Дело № 1-93/17 16 января 2017 года

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

(извлечение для размещения на Интернет-сайте суда)

Судья К.ского районного суда Санкт – Петербурга ФИО1

с участием государственного обвинителя Павлычевой Ю.А.

потерпевшей М.

адвоката Чернелевской Е.Н. 

подсудимого ФИО2

при секретаре Рыбаковой Е.Т.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 16 января 2017 года в Санкт-Петербургеуголовное дело по обвинению:

ФИО2, ранее судимого:

- 20.10.2010 года Приморским районным судом Санкт-Петербурга учетом постановления от 21.07.2011 года по ст. 30 ч.3 ст. 111 ч.2 п. «г» УК РФ к 5 годам 6 месяцам лишения свободы,

- 20.12.2010 года Василеостровским районным судом Санкт-Петербурга по ст. 162 ч.2 УК РФ к 7 годам лишения свободы,

- 29.04.2011 года Выборгским районным судом Санкт-Петербурга по ст. 158 ч.3 п. «в» УК РФ к 3 годам лишения свободы, ст. 69 ч.5 УК РФ, с присоединением приговора от 20.12.2010 года к 7 годам 1 месяцу лишения свободы,

- 22.10.2012 года Приморским районным судом Санкт-Петербурга по ст. 161 ч.2 п. «а, г» УК РФ к 3 годам лишения свободы, ст. 69 ч.5 УК РФ, с присоединением приговора от 29.04.2011 года к 7 годам 2 месяцам лишения свободы, 14.04.2015 года освобожденного условно-досрочно на 2 года 2 месяца 18 дней,

в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, ч.3 ст. 30 ч.3 ст. 159, п. «в» ч.3 ст. 158, п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 совершил убийство при превышении пределов необходимой обороны, а именно:

в период с 15 часов 49 минут по 21 час 33 минуты 15.03.2016 в квартире, арендуемой Ш. по адресу: Х, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в ходе конфликта на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений с Ш., осуществляя защиту своего здоровья от преступного посягательства Ш., который высказывая угрозу причинения вреда здоровью подсудимого, пытался нанести ему (ФИО2) удар ножом, превышая пределы необходимой обороны, умышленно нанес Ш. не менее 3-х ударов ножом в область расположения жизненно-важных органов потерпевшего - грудь, причинив своими преступными действиями последнему следующие телесные повреждения: 

<

…..>, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью по признаку его опасности для жизни и состоящие в прямой причинной связи со смертью Ш. В результате чего смерть Ш. наступила на месте происшествия, по адресу: Х, 

<

…..>, в период времени с 15 часов 49 минут 15.03.2016 до 00 часов 00 минут 23.03.2016. 

Он же (ФИО2) совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества в крупном размере, с незаконным проникновением в жилище, а именно: 

в период с 15 часов 49 минут 15.03.2016 до 10 часов 40 минут 30.03.2016, имея умысел на тайное хищение чужого имущества, находясь на автостоянке, принадлежащей ООО «Х», расположенной по адресу: Х, проник в салон автомобиля Х1, завел двигатель автомобиля, после чего тайно похитил автомобиль Х1, стоимостью 450 000 рублей, а из арендуемой Ш. квартиры Х, незаконно проникнув в нее, тайно похитил имущество принадлежащее Ш. - мобильный телефон стоимостью 

<

***> рублей, жидкокристаллический телевизор стоимостью 4 170 рублей, а также музыкальный центр с двумя колонками стоимостью 3000 рублей, а всего общей стоимостью 17 820 рублей, после чего ФИО2 скрылся, распорядившись похищенным по своему усмотрению, причинив своими преступными действиями имущественный ущерб в размере 17 820 рублей, а собственнику автомобиля - Б. имущественный ущерб на сумму 450 000 рублей, то есть в крупном размере.

Подсудимый в судебном заседании в совершении указанных выше преступлений вину признал, пояснив, что убивать Ш. он не хотел, причинил Ш. телесные повреждения, защищаясь, т.к. Ш. в ходе возникшего конфликта из-за того, что он (Стрежбецкий) передал Ш. поддельные денежные средства, как часть платы за автомобиль, напал на него (Стрежбецкого), высказывая угрозу «зарезать», пытался нанести ему (Стрежбецкому) удар ножом, но он (Стрежбецкий) подставил локоть и Ш. нанес ему (Стрежбецкому) удар по локтю, в этот момент он (Стрежбецкий) взял другой нож и, защищаясь, нанес Ш. удар ножом в область груди, но допускает, что мог нанести 3 удара, Ш. был крупнее его (Стрежбецкого), агрессивно настроен, он (Стрежбецкий) опасался за свою жизнь и здоровье. Затем он (Стрежбецкий) взял телефон Ш., ключи от автомобиля Ш. и покинул квартиру, на следующий день или через день он (Стрежбецкий) из квартиры Ш. похитил телевизор и музыкальный центр, которые затем продал, а также со стоянки забрал автомобиль Ш.

