Дело № 2-362/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 октября 2020 г. г. Иваново 

Ленинский районный суд города Иваново в составе председательствующего судьи Уенковой О. Г., при ведении протокола секретарем Скворцовой М.А., 

с участием представителей истца адвокатов Шмыровой Светланы Вячеславовны и Смирновой Марины Владимировны по ордерам, 

представителя ответчиков и третьего лица ФИО1 по доверенностям, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело 

по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании сделки ничтожной и применении последствий ничтожной сделки, 

установил:

истец обратилась в суд с вышеуказанным иском к ответчикам, в котором с учётом заявления в порядке ст. 39 ГПК РФ просит суд признать ничтожным договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ г., зарегистрированный в УФРС по Иввановской области ДД.ММ.ГГГГ за № в отношении квартиры по адресу: 

<

адрес> применить последствия недействительности (ничтожности) договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ.; прекратить право собственности ФИО4 на жилое помещение – квартиру по адресу: 

<

адрес>; прекратить запись регистрации права собственности ФИО4 на указанное на жилое помещение за № от ДД.ММ.ГГГГ г. в Едином государственном реестре недвижимости; обязать ФИО4 возвратить ФИО2 указанное жилое помещение.

Требования обоснованы тем, что истец являлась собственником четырехкомнатной квартиры по адресу: 

<

адрес> на основании справки № 18 ЖСК «Камвольщик-6» от 23 марта 2004 г., что подтверждается выпиской из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости от 2 декабря 2019 г. 

Согласно договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 (сестра истца), действующая на основании доверенности от 16 мая 2008 г., удостоверенной нотариусом Ивановского городского нотариального округа ФИО5 и зарегистрированной в реестре за №, продала квартиру истца ФИО4 за 1 800 000 руб. 

По мнению истца, указанный договор купли-продажи квартиры является ничтожной сделкой по основаниям ст. 168 ГК Ф (в ред. от 17 июля 2009 г. с изменениями от 18 июля 2009 г.), как сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. 

Истец настаивает, что указанный договор не соответствует требования ст. ст. 153, 154 ГК РФ, поскольку ни у ФИО2, ни у ФИО4 не имелось согласованной воли на заключение договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ г., действующая по доверенности от ФИО2 ФИО3 достоверно знала об отсутствии такой согласованной воли у обеих сторон. 

Истец настаивает также, что оспариваемый договор купли-продажи ни одной из сторон не исполнялся. ФИО4 не уплатила ФИО2 никаких денежных средств за квартиру, поскольку воля ее была направлена исключительно на безвозмездное получение имущества в свою собственность. Со своей стороны ФИО2 также не исполняла договор купли-продажи, поскольку об оспариваемой сделке не знала, ключи от квартиры ФИО4 не передавала, принадлежащее ей имущество из квартиры не вывозила. Право пользования ФИО4 спорной квартирой не связано с договором купли-продажи и возникло в 1994 г., следовательно, оспариваемый договор не соответствует требованиям ст. ст. 421, 422, 423, 454 ГК РФ.

По основаниям п. 3 ст. 433, п. 2 ст. 558 ГК РФ (в ред. от 17 июля 2009 г.) договор купли продажи от ДД.ММ.ГГГГ г. считается заключенным ДД.ММ.ГГГГ г. – с момента его государственной регистрации.

Однако, в соответствии с ч. 1 ст. 181 ГК РФ (в ред. от 17 июля 2009 г. с изм. от 18 июля 2009 г.) срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока искровой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки. 

Согласно пункту 2 статьи 196 ГК РФ срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от 6 марта 2006 года N 35-ФЗ «О противодействии терроризму».

Началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 ГК РФ, является день нарушения права. (п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Потому, по мнению истца, срок исковой давности ей не пропущен, поскольку исчисление срока давности по настоящему спору начинается не со дня нарушения права ФИО2, а со дня начала исполнения оспариваемой сделки. Поскольку к исполнению оспариваемой сделки ни одна из сторон не приступала, срок исковой давности не начал течь и, соответственно, истцом не пропущен. 

