Дело № 2 – 499/2017

РЕШЕНИЕ

 

именем Российской Федерации

г.Топки 27 июля 2017 года 

Топкинский городской суд Кемеровской области 

в составе председательствующего судьи Раужина Е.Н., 

при секретаре Амеличкиной Т.Л.,

с участием помощника прокурора г.Топки Иванова А.А.,

истца ФИО1,

представителя истца С.Г., действующего на основании устного ходатайства, 

представителя ответчика Н.В., действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГ.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Топкинский цемент» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Топкинский городской суд с иском к ООО «Топкинский цемент» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула.

Свои требования с учетом уточнений мотивирует тем, что на основании трудового договора № ** от ДД.ММ.ГГ. он состоял в трудовых отношениях с ответчиком. 05 июня 2017 года уволен за однократное грубое нарушение трудовых обязанностей – появление на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения (п.п. «б» п. 6 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации). Истец полагает, что фактическим основанием для его увольнения явились неприязненные отношения между ним и /должность/ – С.А., который ранее неоднократно предлагал ему добровольно уволиться. 

При этом … 2017 года работодатель предпринимал попытку уволить его под предлогом нахождения на территории предприятия в нетрезвом виде. В 11 часов 30 минут он был задержан на проходной предприятия /должность/ А.А. При этом указанный день не являлся рабочим днем истца, он пытался пройти в отдел кадров завода, чтобы сдать листок нетрудоспособности. В отношении истца был составлен протокол об административном правонарушении в связи с нахождением в общественном месте в нетрезвом состоянии. Постановлением от … 2017 года по делу об административном правонарушении производство по делу об административном правонарушении в отношении истца было прекращено в связи с отсутствием состава правонарушения. 

Истец ссылается на то, что 22 мая 2017 года к 08 часам 00 минутам он прибыл на рабочее место, мастером цеха был допущен к работе, получил задание, расписался в журнале допуска к работе и приступил к исполнению своих трудовых обязанностей. В помещении находились работники смены, начальник и заместитель начальника цеха, мастер смены, при этом никто из присутствующих никаких претензий истцу не предъявлял.

Примерно через час после начала рабочей смены к нему обратился /должность/ А.А. с претензией о нахождении истца в состоянии алкогольного опьянения, потребовал пройти с ним в медпункт предприятия. Около 10.00часов он вместе с А.А. и /должность/ прибыли в помещение медпункта, где дежурный фельдшер В.Д. предложила ему пройти медицинское освидетельствование с использованием алкотестера, он отказался. В его присутствии фельдшер заполнила акт об отказе пройти медицинское освидетельствование. В акте он (истец) не расписывался.

Истец указывает на то, что покинув здравпункт, он поехал в Топкинскую районную больницу, так как плохо себя чувствовал. После осмотра терапевтом больницы Н.В. истцу был выдан листок нетрудоспособности. При этом врач не отметил признаков алкогольного опьянения истца, в противном случае, по мнению истца, он бы отказал в выдаче больничного. Он находился на больничном до 03 июня 2017 года. 05 июня 2017 года истец был допущен к работе, отработал смену, затем был уведомлен об увольнении.

Истец полагает, что приказ работодателя о его увольнении с занимаемой должности является незаконным, поскольку в документах, подтверждающих, якобы, его нахождение на рабочем месте в нетрезвом состоянии, указаны только заинтересованные в конфликте лица – работники ООО «Топкинский цемент»; согласно протоколу № ** контроля трезвости от 22 мая 2017 года степень алкогольного опьянения истца определяют /сведения удалены/, которые не наделены такими полномочиями в силу приказа № ** от …2016 года, изданного на предприятии. В протоколе содержится указание на выдачу дежурным фельдшером направления в ГБУЗ КО «Топкинская районная больница» в 09 час. 30 мин., при этом такое направление истцу не выдавалось, протокол был составлен в его отсутствие и в отсутствие незаинтересованных лиц; также врачом Топкинской ЦРБ Н.В. не установлено признаков опьянения истца.

Также истец ссылается на необоснованное указание в протоколе контроля трезвости работника ООО «Топкинский цемент» №** признаков потребления алкоголя. 