Помимо признания подсудимым своей вины, вина ФИО2 в совершении указанных выше преступлений подтверждается исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами:

- рапортом об обнаружении признаков преступления от 29.03.2016 года, из которого следует, что 29.03.2016 года по адресу: Х, был обнаружен труп Ш. с признаками насильственной смерти – колото-резаным ранением туловища (том 1 л.д. 4);

- протоколом осмотра места происшествия и трупа от 29.03.2016 года с фототаблицей и картой регистрации трупных изменений, из которого следует, что осмотрена квартира Х, где был обнаружен и осмотрен труп Ш. (том 1 л.д. 56-78);

- договором найма жилого помещения №Х от 30.01.2015 года, согласно которому Ш. являлся нанимателем у П. жилого помещения – квартиры, находящейся по адресу: Х (том 1 л.д. 149-152).

- заключением эксперта №Х от 06.05.2016 года, согласно которому смерть Ш. наступила от колото-резаных проникающих ранений (3) груди с повреждением сердца и левого легкого, осложнившихся развитием острой массивной кровопотери. Указанные раны прижизненные и образовались в короткий промежуток времени (в пределах минут-десятков минут), незадолго до смерти Ш. и квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинной связи со смертью Ш. (том 2 л.д. 34-63);

- показаниями потерпевшей М., из которых следует, что у нее был Ш., который снимал квартиру по адресу: Х. Последний раз он приезжал в гости к ней 01.03.2016 на автомобиле Х2. 15.03.2016 утром он звонил ей, 22.03.2016 она стала ему звонить, но не брал трубку. 25.03.2016 она увидела, что на автостоянке его автомобиля нет. 29.03.2016 ей позвонил друг Ш. - А., говорил, что не может найти Ш. Также А. созванивался с еще одним другом Ш. - З., как оказалось, он также искал Ш., но не мог его найти. Затем А.. позвонил ей вновь и сказал подъехать к квартире Ш., так как был обнаружен труп Ш.. После того, как Ш. перестал отвечать на телефонные звонки, у нее в контактах на телефоне изменилась фотография Ш., стала отображаться фотография неизвестного мужчины, позже установленного как ФИО2 По характеру Ш. в состоянии алкогольного опьянения был вспыльчивый, мог ударить человека; в состоянии опьянения он мог с ножом наброситься на человека. 

- показаниями свидетеля П., из которых следует, что она (П.) с января 2015 года сдавала Ш. квартиру, расположенную по адресу: Х. 29.03.2016 года ей (П.) позвонил З., который сообщил, что разыскивает Ш., после чего З. и она (П.) пошли в квартиру, где обнаружили труп Ш..

- показаниями свидетеля З., из которых следует, что у него был родственник - Ш., который снимал квартиру по адресу: Х. Для приобретения Ш. автомобиля Х1 он взял кредит 450000 рублей в банке «Х». Когда он (З.) позвонил Ш. после 15.03.2016, телефон у Ш. был недоступен. Утром 29.03.2016 ему (З.) позвонил А. и сказал, что уже длительное время не может найти Ш. и М. также не могла найти Ш. Поэтому он (З.) созвонился и встретился с хозяйкой квартиры, в которой жил Ш.; войдя в квартиру, они увидели, что из ванной комнаты торчали ноги Ш., они сразу же вышли из квартиры и вызвали полицию. 

- показаниями свидетеля А., данными им в ходе предварительного следствия и оглашенными на основании ст. 281 ч.1 УПК РФ, из которых следует, что у него был знакомый Ш., проживающий по адресу: Х. Последний раз он виделся с Ш. примерно в начале марта, он приезжал на своем автомобиле Х1, для приобретение которого, как ему известно ему давал деньги его дядя - З. Созванивался он (А..) с Ш. последний раз примерно 15.03.2016 днем, с 21.03.2016 Ш. не брал трубку, после чего он позвонил Х, она сказал, что также не может до него дозвониться. (том 1 л.д. 155-158, 161-165);

- показаниями потерпевшего Б., из которых следует, что он (Б.) по просьбе Ш. приобрел в кредит Ш. автомобиль Х1 за 450000 рублей, которым Ш. управлял на основании доверенности, а автомобиль был зарегистрирован на него (Б.). Все документы на автомобиль находились у Ш., и Ш. им пользовался, но продавать данный автомобиль без его (Б.) ведома Ш. не мог, о том, что он собирался данный автомобиль продать ему (Б.) известно не было. 