Истец ФИО2, уведомленная о месте и времени судебного заседания в установленном законом порядке в судебное заседание не явилась, представив через представителей ходатайство либо об отложении судебного разбирательства, либо о приостановлении производства по делу в связи с плохим самочувствием и распространением новой коронавирусной инфекции. 

Истец также не явилась и на предыдущее судебное заседание, не представив никакого обоснования причин своей неявки. 

Представители истца адвокаты Шмырова С.В. и Смирнова М.В. подтвердили, что доказательств, обосновывающих ходатайство истца, не имеется. 

Сторонами по гражданскому судопроизводству являются истец и ответчик.

Между тем, истец, в том числе, выступая стороной по делу и инициируя судебный процесс, обладает специфическими процессуальными правами, зафиксированными в ст.ст. 35, 39 ГПК РФ. 

Стороны, обладая данными правами, также несут процессуальные обязанности, подлежащие неукоснительному исполнению, к которым, в частности, относится обязательство о явке по вызову в суд. 

Суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными (ч. 3 ст. 167 ГПК Российской Федерации). 

Данные нормы закона направлены на понуждение сторон активно участвовать в процессе и на недопущение игнорирования вызовов в суд. Уважительность причин неявки определяется судом на основании анализа фактических обстоятельств. Данное полномочие суда вытекает из принципа самостоятельности и независимости судебной власти; лишение суда данного полномочия приводило бы к невозможности выполнения стоящих перед ним задач по руководству процессом.

Проанализировав заявление истца, пояснения ее представителей адвокатов Шмыровой С.В. и Смирновой М.В., суд полагает их доводы о невозможности участия истца в процессе надуманными, и направленными не необоснованное затягивание рассмотрения по существу гражданского дела, учтивая то обстоятельство, что стороны в полной мере воспользовались своим правовом на реализацию процессуальных прав, о чем свидетельствуют материалы дела.

Как следует из Указа Губернатора Ивановской области от 17.03.2020 N 23-уг в ред. от 22.09.2020 «О введении на территории Ивановской области режима повышенной готовности» ограничений в отношении передвижения лиц возрастной категории свыше 65 на территории Ивановской области по состоянию на дату рассмотрения дела не введено. 

Доказательств невозможности участия в судебном процессе по медицинским показаниям истцом суду не представлено. 

При указанных обстоятельствах, суд признает неявку истца состоявшейся без наличия уважительных причин.

Кроме того, суд учитывает, что представителями истца в процессе выступают адвокаты Шмырова С.В. и Смирнова М.В. (л.д. 18-20 т.1), являющиеся профессиональными юристами, а также заявление истца, в котором к суду изложена просьба о допуске данных лиц к участию в деле с правами, предусмотренными ст. 54 ГПК РФ. 

Представители истца адвокаты Шмырова С.В. и Смирнова М.В. иск поддержали в полном объёме по изложенным в нем основаниям. 

Ответчики ФИО3, ФИО6 и третье лицо ФИО7, уведомленные о месте и времени судебного заседания не явились, их представитель ФИО1 возражал против удовлетворения иска по мотиву пропуска срока для защиты права истца в судебном порядке, полагал, что требования истца основаны на неправильном толковании норм материального права, как о недействительности сделок, так и течения срока исковой давности и просил в иске отказать (л.д. 200 - 202 т.2). 

Представитель Росреестра по Ивановской области, уведомленного о месте и времени судебного заседания в установленном законом порядке, в суд не явился, направив дело правоустанавливающих документов и ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя, оставляя разрешение спора на усмотрение суда (л.д. 124-125 т.1). 

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам. 

В силу п. 1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). 

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе (в ред. ФЗ № 40 от 17 июля 2009 г.).

В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2).

Если из содержания оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время (п.3) (в ред. ФЗ № 40 от 17 июля 2009 г.).

Сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения (ст. 168 ГК РФ в ред. ФЗ № 40 от 17 июля 2009 г.).

Судом установлено, что согласно записи о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ № № собственником квартиры по адресу: 

<

адрес> являлась ФИО2 на основании справки № 18 ЖСК «Камвольщик-6».