Истец просит суд восстановить его на работе в должности /должность/ цеха «Готовая продукция», взыскать в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула 22 мая 2017 года и за период с 05 июня 2017 года по день вынесения решения суда.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал заявленные исковые требования в полном объеме, суду пояснил, что работал в ООО «Топкинский цемент» в должности … с 2008 года, впоследствии был переведен на должность /должность/ цеха «Готовая продукция». Ему был установлен сменный режим рабочего времени. 22 мая 2017 года он пришел на работу в дневную смену. Мастер смены провел планерку, после чего он расписался в журнале допуска к работе и приступил к выполнению своих трудовых обязанностей. Через некоторое время к нему подошел … М.П. с претензией о том, что от него исходит запах алкоголя, предложил пройти с ним в медпункт для определения наличия алкогольного опьянения. 

Около 09 часов 00 минут он совместно с /должность/ А.А. и /должность/ пошли в медпункт предприятия, где уже находились фельдшер В.Д., сотрудник охраны Н.А. и сотрудник службы внутреннего контроля А.П. ФИО2 предложила ему пройти медицинское освидетельствование на наличие алкогольного опьянения с помощью алкотестера, он отказался. Был составлен акт о его отказе, от подписи в котором он (истец) отказался, также ему было предложено пройти медицинское освидетельствование в ЦРБ Топкинского района, сдать кровь на анализы, - он также отказался. Проходить медицинское освидетельствование на состояние опьянения он отказался в связи с наличием конфликта с представителями работодателя. Затем в медицинский кабинет зашла … отдела кадров Ю. с приказом о его отстранении от работы на 22 мая 2017года, он ознакомился с данным приказом. Просили ли его представить объяснение по поводу нахождения на рабочем месте в состоянии опьянения – он не помнит. Объяснения по данному вопросу он работодателю не представлял. Затем он прошел в раздевалку, переоделся, покинул территорию цеха. 

В этот же день около 11 часов 40 минут он обратился в ГБУЗ КО «Топкинская районная больница», так как плохо себя чувствовал, дежурный терапевт больницы Н.В. после осмотра выдал ему больничный лист в связи с наличием заболевания – …. При этом в больничном листе отметки о том, что он находился в состоянии алкогольного опьянения, не имеется. До 02 июня 2017 года он находился на больничном. В соответствии с установленным сменным графиком работы он вышел на работу в дневную смену 05 июня 2017 года. В течение рабочей смены его ознакомили с приказом об увольнении за нахождение 22 мая 2017 года на работе в состоянии опьянения. От подписи в данном приказе он отказался, также отказался от получения трудовой книжки, так как решил, что будет обращаться в суд. 

Истец полагает, что его увольнение с занимаемой должности связано с наличием конфликтных отношений с руководством цеха. 

Представитель истца С.Г., действующий на основании устного ходатайства истца, занесенного в протокол судебного заседания, поддержал заявленные ФИО1 исковые требования в полном объеме, суду пояснил, что наличие у истца 22 мая 2017 года: покраснения глаз, кожи рук, лица и тела не могут являться признаками алкогольного опьянения, поскольку работа истца связана с вредным производством, покраснение глаз и кожи могут являться следствием воздействия частиц цемента, пыли. До начала смены 22 мая 2017 года истец расписался в нескольких журналах, только после этого был допущен к работе, при этом никто из присутствующих на утренней планерке руководителей смены и цеха, работников смены не чувствовал запаха алкоголя от истца. Также в утреннее время истец обращался за медицинской помощью к врачу - терапевту Н.В., по результатам осмотра врачом был выдан листок нетрудоспособности. При этом врач признаков алкогольного опьянения ФИО1 не установил.

Кроме того, по мнению представителя истца, работодателем нарушены положения приказа № ** от …2016 года, изданного ООО «Топкинский цемент», о том, что состояние алкогольного опьянения работника должно быть подтверждено не только подписями свидетелей – работников ООО «Топкинский цемент», но и посторонних лиц.

Представитель ответчика Н.В., действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГ. (л.д. 88), заявленные исковые требования не признала в полном объеме, суду пояснила, что 22 мая 2017 года около 09 часов 00 минут был установлен факт нахождения истца на рабочем месте в состоянии опьянения: от работника исходил резкий запах алкоголя, наблюдалось покраснение кожных покровов, покраснение белка глаз. Был составлен акт о выявлении, подписанный /должность/ М.П., /должность/ – А.А. Истец от подписи в данном акте отказался. Работнику было предложено пройти медицинское освидетельствование в медицинском пункте предприятия, дежурным фельдшером В.Д. в присутствии свидетелей были отмечены признаки, подтверждающие наличие алкогольного опьянения истца. От прохождения освидетельствования с использованием алкотестера, прохождения освидетельствования в ГБУЗ КО «Топкинская районная больница» ФИО1 отказался, о чем был составлен соответствующий акт. Работодателем был издан приказ об отстранении работника от работы № **, с которым истец был незамедлительно ознакомлен под подпись. ФИО1 было предложено представить письменные объяснения по факту нахождения на работе в состоянии алкогольного опьянения в течение 2 рабочих дней. От подписи в уведомлении о представлении объяснений истец отказался.

