Председательствующий: Клепиковский А.А. Дело № 22-8147/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красноярск «28» октября 2021 года

Суд апелляционной инстанции судебной коллегии по уголовным делам Красноярского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Дроздовой Л.В., 

при секретаре помощнике судьи Сизых А.В.,

с участием прокурора Красиковой Ю.Г.,

защитника адвоката Аёшина А.Ю.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника – адвоката Глуховой-Самойленко К.С. в интересах осужденного ФИО1, апелляционному представлению государственного обвинителя Колесниковой А.К. на приговор Норильского городского суда Красноярского края от 26 августа 2021 года, которым

ФИО2 

<

данные изъяты>, родившийся 

<

дата> в 

<

адрес>, с 

<

данные изъяты>, зарегистрированный по адресу: 

<

адрес>-Алания, 

<

адрес>, фактически проживающий без регистрации по адресу: 

<

адрес>, несудимый,

осужден 

по ч. 2 ст. 216 УК РФ к 1 году лишения свободы,

на основании ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным, с испытательным сроком 2 года, возложить на ФИО3 обязанность в период условного осуждения не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного; ежемесячно, один раз являться на регистрацию в специализированный орган, осуществляющий исправление осужденного, в дни, назначенные этим органом.

Заслушав доклад судьи Красноярского краевого суда Дроздовой Л.В. по обстоятельствам дела, доводам апелляционной жалобы и апелляционного представления, выступление защитника – адвоката Аёшина А.Ю. в интересах осужденного ФИО3, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Красиковой Ю.Г., поддержавшей доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 осужден за нарушение правил безопасности при ведении иных работ, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено 10.01.2020 года в г.Норильске при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственного обвинителя помощника прокурора г.Норильска Колесникова А.К. ставится вопрос об отмене приговора, с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, существенным нарушением норм уголовно-процессуального закона. Апелляционное представление мотивировано тем, что при описании преступного деяния суд установил, что ФИО3 не предвидел неизбежности наступления общественно-опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности мог и должен был предвидеть (стр.4 приговора), однако при оценке доводов стороны защиту указал, что преступная небрежность ФИО3 проявилась в форме легкомыслия; при признании смягчающим наказание обстоятельством оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, суд необоснованно сослался на п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, тогда как указанное смягчающее обстоятельство предусмотрено п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Глухова-Самойленко К.С. в интересах осуждённого ФИО3 просит приговор отменить, ФИО3 оправдать, указывая, что его вина не доказана, в основу приговора суд необоснованно положил показания свидетеля ФИО8, данные в ходе предварительного следствия, поскольку в судебном заседании ФИО8 не поддержал свои показания, данные на предварительном следствии, указав, что протокол допроса подписал, не читая; судом необоснованно признал достоверным доказательством акт Н-1, поскольку в нем отражено, что место несчастного случая изменено; полагает, что некачественно установленные СПА и их ненадлежащее крепление повлекло причины несчастного случая; судом не учтено, что контроль за соблюдением работниками требований охраны труда и промышленной безопасности лежит на начальнике участка ФИО9, который показал, что ФИО2 нарушений не допустил, выполнял работы, ранее оговоренные в ним (ФИО9 он направил ФИО8 и ФИО11 для откачки воды, чтобы впоследствии была возможность завести в выработку анкероустановщик и продолжить крепление выработки, именно он ФИО9 выдал задание на проветривание, оборку заколов, откачку воды, продувку шпуров и подготовку к взрывным работам горной выработки ВЗУ-3, хотя на момент выдачи задания ему было известно, что кровля выработки не закреплена судом не дана оценка тому, что, направляя ФИО8 и ФИО11 в выработку для откачки воды, ФИО2 действовал согласно распоряжению начальника участка ФИО9, эти доводы стороны защиты не опровергнуты; в приговоре не приведены показания свидетеля ФИО10, о том, что ФИО8 являлся старшим в смене, в его обязанности входил контроль за действиями ФИО11, в связи с чем, он должен нести ответственность; судом не учтено, что показания всех свидетелей в части необходимости откачки воды в выработке согласуются между собой; показания свидетеля ФИО12 о том, что не было необходимости откачивать воду в выработке являются недостоверными, поскольку противоречат показаниям свидетелей ФИО31, ФИО32, ФИО16, ФИО9, которые занимают руководящие должности, обсуждали между собой производственные процессы, и каждый из которых указывал о правильности действий ФИО2, ФИО12 уклончиво отвечал на вопросы стороны защиты; выводы о том, что ФИО2 не должен был допускать ФИО8 и ФИО11 к производству работ опровергаются показаниями большинства свидетелей, пояснивших, что выработку нужно было приводить в безопасное состояние, для чего требовалось ее докрепить, что не противоречит п.35 «Правил безопасности приведении горных работ» №599 от 11.12.2013 г.№; судом не учтено, что то, что выработка не соответствовала проектной документации, не свидетельствует о том, что она является небезопасной, действия ФИО2 были обусловлены выполнением работ по устранению нарушений по отклонению от проектной документации и приведения выработки в надлежащее состояние, что допускает выдачу наряда задания в этот участок; судом не выяснено, какая часть выработки выпала на потерпевшего, была ли она закреплена, при этом часть свидетелей – членов комиссии по расследованию несчастного случая утверждали, что обрушилась незакрепленная часть выработки, очевидцы ФИО38 и ФИО8 утверждали, что выпала именно закрепленная часть выработки, поскольку на месте происшествия были выпавшие полимерные анкера, которые руководство пыталось скрыть, сверху обвисал сухой состав анкера, то есть не исключено, что ненадлежащее крепление стало причиной наступления последствий в виде смерти ФИО11.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим изменению по следующим основаниям.