ДД.ММ.ГГГГ. в Управление Россреестра по Ивановской области поступили заявления ФИО2, от имени которой действовала ФИО3 по доверенности от 16 мая 2008 г., удостоверенной нотариусом Ивановского городского нотариального округа ФИО5 16 мая 2008 г., реестровый номер № ФИО4 о государственной регистрации перехода права собственности, ФИО4 о государственной регистрации права собственности на спорную квартиру.

Как следует из доверенности, удостоверенной нотариусом Ивановского городского нотариального округа ФИО5 16 мая 2008 г., реестровый номер №, ФИО2 уполномочивает ФИО3 продать за цену и на условиях ей (ФИО3) известных, принадлежащую ей (ФИО2 квартиру, находящуюся по адресу: 

<

адрес> для чего предоставлено право быть ее представителем, в том числе, в Управлении, подписать договор купли-продажи и передаточный акт, получить следуемые ей деньги, зарегистрировать договор и переход права собственности в Управлении, с правом получения всех погашенных после регистрации документов. 

В доверенности указано, что она подписана гр. ФИО2 в присутствии нотариуса, дееспособность проверена. 

На государственную регистрацию перехода права были представлены договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ г., передаточный акт от ДД.ММ.ГГГГ г., подписанные от имени продавца ФИО3, действующей по вышеуказанной доверенности от имени ФИО2, от имени покупателя – ФИО4

Из пункта 5 оспариваемого договора следует, что квартира оценивается по соглашению сторон и продается за 

<

данные изъяты> руб., расчет между сторонами произведён полностью наличными деньгами до подписания настоящего договора. 

Из пункта 4 договора следует, что в настоящее время в квартире на регистрационном учете состоят и проживают ФИО4, ФИО8, ФИО4

В пункте 7 договора указано, что стороны подтверждают, что не лишены недееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть настоящего договора, а также отсутствуют обстоятельства, вынуждающие совершить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях. 

В представленном на государственную регистрацию пакете документов содержалась копия поквартирной карточки, согласно которой на момент ее выдачи зарегистрированными по адресу значились ФИО4, ФИО8, ФИО4; ФИО2, ФИО3 сняты с регистрационного учета по данному адресу 22 февраля 2006 г. 

Установлено также, что 11 января 2020 г. истец ФИО2 лично обратилась в Управление Росреестра по Ивановской области с заявлением о возврате документов без проведения государственной регистрации договора купли-продажи, государственной регистрации перехода права собственности.

11 января 2020 г. государственная регистрация была приостановлена сроком на 1 месяц на основании п. 3 ст. 19 ФЗ от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (в ред. до 1 января 2017 г.).

Установлено, что 14 января 2010 г. ФИО2 лично представила в Управление заявление, изготовленное рукописным способом, об отзыве заявления о возврате документов без проведения государственной регистрации от 11 января 2010 г. (л.д. 148-149 т.1). 

Судом установлено, что доверенность, удостоверенная нотариусом Ивановского городского нотариального округа ФИО5 16 мая 2008 г., реестровый номер №, которая уполномочивала ФИО3 продать за цену и на условиях ей (ФИО3) известных, принадлежащую ей (ФИО2) квартиру, находящуюся по адресу

<

адрес> не была признана недействительной и не была отмена (л.д. 140 т.1).

Установлено, что за выдачей доверенности ФИО2 обращалась к нотариусу лично (л.д. 143-145 т.1). 

Таким образом, судом достоверно установлено, что спорное жилое помещение выбыло из владения ФИО2 в результате действий самой ФИО2 путем заключения сделок (выдача доверенности, заключение договора купли-продажи), направленных на их отчуждение.

Факта заключения сделок от имени истца неуполномоченным лицом либо с нарушением надлежащего порядка судом не установлено, и такие обстоятельства основанием иска по настоящему делу не являлись.

Как видно из оспариваемого договора купли-продажи, расчет между сторонами произведен до заключения договора, доверенность, управомачивающая ответчика ФИО2 на распоряжение спорным имуществом в установленном законом порядке не оспорена, что подтвердили представители истца в судебном заседании.