- паспортом транспортного средства на автомобиль Х1, сведениями ГИБДД, из которых следует, что владельцем данного транспортного средства является Б. (том 1 л.д. 53, 115);

- договором купли-продажи от 31.07.2015 года, согласно которому покупателем и владельцем транспортного средства Х1, является Б. (том 1 л.д. 111-114);

- протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей от 10.06.2016 года, из которого следует, что был произведен осмотр автостоянки, расположенной по адресу: Х, с участием потерпевшей М., в ходе осмотра М. сообщила, что Ш. оставлял свой автомобиль Х1 на месте указанной автостоянки (том 2 л.д. 209-217);

- показаниями свидетеля К., из которых следует, что примерно 21.03.2016 года он (К.) увидел ФИО2, который садился в автомобиль Х1, пояснив, что это его автомобиль. Через несколько дней они снова встретились и ФИО2 предложил приобрести у него мобильный телефон, телевизор и музыкальный центр, за что попросил 4500 рублей, он (К. ) согласился и 24.03.2016 года около 16 час. 00 мин. ФИО2 продал ему (К.) музыкальный центр, телефон и телевизор, которые он (К.) впоследствии продал А. 

- показаниями свидетеля А., данными им в ходе предварительного следствия и оглашенными на основании ст. 281 ч.1 УПК РФ, из которых следует, что он работает в «Х». 24.03.2016 к ним зашел К., который предложил купить у него за 5 000 рублей телевизор, музыкальный центр с колонками и телефон, он (А.) согласился и приобрел данные вещи оставив их на работе. (том 1 л.д. 139-142);

- показаниями свидетеля Е., данными ею в ходе предварительного следствия и оглашенными на основании ст. 281 ч.1 УПК РФ, которые по сути аналогичны показаниям свидетеля А. (том 1 л.д. 128-131);

- протоколом выемки от 30.03.2016 года, согласно которому в «Х» по адресу: Х, были изъяты телевизор, музыкальный центр с колонками, мобильный телефон (том 1 л.д. 134-138);

- протоколом осмотра предметов и постановлением о приобщении в качестве вещественного доказательства – автомобиля Х1 (том 1 л.д. 79-86, 155-156);

- протоколом обыска от 30.03.2016 года, согласно которому по месту жительства ФИО2 последним были добровольно выданы вещи, в которых он находился в день совершения преступления, в том числе: джинсы черного цвета, кофта черного цвета (том 1 л.д.226-232)

- заключением эксперта №Х от 14.04.2016 года, согласно которому на кофте и джинсах с ремнем, принадлежащих ФИО2, были обнаружены следы крови человека (том 2 л.д. 94-98);

- заключением эксперта №Х от 30.05.2016 года, из которого следует, что в препаратах ДНК, полученных из следов крови, в том числе на кофте черного цвета, на клинке и рукоятки большого кухонного ножа с деревянной ручкой, в смывах с подоконника в комнате, с пола в комнате, с пола в коридоре, с ванны в ванной комнате, наблюдается полное совпадение генотипических аллельных комбинаций между собой и с генотипическими аллельными комбинациями, установленными в образце крови Ш.; это означает, что препараты ДНК, выделенные из следов крови на вышеперечисленных вещественных доказательствах и образец крови трупа Ш. могли произойти от одного и того же мужчины, а именно – от потерпевшего Ш. с вероятностью не менее 99, 9 %; в следах, обнаруженных на джинсах и ремне ФИО2 выявляется более двух аллелей, что однозначно свидетельствует о смешении ДНК не менее двух лиц, в которых выявляются характерные аллели генотипа Ш. (том 2 л.д. 117-135);

- протоколом осмотра и постановлением о приобщении в качестве вещественных доказательств – предметов от 30.03.2016 года, в ходе которого были осмотрены 4 смыва вещества бурого цвета, нож с деревянной рукояткой с зазубренным клинком, джинсы черного цвета, кофта черного цвета; телефон, мобильный телефон, телевизор, музыкальный центр с двумя колонками (том 2 л.д. 147-154, 155-156);

- протоколом явки с повинной от 30.03.2016 года, в котором ФИО2 указал, что он по адресу: Х 16.03.2016 года в ходе конфликта нанес Ш. один удар ножом в область сердца, похитил принадлежащий ему автомобиль Х1, а также телефон, телевизор и музыкальный центр, которые 24.03.2016 года продал за 4500 рублей (том 1 л.д. 54-55);

