Дело № 2-350/2018

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

10 мая 2018 г. г. Рузаевка 

Рузаевский районный суд Республики Мордовия в составе

председательствующего судьи Милешиной И.П.,

при секретаре Маркиной Е.М.,

с участием:

истца ФИО1,

ответчика Банка ВТБ (публичное акционерное общество),

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью страховая компания «ВТБ Страхование»,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к публичному акционерному обществу «ВТБ 24» о признании положений кредитного договора недействительными, взыскании денежной суммы, неустойки, штрафа и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с поименованным иском к публичному акционерному обществу «ВТБ 24» (далее - ПАО «ВТБ 24», Банк), по тем основаниям, что 28 апреля 2016 г. между ней и Банком заключен кредитный договор №, по условиям которого ей предоставлен кредит в размере 360 577 рублей. При получении кредита она уплатила единовременную компенсацию страховой премии в размере 60 577 рублей, в связи с чем ей были выданы денежные средства в размере 300 000 рублей. Поскольку оплата страховой премии предусмотрена пунктом 11 кредитного договора, считает его положения нарушающими права потребителя, поскольку она, как физическое лицо, является экономически слабой стороной, кредитный договор является типовым, его условия определены Банком в стандартных формах, она как заемщик фактически не могла повлиять на его условия. Просит признать положения пункта 11 данного кредитного договора недействительным, взыскать с ответчика уплаченную в соответствии с данным пунктом сумму в размере 60 577 рублей, сумму неустойки за период с 25 декабря 2017 г. по 19 февраля 2018 г. в размере 60 577 рублей, компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей, за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя взыскать штраф в размере 50 процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Определением Рузаевского районного суда Республики Мордовия от 25 апреля 2018 г. произведена замена стороны ответчика по делу – Банка ВТБ 24 (ПАО) его правопреемником – Банк ВТБ (ПАО) (л.д. 136-139).

Истец ФИО1 надлежащим образом и своевременно извещенная о времени и месте судебного разбирательства (л.д. 143), в суд не явилась, письменно ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие (л.д. 13).

Ответчик Банк ВТБ (публичное акционерное общество) (далее также Банк ВТБ (ПАО)) надлежащим образом и своевременно извещенное о времени и месте судебного разбирательства (л.д. 144), своего представителя в суд не направило.

В письменных возражениях ответчик Банк ВТБ (ПАО) считает исковые требования неподлежащими удовлетворению, поскольку заключение истцом кредитного договора является его свободным волеизъявлением, при заключении договора до истца доведена информация о всех его существенных условиях, в том числе о полной стоимости кредита. Возможность заемщика застраховать свою жизнь и здоровье может быть предусмотрена в кредитном договоре, однако договор страхования является самостоятельной сделкой, заключенной отдельно от кредитного договора с третьим лицом, в связи с чем страхование не является дополнительной услугой, оказываемой кредитным учреждением. Не согласен с доводами ФИО1 о невозможности повлиять на включение в кредитный договор условия о его направлении, в том числе, на оплату страховой премии, поскольку она собственноручной подписью подтвердила свое согласие на заключение договора страхования. Заемщик был вправе отказаться от услуги страхования жизни и здоровья и данный отказ не являлся препятствием в выдаче кредита. Перечисление Банком страховой премии из суммы кредита со счета заемщика на счет ООО СК «ВТБ Страхование» произведено на основании поручения истца, выраженного в пункте 20 Согласия на кредит. Согласно условиям полиса Программы «Профи» и действующему на тот момент законодательству ФИО1 могла отказаться от страхования в период охлаждения. В связи с отсутствием нарушений законных прав истца, считает неподлежащими удовлетворению требования в части неустойки, штрафа в пользу потребителя и компенсации морального вреда, поскольку Банк действовал в соответствии с действующим законодательством в рамках заключенного с ФИО1 кредитного договора. Доказательств о соблюдении досудебного порядка урегулирования спора считают несостоятельными, поскольку претензия в адрес Банка направлена обществом с ограниченной ответственностью «РФК» от имени Л.И.В. Кроме того, Банк полагает, что истцом пропущен срок исковой давности, установленный пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, просит применить срок исковой давности, в удовлетворении иска отказать (л.д. 83-88).