Каких-либо обоснованных доводов о недобросовестности приобретателя спорного имущества, получившего его по возмездной сделке купли-продажи, истцом не приведено, равно как и не представлено каких-либо доказательств, в связи с чем, ссылки представителей истцов на ничтожность сделки в силу нарушения ст. 302 ГК РФ не обоснованы. 

Кроме того, доводы о недобросовестности приобретения истцом не заявлялись и соответствующие доказательства не представлялись.

Как следует из объяснений истца, она никогда не имела намерения подарить квартиру племяннице (ФИО4), делала на нее завещание, ввиду плохого состояния здоровья, но после оформления договора отменила его, поскольку та не приходила к ней в больницу (лд.д. 86т.1). 

Истец обосновывала требования тем, что не может жить в доме, поскольку дом требует ремонта и ей нужна квартира (л.д. 87 т.1).

Из объяснений истца, данных сотруднику полиции в рамках своего обращения с целью возбуждения уголовного дела, ФИО2 поясняла, что квартиру в собственность возвращать не хочет, но считает, что сестра и ее дочь с мужем должны помочь истцу материально с ремонтом, помочь продать дом и купить квартиру, либо отдать 

<

данные изъяты> руб., за то, что ФИО4 перешла квартира (л.д. 132 т.2). 

Таким образом, судом установлено, что целью обращения истца в суд с иском является понуждение ответчиков к оказанию истцу материальной помощи, что также следует из возражений на иск ответчиков ФИО3 (л.д. 200-202 т. 2) и ФИО4 (л.д. 203-205т.2). 

При этом, доводы представителей истца о неудовлетворительном состоянии здоровья истца в 2012-2013 г.г. не имеют правового значения ни для рассмотрения спора по существу, ни для исчисления начала течения срока исковой давности. 

Доводы представителей истца о том, что у истца отсутствовала воля на отчуждение спорной квартиры, как и доводы о том, что ФИО3 не имела права отчуждать имущество, принадлежащее истцу, являются голословными, не основанными на нормах законодательства и противоречат материалам дела. 

О том, что стороны имели намерения по заключению именно оспариваемого договора, свидетельствует его фактическое исполнение, регистрация перехода права собственности в установленном законом порядке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Таким образом, сделка может быть признана недействительной лишь по основаниям, предусмотренным параграфом 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации, иными нормами этого кодекса или другими федеральными законами.

Как указано Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 21 апреля 2003 г. N 6-П по делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ФИО13 в соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка); согласно статье 167 ГК Российской Федерации она считается недействительной с момента совершения и не порождает тех юридических последствий, ради которых заключалась, в том числе перехода титула собственника к приобретателю; при этом, по общему правилу, применение последствий недействительности сделки в форме двусторонней реституции не ставится в зависимость от добросовестности сторон.

Вместе с тем из статьи 168 ГК Российской Федерации, согласно которой сделка, не соответствующая требованиям закона, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения, следует, что на сделку, совершенную с нарушением закона, не распространяются общие положения о последствиях недействительности сделки, если сам закон предусматривает «иные последствия» такого нарушения. 

Каких-либо предусмотренных законом оснований недействительности оспариваемой сделки (недобросовестность участников сделки; нарушение запрета, установленного ст. 10 ГК РФ; совершение сделки в обход закона с противоправной целью; заключение договора, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства; нарушение явного законодательного запрета) истцом в обоснование иска не заявлялось, а судом не установлено.

Все изложенные в иске основания не влекут признание оспариваемой сделки недействительной по мотиву ее ничтожности. Неисполнение обязательств по оплате по сделки, само по себе не влечет ее ничтожности, либо недействительности по общему правилу.

Представители истца настаивали на объяснениях ответчика ФИО3, в которых она сообщает, что цена договора была указана формально, данных в рамках проверки по заявлению истца о возбуждении уголовного дела, как доказательство того, что деньги не передавались, что обосновывает позицию истца о неисполнении договора купли-продажи (л.д. 131 т.2). 

Между тем, неисполнение обязанности оплатить товар или приобретаемое имущественное право по общему правилу может являться основанием для предъявления требований о взыскании покупной цены или ее части либо, при определенных законом условиях, для расторжения договора.