Вопреки доводам апелляционной жалобы фактические обстоятельства уголовного дела судом установлены правильно. Суд, в соответствии со ст. 307 УПК РФ, в своем решении подробно изложил описание преступного деяния совершенного осужденным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда, изложенные в приговоре, мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания и обоснование принятых решений по другим вопросам, указанным в ст. 299 УПК РФ.

Виновность ФИО3 доказана на основе доказательств, исследованных в судебном заседании, анализ которых дан в приговоре. Все доказательства, на которых основан приговор суда, являются допустимыми, так как получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона. Всем исследованным доказательствам в соответствии со ст. 88 УПК РФ в приговоре дана надлежащая оценка, не согласиться с которой, оснований не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы в основу приговора суд первой инстанции не только показания свидетеля ФИО8, но и всю совокупность доказательств, которая бесспорно свидетельствует о виновности ФИО3 в нарушении правил безопасности при ведении иных работ, повлекшем по неосторожности смерть человека.

При этом вопреки утверждениям в апелляционной жалобе суд принял во внимание показания свидетеля ФИО8, данные им в судебном заседании, а показания, данные на предварительном следствии, о том, что он незамедлительно обратил внимание ФИО3 на все нарушения в части крепления кровли, сказал, что место производства работ в горной выработке ВЗУ-3 не отвечает требованиям безопасности и что необходимо сначала закончить крепление кровли, на что ФИО2 ответил, что следующая смена во всем разберется и что ничего плохого не произойдет, напротив, отверг, поскольку они иными доказательствами не подтверждены.

Доводы апелляционной жалобы о том, что некачественно установленные СПА и их ненадлежащее крепление повлекло причины несчастного случая, являются несостоятельными, поскольку ФИО11, являясь проходчиком подземного участка, выполнял наряд-задание, выданное ему ФИО3 в нарушение должностной инструкции, технической карты последовательности производства работ по оборке заколов, Паспорта крепления, осуществлял оборку заколов, откачку воды ручным способом при параметрах выработки расстояния от кровли до почвы более 3,5 метров. 

Таким образом, в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями находятся именно действия ФИО3, который в нарушение п. 35 ФНиП № 599 выдал наряд на выполнение работ в место, в котором имелись нарушения требований безопасности, в нарушение п. 37 ФНиП № 599 допустил ФИО11 к производству работ при наличии нарушений требований безопасного их выполнения, в нарушение п.п.2.2, 2.4 Должностной инструкции не требовал от работников соблюдения инструкций по охране труда; в нарушение ст.ст. 9, 11 Федерального закона Российской Федерации «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» № 116-ФЗ от 27.07.1997г. не организовал и не осуществлял производственный контроль за соблюдением требований промышленной безопасности, корректировку мер по снижению риска аварий, работу по предупреждению аварий и инцидентов, то есть в нарушение п.п. 19, 20 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правил безопасности при ведении горных работ и переработке твердых полезных ископаемых», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору № 599 от 11.12.2013 г. допустил ведение горных работ не в соответствии с проектной документацией и с отклонением от нее, в частности от Паспорта крепления и в нарушение ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, не обеспечил безопасность работников при осуществлении технологических процессов и соответствующие требования охраны труда, и условия труда на рабочем месте. 

