результате пожара в ФИО23,Б произошло обрушение кровли. Стены имели значительную степень обугливания. Имущество, находящееся внутри, было повреждено. Предметы мебели, которые можно было использовать по назначению, он не видел. Золотые украшения, аудио, видео бытовая техника, электрический инструмент, одежда он также не видел, которые могли использовать по назначению. В ходе осмотра не было установлено причины возникновения пожара в результате ненадлежащей эксплуатации печи. В ходе использования газоанализатора на предмет наличия легковоспламеняющихся жидкостей на строительных конструкциях пары указанных жидкостей не обнаружены. Время его выезда к пожару было 14.00. На месте пожара были фрагменты мебели, дивана. Когда он прибыл на место пожара, в литере Б ходили какие-то люди и выносили на руках какие-то вещи, крупногабаритных вещей не видел. Он видел как мужчина нес колеса автомобиля. Вещи грузились в легковую машину. Грузовой машины не было. 

Оценив представленные письменные доказательства, объяснения сторон и показания свидетелей в совокупности с правилами, установленными нормами ст. 34 Федерального закона от 21 декабря 1994 года N 69-ФЗ "О пожарной безопасности", ст. ст. 15, 210, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, содержащимися в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 14 от 05 июня 2002 года "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", установив факт повреждения принадлежащего истцам имущества в результате пожара, возникшего в результате аварийного режима работы электрической сети дома в юго-западной части, где проживали ФИО4, ФИО5, при отсутствии доказательств того, что пожар начался в результате действий третьих лиц, суд приходит к выводу о том, что ущерб, причиненный пожаром, подлежит возмещению за счет собственника помещения, в котором начался пожар.

В силу п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. 

Конструкция указанной нормы предполагает наличие презумпции вины причинителя вреда и возлагает именно на него бремя доказывания своей невиновности. 

Однако ответчиками в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств того, что пожар возник по вине иных лиц либо вследствие обстоятельств непреодолимой силы, как и доказательств того, что ими должным образом были соблюдены правила противопожарной безопасности при использовании электрической сети дома в юго-западной части, где проживали ответчики. 

ФИО4, Ф.Ш., являясь собственниками загоревшегося строения, в силу приведенных выше положений закона обязаны были осуществлять заботу о принадлежащем им помещении, поддерживать в пригодном состоянии, устранять различные угрозы и опасности, исходящие от тех или иных качеств вещей, находящихся в доме, в связи с чем, именно они в силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации несут деликтную ответственность перед третьими лицами за пожар, произошедший в принадлежащем им строении.

С учетом обстоятельств дела, факт того, что в принадлежащей ответчикам части жилого дома, имеющей отдельный ввод электрической сети, произошло возгорание, сам по себе свидетельствует о том, что собственники не приняли необходимых и достаточных мер к тому, чтобы исключить возникновение такой ситуации, не осуществляли надлежащий контроль за своей собственностью. 

Доказательств обратного ответчиком суду не представлено, ходатайство о назначении судебной пожаро-технической экспертизы суду не заявлялось.

Иного источника возгорания не установлено, как и возникновение пожара по вине третьих лиц.

Доводы стороны ответчика относительно того, что постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 23.12.2016. не установлена причина возгорания, выводы эксперта носят вероятностный характер, не позволяют иначе разрешить спор, поскольку не свидетельствует об отсутствии вины ответчика в появлении возгорания, надлежащем исполнении обязанности по содержанию принадлежащего ему имущества. 

При этом, экспертом однозначно указано на то, что очаговая зона пожара находится в чердачном помещении в юго-западной части дома, принадлежащей ответчикам, и наиболее вероятной причиной возникновения пожара явилось возгорание горючих материалов в результате аварийного режима работы электрической сети дома, что ответчиками не оспаривалось.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО20 суду показал, что семья ФИО1 проживала в литере Б, Б1. С 1980г. проживает по адресу: г. 

<

адрес> 

<

адрес>. В доме Кузнецовский затон, 20 проживает Танзиля с мужем ФИО7 и с сыном ФИО6. Также в этом доме проживает ФИО9 с мужем ФИО8. 21.12.2016г. в 6.30 он видел, как из труб указанного дома шел дым, но не обратил на это внимания. В 7.30 ему позвонила его жена и сказала, что горит соседний дом. Минут через 15 он увидел, что горел весь дом. Пожарные машины тушили пожар. Огонь охватил весь дом – горели и стены, и крыша. Также при пожаре присутствовали Танзиля, ФИО8 и ФИО7. Они из горящего дома никаких вещей не выносили, потому что в дом невозможно было войти. В результате пожара уничтожено все имущество данной семьи. Из списка вещей, представленного ему на судебном заседании, у них ничего не сохранилось. В последний раз в доме у них он был летом 2016г., подтверждает наличие у них в квартире следующего имущества: три жидкокристаллических телевизора, магнитола, стиральная машина, пылесос, микроволновая печь, антенна, морозильная камера, кухонный гарнитур, газовая плита, комод, тумба ТВ, 2 комплекта дивана, кресло, шуба и шапка, из чего сделаны не помнит, котел газовый. У ФИО1 были золотые украшения, какие конкретно не помнит. У ФИО7 была золотая печатка. Летом 2016г. он помню, как у них во дворе играли на баяне. До этого он музыкального инструмента не видел. Телевизор стоял в зале, не помнит где стоял третий телевизор. Место нахождения вещей не помнит, потому что не так часто заходил к ним в дом. 

Допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО21 суду показал, что проживает по 

<

адрес> 

<

адрес>. 21.12.2016г. приблизительно в 7.15 час. увидел, что в жилом доме Кузнецовский затон, 20, начался пожар в верхней части дома, где проживает ФИО9 со своим мужем. Он позвонил в 112, а затем ФИО6, который еще не знал о пожаре. Он прибежал к горящему дому и зашел в квартиру к ФИО24. Когда он подошел, горела часть дома, где живет ФИО9, у ФИО24 еще не горело. Он встретил выходящих из дома ФИО24 Танзилю и ФИО7. В это время электричество отключилось, света не было. В квартире было темно, в ней находиться было невозможно по причине сильного задымления. Он взял холодильник советского производства и вытащил во двор. Танзиля была одета, в это время пожарные начали поливать дом. Он побежать показать пожарным, где находится гидрант, в это время пламя распространилось на квартиру ФИО24. Пожар не успели вовремя потушить, в квартире ФИО24 все было уничтожено. В его присутствии семья ФИО24 никаких вещей спасти не смогла. В их квартире бывал достаточно часто и домашнюю обстановку помнит. Семья ФИО24 занимала литер Б1, Б, одну комнату ФИО23 На кухне находились кухонный гарнитур, стол, стулья, 2 холодильника двухкамерные, марку не помнит, морозильная камера, стиральная машина, небольшой ЖК – телевизор, микроволновая печь, газовая плита, столовые приборы, кухонная утварь. В зале стояла мебельная стенка, 2 дивана, 2 кресла, ковер, люстра, большой ЖК - телевизор, домашний кинотеатр, магнитола, пылесос, швейная машинка белого цвета, аккордеон. В сенях - деревообрабатывающий станок, дрель, шуруповерт, сварочный аппарат, электрорубанок, много инструментов. У ФИО1 была норковая шуба, меховая шапка, золотые украшения, сережки, кольца с камнями. У дяди ФИО7 тоже была шапка. Он из дома выносил холодильник из веранды, а не из кухни. ФИО24 хранили электроинструмент в сенях литер а1.

В соответствии с ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

В ходе судебного разбирательства, определением Кировского районного суда г. Уфы от 20.03.2017г. по делу назначена судебная оценочная экспертиза. 

Как следует из заключения эксперта №74/16-17 (исп) от 12.05.2017 г., произведенного ООО «РБНЭО «Стандарт», стоимость жилых помещений, находящихся в пользовании ФИО1, ФИО2, ФИО3, а именно: ФИО23 (комната площадью 25,2 кв. м.), литер Б (комната площадью 45,6 кв. м.), Литер Б1 (комната площадью 30,9 кв. м.), Литер б (61) (комната площадью 19,3 кв. м.), расположенных в жилом доме по адресу: г. Уфа, 

<

адрес> затон, 20, поврежденном в результате пожара от 21.12.2016 г. составляет: 1 973 286 рублей.

Рыночная стоимость имущества ФИО1, ФИО2, ФИО3, поврежденного в результате пожара от 21.12.2016г., согласно уточнения искового заявления п.п. 1-59, составила 589 941 рубль. 

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Таким образом, заключение судебной экспертизы оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Оценивая заключение эксперта, сравнивая соответствие заключения поставленным вопросам, определяя полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что данное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством.

При этом суд считает, что оснований сомневаться в заключении эксперта не имеется, поскольку данное заключение составлено компетентным специалистом, обладающим специальными познаниями, заключение составлено в полной мере объективно.

С учетом изложенного суд отдает предпочтение заключению эксперта, выполненного по определению суда, и пояснению специалиста. 

Доказательств иного размера ущерба суду не представлено. 

Оценив представленные истцами фотографии, в совокупности с показаниями свидетелей, суд указывает на необходимость возмещения их стоимости истцам, признавая доказанным повреждение названного имущества в результате пожара. 

Доводы ответчиков об отсутствии оснований для возмещения истцам стоимости движимого имущества являются несостоятельными, поскольку наличие данного имущества в доме истцов, его принадлежность им и повреждение в результате пожара установлены судом исходя из совокупного анализа показаний допрошенных свидетелей, справки о пожаре, имеющихся фотографий, которые согласуются между собой, иным доказательствам по делу не противоречат, сомнений в достоверности не вызывают.