Таким образом, доводы представителей истца о безденежности договора не имеют правового значения в рассматриваемом случае и не являются основанием для признания сделки по купле-продаже имущества ничтожной, поскольку в таком случае истец не лишен права требовать оплаты переданного имущества.

Кроме того, доводы истца о том, что оспариваемый истцом договор купли-продажи не исполнялся, покупная цена от покупателя ни продавцу, ни его представителю не передавалась, квартира не передавалась покупателю, противоречат всей совокупности представленных в материалы дела доказательств. 

При этом, из материалов дела следует, что исходя из родственных отношений, стороны в силу ст. 421 ГК РФ могли доводиться о любой форме оплаты по договору. 

Факт регистрации ответчика ФИО8 на территории спорной квартиры с ДД.ММ.ГГГГ не влияет на факт передачи квартиры от продавца покупателю во исполнение договора купли-продажи недвижимости. 

Показания свидетеля ФИО14 данные в судебном заседании от 18 февраля 2020 г. в ином составе суда суд признает недопустимым доказательством, поскольку они получены в предварительном судебном заседании (л.д. 62-70 т.2). 

Свидетель ФИО15 подтвердил намерение истца произвести отчуждение квартиры ФИО4 (л.д. 219, 221 т.2).

Свидетель ФИО16 показал, что при нем в 2008-2009 г.г. истец в Управлении Росреестра писала заявление о приостановлении регистрационных действий, поскольку хотела вернуть квартиру ввиду конфликта, затем сестры помирились, квартира была оформлена на ФИО4 (л.д. 223 т.2), 

Свидетели ФИО17, ФИО18 не дали показаний, имеющих правовое значение относительно существа спора (л.д. 224 – 228 т.2). 

Свидетель ФИО19 показала, что истец в 2015-2016 г. пришла в удивление, узнав, что квартира ей не принадлежит и свидетель посоветовала истцу обратиться к адвокату (л.д. 230 т.2). 

Из пояснений третьего лица ФИО7 следует, что истец согласилась продать им (ФИО20) квартиру, они копили деньги на свое жилье, и им было все равно у кого покупать квартиру. Он выдал супруге нотариальное согласие на сделку, собрали деньги, которые его жена ФИО4 отдала своей матери ФИО2, состоялся договор купли продажи и претензий от истца не поступало (л.д. 236 т.2). 

Согласно ст. 3 ГПК РФ защите подлежит нарушенное или оспариваемое право.

При указных обстоятельствах, суд находит все доводы иска надуманными и противоречащими установленным по делу обстоятельствам. 

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (ст. 195 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

(п. 1 в ред. Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ).

Исходя из обращения в суд истца как стороны сделки, срок исковой давности по ней начинает течь со дня, когда началось ее исполнение (п. 1 ст. 181 ГК РФ). Это день, когда одна сторона приступила к фактическому исполнению, а другая - к его принятию (п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25). Общие положения о начале течения срока исковой давности в данном случае не применяются, поскольку п. 1 ст. 181 ГК РФ является специальной нормой по отношению к ст. 200 ГК РФ. 

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ).

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43) «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».

Доводы истца о том, что о нарушении своего права ей стало известно в 2019 г. голословны и опровергаются всей совокупностью имеющихся в материалах дела доказательств, в том числе, личными заявлениями истца от 11 января 2010 г. и 14 января 2010 г. о возврате документов без проведения государственной регистрации договора купли-продажи, государственной регистрации перехода права собственности и об отзыве заявления о возврате документов без проведения государственной регистрации, показаниями свидетелей. 

Как следствие, ошибочной является позиция представителей истца о том, что срок давности для защиты права истца не истек. 

При указанных обстоятельствах, суд соглашается с доводами представителя ответчиков ФИО1 об истечении срока давности для защиты права истца. 

Таким образом, требования истца являются необоснованными и удовлетворению не подлежат. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 196-199 ГПК Российской Федерации, 

Решил :

исковые требования ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании сделки ничтожной и применении последствий ничтожной сделки оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Ленинский районный суд города Иваново в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья Уенкова О. Г.

В окончательной форме решение изготовлено 20 октября 2020 г.