- показаниями ФИО2 в качестве подозреваемого от 30.03.2016 года, из которых следует, что 16.03.2016 года, находясь по месту жительства Ш. у него (Стрежбецкого) с Ш. возник конфликт, в связи с тем, что Ш. заметил переданные ему им (ФИО2) поддельные денежные купюры в качестве задатка за автомобиль Х1, который Ш. решил продать за 400000 рублей; в ходе данного конфликта Ш. взял нож замахнулся им и хотел его (Стрежбецкого) ударить, но он (Стрежбецкий) подставил руку и Ш. порезал ему (Стрежбецкому) локоть, после чего он (Стрежбецкий) схватил со стола другой кухонный нож и нанес им один удар в область сердца Ш., отчего Ш. сразу умер. Затем он (Стрежбецкий) взял ключи и документы от автомобиля, телефон Ш., ключи от квартиры и ушел. Через день он (Стрежбецкий) забрал со стоянки автомобиль Ш., и еще через день забрал из квартиры телевизор и музыкальный центр; телефоном Ш. со своей сим-картой около недели он (Стрежбецкий) пользовался, а затем, приблизительно 24.03.2016 года, телефон, телевизор и музыкальный центр он (Стрежбецкий) продал своему знакомому. (том 1 л.д. 204-207);

- показаниями ФИО2 в качестве обвиняемого от 30.03.2016 года, которые по сути аналогичны показаниям ФИО2 данным им в качестве подозреваемого, при этом ФИО2 уточнил, что когда Ш. взял нож и ударил его (Стрежбецкого), он (Стрежбецкий), защищаясь, выставив локоть, одновременно взял нож со стола и ударил Ш. в сердце. (том 1 л.д. 211-216);

- показаниями ФИО2 при проверке показаний на месте от 30.03.2016 года, в ходе которой Стрежбецкий на месте – в квартире по адресу: Х воспроизвел обстоятельства совершенных им преступлений, дав аналогичные указанным выше показания; конкретизировав, что когда Ш. встал и замахнулся на него (Стрежбецкого), он (Стрежбецкий) выставил локоть, и как только Ш. ударил его ножом по локтю, он (Стрежбецкий) сразу резко схватил со стола и нанес им один удар ножом в грудь, после чего Ш. сразу упал на диван. (том 1 л.д. 217-224);

- показаниями ФИО2 в качестве обвиняемого от 07.06.2016 года, в которых ФИО2 подтвердил ранее данные показания, указав, что помнит, что наносил один удар, как наносил еще два удара, он не помнит; а также пояснил, что в квартире он был 15.03.2016 года – в день убийства, а также 21.03.2016 года, когда забирал вещи, а 16.03.2016 года только приходил к машине, пытаясь ее завести. (том 1 л.д. 242-246,);

- показаниями ФИО2 в качестве обвиняемого от 20.06.2016 года, в которых ФИО2 ранее данные показания полностью подтвердил, и обозрев протоколы телефонных соединений пояснил, что 15.03.2016 года он находился в квартире Ш. и убил его; в этот же день забрал принадлежащий ему телефон, 21.03.2016 года данный телефон, телевизор и музыкальный центр он продал. (том 1 л.д. 247-258);

- показаниями ФИО2 в качестве обвиняемого от 20.06.2016 года, в которых ФИО2 ранее данные показания полностью подтвердил, а также указал, что вещи Ш. из квартиры он забрал 21.03.2016 года. (том 2 л.д. 6-10);

- протоколом осмотра и постановлением о приобщении в качестве вещественного доказательства – телефонных соединений абонентских номеров Х, Х, принадлежащих Ш., за период с 00 час. 00 мин. 01.03.2016 г. по 23 час. 59 мин. 30.03.2016 г.; абонентских номеров Х, Х, Х принадлежащих ФИО2 за период с 00 час. 00 мин. 01.03.2016 г. по 23 час. 59 мин. 30.03.2016 г.; абонентского номера Х, принадлежащего З. за период с 00 час. 00 мин. 01.03.2016 г. по 23 час. 59 мин. 30.03.2016 г. (том 3 л.д. 1-109, 110);

Согласно заключению комиссии экспертов ФИО2 

<

…..> (т.2 л.д.140-145); 

Суд, оценивая перечисленные выше доказательства в совокупности, признает их относимыми, поскольку обстоятельства, которые они устанавливают, относятся к предмету доказывания по делу в соответствии со ст.73 УПК РФ; допустимыми, не усматривая нарушений требований УПК РФ при их получении; достоверными, поскольку они носят непротиворечивый, взаимодополняющий характер;а в своей совокупности достаточными для разрешения дела, и полагает вину ФИО2 в совершении указанных в приговоре преступлений доказанной.

Суд оценивает показания потерпевших М., Б., свидетелей К., П., З., а также оглашенные в порядке, предусмотренном ч. 1 ст. 281 УПК РФ, данные в ходе предварительного следствия, показания А., Е., А., как достоверные доказательства, поскольку они при изложении значимых для дела обстоятельств носят последовательный, непротиворечивый характер, взаимно дополняют друг друга, подтверждаются иными исследованными доказательствами; как установлено судом, данные лица оснований для оговора ФИО2 не имеют.

