Судья фио№ 10-20830/25

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

адрес13 октября 2025 года

Московский городской суд в составе председательствующего судьи фио, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ольховским А.В., с участием 

прокурора отдела управления прокуратуры адрес фио,

защитника подсудимого фио – адвоката фио, представившего удостоверение и ордер,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление заместителя прокурора Троицкого и адрес ФИО1 на постановление Троицкого районного суда адрес от 18 июля 2025 года, которым в отношении 

ФИО2 фио, паспортные данные, ...

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 264 УК РФ, 

уголовное дело возвращено прокурору Троицкого и адрес в порядке ст.237 УПК РФ для устранения допущенных нарушений, препятствующих его рассмотрению судом.

Мера пресечения фио в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения.

Выслушав участников судопроизводства, исследовав представленные материалы, суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 264 УК РФ.

02 июля 2025 года настоящее уголовное дело поступило в Троицкий районный суд адрес для рассмотрения по существу.

Постановлением Троицкого районного суда адрес от 14 июля 2025 года назначено предварительное слушание для решения вопроса о проведении судебного разбирательства в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 247 УПК РФ.

Постановлением Троицкого районного суда адрес от 18 июля 2025 года настоящее уголовное дело возвращено прокурору по основаниям, предусмотренным п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, для для устранения допущенных нарушений, препятствующих его рассмотрению судом.

В апелляционном представлении заместитель прокурора адрес утверждает, что постановление суда является незаконным и необоснованным. Ссылаясь на положения УПК РФ, указывает, что на досудебной стадии орган расследования и прокуратуры выполнили требования уголовно-процессуального закона, связанные с реализацией прав обвиняемого, с учетом специфики производства процессуальных действий в отношении лица, скрывавшегося от следствия и объявленного в розыск. Копии обвинительного заключения и соответствующие уведомления с переводом на родной язык обвиняемого были направлены по известным адресам его проживания, в т.ч. в адрес. Защитник был ознакомлен с материалами уголовного дела в полном объеме, о получении копии обвинительного заключения в соответствии с ч.2 ст.222 УПК РФ ходатайств не заявлял. ФИО2 является гражданином адрес и скрылся от органов следствия на территории указанного государства, где к уголовной ответственности за инкриминированное ему преступление не привлекался, не возместил причиненный потерпевшему ущерб. В соответствии со ст.89 Конвенции «О правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам» от 07 октября 2002 года, ФИО2 не может быть выдан в Российскую Федерацию из адрес как государства своей гражданской принадлежности. При этом у фио не имеется возможности приехать в Российскую Федерацию. На основании изложенного прокурор просит постановление суда отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение в ином составе.

В судебном заседании прокурор поддержал апелляционное представление, тогда как защитник возражал против его удовлетвореняи. 

Выслушав мнение участников процесса, проверив представленные материалы, обсудив доводы, изложенные в апелляционном представлении, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным, мотивированным. Такими признаются судебные акты, соответствующие требованиям уголовного и уголовно-процессуального законов.

В соответствии с требованиями п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны либо по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в том случае, если обвинительное заключение, обвинительный акт или обвинительное постановление составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, акта или постановления;

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, выраженной в пункте 3 постановления от 8 декабря 2003 года №18-П, существенное процессуальное нарушение является препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно и которое, как повлекшее лишение или стеснение гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства, исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора и фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него Конституцией Российской Федерации функцию осуществления правосудия. 

Такие нарушения по настоящему делу установлен.

Как следует из части 5 статьи 247 УПК РФ, в исключительных случаях судебное разбирательство по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях, может проводиться в отсутствие подсудимого, который находится за пределами адрес и (или) уклоняется от явки в суд, если это лицо не было привлечено к ответственности на территории иностранного государства по данному уголовному делу.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009 г. № 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству» (далее – ППВС РФ от 22 декабря 2009 г. № 28), под исключительными случаями, когда суд вправе провести судебное разбирательство заочно при наличии условий, указанных в части 5 статьи 247 УПК РФ, следует понимать, например, особую общественную опасность преступления, в совершении которого обвиняется подсудимый, необходимость возмещения потерпевшему существенного вреда, причиненного преступлением, случаи, когда розыск обвиняемого не дал положительных результатов, невозможность осуществить экстрадицию обвиняемого.

По смыслу части 5 статьи 247 УПК РФ суд вправе рассмотреть уголовное дело в отсутствие обвиняемого, находящегося за пределами Российской Федерации, который уклоняется от явки в суд и не был привлечен к уголовной ответственности на территории иностранного государства по данному уголовному делу, а также в случаях, когда обвиняемый, находящийся на адрес, уклоняется от явки в суд и его место нахождения неизвестно.

Принимая решение о возвращении уголовного дела прокурору, суд первой инстанции исходил из того, что, как следует из материалов дела, ФИО2, являющийся гражданином адрес, в отношении которого была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, скрылся от органов расследования и был объявлен в розыск. По результатам розыскных мероприятий установлено, что ФИО2 в настоящее время проживает по месту своего жительства в адрес, то есть его местонахождение достоверно установлено. При этом из дела усматривается, что ФИО2 достоверно осведомлен об осуществлении в отношении него уголовного преследования, однако ссылается не невозможность прибыть в Российскую Федерацию.