Указанные обстоятельства подтверждаются актом формы №4 от 26.02.2020 г., согласно которому основной причиной несчастного случая стала неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в выдаче наряд-задания и допуске работников на рабочее место, не соответствующее требованиям безопасности, при отсутствии крепи согласно Паспорту крепления. Лицом, допустившим нарушения требований охраны труда, признан мастер горного участка ФИО3, который допустил работников к производству работ в забое ВЗУ-3, не отвечающему требованиям безопасности при отсутствии крепи согласно Паспорту крепления; актом формы Н-1 от 26.02.2020 г., согласно которому основной причиной несчастного случая стала неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в выдаче наряд-задания и допуске работников на рабочее место, не соответствующее требованиям безопасности, при отсутствии крепи согласно Паспорта крепления, а также показаниями свидетелей-членов комиссии по расследованию несчастного случая: ФИО12, из которых следует, что причиной произошедшего с ФИО11 несчастного случая явилось то, что ФИО2 допустил ФИО11 к производству работ, несмотря на то, что место производства работ не отвечало требованиям охраны труда и промышленной безопасности, место производство работ в выработке ВЗУ-3 не соответствовало требованиям охраны труда и промышленной безопасности, а именно, согласно паспорту крепления управления кровлей горной выработки, в данном месте производства работ отсутствовала необходимая крепь, также, так как высота горной выработки в месте производства работ была более 3,5 метров, должна была использоваться кровлеоборочная техника, ФИО43 не должен был допускать работников к производству работ в указанном месте до того, как выработка была бы закреплена полностью, а крепить выработку и обирать заколы должны были механизированным способом, а не ручным, что фактически делали ФИО11 и ФИО8 Наличие воды в выработке не создавало препятствий для работы машины по оборке заколов и креплению выработки; ФИО13, о том, что ФИО3 допустил ФИО11 к производству работ, несмотря на то, что место производства работ не соответствовало требованиям промышленной безопасности и охраны труда, при этом наличие воды не препятствовало работе кровлеоборочной машины, с использованием которой необходимо было производить оборку заколов, а не ручным способом; ФИО14, показавшего, что ФИО3 не должен был выдавать ФИО4 такое задание, поскольку производство работ в забое ВЗУ-3 было небезопасно, так как горная выработка не была укреплена, необходимо было дождаться пока анкероустановщик закрепит горную выработку, то есть, пока анкероустановщик не установил бы согласно паспорту крепления все необходимые анкеры и только после этого допускать работников к месту производству работ, то есть, к тому месту в выработке, где крепление не было осуществлено в полном объеме; ФИО15, согласно которым место производства работ ФИО11 не соответствовало паспорту крепления на момент производства работ, ФИО2 должен был распорядиться обезопасить место производства работ, а именно направить все работы для соблюдения паспорта крепления горной выработки; ФИО16, подтвердившего, что несчастный случай с ФИО11 произошел вследствие неправильной организации производства работ в горной выработке ВЗУ-3, ФИО11 и ФИО2 были ознакомлены с паспортом крепления, место производства работ по выданному ФИО2 наряд-заданию не соответствовало паспорту крепления и требованиям охраны труда, ФИО2 не должен был допускать до производства работ ФИО4, так как не был соблюден паспорт крепления в ВЗУ-3, при этом горный мастер, являясь сменным надзором, отвечает за комплекс всех мер для приведения всех рабочих мест в безопасное промышленное состояние, ФИО2 должен был дать указание прекратить все виды работ, и выполнять работы только по устранению, выявленных нарушений паспорта, проекта и т.д.; ФИО17, из которых следует, что ею, как специалистом в области охраны труда, было зафиксировано отсутствие аншлага в виде деревянного щита, в таком случае, ставятся фишки и на них натягивается лента, т.е. не была ограждена опасная зона; ФИО18 о том, что ФИО2 не должен был допускать до производства работ ФИО11, так как не был соблюден паспорт крепления в ВЗУ-3, для того, чтобы в эту выработку загнать анкероустановщик для ее крепления необязательно было вначале откачивать воду, так как анкероустановщик мог работать при том уровне воды, и соответственно, можно откачать воду и в процессе работы анкероустановщика, и другими доказательствами

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд необоснованно признал достоверным доказательством акт формы Н-1, являются несостоятельными, поскольку выводы указанного акта согласуются с показаниями свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО13, ФИО14, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО15, ФИО12, протоколом осмотра места происшествия, заключением судебно-медицинского эксперта о причинах смерти, количестве, механизме, характере телесных повреждений ФИО11 и другими доказательствами. Акт выполнен по форме Н-1, соответствует всем требованиям, предъявляемым к подобного рода документам и подписан председателем, заместителем председателя и всеми членами комиссии (том 3, л.д. 117-126).