Указанные лица предупреждены по ст. 307-308 УК РФ, в ходе предварительного следствия допрошены в соответствии со ст. 187-190 УПК РФ, допрошенные в ходе судебного следствия потерпевшие М., Б., свидетели К., П., З., подтвердили показания, данные ими в ходе предварительного следствия; протоколы указанными выше лицами были прочитаны, подписаны, замечаний и дополнений не имелось; нарушений норм уголовно-процессуального законодательства при допросе указанных лиц допущено не было. 

Допрошенные по делу лица в исходе дела не заинтересованы, неприязненных отношений с подсудимым и оснований для его оговора не имеют, конфликтов между допрошенными по делу потерпевшими, свидетелями и подсудимым, которые могли бы свидетельствовать об оговоре с их стороны, и объективных сведений о возможной заинтересованности данных лиц в исходе дела не установлено; их показания подробны, логичны; каких-либо существенных противоречий в показаниях указанных лиц, которые могли бы повлиять на доказанность вины подсудимого, не содержат, объективно подтверждаются совокупностью исследованных доказательств по делу: документами, в которых изложены и удостоверены обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, протоколами следственных действий, согласуются с показаниями подсудимого. Оснований сомневаться в достоверности показаний допрошенных по делу потерпевших и свидетелей не имеется, поэтому, учитывая изложенные выше обстоятельства, суд оценивает их показания как допустимые и достоверные доказательства. 

Объективность выводов проведенных по делу судебных экспертиз сомнений у суда не вызывает, поскольку экспертами сделаны конкретные и мотивированные выводы на основе проведенных исследований, экспертизы проведены с соблюдением требований главы 27 УПК РФ.

В ходе предварительного следствия подсудимый ФИО2 дал явку с повинной, был неоднократно допрошен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, правильность данных им показаний удостоверена подписью подсудимого и его защитника, при проверке показаний на месте он подтвердил свои ранее данные показания, при проведении обыска добровольно выдал одежду, в которой он находился в день совершения преступления. Его показания о причинении им Ш. телесных повреждений, от которых наступила смерть Ш. подтверждаются совокупностью собранных по делу доказательств, в том числе заключением судебно-медицинской экспертизы о характере и локализации телесных повреждений, зафиксированных на трупе Ш., заключением экспертизы, согласно которому на одежде, принадлежащей Стрежбецкому обнаружены следы крови Ш.. Показания Стрежбецкого о хищении им принадлежащего Ш. имущества также подтверждаются совокупностью собранных доказательств, в том числе показаниям допрошенных свидетелей К., А., Е., протоколами осмотра вещественных доказательств. 

При таких обстоятельствах, оценивая в соответствии со ст. 87, 88 УПК РФ показания ФИО2 путем сопоставления с иными собранными по делу доказательствами, суд приходит к выводу, что данные им показания о его причастности к совершению указанных в приговоре преступлений являются допустимыми и достоверными, наличия у подсудимого оснований для самооговора не установлено, и его показания об обстоятельствах причинения смерти Ш. и хищении принадлежащего ему имущества, учитывая положения ст. 77 ч.2 УПК РФ, как подтвержденные совокупностью имеющихся в уголовном деле доказательств могут быть положены в основу обвинения.

Указанные в приговоре доказательства проверены судом, каждое из них является допустимым, т.е. полученным с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, относятся к существу данного дела, оснований сомневаться в их достоверности не имеется, а потому, оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности, суд признает их достаточными для разрешения настоящего уголовного дела и полагает вину подсудимого в совершении указанных в приговоре преступлений установленной и доказанной. 

Органами предварительного расследования действия ФИО2 по факту причинения смерти Ш. квалифицированы по ч.1 ст.105 УК РФ, как убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку.

В ходе судебного разбирательства государственный обвинитель в соответствии со ст. 246 ч.8 УПК РФ изменил данную квалификацию в сторону смягчения, предложив квалифицировать действия ФИО2 по ст.108 ч.1 УК РФ, как убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны, поскольку исследованными доказательствами установлено, что ФИО2 нанес умышленные удары Ш., превышая пределы необходимой обороны, обороняясь от действий Ш., посягавшего на здоровье Стрежбецкого. Из показаний Стрежбецкого, данных им как в ходе предварительного, так и в ходе судебного следствия, следует, что он нанес Ш. несколько ударов ножом в связи с тем, что он защищался от действий Ш., который ему угрожал, пытался нанести ему удары ножом, в связи с чем Стрежбецкий также схватил нож и, защищаясь, нанес несколько ударов Ш.