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью страховая компания «ВТБ Страхование», надлежащим образом и своевременно извещенное о времени и месте судебного разбирательства (л.д. 142), своего представителя в суд не направило. 

В письменных возражениях, представитель ООО СК «ВТБ Страхование» просит в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на то, что ФИО1 добровольно заключила договор страхования, и не отказалась от данного договора в срок, установленный пунктом 1 Указания Банка России от 20 ноября 2015 г. Доказательств не предоставления полной информации о кредитном договоре и договоре страхования, навязывания заключения договора страхования, истцом не представлено (л.д. 131-132).

Суд в соответствии с частью третьей статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц, участвующих по делу, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, не просивших суд об отложении судебного разбирательства в связи с неявкой по уважительной причине. 

Исследовав материалы дела, суд отказывает в удовлетворении исковых требований ФИО1 по следующим основаниям. 

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу пункта 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

Статьей 9 Федерального закона от 26 января 1996 г. № 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» определено, что в случаях, когда одной из сторон в обязательстве является гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) для личных бытовых нужд, такой гражданин пользуется правами стороны в обязательстве в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также правами, предоставленными потребителю Законом о защите прав потребителей и изданными в соответствии с ними иными правовыми актами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 16 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными. Если в результате исполнения договора, ущемляющего права потребителя, у него возникли убытки, они подлежат возмещению изготовителем (исполнителем, продавцом) в полном объеме.

Материалами дела установлено, что 28 апреля 2016 г. между ФИО1 и ПАО «ВТБ 24» заключен кредитный договор №, по условиям которого Банк предоставил истцу кредит в размере 360 577 рублей сроком на 60 месяцев, с уплатой процентов за пользование кредитом в размере 23,4 % годовых (л.д. 97-101).

Пунктом 11 данного кредитного договора, заключенного с ФИО1, установлены цели использования заемщиком потребительского кредита – на потребительские нужды / на оплату страховой премии.

В соответствии с пунктом 20 кредитного договора заемщик поручает Банку составить распоряжение от его имени (без оформления каких-либо дополнительных распоряжений со стороны заемщика) и в течение одного рабочего дня со дня зачисления кредита на банковский счет перечислить денежные средства с банковского счета в счет оплаты страховой премии в сумме 60 577 рублей.

В целях получения кредита, ФИО1 оформлена анкета-заявление, пунктом 16 которой установлено положение о договоре страхования, согласно которому истец выразила свое согласие на заключение договора страхования по программе «Профи» (ВТБ Страхование) и увеличении суммы кредита на сумму страховой премии (л.д. 102-105).

28 апреля 2016 г. на основании устного заявления страхователя ФИО1 выдан полис по программе «Профи» единовременный взнос №, подтверждающий заключение договора страхования на условиях и в соответствии с Особыми условиями по страховому продукту «Единовременный взнос» (л.д. 106, 153-170).

Данным полисом установлена страховая премия в размере 60 577 рублей.

Банк надлежащим образом и в полном объеме исполнил свои обязательства по кредитному договору.

Из выписки по лицевому счету за период с 28 апреля 2016 г. по 26 марта 2018 г. следует, что 28 апреля 2016 г. на лицевой счет ФИО1 перечислены денежные средства в размере 360 577 рублей. В этот же день данные денежные средства в сумме 60 577 рублей перечислены в счет оплаты страховой премии, денежные средства в размере 299 775 рублей сняты истцом со счета (л.д. 47-56). 

В силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Анализ изложенной правовой нормы свидетельствует о том, что в Гражданском кодексе Российской Федерации в порядке исключения из общего правила применительно к требованиям, связанным с недействительностью ничтожных сделок, предусмотрена специальная норма (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации), в соответствии с которой течение срока давности по названным требованиям определяется не субъективным фактором (осведомлённостью заинтересованного лица о нарушении его прав), а объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения сделки. Такое правовое регулирование обусловлено характером соответствующих сделок как ничтожных, которые недействительны с момента совершения независимо от признания их таковыми судом (пункт 1 статьи 166 ГК РФ), а значит не имеют юридической силы, не создают каких-либо прав и обязанностей как для сторон по сделке, так и для третьих лиц.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденном Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации 26 июня 2015 г., разъяснено, что согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Согласно выписке по лицевому счету за период с 28 апреля 2016 г. по 26 марта 2018 г., 30 мая 2016 г. истцом проведена операция по переводу средств с целью погашения задолженности по кредитному договору в размере 2 870 руб. 82 коп. - суммы ежемесячного платежа, установленного графиком платежей по кредиту.

Таким образом, судом установлено, что началом исполнения сделки, о недействительности которой заявлено истцом, является 30 мая 2016 г., то есть дата начала исполнения спорной сделки, а именно момент первого перевода денежных средств на погашение задолженности по договору, в связи с чем течение срока исковой давности в данном случае начинается с 30 мая 2016 г. и заканчивается 30 мая 2019 г.

Поскольку исковое заявление ФИО1 подано в суд 26 июня 2017 г., срок исковой давности для защиты нарушенного права ею не пропущен, в связи с чем довод ответчика о том, что ФИО1 пропущен срок исковой давности, который составляет один год, несостоятелен.

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании положений кредитного договора, устанавливающего цели использования заемщиком потребительского кредита – на потребительские нужды / на оплату страховой премии и взыскании денежной суммы в размере 60 577 рублей, суд исходит из следующего.

Обязанность страховать свою жизнь или здоровье не может быть возложена на гражданина по закону (пункт 2 статьи 935 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем такая обязанность может возникнуть у гражданина в силу договора (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица, свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В соответствии с пунктом первым статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Согласно статье 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться, помимо указанных в ней способов, и другими способами, предусмотренными законом или договором.

По смыслу вышеприведенных положений закона при заключении кредитного договора может быть предусмотрена возможность заемщика застраховать свою жизнь и здоровье в качестве способа обеспечения исполнения обязательств, если при этом заемщик добровольно соглашается на такое страхование, имеет возможность отказаться от страхования и без такого страхования получить кредит.

Договор страхования является самостоятельной сделкой, которая заключается на основании отдельного от заключения кредитного договора волеизъявления заемщика (страхователя) в виде подачи заявления на страхование. 

Условие кредитного договора, содержащего цели использования заемщиком потребительского кредита – на потребительские нужды/ на оплату страховой премии, истцом и ответчиком согласовано, о чем свидетельствует собственноручная подпись ФИО1 в уведомлении о полной стоимости кредита, анкете-заявлении.

Более того, ФИО1 28 апреля 2016 г. оформлено заявление в ООО СК «ВТБ Страхование» о перечислении страховой выплаты, что подтверждает ее добровольное волеизъявление на получения услуги по страхованию.

Таким образом, вся необходимая информация о программе страхования и условия, в соответствии с которыми заемщику будет оказываться дополнительная услуга по страхованию жизни и здоровья в рамках Программы «Профи», до заемщика были доведены, доказательств того, что на момент заключения договора истец была ограничена в свободе заключения договора, либо ей не была предоставлена достаточная информация, суду не представлено.

При заключении кредитного договора у истца имелась свобода выбора между заключением договора с предоставлением обеспечения в форме страхования жизни и здоровья или без такового обеспечения, намерение принять участие в Программе «Профи» истец выразила добровольно.

Доказательств понуждения истца к заключению данного договора суду не представлено.