Учитывая, что истцы в судебном заседании суду пояснили, что доказательства принадлежности имущества на сумму 65 444 руб., а именно: ноутбука, 2-х швейных машинок, мясорубки, кухонного комбайна, 2–х утюгов, мойки, перфоратора, одного сварочного аппарата, одного шуроповерта, фрезерного стола, гаечных ключей, набор торцевых головок, набор инструментов, а также принадлежащих золотых изделий, представить не могут, к возмещению судом определена стоимость ущерба, нанесенного жилому дому в результате пожара, - 1 973 286 рублей, стоимость уничтоженного огнем имущества – 524 497 руб. 

Довод ответчиков об отсутствии оснований для возмещения истцам стоимости имущества ввиду того, что сгоревший дом являлся многоквартирным домом, являются несостоятельными, поскольку из технического паспорта следует, что жилой дом г. 

<

адрес>, является индивидуальным. 

Суд также учитывает, что Градостроительный кодекс Российской Федерации (часть 2 статьи 49) выделяет, в том числе, такие виды объектов капитального строительства, как: объекты индивидуального жилищного строительства, под которыми понимаются отдельно стоящие жилые дома с количеством этажей не более чем три, предназначенные для проживания одной семьи, а также жилые дома блокированной застройки - это жилые дома с количеством этажей не более чем три, состоящие из нескольких блоков, количество которых не превышает десять и каждый из которых предназначен для проживания одной семьи, имеет общую стену(общие стены) без проемов с соседним блоком или соседними блоками, расположен на отдельном земельном участке и имеет выход на территорию общего пользования.

Ссылки ответчиков на тот факт, что жилой дом обладает признаками самовольной постройки, также подлежат отклонению, поскольку данное обстоятельство не может являться основанием для освобождения ответчиков от обязанности возместить ущерб, причиненный в результате пожара имуществу истцов, поскольку факт причинения ущерба имуществу истцов в результате пожара установлен и подтвержден представленными в материалы дела доказательствами.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личнаяи семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, в силу указанных выше положений Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред подлежит компенсации, если он причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему личные нематериальные блага.

Моральный вред, причиненный нарушением имущественных прав, подлежит компенсации лишь в случаях, прямо указанных в законе.

По настоящему делу истцом в качестве основания для взыскания компенсации морального вреда указаны действия ответчика, нарушающие имущественные права истца – уничтожение имущества.

Каких-либо действий ответчика, непосредственно направленных на нарушение личных неимущественных прав истца либо посягающих на принадлежащие ей нематериальные блага, судом не установлено.

На основании изложенного, суд полагает необходимым в удовлетворении исковых требований в указанной части отказать.

Согласно ч. 3 ст. 95 ГПК РФ эксперты получают вознаграждение за выполненную ими по поручению суда работу, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей в качестве работников государственного учреждения. Размер вознаграждения экспертам, специалистам определяется судом по согласованию со сторонами и по соглашению с экспертами, специалистами.

Стоимость производства судебной технической и оценочной экспертизы составила 60 000 руб., что подтверждается счетом ООО «РБНЭО «Стандарт». Доказательств того, что эта стоимость не соответствует ценам, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги, неразумности или необоснованности указанных расходов в деле не имеется.

Применительно к положениям статей 96, 98 ГПК РФ расходы на проведение экспертизы возлагаются на стороны.

В связи с чем, с ответчиков в пользу ООО «РБНЭО «Стандарт» подлежат взысканию расходы на производство судебной экспертизы в размере 60 000 руб. 

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчиков подлежит взысканию государственная пошлина в размере 20 388, 92 руб. 

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

иск ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о приведении жилого помещения в первоначальное состояние пригодное для проживания, возмещении материального вреда (реального ущерба) и возмещении морального вреда, причиненного пожаром, удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО4, ФИО5 в пользу ФИО1, ФИО2, ФИО3 стоимость ущерба, нанесенного жилому дому в результате пожара, - 1 973 286 рублей, стоимость уничтоженного огнем имущества - 524 497 руб. 

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ФИО4, ФИО5 отказать.

Взыскать с ФИО4, ФИО5 в пользу ООО «Региональное бюро независимой экспертизы и оценки «СТАНДАРТ» расходы по проведению судебной экспертизы в размере 60 000 рублей. 

Взыскать с ФИО4, ФИО5 государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 20 388, 92 руб. 

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Башкортостан в течение одного месяца путем подачи апелляционной жалобы через Кировский районный суд г. Уфы. 

Председательствующий Р.Р. Зайдуллин

Решение суда принято в окончательной форме 17.05.2017.