Несмотря на изложенное, следователь не совершал каких-либо действий и не принимал никаких процессуальных решений, направленных на дальнейшее привлечение фио к уголовной ответственности. В материалах дела отсутствуют любые сведения об инициировании по настоящему делу экстрадиционных мероприятий в целях выдачи фио для привлечения к уголовной ответственности. В частности, материалы уголовного дела не содержат процессуальных решений органов дознания и следствия, направленных на об объявление уклоняющегося лица в международный (межгосударственный) розыск, а равно на применение к нему соответствующей меры пресечения. Равным образом не содержится в нем и информации прокуратуры об отсутствии предусмотренных законом или международным договором оснований для выдачи и невозможности экстрадиции фио по соответствующим основаниям.

С учетом изложенного, доводы прокурора о невозможности осуществить экстрадицию обвиняемого в связи с наличием нормативно закрепленного запрета о выдаче обвиняемого государством, гражданином которого он является, в данном случае носят преждевременный характер, поскольку, как следует из материалов дела, никаких предусмотренных законом процессуальных действий, связанных с организацией выдачи иностранного гражданина на адрес, на досудебной стадии производства по делу принято не было. В материалах дела отсутствуют любые сведения, которые бы свидетельствовали об инициировании процедуры экстрадиции фио из адрес, а равно о реальной, а не гипотетической невозможности осуществления данной процедуры. 

В данном случае одни лишь ссылки прокурора на положения международного договора носят умозрительный характер, поскольку экстрадиционные мероприятия по делу не проводились и в ходе них не проверялось, не утратил ли ФИО2 гражданства адрес по причине его лишения, отказа, смены гражданства или по иным основаниям. Не представив на досудебной стадии производства по делу никаких обоснованных и документально подтвержденных сведений о фактической невозможности осуществить экстрадицию фио в Российскую Федерацию, органы прокуратуры не имели юридических оснований для заявления ходатайства о рассмотрении уголовного дела в порядке, предусмотренном ч.5 ст.247 УПК РФ, что исключало возможность принятия судом итогового решения по поступившему уголовному делу.

Приходя к названным выводам, суд апелляционной инстанции также учитывал, что при установлении вышеприведенных обстоятельств и в случае отказа иностранного государства в выдаче своего гражданина действующее законодательство не исключает возможности направления международного поручения об осуществлении уголовного преследования гражданина такого государства в соответствии со статьями 91-102 Конвенции «О правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам» от 07 октября 2002 года (адрес), участником которой является адрес. Однако данных о невозможности направления или исполнения соответствующего поручения в материалах дела также отсутствуют.

В данном случае, направляя уголовное дело в суд, прокурор не учел вышеприведенные разъяснения Верховного Суда РФ, данные в п. 13 ППВС РФ от 22 декабря 2009 г. № 28, согласно которым по смыслу части 5 статьи 247 УПК РФ суд вправе рассмотреть уголовное дело в отсутствие обвиняемого, находящегося за пределами Российской Федерации, при одновременном соблюдении двух условий: а) уклонение от явки в суд и б) не привлечение к уголовной ответственности на территории иностранного государства по данному уголовному делу. Совокупность названных условий не была соблюдена прокурором при направлении уголовного дела в суд, что препятствовало суду разрешению уголовного дела по существу и фактически не позволяло суду реализовать возложенную на него Конституцией Российской Федерации функцию осуществления правосудия.

Доводы прокурора о том, что ФИО2 не возместил причиненный потерпевшему ущерб, также не свидетельствовали о наличии оснований для проведения судебного разбирательства в порядке ч.4 ст.247 УПК РФ, с учетом установления местонахождения фио и не принятия мер для его выдачи или привлечения к уголовной ответственности на адрес.

Вышеописанные нарушения являются существенными, непосредственно повлекшими нарушение процедуры уголовного судопроизводства на досудебной стадии производства, и не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства, поскольку препятствуют разрешению уголовного дела по существу в порядке, предусмотренном ч.5 ст.247 УПК РФ, и вынесению итогового судебного решения, вследствие чего уголовное дело подлежало возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения в соответствии со ст.237 УПК РФ. 

Кроме того, в обоснование своего решения о возвращении уголовного дела прокурору суд сослался на разъяснения в п. 13 ППВС РФ от 22 декабря 2009 г. N 28, согласно которым в силу пункта 2 статьи 228 и части 3 статьи 265 УПК РФ при рассмотрении в ходе предварительного слушания ходатайства о назначении судебного заседания в отсутствие подсудимого судье надлежит проверить, вручены ли прокурором защитнику подсудимого копия обвинительного заключения или постановления прокурора об изменении обвинения, которые могут быть вручены защитнику судом без возвращения уголовного дела прокурору. Ссылаясь на них, суд в постановлении указал об отсутствии сведений о вручении защитнику копии обвинительного заключения.

Приведенные судом первой инстанции основания для возвращения уголовного дела прокурору, хотя и не свидетельствовали о безусловных существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, не устранимых в судебном заседании и препятствующих разрешению уголовного дела по существу и вынесению итогового решения, однако не влияют в целом не ставят под сомнение законность и обоснованность обжалуемого постановления, поскольку предусмотренные законом процессуальные действия, связанные с обеспечением права на защиту лица, скрывшегося от правоохранительных органов и объявленного в розыск, могут быть предприняты при устранении иных приведенных в описательно-мотивировочной части постановления существенных нарушений закона, повлекших возвращение настоящего уголовного дела прокурору.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, является законным и обоснованным и изменению или отмене не подлежит.

Исходя из этого, основания для удовлетворения апелляционного представления прокурора отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 38913, 38915, 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Троицкого районного суда адрес от 18 июля 2025 года в отношении ФИО2 фио о возвращении уголовного дела прокурору в порядке, предусмотренном п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ, оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции по правилам, установленным главой 471 УПК РФ. 

Судья Гуров А.А.