С момента заключения договора страхования и до настоящего времени истец является застрахованным по договору страхования по предусмотренным полисом страховым случаям, то есть услуга по личному страхованию истцу оказана.

Пунктом 6.6 Особых условий по страховому продукту «Единовременный взнос», являющихся неотъемлемой частью договора страхования, страхователь вправе отказаться от договора страхования в любое время путем письменного уведомления об этом страховщика (л.д. 157).

В соответствии с Указанием Банка России от 20 ноября 2015 г. № 3854-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования», при осуществлении добровольного страхования страховщик должен предусмотреть условие о возврате страхователю уплаченной страховой премии, в случае отказа страхователя от договора добровольного страхования в течение четырнадцати календарных дней со дня его заключения независимо от момента уплаты страховой премии, при отсутствии в данном периоде событий, имеющих признаки страхового случая. Страховщик при осуществлении добровольного страхования вправе предусмотреть более длительный срок, и предусмотреть условие о том, что договор добровольного страхования считается прекратившим свое действие с даты получения страховщиком письменного заявления страхователя об отказе от договора добровольного страхования или иной даты, установленной по соглашению сторон, но не позднее срока, определенного в соответствии с пунктом 1 настоящего Указания.

Материалы дела не содержат сведений о направлении ФИО1 в ООО СК «ВТБ Страхование» письменного уведомления о намерении отказаться от договора страхования. Напротив, имеется претензия, направленная в адрес Банка обществом с ограниченной ответственностью «РФК» от имени Л.И.В. (л.д. 89-90).

Таким образом, порядок отказа страхователя от договора страхования, предусмотренный Особыми условиями по страховому продукту «Единовременный взнос» и Указаниями Банка России от 20 ноября 2015 г. № 3854-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхования», ФИО1 не соблюден.

Сам по себе факт того, что Банк является экономически более сильной стороной, не свидетельствует о навязывании заемщику банком условий договора, злоупотреблении банком своим правом.

Истцом добровольно принято решение о заключении кредитного договора на указанных условиях, при этом она не была лишена возможности отказаться от заключения договора, обратиться в иную кредитную организацию.

Довод истца ФИО1, что кредитный договор является типовым, его условия определены банком в стандартных формах и заемщик не может повлиять на навязываемые ему условия договора, отклоняются.

В силу пункта 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон. Согласно гражданско-правовому смыслу указанной нормы право свободы договора заключается в том, что каждый участник гражданского оборота вправе самостоятельно решать, вступать или не вступать в договорные отношения.

В соответствии с частью 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав обязанностей.

Согласно статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора, Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (пункт 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации ).

На основании частей 1, 2 статьи 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» потребителю гарантировано предоставление необходимой и достоверной информации об изготовителе (исполнителе, продавце), режиме его работы и реализуемых им товарах (работах, услугах). Запрещается обуславливать приобретение одних товаров (работ, услуг) обязательным приобретением иных товаров (работ, услуг) (статья 16 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей»).

В судебном заседании установлено, что ФИО1 заключила с ПАО «ВТБ 24» кредитный договор, с уплатой процентов в размере, сроки и на условиях, изложенных в договоре, тем самым стороны достигли соглашения по всем существенным условиям кредитного договора и произвели необходимые действия, направленные на их исполнение, размер процентов истцом не оспаривался, договор подписан ею собственноручно. 

Поскольку исковые требования о взыскании неустойки, компенсации морального вреда и штрафа, являются производными от требования о взыскании денежных средств, уплаченных в соответствии с положением пункта 11 кредитного договора, в удовлетворении которого судом отказано, правовых оснований для удовлетворения производных требований также не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Банку ВТБ (публичное акционерное общество) о признании положений кредитного договора недействительными, взыскании денежной суммы, неустойки, штрафа и компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи жалобы через Рузаевский районный суд Республики Мордовия.

Судья Рузаевского районного суда 

Республики Мордовия И.П. Милешина

Решение суда в окончательной форме принято 14 мая 2018 г.