Допрошенная в ходе судебного следствия потерпевшая М. охарактеризовала Ш., как агрессивного человека, когда он находился в состоянии опьянения, который ранее был судим. Согласно имеющейся в материалах дела справки о судимости Ш., Ш. был судим ранее по ст. 111 ч.4 УК РФ. Собранные предварительным расследованием доказательства не опровергают показания Стрежбецкого об обстоятельствах причинения им смерти Ш. и не свидетельствуют о наличии у него прямого умысла на убийство Ш., в связи с чем сторона обвинения полагает, что действия Стрежбецкого в этой части необходимо квалифицировать по ч.1 ст.108 УК РФ, а именно как убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

Суд оценивает данное изменение обвинения как законное, обоснованное, которое подтверждается совокупностью исследованных доказательств.

Суд, учитывая направленность умысла и действий Стрежбецкого при причинении смерти Ш., квалифицирует содеянное Стрежбецким по ст.108 ч.1 УК РФ как убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны. Поскольку, как следует из показаний Стрежбецкого, которые повреждаются совокупностью собранных доказательств, в том числе и заключениями проведенных экспертиз, инициатором конфликта явился потерпевший Ш., который первым схватил нож, замахнулся на Стрежбецкого и, высказывая угрозы, пытался нанести удар ножом Стрежбецкому, а поскольку Стрежбецкий, защищаясь, выставил локоть, Ш. был нанесен удар по локтю Стрежбецкому, при этом Ш. находился в состоянии алкогольного опьянения, был агрессивно настроен. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что посягательство со стороны потерпевшего Ш. на здоровье Стрежбецкого было наличным, действительным и реальным, в связи с чем объективно было воспринято Стрежбецким как преступное нападение, то есть общественно-опасное посягательство, сопряженное с насилием и с угрозой применения насилия, опасных для здоровья обороняющегося. Поэтому суд приходит к выводу, что Стрежбецкий совершил убийство Ш. с целью защиты от общественно-опасного посягательства. Вместе с тем, суд считает, что Стрежбецкий, совершив убийство Ш. при указанных выше обстоятельствах, а именно, нанося неоднократные удары ножом в область расположения жизненно-важных органов – 

<

…..>, действовал, превышая пределы необходимой обороны, так как причинил Ш. чрезмерный, не вызываемый обстановкой тяжкий вред, повлекший наступление его смерти, что не соразмерно по своему характеру угрозе и насилию со стороны потерпевшего, что свидетельствует о явном несоответствии защиты со стороны Стрежбецкого характеру и степени общественно- опасного посягательства со стороны Ш. 

Действия Стрежбецкого, вызванные предшествующими неправомерными действиями Ш., не создававшими угрозу для жизни подсудимого, не свидетельствуют об их совершении Стрежбецким в состоянии необходимой обороны, поскольку учитывая установленные по делу обстоятельства он имел реальную возможность выбрать менее опасный способ для обороны, и его способ защиты от посягательства погибшего явно не соответствовал характеру опасности посягательства, характер, локализация и механизм образования телесных повреждений на теле потерпевшего свидетельствуют о том, что подсудимый сознательно прибегнул к защите такими средствами и способами, которые явно не вызывались ни характером нападения, ни реальной обстановкой, и без необходимости умышленно причинил смерть потерпевшему.

Исходя из фактических обстоятельств и собранных по делу доказательств, и учитывая направленность умысла и действий Стрежбецкого при хищении имущества, принадлежащего Ш., суд квалифицирует содеянное Стрежбецким по ст.158 ч.3 п. «а, в» УК РФ каккража, то есть тайное хищение чужого имущества в крупном размере, с незаконным проникновением в жилище, полагая необходимым исключить квалифицирующий признак- с причинением значительного ущерба, как не имеющий объективного подтверждения, поскольку органами предварительного расследования не представлено доказательств, подтверждающих наличие данного квалифицирующего признака. 

Собранными по уголовному делу доказательствами, учитывая фактические обстоятельства, установлено наличие единого умысла у Стрежбецкого на хищения принадлежащего Ш. имущества, как автомобиля, находящегося в пользовании Ш. и принадлежащего Б., так и телефона, и телевизора и музыкального центра. Действия Стрежбецкого по завладению как автомобилем, так и иным ранее принадлежащим Ш. имуществом объединены единым умыслом, направленным на изъятие находившегося ранее в пользовании Ш. имущества, состоят из ряда тождественных преступных действий, совершаемых после смерти последнего путем изъятия находящегося ранее в его пользовании имущества, составляют в своей совокупности единое преступление и не требуют дополнительной квалификации. Как следует из установленных фактических обстоятельств все совершенные Стрежбецким действия по хищению имущества, принадлежащего и находящегося в пользовании Ш., тождественны друг другу, совершены за сравнительно короткий отрезок времени - в период с 15.03.2016 г. до 30.03.2016 г., при этом подсудимый полагал, что причиняет ущерб одному и тому же собственнику – Ш., а данная органами предварительного расследования квалификация по п. «в» ч.3 ст. 158, и по п. «а» ч.3 ст. 158 УК РФ является излишней и действия Стрежбецкого должны быть квалифицированы одной нормой по ст.158 ч.3 п. «а, в» УК РФ, так как Стрежбецкий совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества в крупном размере, с незаконным проникновением в жилище, о чем свидетельствует направленность его умысла и характер действий при совершении указанного преступления. 