Утверждение автора апелляционной жалобы о том, что ФИО2 действовал согласно распоряжению начальника участка ФИО9, на котором лежит контроль за соблюдением работниками требований охраны труда и промышленной безопасности, не исключают уголовной ответственности ФИО2 за инкриминированное ему деяние, поскольку ФИО2 являлся мастером подземного участка горно-капитальных работ и в его должностной инструкции, с которой он ознакомлен, указано, что в его подчинении находятся рабочие смены, при этом именно на него (ФИО2) возложены обязанности по обеспечению плановых заданий смены участка, правильного ведения документации, предписано, требовать от работников соблюдения инструкций по охране труда; обнаружив несоответствие рабочего места в выработке ВЗУ-3 требованиям безопасности и угрожающим здоровью работников, принять немедленные меры по прекращению работы и запретить производство работ, которые могут привести к авариям и травмам, требовать от работников ведения технологических операций в соответствии с технологическими документами и требованиями безопасности; обеспечить содержание рабочих мест в соответствии с требованиями безопасности. В этой связи показания свидетеля ФИО9 в судебном заседании о том, что ФИО2 по его мнению никакие требования не нарушил, не имеют значения. Сам ФИО9 пояснил суду, в забой не спускался, но ему известно, что имелось отставание набрызг- бетона, которое надо было устранить, однако до этого нужно было закрепить выработку, иначе - это нарушение технологии рабочего процесса.

Доводы апелляционной жалобы о том, что в приговоре не приведены показания свидетеля ФИО10, о том, что ФИО8 являлся старшим в смене, в его обязанности входил контроль за действиями ФИО11, в связи с чем, он должен нести ответственность, отклоняются. Факт того, что проходчик ФИО11 находился в подчинении мастера подземного участка горно-капитальных работ ФИО2 и обязанности последнего обеспечивать безопасность при ведении иных работ, подтверждается Должностной инструкцией, приказами о приеме на работу. Решение вопроса о том, кто подлежит уголовной ответственности за совершенное деяние, не относится к компетенции свидетеля, является его предположением, а потому показания свидетеля ФИО10 в этой части на основании п.2 ч.2 ст.75 УПК РФ обоснованно не положены судом в основу приговора.

Доводы адвоката Глуховой-Самойленко К.С., изложенные в апелляционной жалобе, о том, что судом не учтено, что показания всех свидетелей в части необходимости откачки воды в выработке согласуются между собой, отклоняются, поскольку как установлено судом, крепить выработку и обирать заколы должны были механизированным способом, а не ручным, поскольку расстояние от кровли до почвы было более 3,5 метров, что следует из акта формы Н-1, технической карты последовательности производства работ по оборке заколов, Паспорта крепления, ФНиП №.

Утверждение в апелляционной жалобе о недостоверности показаний свидетеля ФИО12 являются несостоятельными, существенных противоречий с показаниями свидетелей ФИО31, ФИО32, ФИО16, ФИО9, вопреки доводам адвоката Глуховой-Самойленко К.С. не имеется, все указанные свидетели подтвердили достоверность выводов комиссии по несчастному случаю, изложенной в акте формы Н-1.

Утверждения в апелляционной жалобе о том, что выработку нужно было приводить в безопасное состояние, для чего требовалось ее докрепить, в связи с чем, ФИО2 обоснованно допустил ФИО8 и ФИО11 к производству работ, выработка не соответствовала проектной документации, а действия ФИО2 были обусловлены выполнением работ по устранению нарушений по отклонению от проектной документации и приведения выработки в надлежащее состояние, что допускает выдачу наряда задания в этот участок, являются голословным мнением стороны защиты, которое противоречит акту формы Н-1, положениям Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правил безопасности при ведении горных работ и переработке твердых полезных ископаемых», утвержденных приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору № 599 от 11.12.2013г. (далее - ФНиП № 599), последовательности выполнения технологических операций, предусмотренных паспортом крепления.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом не выяснено, какая часть выработки выпала на потерпевшего, была ли она закреплена, отклоняется, поскольку совокупность приведённых в приговоре доказательств свидетельствует о том, что ФИО2, в любом случае, обнаружив несоответствие рабочего места в выработке ВЗУ-3 требованиям безопасности и угрожающим здоровью работников, должен был принять немедленные меры по прекращению работы и запретить производство работ, что им сделано не было. Выработка ВЗУ-3 не отвечала требованиям безопасности, так как имела нарушения Паспорта крепления, исключающие допуск по оборке заколов ручным способом. 