В связи с совершением ФИО1 дисциплинарного проступка работодателем было принято решение об увольнении истца с занимаемой должности по п. п. «б» п. 6 ч.1 ст. 81 ТК РФ, поскольку цех «Готовая продукция» является одним из самых опасных цехов на территории завода, в течение рабочей смены производится отгрузка продукции автотранспортом, вилочными погрузчиками, железнодорожным транспортом, в цехе постоянно работают ленточные конвейеры и транспортеры, и нахождение работника цеха в состоянии алкогольного опьянения является недопустимым, так как создает угрозу жизни и здоровья работников цеха. При применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения работодателем была учтена тяжесть дисциплинарного проступка, предшествующее поведение работника и его отношение к труду: /сведения удалены/. 

Представитель ответчика полагает, что увольнение истца с занимаемой должности произведено с соблюдением требований действующего трудового законодательства, процедура и сроки привлечения работника к дисциплинарной ответственности соблюдены. 

Также представителем ответчика представлен письменный отзыв по существу заявленных исковых требований (л.д. 18 – 24, 104 – 108).

Суд, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора Иванова А.А. по существу дела, приходит к следующему.

Согласно ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину.

В соответствии со ст. 22 Кодекса работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарные взыскания в виде: замечания, выговора, увольнения по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Согласно ст. 193 Кодекса до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника объяснение в письменной форме. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет представительного органа работников.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

В соответствии с пп. «б» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей, появления работника на работе (на своем рабочем месте либо на территории организации - работодателя или объекта, где по поручению работодателя работник должен выполнять трудовую функцию) в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения.

В соответствии с п. 23 Постановления Пленума ВС РФ № 2 от 17 марта 2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Согласно п. 42 указанного Постановления Пленума расторжение трудового договора по подпункту «б» пункта 6 части первой статьи 81 Кодекса (появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения), могут быть уволены работники, находившиеся в рабочее время в месте выполнения трудовых обязанностей в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения. При этом не имеет значения, отстранялся ли работник от работы в связи с указанным состоянием.

Увольнение по этому основанию может последовать и тогда, когда работник в рабочее время находился в таком состоянии не на своем рабочем месте, но на территории данной организации либо он находился на территории объекта, где по поручению работодателя должен был выполнять трудовую функцию.

Состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, которые должны быть соответственно оценены судом.

Согласно п. 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 2 от 17 марта 2004 года, увольнение работника за … однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей … является мерой дисциплинарного взыскания (часть третья статьи 192 ТК РФ). Поэтому увольнение по указанным основаниям допускается не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на соблюдение процедуры учета мнения представительного органа работника (часть третья статьи 193 ТК РФ). 

В силу статьи 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Учитывая это, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Судом при исследовании обстоятельств дела установлено, что истец ДД.ММ.ГГ. был принят на работу в ООО «Топкинский цемент» в цех «Готовая продукция» /должность/, между сторонами заключен трудовой договор № ** (л.д. 25, 111), с ДД.ММ.ГГ. ФИО1 переведен на должность /должность/ указанного цеха (л.д. 113). 

Согласно п.2.2. трудового договора работник обязан соблюдать трудовую дисциплину и правила внутреннего трудового распорядка организации (л.д. 111).

В силу п. 6.2.4. Правил внутреннего трудового распорядка для работников ООО «Топкинский цемент» работники общества обязаны не приносить и/или не употреблять в рабочее время энергетические, алкогольные, спиртосодержащие напитки, наркотические, токсические, психотропные вещества, курительные смеси. Не приходить и не находится на работе в состоянии алкогольного, наркотического или токсического опьянения, а также в состоянии, позволившем установить факт употребления алкоголя (л.д. 129).

Из материалов дела следует, что 22 мая 2017 года в 09 часов 00 минут в связи с нахождением истца ФИО1 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, /должность/ С.А. в 09 часов 10 минут был составлен акт о выявлении. Работник был направлен во врачебный пункт предприятия для прохождения медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, где дежурным фельдшером В.Д. в присутствии /должность/ цеха А.А., /должность/ М.П., /должность/ Н.А. и /должность/ А.П. сделан вывод о наличии у ФИО1 внешних признаков алкогольного опьянения, отраженный в протоколе контроля трезвости №** (л.д.27). От исследования на наличие алкоголя в выдыхаемом воздухе при помощи алкотестера, а также от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения в ГБУЗ КО «Топкинская районная больница» истец отказался (л.д.28-29).

На основании приказа ** от 22 мая 2017 года ФИО1 был отстранен от работы на 22 мая 2017 года. С приказом об отстранении от работы истец был ознакомлен под подпись (л.д.31).

22 мая 2017 года ФИО1 был уведомлен о необходимости представить письменное объяснение по факту нахождения в рабочее время 22 мая 2017 года в состоянии алкогольного опьянения в течение двух рабочих дней. От подписи в уведомлении истец отказался. Объяснения работодателю представлены не были.

В этот же день – 22 мая 2017 года истец обратился в ГБУЗ КО «Топкинская районная больница», где был осмотрен дежурным врачом – терапевтом Н.В., в связи с наличием хронического заболевания – … ФИО1 был выдан листок нетрудоспособности на период до 02 июня 2017 года (л.д. 178).

С 03 июня 2017 года истец приступил к работе. 

05 июня 2017 года на основании приказа от 05 июня 2017 года № ** истец был уволен с занимаемой должности по п.п. «б» п.6 ст. 81 ТК РФ (однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей - появление на работе в состоянии алкогольного опьянения), с данным приказом истец был ознакомлен 05 июня 2017 года, от подписи в данном приказе отказался.

От получения трудовой книжки в день увольнения истец ФИО1 отказался.

Истец и его представитель С.Г., обосновывая требования истца ФИО1 в части восстановления его на работе, ссылаются на отсутствие доказательств нахождения истца в состоянии алкогольного опьянения 22 мая 2017 года, наличие конфликтных отношений с руководством цеха, а также на составление документов о нахождении истца на работе в состоянии опьянения только работниками предприятия в отсутствие незаинтересованных свидетелей.

Суд считает несостоятельными данные доводы стороны истца по следующим основаниям. 

По смыслу закона наличие алкогольного опьянения работника может подтверждаться наряду с медицинским заключением иными видами доказательств. 

Согласно акту выявления, составленному 22 мая 2017 года, /должность/ цеха «Готовая продукция» С.А. в присутствии /должность/ цеха А.А., /должность/ М.П., в 09 часов 00 минут 22 мая 2017 года /должность/ указанного цеха ФИО1 находился на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения. Данное состояние определено по внешним признакам: запах алкоголя изо рта, красные глаза, покраснение кожных покровов (л.д. 26). От подписи в данном акте истец отказался.

Как следует из материалов дела, для подтверждения факта наличия алкогольного опьянения, ФИО1 было предложено пройти во врачебный пункт ООО «Топкинский цемент», имеющего лицензию на право осуществления данного вида деятельности. 

По результатам проведенного осмотра фельдшером врачебного пункта В.Д., прошедшей специальный курс подготовки по проведению предрейсовых (предсменных), послерейсовых (послесменных) и текущих медицинских осмотров водителей транспортных средств и лиц, занятых на работах с опасными условиями, вредными и опасными веществами и производственными факторами (л.д. 192), в 09 часов 22 минуты был составлен протокол № ** контроля трезвости работника ООО «Топкинский цемент», согласно которому обследуемый ФИО1 /сведения удалены/; изо рта резкий запах алкоголя. От исследования на наличие алкоголя в выдыхаемом воздухе отказался. По результатам осмотра фельдшером сделан вывод о наличии у ФИО1 визуальных признаков употребления алкоголя. 

При этом жалоб на состояние здоровья, указание на применение спиртосодержащих препаратов в момент проведения проверки от ФИО1 не поступало (л.д. 27).

По результатам осмотра ФИО1 было предложено проехать на освидетельствование в специализированное медицинское учреждение – ГБУЗ КО «Топкинская районная больница», о чем в 09 часов 30 минут 22 мая 2017 года фельдшером В.Д. выдано направление на медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. При этом основанием для направления работника на медицинское освидетельствование на состояние опьянения послужил резкий запах алкоголя изо рта (л.д. 28). 

От прохождения медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в ГБУЗ КО «Топкинская районная больница» истец отказался, что подтверждается актом от 22 мая 2017 года (л.д. 29), и не оспаривалось стороной истца в ходе судебного заседания.

На основании докладной записки /должность/ цеха «Готовая продукция» С.А. от 22 мая 2017 года о выявлении ФИО1 на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения (л.д. 30) работодателем был издан приказ № ** от 22 мая 2017 года об отстранении истца ФИО1 от работы на 22 мая 2017 года, с которым истец был ознакомлен под подпись (л.д. 31).

В этот же день – 22 мая 2017 года истцу было предложено представить письменные объяснения о причинах появления на рабочем месте в рабочее время 22 мая 2017 года в состоянии алкогольного опьянения в течение 2 рабочих дней с момента получения уведомления (л.д. 32). От подписи в указанном уведомлении ФИО1 отказался, что подтверждается соответствующим актом (л.д. 33), и не оспаривалось истцом в ходе рассмотрения дела.

Кроме того, факт нахождения истца на рабочем месте 22 мая 2017 года в состоянии алкогольного опьянения, а также вышеуказанные обстоятельства, подтверждены показаниями допрошенных судом свидетелей В.Д. (фельдшера врачебного пункта), С.А. (/должность/ цеха), А.А. (/должность/), М.П. (/должность/), Н.А. (/должность/), А.П. (/должность/, пояснивших суду, что 22 мая 2017 года они отметили наличие у истца внешних признаков алкогольного опьянения: резкий запах алкоголя изо рта, покраснение глаз, гиперемия кожных покровов. Допрошенные свидетели подтвердили обстоятельства, изложенные в акте выявления, протоколе контроля трезвости № **, акте об отказе истца пройти медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения в ГБУЗ КО «Топкинская районная больница», докладной записке, акте об отказе ФИО1 в ознакомлении с уведомлением о предоставлении объяснения о причине присутствия на рабочем месте в рабочее время в состоянии алкогольного опьянения. 

Суд находит несостоятельными доводы стороны истца о том, что указанные свидетели заинтересованы в исходе дела, так как работают в ООО «Топкинский цемент», кроме того, у истца имелся конфликт с /должность/ цеха. 

Указанные доводы не исключают установленный факт нахождения ФИО1 22 мая 2017 года в рабочую смену в состоянии алкогольного опьянения.

У суда не имеется оснований не доверять показаниям названных лиц, поскольку не установлено как обстоятельств, указывающих на возможность оговора кем-либо истца, так и обстоятельств, указывающих на чью-либо заинтересованность в привлечении истца ФИО1 к дисциплинарной ответственности. 

При этом показания указанных свидетелей последовательны, не противоречивы, согласуются с письменными доказательствами по делу, соответствуют им по времени совершения действий, и не опровергнуты истцом в суде.

Суд критически оценивает доводы истца о том, что доказательством отсутствия у него алкогольного опьянения являются показания свидетеля И.В. (дежурного врача – терапевта), к которому он (ФИО1) обратился непосредственно после отстранения его от работы, отсутствие указаний о наличии алкогольного опьянения в листке нетрудоспособности, выданном 22 мая 2017 года; поскольку из показаний допрошенного судом свидетеля И.В. следует, что он работает дежурным врачом – терапевтом ГБУЗ «О «Топкинская районная больница», из записей в амбулаторной карте истца следует, что 22 мая 2017 года к нему на прием обратился ФИО1, по результатам осмотра в связи с наличием заболевания – …, больному был выдан листок нетрудоспособности. Время обращения пациента за медицинской помощью в медицинской документации, в том числе в медицинской карте пациента, обращающегося за амбулаторной помощью, не фиксируется. Имелись ли у ФИО1 на момент приема признаки алкогольного опьянения, он точно сказать не может, так как не помнит. Наличие сильного алкогольного опьянения истца отрицает, так как в данном случае он направил бы пациента к наркологу.

Таким образом, факт отсутствия у истца на момент приема у врача – терапевта признаков алкогольного опьянения объективными доказательствами не подтвержден, как и время приема у врача.

Необоснованными суд находит и доводы стороны истца о том, что работодателем нарушены положения приказа № ** от …2016 года, изданного ООО «Топкинский цемент», согласно которым состояние алкогольного опьянения работника должно быть подтверждено не только подписями свидетелей – работников ООО «Топкинский цемент», но и посторонних лиц, поскольку из текста данного приказа (л.д. 41 – 43) не усматривается, что наличие состояния алкогольного опьянения работника должно подтверждаться исключительно подписями свидетелей, не состоящих в трудовых отношениях с ООО «Топкинский цемент».