Также ФИО2 органами предварительного расследования обвиняется в том, что совершил покушение на мошенничество, то есть умышленные действия, непосредственно направленные на хищение чужого имущества путем обмана, в крупном размере, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам, а именно: 

в неустановленное время, но не позднее 15 часов 49 минут 15.03.2016, узнав, что его знакомый Ш. продает автомобиль Х1, стоимостью 450 000 рублей, фактически принадлежащий Б., о чем ФИО2 не было известно, он, путем обмана Ш., зная, что у последнего плохое зрение, уговаривает последнего передать ему автомобиль Х1 за предоплату в размере 200000 рублей, после чего, находясь в кв. Х в период времени с 15 часов 49 минут до 21 час 33 минут 15.03.2016, имея при себе заранее приготовленные в счет предоплаты за автомобиль не менее 40 банкнот «Банка приколов», имеющих сходство с билетами Банка России номиналом 5 000 рублей, передал данные банкноты Ш., а тот в свою очередь передал ФИО2 ключи от автомобиля Х1, однако свой преступный умысел ФИО2 не смог довести до конца по независящим от него причинам, так как Ш. в ходе пересчета переданных ФИО2 банкнот обнаружил, что данные банкноты не являются билетами Банка России, тем самым раскрыл обман ФИО2 и отказался передавать ему автомобиль Х1.

Органами предварительного расследования в подтверждении вины Стрежбецкого в совершении данного преступления приведены доказательства, аналогичные указанным в приговоре.

Оценивая представленные стороной обвинения доказательства в подтверждение вины Стрежбецкого в совершении данного преступления, суд приходит к выводу, что исследованные в ходе судебного разбирательства доказательства по данному преступлению не являются достаточными для установления виновности Стрежбецкого в совершении данного преступления, поскольку показания Стрежбецкого в указанной части – в совершении им мошеннических действий совокупностью имеющихся в уголовном деле доказательств не подтверждаются, а в соответствии со ст. 77 ч.2 УПК РФ признание обвиняемым своей вины в совершении преступления может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении его виновности совокупностью имеющихся в деле доказательств. 

Собранные по делу доказательства, в том числе показания допрошенных лиц, заключения проведенных экспертиз, протоколы следственных действий не содержат сведений о совершении ФИО2 мошеннических действий, направленных на завладение автомобилем, находившемся в пользовании у Ш., и сами по себе не могут служить неопровержимым доказательством совершения Стрежбецким мошеннических действий, поскольку не содержат сведений о событии данного преступления и о его совершении ФИО2 Т.е совокупности доказательств, в которой присутствуют также и доказательства, имеющие своим первоисточником не признание подсудимого, но другие независимые от его показаний источники информации органами предварительного следствия не предоставлено.

При таких обстоятельствах предъявленное органами предварительного расследования обвинение в указанной части – в части совершения Стрежбецким мошеннических действий бесспорного подтверждения не нашло, поскольку представленные органами предварительного следствия доказательства не являются достаточными для установления события данного преступления, поэтому, учитывая положения ст.14 УПК РФ, суд приходит к выводу, что в соответствии со ст.24 ч.1 п.1 УПК РФ и на основании ст.302 ч.2 п. 1 УПК РФ в отношении подсудимого Стрежбецкого по указанному выше преступлению должен быть постановлен оправдательный приговор в связи с тем, что собранными по делу доказательствами бесспорно не установлено событие преступления – покушение на мошенничество, в совершении которого Стрежбецкому предъявлено обвинение.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, обстоятельства, смягчающие и отягчающие его ответственность, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

ФИО2 совершил умышленное тяжкое преступление, а также преступление небольшой тяжести в состоянии алкогольного опьянения, что в соответствии со ст.63 ч.1.1 УК РФ, учитывая обстоятельства совершения данного преступления и личность виновного, суд признает отягчающим наказание обстоятельством; ранее судим за совершение ряда умышленных тяжких преступлений к реальному лишению свободы, в его действиях согласно ст. 18 ч.2 п. «б» УК РФ имеется опасный рецидив преступлений, что является обстоятельством, отягчающим его наказание, совершил преступление в период условно-досрочного освобождения, в связи с чем ФИО2 должно быть назначено наказание, связанное с лишением свободы, по правилам ст. 70 УК РФ, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима в соответствии со ст. 58 ч.1 п. «в» УК РФ. 

Вместе с тем, при назначении наказания суд учитывает, что ФИО2 полностью вину признал, раскаивается в содеянном; добровольно сообщил о совершенных преступлениях, дал явку с повинной; активно способствовал раскрытию и расследованию данных преступлений; Х, также суд учитывает противоправность поведения потерпевшего, вышеуказанные обстоятельства суд признает смягчающими наказание обстоятельствами, также суд принимает во внимание, что подсудимый принес потерпевшей извинения, Х, Х. 

Суд не усматривает оснований для применения ст.64 УК РФ при назначении наказания ФИО2, учитывая, что перечисленные выше смягчающие обстоятельства как и их совокупность не являются исключительными обстоятельствами, существенно уменьшающими степень общественной опасности совершенных ФИО2 преступлений.

С учетом фактических обстоятельств преступлений и степени их общественной опасности,оснований для применения ст. 15 ч.6 УК РФ и изменения категории преступлений на менее тяжкую не имеется.

Потерпевшей М. заявлен гражданский иск на возмещение морального вреда на сумму 100000 рублей. Суд полагает, что потерпевшей М. в связи со смертью Ш. были причинены моральные и нравственные страдания, и исходя из требований разумности и справедливости, с учетом конкретных обстоятельств по делу и, принимая во внимание, что М. является родственником Ш., а также учитывая и то, что Ш. последнее время официально трудоустроен не был, суд полагает, что заявленный потерпевшей М. моральный вред на сумму 100000 рублей не является явно завышенным и подлежит удовлетворения в полном размере, а потому в соответствии со ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ с ФИО2 подлежит взысканию в пользу потерпевшей М. в возмещение морального вреда денежные средства в сумме 100000 рублей. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.296-299, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. 108 ч.1 УК РФ, ст. 158 ч.3 п. «а», «в» УК РФ и назначить ему наказание:

- по ст. 108 ч.1 УК РФ в виде 1 года лишения свободы;

- по ст.158 ч.3 п. «а», «в» УК РФ в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы, без штрафа, без ограничения свободы.

Согласно ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО2 наказание в виде 4 лет 4 месяцев лишения свободы, без штрафа, без ограничения свободы. 

На основании ст. 79 ч. 7 п. «в» УК РФ и в соответствии со ст. 70 УК РФ частично присоединить не отбытую часть наказания по приговору Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 22.10.2012 года в виде 2 лет 2 месяцев лишения свободы и окончательно по совокупности приговоров назначить ФИО2 наказание в виде 6 лет 6 месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, без штрафа и без дополнительного наказания в виде ограничения свободы. 

Оправдать ФИО2 по предъявленному органами предварительного расследования обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30 ч.3 ст. 159 УК РФ, на основании п.1 ч.2 ст.302 УПК РФ, в связи отсутствием события преступления. В связи с чем признать за ФИО2 право на реабилитацию, разъяснить, что возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, осуществляется в порядке, установленным главой 18 УПК РФ, ст. 399 УПК РФ. 

Срок отбытия наказания ФИО2 исчислять с 16 января 2017 года. В соответствии со ст. 72 ч.3 УК РФ зачесть ФИО2 в срок отбытия наказания время содержания под стражей до судебного разбирательства по настоящему уголовному делу в период с 30.03.2016 года по 15.01.2017 года включительно.

Меру пресечения ФИО2 в виде заключения под стражу – оставить без изменения до вступления приговора в законную силу. 

Гражданский иск потерпевшей М. в счет возмещения морального вреда на сумму 100000 рублей удовлетворить в полном объеме, взыскать с ФИО2 в пользу потерпевшей М. в счет возмещения морального вреда сумму в размере 100000 рублей. 

Вещественные доказательства – 4 смыва вещества бурого цвета, нож с деревянной рукояткой с зазубренным клинком - уничтожить, джинсы черного цвета, кофту черного цвета – вернуть законному владельцу – ФИО2 при наличии ходатайства последнего; телефон, мобильный телефон, телевизор, музыкальный центр с двумя колонками –при наличии ходатайства вернуть законному владельцу при наличии подтверждающих документов, автомобиль Х1, переданный на ответственное хранение Б. – оставить по принадлежности. 

Приговор может быть обжалован в Санкт-Петербургский городской суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок с момента вручения копии приговора.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции и поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Ходатайство о желании участвовать при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции должно содержаться в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками процесса. 

Дополнительные апелляционные жалоба, представление подлежат рассмотрению, если они поступили в суд апелляционной инстанции не позднее, чем за 5 суток до начала судебного заседания.

Судья: 

Приговор вступил в законную силу