Таким образом, оценив исследованные доказательства в совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о доказанности вины ФИО3 в инкриминированном ему деянии.

Все доводы стороны защиты, приведенные в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции, аналогичные изложенным в апелляционной жалобе, получили надлежащую оценку в приговоре и обоснованно отвергнуты, с приведением убедительных мотивов.

Таким образом, обстоятельства совершенного преступления судом первой инстанции установлены правильно, а действиям ФИО3 дана верная юридическая квалификация по ч. 2 ст. 216 УК РФ.

При назначении наказания ФИО3 суд в полной мере выполнил требования ст.ст.6, 60 УК РФ и принял во внимание характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности осужденного, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи. 

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено. В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд учел наличие малолетних детей; оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в оперативном принятии мер к своевременному доставлению пострадавшего ФИО11 к месту оказания первичной медицинской помощи, в связи с чем, суд обоснованно назначил наказание с применением ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Вывод суда о назначении наказания условно не вызывает сомнений у суда апелляционной инстанции в его правильности, вместе с тем, суд обоснованно не нашел оснований для назначения наказания с применением ст.64 УК РФ, как и для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ, выводы суда первой инстанции соответствуют требованиям закона, основаны на материалах уголовного дела и мотивированы, в связи с чем, оснований не согласиться с ними не имеется.

Таким образом, назначенное осужденному ФИО3 наказание является справедливым и соразмерным содеянному, оснований считать его чрезмерно мягким или суровым не имеется.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Так, согласно ст.26 УК РФ преступлением, совершенным по неосторожности, признается деяние, совершенное по легкомыслию или небрежности.

Преступление признается совершенным по легкомыслию, если лицо предвидело возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий.

Преступление признается совершенным по небрежности, если лицо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно было и могло предвидеть эти последствия.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО3 обвинялся в совершении нарушения правил безопасности при ведении иных работ, повлекшее по неосторожности смерть человека, при этом он не предвидел неизбежности наступления общественно-опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности мог и должен был предвидеть, то есть совершил преступление по небрежности. Именно такие обстоятельства и установил суд первой инстанции в описательно-мотивировочной части приговора, указав, что ФИО3 совершил преступление по небрежности.

Вместе с тем, правильно квалифицировав действия ФИО3 по ч.2 ст.216 УК РФ суд первой инстанции при оценке доводов стороны защиты указал, что преступная небрежность ФИО3 проявилась в форме легкомыслия. Указанная ошибка носит явно технический характер, поскольку на совершение преступления именно по преступной небрежности суд указал в приговоре, в связи с чем, для ее устранения не требуется отмены приговора, о чем ставится вопрос в апелляционном представлении. При таких данных приговор подлежит изменению на основании п.2 ст.389.15 УПК РФ, из описательно-мотивировочной части приговора подлежит исключению указание суда, что ФИО3 действовал по легкомыслию.

Кроме того, верно признав в качестве смягчающего наказание обстоятельства оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, суд необоснованно сослался на п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, оставив без внимания, что указанное смягчающее обстоятельство предусмотрено п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ, в связи с чем, приговор на основании п.3 ст.389.15 УПК РФ необходимо изменить, уточнить, что в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, вместо ошибочно указанного, п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, учтено оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в оперативном принятии мер к своевременному доставлению пострадавшего ФИО4 к месту оказания первичной медицинской помощи.

Уголовное дело рассмотрено с соблюдением принципов уголовного судопроизводства и общих условий судебного разбирательства. Существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Норильского городского суда Красноярского края от 26 августа 2021 года в отношении ФИО2 

<

данные изъяты> изменить, 

исключить из описательно-мотивировочной части указание о том, что ФИО3 действовал по легкомыслию;

уточнить, что в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, учтено оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления на основании п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, вместо ошибочно указанного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника – адвоката Глуховой-Самойленко К.С., апелляционное представление государственного обвинителя Колесниковой А.К. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора. Осуждённый вправе участвовать в судебном заседании суда кассационной инстанции, о чем в таком случае необходимо указать в кассационной жалобе.

Председательствующий: