ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума Верховного Суда Республики Башкортостан

 

дело № 44г- 336/2017

23 августа 2017 года

г.Уфа

Президиум Верховного Суда Республики Башкортостан в составе

председательствующего Юлдашева Р.Х.,

членов президиума Усмановой Р.Р., Шакирова Р.С., 

ФИО1, ФИО2, 

при секретаре Сахибгарееве М.Ф.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к акционерному обществу «Национальная страховая компания ТАТАРСТАН» о взыскании страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда и судебных расходов, 

переданное определением судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Ишбулатовой Е.И. от 08 августа 2017 года

по кассационной жалобе ФИО3, поступившей 07 июня 2017 года, на решение Октябрьского городского суда Республики Башкортостан от 26 января 2017 года и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 28 марта 2017 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Ишбулатовой Е.И., выслушав представителя ФИО3 ФИО4, поддержавшего доводы кассационной жалобы, президиум Верховного Суда Республики Башкортостан

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском к АО «НСК «Татарстан» о взыскании страхового возмещения, неустойки, компенсации морального вреда и судебных расходов.

Свои требования мотивирует тем, что 11 декабря 2015 года ею с ответчиком заключен договор страхования имущества, а именно принадлежащего ей жилого дома, включая внутреннюю отделку и инженерное оборудование, и домашнее имущество в нем, на сумму 1300000 руб. В период действия названного договора страхования, 28 января 2016 года, в доме была отключена электроэнергия, что стало причиной порчи имущества и промерзания системы отопления и водоснабжения дома. Страховщик признал случай страховым и выплатил ей 18 апреля 2016 года 45107 руб. Согласно заключению эксперта от 30 августа 2016 года № 77, стоимость ремонтно-восстановительных работ, а также испорченного имущества составляет 471871 руб. Ответчик своих обязательств по выплате страхового возмещения не исполнил. 

С учетом уточненных исковых требований просила взыскать с ответчика в возмещение причиненного ущерба 431871 руб., неустойку, рассчитанную на день вынесения решения, сумму компенсации морального вреда в размере 50000 руб., а также компенсировать расходы, связанные с оплатой юридических услуг в размере 10000 руб., определением стоимости ущерба в размере 14500 руб., оплатой почтовых услуг в размере 651 руб. 15 коп., а также штраф в размере 50 % от присужденной суммы.

Решением Октябрьского городского суда Республики Башкортостан от 26 января 2017 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 28 марта 2017 года, в удовлетворении исковых требований ФИО3 отказано.

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить судебные постановления как принятые с существенным нарушением норм материального права.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы гражданское дело истребовано в Верховный Суд Республики Башкортостан и определением судьи Верховного Суда Республики Башкортостан Ишбулатовой Е.И. от 08 августа 2017 года кассационная жалоба с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции - президиума Верховного Суда Республики Башкортостан.

В соответствии со ст. 385 ГПК РФ президиум считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания президиума Верховного Суда Республики Башкортостан заблаговременно и надлежащим образом.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, возражения на кассационную жалобу, президиум находит апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Башкортостан от 28 марта 2017 года подлежащим отмене. 

В соответствии со ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При рассмотрении настоящего дела судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан были допущены такого характера существенные нарушения норм материального права. 

ФИО3 и её сыну ФИО5, дата рождения, в равных долях принадлежит жилой дом, расположенный по адресу: адрес

Согласно полису страхования имущества физических лиц от 11 декабря 2015 года №... данный жилой дом, включая внутреннюю отделку и инженерное оборудование, а также домашнее имущество в нем, застрахованы истцом в ОАО «НАСКО» от страховых рисков, в том числе от аварии электросети, аварии или отключении электрической, отопительной, водопроводной, газовой, канализационной, телефонной связи и других сетей.

11 декабря 2015 года ФИО3 оплатила страховую премию в размере 5100 руб. 

Условиями страхования и осуществления выплат по Программе страхование «Полис ЛайтVillage» установлено, что страховым риском по Полису страхования имущества физических лиц от 11 ноября 2015 года является, в частности, авария электросети, авария или отключение электрической, отопительной, водопроводной, газовой, канализационной, телефонной связи и других сетей (п. 2.1.).

Страховым случаем, как следует из пунктов 4.3. и 4.1.2. Правил страхования имущества физических лиц, является наступившее событие, а именно: авария электросети, авария или отключение электрической, отопительной, водопроводной, газовой, канализационной, телефонной связи и других сетей.

Согласно акту от 28 января 2016 года, составленному с участием председателя уличного комитета ФИО6, свидетелей ФИО7 и ФИО8, и пояснениям истца, в период действия названного договора страхования, а именно 28 января 2016 года, в результате произошедшего отключения электроэнергии в период с 16 час. 00 мин. 25 января 2016 года по 19 час. 00 мин. 28 января 2016 года, вышел из строя котел отопления, в этой связи, вся система отопления, водоснабжения жилого дома пришла в негодность, как и иное имущество, отраженное в названном Акте.

Ответчиком было выплачено страховое возмещение в размере 4 510, 50 руб. 

Согласно заключению ООО «Финансово-экспертный центр «Деловой визит» от 30 августа 2016 года №77, представленному истцом, стоимость ремонтно-восстановительных работ, приравнивающаяся к стоимости материального ущерба, причиненного в результате промерзания системы отопления, водоснабжения и порчи имущества в жилом доме истца на дату осмотра 15 августа 2016 года, составляет 471 871 руб., в том числе рыночная стоимость имущества и материалов – 282 937 руб. 

05 октября 2016 года страховщик осуществил доплату страхового возмещения в размере 62 815 руб. 13 коп.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено достоверных доказательств отключения электричества в указанный истцом период, в результате чего произошло отключение котла и разгерметизация систем отопления и водоснабжения, в связи с чем отсутствуют основания для возмещения ответчиком ущерба.

Суд апелляционной инстанции, проверяя законность принятого решения, согласился с выводами суда первой инстанции. 

Между тем с выводом суда апелляционной инстанции президиум Верховного Суда Республики Башкортостан не может согласиться, поскольку не было учтено следующее.

В соответствии с пп 1, 2 ст. 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы). По договору имущественного страхования может быть застрахован риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества (ст. 930 ГК РФ).

Согласно ст. 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. № 4015-I "Об организации страхового дела в Российской Федерации" (далее - Закон об организации страхового дела в Российской Федерации) страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления (п. 1).

Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам (п. 2).

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. № 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан" разъяснено, что страховой случай включает в себя опасность, от которой производится страхование, факт причинения вреда и причинную связь между опасностью и вредом.

Исходя из изложенного страховым случаем по договору страхования имущества является наступление предусмотренного договором страхования события, причинившего утрату, гибель или повреждение застрахованного имущества.

Согласно абз. 2 и 4 п. 1 ст. 942 ГК РФ при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая), и о сроке действия договора.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Вместе с тем при заключении договора страхования страхователь и страховщик могут договориться об изменении или исключении отдельных положений правил страхования и о дополнении правил (п. 3 ст. 943 ГК РФ).

Согласно абз. 1 ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, договор страхования между сторонами заключен путем выдачи страховщиком страхового полиса, в котором в качестве событий, на случай которых осуществляется страхование, указаны аварии электросети, аварии или отключении электрической, отопительной, водопроводной, газовой, канализационной, телефонной связи и других сетей.

Каких-либо исключений, относительно данных страховых рисков в полисе не содержится.

Заключительные положения страхового полиса содержат указание на то, что Правилами страхования стороны договора руководствуются по вопросам, не урегулированным данным полисом.

При таких обстоятельствах, исходя из буквального толкования условий, изложенных в страховом полисе, при заключении договора страхования сторонами в соответствии с приведенным выше п. 3 ст. 943 ГК РФ страховой риск (а при его наступлении - страховой случай) определен как авария отопительной системы, независимо от причины.

Факт аварии отопительной системы в доме истца судом установлен и ответчиком не оспаривался.

Кроме того, согласно заключению эксперта № 280/19.1-16 от 19 декабря 2016 года, причиной остановки работы газового котла отопления является авария отопительной системы (разгерметизация системы отопления всего строения), возникновение которой возможно, в том числе, и в результате отключения электроэнергии и переохлаждения системы до состояния размораживания отдельных её элементов.

Вместе с тем указанная экспертиза не была принята во внимание судом, поскольку выводы эксперта относительно причин аварии отопительной системы носят предположительный характер, являются вероятными и не имеют однозначного толкования.

Согласно ст. 87 (ч. 1) ГПК РФ в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

Следовательно, суду необходимо было решить вопрос о назначении дополнительной экспертизы.

Однако указанные обстоятельства оставлены без внимания судом апелляционной инстанции при проверке законности решения суда первой инстанции.

Президиум находит, что допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм материального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, в связи с чем могут быть исправлены только посредством отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 28 марта 2017 года.

При таком положении президиум приходит к выводу о необходимости отмены апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 28 марта 2017 года и направления дела на новое апелляционное рассмотрение.

При новом рассмотрении дела суду апелляционной инстанции необходимо учесть изложенное, проверить все доводы и возражения сторон, оценить все представленные сторонами доказательства в их совокупности и принять законное и обоснованное судебное постановление при правильном применении норм материального права.

Руководствуясь ст. 390 ГПК РФ, президиум Верховного Суда Республики Башкортостан

постановил:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 28 марта 2017 года отменить, дело направить на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином составе судей.

Председательствующий Р.Х.Юлдашев

Справка: апелляционной инстанции: ФИО9 (предс.)

ФИО10.(доклад), Фархутдинова Г.Р.

судья районного суда Сайфуллин И.Ф.