Кроме того, действующее трудовое законодательство не содержит конкретного перечня доказательств, подтверждающих наличие алкогольного опьянения работника. Состояние алкогольного либо наркотического или иного токсического опьянения может быть подтверждено как медицинским заключением, так и другими видами доказательств, в том числе и свидетельскими показаниями, которые должны быть соответственно оценены судом. 

Учитывая изложенное, доводы истца об отсутствии у свидетелей необходимой квалификации для определения состояния алкогольного опьянения, суд находит не основанными на законе. 

По мнению суда, истец, будучи не согласным с отстранением от работы по причине нахождения в состоянии алкогольного опьянения, имел возможность самостоятельно пройти медицинское освидетельствование с целью опровержения позиции работодателя, находился 22 мая 2017 года в ГБУЗ КО «Топкинская районная больница», однако, надлежащих мер к этому не принял.

Принимая во внимание представленные сторонами в суд доказательства, показания свидетелей, суд приходит к выводу о том, что состояние алкогольного опьянения истца подтверждено достаточными доказательствами, представленными работодателем.

Суд, исследуя вопрос о соблюдении работодателем порядка привлечения истца ФИО1 к дисциплинарной ответственности, приходит к следующему.

Судом установлено, что до применения дисциплинарного взыскания работодателем истребовано от ФИО1 письменное объяснение по обстоятельствам совершения вменяемого ему дисциплинарного проступка, что не оспаривалось истцом в ходе рассмотрения дела, однако, объяснения истцом представлены не были. 

Дисциплинарное взыскание в виде увольнения применено к истцу 05 июня 2017 года, то есть не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка. С приказом о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения истец был ознакомлен в тот же день, то есть 05 июня 2017 года.

В связи с чем суд считает, что порядок привлечения истца к дисциплинарной ответственности, предусмотренный нормами ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, работодателем был соблюден.

Применяя к ФИО1 дисциплинарное взыскание в виде увольнения, работодателем учтена тяжесть совершенного проступка, обстоятельства его совершения, предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Согласно положениям трудового договора, заключенного между сторонами, работа истца связана с вредными/тяжелыми условиями труда (пыль цементная; работа на высоте; физические перегрузки; повышенная температура летом; шум) (л.д. 111).

Из материалов дела, пояснений сторон следует, что в цехе «Готовая продукция» в течение рабочей смены производится отгрузка продукции автотранспортом, вилочными погрузчиками, железнодорожным транспортом, в цехе постоянно работают ленточные конвейеры и транспортеры; в цехе непрерывное движение локомотивных бригад по перестановке, подаче вагонов под погрузку. /сведения удалены/, в связи с чем нахождение работника цеха в состоянии алкогольного опьянения является недопустимым, так как создает угрозу жизни и здоровья работников цеха. 

Ранее приказом №** от ДД.ММ.ГГ. ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за нарушение п. 2.2, п. 3.1.5 рабочей инструкции и п. 4.1.2 инструкции «…» (л.д.56).

В связи с этим суд приходит к выводу о том, что примененное к истцу дисциплинарное взыскание в виде увольнения соразмерно совершенному им проступку. 

На основании изложенного, учитывая, что факт нахождения истца на работе 22 мая 2017 года в состоянии алкогольного опьянения доказан совокупностью исследованных судом доказательств, порядок и сроки привлечения истца к дисциплинарной ответственности работодателем соблюден, суд приходит к выводу о необходимости отказа в удовлетворении заявленных истцом требований о восстановлении на работе в должности насыпщика цемента цеха «Готовая продукция»

Поскольку увольнение истца признано судом законным, в иске о восстановлении на работе истцу отказано, то правовых оснований, предусмотренных статьями 234, 237 Трудового Кодекса Российской Федерации, для удовлетворения производных требований об оплате времени вынужденного прогула у суда не имеется, в связи с чем в удовлетворении исковых требований ФИО1 в данной части также должно быть отказано.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к обществу с ограниченной ответственностью «Топкинский цемент» о восстановлении на работе в должности /должность/ цеха «Готовая продукция», взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула отказать.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий Е.Н.Раужин

Мотивированное решение суда составлено 01 августа 2017 года

На момент публикации решение в законную силу не вступило

Согласовано

Судья Е.Н.Раужин